Читать книгу "Забытое сражение Огненной дуги"

В ходе Курской битвы широко применялись не только наиболее массовые БМ-13, а также БМ-8, но и другие РС. Например, для уничтожения бронетехники противника на Центральном фронте довольно широко использовалась установка М-30[473]473
  Главным элементом установки был реактивный снаряд калибра 300 мм. Он был разработан и принят на вооружение в 1942 г. и предназначался для подавления огневых точек и уничтожения укреплений противника в тактической полосе. Запускался с деревянной укупорки, в которой и транспортировался. Вес снаряда 72 кг, в том числе боеголовки 28,9 кг. При разрыве образовывалась воронка диаметром до 8 и глубиной свыше двух метров. Снаряд имел малую дальность (2800 м) и низкую кучность стрельбы, поэтому в марте 1943 г. он был заменён на более совершенный. С новым двигателем его дальность полёта увеличилась почти вдвое. В сочетании с большим зарядом взрывчатки он оказался вполне эффективным артсредством. Поступил в войска под названием М-31. Весной 1944 г. появились установки на базе автомобиля «студебеккер», которые использовали для стрельбы снаряды М-31.


[Закрыть]. Ими были укомплектованы три бригады 5 гв. миндивизии 4 гв. акп РГК. По советским данным, с 7 по 12 июля 1943 г. дивизия сожгла 58 немецких танков[474]474
  Сборник № 11 по обобщению опыта войны. М.: Воениздат, 1944. С. 127.


[Закрыть]. Хотя из-за особенности их конструкции и малой подвижности использовать именно эти системы для оборонительных боёв на танкоопасных направлениях было сложно.

Но вернёмся в войска 7 гв. А. Уже в 7.00 7 июля боевой группе Кёлера при поддержке бронетехники 6 тд удалось потеснить полки Кирюхина, Хитцова, Титаренко и, полностью овладев разъездом Крейда, выйти на линию: перекрёсток дорог в южной части Михайловки – разъезд Крейда – западная окраина с. Беловская. «До четырёх батальонов противника с большим количеством миномётов и ПТР укрепились в превращённые в ДОТы железнодорожные ямы у Крейды и в сплошь изрытом фруктовом саду, расположенном по обе стороны железной дороги южнее Крейды, – писали офицеры штаба 19 тд. – По меньшей мере, 70–80 % этих батальонов составляли азиаты, большая часть из них были снайперы. Понеся значительные потери, частично вводя в бой против отдельных ДЗОТов штурмовые группы, при тесном взаимодействии с артиллерией и шестиствольными миномётами, 73 тгрп удалось к утру 7 июля 1943 г. овладеть Крейдой. Неоднократно бои переходили в рукопашные схватки… Противник понёс большие потери. Из превращённой немецкой артиллерией в развалины Крейды уцелевшие остатки двух дивизий русских (81 гв. сд и 228 гв. сп 78 гв. сд. – В.З.) отошли на подготовленные позиции к Ближней Игуменке и на расположенные на юг от нас позиции на высотах и в лес»[475]475
  ЦАМО РФ. Ф. 38 А. Оп. 0927. Д. 46. Л. 4.


[Закрыть].

В этой цитате много эмоций, но мало конкретных деталей, поэтому обратимся к другому источнику. Даже когда немцы заняли саму Крейду, система укреплений 81 гв. сд продолжала работать, несмотря на сильный удар от разъезда вдоль ж. д. полотна к Старому Городу, расколоть дивизию пополам немцам не удалось. Из донесения штаба 3 тк за 8 июля: «Усиленный 73 тгрп 7.7 в 08.45 ворвался с двух сторон дороги в сильно укреплённый населённый пункт и железнодорожный разъезд Крейда. После прорыва обороны этого населённого пункта частями 429 грп на севере полк продвинулся в северо-западном направлении, но, несмотря на поддержку тяжёлого вооружения, остановился на высоте у лесочка севернее клх. «День Урожая» перед глубоко построенной и упорно обороняемой системой позиций западнее леса к северу от Беловской. Повторные попытки атаки остались безуспешными»[476]476
  NARA USA. Rg. 242. T. 314. R. 197. F. 001205.


[Закрыть].

С неменьшим упорством бронегруппа Беккера с полком Рихтера (74 тгрп) наседали на рубеж 2/233 гв. сп капитана А. Антонова в Беловской, стремясь прорваться к Ближней Игуменке. К утру 7 июля танки вышли к её западным окраинам и закрепились на них. Между 73 тгрп и бронегруппой от клх. «День Урожая» в направлении хутора МТС медленно и скрытно действовал 19 рб. Обходя узлы сопротивления и просачиваясь сквозь боевые порядки гвардейцев, это подразделение сумело проникнуть в район в 3 км от южных окраин Ближней Игуменки. Однако система обороны 81 гв. сд была настолько сложной и многоуровневой, что, даже оказавшись внутри неё, разведбатальону 19 тд не удалось её расшатать.

