Читать книгу "Письма: 1888–1912"

А вот Фишеры более постоянны. Для нас они своего рода источник развлечения. Я видела Аделину и Ральфа на вокзале в день их приезда, но Аделина так уставилась, что я молча прошмыгнула мимо. Я не собираюсь делать шаги навстречу. Затем – ни звука в течение десяти дней, пока тетя Мэри не написала:«Неужели я вас так и не увижу?» Тогда мы с Нессой нанесли ей визит, и это была чрезвычайно гнетущая встреча. Эти Фишеры и Эдем бы сделали непригодным для жизни. Тетя Мэри сидит за квадратным столом на жестком стуле с прямой спинкой и пишет; в камине тлеют дрова, которые уже не разгорятся; снаружи моросит дождь. Один красный диван без подушек, а в центре комнаты стоит накрытый скатертью стол, как в приемной у Фэрбенкса292292
  Мистер Фэрбенкс – зубной врач, принимавший по адресу Джордж-стрит, 18.


[Закрыть], с разбросанными тут и там книгами. Неудивительно, что, выглянув в окно, мы увидели Герви, растянувшегося ничком на одеяле в центре газона. Эмми, в черных очках и трауре, была в дурном настроении и едва ли проронила хоть слово. Немытый и растрепанный Чарльз тоже был в черных очках и т.д. и т.п. Они пробормотали что-то про чай, но мы сбежали и остаток дня чувствовали себя вялыми и подавленными. Они были у нас дважды. Оба раза я их не застала, а 10-го они уезжают.

Вероятно, мы вернемся 18-го: отцу здесь не очень удобно, и ему не терпится домой. Интересно, где ты сейчас. Кажется, тебе эта погода как раз по вкусу. Мы каждый вечер бродим по грязной дороге, а под ногами плюхаются черные жабы, но из любви к тебе мы их щадим (если честно, мне бы вообще не хотелось кого-то раздавить, так что это сказано лишь ради красного словца). Как там наша святоша Марни? Похоже, она вполне счастлива одна в Лондоне и действительно наслаждается Хокстоном. Думаю, история с оспой была лишь отговоркой. Напиши и расскажи, что нового. Как там Падстоу293293
  Город в Корнуолле, где остановилась Марни Воган.


[Закрыть]; появятся ли вскоре на свет новые Воганы294294
  Имеются в виду дети Уилла и Мадж Воган.


[Закрыть]; как поживают Ишемы и какие у тебя планы?

С любовью, АВС

100: Эмме Воган

2 сентября [1903] Нэтэрхэмптон-хаус, Солсбери

Дорогая Жабица,

несомненно, нас связывает некий дух. В воскресенье вечером я сидела и писала тебе письмо, а потом вдруг сказала, вернее, меня вдруг осенила, и я будто услышала, как мне на ухо нашептали:«Прямо сейчас тебе пишет Жаба». Я чуть было не вставила эту фразу в письмо, но подумала, что тогда это точно неправда, – вот до каких суеверий я докатилась.

Но ведь правда странно: после шести с лишним недель молчания мы одновременно и без всякой на то причины решили, что именно сейчас нужно написать друг другу. Уже несколько дней у меня была смутная мысль написать тебе, но в воскресенье это стало необходимостью – бог его знает почему. Надеюсь, эта замерзшая старушка Марни пришлет нам подробный и яркий отчет о Падстоу. Ты туда поедешь? Как там Джон [Ишем]? Я знаю, с кем ты собираешься ездить верхом – еще один пример духовной связи, – и ее имя начинается с буквы «В»!295295
  В оригинале указана буква «W», поэтому не вполне ясно, о ком идет речь. Возможно, Уилл Воган.


