Текст книги "Игры в виртуальность"
![](/books_files/covers/thumbs_240/igry-v-virtualnost-23870.jpg)
Автор книги: Валентина Седлова
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Валентина Седлова
Игры в виртуальность
Оглянувшись по сторонам – нет ли поблизости кого лишнего, Лена убрала с экрана отчет по продажам за текущий месяц и открыла почту. Привычно рассортировала письма – спам, спам, запрос от клиента, снова спам… Как же надоедают эти назойливые послания от неведомых Аграфен Владимировн и Африканов Матвеевичей с предложениями всякой ерунды – от путевок на далекие курорты до грузоперевозок и машинок для стрижки собак! Порой такое напишут – хоть стой, хоть падай! «Привет, подружка, я тут познакомилась с классным парнем, он рассказал мне, как выгодно купить квартиру, я попробовала, и все получилось, так что рекомендую, звони немедленно по этому телефону…» Ага, она вот прямо сейчас все бросит и приобретет себе новое жилье! На какие шиши, хотелось бы знать? Будто это так просто!
А что самое обидное, после таких вот щедрых посулов настроение портится на три-пятнадцать. На курорт ей в этом году не выбраться, отпуск уже отгуляла, причем на даче – родичи взвились на дыбы, мол, кто же их драгоценные посадки поливать и окучивать будет? Нет бы Мишку припрягли, так ведь знают, что толку с него как с козла молока. Значит, надо дочери на совесть давить, пока не прогнется. Ну вот, прогнулась. А результат? Вместо отдыха пахота от зари до зари, сожженные солнцем плечи и руки и нудные вечера в родительской компании. А потом еще и машина захандрила, ее подвеска с трудом переносила разбитую тракторами колею, гордо и незаслуженно именуемую «дорогой». Ну да, раскошеливаться и строить нормальный подъезд к даче никто из их садоводческого товарищества не собирался, вот и мучаются все поодиночке, кулаки несчастные! А родители, как про ремонт машины услышали, тут же глухими притворились, пришлось все за свой счет восстанавливать. Нет, решено: в следующем году она никого слушать не будет, просто отправится в турагентство, возьмет путевку и уедет куда-нибудь на теплые синие моря нежиться на пляже!
Ну а что до квартирного вопроса – с ним дела обстоят еще печальнее. Малокалиберную трешку в спальном районе ни на что путное не разменяешь. Опять же на скандал нарвешься: Мишка, глядя на нее, тоже себе отдельное жилье потребует, а как из одной квартиры сделать три, не приплатив при этом сумму с энным количеством нулей, неизвестно. Значит, надо терпеть и надеяться, что рано или поздно все как-нибудь само устроится-уладится.
При мысли о брате Лена поморщилась. Безответственный разбалованный болван! Чего только стоит его последняя выходка с работой! Ему, сопляку, видишь ли, не понравилось, как с ним начальство разговаривает, взял и нахамил в ответ, послал шефа на три веселые буквы. В итоге – опять в свободном полете. Ни на одном месте дольше пары месяцев не задерживается. Еще чуть-чуть, и с такой трудовой книжкой ему прямая дорога в шабашники, никто к себе такого работника брать не захочет. Руки под карандаш заточены, никакой специальности, один только гонор! Нет, он, разумеется, учится в институте, то есть делает вид, что учится. Хотя всем и так понятно, что ни о каком нормальном образовании речь идти не может: Мишка чудом со своего заочного отделения за хроническую неуспеваемость не вылетел.
Хотя при чем здесь чудо? Тут-то как раз все понятно: во время сессии маменька дни и ночи просиживает в деканате и унижается перед преподавателями, лишь бы ее драгоценного сынулю под зад коленом не поперли, зарплату свою крохотную на взятки тратит. Но братцу на это наплевать. Сонное, Теоретически Умное Дитя, Естественно, Не желающее Трудиться, вот он кто! Эта аббревиатура слова «студент» подходила к ее братцу Мише, как ни к кому другому.