Между 8.30 и 9.30, как и планировал штаб АГ «Кемпф», над позициями войск правого фланга 25 гв. ск появились бомбардировщики 8 ак. 26 Ю-87 «разгрузили» бомбовые отсеки над Старым Городом, Ближней Игуменкой, Ястребово, Мясоедово, выс. 207.8. Генерал-майор И. К. Морозов был опытным командиром соединения, прошёл пекло Сталинграда, поэтому, изучая с НП то, как вёл себя неприятель перед налётом, разгадал его намерение и отдал приказ: в Старом Городе и Дальней Игуменке быстро вывести личный состав из траншей в укрытия. На всём переднем крае 235 гв. сп майора Г. Т. Скируты, удерживавшего Старый Город, осталась лишь стрелковая рота 2 сб и около двух десятков расчётов станковых пулемётов по восточному берегу Донца в специальных колодцах-площадках, углублённых почти до уровня зеркала реки. Лишь только закончился налёт и стала оседать пыль, гвардейцы 2 и 3 сб капитанов А. Ф. Гоштинара и И. Я. Соколенко вернулись на свои места. А через некоторое время от разъезда Крейда и Михайловки на их позиции двинулись боевые группы 417 и 429 грп 168 пд. Батальоны встретили противника плотным огнём. И. К. Морозов вспоминал: «Атакуя Старогородский узел обороны, гитлеровцы одновременно старались отвлечь наше внимание и силы от их главного удара в направлении разъезд Крейда, села Беловское и Севрюково. К 9.00 7 июля 1943 г. дивизия была зажата в подкову, правую ветвь которой составляли Старогородский узел обороны и Михайловка. Здесь фашисты остатками 168 пехотной дивизии предпринимали непрерывные, но уже слабеющие атаки. Центром подковы в это время оказался р. Крейда, на него также шли в атаку танки, самоходки и пехота. Над левой ветвью подковы, то есть от колхоза «День Урожая» до сёл Беловское и Севрюково нависла смертельная угроза – прорыв противника в тыл. Прорвавшийся враг с юго-востока мог сломить нашу оборону и прижать нас к Старому Городу и Михайловке, а затем одновременным ударом с запада – из Белгорода и с востока – на Севрюково – Беловское разгромить дивизию по частям»[477]477
  Морозов И. К. Полки сражались по-гвардейски. Волгорад, 1962. С. 135.


[Закрыть].

Именно по этому сценарию и развивались события. Сразу после бомбёжки 19 и 6 тд двинулись вперёд. Бронегруппа Беккера с 19 рб и 442 грп нанесла удар из Беловской в направлении хутора МТС и южных окраин Ближней Игуменки, а фон Опельна совместно с группой Унрайна попытались форсировать р. Разумная у Ястребово, располагавшегося на западном берегу. Чтобы осуществить рывок в тыл 81 гв. сд, были необходимы танки, поэтому полковнику фон Опельну было важно как можно быстрее овладеть Ястребово и создать здесь плацдарм для переброски бронетехники. Причём во время захвата этого района он приказал постараться сохранить мосты, чтобы сэкономить время на строительстве переправы.

Вечером 6 июля, учитывая выход танкового соединения на глубокий левый фланг своей дивизии, И. К. Морозов решил усилить оборону сёл вдоль р. Разумная. На участке /иск/ Беловская – Ястребово – Севрюково был растянут отошедший в полосу 81 гв. сд 228 гв. сп майора И. А. Хитцова. Из-под Ближней Игуменки и Старого Города в район Ястребово и Севрюково он выдвинул 161 гв. апап и 114 гв. аиптап. Оба полка имели в качестве тяги для пушек тихоходные трактора С-60, а истребительный полк кроме того испытывал острый дефицит автотранспорта для перевозки боеприпасов и продовольствия. Поэтому их переброска шла медленно, всю ночь и, несмотря на прилагаемые артиллеристами большие усилия, к началу наступления 6 тд полностью сосредоточить артиллерию в назначенные места не удалось. Стремясь вовремя выполнить приказ, расчёт одной 76-мм пушки 1-й батареи 114 гв. иптап был вынужден, как отмечается в отчёте полка, «своими силами тянуть орудие»[478]478
  ЦАМО РФ. Ф. 114 гв. аиптап. Оп. 10873. Оп. 8808сс. Д. 4. Л. 328.


