Текст книги "Анты. Загадка исчезнувшего народа"
![](/books_files/covers/thumbs_240/anty-zagadka-ischeznuvshego-naroda-202876.jpg)
Автор книги: Станислав Чернявский
Жанр: История, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Последующие 60 лет «выпали» из истории готов. Два источника, Иордан и Аноним Валезия, сообщают нам имена готских королей, правивших в первой половине IV века. Имена конунгов – Ариарих и его сын Аорих. Это современники римского императора Константина I Равноапостольного(306–336) – иллирийца, родственника Клавдия II. Во время римских междоусобиц Ариарих и Аорих поддержали Константина и привели под его знамена 40 тысяч воинов, за что император щедро расплатился с ними. Следовательно, готы предпочли стихийному грабежу легальную войну и потребовали оплаты своих услуг. Заметим, что воинов меньше, чем во времена Книвы. Исследователи солидарны в том, что мы имеем дело только с вестготами. То есть Ариарих и Аорих были королями лишь западной ветви готского народа. Что происходило у остготов и тем более у гепидов в это время, неясно. Аориха отправили заложником в Рим, Ариарих умер. Пользуясь этим, власть у вестготов захватил представитель местной знати Геберих (ок. 332–350?). Он прославился тем, что разгромил вандалов, и остатки этого племени просили убежища у римлян, получив его в Паннонии. Вероятно, к 350 году вестготы завладели всей территорией Дакии. Примерно тогда же Геберих умер. В это время на востоке, у остготов, утвердилась династия Амалов. На престол взошел знаменитый конунг Германарих (ок. 350–375). Это был правнук Остроготы. Вероятно, после смерти Остроготы его род – Амалы – утратил власть, и вождей выбирали из других семей. Такой вождь именовался тьюданс – глава народа. Конунгами или кунингами мы их зовем, чтобы избежать латинского рекс – царь, ибо готы не называли своих вождей латинскими титулами.
Легенда гласит, что Германарих прожил 110 лет. Это значит, что он родился примерно в 265 году, то есть через два поколения после переселения готов на юг. Всё это маловероятно, но в принципе возможно. Вызывает сомнения другое. Когда Германариха выбрали конунгом, ему было 85 лет, а он действует как энергичный политик и создает огромную державу, память о которой сохранилась в истории как о чем-то значительном.
Скорее всего, Германарих возглавил народ, будучи на грани зрелости и пожилого возраста, цифра «сто десять лет» условна, она говорит лишь о том, что за четверть века конунг состарился и немного вышел за пределы обычной продолжительности жизни. То есть к моменту смерти ему могло быть за семьдесят, но сограждане называли его «столетним старцем».
Иордан сравнивает его с Александром Македонским (Гетика, 116). Это значит, что Германарих всю жизнь провел в войнах и значительно расширил державу. Известен список покоренных Германарихом народов. «Покорил же он племена: гольтескифов, тиудов, инаунксов, васинабронков, меренс, морденс, имнискаров, рогов, тадзанс, атаул, навего, бубегенов, колдов» (Гетика, 116). Единственный народ в этом списке, который может быть отождествлен со славянами, – это Golthescytha, но лишь потому, что славян обычно отождествляют со скифами. Тьюдо – это чудь, меренс – меря, морденс – мордва, васинабронки – весь «в Бронке» (географическое название, которое трудно идентифицировать). Inaunxis – тоже, скорее всего, не племя, а географический термин, относящийся к расположению чуди. Имнискары – это либо скиры, либо опять же географическое наименование, относящееся к расположению племени морденс. Роги – руги, которые, как мы предполагаем, поселились на реке Рось. Остальные племена вообще неизвестны – они погибли и не оставили следа. Кроме того, в состав готской империи вошли вестготы как союзное племя, хотя они и сохранили известную автономию. Это дало повод авторам прекрасно написанного, но небесспорного вузовского советского учебника по истории Средних веков заявить, что вестготы остались вне державы Германариха и вошли в орбиту римского влияния, но это не так. Учебники тоже требуют проверки и далеко не всегда выдают окончательную, проверенную информацию даже в таких мелочах, как факт зависимости вестготов от остготов в короткий период готской империи.
