Читать книгу "Письма: 1888–1912"

Сегодня вечером мне пришлось опровергнуть христианскую религию, и, хотя я блестяще с этим справилась, мысли мои не так легки, как обычно.

Выбери день для встречи с двумя детьми Тейлора238238
  Вероятно, сэр Генри Тейлор (1800–1886) – английский драматург и поэт, чиновник Министерства по делам колоний. У него было пять детей.


[Закрыть]: сами по себе они невыносимы, но в сочетании с В.Д. [Вайолет Дикинсон] не так уж и плохи. В самом деле, чаепитие с такими гостями – редкость, так что соберись с духом и приходи благословить свой дар любви на груди Воробушки.

Пожалуйста, попроси Хестер Л. поскорее раздобыть мне Бога, только не христианского.

С благословением, Воробушка

66: Тоби Стивену

[25? января 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Мой дорогой Грим,

ты просто ангел, что достал мне Монтеня239239
  Мишель де Монтень (1533–1592) – французский писатель и философ. Тоби подарил Вирджинии на день рождения английский перевод «Эссе» Монтеня, опубликованный в 1685 году Чарльзом Коттоном.


[Закрыть]. Я уже была в отчаянии, поскольку охотилась за ним целых три года. Кажется, этот экземпляр даже лучше, чем перевод Флорио240240
  Джон Флорио (1553–1625) – английский языковед, лексикограф, переводчик, преподаватель иностранных языков при дворе короля Якова I. Он был первым, кто перевел Монтеня на английский.


[Закрыть]. Однажды, будучи без гроша, я упустила возможность купить второе издание [1613] Флорио – возможно, я уже рассказывала тебе эту историю, – но книга была напечатана плохо: шрифт слишком черный и плотный, а разница между переводами, на мой взгляд, не так уж и велика. Я всегда читаю Монтеня в постели, и эти томики прекрасно мне подойдут. Книга Бэкона241241
  Фрэнсис Бэкон, 1-й виконт Сент-О́лбан (1561–1626) – английский философ, историк, публицист, государственный деятель, основоположник эмпиризма и английского материализма. Бэкон посвятил свои эссе«моему дорогому брату».


[Закрыть] – одна из моих любимых, особенно из-за посвящения на титульном листе. У меня такой не было, так что я с радостью оставлю ее себе. Похоже, углы потерты, будто книгу носили в нагрудном кармане, а я протаскаю ее в пальто не один десяток миль. Только ты один и подарил мне книги. Джеральд преподнес роскошное ожерелье из жемчуга, но я тут же его разбила. Все остальные подарки тоже оказались украшениями.

Я порядком испортила отношения с Джорджи из-за наших финансов – похоже, эти несчастные толстосумы прямо сейчас делят нашу долю и перечисляют наши с тобой деньги на отдельные счета. К средствам Гиббса я пока не притрагивалась242242
  Ф.У. Гиббс умер 18 февраля 1898 года. Он оставил Ванессе и Вирджинии по £1000, а Тоби и Адриану – по £500.


[Закрыть]. Сегодня отец выезжал на прогулку и почти весь день провел на первом этаже. Сетон говорит, что он в прекрасной форме, и теперь заходит к нам раз в два-три дня.

Я нашла твой учебник по грамматике и Платона – их отправят завтра. Платон завалялся в комнате сиделки, и мне стоило труда туда попасть. Вообще, вся моя жизнь теперь уходит на упаковку. Все отцовские дамы шлют ему книги, а мне приходится их возвращать. Не мог бы ты попросить Дэвида [книготорговца] попытаться достать для меня Холиншеда243243
  Рафаэль Холиншед (около 1525–1582) – английский хронист и священник, главный редактор и один из составителей популярных «Хроник Англии, Шотландии и Ирландии» (1577).


[Закрыть], только не в готическом шрифте? Сейчас я могу позволить себе потратить фунта два-три, ведь я уже должна £50 и планирую расплатиться за счет мифических накоплений.

«Вакханки» – безусловно, лучшая из всех прочитанных мною трагедий Еврипида244244
  Еврипид (около 485–406 до н.э.) – древнегреческий драматург, крупнейший (наряду с Эсхилом и Софоклом) представитель классической афинской трагедии.


[Закрыть]. Когда приедешь в Лондон, я напою тебя чаем в собственной [книжной?] лавке и даже сама помою посуду, а еще я только что купила сотню поленьев корабельного дерева за шесть шиллингов. Кстати, я изобрела новый способ переплета, он вдвое быстрее и не менее прочный и т.д. и т.д. Когда-нибудь напишу тебе длинное письмо и расскажу еще много всего интересного.

Твоя Козлица

67: Тоби Стивену

[27? января 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Мой дорогой Тоби,

Джорджи открыл нам счета в банке «Union of London & Smiths» и внес туда наши деньги. Им нужна твоя подпись. Пришли мне ее. Там будет около сорока с лишним фунтов, но они пока не зачислены.