[Закрыть] из района клх. «День Урожая» в Ястребово. Проще говоря, семь артиллеристов всю ночь на собственном горбу волокли орудие весом больше тонны плюс снаряды до Ястребово, находившееся от прежних ОП на расстоянии примерно 5,5 км. Рассвет 7 июля расчёты 114 гв. аиптап встретили в районе четырёх сёл: 4-я батарея двумя орудиями развернулась в 1 км северо-западнее Ястребово, 3-я полностью и 1-я одним орудием (одно в пути) на восточных окраинах Севрюково, 5-я – двумя орудиями (два в пути) на северной окраине Мясоедово, 2-я – тремя орудиями на юго-западных окраинах с. Шеино. В это же время у Ястребово на открытых ОП начали разворачивать и гаубицы 1 и 3/161 гв. апап, а 2 ад был ещё на марше между Севрюково и Шеино. Тем не менее, именно эти два полка стали костяком обороны Ястребово, Севрюково и Мясоедово, во многом благодаря стойкости их бойцов и командиров 6 и 7 тд в этот день так и не вышли за Мясоедово.

С раннего утра по всем сёлам вдоль р. Разумная, где заняли оборону гвардейцы корпуса Сафиулина, артиллерия 3 тк и 6 тд вела сильный сосредоточенный огонь, под прикрытием которого начали выдвигаться небольшие группы автоматчиков, которым была поставлена задача преодолеть реку и в первую очередь уничтожить группы сапёров, готовых взорвать мосты и артиллерийские расчёты. Но майор И. А. Хитцов разгадал замысел неприятеля и опередил его. Сразу после начала артобстрела, по согласованию с И. К. Морозовым, он взорвал мост в Ястребово. И тем самым на несколько часов приостановил продвижение 6 тд, хотя мотопехота двух её полков сразу после взрыва приступила к форсированию реки вброд и завязала бой с батальонами 228 гв. сп. Из донесения 6 тд: «После налёта пикирующих бомбардировщиков на определённые цели противника в районе Ястребово танковая группа фон Оппельна вышла из района выс. 207.9, а боевая группа Унрайна из района Беловская /северная/ и атаковали противника на рубеже Севрюково, Ястребово. В тесном взаимодействии танковой группы со 2/114 грп и боевой группе Унрайна (1/4 грп) удалось форсировать Разумную в пешем строю, выбить противника из деревень и, овладев высотами к западу от них, повернуть в северном направлении и атаковать высоты на северной окраине Севрюково. Все мосты на дороге, проходящей по восточному берегу, разрушены. Когда мост через 3 часа работы был восстановлен, начались атаки танков противника с северного направления. Все они были отражены. Из-за этого не удалось навести мост для танков, чтобы переправить бронетехнику через Разумную. Боевые группы Биберштайна и Унрайна были переправлены по мосту»[479]479
  Хаупт В. Сражения группы армий «Юг». М.: Яуза, 2006. С. 294, 295.


[Закрыть].

Трудно сказать о каких танковых атаках идёт речь в донесении дивизии Хюнерсдорффа. В этот момент на участке 81 гв. сд находилось 6 исправных КВ 262 ттп, других танковых частей не было. Четыре из них (1 тр) располагались в аппарелях в Ближней Игуменке (оттуда не выходили) и один на южной окраине Мясоедово. Когда же И. К. Морозов получил сообщение командира 228 гв. сп о попытках немцев навести мосты у Ястребово, он приказал начальнику штаба 262 ттп капитану Костину, который постоянно находился на его КП, отправить последний КВ (командования) на западную окраину Ястребово. Согласно оперативной сводке полка № 140, экипаж этой боевой машины вёл бой с немецкими танками, прорвавшимися из района Беловской, и поджёг два из них. Сгорел и КВ, экипажу удалось покинуть машину, но к 18.00 7 июля в полк вернулся лишь один механик-водитель[480]480
  ЦАМО РФ. Ф. 72 гв. отп. Оп. 27453. Д. 1. Л. 107.


[Закрыть]. Возможно, во время переправы пехоты 6 тд майор И. А. Хитцов предпринял контратаку с участием этого КВ, а немцам померещилось нечто большее. Но это лишь предположение, не подтверждённое пока документами.

Автоматчики Биберштайна, оттеснив роты 228 гв. сп с окраин, хотя и ворвались в Ястребово, но увязли в тяжёлых уличных боях. В это время группа Унрайна по долине реки (вдоль правого берега) начала прорываться к Севрюково, где находился штаб 81 гв. сд, а по левому берегу к этому же селу, под огнём 31 оиптабр, пытался пробиться 6 рб 6 тд, усиленный двумя танковыми ротами, в том числе и «тигров». После того как части 81 гв. сд оказались скованы боями в Ястребово и Севрюково, Хюнерсдорфф нанёс удар танковой группой на северо-восток, чтобы выйти к Мелихово. Но быстро сломить сопротивление гвардейцев, оборонявших сёла, не удалось, несмотря на то, что здесь была сосредоточена как минимум половина 6 тд.

