Текст книги "Украл – поделись"

29

Бабухин и Литиков выпивали в своём номере, когда неожиданно вошёл (стука они не слышали) Виктор.

– Кто ты такой? – спросил Бабухин с угрозой в голосе.

– Я представитель Татьяны и Светланы, – ответил Виктор.

Бабухин и Литиков переглянулись.

– Какой Татьяны-Светланы представитель? – нахмурился Бабухин.

– Той самой Татьяны и той самой Светланы, – невозмутимо произнёс Виктор.

– Мишка, ты что-нибудь понял? – Бабухин уставился на товарища. Затем он повернулся к гостю. – А где они, Танька со Светкой? Тебе известно, где они? – сделав ударение на слове «где», спросил Бабухин.

– Да, – последовал краткий ответ.

– И где же?

– Не имеет значения. Или так уж интересно? – Виктор прошёл вглубь комнаты, уселся на стул и положил старомодный портфель-дипломат себе на колени. – Я – их представитель. Со всеми вопросами прошу обращаться ко мне.

– Мне не нужны представители, – заявил Бабухин. – Пускай они сами себя представят, а мы разберёмся. Верно, Мишка?

– Разберёмся, – кивнул Литиков, приглядываясь к «представителю». Он, несомненно, где-то встречал этого субъекта.

– Не выйдет. Вам придётся иметь дело со мной. – Виктор говорил спокойным, ровным голосом.

– Кто ты такой? – Бабухин зловеще ухмыльнулся. – Я стукну тебе по черепу – и все дела. С тобой – у меня.

– Пашка, а я знаю этого субчика, – вдруг сказал Литиков. – Ты, Пашка, не поверишь, но это он самый… Да, который вёз нас с Татьяной, когда мы драпали из деревни.

Бабухин прищурился.

– Так ты с тех пор… представитель?

– Нет. С сегодняшнего дня.

– А как ты попал… в представители? – продолжал допрашивать Бабухин.

– Случайно. Встретил случайно Татьяну на улице, мы узнали друг друга. Как вот сейчас с твоим другом. А потом ей нужна была помощь.

– И ты пристроился? Помощничком?

– Хватит болтать! – прервал его Виктор. – Ты будешь иметь дело со мной. И только. До тех пор, пока не будет принято иное решение.

– Кем?

– Не тобой. И не твоим приятелем.

– А если мы не согласимся?

Виктор поднялся на ноги и заявил:

– В таком случае – чао.

– Ты думаешь, сможешь отсюда выйти? – улыбнулся Бабухин и посмотрел на Литикова.

Литиков, посуровев, встал, зашёл за спину Виктору и, положив руку на его плечо, приказал:

– Сидеть!

– Хорошо, я присяду, – ответил Виктор и бросил взгляд на развалившегося в кресле Бабухина.

– Давай-давай, – подбодрил Бабухин.

Виктор опустился обратно на стул, однако этим не ограничился – усаживаясь, он стремительно наложил кисть своей левой руки на лежащую на его плече руку Литикова, цепко ухватил её и рванул вперёд. В следующее мгновение Виктор правой рукой вцепился в рукав куртки Литикова повыше локтя, а затем произвёл бросок противника через себя. Тело Литикова грохнулось на не успевшего каким-либо образом отреагировать Бабухина.

Спустя несколько секунд стоны, ругательства и тому подобные проявления испытываемых пострадавшими боли и ярости сменились гробовым молчанием – они увидели направленный на них пистолет.

– На чём мы остановились? – спросил Виктор. – На «чао»?

– Кажется… нет, – ответил Бабухин и зло посмотрел на Литикова, который тут же виновато опустил глаза.

– То есть, если я тебя правильно понял, я устраиваю вас в качестве представителя?

– Да, – морщась, словно от боли, выдавил Бабухин.

– Тогда приступим? – Виктор взял стул и, отставив его поближе к центру комнаты, сел. Руку с пистолетом он сунул в карман куртки. – Ваши вопросы?

– Где наши деньги? – задал основной вопрос Бабухин.

– Да, нам нужны наши деньги, – подтвердил Литиков, присев на второе кресло.

– О деньгах забудьте, – спокойно произнёс Виктор. – Ещё вопросы есть?

– Да, вопросы есть. Где наши деньги? И почему это мы должны о них забыть? Уж не ты ли на них лапу наложил?

Задавая все эти вопросы, Бабухин едва сдерживался, чтобы не вскочить и не броситься на Виктора. Литиков же, придя в страшное беспокойство, завертелся в кресле, будто рыба на сковороде.

