Читать книгу "Мой снежный антигерой"

Глава 2. Странный курорт

Тили

Время в пути пролетело быстро, и когда венрилир начал снижаться, мы все буквально прилипли к окнам, чтобы рассмотреть незнакомое место, в которое нас привезли.

Находилось оно высоко в горах, и снега тут было немало. Вокруг раскинулся сосновый лес, вдалеке виднелись острые скальные пики, а ещё я заметила чуть в стороне внизу нечто похожее на большое озеро.

– Красота, – протянула Вилмина. – Никогда не была зимой в горах. А тут, оказывается, поразительно красиво.

– С этим не поспоришь, – кивнула я, продолжая разглядывать пейзажи за окном.

Тем временем венрилир опустился на большую площадь, недалеко от длинного трёхэтажного здания. Двигатели затихли, но и мы не спешили что-либо говорить. Так и продолжали сидеть на своих местах.

– Выходим, – скомандовала кураторша, на чьём лице отразилось выражение настороженности. Видимо, она тоже плохо представляла, что нам предстоит тут делать.

Мы неспешно покинули салон.

На улице оказалось довольно холодно, но почти без ветра. Под ногами приятно скрипел белый снежок, а сам воздух казался настолько чистым и сладким, что им хотелось надышаться впрок или даже собрать себе немного в баночку.

– Смотри, Тили, что это? – громко спросила Вилма.

Она указала рукой в сторону, и мы едва ли не всей толпой уставились на странные канаты, уходящие куда-то вниз. И всё бы ничего, но к этим канатам на большом расстоянии друг от друга крепились сооружения, похожие на лавочки со спинками. Пока мы их разглядывали, они вдруг начали двигаться, причём ползли как-то удивительно плавно.

– Приветствую, господа, – отвлёк нас от созерцания этой непонятной штуки мужской голос.

Мы дружно посмотрели на подошедшего к нам мужчину лет сорока на вид и нескладно поздоровались в ответ.

– Моё имя – Се́дрик Ди́лмор. Я здесь главный инженер, – проговорил он, поправив припорошенную снегом синюю шапку. – Давайте сначала покажу вам, куда заселяться, а потом проведу экскурсию по комплексу.

Я была уверена, что мы направимся к тому самому строению, перед которым приземлились, но господин Дилмор почему-то провёл нас мимо входа. Это здание было выполнено в необычном стиле, я бы даже назвала его словно недостроенным. Где-то на стенах виднелся голый камень, где-то кирпичи, окна обрамляли деревянные балки, а сами стены были выкрашены в бежевый цвет.

– Это главная гостиница, тут мы будем принимать важных гостей, – проговорил господин Дилмор. – Чуть ниже строится ещё одна, похожая, для представителей среднего класса. А мы с вами идём во второй готовый корпус.

Примерно метрах в ста от непонятного здания стояло ещё одно, выполненное в том же странном стиле, но уже высотой в пять этажей. Рядом стояли ещё какие-то небольшие постройки, значения которых я пока не знала. Вдоль дорожки, по которой мы шли, стояли столбы с фонарями, лавочки, мусорные урны, но главное – было очень холодно. Какой дурак вообще будет тут сидеть или гулять?

– Персоналу здесь отданы два первых этажа, – сообщил наш провожатый, когда мы дружной толпой вошли в просторный холл с колоннами, выполненный в серо-белых тонах.

Здесь нас встретила невысокая плотная женщина лет пятидесяти с собранными в косу ярко-рыжими волосами, она приветливо улыбнулась и представилась: Але́т Роус –старший администратор курорта. Госпожа Роус лично проводила нас до выделенных нам комнат.

Жить нам предстояло по двое, что было вполне привычным. Комнатки оказались маленькими, но уютными, и к каждой примыкала своя личная ванная. Правда, из окна открывался вид на какой-то склад, но за ним всё равно виднелись горы.

И, вроде бы, всё было хорошо, но в душе́ отчего-то царил сумбур. Всё в этом курорте (на курорт совершенно не похожем) казалось привычным, но каким-то не таким. У меня в мыслях разгорался настоящий диссонанс, да и Вилма выглядела такой же растерянной. Ведь даже теперь, когда мы прибыли на место прохождения практики, не стало понятнее, зачем мы вообще сюда приехали.

