Текст книги "Призраки Марта"
![](/books_files/covers/thumbs_240/prizraki-marta-217373.jpg)
Автор книги: Татьяна Солодкова
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Татьяна Солодкова
Призраки Марта
Пролог
В камине весело потрескивали поленья, охваченные языками красно-желтого пламени. Их вид завораживал, притягивал взгляд, околдовывал.
Колдовство… Март усмехнулся, вспомнив слово, которым невежи до сих пор иногда называют магию. Колдовство и колдуны. И плевать они хотели на общепринятые названия.
Плевать, плевать на все… Хотелось бы и ему просто взять и наплевать. Послать все к черту: и сестру, и выбор, перед которым она его поставила, – просто уйти.
Но сбежать можно не из всякой западни. Да и разве он беглец?
Март сполз по спинке кресла еще ниже, водрузил ноги на невысокий табурет, поближе к огню, который по-прежнему притягивал взгляд. Мартин даже не потрудился снять сапоги – зачем? Не хватало еще потом встречать гостей босиком и обуваться в спешке. Пустое. Ждать осталось недолго.
Он только расстегнул несколько пуговиц рубашки и привычно закатал рукава.
Мятая одежда, растекшееся по креслу тело, бокал с янтарной, терпко пахнущей жидкостью на столике у правого локтя. Будь в помещении сторонний наблюдатель, он решил бы, что молодой человек пьян. Март и впрямь в этот вечер представлял собой жалкое зрелище. Вот только он не выпил ни капли спиртного. Наполнил стакан на треть, поставил на стол, но передумал и так к нему и не притронулся – ясная голова сегодня еще пригодится.
Одно из поленьев снова издало треск и рассыпалось в пламени в труху, другие еще сохраняли форму, несмотря на то что огонь уже порядком их потрепал. Март подумал, что он сам теперь сродни этим деревяшкам – осталась только форма, внешний вид, но языки пламени с себя уже не стряхнуть.
Тихо отворилась боковая дверь, впуская в комнату рыжеволосого мальчишку. Огненная шевелюра подростка, как всегда, оказалась растрепана, будто не чесана много дней, хотя Март своими глазами видел Пьетро утром и прическа у него была почти что опрятная.
Мартин бросил на визитера ленивый короткий взгляд и вновь уставился в камин. Вот и второе полено истлело…
– Опять потерял расческу?
– А? – замерший было у двери мальчик вздрогнул. – Я… это…
Март повернул к нему голову, красноречиво приподняв бровь.
Пьетро тут же подобрался, вытянул руки по швам.
– Простите, господин! – выпалил он на этот раз четко и громко, как солдат перед командующим. – Никак нет! – Похоже, ветеранские истории Густава плотно осели в подсознании мальчишки. – Расческа при мне! – В подтверждение своих слов подросток даже извлек ее из кармана и несколько раз прошелся деревянными зубцами по волосам. – Уй! – Зубчики ожидаемо запутались в непокорных прядях.
Март поморщился.
– Петька, брось, – попросил устало, отворачиваясь.
– Э-э-э… – раздался звук падения маленького предмета на пол. – Расческу бросил, господин!
Мартин с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться – Петька с его тонкой душевной организацией непременно обидится.
– Господин? – В голосе мальчика появились жалобные нотки.
– Да, Петь? – Третье полено. Что-то «гости» тянут. Если так и дальше пойдет, придется вставать и подбрасывать в камин новую порцию дров.
Пьетро несмело сделал шаг к креслу, в котором все еще сидел, развалясь, Март, и робко замер.
– Я опять понял вас буквально, да?
На этот раз Мартин улыбнулся от души и не таясь. Есть же толк, есть. Раньше парнишка и заговорить первым не решился бы, и вопрос задать.
– Ага. – Март, не поворачиваясь, оторвал ладонь от подлокотника кресла, согнул указательный палец, и брошенная на пол расческа, взлетев в воздух, послушно заняла свое место в кармане юного хозяина.
– Ох… – выдохнул Пьетро. Что тоже было успехом – вспомнить хотя бы, как он визжал, словно раненый поросенок, при любых проявлениях магии рядом с ним.
Март наконец взял себя в руки, обхватил ладонями подлокотники, подтянулся, садясь ровнее, поставил ноги на пол.