После захвата 19 тд Беловской, значение Ястребово и Ближней Игуменки для противника возросло. Эти два опорных пункта находились практически рядом и перекрывали путь к стыку 7 гв. и 6 гв. А. Поэтому-то утром Брайт для их захвата бросил сразу две танковые дивизии, надеясь на быстрый успех. Ястребово обороняли в общем-то небольшие силы: батальон 228 гв. сп, 1-й и 3-й дивизионы 161 гв. апап (12 122-мм гаубиц), 4-я батарея 114 гв. аиптап и один КВ-1 262 ттп. Когда примерно в 10.00 под давлением противника пехота 228 гв. сп начала отходить из центра села, в тяжёлое положение попали 8-я и 2-я батареи пушечного полка. Немецкие танки вышли к их огневым позициям на дистанцию прямого выстрела. Но расчёты не дрогнули, выведя орудия на прямую наводку, в скоротечном бою они подбили и сожгли 9 вражеских машин, заставив противника ретироваться. К сожалению, в ходе этого поединка артиллеристы понесли большие потери. По данным штаба полка, из состава орудийных расчётов погибли 7 человек и 11 – были ранены. Тяжёлые ранения получили также и участвовавшие в бою начальники штабов обоих дивизионов ст. лейтенанты В. Н. Горшков и А. М. Никитин, зам. командира полка по строевой части майор Фокин. Осколки разбили прицел и поворотное устройство у одной гаубицы, а у другой накатник. От прямого попадания снаряда из танка сгорели две автомашины «Бекфорд» и ГАЗ-АА, а трактор-тягач С-60 получил повреждение радиатора. Тем не менее, оба дивизиона оставили занимаемый рубеж только после того, как немцы почти полностью овладели Ястребово. Причём несмотря на огонь сумели вывезти всю материальную часть и тела погибших товарищей. Из донесения 6 тд вечером 7 июля: «В боях за… Ястребово и Севрюково 7 июля противник при поддержке танков оказывал ожесточённое сопротивление. Отход противника, замеченный в его тылу воздушной разведкой и принятый сначала за отступление, противоречил продолжавшейся обороне и содержанию перехваченных радиограмм, в которых повторялись приказы держаться. Наблюдалась оживлённая деятельность авиации противника, выражавшаяся в бомбардировках и обстрелах из бортового вооружения»[481]481
  Хаупт В. Сражения группы армий «Юг». М.: Яуза, 2006. С. 295.


[Закрыть].

Судя по трофейным документам, тревога и в АГ «Кемпф», и в ГА «Юг» из-за неспособности прикрыть фланг 4 ТА с каждым днём росла. И с утра 7 июля их командование развило высокую активность с целью кардинально изменить ситуацию в этом районе. Корпус Брайта топтался на месте из-за того, что его силы были примерно равны оборонявшимся. Понимая это, штаб ГА «Юг» попытался ему помочь, но не дополнительными войсками и техникой, а путём перегруппировки. Группа считала, что распылённая по танковым дивизиям 168 пд используется с низкой эффективностью, поэтому решила собрать её в единый кулак и выделить для неё самостоятельный участок фронта. Таким образом, танковые силы Брайта будут освобождены от несвойственных им задач – уничтожения глубокоэшелонированной обороны русских, т. к. этим займётся пехота. Кроме того, надеясь, что 7-го, в крайнем случае 8 июля корпус всё-таки преодолеет полосу 7 гв. А, командование ГА «Юг» решило обеспечить танковые дивизии возможностью осуществить рывок в глубь обороны Воронежского фронта, заранее подготовив силы для сковывания боем войск Шумилова на флангах всего прорыва АГ «Кемпф». Ответственность за это должна была перейти к 168 пд, армейскому корпусу и уже подходившей для него 198 пд. Об этом, кстати, в 11.55 Х. Шпайдель сообщил лично Раусу и уточнил, что самый ранний срок прибытия этой дивизии – 9 июля[482]482
  NARA USA. T. 312. R. 54. F. 7569622.


[Закрыть]. Даже если прорыв 7 июля был бы не достигнут, то предполагалось, что 168 пд возьмёт на себя блокирование узла сопротивления в Старом Городе, а задействованные здесь основные силы 6 и 19 тд будут выведены в ударный клин корпуса для его усиления. В 10.45 начальник штаба группы армий Т. Буссе позвонил на КП 168 пд и спросил: существует ли практическая возможность оперативно собрать дивизии и сколько это потребует времени. Получив утвердительный ответ, он подчеркнул, что пока соединение должно действовать по плану корпуса, а через некоторое время 3 тк получил распоряжение: не позднее 8 июля собрать все полки дивизии под командование её штаба[483]483
  NARA USA. T. 312. R. 54. F. 7569622.