[Закрыть]

От Фишеров ни звука, лишь Чарльз на днях заглянул к нам и выглядел так, словно только что вылез из постели – впрочем, все они сейчас так выглядят. Извини за этот неграмотный и судорожный текст. Кажется, у меня начинаются писчие судороги и паралич мозга. Поцелуй за меня тротуары Кенсингтона, но не то чтобы я хоть капельку хотела их снова увидеть. Возможно, ты встретишь Тотти и Клару [Патер] в их красных плащах: они как раз должны вернуться, поскольку их летние хвори обычно загоняют обеих обратно в город и к врачам аккурат в первую неделю сентября. Полагаю, ты сейчас совершенно счастлива, вдыхая воздух Хай-стрит. Впрочем, радоваться жизни можно и так, как я: сидя и глядя на струйки дождя по стеклу. У нас здесь есть леди-пони, которая, полагаю, давно миновала детородный возраст. Это разочарованная особа без амбиций терпеть не может холмы и едва не врезается во все попутные возы с сеном. Я езжу с отцом, и, как только нам навстречу кто-то едет, он вырывает у меня поводья, я роняю кнут, и мы врезаемся в живую изгородь под дикий хохот местных крестьян! Не исчезай, чем бы ты там ни занималась. Похоже, половина лондонских женщин сходит с ума.

Интересно, не пишешь ли ты мне сейчас? Ну, теперь, когда я это озвучила, конечно же, нет.

Твоя Коза

101: Вайолет Дикинсон

[19? сентября 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя Вайолет,

вот мы и вернулись. Сиделка говорит, что отец менее утомлен, чем она ожидала, и он, безусловно, необычайно счастлив снова быть дома. Как оно будет дальше, я не знаю. Сейчас все довольно мрачно, мы сидим тут и ждем без всякой возможности выбраться, даже просто выйти из дома. Думаю, все же вернемся к обычному распорядку.

Я написала тебе «коллинза»296296
  Ироничное обозначение приторного благодарственного письма после визита, названное по имени персонажа из романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение».


[Закрыть], но забыла его отправить, так что оно уже немного запоздало, хотя тебе оно все равно покажется своевременным, а еще загадочным и нежным. Я не зачитывала твое письмо Нессе, и мы договорились, что твои письма подпадают под те же правила, что и письма Сноу: никто, кроме адресата, не должен их читать. Так что не стесняйся, обнажай свою костлявую грудь и тот потухший вулкан, который у тебя зовется сердцем. Как там Нелли? Как твоя спина?

У меня в голове сегодня ни одной мысли, отчасти потому что ужасно уныло снова быть в Лондоне; кажется, будто мы уехали только вчера, а в доме к тому же бардак и хаос. Джек внизу разговаривает с Нессой, Воробушка что-то строчит за своим голубым столом, а через полчаса будет большой семейный ужин. Такие вот дела, как, впрочем, и много лет подряд.

Китти вдруг осознала, что отец болен, и пишет Нессе очень нежные письма. Она хорошая женщина и все такое, и я знаю, что ради Нессы она готова на все и действительно многое делает, но в итоге все равно выходит, что между ней и Воробушкой нет того, что можно было бы назвать родством душ. Ее отношение к происходящему почему-то вызывает у меня раздражение, хотя, по сути, так относятся все, и только моя Вайолет говорит нужные слова и действительно чувствует то, что нужно. Джордж больше ничего не говорит, но почти каждый день спрашивает, как, по нашему мнению, чувствует себя отец – словно преданная собака, – и все равно не слушает наших ответов. Джордж, в общем-то, человек добрый, готовый помочь чем угодно, но умел бы он еще выражать свои чувства. Он подходит к отцу и спрашивает, как тот себя чувствует, а отец отвечает, что как обычно, и тогда Джордж с сияющим видом идет к нам. Зато он отдал нам свою комнату и все милые безделушки, а это многое значит.

Мое письмо, которое Китти назвала бы проявлением литературного темперамента, чертовски эгоистично… Но мне плевать! Придется тебе смириться с этим, моя бедная Вайолет.