– Петь, ты что-то хотел?
Мальчик смущенно переступил с ноги на ногу.
– Хотел спросить: не нужно ли вам чего? Спать пойти… – и резко замолчал, увидев, как господин хмурится.
– Сколько раз я тебе говорил, что ты больше не раб? – строго спросил Март.
– Много, господин. – Успех, конечно, налицо, но работать с парнишкой еще долго. Жаль, что…
– И не «господин», – продолжил Мартин. – И на «ты».
Пьетро упрямо поджал губы, мотнул головой, как норовистый конь, взметнув огненно-рыжую челку.
– Не могу, господин.
Вот ведь упрямец! Март не сдержал улыбки.
– Хорошо, что ты зашел, – сказал он, снова становясь серьезным. – Вон там на столе деньги, – кивнул, указывая направление. – Передашь завтра с утра поверенному господина Переуса. Это арендная плата.
– Конечно, господин! – Мальчик тут же ожил и встрепенулся. Задание – это привычно, это просто, это то, что нужно.
– Там же твои документы…
Пьетро вскинул на Мартина расширившиеся от ужаса глаза.
– Господин, вы меня гоните? Потому что я плохо учусь?
– Глупости не говори, – огрызнулся Март. – Никто тебя не гонит. У каждого уважающего себя человека документы должны быть при себе. Давно следовало тебе их отдать.
Пьетро сделал шаг к столу, остановился, посмотрел недоверчиво.
– И никакого подвоха? – И как только в этом парне умудряются уживаться угодничество и покорность бывшего раба и наглость беспризорника?
Март серьезно кивнул.
– Никакого подвоха.
Во всяком случае, в том, что касается вольной Пьетро и банковского счета на его новое имя. Но документы из банка мальчик рассмотрит завтра утром. Если прочтет и поймет не все, то банковский вензель и имя точно узнает, а дальше разберется.
Пьетро наконец добрался до стола, как Март и предполагал, не стал изучать бумаги при нем – молча сгреб и спрятал за пазуху, одернул кафтан.
«Хороший пацан, – подумал Мартин, поглядывая из-под полуопущенных ресниц. – И все у него будет хорошо».
– Господин?
Мартин не ожидал, что мальчик снова решится заговорить, поэтому удивленно поднял голову.
– Да, Петь? – Он поощрительно улыбнулся.
– Что-то случилось? – Ответная улыбка Пьетро была робкой и едва различимой, но все-таки была.
Случилось. Тщательно создававшийся мир Марта в одночасье рухнул. Цель, на которую он потратил всю свою жизнь, обернулась разочарованием. А единственный выбор оказался очевидной роковой ошибкой. Потому что в данном случае ошибкой будет любой из выбранных вариантов.
Слишком… много всего. Слишком сложно для только-только начавшего оживать мальчика Пьетро.
Март уверенно покачал головой.
– Ничего, Петь.
– Мне показалось, вы грустите.
– «Ты», – поправил Мартин. Пьетро закусил губу, но не сдался – упрямый. Март усмехнулся. – Настроение просто такое, лирическое. Что ж я, не человек, что ли?
– Человек… Скажете тоже, – возмутился мальчик. – Вы же самый великий черный маг…
– В городе? – Март скептически скривился.
Пьетро выпятил колесом грудь.
– В нашем королевстве!
Вероятно, один из, если судить по силе дара. Только речь не о величии. Март мог получить величие, а выбрал…
Он напрягся, почувствовав приближение тех, кого ждал весь вечер. Выходит, Март думал о Брэнигане слишком плохо – тот промучился целых полдня, прежде чем сдать его со всеми потрохами тем, кому следовало. И все же он в нем не ошибся.
Мартин подобрался – все, хватит лирики.
– Пьетро, сядь, пожалуйста, – указал на табурет перед камином прямо напротив своего кресла. На пустую болтовню больше не было времени.
Мальчик вздрогнул от резко изменившегося тона «господина» и послушно пересек комнату, чтобы выполнить приказ.
Март на мгновение прикрыл глаза. Чужая энергия стремительно приближалась: целый отряд… Сильные маги… Мартин не сдержался и хмыкнул – высоко же они его оценили. Или наоборот – слишком низко – так бы он и ждал облавы, нежась в кресле перед камином…
Март подался вперед.