– Пашка, этот жук говорит, что мы должны забыть о наших денежках! – почти прокричал он. – Представитель! Он, видите ли, представитель! А мы жизнью рисковали, чтоб ты знал!

– Ты и сейчас рискуешь. Ты должен сидеть спокойно, а не метаться, нервируя мою правую руку.

– Пашка, он нам угрожает, – обратился Литиков к другу. – И – чтоб о деньгах забыли…

– Ладно, не глухой, – отмахнулся Бабухин. – Почему мы должны забыть? – Он поднял тяжёлый взгляд на Виктора.

– Деньги, все деньги, Светлана проиграла возле ВВЦ.

– Это как?! Что такое?! – одновременно воскликнули Бабухин и Литиков.

– Очень просто. Один ставит сотню, другой – две, первый – три сотни, второму надо заравнивать или ставить ещё больше. И пошло-поехало.

– Это же мошенничество! – крикнул Литиков.

Бабухин недоверчиво скривил лицо.

– Она что, свихнулась?

– Хотела увеличить свои капиталы, – пожал плечами Виктор.

– Но она не похожа на идиотку, – сказал Бабухин. – Я не верю! Враньё!

– Враньё, конечно, – поддакнул Литиков. – Да понятно, что враньё и лапша на уши.

– Она что же, думала, что у неё больше окажется, чем у них? – продолжил расспросы Бабухин.

– У неё и оказалось больше.

– Тогда почему… – начал Бабухин и осёкся. – Ну да, понятно. Быть такой дурой… Но я не верю. Пускай придёт и всё расскажет. И пусть скажет, когда вернёт деньги.

– Деньги всё равно обязана вернуть, – поддержал Литиков. – Это ей так не сойдёт. Взяла – отдай.

– Ей негде взять – это раз, она для вас вне досягаемости – это два.

– Найдём.

– Никуда не денется.

– Ищите, – разрешил Виктор. – А мне пора. И ещё. Найдёте её – найдут вас. Те, чьи деньги вы взяли в поезде.

– Как они нас найдут? – с тревогой спросил Литиков.

– Я об этом позабочусь. Пока.

У порога Виктор приостановился и обернулся.

– Деньги легче получить с тех, кому она проиграла, чем с неё, – произнёс со значением.

– Это каким же образом? – удивился Литиков. – Тут, мол, наши мани одна Маня… Так, мол, верните, ребятки, наши мани. Да?

Виктор вернулся и снова сел.

– Я предоставляю план, беру на себя материальное и информационное обеспечение, обеспечиваю безопасность отхода и тэпэ.

– За десять процентов? – усмехнулся Бабухин.

– Пятьдесят, – поправил Виктор.

– Не жирно будет?

– Тебе – пятьдесят, а нам по двадцать пять? – счёл необходимым уточнить Литиков.

– Да. Но изъятие денег по моему плану вполне можно произвести дважды. И будет у вас по пятьдесят.

– А у тебя сто, – подсчитал Литиков.

– Не надо завидовать. Зависть – один из смертных грехов. К тому же, вы станете обладателями «ноу-хау». А в Москве есть и другие точки, где подобным образом лохов разводят.

– И каков же гранд? – спросил Литиков.

– Зависит от того, сколько денег будет в руке крупье в момент проведения операции.

– А приблизительно?

– Когда кинули Светлану, например, то было, пожалуй, не менее чем на четверть больше, чем она вам задолжала.

Глаза Литикова округлились, но почти тотчас же сощурились.

– Пашка, почему мы должны ему верить? Может, он подставить нас хочет. Или кинуть.

Бабухин не ответил, он думал. Точнее пытался размышлять по поводу поступившего предложения, однако у него ничего не получалось, так как подсознательно он чувствовал, что отказаться не сможет.

И Литиков обратился непосредственно к Виктору.

– Почему мы должны тебе верить?

– Вы ничего не должны. Но… – Виктор поставил многоточие и сделал многозначительное лицо.

– Пашка, он довольно непрост, – отметил Литиков.

– Конечно, – согласился Виктор. – Те, кто попроще, улицы подметают или лес валят.

В разговоре наступила пауза, однако некоторые невербальные проявления собеседников наводили Виктора на мысль, что интерес его предложение вызвало нешуточный.

А когда Бабухин и Литиков начали переглядываться, Виктор решил, что пора приступать к делу, и заявил:

– Я мог бы вкратце изложить свой план.