Пришли свою подпись побыстрее. Вздуй Адриана за то, что он не поблагодарил Джорджа за вино и не сказал ему, где книги с французской живописью.

Твоя Коза

В воскресенье у нас засиделся [Клайв] Белл. Монтень и Бэкон продолжают приносить мне радость.

68: Эмме и Маргарет Воган

27 января [1903] Гайд-парк-гейт, 22

Дорогие Марни и Жаба,

вы потрясающие люди! Не знаю, говорила ли я это раньше, но сейчас скажу: ничто, даже сам экватор, не внушает мне такого благоговения, восторга и изумления, как ваша способность отправлять письма вовремя! Когда это делаю я, они никогда не приходят в положенный день; ни одно мое поздравление с днем рождения не было доставлено в срок – они всегда опаздывают минимум на неделю, а ваши всегда приходят вовремя. Хотела бы я знать ваш секрет, ведь это одна из тех способностей, которые радуют больше всего. Без вашего таланта моя тарелка осталась бы пустой – вы буквально спасли меня от отчаяния и заставили снова почувствовать себя молодой, когда день рождения был настоящим праздником. Марни полна тайн, которые нам не разгадать. Я уверена, там что-то неприличное, но ее бледные щеки давно не знают румянца. Пожалуйста, не забывайте, что мы юны, невинны и неопытны, и не позволяйте своим страстям брать над вами верх. Жаба, удержи ее от этого! Разумеется, в субботу я проспала, а когда встала, идти в собор Святого Павла уже не имело смысла, так что я вообще никуда не пошла, и теперь проклинаю себя за это. Вчера у нас была тетя Минна – боюсь, она настроена довольно пессимистично. Она рассчитывала сдать свой дом за приличную сумму, но никто не откликнулся, и теперь говорит, что вообще ничего не сможет позволить себе, и, в частности, ей придется отказаться от идеи завести компаньонку. Она уже решила, что Этель Клиффорд245245
  Этель Клиффорд (1876–1959) – одна из двух дочерей писательницы Люси Клиффорд (1846–1929) и знаменитого английского математика Уильяма Кингдона Клиффорда (1845–1879). Они с мужем были друзьями родителей ВВ. Лесли Стивен считал миссис Клиффорд«слишком погруженной в журналистскую деятельность», хотя он уважал то, с какой честью она зарабатывала на жизнь себе и двум своим дочерям после смерти мужа.


[Закрыть] ей точно не подойдет. Впрочем, поживем – увидим. Она глупая старушонка, и я злюсь на нее. Интересно, как поживает милая Марни, чем вы занимаетесь целыми днями и что в итоге случилось с Каннинг-плейс. Надеюсь, вы однажды заглянете в гости – обе, живые и здоровые – и пригласите нас на чай в дом 8 по Каннинг-плейс.

Овчарка шлет привет. Я так сильно зеваю, что не могу писать ни умно, ни вздорно.

С любовью, Коза

Не стоит совсем уж терять надежду поехать на Сицилию. Однако у тети Минны приступ экономности – он может пройти, а может и нет.

69: Тоби Стивену

[Январь/февраль 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Мой дорогой Грим,

полагаю, банку нужна твоя подпись не из любопытства, не для украшения и не для альбома автографов, а просто затем, чтобы жулики не подделали твои чеки. Напиши свое имя так, как всегда будешь подписывать чеки, и перешли его по адресу: Union of London & Smiths Bank Ltd., отделение на Чаринг-Кросс, 66.

Твоя Коза

70: Эмме Воган

[Февраль 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Дорогая Жаба,

я поговорила с ней, и вот результат: тетя Минна согласна оплатить проживание в гостинице, но не билеты на поезд и пароход, а поездка до Неаполя в одну сторону обойдется примерно в £12. Не знаю, является ли это решающим фактором отказа от затеи, но я все равно сказала, что ты заходила, и между делом, не объясняя своей роли в этом разговоре, упомянула, что ты не прочь попутешествовать и т.д. Потом спросила, не хотела бы она взять тебя в компаньонки. Тетя Минна ответила, что действительно подумывала об этом, но не стала предлагать, потому что слишком мало тебя знает и не уверена, что ей с тобой будет комфортно. Я назвала тебя превосходной спутницей и сказала, что с гораздо большим удовольствием поехала бы с тобой, чем с Этель Клиффорд, к которой тетя Минна вроде бы склонялась; что ты очень веселая, разговорчивая, независимая и умеешь о себе позаботиться. Она ответила, что ищет как раз эти качества: самостоятельность, общительность, добрый нрав и интерес к общим темам, – а больше всего ей претит скука. Я также упомянула, что ты прекрасно играешь в пасьянс и терпеть не можешь ни осматривать достопримечательности, ни ходить по галереям – оба этих аргумента ей очень понравились.