– Молчи и слушай, – заговорил быстро и строго. – Скоро сюда придут люди…
Пьетро растерянно моргнул.
– Гости? Накрыть на стол?
Мартин раздраженно мотнут головой.
– Не перебивай, пожалуйста. – Петька тут же виновато потупил взгляд. – Они будут задавать тебе вопросы. Обо мне.
Мальчик тут же вскинулся.
– Что вы, господин! Вам не нужно напоминать! Я никому ни одного словечка, я…
Верность, самоотверженность. И самое поганое то, что Пьетро действительно умрет, но не выдаст его. Ничего толком не знает, но будет защищать до последнего.
– Идиотом не будь, – перебил Мартин, злясь больше не на собеседника, а на себя – за то, что привязал к себе мальчишку, но дело до конца не довел. – Эти люди придут не на чай и, если надо, развяжут язык любому. На любой их вопрос – отвечай правду. Говори – все. Действительно все. Это понятно?
– Но как же?..
– Это понятно? – повторил Мартин с нажимом.
– Да, господин.
– Да, Март, – поправил он скорее по привычке, чем осознанно.
– Да, господин, – как всегда уперся Пьетро. Ну да боги с ним.
Ощущения обострились. «Гости» были совсем близко. Март почувствовал, как покрывается гусиной кожей – дом накрыли куполом.
Мышеловка, из которой не уйти.
Но разве он собирался уходить?
Март встал и опустил закатанные рукава рубашки; застегнул манжеты.
– И чтобы вел себя покорнее мыши, – бросил взгляд на растерянного Пьетро. – Полное содействие.
Кажется, до мальчика наконец дошло.
– Это что же… – У него даже губы побледнели. – Они?
Март усмехнулся.
– И еще группа поддержки, – проворчал себе под нос. Пьетро услышал, часто заморгал, не понимая. – Уши закрой! – резко велел Мартин.
Пьетро послушался мгновенно – привык доверять и полагаться на своего «господина». Закрыл ладонями уши. В следующее мгновение рвануло: ухнуло, грохнуло, дверь слетела с петель и улетела в другой конец помещения, со звоном и грохотом сбивая все на своем пути.
Пьетро согнулся, как под обстрелом. А Март остался стоять. Посреди комнаты. С идеально прямой спиной. Только повернулся лицом в сторону так агрессивно и нелепо открытой двери.
О да, их было много. Столько гостей в период обитания тут Мартина этот дом еще не видел.
– Не двигайся! – рявкнул седовласый светлый маг в необъятной хламиде, первым ворвавшийся в помещение. Можно подумать, он сам своей белой «святой» силой вышибал дверь. Март не шелохнулся. Только стоял и смотрел. – Подними руки! – поднял, нарочито медленно, тягуче – вверх, немного в стороны, ладонями к визитерам, чуть расставив пальцы, демонстрируя, что не собирается использовать магию. Внутри купола и не смог бы. – Взять его!
Мартин не сопротивлялся, ни когда к нему подбежали двое огромных «служак» и заломили руки за спину, заставив согнуться, ни когда светлый накидывал на него «пелену покорности». Только повернулся к вжавшемуся в угол Пьетро и чуть смежил веки, напоминая об обещании.
Отвернулся.
Его повели к выходу.
Часть первая
Нарушая правила
Глава 1
За пятнадцать лет до описываемых событий
Двор, озаряемый магическими накопителями, установленными на специально вкопанных по периметру огороженной территории высоких столбах, наполнился людьми. Залаяли собаки.
Всадники. Пятеро. Один – в длинном плаще с капюшоном, опущенным на лицо, – словно безликая тень. Остальные – обычная охрана, в темной одежде, с оружием. Кто в этой компании главный, не вызывало сомнений.
Только кто пожаловал в гости на ночь глядя? Кто бы это ни был, он не желал, чтобы его узнали посторонние. Тем не менее охрана у ворот его пропустила…
Хлопнула боковая дверь особняка; по ступеням сбежал запыхавшийся Кермит. Старик был уже слаб, скорость и ловкость давались ему нелегко, но он старался, чтобы не потерять свое место.