Вероятно, усиление готов напугало окрестные народы, а власть Германариха согласились признать далеко не все. Возможно, против готов сложилась коалиция в составе приазовских эрулов, какой-то части венетов и айстиев – литовцев. Первыми Германарих разбил эрулов и полностью привел их к покорности. Эрулы из союзников превратились в данников. Затем последовало нападение готов на венетов. Иордан однозначно относит их к славянам, но его текст требует пояснения. В IV веке процесс разложения и славянизации старых кельтских венетов завершался, но не закончился. По крайней мере, это можно заключить из данных археологии. В Восточной Европе несомненно славянской считается лишь пражско-пеньковская археологическая культура, но она появится лишь в VI веке. Тем не менее в «Гетике» можно отыскать вполне верное и надежное понимание славянского этногенеза.
Обратимся к тексту Иордана. «После поражения герулов, – пишет он, – Германарих двинул войско против венетов, которые, хотя и были достойны презрения из-за [слабости их] оружия, были, однако, могущественны благодаря своей многочисленности и пробовали сначала сопротивляться» (Гетика, 119). Упоминание о слабости оружия адресует нас к более позднему тексту «Стратегикона» византийского императора Маврикия, который тоже пишет о слабом вооружении, но большой численности и беззаветной храбрости славян. Венеты «происходят от одного корня и ныне известны под тремя именами: венетов, антов, склавенов. Хотя теперь, по грехам нашим, они свирепствуют повсеместно, но тогда все они подчинились власти Германариха» (Гетика, 119). Из этого сообщения видно, что венеты, по мнению Иордана, стали главным субстратом славян, которые будто «вылупились» из этого племени и сбросили старую шкуру. В то же время из сообщения Иордана следует, что в его времена было только два славянских союза – антов и склавинов (Antes, Sclaveni). Эти два племени были как бы «детьми» первого – венетов. Венеты терпят поражение, после чего Германарих нападет на айстиев и покоряет их, выйдя на границы Балтики. Иордан называет это племя эсты, что не должно вводить читателя в заблуждение: мы имеем дело не с финнами-эстонцами, а с литвой.
Таким образом, примерно в 370 году Германарих создал империю в границах будущей Киевской Руси. С.М. Соловьев в своей «Истории России с древнейших времен» полностью принимает это сообщение Иордана. Ученые советского периода, в том числе переводчик Иордана Е.Ч. Скржинская, сомневались в том, что Германариху удалось создать империю в восточноевропейских лесах, но сомнения должны быть отвергнуты. Во-первых, дело сводилось лишь к выплате дани, во-вторых, империя Германариха оказалась недолговечной. Она просуществовала лет пять. Если бы дело затянулось, владения Германариха наверняка были бы утрачены.
Из сообщения Иордана можно понять другую важную для славяноведения вещь. К тому времени, которое описывает готский историк в своей брошюре под названием «Гетика», гепиды уже переместились на южные склоны Карпат и заняли часть Дакии, то есть выступили союзниками вестготов против вандалов в борьбе за эту провинцию. Следовательно, венеды-славяне оказались предоставлены сами себе. Получается, что они вышли из пределов Галиции и попытались захватить берега Днепра и Припяти. Здесь они столкнулись с готами и ругами. Тогда-то славяне и попытались создать антиготский союз, в который вошли эрулы и айстии. Это заставляет по-новому взглянуть на текст Иордана. Не исключено, что ранние славяне попытались завладеть частью Восточно-Европейской равнины, но встретили сильного противника – готов. Германарих велик уже тем, что увидел эту опасность, сплотил своих воинов и стремительно разгромил коалицию врагов, не дав им собраться с силами. С этого времени начался тысячелетний спор славян и германцев, который стоил обоим этносам много крови.