Через час после прибытия нас снова собрали в большом холле, попросили одеться теплее и повели на улицу. Вот тогда-то наша кураторша всё-таки соизволила спросить господина Дилмора, что такое вообще «горнолыжный курорт»?

Он посмотрел на неё с видом полной обречённости и, махнув нам рукой, чтобы шагали следом, вышел из здания.

– Есть такое приспособление для катания по заснеженным горным склонам – называется лыжи, – начал он, ведя нас обратно к месту стоянки венрилира. – Это две длинные плоские доски, которые крепятся к ногам. Если научиться ими управлять, то спуск по склону становится крайне интересным развлечением… для кого-то. Я, увы, эту науку освоить не смог. Моя стезя – техника и магия.

Он уверенно прошагал мимо главного здания и направился прямиком к загадочным лавочкам, двигающимся по канату.

– Это подъёмник, – сказал с гордостью господин Дилмор. – Моя разработка. Он предназначен для того, чтобы поднимать обратно наверх тех, кто съехал по лыжной трассе. Если среди вас есть техномаги, то эти ребята будут работать со мной, следить за исправностью техники, за правильным распределением нагрузки, зарядом накопителей на двигателях и тому подобным.

Мы подошли к тому месту, где висящие на канате лавочки разворачивались, делая полукруг, после чего снова уплывали вниз. Они двигались непрерывно, но ползли довольно медленно. Хорошо хоть, не скрипели.

– Предлагаю всем нам прокатиться, – радостно сказал главный инженер.

Но ответом ему стала настороженная тишина, а наша кураторша и вовсе сделала несколько шагов назад, будто желала спрятаться за широкими спинами Барта и Фишера – парней с боевого факультета.

Такая реакция ни капли не удивила господина Дилмора, но по тяжёлому вздоху стало понятно, что, во-первых, он подобный страх видит постоянно, а во-вторых, всё равно заставит нас забраться на своё необычное изобретение.

– Давайте, должен же среди вас быть хоть кто-то смелый? – насмешливо проговорил господин Дилмор. – Ребята? Девушки? Покажите пример остальным. Эта канатная дорога довольно короткая, всего семьсот метров. Внизу вторая – уже на тысячу. Эту мы построили год назад, а нижнюю только недавно закончили. Но они обе готовы к работе.

Смельчаков предсказуемо не нашлось, что совсем не удивительно.

Я наблюдала за ползущими вверх и уходящими вниз удобными на вид лавочками со спинкой и пыталась понять, как они вообще держатся на канате?

– А ничего не оборвётся, если кто-то из нас сядет? – спросил Алек – наш техномаг-отличник.

– Конечно, нет, – ответил инженер. – Это очень крепкий канат. Обратите внимание, он натянут между опорными столбами, и таких опор на пути много. Нагрузка распределена равномерно. Бояться нечего.

– А как на нём держатся лавочки? – поинтересовалась я, наблюдая за этой гирляндой из сидений.

– Кресла крепятся специальным зажимом… и магией. Идёмте поближе.

Он подвёл нас к сооружению, в котором вертелись винты и подобие лебёдки, ещё раз подробно рассказал о том, как именно функционирует этот агрегат, и снова задал вопрос:

– Ну что, кто из вас всё же решится прокатиться? Я, в свою очередь, гарантирую, что после круга вы вернётесь обратно, на это же место, в целости и сохранности.

И тут стоявшая рядом со мной Вилма решительно взяла меня за руку и громко завила:

– Мы пойдём.

Я тут же попыталась высвободить руку, отойти от этой сумасшедшей, но она стиснула мои пальцы так крепко, что не вырвешься.

– Молодцы, девочки! – с восторгом ответил господин Дилмор. – Принесу вам вечером пирожные от нашего повара. Вы таких никогда не пробовали.

– Мы тоже прокатимся, – сказал Марк, подталкивая вперёд Ларта. – Не бросим девчонок одних.

– И мы, – заявили Фишер и Барт, направляясь к инженеру.