В конце концов она сказала, что слышала, будто некая мисс Масгроув, ее давняя подруга, собирается на Сицилию в то же самое время, и теперь у нее нет острой необходимости в компаньонке, хотя она все же предпочла бы иметь таковую; добавила также, что есть еще парочка бедных знакомых, перед которыми она чувствует себя обязанной, но пока ничего не решено. Я солгала, что не говорила тебе о ее планах, мол, просто подумала, что стоит упомянуть ей о твоем желании; тетя Минна ответила, что я поступила абсолютно правильно и что она будет иметь тебя в виду, а еще попросила позже узнать, что ты сама обо всем этом думаешь, но пока велела ничего не говорить! Вот ее последние слова:«Если Эммабудет в Лондоне, она сможет ко мне зайти? Похоже, у нас много общего, но в любом случае я пока не принимаю никаких решений». Не знаю, сочтешь ли ты это обнадеживающим. Жаль, что нельзя все взять и решить. Особенно ее интересовало, любишь ли ты читать и начитанна ли. Я, конечно, ответила, что да и что ты прекрасно ориентируешься в современных французских и немецких авторах.

Твоя любящая Коза

71: Вайолет Дикинсон

[Февраль? 1903] [Гайд-парк-гейт, 22]

Женщина,

приходи в любой день, когда сможешь, хоть каждый день; если придешь, увидишь отца, который без ума от тебя; но только свистни, и Воробушка сама к тебе припорхнет. Отец – обманщик и только прикидывается больным ради своих дам. Вот бы мне тоже прикинуться и завести себе дам. Я так падка на женские чары, что в Париже246246
  Сохранившиеся свидетельства, включая семейный фотоальбом, показывают, что Вирджиния лишь однажды побывала во Франции, но не дальше Булони и Амьена. Возможно, она имела в виду даму, которая жила в Париже.


[Закрыть] отдала свое израненное сердце одной, а может, и сразу двум дамам. Впрочем, первая – это, безусловно, божественная Венера по имени Кэти, а потом уже ты, Несса и все те прекрасные добрые (интересно, какая ты?) женщины, которых я обожаю. Я проливаю слезы нежности при мысли о великом сердце Воробушки, полном жалости и заточенном в камне. Она никогда не обнимет меня, а ведь обняла бы, если бы могла, – я это знаю и чувствую. И правда, в ее прекрасной глупой головушке было что-то от Кэти, а у Кэти в банном полотенце наверняка точно такая же грудь. Правда, Кэти, в отличие от нее, не раскроет своих объятий (руки у Кэти не каменные, но у той Венеры [Милосской], между прочим, их вообще нет), чтобы заключить в них бедную Воробушку. Была и еще одна дама, но та ждет писем. Джеральд подтрунивает надо мной, говорит, что я набралась виски и у меня заплетается язык, а я лишь отвечаю: это все из-за смеси Венеры и Вайолет.

Твоя Воробушка

72: Вайолет Дикинсон

[1903?] Гайд-парк-гейт, 22

Моя женщина,

я и не осознавала всего великолепия твоей книги, пока не открыла ее, и тогда меня пробрало до мурашек от радости. Похоже, это семейная реликвия, и тебе бы стоило ее сохранить. Но ничего не могу с собой поделать: она дарит мне, хоть это и грешно, огромную радость. Твоя душа будет согрета (словно меховыми пальто) в раю, но как твои голые кости протянут в этом мире, если ты вот так раздаешь все, что имеешь? Сегодня вечером я устроилась в кресле и прочла ее от корки до корки.

Наша маленькая швейцарская горничная [Полин] не верит, что плащ мой. Думает, его либо одолжили, либо забыли, и поэтому вешает на спинку стула и наотрез отказывается убирать в шкаф.

Моя женщина, боюсь, твои близкие – уж слишком суетные создания, и сегодня они гоняли тебя туда-сюда, а завтра ты сляжешь. Ты очень устала?

Преданность Воробушки – не бог весть что, но все же… (дальше следует очень нежное признание).

Твоя Воробушка

Крам247247
  Элла Крам (1863–1948) – дочь сэра Эдварда Сикевинга, известного врача. Элла и ее муж Уолтер, проживавшие по адресу Манчестер-стрит, 33, были друзьями Вайолет Дикинсон; миссис Крам занимала неоплачиваемую административную должность в колледже Морли. С этого момента (1903) и в течение нескольких лет Крамы часто упоминались в переписке с Вайолет, но Вирджиния редко относилась к ним серьезно – скорее, они были предметом ее насмешек.


[Закрыть] завтра сунет тебе фунт.

73: Вайолет Дикинсон

[1903?] [Гайд-парк-гейт, 22]

Дитя мое,

Воробушка приедет в четверг. Если бы только у Даквортов были мозги, а не вата вместо них, ее карманы были бы уже набиты золотом, и мы бы угощали всех подряд. Завтра у меня чаепитие на крыше. Придет Крам.