Кермит приблизился к «Плащу с капюшоном»; поклонился. Ничего себе! Завязался негромкий и весьма короткий разговор, и управляющий повел гостя в дом.
Вит торопливо присел на корточки под подоконником, чтобы незнакомец его не заметил. Вдруг тому взбредет в голову поднять глаза и увидеть незваного наблюдателя?
Собаки продолжали голосить. Чей-то грубый голос окрикнул их. Солман? Выходит, и конюх не спит… Как интересно!
Вит осторожно поднялся из своего укрытия, медленно, почти не дыша, приоткрыл оконную створку пошире. В детскую ворвался порыв прохладного ночного ветра, и мальчик в последний момент перехватил раму, чтобы она не ударилась о стену. Успел. Еще бы чуть-чуть…
Словно издеваясь над его стараниями, дверь в комнату вдруг с грохотом распахнулась.
– Вита! – Мальчик резко обернулся. Кто пожаловал без стука и приглашения, он знал наверняка.
Сестра, как и он сам, была уже переодета к ночи. Ткань белоснежной сорочки, доходящей почти до пят, струилась при ходьбе и даже сияла в неосвещенной комнате, отчего Вита напомнила брату привидение. Он не сдержал смешок.
– Чего ржешь? – Вита тут же уперла руки в бока.
Начинается. Вроде бы в обед уже подрались и оба получили взбучку от няни Агаты, а затем и от матери, но этой все мало.
Однако упрямство не позволило смолчать.
– А ты чего шумишь? Услышат же.
Вита дернула плечиком.
– Как же. Вон как собаки орут. Не услышат.
– Все равно, – уперся Вит.
Отец обещал подарить ему на день рождения личного коня, если сын будет примерно себя вести. Вит уже даже присмотрел себе нового друга – черного, как вороново крыло, жеребца. Их сосед, господин Нуриаш, как раз выставил того на продажу. А до дня рождения – рукой подать. Через неделю Виту исполнится восемь и у него появится свой собственный конь. У Виты, конечно, день рождения в ту же дату, но она запросила у матери новое платье с ажурной шляпкой. Вряд ли мама откажет ей в обновке, даже если сестрица будет качаться на люстре, – вот ничего и не боится.
– Как думаешь, кто это? – Девочка нагло пересекла комнату и остановилась у окна рядом с братом; вытянула шею, напомнив Виту цаплю.
– Понятия не имею, – буркнул тот.
Любопытно было до ужаса. В последние месяцы дом Викандеров редко принимал гостей. У отца, лорда Виттора Викандера, произошел какой-то конфликт с королем, и высшее общество, ранее не слезавшее с их диванов в гостиной и нахваливавшее мастерство кухарки Эльзы, быстро забыло дорогу в имение. Тем загадочнее выглядел сегодняшний ночной визит незнакомца.
– Пошли, подслушаем! – Вита схватила брата за рукав пижамы и потянула за собой.
Мальчик нетерпеливо вырвал руку.
– Если нас застукают… – прошипел в ответ.
Но сестра насмешливо закатила глаза.
– Да купит он тебе эту лошадь. Пугает только, а ты веришь.
Вит не стал спорить. Это крошка Виттория для отца – нежный цветок, с которого только и делать, что сдувать пылинки. А с сыном у лорда Викандера разговор короткий: «Ты мой наследник и спрос с тебя другой». Когда Виту было лет пять, он обижался. Потом понял. И правда, какой с девчонки спрос? Дурная, и все тут.
– Ну как хочешь! – Вита встряхнула своими длиннющими, спускающимися ниже пояса волосами и пошлепала босыми ногами прочь из комнаты. И сразу – вниз по лестнице.
Теперь уже Вит закатил глаза. Верно отец говорит: женщины – это погибель для мужчины. Не видать ему теперь Мрака – он даже имя коню уже придумал.
А все-таки своя, хоть и дурная…
Вит тяжело вздохнул и бросился вслед за сестрой.
Вита уже успела пристроиться на верхней ступени лестницы и жадно смотрела вниз, впившись тонкими пальцами в балясины. Обернулась, когда брат приблизился, подвинулась, освобождая место, и снова обратилась в зрение и слух.
Вит присел рядом. Все-таки было безумно любопытно.