Итак, славяне потерпели поражение и смирились. Но в державе Германариха было неспокойно. Он мог заставить людей согнуться перед готами, но не одержал решительной победы, да и не мог. Его держава была однодневкой и распалась бы даже без внешнего удара. Готы были главными бенефициарами созданной ими системы, то есть собирали дань с покоренных народов в свою пользу. Их союзникам доставались только крохи со стола господ, и это предопределило гибель остготской империи на берегах Днепра.
Началось с мелочи. «Вероломному… племени росомонов… подвернулся тут случай повредить» Германариху. Кто такие росомоны? Иордан называет их «Rosomonorum gens infida». Попытки отнести племя к роксоланам несостоятельны с точки зрения лингвистики. Вернемся к тексту.
Одной из жен Германариха была росомонка Сунильда. Она изменила состарившемуся конунгу. Германарих уличил жену в неверности, привязал к хвостам диких коней – тарпанов – и пустил в степь. Кони растерзали преступную женщину. У Сунильды были двое братьев, Сар и Аммий. Они подкараулили Германариха и поразили его в бок мечом. «Мучимый этой раной, король влачил жизнь больного» (Гетика, 130). Кто же эти таинственные росомоны? Сунильда – германское имя. Сар – аланское, Аммий – римское. Среди них нет ни одного славянского. Следовательно, росомоны – либо германцы, либо аланы. Скорее всего, первое, то есть перед нами – руги, живущие на реке Рось.
Судьба Сара и Аммия неизвестна. Скорее всего, Германарих казнил этих людей. Но даже если нет, руги сделались врагами готов. Империя затрещала по швам. Пользуясь смутой, от Германариха отделись вестготы. В этот момент на исторической сцене появились гунны.
5. Нашествие гунновСведения о гуннах обычно черпают из сочинений двух авторов – римского офицера, историка и разведчика Аммиана Марцеллина и уже знакомого нам Иордана. Есть еще отчет дипломата Приска Панийского о визите его шефа к Аттиле, но Приск дошел до нас в отрывках, Иордан – полностью, а от сочинения Марцеллина сохранилась последняя часть, которая составляет солидный том.
Иордан пишет, что конунг Филимер, когда переселился с готским народом к Черному морю в III веке новой эры, встретил там каких-то колдуний, которых выгнал далеко в степь. Колдуньи встретили злых духов, «сочетались» с ними, и от этой связи произошел народ гуннов. По мнению Л.Н. Гумилева, перед нами описание этнической мутации, в результате которой на свет появился новый народ.
Откуда и как появились гунны? В конце II века на Дальнем Востоке произошла трагедия. Кочевая держава Хунну (монголоидный народ, говоривший по-тюркски) пала под натиском древних монголов – сяньби, которых возглавлял великий вождь Таншихай (ум. 181). Кстати, сяньби – китайский вариант слова «сибирь»; вероятно, именно так называло себя это племя. Значительная часть хуннов бежала от своих победителей. «Слабосильные» хунны осели в долине реки Чу; более выносливые продолжили бегство и вышли к реке Уралу, потеряв по дороге жен и детей, которые не вынесли перехода и погибли. В это время в Приуралье господствовали угры – кочевые племена, говорившие на языках, напоминавших венгерский. Предки современных венгров – мадьяры – были одним из этих племен и обитали на территории Башкирии.
Вот этих-то угров Иордан и называет злыми духами. Похоже, они отдали своих девушек хуннам. В результате интенсивной метисации образовался новый народ – гунны. Первым из римских авторов их описал Аммиан Марцеллин. «Племя гуннов, о которых древние писатели осведомлены очень мало, обитает за Меотийским болотом в сторону Ледовитого океана и превосходит в своей дикости всякую меру», – говорит Аммиан (Римская история, XXXI, 2). Он получал сведения о гуннах от аланов – светловолосых европеоидов, вид которых не шокировал римлян. Гунны кажутся Аммиану уродами. «Так как при самом рождении на свет младенца ему глубоко изрезывают щеки острым оружием, чтобы тем задержать своевременное появление волос на зарубцевавшихся нарезах, то они доживают свой век до старости без бороды, безобразные, похожие на скопцов. Члены тела у них мускулистые и крепкие, шеи толстые, чудовищный и страшный вид, так что их можно принять за двуногих зверей или уподобить тем грубо обтесанным наподобие человека чурбанам, какие ставятся на концах мостов. При столь диком безобразии в них человеческого образа они так закалены, что не нуждаются ни в огне, ни в приспособленной ко вкусу человека пище; они питаются кореньями диких трав и полусырым мясом всякого скота, которое они кладут на спины коней под свои бедра и дают ему немного попреть» (Римская история, XXXI, 2). Все эти басни и преувеличения надолго пережили Марцеллина и входили в разные европейские сборники еще в эпоху Возрождения.