Воробушка

74: Вайолет Дикинсон

[Март 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Дитя мое,

зачем ты путаешь младенческий ум тремя разными адресами за два дня? От этого я вся на нервах. Впрочем, если письмо придет не туда, ничего страшного – ну, осквернит оно чей-нибудь невинный ум, хотя Воробушка всего лишь машет теплой лапкой и говорит, что у нее остались очень нежные воспоминания о долгих объятиях в спальне. Помни: теперь моя очередь быть беспокойной в душе. Не возвращайся к той испорченной Кузине, иначе Ад покажется тебе райским садом, если ты исчерпаешь все муки заранее. Сейчас, насколько я знаю, ты утешаешь страждущих, а дикарка Воробушка тем временем читает по-гречески! В воскресенье я была одна, поскольку Несса уехала к Уоттсам248248
  Ванесса и Джордж гостили у Д.Ф. Уоттса под Гилфордом.


[Закрыть], и с любовью думала о той великой близости, которая столь много значит для нас обеих. Я послала тебе Поэтессу [?]. Жаль, что Провидение так плохо разбирается в литературе, иначе нас миновало бы творчество Хамфри Уорд249249
  Мэри Августа Уорд (1851–1920) – успешная английская писательница, подписывавшая свои произведения как миссис Хамфри Уорд. В 1903 году она опубликовала роман «Дочь леди Роуз».


[Закрыть], ну, или ей бы пришлось издаваться уже в Раю.

Приехала новая сиделка и снует по дому, но я ее пока не видела.

Не будь дурной женщиной. Молись каждый вечер хотя бы за душу Воробушки, ибо мало кто нынче молится за ее спасение.

Твоя АВС

75: Вайолет Дикинсон

[Начало апреля 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя женщина,

все твои письма – сплошь адреса. Я читаю каждое слово, порчу зрение, но понимаю только, что ты не в Лондоне. Май уже на пороге, значит, скоро тебя окончательно выселят, а целый том нашей близости будет закончен. Эти перерывы ужасно расстраивают, а письма вообще годятся только для дружбы.

Для настоящей близости следует перейти на телеграммы. Да и стиль у тебя почти телеграфный. А теперь принеси настоящую пользу и подскажи, где можно снять жилье подешевле. Нам нужен загородный домик на Пасху. Ты не знаешь кого-нибудь неподалеку от Лондона, кто мог бы сдать нам дом на пару недель до 24 апреля? Отец вообще считает, что романтичнее не уезжать, но если он сможет потом говорить:«Меня заставили дети», – то согласится. Вот только ехать нам некуда, и хотелось бы подешевле.

Блистательная Воробушка, которая, если подумать, и правда нечто вроде Китченера250250
  Горацио Герберт Китченер, 1-й граф Китченер (1850–1916) – английский военный деятель.


[Закрыть] в юбке, чуть было не вцепилась в два подходящих домика, но у нее, боюсь, ничего не выйдет, хотя она и вдохновлялась гением, – во всяком случае, именно Вайолет и есть та самая подруга семьи, за которую мы цепляемся, когда тонем.

На днях, когда я читала Эсхила251251
  Эсхил (525–456 до н.э.) – древнегреческий драматург, отец европейской трагедии.


[Закрыть] с мисс Кейс, на меня прыгнула гигантская блоха, и теперь она выгрызает во мне дыры. Я была слишком учтива, чтобы прихлопнуть ее на глазах у Кейс.

Адриан и Тоби вернулись [из Кембриджа], и Тоби вполне мог бы стоять голым рядом с Кэти в Лувре. Он греческий бог, хоть и чересчур массивный для нашей гостиной. Мы ведем бесконечные споры о литературе! Беатриса Чемберлен252252
  Беатриса Чемберлен (1862–1918) – английский педагог и политический организатор; старшая дочь Джозефа Чемберлена и сестра Остина Чемберлена.


[Закрыть] – действительно гениальная женщина, и она выше литературы. Вот бы мне хоть половину ее ума, чтобы писать книги. Целый вечер она говорила о России, Теккерее и вообще обо всем на свете, а остальные только дрожали, как тростинки на ветру. Чтобы познакомиться с ней, мы позвали также болтушку Фрешфилд [Оливию?] и Чарльза Тревельяна253253
  Сэр Чарльз Филипс Тревельян, 3-й баронет (1870–1958) – английский политик Либеральной, а затем Лейбористской партии; старший брат Роберта Калверли Тревельяна.


[Закрыть], которого нам с Нессой пришлось утихомиривать в задней комнате, чтобы старушка Беатриса на него не набросилась.

Как там потолки? И вообще, похож это на место, где хотелось бы провести остаток дней? Ведь именно такое обычно и ищешь за городом: благочестивое и полное ассоциаций. Кстати об ассоциациях: хочешь платяной шкаф из комнаты Нессы? Он ими весь пропитан, а в остальном пуст. Несса и Адриан собираются делить студию и половину ее спальни, потому что нам не хватает комнат, а этот огромный шкаф цвета ржавчины занимает целую стену. Ее одежду можно просто развесить, но стоило нам заикнуться о продаже шкафа, как Джеральд запричитал:«О, моя дорогая, столько воспоминаний!» – семейный, дескать, шкаф, а Джордж и вовсе считает, что он должен быть частью нашего приданого, вот только женихов пока нет.