Видно только отсюда плохо, да и слышно не очень. Жаль, что отец давно разгадал все их магические хитрости и почистил гостиную. Последнее «ухо» из дивана у чайного столика он извлек, порядком разозлившись на бесконечные шалости детей. После чего пострадало собственное ухо Вита. Вите-то что – девчонка, с нее другой спрос.
Так что оставалось рассчитывать только на собственные глаза и уши. Никакой магии в доме – правило, которое лорд Викандер требовал выполнять неукоснительно. Либо во дворе, либо на уроках с учителем, но никогда самовольно и в стенах особняка.
А посмотреть было на что.
Сегодняшнего гостя Вит видел впервые. Тощий, высокий, худой, как палка, с длинным горбатым носом и узкими прищуренными глазами – он не понравился мальчику сразу. Обычно друзья отца были добрыми и улыбчивыми, да и наведывались в приличные часы для посещений, а не ночью. А этот… коршун на ветке.
Гость занял одно из кресел у чайного столика, отец – другое. Лорд Викандер сидел лицом к визитеру, но по чересчур прямой спине и расположению рук на подлокотниках Вит безошибочно определил, что отец напряжен – тоже не рад ночному посетителю.
В гостиной царило молчание, отчего стало совсем не по себе. Только бы не чихнуть ненароком, тогда точно не отделаешься пострадавшим ухом.
Из двери, ведущей на кухню, появилась мать с подносом в руках. Сама, лично – прислуга будто вымерла.
Леди Викандер еще не успела переодеться к ночи и была в том же платье, в котором дети видели ее на ужине. На лице – дежурная улыбка, а глаза – серьезнее некуда. Вит поежился.
Сестра обернулась, округлив глаза и молча спрашивая, заметил ли он. Мальчик поджал губы – заметил.
– Спасибо, Лу. – Отец ласково коснулся тыльной стороны ладони матери, когда та ставила поднос с чайными принадлежностями на столик. – Дальше мы сами.
– Конечно, Вит. – Луиза Викандер все так же безжизненно улыбнулась, выпрямилась. – Виттор, – кивнула мужу. – Лорд Ширадин, – гостю.
– Леди Викандер, – вежливо кивнул тот в ответ, а затем проводил хозяйку дома взглядом до самой двери на кухню, из которой она появилась и за которой вновь скрылась. – Не боишься за нее? – заговорил гость, обращаясь к лорду Викандеру, жестко, требовательно. – За детей?
Пальцы отца сжались на подлокотнике.
– Я не делаю ничего предосудительного, зачем мне беспокоиться об их безопасности? – ответил сухо.
– Ой ли? – Тон гостя резко изменился. Лорд Ширадин откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. – Вит, я сколько лет тебя знаю? Двадцать? Двадцать пять? – Отец дернул плечом, давая понять, что числа уже не имеют значения. – И как бы мы ни расходились во мнениях в последние годы, – уже совсем неофициально продолжил Ширадин, – мы все еще друзья. – Лорд Викандер скептически хмыкнул. – Я – твой друг, – ничуть не смутился гость. – И ты в опасности. Вы все.
Повисла пауза. Отец побарабанил пальцами по бархатной обивке подлокотника.
– Что ты предлагаешь? – спросил через некоторое время, очевидно что-то обдумав.
– Принеси присягу Лионару, – коротко ответил гость.
Виту показалось или отец скрипнул зубами?
– Я уже сказал этому юному наглецу, что готов принести присягу новому королю так, как было принято нашими предками, и так, как это соблюдалось много веков подряд: слово, клятва.
Гость покачал головой.
– Мы оба знаем, что на черных магах не держатся магические клятвы.
Теперь отец совершенно точно заскрипел зубами. Виту сделалось совсем жутко.
– Ты называешь меня клятвопреступником? Сомневаешься в моей чести?
Если бы лорд Викандер таким тоном обратился к своему сыну, Вит, должно быть, провалился бы под землю. Но Ширадин не выглядел ни напуганным, ни впечатлившимся.
– Я называю тебя упрямым бараном. – Вит часто заморгал, не веря своим ушам. Вита снова растерянно оглянулась. – Дай пацану закрепиться на троне, – спокойно продолжил незваный гость. – Ему всего семнадцать. Партии раздирают его на части. Лион еще молодец, что пытается действовать своим умом.