– И я хочу, – проговорил Алек. – В конце концов, я техномаг и прекрасно вижу, что конструкция надёжная.

Боевики, как самые смелые, первыми встали на указанные места, ожидая, пока приедет кресло. Оно подкралось к ним сзади, парни сели, закрыли металлическую перекладину… и с весёлым восторгом медленно поехали вниз.

Следующими на отмеченные квадратиками места для посадки встали мы с Вилмой.

– Вообще, кресла рассчитаны на четырёх человек, но мы пока отправляем по двое, – пояснил Дилмор. – Это действительно очень удобный вариант перемещения в горах.

Мне под коленки сзади что-то ударило, и я тут же поспешила сесть. Лавочка качнулась, поехала дальше, а довольная Вилма быстро опустила сверху металлическую ручку-ограничитель.

– Ух ты, – выдохнула она, болтая ножками. – Вот это карусель!

– Ага, – я пока не особо разделяла её восторгов. – Только в сотни раз страшнее.

Мы плыли довольно высоко над землёй. Внизу был снег, по бокам росли высоченные деревья, а вид на горы открывался поистине потрясающий. От него дух захватывало даже сильнее, чем от страха.

– Вот это я понимаю, приключение, – рассмеялась Вилма, крепко вцепившись в поручень. – Я даже не разберу, чего во мне сейчас больше: страха или восторга.

Я покивала, полностью разделяя её мысли. Хотя, честно, если бы мне прямо сейчас предложили сойти, точно бы согласилась. Но мы висели в воздухе, двигались вперёд по канату, а прыгать было очень высоко. Нет, я могла бы использовать стихию воздуха и сделать своё приземление плавным, но как потом добираться обратно наверх? Пешком по сугробам?

– Смотри, – вдруг весьма заинтересованно проговорила Вилма и указала вниз вправо.

А там по снежному покрову прямо между деревьями быстро двигался человек. Казалось, он летел над снегом, катился красиво, плавно и как-то даже грациозно. Сначала я решила, что это такой неизвестный мне способ левитации, но потом рассмотрела на его ногах две ярко-зелёные длинные доски, а в руках две тонкие палки. Иногда он отталкивался ими от снега, но большую часть времени просто держал их в руках.

– А это, видимо, и есть те самые горные лыжи, – проговорила подруга, тоже неотрывно следя за парнем внизу.

Он как раз выехал из леса, свернул на широкую заснеженную дорогу и заскользил спокойнее. Его путь пролегал прямо под канатами подъёмника, поэтому совсем не удивительно, что он нас заметил. Парень был одет в чёрные штаны и куртку, на его голове была большая круглая шапка, а глаза закрывала маска. И всё же, увидев нас, он удивлённо улыбнулся и приветливо помахал нам рукой.

– Вы очень красиво ехали! – зачем-то крикнула ему Вилма.

– Спасибо, – ответил он, и голос у него оказался очень даже приятным. – А вы смелые девушки. Хотите, научу на лыжах кататься?

– Конечно! – тут же ответила моя неугомонная подруга. – Очень хотим!

– Тогда жду вас в два часа дня у начала этой трассы, там есть учебный склон. Если заблудитесь, вам подскажут.

– Хорошо, мы придём, – тут же крикнула Вилма.

Теперь нам приходилось смотреть назад, чтобы увидеть лыжника. Он же остановился и теперь просто провожал нас взглядом.

– Скажите Курту, завхозу, чтобы выдал вам костюмы и лыжи, – громко крикнул он в ответ. – Передайте, что Дио попросил.

– Хорошо! – радостно воскликнула Вилма. Но ко мне повернулась только тогда, когда парень скрылся из вида. – Нет, ты видела? Я никогда так быстро не договаривалась о свидании!

– Очнись, это не свидание, – я помахала у неё перед лицом ладонью в тёплой перчатке. – Ты только что согласилась учиться кататься на двух скользящих досках, приделанных к ногам!

– Но ты же видела, как красиво он ехал! Я тоже так хочу. Уверена, в этом нет ничего сложного.

Вилмину переполняли восторг и азарт. Казалось, она совсем забыла, что мы с ней плывём прямо по воздуху на подвешенной к канату лавочке. Будто мимолётная встреча с человеком в чёрном затмила все её страхи и эмоции.