Лена сердито мотнула головой. Все, хватит о грустном! Мишку не перевоспитаешь, так зачем попусту себе нервы трепать?
Отправив спам в мусорную корзину, она уже собиралась закрыть окошко почты, как в папку «Входящие» упало еще одно послание. Увидев обратный адрес, Лена изумилась и обрадовалась. Вот это да, Полуночник собственной персоной нарисовался!
На самом деле его ник был Midnight Dancer, или Полуночный Танцор, но про себя Лена упорно звала этого товарища Полуночником. Ее виртуальный знакомый волновался, что ее вот уже три дня не было видно в чате, и спрашивал, все ли в порядке у его дорогой Latanil, не нужна ли помощь.
Приятно удивившись – вот это да! О ней помнят и беспокоятся! – Лена принялась набирать ответное послание. Пальцы быстро бегали по клавиатуре, едва поспевая за сумбурными мыслями хозяйки. Уложившись с ответом буквально в три минуты, Лена, прежде чем его отправлять, вновь перечитала письмо:
Привет!
Обнаружила в почтовом ящике твою весточку. И не передать, как это приятно и неожиданно. Честно говоря, даже не думала, что мое отсутствие в чате кто-нибудь заметит. У меня все в полном порядке. Просто руководство решило, что сотрудники слишком часто шарят по и-нету в рабочее время, трафик, мол, все мыслимые пределы превысил, поэтому вылезать в чат стало стремно, чтоб случайно на штрафы не нарваться. Представляешь, даже аську – и ту теперь рубим нещадно.
Кстати, давно хотела спросить – а отчего вдруг такой ник? По-моему, у «Арабесок» была песня – «Midnight Dancer». Это как-то связано, да ведь?.. (россыпь смайликов)
До связи, пока!Latanil
Откинувшись на спинку кресла, Лена потянулась, бросив быстрый взгляд на часы. Отлично, до конца рабочего дня меньше двух часов осталось, скоро можно будет ехать домой. Хорошо хоть клиенты затихли, а то порой трубку от уха не отнимешь: прижимаешь ее одним плечом, общаешься и одновременно в такой вот скрюченной позе чего-нибудь в договоре правишь. А потом еще долго ходишь, изображая из себя вопросительный знак и поглаживая затекшую шею.
Впрочем, здесь это обычная практика – вон секретарша Наталья и вовсе умудряется сразу по двум телефонам разговаривать. Честно сказать, Лена себе не представляла, как это вообще возможно, и втихаря считала Наталью суперсекретарем, чем-то сродни многорукому индийскому божеству. Но об этом, разумеется, умалчивала, чтобы и без того вздорная Наталья не возгордилась окончательно. А то та уже забываться начала, ворчит на менеджеров, гонит их из приемной, словно и не зная, кому именно фирма обязана своими доходами. Видишь ли, не нравится ей, когда вокруг народ толпится, душно и дышать нечем. Хочешь свежего воздуха – так открой форточку, зачем же на людей срываться?
Эх, все-таки жаль, что начальству шлея под причинное место попала, и оно экономию на связи объявило! Как было бы хорошо сейчас всласть полазить по Сети, забежать в любимый чат, переброситься парой слов с тем же Полуночником или еще с кем-нибудь из знакомых! Но нет же: сисадмин отдельно предупредил, что шеф, увидев последний график, изменился в лице и долго кричал, что не потерпит такого транжирства; надо будет – и вовсе менеджерский сектор без Интернета оставит.
И ведь Лена знает, кто на самом деле виноват в этом, – Мариночка! Вон, за соседним столом сидит, губки красит по пятому разу. Весь прошлый месяц в какую-то онлайн-игру резалась без зазрения совести, а когда сисадмин ее носом ткнул, изумилась так натурально – мол, поклеп чистой воды! Не было такого, и все тут. Впрочем, сисадмина на слабо не возьмешь, он в два счета доказал, что именно Марина, и никто другой, накрутила трафик до беспредельного состояния. Тогда она тут же изобразила полное раскаяние: мол, не знала, не ведала, не ругайте меня, пожалуйста! И что с такой возьмешь? Разве что без премии останется, вот и все наказание. Зато все остальные менеджеры теперь из-за нее на голодном интернет-пайке сидят! Вот уж воистину тот самый случай, когда простота хуже воровства!