Лион? «Коршун» так запросто говорит о короле? В голове не укладывалось.
– Хочешь сказать, он своим умом придумал использовать эти серьги? – В последнем слове отчетливо слышалось отвращение.
– Конечно нет, – согласился Ширадин. – Но ты знаешь, что ему предлагали? Белые хотели вживить всем черным магсерьги, которые убивали бы на месте при любом магическом воздействии на человека без дара.
– А он, ангел во плоти, согласился на три звена, – передразнил отец. – Теперь черные будут умирать с третьей попытки. Ты сам-то себя слышишь? Это, прежде всего, клеймо. Рабство.
Гость помолчал; покусал губы, уставившись на лежащие на колене руки.
– Это унизительно, – согласился затем. – Тем более – для тебя и других лордов, долгое время находившихся при дворе и внесших немалый вклад в благополучие королевства.
– Но… – едко подсказал лорд Викандер.
– Но Лионара можно понять, – уже тверже продолжил Ширадин. – Его отца только что прикончил именно черный маг.
– Дуглоаса и его сообщников казнили, – отрезал отец.
Эту историю Вит знал. Всего несколько месяцев назад было совершено успешное покушение на жизнь короля Реонерии, его величество Лагуста Третьего, после чего трон перешел к его семнадцатилетнему сыну Лионару.
Однако то, что короля Лагуста убил черный маг, Вит слышал впервые. А в чем связь опасности, нависшей над их семьей, и каких-то магических серег, не понимал до сих пор. Их с сестрой с пеленок учили, что разницы между светлой и темной магией не существует: одна умеет лечить, другая истреблять нечисть и нежить – не более.
– А до этого на жизнь Лагуста совершил покушение Шедрей, и он тоже был черным.
– Тоже казнен.
– А побоище в Сансе?
На этот раз отец ответил не сразу и не так категорично.
– Любой может тронуться умом, не только черный маг.
– Только если бы помешался белый, он бы скорее засадил площадь в Сансе цветами. Две сотни трупов, Вит.
– Случайность.
– И все же, – настаивал гость. – Причин бояться черных у Лиона предостаточно.
– Серьги – это как рабское клеймо! – рявкнул отец. Вит заметил, что сестра испуганно втянула голову в плечи. – А если на меня и на мою семью нападут эти самые люди без дара, которых сопляк так свято защищает? Три магических действия – и я труп?
Гость поморщился.
– На тебя хотя бы раз нападали люди без дара?
Однако отец оставался непреклонным.
– Нет. Но как раз потому, что знали – получат отпор.
Ширадин облизал губы. Пересохли? Волнуется? Тем не менее никто из мужчин так и не притронулся к подносу с чаем и сладостями, оставленному на столике хозяйкой дома.
– Вит… – Гость помолчал и попробовал заговорить снова, даже подался вперед. – Ты же Викандер. Один из самых сильных черных магов Реонерии, у тебя оба ребенка – наследники сильнейшего темного дара. К кому, как не к тебе, прислушается король, если ты пойдешь ему навстречу? Можно ведь торговаться. Не три звена – пять. А со временем, когда все устаканится, уберут эти серьги, я уверен.
– У тебя нет дара, – нетерпеливо огрызнулся отец. – Тебе легко говорить. Не на твоих детей собираются ставить смертельное клеймо, ошейник.
– Детей не тронут, – возразил гость. – До шестнадцати лет точно. А до тех пор, пока твоим детям исполнится шестнадцать, много воды утечет. Все еще изменится.
– Нет, – отрезал лорд Викандер.
Но собеседник его словно не слышал.
– … Законопроект еще на рассмотрении. Возможно, детям придется учиться в закрытых учебных заведениях, но это все равно жизнь. Если Лионар решит, что ты представляешь опасность, вы все – и Луиза, и Виттор с Витторией – погибнете.
Сердце забилось сильнее. Этот человек и их имена знает. Как такое возможно? Друг отца, которому столько известно, и ни разу не был у них в гостях? Вит не так представлял себе дружбу.
– Нет, – еще раз повторил отец.
– Хотя бы поговори с Лионом.
– Я уже изложил ему свою точку зрения.
– Виттор.