Твоя Воробушка

Только что пришло твое письмо, не очень-то теплое.

102: Вайолет Дикинсон

[Конец сентября? 1903] [Гайд-парк-гейт, 22]

Моя Вайолет,

нет времени на достойные или даже недостойные письма, какие я обычно пишу, но эти ручки ты должна получить немедленно, потому что Воробушка хочет еще одного послания. Твои письма как запах нечестивых фиалок297297
  Игра слов: имя Вайолет буквально означает «фиалка».


[Закрыть] на моей тарелке за завтраком, тех самых, что растут в неосвященной части кладбища, где меня однажды и похоронят.

Здесь тоже безупречно жаркое солнце, но нет, пожалуй, времени года печальнее этого. Китти говорит:«Ерунда». А мне оно всегда навевает мысли о смерти и увядании.

Твоя Воробушка

103: Вайолет Дикинсон

[Конец сентября 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя Вайолет,

напиши и заставь лентяя Крама тоже мне написать, пусть расскажет, как ты себя чувствуешь. Уверена, ты чертовски больна и все это время скрываешь. Ради Бога и Воробушки (редкое сочетание), береги себя и расскажи, что случилось. Это я говорю совершенно серьезно.

Вот самая важная часть моего письма.

У нас тут был разгул семейства Тинн. В один прекрасный день в гостиной объявились Кэти и Беатриса. Там было полно других людей, и мы оторопели, но каким-то образом Кэти вписалась в нашу компанию. На вид она уставшая, но все равно очень красивая; в ней уже видна печальная усталость от будущего материнства.

Сегодня мы обедали на Манчестер-сквер, чтобы встретиться с Кэти, но она так и не пришла. Бог знает почему, но добиться внятного объяснения от Беатрисы просто невозможно298298
  29 сентября 1903 года у леди Кромер родился ее единственный ребенок, Ивлин Бэринг.


[Закрыть]. Мы молча обедали с леди Бат и Беатрисой в окружении трех лакеев, все молчали, только собаки в углу грызли наши куриные косточки, а на запястье у леди Б. тикали часы «Waterbury». «Никто меня не хвалит», – сказала Беатриса. От нее порой и правда наворачиваются слезы. Моя Женщина, ты счастлива или же костлява, колюча и лохмата? Хотела бы ты почувствовать носик Кенгуренка у себя на груди? Скажи «приди», и я приду; скажи «уйди», и я уйду – «и она последовала за ней на край земли»299299
  Вирджиния путает или намеренно смешивает два библейских фрагмента – из Руфи (1:16) и от Матфея (8:9).


[Закрыть]. Хотела бы я лучше знать Святое Писание. Как ты понимаешь, это цитата (весьма уместная) из Руфи. Мирские сети стягиваются вокруг нас. На следующей неделе начнутся занятия с мисс Кейс и в Академии тоже, но, может, мне как-нибудь приехать к тебе? Скажи суровое «нет» – мне будет наплевать.

У нас здесь, в общем-то, все по-старому. Медленно, но верно близится неизбежное. Думаю, мы как-нибудь справимся, но времена тяжелые, и ничто этого не изменит.

Одно хорошо: Джеральд поговорил с Нессой и всецело принял нашу сторону, говорит, что мы, разумеется, должны уехать из этого дома, а себе он хочет снять отдельное жилье300300
  Они ожидали, что Лесли Стивен умрет в течение нескольких недель или месяцев.


[Закрыть]. Полагаю, он давно об этом думает. Сказал, что чувствует, будто они с Джорджи старше нас на целое поколение, а мы должны устроить собственную жизнь. Считает, что нам нужно снять небольшой дом, быть может, в Блумсбери и жить вчетвером. Собирается уговорить на это Джорджи.

Спокойной ночи, моя Вайолет. Поверь, я утыкаюсь в тебя своим носиком, мягко и утешительно, а ты просто поправляйся.