– Вот после обеда и попробуем! – продолжала она фонтанировать энтузиазмом.

– Ты попробуешь, а я на это не подписывалась, – ответила я ей.

– Тили, но меня же нельзя отпускать одну, – Вилма состроила страдальческий вид. – Я без тебя никак не справлюсь. К тому же, он позвал нас обеих. И мы согласились.

– Ты согласилась, – напомнила ей. – Я в это время молчала.

– Но не отказалась же. Как известно, молчание – знак согласия.

– Всё равно не пойду, – я скрестила руки на груди. – Парень, конечно, ехал красиво. И со стороны кажется, что это очень легко. Но я сильно сомневаюсь, что всё на самом деле так просто.

– Мы обязаны попробовать, – не сдавалась подруга. – Хотя бы ради того, чтобы потом сказать, что катались на лыжах.

– Давай поговорим об этом позже, – решила я сгладить наш спор. – И вообще, для сегодняшнего дня мне уже достаточно впечатлений.

– Так ещё даже не обеденное время, – проговорила Вилма.

– Вот именно, – я многозначительно покивала. – Так что поумерь пыл. Возможно, нам сегодня ещё работать придётся. И пока даже непонятно, в чём именно эта работа будет заключаться.

– Ну, в первую очередь, мы здесь на практике, следовательно, будем использовать магию, – развела руками моя немного легкомысленная подруга. – Справимся, не переживай. Скорее всего, начинать практику будем завтра. А сегодня вместе пойдём учиться скатываться по склонам. Мы просто обязаны попробовать.

Я не стала отвечать и ничего пробовать не собиралась. Если Вилме не хватает в жизни острых ощущений – то пусть катается. А мне и так достаточно поводов для переживаний. Ведь в кармане всё ещё лежал злополучный конверт, вскрывать который совсем не хотелось. Я уже чувствовала, что ничего хорошего в письме не будет, и была бы рада вообще никогда его не читать, но… придётся.

Ведь таким способом письма мне отправляла только мама, а писала она до этого всего два раза с момента моего побега. И если она снова рискнула со мной связаться, значит… меня снова почти нашли. А это очень и очень плохо, потому что именно сейчас, за полгода до выпуска, я никак не хотела опять менять академию.

Первое письмо я получила через шесть месяцев после побега. Тогда мне казалось, что найти меня невозможно. Я обосновалась в Вертинии, продала все прихваченные с собой драгоценности, сняла неплохой домик и собиралась поступать в магическую академию. Но мама написала, что ищейки отца уже знают, где я, и что у них приказ вернуть меня любой ценой. Тогда мне пришлось бросить всё, снова сменить имя и отправиться в другую страну.

В соседней Сайлирии я поступила в тихую академию на юге страны, спокойно отучилась два курса. Когда мне исполнилось двадцать, а именно этот возраст на моей родине считается совершеннолетием, я даже вздохнула спокойнее. Ведь теперь отец уже не мог заставить меня делать то, что ему нужно. Но обрадовалась я слишком рано.

Тогда мне снова пришло письмо от мамы. И в нём она опять предупредила, что меня нашли. Но я решила, что больше прятаться не стану, а отцовских ищеек встречу гордо и пошлю куда подальше.

Впрочем, никто не стал меня слушать. А явился за мной Дайлит, мой старший брат. Он отправился прямо к ректору, объяснил ему ситуацию, и руководитель академии, во избежание международного скандала, сам отдал меня ему.

Я сопротивлялась, как могла. Сначала уговаривала, потом ругалась, даже плакала. Но Дайлит не слушал, ему было всё равно.

Тогда мне чудом удалось сбежать. Но жизнь снова пришлось начинать с чистого листа. И на сей раз я выбрала Карилию, причём самую захолустную академию на севере страны. После экзаменов меня приняли сразу на третий курс, даже стипендию назначили. Для ректора куда важнее оказался мой сильный двойной дар, чем мелочи с документами, и это не могло не радовать.