– Валяй, – помолчав, разрешил Бабухин. – Но учти – только серьёзные предложения.

Литиков добавил:

– А если на шару, то мы и впрягаться не будем, не на тех напал. Не наше то, что нам дано фортуною. Слыхал такое?

Виктор изложил свой план. Бабухин долго и мрачно разглядывал его, потом посмотрел на Литикова. Тот поёрзал в кресле.

– Планчик подозрительно… прост, – выговорил не без труда Литиков и почесал сначала грудь, а затем и живот.

Виктор усмехнулся.

– Можно и усложнить. Но – для чего? Так как?

– Подумать надо, – сказал Бабухин.

– Да, надо обмозговать, – согласился Литиков и глянул на журнальный столик с немудрящей закуской и остатками водки на дне бутылки.

Виктор понял его.

– У меня есть бутылочка «Абсолюта». Устроит? – Виктор щёлкнул замками портфеля.

Выпив, Бабухин и Литиков отмякли, отношения напряжения и борьбы отошли на задний план, более или менее мрачные проявления человеческой психики, как бы, утратили актуальность. Теперь стороны выражали осторожный оптимизм относительно успеха предстоящей операции и выглядели бесконечно расположенными друг к другу партнёрами.

Была куплена ещё одна бутылка водки – Виктор выложил деньги, а Литиков сбегал за спиртным, – и обсуждение намеченного мероприятия продолжилось. Решимость Бабухина и Литикова росла прямо пропорционально количеству потребляемой водки.

– Витя, дорогуша, – обнимая Виктора за плечи, выговаривал Бабухин. – А ты всё-таки грабитель. Основное-то делаем мы. Согласись. А? Я и вот он. Так? – Бабухин ткнул пальцем в Литикова, в результате этого его жеста вдруг упавшего со стула. – И мы ведь можем стать мишенями, согласись.

– Павлик, не будем торговаться, – отвечал Виктор со всей возможной любезностью. – Ты же не хочешь, чтобы я нашёл на это дельце других ребят?

– Ты лучше нас не найдёшь.

– Лучше меня и Пашки не найдёшь, – подхватил Литиков, поднимаясь с пола.

– Тоже думаю, что с вами работать можно. Вы – мировые ребята. Да и деньги вам пригодятся.

– Деньги пригодятся.

– Наливай!

Виктор рекомендовал партнёрам ознакомиться с обстановкой на месте. Но осторожно. Ни в коем случае не светиться.

– Стоп! – вдруг воскликнул Литиков. – Ты что, Пашка, забыл? Нас же пасут. Витя, видел, когда сюда шёл, бандюка в конце коридора?

– Когда я сюда шёл, в конце коридора никого не было, – с улыбкой сообщил Виктор.

– Как? – удивился Литиков.

Виктор многозначительно усмехнулся.

– Вот так. В шесть утра тоже никого не будет. Запомните: в шесть. Вам нужно сменить дислокацию. Я за вами зайду.

30

– Сильны у вас, ребята, в провинции социалистические настроения. Не поняли ещё, что в другой стране живёте.

Такое заявление сделала Настя, когда в очередной раз разгорелась дискуссия о справедливости распределения доходов от совместной мошеннической деятельности.

– При чём, Настасья, тут «другая страна»? – возмутилась Света. – Всё честно должно быть!

Настя помотала головой.

– Вы не понимаете. Вам сделали предложение, то есть вас наняли, предложив определённые условия. Вы, как и я, впрочем, – наёмные работники.

– Нет, нас взяли в дело, – возразила Света.

– Да-да, – поддержала её Татьяна. – Нам ведь не гарантировали определённый размер зарплаты, а дали процент – пятьдесят на троих.

– Процент или твёрдая ставка – без разницы, – стояла на своём Анастасия. – Сути это не меняет. Налицо трудовые отношения, а не партнёрские.

– Партнёр у нас такой – вот и не партнёрские отношения, – проворчала Света и сделала знак Татьяне – мол, оставим этот разговор, пока Настасья здесь. Уже понятно, что та их союзницей не станет, а следовательно, и участвовать ей в подобных их разговорах ни к чему.

Вечером, когда Виктор уже был в постели, в его комнату вошла Анастасия и уселась прямо на кровать. Виктор хотел указать ей на кресло, но сдержался. Настя уловила это его душевное движение и усмехнулась.

– Какие новости? – спросил Виктор.

– Почему решил, что я с новостями к тебе? – игриво начала Настя. – А ну как страсть, чю-ю-юйство? А? Может, я горю и пылаю, и жить нэ можу.