Твоя Воробушка

104: Вайолет Дикинсон

[Конец сентября 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя Вайолет,

вот твое письмо. Если хочешь, читай его с лупой, а потом верни и признай, что я была абсолютно права. И что же бедная Воробушка могла поделать в этих обстоятельствах? Я действительно не смогла извлечь горничную и Язык, и три фунта золота из этих материалов [неизвестно, что имеется в виду].

Вчерашний день стал большим облегчением, телесным и духовным. Если бы я жила в твоем коттедже, то, наверное, сделалась бы святой.

Пожалуйста, постарайся внушить своему «мужу», чтобы он даже словом не обмолвился о возможных переменах [о переезде] в нашей семье. Если Джордж или Джеральд узнают о слухах, они придут в ужас и только все усложнят. Джеральд очень просил нас ни с кем это не обсуждать, пока он не уладит все с Джорджем.

Разумеется, не имеет никакого значения, что ты поговорила об этом с «мужем»: знаю, он ничего не скажет, просто я вечно страдаю от своей неосмотрительности! (Бедная Воробушка!)

Твоя Воробушка

105: Вайолет Дикинсон

Пятница, 2 октября [1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя Вайолет,

интересно, как ты выдержала дорогу. Я думаю и о твоих бледных щеках, и о боли, которая все это время не проходила, и о длинных сутках в пути. Впрочем, теперь ты там301301
  Вайолет уехала в Италию и находилась в городе Бордигера.


[Закрыть], и это уже неплохо. Ради любви к Воробушке возвращайся гораздо более здоровой. Ненавижу, когда ты болеешь.

Это жестокий мир, а я в чертовски скверном настроении. Надеюсь, ты не против бранных слов, неразборчивого письма и вообще всего дурного. У нас тут бесконечные визиты людей, преисполненных сентиментальности; они явно не знают, что говорить, и несут всякую чушь. Почему в этом мире нельзя быть простой и прямолинейной – вот что мне интересно. Я всегда говорю то, что думаю, даже если я со своим кенгуровым носиком похрюкиваю, повизгиваю и распускаю когти, но все равно ведь говорю. И я далеко не святая. Жизнь была бы куда проще, если бы с нее содрали фасад: весь этот треп, притворство, сантименты и т.д. и т.п. Вот почему мы с тобой ладим, разве нет? (Здесь ты должна растрогаться.)

А теперь к делу, моя Вайолет. О Кэти новостей нет, только записка от Беатрисы в тот вечер, когда мы виделись с тобой. Она пишет, что у Кэти и ребенка все хорошо и что приятно слышать детский голос. Я о таком не думала, но разве это, то есть ребенок, не сковырнет каких-нибудь застарелых наростов Беатрисы? Думаю, да. Полагаю, этот мрачный дом несколько оживится, и, слава богу, ребенок еще не успел перенять манеры Батов. Как думаешь, у его колыбели будут дежурить два лакея? Джеральд проезжал мимо тебя в Париже; пока никаких разговоров, разве что Несса и Тоби сидят и планируют его карьеру (да, с буквой «у»!302302
  Непередаваемая игра слов: в оригинале использовано слово «career» (карьера), и Вирджиния шутит, что в нем две буквы «е», а написанное с одной («carer»), оно означает сиделку или того, кто ухаживает за больными.


[Закрыть]). Вот это и вызывает жалость, будь она проклята. Я терпеть не могу воспринимать жизнь всерьез, строить планы, думать о деньгах и будущем, но приходится. Тоби хочет стать юристом, и я уверена, что так оно и будет. Мои занятия с Кейс возобновились, как и учеба [Нессы] в Академии. Бедняжка Вайолет, сколько же сухих подробностей тебе приходится выносить. Скажи мне честно: тебе лучше, хуже или как? Помни, что у женщин, которые близки, есть тонкий инстинкт, беспроводная телепатия – сущий пустяк, конечно, но благодаря этому чувствуется малейшая ложь, а я знаю, что ты испытываешь на самом деле, даже если не пишешь об этом. Надеюсь, и у тебя со мной такая же связь, ибо я даже не стараюсь сейчас писать грамотно. Джон Бэйли не одобрил бы. Хестер вернулась? А Маргарет Литтелтон303303
  Маргарет Люси Литтелтон (1882–1970) – дочь Мэри Кэтлин Литтелтон. Она помогала матери в «Guardian».