Лена глубоко вздохнула, призвав себя успокоиться. Ну что же это такое: стоит ей только о чем-нибудь неприятном подумать, руки сами собой в кулаки сжимаются и возникает стойкое желание пойти и самой разобраться с виновником. Сколько раз она уже из-за своей вспыльчивости в дурацкое положение попадала – и не пересчитать! Бывшая классная учительница иначе как «наша правдолюбка» ее и не звала. Да еще с такой ехидцей умудрялась всякий раз это произносить, что Лена с трудом сдерживалась, чтобы снова и снова не подтвердить свое прозвище. В институте однокурсники ее тут же в старосты определили, так все пять лет и ругалась с деканатом по любому мало-мальски значимому поводу.
И не сказать чтоб это было сильно плохо, даже порой выручало, когда клиент хамоватый или невменяемый попадался, но все равно: Лена втихаря стыдилась своего несдержанного характера. И терпеть не могла, когда кто-то ей на это указывал, в лучшем случае ограничиваясь нейтральным «сама знаю», в худшем – называя доброхоту точный адрес, по которому ему следовало незамедлительно удалиться. Так что количество врагов у нее было заведомо больше числа друзей хотя бы потому, что последних у нее не было вовсе.
Это был второй «пунктик» Лены, о котором она предпочитала не распространяться. С одной стороны, она чувствовала себя несколько ущербной: еще бы, у всех есть друзья, а у нее нет! Но с другой стороны, дружить исключительно ради галочки и «чтобы быть, как все» ей тоже претило. Вон взять родителей: их компания вместе уж скоро лет тридцать как держится. Улыбаются при встрече, по праздникам друг к другу в гости ходят, подарки приносят. Но это лишь внешне так красиво, а стоит кому-то из них ступить за порог, как остальные тут же начинают во всех подробностях смаковать личную жизнь ушедшего, вываливая про него целый ворох грязных сплетен. А уж если кому не повезет заполучить себе высокооплачиваемую работу – тут же заклюют! Наговорят с вежливой ухмылочкой гадостей прямо в лицо, а человек после этого стоит как оплеванный и не знает, что ему дальше делать. И это называется дружба?! Нет уж, при таком раскладе лучше быть одному! Ведь с подобными друзьями никаких врагов не надо!
У Лены долгое время была закадычная подруга, с которой они дружили еще с детского сада. Их дружбе настал конец, когда та, отводя взгляд в сторону, попросила Лену больше с ней за одной партой не сидеть. Оказывается, ей очень глянулся их новый одноклассник, и подруга решила залучить его в свои соседи, для чего, нимало не смущаясь, решила прогнать надоевшую Лену.
Лена расценила этот шаг как предательство. Подумать только, променять ее, лучшую подругу, на какого-то неизвестного парня! Напрасно одноклассницы наперебой твердили ей, что она придает слишком большое значение всяким глупостям, – Лена была неумолима. С подругой она больше не разговаривала и вообще делала вид, что не знакома с ней. Та, впрочем, на Лену внимания не обращала, вовсю кокетничая с новичком.
Лене страстно хотелось, чтобы подруга и ее кавалер вдруг страшно разругались, и та, осознав свою ошибку, пришла бы к ней просить прощения. Но увы: свежеиспеченные Ромео и Джульетта ссориться не собирались, превратившись в парочку неразлучников. Потом после окончания школы Лена слышала от общих знакомых, что они поженились и тут же обзавелись наследником. Жили молодые трудно, подруге пришлось бросить институт и сидеть дома с ребенком, парень же перевелся на вечернее отделение и надрывался на двух работах кряду. Лена чувствовала, что это нехорошо, гадко, но про себя была довольна: эта идиотка наказала саму себя! Вместо того чтобы подождать несколько лет, получить высшее образование и нормально встать на ноги, повесила себе на шею такое ярмо! Воистину, если Бог решает кого-то наказать, то лишает его ума.