Знаю, ты собираешься провести день среди покойников или умирающих, а потом еще неделю с кем-то, кому не помогает вера, и это, наверное, хуже всего. Воробушка нынче расщебеталась, но шлет благословение и объятия, а ты могла бы и написать ей.

Твоя Воробушка

76: Вайолет Дикинсон

[10 апреля 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя женщина,

благословение Воробушки нисходит на дом и разбивает об него бутылку шампанского. К тому же сегодня Страстная пятница. Ты уже чувствуешь, что осела доживать свои дни среди коров и крокусов? Только не становись чересчур благочестивой и простодушной, то есть слишком уж непорочной, чтобы якшаться с потрепанной Воробушкой. Каково впервые спать в доме, который сама же и построила? Торжественно? А сад уже стал райским? Даже лондонские улицы сегодня напоминают сад, так что ты, должно быть, чувствуешь себя на полях амарантов и асфоделей.

Ты уже видела статистику, согласно которой на тысячу законнорожденных детей приходится сорок незаконнорожденных? Не по себе от этого, правда? С тех пор как я узнала, риск оступиться, кажется, ужасно возрос и теперь практически неизбежен.

Посади цветок для Воробушки. Анютины глазки или незабудку, или что-нибудь вьющееся, вечнозеленое, символичное – символичное сердцу Воробушки, например. А для Кэти посади виноградную лозу – отличное начало жизни будущего ребенка.

Сохрани цветущим и нежным хоть один уголок своего сердца для Воробушки, что там живет.

Некая пожилая леди из Суррея сдает нам дом [Блэчфилд, Чилворт]. Где именно, я пока не знаю. Поедем договариваться 16-го.

Расскажи, чем занимаешься и чувствуешь ли себя хорошей женщиной. Весна в деревне как чистая ванна. Раз в год я возрождаюсь в лоне моего Бога – наполовину Кэти, наполовину какая-нибудь развратная старая язычница вроде тебя.

Благословляю дом и мою Вайолет, которая и сама словно приют для вдов и сирот, утопающий в цветах.

Твоя Воробушка

77: Вайолет Дикинсон

[Середина апреля 1903] Блэчфилд, Чилворт, Суррей

Моя женщина,

похоже, судьба распорядилась так, что для тебя здесь места нет, и это ужасно грустно. У меня большая кровать – какая-то необъяснимая предусмотрительность заставила их [членов семьи] выделить мне именно ее. Как бы я хотела, чтобы ты могла приехать, но однажды мы все же увидимся – в Лондоне или у тебя дома.

Суррей – ненастоящая деревня. Здесь не так плохо, как в Хиндхеде, но все кругом кишит кокни254254
  Пренебрежительно-насмешливое прозвище уроженцев Лондона из средних и низших слоев населения, а также один из самых известных типов лондонского просторечия.


[Закрыть] и культурой. Ощущение, будто все художники съезжаются на пенсию именно сюда и строят себе дома из красного кирпича с псевдо-елизаветинскими белыми и черными фасадами. Однако наш дом лучше – три старых коттеджа, объединенных вместе. Он очень удобен, и это главное. Все еще довольно холодно. Впрочем, отцу здесь нравится: у него своя комната и гостиная, весьма уютные. Однако отец почти не выходит на улицу, и ему, на мой взгляд, не лучше.

Ты еще будешь в Лондоне или уже сдала свой дом? Или как? Мысли о твоем коттедже приятны, если только его не пропитают Смерть и печаль, которые повсюду следуют за тобой и превращают тебя в передвижную больницу. Бедная Воробушка скоро попросит там для себя койку.

Твой «муж»255255
  Это одна из постоянных шуток между Вайолет и Вирджинией. Вайолет никогда не была замужем, а Вирджиния, вероятно, имеет в виду Уолтера Крама или Оззи Дикинсона. Здесь и далее это слово будет написано в кавычках, а в алфавитном указателе имен соответствующие страницы на всякий случай указаны и для Крама, и для Оззи.


[Закрыть] уже получил результаты экзамена?

Тоби и Адриан сейчас здесь. Адриан завтра уезжает, а Тоби останется до воскресенья. Он – огромное очаровательное неуклюжее существо, полное невысказанных мыслей и чувств. Адриан болтает без умолку, будто лет на пятнадцать младше нас всех. Он растет так быстро, что просто не успевает ни думать, ни чувствовать, ни делать что-либо, кроме как есть. Превосходный Джордж, только что вернувшийся от своей графини [Карнарвон], вероятно, приедет завтра, и тогда я снова кого-нибудь шокирую, чего не делала уже две недели. Джеральд сблизился с каким-то американским миллионером и сейчас путешествует с ним по побережью Италии. Он собирался поехать в Венецию, но якхта256256
  Вирджиния, как и Чарльз Дарвин, не умела правильно писать слово «яхта».