На самом деле всё обстояло проще и хуже для европейцев. Хунны вышли на берега реки Урал почти в то время, когда готы явились на Днепр. Те и другие столкнулись с аланами, но контактировали с ними по-разному. Гунны и аланы были смертельными врагами уже давно. Еще в III веке до новой эры хунны враждовали с могучим народом юэчжи, сила которого была в тяжелой «рыцарской» коннице. Юэчжи – это тохары, восточная ветвь туранских племен, родственных парфянам и аланам. Вражда не сулила ничего доброго. Уже во II столетии до новой эры тохары были побеждены и отступили на запад. Теперь настала очередь их родни, которой пришлось несладко.
Здесь нужно пояснить, кого мы называем туранцами. Это не тюрки, но потомки древних ариев. В далекой древности часть этого народа захватила Иранское нагорье и занялась земледелием. Другая часть жила в степях Казахстана и занималась кочевым скотоводством. Примерно в VI веке до новой эры (дата спорна) появился маг Заратуштра, или Зороастр, который велел молиться бага – добрым богам. Их последователи стали истинными арийцами, или иранцами. Иран – это Ариана, страна ариев. Неправедные люди верили в злых дэвов. Эти люди стали зваться туранцами. Они говорили на одном языке с иранцами, имели «арийский» облик, но сохраняли кочевой быт. Туранцы населяли Туркмению и Казахстан. К ним относились сарматские племена, включая аланов.
Любопытно, что греки, главным богом которых был Деус (Зевс), тоже по классификации Заратуштры считались туранцами. Римляне и вообще все народы католической Европы – тоже туранцы, ведь их бог – Deus. А русские – нет, ибо они верят в Бога (Бага), а дива считают злым духом (вспомним соответствующее место из «Слова о полку Игореве», когда див радуется победе туранцев-половцев).
Итак, гунны стали врагами аланов. Зато аланы нашли друзей в лице готов и заключили с ними союз, ища поддержки против грозного врага на Востоке. Затем на протяжении двухсот лет в Восточной Европе параллельно шли две большие войны. Готы создавали свою державу на Днепре, а гунны – между Уралом и Волгой.
Но идеализировать иранцев не следует. Постепенно они создали довольно примитивный расистский режим. Иранцем нельзя было стать, а можно было только родиться. Чистокровные арийцы стали господствующей расой Ирана.
Сила готов оказалась в тяжелой кавалерии, принцип которой заимствован у тех же аланов. Сила гуннов – в наличии конных стрелков. Эти тюрки-кочевники придумали лук с обратным изгибом, бивший на большие расстояния. Следовательно, гунны вели дистанционную войну. По выражению Иордана, они «ослабили» аланов «частыми стычками», и те отступили частью за Дон, частью в предкавказские степи.
Гунны создали мощный союз, подчинив поволжские племена по среднему и нижнему течению реки. Возможно, они доходили до Камы. В эпоху Германариха союзом руководил Баламбер.
На Дону готы, аланы и эрулы заняли прочную оборону. Зато Азовское море не охранялось. Оно тогда сильно обмелело. Греки называли его Меотийским болотом. Гунны обнаружили данный факт. Иордан передает исторический анекдот на эту тему. Якобы охотники «этого племени, выискивая однажды, как обычно, дичь на берегу внутренней Мэотиды, заметили, что вдруг перед ними появился олень» (Гетика, 123). Животное вошло в морские воды и, «то ступая вперед, то приостанавливаясь», перебежало на другой берег пролива. Для гуннов это стало сюрпризом: пролив считали непроходимым. По мнению античных географов, в это время Меотида обмелела и превратилась в болото, получив из рек много ила. «Я полагаю, – наивно пишет Иордан, – что сделали это, из-за ненависти к скифам [готам и аланам], те самые духи, от которых гунны ведут свое происхождение» (Гетика, 125). Для своего времени это довольно оригинальная попытка логически объяснить происшедшее.