Два с половиной года всё было спокойно. Новый артефакт защиты от поиска работал отлично, внешность я тоже сменила с помощью артефакта, став на этот раз рыжеволосой простушкой с карими глазами и довольно большим носом. Симпатичной, но довольно обычной. Училась хорошо, в авантюры не лезла, надеялась вскоре получить диплом… Но вместо этого снова получила письмо из дома.

Боги, как же мне надоело скрываться! Я так не хотела опять бросать академию, убегать, прятаться. Да и денег на всё это у меня почти не осталось.

– А эта канатная дорога очень интересно устроена, – проговорила Вилма, отвлекая меня от грустных мыслей, когда наша лавочка уже начала подниматься обратно в гору. – И вокруг так красиво. Даже как-то умиротворяюще.

– Согласна, – ответила я, вздохнув.

Подруга о моих проблемах с семьёй не знала. Я вообще никому не рассказывала свою историю, считала это слишком опасным. Поэтому и сейчас не могла поделиться с Вилмой тем, что творилось на душе.

И всё же глубоко во мне ещё жила надежда, что мама написала о чём-то хорошем. Вот только я чувствовала, что это не так.

Глава 3. Ученицы

После катания на подъёмнике нам показали другие объекты курорта: склад с экипировкой, снегоходы, большие машины на гусеничном ходу, которые назывались «ретраками». Объяснили, где находится та самая учебная трасса, а где начинаются ещё две. Ну, а после этого нас отпустили по комнатам, разрешив сегодня просто отдыхать и набираться сил.

На восемь утра было назначено собрание, на котором нас обещали распределить по объектам и назначить работу. А пока мы оказались предоставленными самим себе.

Обедать все отправились в большую столовую. Кормили здесь довольно вкусно, да и само помещение казалось очень светлым, милым и уютным. С нами за столик сели Марк и Ларт и наперебой принялись делиться впечатлениями от удивительного устройства канатной дороги. Вилма тоже не умолкала, а мне хотелось просто скорее поесть и остаться одной.

Закончив с обедом раньше других, я отправилась в нашу комнату. Учиться кататься на лыжах мне совсем не хотелось, а вот письмо никак не давало покоя.

– Я тоже скоро приду, – сказала мне в спину подруга, неторопливо наслаждаясь вкусом мясного рагу. – Отдохни пока, что-то ты сегодня бледная.

Ещё бы не быть бледной с такими переживаниями. Но я справлюсь.

Оказавшись в комнате, я села на свою кровать, достала из кармана пальто злополучный конверт и обречённо вздохнула. Оттягивать бессмысленно, лучше сразу узнать, что там решила сообщить мама, и начинать принимать меры. И мне даже думать не хотелось, что придётся снова куда-то сбегáть и прятаться.

Едва я надорвала бумагу конверта, как на нём блеснуло и погасло охранное плетение, а отправитель узнал, что письмо дошло до адресата.

Сложенный вчетверо лист разворачивала, затаив дыхание. А стоило мне увидеть ровные буквы, выведенные маминой рукой, как сердце сжалось от волнения.

«Здравствуй, Мартина. Увы, тебя снова нашли. И на этот раз Ландер был в бешенстве. Но ты молодец, что выбрала Карилию, ведь сейчас наши отношения с их правителем крайне сложные, почти на грани войны. Открыто и официально забрать тебя никто не сможет, но обязательно попытаются выкрасть. Поэтому, будь осторожна. Защищайся и, если заметишь что-нибудь неладное, сразу обращайся к стражам. Сейчас ты подданная Карильского Королевства, держись за этот статус. И ни за что и никому не раскрывай истинную личность, иначе тебя сразу вернут домой.

Будь сильной. Я очень тебя люблю.

Твоя мама»

Я скомкала в руке листок и судорожно сглотнула. Да, всё плохо, но не ужасно. У меня ещё есть шанс избежать возвращения на родину. И даже хорошо, что сейчас я не в академии, а здесь – на задворках мира, в заснеженных горах, которые полвека назад и вовсе считались непреступными. Просто так посторонние сюда не заявятся, а уж я буду настороже.

