Читать книгу "Паранойя. Рассказ"

Межгалактический монстр вместо чувства благодарности – он, вообще, не знает, что это такое – испытывает к писателю лютую ненависть и начинает на него охоту.

Однажды писатель сталкивается с ним и понимает, что совсем не готов умереть, старается из последних сил избежать этой возможности и ускользает – раз за разом ускользает из его ловушек.

В конце этой истории, несмотря на то, что логика пришельца не ясна, что он гораздо умнее и коварнее любого человека, главный герой – писатель, поднявшись над самим собой, должен был, по моей задумке, победить страшного монстра. Стать самодостаточным, способным справиться с любыми жизненными проблемами.

В конце рассказа, поставив точку, писатель обретает целостность, а пришелец – убийца, исчезает без следа.

Как? – Трудно сказать. Может быть, как фантом, растворяется в воздухе, а может быть, в пространстве открывается проход в его измерение или…

Впрочем, рассказ только начат, а я придумал далеко не всё.

История продолжается.

И она, как это ни странно, помогает мне справляться с неприятностями. По крайней мере, с их эмоциональной составляющей.

Пришелец убийца.

Маленькая тусклая неухоженная комната в коммунальной квартире. Ободранные выцветшие обои, рисунок которых, угадывается с трудом. Серый потолок в жёлтых пятнах от многочисленных протечек, с отвалившейся в некоторых местах штукатуркой, нависающий над затёртым почти до дыр почерневшим паркетом и человеком, сидящим за старым письменным столом.

Это он, наш главный герой, пишущий свой рассказ о себе.

У него нет ничего.

Стул, письменный стол, старый шкаф с несколькими сменами белья и какой-то одеждой. Кровать со скрипучим продавленным пружинным матрасом, которую последнее время с ним не делит никто.

Он сидит, не поднимая головы, строчит что-то в своём ноутбуке. Выглядит задумчивым, но не несчастным. Похоже то, что он делает, увлекает его целиком.

Спрашивать его об этом бесполезно – ничего не увидит и не услышит, но нам с вами это и не требуется, мы знаем и так. – Он пишет свой новый рассказ «Пришелец – убийца».

Рассказ ведёт его по закоулкам сознания.

Писатель следует за ним по тёмным тропам своей души…

Он и знать не знает, что его история, уже опережает его на шаг.

Убийца страшен, но это не бросается в глаза.

Протёртые джинсы, кроссовки, толстовка, с накинутым на голову капюшоном, ускользающий взгляд.

Он его прячет.

Именно взгляд позволил бы нам распознать его сущность – взгляд, пронизывающих, ненавидящих, мёртвых серых глаз.

Идёт, следуя за повествованием, ищет новую жертву и… почти готов ослабить контроль писателя над собой. Этот монстр почти осознал себя, почти освободился и очень скоро сможет уничтожить своего создателя.

А писатель просто сидит.

Отрешённо пишет, перебирая мрачные струны души, вкладывая в этого монстра всю боль на какую способен, сам становясь другим, воплощаясь в него, способный с его помощью сделать то, что хотел сделать с самого начала – убить себя.

Завязка, новая жертва, ещё, ещё одна….

Строки ложатся на бумагу нескончаемой чередой.

…Полиция сбилась с ног…

…Страх с наступлением ночи заставляет жителей города прятаться в своих домах.

Каждая ночь – новая жертва.

Круг сужается….

Писатель сам своей рукой обрисовал этот сжимающийся круг.

Безумная улыбка сияет на его лице, он знает, что развязка близка.

День, два, три…

Он знает, что скоро убийца придёт и к нему, а спрятаться невозможно.

Именно он его главная цель.

Писатель снова безумно улыбается и ждёт.

Он тоже почти готов и знает, что это неизбежно.

Не знает он лишь одного, сможет ли он справиться, противостоять, выдержать взгляд мёртвых глаз, сумеет ли избежать, вывернуться, ускользнуть в этот раз…, как не знает, захочет ли в последний свой миг…

***

Неделю назад у писателя – того из зазеркалья, родилась эта не менее безумная история.

Ожила.

Захватила и меня, помешала скатиться в пучину безумия. Не дала повторить прошлых ошибок, помогла не наделать новых.