Позднейшие ученые подвергали сомнению сообщение Иордана, но зря. Действительно, сюжет о животном, которое помогает перейти море, встречается в античных сочинениях несколько раз. Но изменения климата на планете вполне могли сделать такую ситуацию реальной, причем не однажды.
Гунны сосредоточили армию на берегах Керченского пролива, вторглись в Крым, захватили полуостров и вырвались на оперативный простор, застав готов и аланов врасплох (375). Переводчица Иордана Е.Ч. Скржинская усматривает в сообщениях готского историка и римлянина Аммиана Марцеллина некоторую разницу, но мелкие несовпадения можно не брать в расчет. В основном Иордан и Аммиан рассказывают одно и то же. Гунны вышли в тыл готам, разбив сторожевые отряды аланов. Германарих некоторое время сопротивлялся и маневрировал, но неожиданная измена вестготов лишила его тыловой базы. К тому же народы, которых он считал покоренными, начиная с чудских племен и заканчивая славянами, отказали в повиновении. Держава рухнула, и Германарих покончил жизнь самоубийством. «Он положил конец страху перед великими опасностями добровольной смертью», – пишет Аммиан Марцеллин (Римская история, XXXI, 3). Гунны присоединили к своим владениям земли между Днепром и Доном. Их враги – аланы бросились на запад и причинили много бедствий Римской империи. Часть аланов дойдет до Испании, а оттуда переправится в Африку.
Северные племена литовцев и финнов обрели свободу. Вестготы сочли гуннов своими врагами и попросили убежища в Римской империи, что привело к множеству непредсказуемых и трагических событий. Вестготы уничтожат в сражении при Адрианополе армию императора Валента (364–378) во главе с самим императором, позже разграбят Рим (410), после чего найдут приют в Галлии (411), а затем в Испании, где будут разгромлены арабами в 711 году.
Но нас интересуют судьбы славян. Для этого нужно понять расстановку сил после поражения Германариха и распада его империи. А также – вернуться к истории остготов, которые из господ превратились в одно из рядовых племен и к тому же данников гуннов.
6. «Время Бусово»Каждому школьнику известны строки из «Слова о полку Игореве», когда после поражения князя от половцев «готские девы» радуются и «поют время Бусово». Оставим в стороне проблему подлинности поэмы и обратимся к вопросу, кто такой Бус и почему «готские девы» сопоставляют его поражение с поражением князя Игоря? Перед нами – отголосок славяно-готской борьбы и какой-то победы готов, о которой слагают песни. Попробуем разобраться.
После гибели Германариха остготы попытались договориться с гуннами и, сделавшись данниками победителей, купили покой. Остготские герцоги, включая сына Германариха, поклялись гуннам в верности. Они жили по-прежнему в Лукоморье, и их власть уже не доходила до среднего течения Днепра.
Правителем значительно урезанного королевства остготов стал Винитар (375 —?) из рода Амалов. Аммиан Марцеллин называет его Витимиром. Немецкий исследователь Х. Вольфрам выдвинул предположение, что Винитар – прозвище, которое означает «победитель венедов». Тогда мы приходим к интересным соображениям. Выходит, что славяне-венеды активизировались и повели войну с готами на стороне гуннов. Это соответствует данным истории и археологии. Славяне и гунны не были врагами. А подтверждением гипотезы о славяно-готской войне как раз и является выражение «время Бусово». Возможно, Бус – славянский вождь, выступивший против готов и разбитый в борьбе с ними. Поэтому «готские девы» и прославляют это время – время побед своих воинов над славянами.