Ректор говорил, что существует возможность остаться тут до весны. Значит, я сделаю всё возможное, чтобы и вовсе здесь поселиться. И тогда до меня не дотянутся руки отцовских агентов. Ну, а если дотянутся… значит, буду защищаться. И пусть в Карилии я училась на бытовом факультете, но в Сайлирии закончила два курса боевого. А значит, ещё повоюю за свою свободу. И сделаю всё возможное, чтобы со всем справиться.

***

Вилма всё-таки уговорила меня пойти с ней на встречу с лыжником. Нет, я не воспылала желанием учиться кататься, но и сидеть наедине со своими тёмными мыслями тоже не хотела. Мне срочно требовалось отвлечься, а внезапное желание Вилмины сейчас оказалось очень кстати.

Завхозом оказался Курт Сеймур – крупный седой мужчина лет шестидесяти, с таким цепким взглядом, будто всю жизнь служил как минимум в разведке. Сначала он наотрез отказался выдавать нам экипировку, будто она вся принадлежала лично ему, более того, была самым любимым его имуществом, да ещё и крайне ценным. Но после упоминания просьбы Дио мужчина как-то обречённо вздохнул и всё-таки был вынужден согласиться.

– Рост, вес, размер ноги? – хмуро спросил он, глядя на меня.

– Что? – вопрос меня не просто удивил, а по-настоящему озадачил.

– Говорю, скажи рост и вес.

– А вам зачем? – поинтересовалась я смущённо.

– Вообще неприлично задавать девушкам такие вопросы, – вступилась за меня Вилма.

Курт насупился и закатил глаза.

– Лыжи подбираются по росту, – буркнул он в ответ. – Крепления настраиваются по весу. И не советую врать, потому что, если скажете неправильные цифры, это может обернуться травмами.

– Метр семьдесят, – ответила я, – а вес не знаю.

Он окинул меня внимательным изучающим взглядом, чуть прищурился и записал в блокнот какие-то цифры. Этот завхоз умеет вес на глаз определять?

После этого он скрылся в соседнем помещении, а потом вышел оттуда с красным комбинезоном из шуршащей ткани, чёрным шлемом и парой очень необычных сапог.

– Надевай, – скомандовал Курт. И, повернувшись к Вилме, спросил о росте и весе уже её.

Она ответила, не задумываясь, ведь прекрасно знала все свои параметры и тщательно следила за тем, чтобы они оставались близкими к идеалу.

Комбинезон был непонятным и довольно тонким, а на улице, между прочим, мороз. Да и зачем он вообще мне нужен? Проигнорировав эту одежду, я присмотрелась к обуви. Она оказалась тоже красной, сделанной из какого-то плотного материала, а подошва впереди была прямоугольной и немного торчала. А уж когда я увидела крепления, то почувствовала себя полной дурой, ведь я понятия не имела, как их использовать и при этом не сломать.

– Ох, сколько же вас таких ещё будет, – обречённо выдохнул Курт и опустился передо мной на колени.

Он ловко расстегнул сапог, назвав его ботинком. Показал, как надевать, и внимательно наблюдал за моими действиями. И когда все крепления были застёгнуты, я встала, попыталась сделать шаг… и сразу села обратно.

– Да в них невозможно ходить! Они же весят по центнеру! – выпалила я, чувствуя себя статуей, которую ногами вмуровали в бетон.

– Не наговаривай. Всего по два килограмма, – теперь на лице завхоза появилась лукавая улыбка. – И чего ты комбинезон не надела?

– Обойдусь, – буркнула я.

– Ну и глупая. Хотя, как знаешь. Сама же в следующий раз придёшь просить. Примеряй шлем, он должен сидеть удобно.

Боги, ещё и шлем!

– И маску тоже надевай, – решил добить меня завхоз, сам же отправился помогать Вилме, которая отчаянно пыталась сама справиться с ботинками.

А я вдруг подумала, что, если бы пришла сюда одна, то уже бежала бы без оглядки. А вместе с подругой всё это казалось даже не слишком диким. Непонятным, да… но пока вполне укладывалось в мои представления об этом незнакомом развлечении.