[Закрыть]? Джордж всецело поглощен Элси [Карнарвон], но только как сын матерью. Думаю, Дакворты по натуре склонны к сдержанным отношениям (Джон [?] бы вычеркнул это предложение). Для них мы всегда сестры и матери, но не жены.

Сиделка зашла за книгой и спросила, как у тебя дела, а потом добавила:«Мисс Дикинсонбыла бы прекрасной сиделкой: она такая волевая, бескорыстная и практичная», – это ее точные слова, а ведь такую похвалу она приберегает только для избранных. Помнишь тот день во Фритэме на заре наших отношений? Я тогда сказала: «Я бы хотела, чтобы вы за мной ухаживали, если я заболею». Разве это не было пророчески, интуитивно? Как и многое в нашей жизни.

Моя Вайолет, как ты? Не люблю письма с глупыми вопросами, а повторы – признак слабости, но ответь же мне, повторяю я вновь.

Нравится ли кухарке за границей? Должно быть, у нее богатое воображение.

Мне все время снится лондонская больница, в которой я как будто медсестра, хотя из всех моих возможностей эта наименее вероятная.

У нас мало что изменилось, но царит какая-то ужасная печаль, если можно так выразиться, хотя, казалось бы, грустить не из-за чего.

Моя Вайолет, береги себя.

Твоя Воробушка, АВС

106: Вайолет Дикинсон

Воскресенье [начало октября 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя Вайолет,

боюсь, тебе придется ждать писем, ибо я не сразу поняла, что с почтой проблемы. Впрочем, и сказать-то особенно нечего. Кажется, отец неуклонно слабеет: он все меньше читает или разговаривает и все больше лежит с закрытыми глазами или спит. Одна из перемен в том, что он хочет видеть людей, так что недавно у нас была Беатриса, а еще мистер [Вернон] Лашингтон.

Надеюсь, по мере того как слабость будет усиливаться, он станет меньше тревожиться о деньгах и собственной беспомощности. Последние два-три дня он очень подавлен. Разумеется, они [врачи] говорят, что«особых изменений нет», но сиделка считает, что он слабеет; в остальном нам ничего толком сказать не могут, а мы и не спрашиваем.

Беатриса приходит регулярно – верная старушка. Не знаю, насколько это из чувства долга, но думаю, что ей здесь интереснее, чем на Манчестер-сквер, и ее присутствие уж точно скрасило нам эти длинные унылые дни. Тоби и Адриану нравится, что она рядом.

Китти меня злит: она ни разу не заходила, зато пишет сочувственные записки, а теперь уехала на неделю на север, так и не объявившись. Конечно, у нее есть оправдание, но глупо повторять, будто она не приходит, потому что от нее, мол, нет никакой пользы. А что, от кого-то есть? Можно просто сесть и поговорить. Она странная особа, но я злюсь. Кажется, Нессу это задевает.

Впрочем, через несколько дней приедет Сноуден, и Несса будет по-настоящему рада ее увидеть – ну и вкусы же у нее! И Джек тоже зайдет, и Беатриса, как обычно, а скоро вернется и моя Вайолет, которую мне хочется увидеть больше всего.

Сегодня вечером мне не пишется, но я должна сказать: мы немного поговорили с Д. и Д. о будущем, и Джеральд заявил, что собирается от нас съехать, а Джордж – что останется в любом случае. И оба согласны, что Блумсбери – лучший вариант. Джордж был столь необычайно чуток и участлив, что забываешь, как он умеет раздражать – думаю, теперь мы поладим.