Проверим гипотезу. Единственный письменный источник об этих событиях – вновь Иордан. Историк рассказывает о борьбе готов с западными соседями. Точнее, Винитар сражается с племенем антов и их вождем, которого автор «Слова о полку Игореве» называет Бус. На самом деле имя вождя антов – Бож (Boz); такова транскрипция в «Гетике» Иордана. Впервые Божа и Буса отождествил академик А.А. Шахматов (1864–1920) в работе «Древнейшие судьбы русского племени».
Но сразу возникает вопрос: кем были анты – еще аланами или уже славянами? За первую гипотезу говорит отсутствие на территории антов славянских археологических находок. Кроме того, имя Бож вроде бы неславянское. Хотя у позднейших славян оно сохранилось в женском варианте – Божена.
Значит, анты той поры – это аланы? Против этой версии есть возражения. Во-первых (и это главное!), аланы были верными союзниками готов; война между ними не просто маловероятна, а согласно тогдашним нормам межплеменных взаимоотношений вообще невозможна. Во-вторых, значительная часть аланов бежала от гуннского нашествия, то есть аланские племена на Дону были ослаблены. В-третьих, мы ничего не знаем ни о продолжительности жизни главных героев столкновения – Винитара, Баламбера и Божа – ни, соответственно, о дате военного конфликта между готами и антами.
С большой долей вероятности события можно реконструировать так. В 375 году, когда гунны обошли готов с тыла и сразились с ними на Дону, против Германариха восстали славяне и росомоны. Германарих отошел к Днепру, но спокойного тыла здесь уже не было. Его союзников – аланов-антов (то есть «внешних» аланов, пограничников) – разгромили «венеды» и примкнувшие к ним руги.
Положение остготов стало критическим. Тогда-то отчаявшийся конунг и покончил жизнь самоубийством. Готские воины избирают королем его родича Витимира. Тот на время был вынужден признать власть победителей, но «с горечью переносил подчинение гуннам» (Гетика, 246).
А что же славяне? Они стали верными союзниками гуннов и получили в награду часть земель аланов-антов. Это подтверждается данными археологии. Территория распространения аланского союза антов простиралась до самого Дона, и там преобладали предметы туранской материальной культуры. После разгрома гуннами антов возник новый союз, в материальной культуре которого преобладают уже славянские элементы. Причем праславянские субстраты встречались уже в прежнем, туранском союзе антов. Это легко объяснимо: часть туранских племен вошла в состав славянского союза, ассимилировалась со славянами, но обогатила их частью своей культуры.
Следовательно, после гуннского нашествия славяне разделяются на две части. Одна живет по-прежнему в Галиции. Другая уходит на восток и подчиняет ослабевших аланов-антов. Эту часть славян и возглавляет князь Бож. Некоторые исследователи выдвигают гипотезу, что именно аланы подчинили днепровских славян и дали им свое имя. Но это противоречит всем обстоятельствам, которые сопровождали создание нового союза. Аланы-анты были разбиты гуннами и не имели возможности расширить свою территорию. Поведение славян в этом случае тоже выглядело бы странно. Они приходят на земли претерпевшего разгром антского союза и вдруг признают зависимость от разбитых гуннами антских вождей? Всё это по меньшей мере сомнительно, и от гипотезы о подчинении славян аланами следует отказаться как от нелепой.
Кем были новые господа антов? Мы уже видели, что националист М.С. Грушевский объявил их предками украинцев, а более объективный ученый – Б.А. Рыбаков – считал предками всех восточных славян. Однако всё гораздо сложнее, а мы не будем спешить с ответом на вопрос.
Склавины, по воспоминаниям более поздних византийских авторов, – это плохо вооруженные пехотинцы. Анты – кавалеристы. Хозяйство «склавинов» и антов оставалось примитивным, то есть таким, как у аланов, готов и прочих варваров. Но славяне-анты, земли которых располагались в условиях с более благоприятным климатом, развивались быстрее «склавинов». Впрочем, на заре истории антский союз пережил драму.