Может быть, из-за этой истории, а может, еще по какой причине, но новыми подругами и друзьями Лена так и не обзавелась. Среди однокурсников она производила впечатление довольно нелюдимого человека, к тому же, что греха таить, склочного и неприятного, так что никто не узрел за неприглядной маской щедрую натуру и отзывчивое сердце. А если бы такой смельчак нашелся, то изрядно удивился бы – ведь ради своих близких Лена действительно была готова на все. За одной лишь маленькой оговоркой: решать, что и когда ей следовало сделать для других, она должна была сама, и никак иначе. Если же кто-то злоупотреблял ее хорошим расположением, как, например, родители, которые частенько грешили тем, что взваливали на старшую дочь проблемы всей семьи разом, то тут уж Лена могла и взбрыкнуть. Разумеется, особой любви к ней это не прибавляло. Отец регулярно ворчал, какой неблагодарной дрянью вырос его первенец, и только вмешательство матери иной раз удерживало Лену от того, чтоб не закатить бурный скандал с битьем посуды и демонстративным уходом в свою комнату.
Иногда она со страхом спрашивала саму себя: а может быть, она и вправду псих? Вдруг с ней и в самом деле что-то не так? Живут же остальные люди спокойно и между собой в семье не ругаются, почему же у нее так не получается, хоть ты тресни? Тогда она предпринимала очередную тщетную попытку измениться: сдерживала эмоции, вежливо и ровно общалась с родителями и братом, постоянно твердила себе, что, если вдуматься, все проблемы яйца выеденного не стоят, а значит, нет никакой причины нервничать и переживать на пустом месте. Увы, через пару дней, максимум неделю следовал безобразный срыв, и все начиналось заново.
С другой стороны, Лена отдавала себе отчет в том, что, допустим, на той же работе у нее таких трудностей, как дома, не возникает. Да, ей порой приходилось сдерживать себя, как, например, сегодня в случае с пустоголовой Мариночкой, но внешне-то по ней этого совершенно не было заметно! Даже с самым упертым клиентом всегда можно было договориться, не переходя при этом на повышенный тон. Да и начальство не вызывало у нее столь бурной реакции, хотя частенько грозилось лишить зарплаты или вовсе уволить за какую-нибудь мелкую провинность. Нет, Лена приходила в неистовство, только когда рядом с ней была ее семья: родители и брат. На всех прочих она реагировала куда адекватнее: чужие люди ее не бесили, а максимум раздражали. Такой вот парадокс.
Пока Лена размышляла о превратностях судьбы и собственном не самом лучшем характере, нежданно-негаданно пришло еще одно письмо от Полуночника, наполнив ее душу радостным трепетом.
Милая Latanil,
Приятно поражен твоим быстрым ответом. Честно говоря, камень с души свалился, когда узнал, что у тебя все нормально. Соболезную в связи с начальством. Слава Богу, у меня таких проблем точно нет. По и-нету ползаю в любое время дня и ночи, когда приспичит и когда есть свободная минутка.
А что касается ника – это долгая история и к песням не имеет никакого отношения, вернее, имеет, но лишь постольку поскольку. Могу лишь сказать, что отчасти это – профессиональное. И, между прочим, твой ник мне нравится куда больше. Произношу – Латаниль, а во рту словно привкус морской соли. Не думаю, что это твое настоящее имя, но если это так – было бы просто чудесно. Таинственная незнакомка из рассказов Грина, летящая птица, бегущая по волнам. Вот такие ассоциации.
Да, между прочим, завтра у нас с тобой юбилей: три месяца общения в чате. Когда ты впервые здесь появилась, я даже дату в календаре маркером пометил. Не знаю, почему. А вот сегодня бросил взгляд на стену – и вот те раз: уже целая четверть года прошла с того дня.