Какое эгоистичное письмо!

Мы, как кроты, живем под землей, и внешний мир будто померк, но мы в его гуще.

Прощай.

Твоя АВС

107: Вайолет Дикинсон

[11? октября 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя Вайолет,

боюсь, тебе не понравится этот лист бумаги, но такова уж воля Божья. Ты прислала мне очень хорошее письмо. Как и подобает честной женщине. Как считаешь, это грамматически правильно? Пишу с трудом: мой электрический свет мигает, будто у негопляска святого Вита304304
  Устаревшее название хореи – синдрома, характеризующегося беспорядочными, отрывистыми, нерегулярными движениями, сходными с нормальными мимическими движениями и жестами, но более вычурными и гротескными, часто напоминающими танец. Хорея чаще наблюдается в детском и юношеском возрасте у страдающих ревматизмом.


[Закрыть], а все потому, что провод перетерся, но бедная Воробушка трудится в поте лица (еще ни один кенгуренок так не потел за свою добродетель). Сегодня я надела кальсоны и фланелевые штаны небесно-голубого цвета с подтяжками –очень гигиенично, но как же жарко! С меня сошло семь потов, и кожа ужасно раздражена. К этому вообще можно привыкнуть? Мало того, меня уговорили купить элегантное черное пальто, которое, по-моему, было рассчитано на даму с ребенком, то есть на беременную. К тому же оно очень толстое, стоит колом, как броня, и ужасно тяжелое, а кальсоны как власяница, которую надевали на голое тело в знак покаяния.

Моя Вайолет, как твоя спина? Лучше, хуже или так же? В любом случае скажи честно и, ради Бога и Воробушки, береги себя. Ты скорее счастлива или несчастна, или что-то среднее? Думаешь ли ты о Воробушке с радостью и нежностью? Ты правда сильно ее любишь? Ты для меня как скала среди зыбучих песков Китти и Сноу.

Мы недавно заходили справиться о Кэти.«Ее светлость чувствует себя очень хорошо, и ребенок тоже», – должно быть, это все, на что способны их странные порывистые умы. Надо попытаться застать Беатрису до ее отплытия в Египет. Китти сейчас в самом центре политики – в Бирмингеме с Джо [Остином Чемберленом] и Милнером305305
  Согласно оригинальному изданию – некий Джордж Милнер; биографические сведения не найдены.


[Закрыть]. У нее голова кругом от всех этих теорий. Джордж перешел в Казначейство, получил прибавку и стал главным секретарем306306
  Джордж Дакворт оставался секретарем Остина Чемберлена, которого назначили канцлером Казначейства.


[Закрыть]. Когда мы сегодня утром спустились к завтраку, в холле стоял гигант – казначейский курьер с важными письмами из кабинета министра, настолько срочными, что это не могло подождать даже до понедельника. В подобные моменты Джордж аж светится от своего мирского счастья. А Воробушка пришла к печальному эгоистичному выводу: она дура. Мне никогда и ни за что не постичь всех этих цифр и фактов, тогда как остальные свободно о них говорят. Ты в этом что-нибудь понимаешь? Британские мозги питаются фактами и расцветают на голых данных, а мне этого не дано. Думаешь, я буду глупой писательницей?

Несса позеленела, услышав про твоего «мужа» и Сарджента. В следующем месяце они увидят его в Академии. Кейс пунктуальна, как часы. На самом деле она приятная женщина и иногда даже обнимает Воробушку! Что касается сиделки, она прекрасна. Покупая цветы, она всегда приносит и нам по букету. Приходит в любое время, даже когда я в постели, и болтает без умолку. Никогда не слышала, чтобы кто-то говорил так много (письма Воробушки тоже болтливы). Она опрятна, здорова и адекватна. Кажется, она тебя обхаживает – и не только словами.