[Закрыть] оказалась заманчивей – «все по высшему разряду». Так что Венецию пришлось отменить. Успехов у нашей семьи хоть отбавляй!

Пиши сюда и будь доброй Женщиной.

С любовью, Воробушка

78: Вайолет Дикинсон

28 апреля [1903] Блэчфилд, Чилворт, Суррей

Моя женщина,

мы возвращаемся в четверг. Я не имею ни малейшего представления, где ты сейчас или где собираешься быть, так что просто пишу. В сущности, нет особого смысла рассказывать тебе, бедная моя наперсница, но с тех пор, как мы здесь, сиделка утверждает, что, по ее мнению, отец слабеет. То же самое говорил и Сетон в Лондоне – он даже написал об этом Джорджи и Джеку. Они знают мало, только об ухудшении в целом, и в последнее время оно довольно резкое. Сетон подозревает осложнение, но ничего определенного не говорит. Это может продлиться полгода, год или даже дольше. Сказать точнее мог бы лишь Тривз, и мы думаем позвать его, если получится сделать это, не напугав отца. Пока он, похоже, ничего не подозревает, судит о своем состоянии по тому, как прошла ночь, и после нашего приезда довольно неплохо спит. Мне кажется, ты все это уже знаешь. Видимо, Тривз предвидел такое развитие ситуации, просто решил умолчать или сообщил только Джорджи, а тот не понял. В любом случае сделать ничего нельзя, и временами просто не верится, что это правда. В общении с отцом ничего не изменилось, порой он даже пишет, но долго ходить не может и быстро устает. В остальном все как обычно, и я бы тебе не писала, если бы мне это не давалось легче разговоров. Возможно, я тебя еще не скоро увижу. Та другая сиделка в лондонской больнице ничего не говорила? Долгое время состояние отца казалось стабильным, а потом он вдруг сильно ослаб. Мне кажется, нынешняя сиделка считает, что все еще хуже, чем есть на самом деле.

Как бы то ни было, я уверена, что сам отец пока этого не замечает. Сегодня он сказал мне, что чувствует, будто понемногу крепнет. Больше всего мы боимся, что сестра или кто-то еще дадут ему понять правду.

Мир – странное место. Сейчас он кажется нереальным, и оттого я черства да еще и перекладываю все это на тебя.

Будь доброй женщиной.

Он такой славный человек.

Твоя Воробушка

79: Вайолет Дикинсон

30 апреля [1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя возлюбленная Женщина,

ты единственный отзывчивый человек на всем белом свете, поэтому-то все и идут к тебе со своими бедами. Наверное, я не должна была тебе это рассказывать. В письме все звучит куда хуже, потому что здесь, когда видишь отца своими глазами, все вроде бы как обычно, и порой я думаю, что врачи ошибаются. Конечно, шансов на это почти нет, но я все равно чувствую себя подлой, что взяла и все выложила без особой на то нужды. Если бы вы с ним увиделись, думаю, ты бы не заметила разницы. Иногда мне хочется, чтобы все уже произошло и закончилось. Нет ничего хуже ожидания.

Но ничего другого нам сейчас не остается.

Приезжай ко мне, или я приеду к тебе – главное, чтобы отец видел людей, особенно сейчас, в ближайшие недели, когда он, возможно, начнет понимать, что больше не сможет работать.

Джеральд делится с нами своими взглядами на Флоренцию. Ты единственная, с кем мне вообще хоть немного хочется говорить, бедная моя наперсница. Ты не строишь идиотских теорий и не ждешь высоких чувств.

Береги себя и преврати в курятник хоть весь двор, если это пойдет на пользу твоим драгоценным косточкам.

Твоя Воробушка

Напиши еще.

80: Вайолет Дикинсон

[4 мая? 1903] [Гайд-парк-гейт, 22]

Моя возлюбленная Женщина,

твои письма для меня как бальзам на душу. Правда, мне, наверное, нужно сделать то, чего я никогда не делала, – попытаться их сохранить. Я в жизни не хранила ни одного письма, но эту романтическую дружбу стоит увековечить. Очень немногие люди вообще имеют какие-либо чувства, которые можно выразить, по крайней мере привязанность или сочувствие, и если те, кто испытывает их, не выражают этого, то мир гораздо больше походит на выгоревшую луну – мир, остывший для Вайолет и Воробушки. Это навеяно тем, что ты думаешь и даже говоришь, что не должна писать приятные пылкие письма. Китти никогда не пробивает мою толстую кожу, даже не пытается. На днях она впервые с начала его болезни приходила проведать отца и спросила, почему он все это время не заглядывал к ней, что показалось мне уж слишком светской любезностью. К тому же ей нечего мне предложить, кроме белых сетчатых перчаток, что вполне естественно, но именно поэтому в моменты эмоциональных кризисов отдушиной для меня становится Вайолет, а не Китти.

Все Стивены по натуре эгоцентричны: они берут больше, чем отдают, но если это понять и не пытаться исправить, то с ними вполне можно ладить. Некоторые из них действительно довольно милые люди.