[Закрыть]. Таким образом, несмотря на полный срыв графика наступления, высокие потери, очевидную неспособность Кемпфа наличными силами реализовать план операции «Цитадель» и неясные перспективы, командование ГА «Юг» «не опускало руки» и настойчиво реализовывало его в прежнем виде, ничего не меняя, уповая лишь на превосходство войск вермахта на тактическом уровне и в управлении войсками.

В это же время (с 12.00) и Х. Шпайдель вёл интенсивные переговоры, но с командованием 10-й зенитной дивизии, начальником штаба 4 ВФ и начальником штаба 1-го зенитного корпуса, и тоже с целью повышения эффективности управления войсками и налаживания более тесного взаимодействия с воздушными силами, которое пока было не на высоте. «Начальник штаба армейской группы установил, что фактически взаимодействие с зенитными частями во время атаки оказывается невозможным, – отмечается в журнале боевых действий армейской группы. – При этом запросы, направляемые через вышестоящие инстанции, до зенитного корпуса не доходят»[484]484
  NARA USA. T. 312. R. 54. F. 7569622.


[Закрыть]. Тем не менее, Х. Шпайдель нашёл понимание у командования 4 ВФ, которое пообещало по возможности оказать более действенную поддержку войскам армейской группы.

Кемпф тоже был полностью поглощён сложным положением в 3 тк. В 12.00 он выехал к Брайту, а затем вместе с ним в район севернее Генераловки, чтобы поговорить с командиром 6 тд генерал-майор В. фон Хюнерсдорффом, лично услышать его мнение о перспективах прорыва и попытаться спрогнозировать дальнейшие действия своей группы. Поездка по разбитым фронтовым дорогам оказалась не простой, поэтому на КП в Долбино он вернулся лишь в 16.00, хотя расстояние, которое он преодолел, было небольшим. Судя по имеющимся трофейным документам, чего-то нового, что он не знал раньше в ходе этой поездки, командующий получить не смог. Х. Шпайдель тоже ничего существенного, кроме итогов своих переговоров с люфтваффе и приказа группы по 168 пд, не сообщил. Таким образом, дополнительных войск никто не обещал, действовать предстояло по-прежнему наличными силами, поэтому для решения главной задачи выход оставался один: давить противника пока есть силы, а там будет видно.

Ход боя войск 25 гв. ск у сёл вдоль р. Разумная с 6 тд, которой к середине дня сопутствовал наибольший успех среди всех соединений 3 тк, в советских документах изложен скупо и не совсем внятно, а сводки соединений Брайта за 7 июля, судя по всему, утрачены. В боевом донесении 81 гв. сд № 60 к 15.00 7 июля 1943 г. указано, что «…противник, имея превосходство в танках, в 11.00 потеснил части, оборонявшие Беловское, Севрюково, Ястребово и занял последнее. КП дивизии из Севрюково выехало в хутор Постников… Связь дивизии с тылами прервана, имеется затруднение в подвозе продовольствия и боеприпасов»[485]485
  ЦАМО РФ. Ф. 81 гв. сд. Оп. 1. Д. 7. Л. 288.


[Закрыть].

В отчёте штаба 25 гв. ск отмечается, что «…81 гв. сд с частями усиления и 228 гв. сп 78 гв. сд с 4.00 7 июля вела ожесточённые бои с наступающим противником. В 11.30 враг силою до пяти батальонов пехоты, при поддержке 150 танков и авиации прорвал передний край обороны 233 гв. сп и вышел на рубеж: восточная окраина Севрюково, отм. 215.5, +1.0, выс. 212.1, северная окраина Ближней Игуменки, обойдя таким образом левый фланг 81 гв. сд. …228 гв. сп, действовавший на участке 81 гв. сд, после прорыва противника левого фланга 81 гв. сд был отведён во второй эшелон и занял оборону на западной окраине Никольское»[486]486
  ЦАМО РФ. Ф. 25 гв. ск. Оп. 1. Д. 27. Л. 5.


[Закрыть].

Указанные в цитате высоты располагались в 3 и 4 км северо-западнее Ястребово. Таким образом, по данным штаба 25 гв. ск, уже около полудня 19 и 6 тд полностью овладели Беловским и Ястребово и частью Севрюково. Примерно об этом же свидетельствуют и данные из донесения комдива-81.

Однако ситуация, вероятно, развивалась более стремительно. 94 гв. сд в полосу 7 гв. А вовремя (к 3.00 7 июля) не вышла, её полки двигались примерно с 6—7-часовым опозданием и вступили в бой с боевыми группами 6 тд с ходу. Вот цитата из оперсводки № 0100/оп на 20.00 7 июля: «2. В 10.00 7.7.43 г. 94 гв. сд, сменив части 81 гв. сд, вступили в бой. Противник до занятия дивизией обороны занял Севрюково и ворвался в южную половину Мясоедово»[487]487
  ЦАМО РФ. Ф. 1269. Оп. 1. Д. 9. Л. 125.