А это персонально для тебя. Давно не писал стихи, а вот поди ж ты, пробило ни с того ни с сего:
Ну все: боюсь тебе надоесть длинными излияниями, поэтому закругляюсь. Если найдешь пару минут для ответа – буду очень рад.
Midnight Dancer
Вновь по привычке бросив быстрый взгляд по сторонам, нет ли поблизости кого из непосредственного начальства или назойливых болтушек из бухгалтерии, Лена принялась барабанить по клавиатуре. Слова находились сами собой, даже задумываться не приходилось, хотя обычные деловые письма Лена вымучивала порой по полчаса и более, искренне считая себя не способной к эпистолярному жанру.
Еще раз привет тебе!
Ожидала какого угодно ответа на свой вопрос, но только не такого. Поздравляю, ты меня всерьез заинтриговал! Неужели ты танцор? Или, может быть, постановщик танцевальных номеров? Кто же ты? Нет, если не хочешь, не отвечай. Просто я по природе настолько любопытна, что временами даже бываю бестактной. Поэтому заранее извини, если что.
А мой ник – даже не знаю, почему я его придумала. Вернее сказать, он просто появился в голове – и все. На самом деле у меня очень обыденное русское имя, скучное и безликое. У нас в отделе три моих тезки, а по фирме в целом – даже сосчитать страшно, как собак нерезаных. С одной стороны, хорошо: легче затеряться. А с другой – никакой индивидуальности. Родители по этому вопросу даже задумываться не стали, назвали меня в честь бабушки и успокоились. Решили, что бабушка будет счастлива, а ребенок уж как-нибудь перебьется. Вот такая житейская история.
Между прочим, известием про три месяца нашего общения ты меня просто поразил. Мне как-то и в голову не пришло задумываться об этом. Да и в чат этот я в общем-то случайно попала, даже не помню теперь, по какой ссылке зашла. Я ведь не любитель подобного времяпрепровождения, если бы не ты, скорее всего больше бы там не появлялась. Ну а пометка в календаре – это… просто нет слов! Кстати, не боишься, что я после подобных откровений влюблюсь в тебя, буду писать длинные и нежные послания, а потом и вовсе зачахну от неразделенной любви? Не бери в голову, шутка.
Сейчас на работе выдался небольшой перерыв. Самое Высокое Начальство свалило в краткосрочную командировку, остались только главы отделов, так что мы все, можно сказать, отдыхаем. Даже время на кофе остается. И домой сваливаем в шесть, а не в восемь или девять, как обычно. Вот.
Кстати, если ты не против, расскажи что-нибудь о себе. Так я хотя бы смогу тебя представить. Какой ты, о чем думаешь, о чем мечтаешь?..
Latanil
ЗЫ: Спасибо за чудесные стихи! До тебя мне еще никто ни разу в жизни ни строчки не посвятил, а тут – целое стихотворение! Ужасно приятно!
ЗЗЫ: Я бы тоже очень хотела услышать твой голос…
Лена дописала последнюю строчку, еще раз пробежала письмо глазами, выправляя по ходу случайные опечатки, и кликнула «отправить». Через пару секунд компьютер сообщил, что все сделано. Не удержавшись, Лена погладила системный блок. Ай, молодца, хорошая машинка! Что-что, а здесь начальство к технике относится трепетно. Даже клавиатуру эргономичную поставили, изогнутую, чтобы мерзкий туннельный синдром запястья не мучил, и мышку оптическую выделили. Не то что на предыдущем месте работы, где распечатки приходилось делать на матричном принтере, а мозгов компьютерного утильсырья едва-едва хватало, чтобы справиться со стандартным Word. Что ж, каждый выбирает по себе. Решили экономить на всем – получите результат. Весь коллектив оттуда в итоге сбежал, даже заместитель генерального директора!