Ты же безумная женщина, так зачем тащиться аж в Саутволд [Саффолк] ради сырости и жилистых кур? Жаль, что ты не заботишься о своем здоровье. Если бы у меня был слабый пульс и боль в суставах, ты бы ни за что мне такого не позволила. Ты постоянно напоминаешь мне миссис Карлайл257257
  Джейн Уэлш Карлайл (1801–1866) – жена Томаса Карлайла. Считается, что именно благодаря ей он добился славы и успеха; она известна как автор большого количества писем.


[Закрыть]. Я тоже ее читаю. Отец говорит, что на английском языке никто лучше нее писем не писал. У ней точно есть сильное сходство с моей Вайолет: она тоже бывала в странных местах и имела дело со странными людьми. Она тоже была человечной… Вот тебе и предостережение! Как-то раз она ехала по Гайд-парку, и у нее остановилось сердце, так что ради Бога (ты ведь такая религиозная) береги свои кости, не подхвати еще чего-нибудь, хорошо питайся и набирай вес. Придется начать говорить с тобой о здоровье.

Здесь ничего толком не происходит. Сиделка говорит, что отцу уже не стоит ходить в кабинет, но пусть пробует, если хочет. Пока он сидит внизу. Джорджи пишет Сетону, что мы хотим пригласить Тривза, если получится сделать это, не встревожив отца. Сетон, судя по всему, и сам не против полного обследования, но отец не позволяет ему к себе прикоснуться.

Приезжай в среду, 5-го.

Твоя Воробушка

81: Тоби Стивену

[Май 1903] [Гайд-парк-гейт, 22]

Мой дорогой Хохлатик,

кажется, я давно не писала, да и тебе, пожалуй, тоже пора написать мне. Впрочем, особых новостей нет. Только что у нас была Монахиня, чей визит как ты можешь себе представить, был довольно тягостным. После получаса разговора начинаешь жалеть, что еще не придумали способа остановить ее болтовню. Да, она ходит по кругу, и все же в ней есть что-то трогательное! Ты собираешься писать Тревельяну258258
  Джордж Маколей Тревельян (1876–1962) – английский историк, профессор современной истории в Кембридже; младший брат Р.К. Тревельяна. Весной 1903 года он как раз получил место в Тринити-колледже.


[Закрыть]? Джек абсолютно уверен, что тебе нужно идти в адвокатуру. Говорит, это не так уж дорого, а ты просто рожден быть судьей. Мне бы очень этого хотелось; уверена, ты бы выносил приговоры, не поддаваясь эмоциям. И если бы правда была на моей стороне, я бы точно Тоби Стивена наняла своим адвокатом. Как думаешь, тебе бы это подошло больше, чем Казначейство или Министерство по делам колоний? Спорить нынче не с кем, а мне этого очень не хватает. Приходится самой и с трудом выуживать из книг то, что ты получаешь каждый вечер, сидя с трубкой во рту у камина в компании Стрэйчи и других. Неудивительно, что мои познания скудны. Я уверена, что нет ничего лучше живого разговора. И все же я усердно занимаюсь Шекспиром: прочла его биографию авторства Сидни Ли [«Жизнь Уильяма Шекспира»]. Что ты думаешь о его теории сонетов? По-моему, она скорее о самом Сидни Ли, который зациклился на том, что Шекспир стремился к выгоде, льстил Саутгемптону259259
  Генри Ризли, 3-й граф Саутгемптон (1573–1624) – английский аристократ, участник заговора графа Эссекса, один из предполагаемых покровителей Уильяма Шекспира и адресатов его сонетов.


[Закрыть] и так далее. Однако часть про некоего мистера У.Х.260260
  Мужчина с такими инициалами то и дело фигурирует в работах Шекспира, в том числе на полях «Сонетов», и он, по-видимому, сыграл немалую роль в жизни и карьере автора. В своей книге Сидни Ли рассуждает о его личности.


[Закрыть] выглядит разумно. Надо бы прочесть сонеты и составить собственное мнение. Сидни пишет, что Шекспир не испытывал того, о чем писал – в том смысле, что ни одно написанное слово нельзя отнести к нему лично. И все же книга хороша – никаких теорий, лишь изложение наиболее достоверных фактов.

Начинается светский сезон – не то чтобы это касалось меня лично, но Джорджи и Джеральд теперь проводят каждый вечер на балах и в опере. Мы с Нессой копошимся в своих делах порознь. У нее обнаженные натурщицы трижды в неделю, а неутомимая Джанет Кейс ездит к нам из Хампстеда. Недавно был Сетон. Он считает, что отец чуть слабее, чем до нашего отъезда, но говорит, что звать Тривза не стоит, ибо это может встревожить отца, а лучше уже все равно не будет. Отец бодр, охотно разговаривает, но в кабинет не поднимается и почти не работает. Зато ему очень понравилось твое письмо, особенно почерк! Думаю, кто-нибудь из нас мог бы встретиться с Тривзом, не ставя в известность отца. Возможно, он уже ничем не поможет, но хотя бы лучше прояснит ситуацию.