– От одного только взгляда на тебя простудиться можно. И окоченеть.

– А вот и врёшь! – обиделась Настя. – Я нежна и неутомима. Я могу тебя всю ночь гладить и целовать.

– Если на спор. И чтоб на следующий день тебя не беспокоили.

– Ах так?! Ну и всё! – Настя спрыгнула с кровати и вперила пылающий яростью взгляд в Виктора.

Виктор молчал. Может быть, ему следовало что-нибудь сказать, попытаться как-то удержать её, благо Настя тоже, вроде бы, чего-то ожидала, не торопясь покинуть комнату.

Однако он не стал удерживать Анастасию, и она ушла. На завтра была намечена акция с участием Бабухина и Литикова. Виктор почти не сомневался в успехе, и всё же какое-то беспокойство не покидало его.

А сегодня состоялось его знакомство с «друзьями» Бабухина и Литикова. То, что они упустили своих подопечных, похоже, довольно сильно их расстроило. Понурые, они сидели в гостиничном ресторане, когда Виктор появился возле их столика и взялся за спинку стула.

– Не возражаете? – спросил он.

Андрей и Игорь неприязненно глянули на него, а Алексей, нахмурившись, раздражённо сказал:

– Слушай, брат, полно свободных мест. Сядь где-нибудь.

– Но здесь тоже одно место свободно, – заупрямился Виктор.

– Ну, свободно. Ну и что? Тебя же просят: сядь за другой столик. А это место вполне может быть и занято.

– Так я не понял, свободно или занято?

– Тебя просят, как человека, – отчётливо выговаривая каждое слово, начал Андрей, – найди себе другое место. А мы ждём кореша. Да и посекретничать иногда хочется, сам понимаешь.

– А какие у вас секреты? – невинно улыбнулся Виктор. – Татьяна? Светлана? Паша и Миша? Денежки из поезда и их местонахождение? Если речь о подобных секретах, то, должен сообщить вам, наслышан я об этих ваших секретах.

Изумление с примесью испуга отразилось на лицах бандитов. Виктор, довольный произведённым эффектом, не без усилия согнал с лица улыбку и сказал:

– Впрочем, ладно, секретничайте, сяду где-нибудь.

Он расположился за соседним столиком, таким образом, чтобы все трое находились в поле зрения.

Шептались они недолго. Спустя, примерно, минуту Алексей обернулся к Виктору, чтобы пригласить его за их столик.

– Простите, можно вас на пару слов, – произнёс он и указал на свободный стул.

Виктор пожал плечами, поднялся и приблизился к столу, от которого его только что настойчиво гнали. Усевшись, сообщил:

– Слушаю вас.

– В общем-то, это мы хотели вас послушать, – не без некоторого смущения проговорил Андрей. – Вы, сударь, тут называли кое-какие имена… И вообще…

– Называл, – согласился Виктор. – Ну и что с того?

– Хотелось бы знать, к чему это. – Андрей никак не мог подобрать нужный тон.

– Что – к чему? – Виктор оставался невозмутим.

– Кто вы? Почему вы называли эти имена?

– Я просто хотел продемонстрировать, что ваши секреты – не такие уж и секреты, как вам, возможно, представляется.

Андрей кивнул.

– Это мы поняли. И всё-таки. Откуда у вас эти сведения?

– Я являюсь представителем Светланы и Татьяны. Поэтому все контакты с ними возможны только через меня.

– А откуда они узнали о нашем приезде? – насторожённо произнёс Андрей.

– Говорить об этом я не уполномочен.

– И… где они сейчас?

– Зачем вам? – вопросом на вопрос ответил Виктор.

– Хотелось бы встретиться с ними.

– Я же говорил: все контакты возможны только через меня. Что им передать?

Андрей переглянулся с Алексеем и Игорем, затем спросил:

– Вам известно, что они нам должны?

– Мне известно, что вы так считаете.

– Пусть отдадут нам должок, – твёрдо выговорил Андрей.

– Рекомендовал бы вам не считать их своими должниками, – любезно посоветовал Виктор.

– Почему это?

– Чревато.

– Не надо нас запугивать, сударь, – покачал головой Андрей.

– Пуганые, – добавил Алексей.

– Да у них и нет уже денег, – развёл руками Виктор.

– Куда они подевались?

– Светлана проиграла их возле метро «ВДНХ».

– Каким образом?

– Хотела удвоить свой капитал. И осталась без копья.