– Ривен.
И все. Минута напряжения. Взгляды – глаза в глаза – и гость встал, одернул полы плаща, который так и не снял за все время разговора.
– Все, что я могу обещать, – это то, что попытаюсь смягчить твой ответ, передавая его Лиону.
Лорд Викандер тоже встал.
– Так и знал, что это не визит друга, – сказал обвиняюще.
– Друга, – возразил Ривен Ширадин. – Но по просьбе его величества.
– Вот и скажи его величеству, – королевский титул в устах отца звучал с явственной издевкой, – что готов служить ему верой и правдой, но я и мои люди не псы, чтобы носить ошейники.
Гость вздохнул и, не прощаясь, покинул дом.
Отец стоял посреди гостиной, глядя прямо перед собой, только теперь чуть ссутулил плечи.
– Виттория! – внезапно раздавшийся гневный голос хозяина дома застиг его детей как гром среди ясного неба. Оба немедленно вскочили. Вит сразу же распрощался с мечтой о Мраке. – Живо в постель! Виттор! Иди сюда!
Как всегда, с девочки спроса нет… Вита показала брату язык и унеслась в свою комнату. Вит проводил сестру тоскливым взглядом. Так и знал, что влетит.
К удивлению Вита, отец не стал отчитывать его за подслушивание. Впрочем, мальчик и сам знал, что подглядывать исподтишка – непорядочно, и готов был принять наказание. Да, он оказался здесь из-за неугомонной Виты, но у него был выбор – он мог остаться в комнате. Тем не менее последовал за сестрой. Значит, сам и виноват.
Глупо было рассчитывать на то, что такой сильный маг, как лорд Викандер, не почувствует чужого присутствия. Наивно и глупо. Вит окончательно перестал злиться на сестру и разозлился на себя.
Однако, когда мальчик спустился в гостиную, взгляд отца уже не метал молнии.
– Сядь, – попросил лорд устало, что слишком резко контрастировало с тем тоном, которым он окликнул детей. Вит молча занял недавно покинутое гостем кресло. – Молодец, – рассеянно похвалил отец. Мальчик удивленно приподнял брови: за что его хвалят – за то, что сумел сесть и не «промазал» мимо кресла? – Ты ведь все слышал? – Вит кивнул. А лорд Викандер вдруг опустился на корточки перед сыном (мальчик окончательно растерялся), сжал его кисти в своих больших теплых ладонях. – Виттор, не знаю, как обернется, – заговорил негромко, даже глухо. – Но запомни одно: ты Викандер. За этим именем история, честь и гордость. Викандеры не преклоняют коленей, но служат верно и никогда не предадут тех, кто от них зависит.
Вит знал. «Верность и честь» – было написано на их семейном гербе под мечом и рукой с растопыренными пальцами в черной перчатке.
– Я постараюсь отстоять эти серьги, – продолжал отец. – Если нет, у меня есть еще кое-какие варианты. Никто не сделает из моих детей рабов.
– Лучше быть мертвым и свободным, чем живым рабом? – спросил Вит, вглядываясь в удивительно серьезные и одновременно печальные глаза отца, такие же синие, как у него самого.
Лорд Викандер вздрогнул как от удара.
– Кто тебе такое сказал? – строго потребовал ответа.
Вит только дернул плечом.
– Так, услышал.
Тогда отец водрузил ладони сыну на плечи.
– Мы не будем ни мертвыми, ни рабами, – пообещал серьезно.
– Да, отец, – покорно отозвался Вит.
А сам подумал, что отец совсем не так уверен в своих словах, как хотел показать.
Дом горел.
Все произошло слишком быстро, Вит толком ничего и не понял. Он спал в своей кровати, когда в комнату ворвалась мама, держащая за руку испуганную Виту; обе в ночных сорочках.
Сестра терла глаза.
Дом наполнялся запахом гари.
– Вит, скорее! – Леди Викандер схватила его за руку и практически силой вытащила из постели. – Бежим!
– Куда?! – прокричал мальчик испуганно и тут же закашлялся: горло драло неимоверно.