Неприятности никуда не ушли, но оказались значительно слабей, в эмоциональном смысле, чем можно было представить.

Оно и понятно.

Неприятности словно в зеркале отразились в восприятии моего двойника и, затухая, вернулись обратно.

Ровно неделю назад я очертил свой круг, надеясь найти внутри этого круга то, что мечтало убить меня, то, что желало и требовало моей гибели. То, что укоренившись в нескольких аспектах моего «я», было невозможно изъять без потери собственной целостности.

Круг сузился, сжался до маленькой комнаты со старым письменным столом, и там это нечто проявило себя в полной мере…

***

Стук в дверь.

Человек за письменным столом медленно поворачивает голову.

Он знает кто стучит в его дверь, как знает и то, что страшный убийца, его собственное порождение, готов войти и положить конец этой истории.

– Открыто, – говорит писатель.

Прятаться нет никакого смысла.

Он прекрасно знает, что конец уже близок.

Дверь открывается.

За порогом, действительно стоит он.

Те же джинсы, кроссовки, толстовка с накинутым на голову капюшоном, только теперь поверх неё ещё и серый плащ.

Он больше не прячет своих глаз.

Смотрит на писателя в упор своим мёртвым, немигающим взглядом, пытаясь вызвать у того страх.

Но страха нет.

Писатель выдерживает взгляд страшных глаз и выигрывает эту немую дуэль.

Отворачивается от входной двери, вновь склоняясь над ноутбуком.

Последняя фраза уже готова и она должна повергнуть страшного врага, осталось только ….

Убийца, в последнем рывке пытается дотянуться до своего творца….

Но… где уж ему….

Время, подчиняясь писателю, уже остановилось. Пришелец-убийца застыл в нелепой позе – тело в прыжке, расположенное почти горизонтально, ноги не касаются пола, в правой, вытянутой руке, внушительных размеров нож, жуткий оскал на лице и мёртвый неподвижный взгляд.

Писатель внимательно рассматривает своего врага, не поднимаясь из-за стола. – Хорош, ничего не скажешь, думает он. – Соблазн велик. Освободить его, запустить время, дать безжалостному убийце закончить начатое, побыть в его шкуре, почувствовать его чёрные намерения, омыть его руки собственной кровью, максимально приблизившись к незримой черте…

Но нет! – думает он. – Итог такого развития событий мне неизвестен. Заманчиво…, очень заманчиво увидеть что скрывается за чертой…, но я ещё не готов кануть в небытие.

– Нет! – выкрикивает он в полный голос, чем запускает ход времени вновь.

Убийца продолжает движение, стараясь дотянуться до жертвы, но для него всё непросто. Писатель успевает оборвать его (свою) историю и его полёт, поставив точку в повествовании.

И тут же, что-то меняется.

Безжалостный убийца падает на почерневший паркет.

Его очертания тают, но мы ещё можем увидеть его силуэт, тусклый застывший взгляд, поднятых к небу глаз, лицо, побледневшее… и… о ужас…. Оно же, точная копия лица нашего писателя.

Как такое возможно?

Но ничего удивительного нет.

На самом деле, так и должно было быть!

Ведь писатель сам отдал этому пришельцу часть своей души и это, практически сразу, проявилось во многих его внешних признаках.

А что же дальше? Неужели это всё?

Не хочется никого расстраивать, но похоже, что да.

Здесь это всё.

Череда отражений реального (нереального) мира, преломляясь сквозь душу писателя, постепенно затухая, сходит на нет.

История окончена.

Монстр повержен.

На короткое время писатель обрёл свою целостность, стал самодостаточен и готов снова двигаться вперёд.

Но вот куда?

Трудно сказать. Об этом пока не знает даже он сам. Но я уже вижу, как новый приступ страшного недуга зарождается в его сознании, распространяется дальше до подсознания, касается души.

Отражения реальности, искажаются в его глазах.

Самодостаточность уходит на второй план.

Целостность дробится на куски.

И он уже видит всё вокруг себя иначе. И в который уже раз готов снова раствориться в своей истории и на время стать другим.

Что будет на этот раз?

Увлекательное приключение, неземная любовь?

Возможно всё!

Мир творчества писателя безграничен.

Настолько – насколько безграничен он сам.