– Нас это не волнует. Это её проблемы. А должок пусть отдаст, – продолжал настаивать Андрей.

Подошла официантка, принёсшая бандитам заказанные ими бифштексы и бутылку кристалловской водки. Виктор заказал себе сто граммов «Мартеля» и два жюльена.

Разговор пошёл вяло и бестолково, а скоро и совсем увял. Виктор попивал коньяк и не особенно навязчиво рассматривал соседей по столику. Андрей был явно из спортсменов, деградировавших в качки. Алексей тоже, вероятно, занимался когда-то спортом, а именно – боксом. По крайней мере, шрамы на бровях и сутулые плечи говорили за это. Позднее, несомненно, он увлекался каратэ, о чём свидетельствовали шишки на суставах пальцев. Только Игорь, похоже, спортом никогда не занимался, но был, по всей видимости, достаточно нагл от природы, а первую судимость получил ещё по малолетству.

Все трое заметили проявляемый Виктором интерес к ним и старались всячески поддерживать имидж крутых и нахрапистых. Они ковырялись вилками в тарелках излишне лениво, смотрели по сторонам с презрением, были скупы на слова и проявления живых чувств.

Виктор, числивший себя знатоком человеков, не без удовольствия внимал разнообразию оркестровых красок и непростому переплетению лейтмотивов, накладывавшихся на его впечатления от лицезрения новых знакомых. Пожалуй, этих ребят можно использовать. Им нужны деньги. И если повести игру достаточно умело, с их помощью можно подзаработать. Неуправляемое электоральное поведение вполне способно устроить умелого политика, талант которого тихо тлел в душе Виктора.

– В общем, ребята, вы мне кажетесь надёжными мужиками, – заговорил он. – Думаю, для таких, как вы, срубить десяток тысяч зелёных не составит большого труда.

– Что, есть предложения? – поднял голову Алексей.

– Было бы кому предложить, а что – всегда найдётся.

– Выкладывай, – согласился Андрей.

– Но я, правда, не знаю… – Виктор сделал вид, что колеблется. – Есть определённый риск. А вам, возможно, он не нужен, риск. Гоняться за бабами – риска, как вам кажется, видимо, поменьше. Но, поверьте, перспектив – никаких. Потратите месяц, два, год или два года, найдёте даже, допустим, кого-то из них, а дальше что? Нет у них денег. И взять им неоткуда. А много ли у вас денег, чтобы поиски эти вести?

– А мы тебя в оборот возьмём, – улыбнулся Андрей.

– Глухой номер, – махнул рукой Виктор. – Если решил с вами встретиться, то, как, наверное, догадываетесь, принял меры.

– И какие же? – полюбопытствовал Алексей.

– Это тебе, Алексей, пока не интересно, полагаю.

– Это ты так думаешь, – уточнил Игорь.

– Ты говорил про десяток кочанов капусты, кажется, – напомнил Андрей.

– Эти деньги можно взять у лотерейщиков. У тех, например, которые облапошили Светлану.

Виктор остановил проходившую мимо официантку и заказал ещё пятьдесят граммов коньяку и бутылку «Кремлёвской».

– И поделиться со Светкой? – усмехнулся Алексей.

– Нет, со мной.

– И каким образом? – без видимого интереса спросил Игорь.

– Сыграть с ними.

– И выиграть? Скажи ещё, что это в порядке вещей, – вновь усмехнулся Алексей.

– Тебя послушать, они играют, чтобы прохожие обогащались на халяву, – добавил Андрей.

– Играют они, понятное дело, не для того, чтобы кто-то там обогащался на халяву, – согласился Виктор. – Но я, если помните, говорил о некотором риске. Так вот. Я предлагаю кинуть этих игруль.

– Каким образом? – снова спросил Игорь.

– Когда ставка достигнет апогея, забрать деньги и слинять. И свои, и чужие.

– И сколько будет чужих? – поинтересовался Андрей.

– Зависит от того, как скоро они начнут вместо своих ваши подкладывать…

– А если у нас нет денег? Что мы поставим? – прищурился выжидательно Андрей.

Жестом он попросил товарищей воздержаться от участия в дальнейшем разговоре.

– У меня есть, – сказал Виктор.

– Сколько?

– Десять, пятнадцать, двадцать. Но мне, разумеется, потребуются гарантии.

– А если не дадим?

– Тогда игра не состоится, – пожал плечами Виктор. – Гарантии мне нужны на половину денег.

– А прибыль?