[Закрыть].

Сегодня трудно определить, какой штаб ближе к истине – и в какое всё-таки время 6 тд заняла два ключевых села Ястребово и Севрюково, т. к. большинство советских командиров руководствовались одним главным принципом – «воюем каждый за себя». Это ярко прослеживается в оперативных документах. Почти все штабы доносили наверх данные лишь о своих войсках и очень редко о соседях. Хотя наставление по работе штабов РККА требовало обязательно указывать соседей и положение на флангах. Поэтому, например, если в оперсводке сообщается, что полк из какого-то села отошёл, то это ещё не значит, что враг его занял. Вполне возможно, там ещё продолжали сражаться войска соседнего соединения. Не раз при работе с архивными документами мне приходилось сталкиваться с подобной ситуацией. Кроме того, некоторые командиры как бы «по ошибке» специально опускали в донесениях отдельные моменты и упоминание соседей, тем самым создавая неразбериху, чтобы снять с себя ответственность за неудачу.

Но вернёмся к событиям на участке Ястребово – Севрюково – Мясоедово. Здесь с утра оборонялись сначала части 81 гв. и 78 гв. сд и подразделения как минимум одного танкового и четырех артиллерийских полков, затем начала подходить с марша 94 гв. сд, а из района клх. «Соловьёв» – 148 отп и 31 оиптабр. Исходя из их данных, ситуация видится следующим образом. Во-первых, в середине дня (12.00–13.00) через Ястребово немцы вышли на коммуникации соединения Морозова и, словно саранча, продолжили распространяться в глубь 25 гв. ск. Причём уже в 10.00 мотопехота 7 тд вошла и в находившийся рядом с Севрюковым крупный узел сопротивления советских войск село Мясоедово, а танки вели бой на восточных окраинах с подходившей с марша артиллерией 94 гв. сд. Но об этом чуть позже. Таким образом, на стыке 81 гв. и 73 гв. сд образовалась брешь, которая начала постепенно расползаться, а дивизия Морозова оказалась в полуокружении, выход к своим был только на север, хотя отступать пока никто и не думал. Во-вторых, даже после полудня Севрюково не перешло под контроль противника, в это время гренадеры Унрайна и рота Т-6 всё ещё вели бои на его окраинах.

Удалось найти интересный документ – описание боя двух батарей 114 гв. аипаап с «тиграми» приданной 6 тд роты 503 ттб, которое подготовил для штаба артиллерии армии его очевидец начальник штаба полка капитан Лутов:

«7.7 в районе Севрюково батарея, которой командовал ст. лейтенант Зыков, была атакована танками противника. Танки шли под стать фланг батареи. Первый эшелон «тигры», затем средние танки. Подпустив на расстояние 600 м, расчёты открыли огонь по уязвимым местам: гусеницам, каткам и задней части корпуса. Огонь вёлся бронебойно-зажигательными гранатами. При 13 попаданиях 3 Т-6 были подожжены. Тогда противник открыл по батарее шквальный орудийный огонь. Бойцы сидели и стойко выжидали, пока закочится огневое воздействие. Но теперь танки повернулись и шли на батарею в лоб. Два танка «тигр» были подбиты в 70 метрах от ОП, причём один танк подбит после пяти попаданий, а второй – после четырёх. Огонь вёлся исключительно по ходовой части и ведущим колёсам. Бронебойная граната в лобовую часть танка не берёт, а с борта легко заклинает башню. Замечено, что если экипаж обнаруживал противотанковое орудие, он разворачивался и всячески стремился двигаться на него только лобовой частью»[488]488
  ЦАМО РФ. Ф. 114 гв. аиптап. Ф. 10873. Оп. 8808сс. Д. 4. Л. 351.


[Закрыть].

Лишь только бронегруппа фон Опельна начала выходить на исходные позиции для атаки полка майора Д. И. Зорина, командарм связался с И. К. Морозовым и, сообщив, что в ближайшее время танки противника будут у села, где в этот момент ещё находился КП 81 гв. сд, отдал приказ взорвать мост.

«Гитлеровцы перешли в атаку одновременно с запада и с востока… – вспоминал И. К. Морозов. – Звонит командарм Шумилов: «На подходе крупное танковое соединение противника. Будет часа через полтора, нужно взорвать мосты у Севрюково и Ястребово. Иначе…» Мы и сами понимали, что случится, если будет иначе. Я вызвал командира минно-подрывной группы сержанта Николая Красюкова. Ему было объяснено, что через час, а может, и меньше того, танковое соединение гитлеровцев выйдет к нам в тыл и может раздавить нас. Задача взорвать мост в Севрюково.

Через полчаса отделение сапёров ползло к мосту, таща на себе взрывчатку. Хотя мост уже был подготовлен к взрыву, предусмотрительный Красюков прихватил с собой запас.