Нет, все-таки с этой работой повезло, что ни говори! Не зря она выдержала приемный конкурс на должность менеджера по продажам, хотя, видит Бог, во время собеседования ей дико хотелось все бросить и подыскать, может быть, не столь высокооплачиваемое место, как тут, зато безо всяких дурацких тестов и вопросов кадровика. Чувствовала себя, как на допросе в гестапо, а потом еще целых полторы недели маялась в ожидании: возьмут – не возьмут? Но все закончилось благополучно – звонком о том, что она принята и с понедельника может приступать к своим обязанностям.
Жаль, конечно, что временами приходится пахать сверхурочно, но это сейчас обычная практика для коммерческих организаций. Зато зарплата достойная. В принципе, если так посмотреть, можно даже квартиру себе снять, пожить отдельно от семьи. Заодно и проверить теорию о том, что без привычных раздражителей она станет менее вспыльчивой, нежели сейчас. Но тогда тут же всплывает куча минусов, перевешивающая все преимущества раздельного проживания. Во-первых, придется самой себе еду готовить, а до маминых котлет с грибами ей как до солнца. Ну нет у нее кулинарного таланта! Фантазии хватает максимум на яичницу с ветчиной, сыром и помидорами. А она уже привыкла, приходя домой, тут же садиться за стол и ужинать. И что это за ужин из обычной яичницы? Позор, а не ужин, издевательство над желудком! А во-вторых, для чего ей отдельное жилье, если с личной жизнью пока сплошные пробелы? Когда и где знакомиться, если ты еле-еле приволакиваешь домой свое бренное тело в начале десятого, в лучшем случае – на пару часов раньше, и тебя хватает только на то, чтобы поесть и плюхнуться в постель?
Мысли Лены вновь вернулись к виртуальному знакомцу. Интересно, с чего это вдруг Полуночного танцора на письма пробило? Неужели действительно соскучился по девушке с ником Latanil? Впрочем, как она может об этом судить, если ни разу его не видела и не слышала? Ей ведь даже про характер этого товарища что-либо определенное сказать довольно затруднительно: весточка из информационной паутины, незримая личность, джинн из бутылки…
А что касается его милых и ироничных посланий, которые он в изобилии кидал ей на приват… Иногда Лена, размечтавшись, представляла, что у них с Полуночником самый настоящий роман. Когда-нибудь они обязательно встретятся и, разумеется, полюбят друг друга с первого взгляда. И конечно же, все у них сложится хорошо просто потому, что иначе и быть не может!
Вот такое легкое заблуждение и романтическое помешательство по собственному желанию. А что, никому от этого ни холодно ни жарко. Ни к чему их переписка не обязывает. И вообще неизвестно: может быть, это вовсе не парень, а девушка! Многие в чатах ради прикола пишут о себе в другом роде. Опять же: очень даже может быть, что Полуночник живет не в столице, а где-нибудь далеко, возможно, что и за границей. А это значит, что их встреча вряд ли когда-нибудь состоится.
Собственно, именно это обстоятельство и не давало Лене в полной мере насладиться своим виртуальным романом. Мечты мечтами, но в какой-то момент ей стало требоваться живое человеческое участие, а не просто болтовня со случайным незнакомцем. Но впрямую заявить Полуночнику о том, что она хочет его видеть, означало бы конец их легким и не обременительным для обеих сторон отношениям. По крайней мере так казалось Лене. А лишаться этой отдушины она не желала. Впрочем, может быть, ее собеседник просто оказался смелее в данном вопросе, поэтому и рискнул послать ей весточку?
Хотя не все ли равно, почему он это сделал? Главное то, что теперь у нее в душе теплым крохотным комочком живет радость. О ней помнят. О ней беспокоятся. О ней заботятся. Много ли надо человеку для счастья? И кто знает, может быть, эти письма станут первым шагом к их сближению в реальной жизни?..
Под самый конец рабочего дня позвонил один клиент из постоянных, вырвав Лену из сонного оцепенения, в которое она незаметно для себя скатилась вопреки трем выпитым чашкам крепкого кофе. Пообщавшись со словоохотливым товарищем и пообещав завтра с утра внести изменения в новый проект договора, она положила трубку и бросила взгляд на стрелки настенных часов. Те показывали без пяти шесть. Сочтя, что на сегодня свой долг перед фирмой она уже выполнила, Лена засобиралась домой. Надела теплую куртку, спрятала коротко стриженные светлые волосы под кожаную косынку и отправилась в промозглую сырость московской осени.