– Пополам, естественно.

– А если гарантии на две трети?

– Нет.

– Отход?

– На машине. Именно на этом этапе необходимо действовать более чем слаженно. И ещё. Одному из вас потребуются актёрские данные, чтобы правдоподобно исполнить роль лоха.

– А погоня? У них, думаю, тоже имеются машины.

– Это возьму на себя. Они будут выведены из строя.

Все трое задумались. После паузы Алексей взволнованно выдавил:

– Рискованно.

Виктор промолчал.

– Без оружия не обойтись, – вздохнул Андрей.

– Не помешало бы, – согласился Виктор.

– Оружия у нас нет, – сообщил Андрей.

– Оружием обеспечу, – пообещал Виктор.

– А если стрелять придётся? – спросил Алексей.

– Если действовать, как по нотам, обойдётся без стрельбы, – заверил Виктор.

– Легко сказать – по нотам, – скептически усмехнулся Игорь.

– Вот именно, – подхватил Алексей. – Мафия. От них всего ожидать можно.

Виктор улыбнулся.

– А вы что, детский сад?

– Мы – нет. Но это их бизнес, – многозначительно заметил Андрей.

Официантка принесла коньяк и водку.

– За что пьём? За успех нашего предприятия? – обратился к собеседникам Виктор и поднял бокал. Потенциальные подельники смотрели то на водку, то друг на друга, однако на призыв его отвечать не спешили. Виктор понял, что пауза затянулась, и дружелюбно сказал: – Не будем спешить. Для начала выпьем за знакомство.

Да, это Пашу с Мишей можно уговорить на какую угодно авантюру. А вот их оппоненты оказались крепкими орешками – встреча с ними прошла безрезультатно. Велик риск – таково их резюме.

Виктор вышел из гостиницы, чтобы навсегда вычеркнуть робких бандитов если не из памяти, то, по крайней мере, из списка кандидатов в партнёры. Падающий лениво снег был мокрым и противным. Виктор пригнул голову и ускорил шаг – быстрее прочь, куда-нибудь в укрытие, в машину, например. Смотреть, как идёт снег, лучше из окна, а не принимая снежинки-слизняки на поверхность собственного лица.

Спустя несколько секунд Виктор вдруг обнаружил падение скорости движения. Он попытался разобраться в себе и обнаружил неясные импульсы зарождения какой-то мысли. Однако что это за мысль была, он не понял. Но воздух, словно бы, стал плотнее. Виктор остановился. Постояв в тягостном затруднении, вызванном ускользанием мелькнувшей мысли, Виктор понял лишь, что удерживающее его нечто связано с робкими бандитами. Может быть, он слишком спешит расстаться с ними навсегда?

Эвристический прорыв случился, когда Виктор проверялся на предмет наличия или отсутствия хвоста, что было отнюдь не лишним. Вполне естественным было предположить, что новые знакомые захотят узнать о нём больше, чем он счёл необходимым о себе сообщить.

Вскоре Виктор обратил внимание на невысокого сутулого парня с походкой американского тинэйджера. Виктор вошёл в продуктовый магазин. Из магазина ему было видно, как «тинэйджер» отошёл в сторонку, явно для того, чтобы затеряться среди ожидавших автобуса людей.

Виктор мог бы выйти из магазина через служебный вход, однако решил этого не делать. Не нужно никаких демонстраций. Он не будет оглядываться, когда вновь окажется на улице, а спокойно отправится в метро, где и потеряется. Как бы. Парень, судя по всему, не является специалистом в области негласного наружного наблюдения, и уйти от него будет не сложно. Виктор просто, как бы случайно, выпадет из поля его зрения. А за машиной вернётся позднее.

Татьяна, Светлана, Павел, Михаил – вот кто (именно они и им подобные) могут быть объектами их преступных посягательств, вот кого они не боятся. Поэтому и парень этот за ним увязался. И этим ребятам очень сложно оставить надежду найти Татьяну и Свету. Несмотря даже на то, что они и Павла и Михаила упустили. И, казалось бы, пора им уже понять, что цель они себе поставили не совсем реальную. Денег у них, вероятно, не так уж и много, а на поиски необходимо время, ежечасно деньги эти пожирающее.

Подумав о наличии денег у бандитов, Виктор подумал и о том, что было бы неплохо, если они вдруг, в одночасье, лишились бы средств к существованию. Возможно, отсутствие денег сделало бы их более сговорчивой, более мобильной группой, способной на криминальные подвиги особой дерзости.