Не перенапрягайся и не делай глупостей, и береги свой прекрасный хохолок – наверное, сейчас ему нелегко.

С любовью, Коза

82: Вайолет Дикинсон

[19 мая? 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя женщина,

сегодня неожиданно нагрянул Тривз. Говорит, что осталось шесть месяцев максимум. Осложнения могут случиться раньше – он не может точно сказать, произойдет ли это, но считает весьма вероятным.

Тривз сказал нам, что в прошлый раз не был уверен, протянет ли отец дольше шести недель. Сейчас он считает, что его состояние лучше, чем тогда. Не понимаю, что он имеет в виду. Думаю, Тривз забыл, что видел тогда отца гулявшим по саду. Однако сегодня он показался ему умственно бодрым и исключительно веселым. Это был очень хороший день, и сиделка говорит, что Сетон совершенно забыл рассказать Тривзу о некоторых симптомах отца, а еще, мол, утверждал, будто тот может подолгу гулять. Впрочем, это, наверное, неважно. Тривз сказал, что ничего уже не поделаешь, и теперь все как будто бы ясно. Тривз категорически заявил, что отец должен делать то, на что чувствует в себе силы: гулять, работать, принимать гостей. Сказал, что нам определенно стоит уехать в августе, как обычно, пускай и не во Фритэм. Он считает, что лучше рискнуть и не упускать шансов сделать отцу приятно.

Он сказал, что отец будет медленно и безболезненно слабеть, однако настоящим милосердием была бы возможность не ждать и не осознавать, что конец близок. Джорджи считает, что Тривз ошибается и на сей раз; уверяет, что отец идет на поправку. Впрочем, это, наверное, часть его роли; к счастью, он редко бывает дома.

Мне пришлось написать обо всем старой сестре [Кэролайн Стивен], но, боюсь, я была резка в выражениях. Господи, как странен этот мир, и добавить тут больше нечего. Все приходят и говорят, как хорошо отец выглядит, и лишь одному Богу известно, как обстоят дела на самом деле, но думать об этом я не могу. Напиши, если вдруг соберешься в город; по-видимому, это будет не раньше следующей недели.

Твоя Воробушка

Тривз говорил совершенно определенно и прямо, и разговаривал он с Нессой, а не с Джорджи.

83: Вайолет Дикинсон

[4 июня? 1903] [Гайд-парк-гейт, 22]

Моя Вайолет,

подойдет ли вместо четверга пятница, 12-е? Если это пересекается с приездом Кэти или тебе неудобно по какой-то другой причине, я приеду в четверг.

В четверг повезем Беатрису к Бересфорду261261
  Вероятно, Джордж Чарльз Бересфорд (1864–1938) – английский фотограф викторианской эпохи.


[Закрыть] – веселенькая будет поездка. Мы пили чай на Манчестер-сквер, а на фоне, за нашим великолепным чайником, восседала леди Бат262262
  Фрэнсис Изабелла Кэтрин Веси, маркиза Бат (1840–1915) – супруга 4-го маркиза Бата; мать Беатрисы Тинн и Кэтрин (Кэти) Кромер.


[Закрыть]. Несса привлекла ее внимание и тем самым пресекла перешептывание (о чуме собак) с какой-то другой пожилой графиней; та вдруг оживилась, раскатисто расхохоталась и поинтересовалась, устроились ли мы наконец в Лондоне. Манеры у нее – загляденье. Вчера нам достались билеты в оперу, и мы взяли с собой Беатрису. Этой вялой черствой бедняжке хочется острых эмоций. Мы ее утихомирили и заставили целый час нормально разговаривать, почти не по-тинновски [в духе Тиннов]. И все же в ней есть что-то жалкое: она вошла в свою неспешную чинную зрелость и, я уверена, лишена любви и сочувствия. Кстати, Кэти сидела за нами, в ложе, – своего рода Фемида или Победа, такая спокойная, величавая и утомленная, как никогда напоминающая Венеру [Милосскую] из Лувра. Впрочем, насколько я могу судить, выглядела Кэти вполне здоровой, только немного бледной. Вчерашний день был унылым, но одновременно невыразимо веселым. К нам снова приходила старая квакерша-сестрица [Кэролайн Стивен]; умоляла не оставлять ее с отцом наедине, а потом расселась и принялась рассуждать о погоде. Отец заскучал минут через пять и едва мог усидеть на месте. Она это заметила, чуть не расплакалась, но выдавливала из себя одни только банальности, которые даже хуже молчания. В конце концов она решила уехать более ранним поездом. «Вижу, что оставаться дольше чревато», – заметила Квакерша. Они с отцом немного повздорили, и в холле она окончательно расклеилась, сказала, что была очень рада его видеть, а сама ужасно расстроилась, громко сморкалась и ревела в три ручья. Боже, как мы потом смеялись, и все же ее по-своему чертовски жалко. Уверена, она прорыдала всю дорогу в поезде.