Подходя к метро, Лена подумала, что по случаю столь раннего ухода с работы хорошо бы заехать в книжный, посмотреть, что нового появилось на полках. А с другой стороны, даже на книги сейчас времени нет. От силы одну в месяц прочитаешь, урвав кусочек свободного времени на выходных, и все. А ведь еще столько дел ждет своего часа! Надо отвезти кое-какое барахло на дачу (кстати, пора машину в автосервис гнать, а то еще немного – и сцепление окончательно ахнется), помочь матери по хозяйству… Так что нет, не стоит, только зря себя расстраивать. Вот наступит зима, тогда ближе к Новому году, может быть…
Лена грустно вздохнула. Ну да что она себя обманывает? В декабре опять какой-нибудь аврал случится, и про подарки себе можно будет забыть. А как она раньше любила забраться с ногами под одеяло и до ночи читать какую-нибудь интересную историю! Больше всего ей нравились детективы, и бабушка, пока была жива, чтобы порадовать внучку, каждую неделю покупала ей по две-три новые книги. Родители злились на нее за это, говорили, что скоро их будет некуда ставить, но Лена твердо знала – все это вранье. На самом деле они переживали из-за денег, которые бабушка тратила «на всякую ерунду». О, если бы она отдавала свою пенсию родителям, те бы нашли ей куда более достойное применение! Но несговорчивая старушка в упор игнорировала непрозрачные намеки невестки и сына и упрямо поступала по-своему.
В горле встал горький ком – так было всегда, когда Лена вспоминала о бабушке, Елене Алексеевне. На самом деле в сегодняшнем письме Полуночнику она несколько слукавила: свое имя она все-таки любила. Именно потому, что его носила ее бабушка. Той не стало всего три года назад, но Лена до сих пор не пришла в себя после этой утраты. И она не могла простить родителям, что почти сразу после поминок они принялись радостно обсуждать, как им теперь будет вольготно и просторно жить. Им! И это при том, что бабушка с Леной спали в одной комнате и никаких неудобств общество милой и ироничной пожилой женщины никому из них не доставляло!
Тогда Лена едва не ушла из дома. Остановило ее только то, что идти было некуда. Она – студентка последнего курса, перебивающаяся случайными заработками. Друзей нет, в общежитие ее не возьмут, поскольку, чтобы попасть туда, надо быть прописанным в другом городе. Но одну ночь она все-таки провела вне стен родительской квартиры, до самого рассвета просидев на берегу Москвы-реки. А утром вернулась обратно, выслушав все, что думают о своей непутевой дочери родители. Скандал вышел качественным, они орали друг на друга так, что соседи, не выдержав, вызвали наряд милиции. Только после этого страсти пошли на убыль.
Самое обидное, что Лене даже поговорить об этом было не с кем. Она безумно скучала по бабушке и ничего не могла с собой поделать. Первые полгода при каждом удобном случае ездила на кладбище и рассказывала ей все свои немудреные новости, обращаясь к ней, как к живому человеку. Потом бабушка приснилась ей и сказала, что у нее все хорошо, попросив Лену не беспокоиться за нее. После этого сна на Лену словно благодать снизошла, и единственное, о чем она тогда мечтала, так это чтобы бабушка приснилась ей вновь. Но увы, такое случалось довольно редко и почти всегда в переломные моменты Ленкиной судьбы. В следующий раз бабушка явилась ей, когда Лена размышляла, получить ли ей права или не стоит. Родители, разумеется, были против. Брат презрительно бросил, что баба за рулем все равно что мартышка с гранатой, но вопреки всем Лена все-таки сдала с первого раза правила и с третьего раза город, а еще через пару месяцев обзавелась машиной. И ни разу об этом не пожалела!