– Вот ваши лыжи, – проговорил Курт, когда мы с Вилмой всё-таки прошли по несколько шагов по комнате. – Их нужно сложить друг к дружке и нести на плече. А вот палки. Берите и шуруйте уже отсюда, у меня уйма дел. А Дио передайте, чтобы в следующий раз сам приходил для вас инвентарь подбирать.

Он показал нам, как нести лыжи, а потом как-то очень быстро выставил за порог и закрыл дверь. Услышав щелчок замка, я растерянно моргнула.

– Эй, там осталась наша обувь! – крикнула ему.

– Приходите минимум через час. Я занят, – послышалось из-за двери. – Удачи, девочки! И мягких вам сугробов.

Мы с Вилмой растерянно переглянулись, взвалили лыжи на плечо, взяли палки… и пошли на улицу.

– Боги, я и не думала, что это всё настолько тяжёлое! – выпалила Вилмина, кое-как передвигая ногами по снегу. – Жуть! Такое чувство, что я тащу на себе ещё одну Вилму!

Мои лыжи так и норовили съехать с плеча, приходилось их постоянно ловить и поправлять. При этом они несколько раз бились о шлем, и я даже порадовалась, что его надела. Мы шли медленно и наверняка со стороны напоминали неуклюжих косолапых мишек. В этих башмаках вообще было невозможно идти грациозно, а с лыжами – и подавно.

– Ну что, уже готова отказаться от своей идеи? – спросила я насмешливо.

– Нет, – решительно заявила шагающая рядом Вилма. – Наоборот. Нужно же понять, что в катании на лыжах такого хорошего, если пока я чувствую только плохое.

Я улыбнулась, в очередной раз поправила съезжающие доски, удобнее перехватила палки и продолжила путь.

Учебный склон располагался ближе всех к зданиям гостиниц. Он выглядел, как большая широкая поляна, совсем слегка наклоненная вниз. Но дальше она будто бы становилась более крутой, или же так только казалось. Справа от неё я заметила длинную дорожку, которая постоянно двигалась вверх, и так озадачилась этим зрелищем, что умудрилась пропустить появление лыжника.

– Это траволатор, – сказал он, остановившись в паре шагов от нас. – Он поднимает учеников наверх.

– Никогда такого не видела, – проговорила Вилмина, обворожительно улыбнувшись парню. И тут же представилась: – Я Вилма, а это моя подруга Тили.

– Очень приятно познакомиться, – улыбнулся лыжник и стянул с лица маску.

Он оказался очень даже симпатичным, а по тому, как вспыхнул взгляд Вилмы, стало ясно, что её сердце почти покорено. Кожа у парня была смугловатой, черты – правильными, нос прямой, аристократический… не то, что та картошка, которая сейчас украшала мою физиономию. Глаза его показались мне очень яркими и имели оттенок весенней зелени. Правда, смотрел он с вежливым интересом… и не более.

– Можете звать меня Дио, – представился лыжник. – Я рад, что среди приехавших практикантов нашлись две такие смелые девушки. Думаю, вам понравится кататься на лыжах. И давайте сразу приступим, потому что времени у меня немного.

Дио показал нам, как надеть лыжи, объяснил, как их отстегнуть. Вручил палки… И то, что началось дальше, можно назвать форменным безумием.

Эти непонятные доски, приделанные сейчас к моим ногам, скользили! Причём и в бок, и вперёд, и назад. В первый раз я упала почти сразу, и с этого началась огромная череда моих фееричных падений. К слову, Вилма валялась в снегу не меньше. И с каждым новым падением ей всё сложнее становилось изображать улыбку.

Не представляю, сколько времени мы с ней болтались в снегу, пока в наших головах не уложилось, что, в отличие от санок, лыжи едут поворотами, и именно траекторией этих поворотов контролируется скорость. Вправо, влево, вправо, влево. Это открытие лично для меня стало поистине фундаментальным!

У Вилмы тоже постепенно начало получаться, но теперь у неё в глазах так и читалось: «Отпустите меня отсюда, я больше не хочу». Уверена, если бы Дио был хоть на каплю менее привлекательным, она бы уже сбежала. Причём мчалась бы как ветер, несмотря на тяжёлые лыжные ботинки.