Отец, по-видимому, слабеет: после нашего возвращения он ни разу не выходил на улицу, разве что на порог как-то раз. Сейчас он заканчивает «Гоббса»307307
  Имеется в виду последняя работа Лесли Стивена, посвященная английскому философу Томасу Гоббсу (1588–1679).


[Закрыть]. Есть еще несколько маленьких работ, которыми он сможет заняться после. На днях отец сказал старой квакерше-сестрице, что чувствует себя гораздо слабее прежнего, не понимает, в чем дело, но спрашивать у сиделки не хочет. Ему нравится, когда к нему заглядывают люди, чтобы полчаса поболтать, но большую часть дня он чувствует себя очень усталым. Говорит, что не боится умереть в одиночестве, но хотел бы чаще видеться с детьми. Думаю, он понимает, что мы выросли и можем говорить с ним на равных, а еще ему хочется увидеть, какими мы станем. В этом смысле отцу, наверное, тяжело, но мне кажется, что не очень.

С Джорджем и Джеральдом мы почти не говорим; они изумительная парочка. Один ужин с ними – и смеха на десять дней вперед. Меня забавляют их характеры. Боже, до чего же они нелепы: Джеральд немного ревнивый, а Джордж – паинька, которого уже вознаградили за добродетель. Если я когда-нибудь напишу роман, оба они будут всецело запечатлены.«Мне всегда говорили, что Джорджустоило быть дипломатом, а я думаю, что и сам бы стал отличным дипломатом», – говорит Джеральд и ждет нашей реакции. Джордж всерьез объясняет ему, что в доме дипломатов мужчина должен вставать и открывать даме дверь! Для него такой дом – это Пикстон [дом леди Карнарвон].

Все это ужасно многословно и не особенно интересно. Дождь льет денно и нощно – думаю, для тебя такая погода была бы плоха, так что не возвращайся сломя голову, как тоскующий по дому ребенок. Там очень паршиво? Не с кем поговорить и нечем заняться? Но если к зиме ты вернешься с окрепшей спиной, оно того стоит. Завтра иду покупать золотое перо: мои старые ужасно мучают меня, да и все пальцы в чернилах. Как считаешь, у меня хороший почерк? Мне и правда нужно одобрение.

Почему бы тебе не увидеться с Нелли? Она чудесное создание, и в этом мире нет никого похожего на женщин ее круга и круга Вайолет: они – все то, о чем мы, бедные писатели, пытаемся писать и не можем. Красиво же сказано, правда? Прощай, моя Вайолет, и благослови тебя Господь.

Твоя АВС

108: Вайолет Дикинсон

[Конец октября 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя Вайолет,

мы долго шли по Бонд-стрит, сбились с пути и в итоге узнали, что последняя лекция состоялась еще во вторник, а завтра лекции не будет вовсе. Ты глупая женщина, раз выдумываешь лекции, которых нет!

Тоби очень благодарен тебе и с радостью заглянул бы в гости. Однако судьба вручила ему билет на открытие парламента – он пойдет в пиджаке и светлых брюках и будет скорее похож на негра с брайтонской набережной, чем на кого-либо еще. Может, ты придешь к нам на чай и приведешь мисс Маргарет Литтелтон? Это будет один из тех ужасных моментов жизни – полчаса агонии в беседе с незнакомыми девушками. Зачем ты на этом настаиваешь? Ей тоже не понравится, и мы будем таращиться друг на друга, как дикие звери в клетке.

У отца все по-прежнему. Температура снова немного поднялась. Сиделка считает, что ему стало хуже.