Пули вонзились в пыльную дорогу, казалось, что земля дымится от палящего солнца. Красюковцы ползли вперёд. Одного гвардейца ранило. Остальные, плотно прижимаясь к земле, продолжали движение.

Вот они заложили дополнительный заряд под мостовые опоры, и Красюков подал сигнал. Сапёры поползли обратно, и Красюков поджёг шнур. После этого он залёг, наблюдая за горением шнура. 30 танков противника, развернувшись в линию, приближались к мосту. Они хотели погасить шнур и уберечь мост от взрыва.

Красюков, поняв это, круто повернулся и быстро пополз обратно. Дал длинную очередь из автомата по немцам. Два или три гитлеровца свалились в воду, остальные поползли назад.

Головной танк на большой скорости пошёл на мост. Он был уже на середине моста, когда раздался большой силы взрыв. Стальная громадина – танк взлетел в воздух, затем рухнул вниз. Приказ был выполнен. Мост разрушен, танки не прошли»[489]489
  Морозов И. К. Полки сражались по-гвардейски. Волгорад, 1962. С. 138, 139.


[Закрыть].

Сержант Н. Красюков при подрыве моста получил тяжёлое ранение, но боевые друзья под огнём вытянули его на себе и доставили в санбат, а затем и в госпиталь.

После налёта пикирующих бомбардировщиков 8 авк (8.45—9.15), ожесточённейшие бои развернулись у Ближней Игуменки и южнее. Примерно с 9.30 и до середины дня позиции 233 гв. сп и 262 ттп в районе этого села и у хутора МТС настойчиво атаковали бронегруппа Беккера с 19 рб. Около 12.00 танки противника прорвались к южным окраинам Ближней Игуменки, и в этот момент произошла трагическая ошибка, которая стоила жизней нескольких десятков наших бойцов и командиров. Дело в том, что отход из района клх. «День Урожая» полка майора С. Титаренко и одной роты полка полковника И. И. Айзенберга[490]490
  Айзенберг Исаак Ильич, полковник (30.01.1943). Родился в 04.1900 г. в Белой Церкви (Украина). Окончил 4 кл. городского училища, профессия золотовщик. В РККА с 1919 г. Участник Гражданской войны. Прошёл обучение во 2-й Московской пехотной школе (1923). До начала 1930-х гг. служил в стрелковых частях, а в 1932 г., после окончания Московских бронекурсов переходит в танковые войска. В 1938 г. закончил вечернее отделение ВА им. Фрунзе. За успешную учёбу в академии награждён месячным окладом, комплектом обмундирования и серебряными часами. Участник советско-финской войны. 23.3.1941 г. – начальник оперотделения штаба 47 тд Одесского ВО. 9.9.1941 г. переведён начальником отделения боевой подготовки АВБТ Харьковского ВО, а с 7.01.1942 г. – начальник отдела АВБТ. С янв. 1942 г. в действующей армии, на Воронежском фронте. 24.01.1942 г. – начштаба 47 тбр 4 тк, а с 26.06 1942 г. – командир 110 тбр 18 тк. 16.09.1942 г. – отстранён от должности «как не справившийся со своими обязанностями». 30.09.1942 г. – зам. командира 162 тбр 25 тк. С окт. 1942 г. – командир 14 отдельного учебного танкового полка Воронежского фронта. 09.04.1943 г. – командир 262 отп. С дек. 1943 г. по апр. 1944 г. – слушатель высших командирсих курсов при ВАММ РККА. После возвращения командовал тем же полком, в авг. 1944 г. переведён командиром 40-го инженерного танкового полка. В этой должности закончил войну. С 1940 по 1945 г. получил четыре контузии и два ранения. 08.05.1946 г. – уволен из рядов РККА по болезни.


[Закрыть] проходил в ночь на 7 июля. Дивизионный артполк не был извещён, поэтому когда поступило сообщение о прорыве танков на южную окраину, комдив потребовал усилить огонь артиллерии, но расчёты 173 гв. ап, приняв КВ по ошибке за вражеские машины, ударили по своим. Из донесения 262 ттп: «В 21.00 6.7 43 г. из-за отсутствия пехоты 81 гв. сд, танки 1-й роты в количестве 4 «КВ» сменили рубеж обороны и перешли в район Большая Игуменка. В 12.00 7.7.43 г. артиллерия 81 гв. сд открыла огонь по танкам 1-й роты. В результате массированного артиллерийского противотанкового огня со стороны противника и своей артиллерии 3 танка 1-й роты были разбиты. Убито: командир танка лейтенант Гуров, командир танка лейтенант Пинарский, ст. сержант Ковалёв, гв. старшина Дюбин. Тяжело ранены: лейтенант Шамаров, старшина Елин, младший механик-водитель. Разыскиваются: командир роты ст. лейтенант Белов с машиной и командир роты ст. лейтенант Косенов»[491]491
  ЦАМО РФ. Ф. 341. Оп. 5330. Д. 60. Л. 13.