Лена ловко перепрыгнула через лужу и впорхнула в вестибюль метро. Когда ее спрашивали, почему на работу она предпочитает ездить на общественном транспорте, а не на машине, она всегда искренне удивлялась: разве не понятно? Так ей от порога до порога – ровно час езды. А на машине еще неизвестно, как все получится. В пробке можно и час простоять, и два, и три. А начальство за опоздания вряд ли ее по головке погладит. Да и за бензин приходится из собственного кармана раскошеливаться, а она банкноты дома под кроватью не печатает. Вот махнуть в выходные куда-нибудь за город – на дачу ли, или просто в лес за грибами – это другое дело. Мчишься и чувствуешь, что ты и машина – единое целое, и нога все глубже утапливает педаль газа, и пейзаж за окном мелькает все быстрее и быстрее, а под капотом мерно урчит движок.
В такие минуты Лена была просто и банально счастлива, без всяких оговорок и ссылок. Когда она впервые села за руль, то сразу же поняла: это ее. А в свою машину она была просто влюблена! Подержанная, но все еще не утратившая боевого духа «Лада-девятка» сразу же пришлась ей по душе, несмотря на взбрыки и довольно скверный нрав.
Лена была твердо уверена, что все машины – живые. И переубедить ее в этом не смог бы, пожалуй, никто. Вот ее девочка оказалась жутко ревнивой по характеру и терпеть не могла, когда в салоне оказывались незнакомые ей люди. Сразу же переставала нормально заводиться, кашляла и чихала карбюратором, а в качестве самого грозного выражения своего неудовольствия стреляла чем-то в выхлопной трубе. Особенно не переваривала она дам, мужчин же почему-то переносила гораздо спокойнее. Видимо, потому, что все автомеханики – мужчины. А автосервисы «девятка» любила. Даже если априори уже не могла ехать из-за достигших последней стадии автомобильных болячек, с уговорами, потихоньку, но до автосервиса добиралась все же своим ходом, а не на позорной буксировке.
Впрочем, если верить Пашке, их коммерческому директору, не чуравшемуся общества рядовых менеджеров, так себя ведут многие машины. Его дорогущий «опель», к примеру, буквально возненавидел одну из его пассий. Чем эта девушка не приглянулась машине, неизвестно, но «мерзкая тачанка», как звал свой транспорт Пашка, упорно отказывалась заводиться, когда он ехал на свидание, а если девушка садилась на пассажирское место, то тут и вовсе начинались необъяснимые чудеса. Опель притворялся, что у него неисправны стеклоподъемники, и то и дело опускал форточки вниз, пока девушка не заработала себе ангину. Потом дождался, когда она зазевается, и прихлопнул дверью ее мизинец, едва не сломав бедолаге палец. В какой-то момент Опель решил устроить сопернице аутодафе, и из-под капота у него повалил густой дым. Машину и пассажиров спасло только то, что Пашка на днях прикупил новый огнетушитель, который тут же целиком израсходовал на «тачанку». Тогда он с отчаяния попросил знакомого батюшку окропить машину святой водой, надеясь, что хоть так образумит взбесившийся Опель. Бесполезно. Пока на горизонте не было девушки, все шло прекрасно, но стоило ей появиться рядом, как машина вновь принималась за старое.
Пашка встал перед нелегким выбором: либо расставаться со своенравным авто, либо как-то мирить их с девушкой. Продавать машину он не хотел, да и побаивался, что та выкинет в присутствии потенциальных покупателей какой-нибудь фортель, поэтому попросил девушку подлизаться к Опелю. Почистить ему салон или там освежитель воздуха подарить… Реакция барышни Пашку потрясла, пожалуй, еще больше, нежели чудачества машины. Она вышла из себя и заявила, что в таком случае пускай сам перед этой железякой унижается, если хочет, а она – пас! И напоследок со всей злости пнула колесо Опеля. Больше Пашка с ней не встречался и, похоже, не очень-то и жалел о расставании. Как-то раз на корпоративной вечеринке Лена, осмелев, спросила его, почему. И услышала в ответ:
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?