– Вниз! – Мать уже бежала по лестнице. – Белые поставили купол. Не казнь, всего лишь пожар… Может, купол вас пропустит…
Если защитный купол ставят заведомо против кого-то, то жертву он не выпустит, это Вит знал – учитель рассказывал, и отец тоже. Но кто? За что? «Коршун» Ширадин? Нет, он не маг, отец сказал. Тогда кто приказал? Король, которого лорд Викандер называл сопляком?
– Скорее!
Первый этаж был заполнен дымом. Из глаз хлынули слезы.
– Жжет, – захныкала Вита.
Мать бросилась к столику. Схватила нож для масла, с его помощью оторвала два больших куска ткани от подола своей сорочки – та стала длиной выше колена – обильно полила водой из графина и вручила детям.
– Прижмите к лицу!
Все так быстро. Твердая рука и твердый голос. Вит никогда не видел свою мать такой. Теперь-то он по-настоящему испугался.
Не казнь – пожар… Их решили убить всей семьей, как и предупреждал Ширадин, и представить все как несчастный случай.
– Туда, к задней двери. – Мать потащила детей за собой, снова и снова пытаясь на ходу создать защитное заклинание. Магия осыпалась с ее пальцев черными искрами.
Внутри купола использовать магию не удастся – это Вит тоже знал: бесполезно.
Открытого огня не было, только дым, серо-бело-голубой, густой – однозначно магический.
Они почти добежали до двери в кухню, когда с грохотом распахнулись главные двустворчатые двери.
Их пришло много, людей в черном с обнаженными мечами в руках. Без дара, но достаточно было и того белого мага, который оставался на улице, держа купол.
Пришли добивать.
Чтобы наверняка…
Что могут двое детей и слабая женщина, неспособная использовать свой дар, против десятка вооруженных мужчин?
– Где папа?! – заплакала Вита. – Где он?!
Мать не ответила, только крепче сжала и без того бледные губы. Ее грудь тяжело и быстро вздымалась, светлые волосы разметались. А в глазах… в глазах леди Викандер Вит прочел что-то такое, отчего вдруг отчетливо понял: отца больше нет в живых.
Глаза защипало сильнее.
– Где папа?!
– Не реви! – рявкнул Вит на сестру.
Удивительно, но та испуганно затихла.
Они отступали спинами к задней двери. Вооруженные люди шли на них. Леди Викандер расставила руки в стороны, прикрывая грудью детей и пряча их за собой.
Вит громко всхлипнул и поднырнул под руку матери, встал впереди. Он мужчина и не должен прятаться за ее спиной. Это он должен защитить и маму, и сестру. Кто знает как – как-нибудь.
В этот момент Вит вспомнил, что мать сказала о куполе и о том, что тот может быть не настроен на детей.
Времени на раздумья не было, поэтому он просто выбросил руку вперед. С пальцев сорвались черные молнии и впечатались в лицо ближайшему из нападавших.
Что-то ухнуло, грохнуло, взорвалось. Во все стороны полетели брызги крови и ошметки чего-то горячего и склизкого. Кто-то закричал.
А в следующий миг Вита уже отбросило в сторону. Со стены упала картина, больно припечатав его по затылку и на время лишив способности что-либо видеть и понимать. Влажная тряпка потерялась, гарь снова забила ноздри.
А когда Вит вновь обрел способность видеть и осознавать реальность, увидел глаза матери – широко распахнутые, мертвые. Она лежала прямо перед ним, раскинув руки в стороны – так, как защищала только что своих детей, а поперек ее груди зиял окровавленными краями… разрез? Разруб? Кто-то просто перерубил тело леди Викандер мечом. Белая сорочка быстро пропитывалась кровью.
Вит забыл, как дышать, и не мог отвести взгляд от мертвых глаз матери.
В себя привел визг сестры. Именно визг, не крик. Вита забилась в угол, накрыв руками голову, и отчаянно визжала.
Как-то отец взял сына с собой на охоту. Там был маленький кабанчик, раненый. Он похоже визжал, пока лорд Викандер милосердно не закончил его мучения.
Подступающий к Вите мужчина с огромным мечом в руках собирался свершить такое же «милосердие».
– Нет! – закричал Вит, мгновенно оказавшийся на ногах. – Не смейте!
Если бы его попросили вспомнить, как всего за мгновение он умудрился пересечь комнату и загородить собой сестру, мальчик не смог бы.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?