[Закрыть].

Согласно оперсводке 7 гв. А № 360[492]492
  ЦАМО РФ. Ф. 341. Оп. 5312. Д. 239. Л. 162.


[Закрыть], в 13.00 немцы овладели южной окраиной села, а на её северо-восточные окраине из Беловской пытался пробиться, приданный 19 тд, 442 грп. В то же время, стремясь оттянуть на себя силы гвардейцев, части генерал-майора Шале де Болье в 13.00 из Михайловки и района Крейда вновь предприняли атаку на Старый Город. Из утреннего 8 июля донесения 168 пд: «Наступление, произведённое в послеполуденные часы усиленной ротой на север по обеим сторонам дороги вследствие сильного минирования к востоку от дороги и растущего вражеского сопротивления в районе хутор МТС, остановилось южнее развилки в 700 м к северо-западу от разъезда Крейда после преодоления всего 300 м. При этом был внезапно открыт сильный миномётный огонь из района Старый Город»[493]493
  NARA USA. Rg. 242. T. 314. R. 197. F. 001175.


[Закрыть].

Систематическими ударами танковой группы и пехотных частей корпус Брайта настойчиво расшатывал оборону дивизии Морозова, но она стойко удерживала свой рубеж. «В трёх километрах юго-восточнее Беловской к нам в тыл вышло около 40 танков, 20 самоходных артустановок и до полка пехоты противника, – вспоминал комдив. – Тылы дивизии были отрезаны, связь с соседом слева нарушена (73 гв. сд. – В.З.). Радовал только правый сосед (375 сд 6 гв. А. – В.З.), который крепко удерживал свои позиции. Мы доложили заместителю командующего фронтом генералу армии И. Р. Апанасенко о своём положении и заверили, что будем драться до конца и если на других участках фронта так же тяжело, постараемся обойтись без помощи. Просили мы только одного – воды. Северный Донец был завален вражескими трупами, пить смрадную, загрязнённую воду было нельзя»[494]494
  Морозов И. К. Полки сражались по-гвардейски. Волгорад, 1962. С. 136.


[Закрыть]. Отсутствие не только питьевой, но и технической воды (для станковых пулемётов) было серьёзной проблемой, особенно для бойцов 233 гв. сп. Захватив Крейду и Беловскую, противник отрезал полк от основных источников: скважины у разъезда, от которой шли трубы к уличным колонкам и главному «гусаку» для наполнения тендеров паровозов и колодцев в селе.

И. Р. Апанасенко прибыл на Воронежский фронт с Дальнего Востока незадолго перед началом Курской битвы в качестве «стажёра» к Н. Ф. Ватутину и по его указанию выезжал на наиболее напряжённые участки фронта для контроля выполнения приказов и помощи командармам. Утром 7 июля он прибыл на КП 35 гв. ск в с. Заячье, чтобы оценить, как идёт выдвижение его соединений. После чего с комкором генерал-лейтенантом С. Г. Горячевым приехали в х. Постников, куда начал отходить штаб 81 гв. сд. Выслушав доклад И. К. Морозова, он распорядился немедленно оказать помощь подразделениям тыла корпуса. С большим трудом командование 35 гв. ск организовало подвоз воды в дивизию, тем не менее её дефицит ощущался все последующие дни. Кроме того, ознакомившись с обстановкой в районе Старый Город – Ближняя Игуменка и данными о наличии сил в распоряжении комдива, генерал армии пообещал помочь артиллерией. Хотя уточнил, чтобы на много не рассчитывали.

Утром в штаб 7 тд поступила информация от разведбатальона, который, выдвинувшись из района свх. «Батрацкая Дача», подошёл к позициям второго эшелона 25 гв. ск. Разведчики сообщали, что на правом берегу р. Корень от Никольского и южнее выстроен сильный оборонительный рубеж, который занят свежими войсками (15 гв. сд). Поэтому дальнейшее продвижение на Шебекино невозможно. «Из разведбатальона поступило донесение, – писал Функ, – о том, что он в 2 км к востоку от «Батрацкой Дачи» натолкнулся на крупные силы противника с артиллерией, которые не только могли задержать наступление наших войск в восточном направлении, но и со своей стороны проявляли наступательные намерения. Кроме того, воздушная разведка сообщила об интенсивных передвижениях противника вдоль р. Корень»[495]495
  ЦАМО РФ. Ф. 15. Оп. 11600. Д. 1539. Л. 26.


[Закрыть]. В этой ситуации 3 тк разрешил Функу «импровизировать», т. е. самому вырабатывать план дальнейших действий. Штаб дивизии направил 37 рб приказ: провести разведку боем и попытаться обойти противостоящие силы с флангов.