Судя по всему, славяне-анты были «смотрящими» за готами. А потому – сделались главными их врагами. Через некоторое время после гуннского погрома конунг Витимир счел себя достаточно сильным для того, чтобы освободиться от власти завоевателей. Точной даты нет. Могло пройти несколько лет, вряд ли больше. Мы видим параллельное описание событий у Аммиана Марцеллина, он рассказывает о том же, о чем Иордан, причем умещает рассказ в 375–378 годы.
И вот, «понемногу освобождаясь» от власти гуннов, Витимир «двинул войско в пределы антов» (Гетика, 246). Это вполне логично и подтверждает нашу реконструкцию.
В первой битве Бож нанес поражение остготам, но Витимир «в дальнейшем стал действовать решительнее и распял короля их Божа с сыновьями его и с семьюдесятью старейшинами для устрашения, чтобы трупы распятых удвоили страх покоренных» (Гетика, 247). Может быть, экзекуцию удалось произвести из-за измены части аланов-антов? Аланы вряд ли могли полюбить своих славянских господ и бросились в объятия старых друзей – готов. В результате славянская верхушка была истреблена. Может быть, после этого Витимир и переменил свое прозвище на Винитар в знак того, что победил венедов? Впрочем, эта деталь не имеет значения для реконструкции событий.
Память об этих событиях сохранилась и у римлян. Аммиан Марцеллин трактует их как алано-готскую войну. То есть еще не знает славян и продолжает считать антов аланами, как было еще недавно. Это логично в том смысле, что аланы составляли большинство подданных в племенном союзе, который возглавил Бож. В видении Марцеллина события выглядят так. Витимир «оказывал некоторое время сопротивление аланам, опираясь на другое племя гуннов, которых он за деньги привлек в союз с собою». Однако затем готский конунг потерпел поражение от гуннов и погиб. Это совпадает с сообщением Иордана. Под вопросом, кто такие гунны, которых привлек Витимир. Вероятно, это одно из угорских племен, подчинившихся гуннам. Так или иначе, в Поднепровье вспыхнула война, успех в которой сопутствовал готам.
Разгром антов вызвал беспокойство и гнев гуннского вождя. Не прошло и года, как Баламбер пришел с войском из-за Дона, чтобы покарать готских мятежников. Он действовал не только войной, но и дипломатией и сумел привлечь на свою сторону часть готов. Вероятно, союзниками Баламбера стали гепиды, уже давно выступавшие против своих родичей и врагов – остготов. Близкое родство не мешало этой вражде. Вождь части остготов Гуннимунд, сын Эрманариха, подчинился гуннам. В итоге он объединил чуть ли не половину народа остготов, если верить Иордану, и послал на Витимира своего сына Гезимунда с войском. Но самые воинственные и отчаянные люди собрались вокруг готских повстанцев. Они сражались не на жизнь, а на смерть и даже одержали несколько побед. В двух сражениях Витимир отбросил гуннов и их союзников, но силы были неравны. В третьей битве, состоявшейся на реке Эраке (Днепр?), гуннский правитель Баламбер сам возглавил сражавшихся, нашел Витимира и смертельно ранил его в голову. Остготы подчинились гуннам, а конунгом сделался Гуннимунд, «отважный в бою и выдающийся красотою тела» (Гетика, 251). Теперь остготских правителей утверждали гунны, то есть вчерашние господа-германцы потеряли остатки самостоятельности. Вождество антов под властью славян было, конечно, восстановлено гуннами, потому что впоследствии мы видим на Днепре мощный Антский союз. При этом часть готов и аланов-антов после гибели Витимира отошла на берега Днестра, где искала спасения. Беглецы выбрали вождем Витериха (?) по прозвищу Вандалар. Это был сын Витимира, и его избрание – знак признательности отцу, отважно сражавшемуся с гуннами и нашедшему геройскую смерть в битве. При Витерихе было двое регентов – Алатей и Сафрак. Эти имена – негерманские. Похоже, перед нами – часть антов-аланов, которая после этих драматических событий связала судьбу с готами. Несомненно, после их бегства славянский элемент на Днепре усилился, и вскоре здесь возникла пеньковская археологическая культура – уже несомненно славянская.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?