Спуск оказался длинным, долгим, но, если честно, очень интересным. Когда у меня начало получаться, я даже позволила лыжам разогнаться сильнее… предсказуемо, не смогла вовремя повернуть и снова грохнулась в сугроб. Кстати, падать в кучу снега оказалось мягко и даже забавно. Но кто бы знал, сколько раз за время спуска я вспомнила ухмылочку Курта и его слова о том, что я ещё приду просить комбинезон. Теперь уже точно приду. Потому что в моём пальто валяться в сугробах совсем не удобно. А снег у меня, кажется, набился даже в нижнее бельё.

– Ты молодец, Тили, – проговорил Дио, встретив меня внизу этой горки, которая под конец стала довольно-таки крутой. – Как тебе лыжи?

– Интересно, – ответила я, признаваясь в этом самой себе. – Вот, правда. Со стороны кажется, так легко, а на деле…

– На деле этому нужно учиться, – ответил Дио, обаятельно улыбнувшись. – За один день мастером ни в чём не станешь. Но если есть желание понять и освоить горные лыжи, то это уже половина успеха. А у тебя, Тили, глаза горят.

Он перевёл взгляд на склон, по которому как-то очень неловко спускалась Вилма. Я тоже посмотрела на подругу, которая, на мой взгляд, делала слишком частые повороты, была чрезмерно напряжена и постоянно пыталась тормозить, ставя лыжи домиком. В итоге катилась она очень медленно, но даже при этом умудрялась постоянно падать.

– На такой скорости лыжи сложно поддаются манёврам. Нужно хоть немного быстрее, и тогда повороты получатся легче, – будто рассуждая, проговорил Дио. Потом снова повернулся ко мне. – Придёшь завтра?

– Не знаю, – ответила, упираясь в снег острыми концами палок. – Смотря куда нас распределят на работу, и сколько останется свободного времени.

– А какая у тебя стихия?

– Две. Воздух и вода, – я улыбнулась.

А он вдруг посмотрел с настоящим восхищением.

– Так это же просто отлично! Значит, будешь отвечать за оснежение.

– За что? – не поняла я.

– Снег делать будешь.

– Но я никогда не…

– Я покажу тебе формулы плетений, там ничего сложного. А для тебя и работа интересная, и практика хорошая. Ну, и лыжам ты сможешь спокойно учиться дальше. Согласна?

Но не успела я открыть рот для ответа, как с криком «А-а-а!», в нас неожиданно влетела растерянная Вилмина. Не знаю, как я вообще успела отскочить в сторону, зато Дио пришлось принять весь удар на себя. Видимо, он попытался поймать девушку, удержать от падения, но в итоге они вместе рухнули в снег.

По удовлетворённой ухмылке подруги, я сразу догадалась, что это было сделано специально, чтобы привлечь внимание красавчика Дио, который имел наглость отвлечься на разговор со мной. Он, конечно, помог ей подняться, попытался объяснить, что она делала не так в своём катании, и скомандовал спускаться ещё раз.

После этих слов в глазах Вилмы промелькнула настоящая паника. И всё же на траволатор, оказавшийся действительно двигающейся вверх дорожкой, она встала. Молча добралась до верха, а там решительно сняла лыжи и воткнула их в ближайший сугроб.

– Спасибо, я накаталась, – нервно заявила моя подруга. – Видимо, это не моё.

– Зря ты так думаешь, – возразил Дио.

– Мне страшно. Я очень боюсь. И совсем ничего не получается, – принялась эмоционально перечислять Вилма.

– Давай вместе скатимся ещё разок? – предложил Дио, ободряюще ей улыбнувшись. – Обещаю, я буду всё время рядом.

Она ещё немного посопротивлялась, но явно лишь для вида. Потом снова надела лыжи, взяла палки и с воодушевлением заявила, что готова учиться дальше.

Второй раз я спустилась по учебному склону сама. Ехала медленно, но у меня стало получаться лучше. Не став ждать подругу и Дио, поднялась на траволаторе и снова съехала вниз. С ребятами мы встретились лишь в самом конце этой трассы. При этом Вилма буквально висела на шее парня, который уже, кажется, начал жалеть о том, что вообще позвал нас учиться.