Твоя АВС

109: Вайолет Дикинсон

Среда [октябрь/ноябрь 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя Вайолет,

это всего лишь чертовые каракули вроде тех, что присылаешь мне ты, а сказать особенно нечего. Нежности? Целые горы. Ты звезда, вернее, комета, что вечно блуждает во тьме. Сразу после нашего расставания я получила крепкую дозу концентрированного родства – двухчасовую лекцию от маленькой жеманницы [Аделины Фишер], которую ты, должно быть, помнишь еще со встречи на станции в Солсбери. Она говорит, что мы не проявляем желания видеться с родней, которая теперь обижена и впредь нас не побеспокоит. Мол, раньше все было иначе и т.д. и т.п. В примирениях я совершенно бесполезна: у меня драчливый характер, так что я ушла, сделав все еще хуже, чем было. Среди прочего Воробушку обвинили в том, что она возводит интеллект в ранг божества и сваливает бремя мира (а оно, как выяснилось, состоит из родственных чувств) на плечи других! Ну и что мне было возразить? В какой же пучине эмоций мы живем! Сегодня опять приходила Квакерша, слезливая и вечно говорящая невпопад. Завтра она опять явится. Всем теперь велено не задерживаться дольше пятнадцати минут, что, по-моему, просто прекрасно. Дольше отец гостей не выносит, как бы ни был к ним привязан, а большинство из них и вовсе укладывается в десять минут.

Китти вернулась окрепшей. Сегодня вечером возвращается Джек, так что у любимой Нессы снова полны резервуары, хотя это и не слишком удачная метафора. Пишу в страшной спешке, чтобы успеть на почту, как ты бы сказала.

Шляпа удалась? В пансионате царит все тот же дух? (Эти два вопроса никак между собой не связаны.)

Сиделка слегка запинается, когда просит передать тебе слова любви, но все же спрашивает, когда ты снова к нам приедешь. О, она тоже любит читать нотации. Мол, Воробушка думает только о самосовершенствовании и никогда ничего не делает для других. Думаешь, это правда, моя Вайолет? Если да, не отвечай.

В воскресенье мы идем навестить Кэти и младенца308308
  Ивлин Бэринг (1903–1973) – сын леди Кромер, впоследствии губернатор Южной Родезии, Верховный комиссар по Южной Африке и губернатор Кении.


[Закрыть]. Все думаю: стоит ли вообще затевать такие жуткие визиты?

Ты довольна, моя Вайолет? Весела? Нежна? И любишь ли ты Воробушку?

Твоя АВС

110: Вайолет Дикинсон

[Октябрь/ноябрь 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Моя Вайолет,

ну и удивительная же ты женщина – все простужаешься и простужаешься. Уж лучше прижми к груди Воробушку! У отца был довольно тяжелый, утомительный день после беспокойной ночи, но, похоже, никто не придает этому особого значения.

Тоби просит узнать, когда ему лучше всего прийти к тебе, чтобы посоветоваться насчет прогулки, на которую он собирается в воскресенье где-то возле Уэлина. Он согласен на любое время до субботы. Говорит, твой характер ему весьма интересен. Теперь Тоби изучает людей так, словно он в судейской мантии, а они дают показания309309
  Закончив Кембридж, Тоби всерьез подумывал податься в адвокатуру.


[Закрыть]. И постоянно твердит мне: «Формулируй точнее, что ты имеешь в виду», – а я-то как раз гениально умею говорить все, чего отнюдь не имею в виду. Китти засиделась, обсуждая политику целых полтора часа. Я бы больше доверяла ее идеям о том, как поставить Империю на ноги, если бы они были прямо противоположны тому, «что думает Лео» (она всегда начинает этими словами).

Если завтра ты будешь плохо себя чувствовать, Воробушка заглянет проведать тебя, хотя твой дом и кишит распущенными герцогинями.

Это Маргарет Литтелтон заразила тебя простудой вчера вечером? Если бы я сидела рядом с ней в театре, у меня бы тоже кости свело ревматизмом. Джордж надевает в театр белые перчатки и говорит:«Эту привычку я перенял в Париже». Париж – родина дипломатии, поэтому следовать тамошней моде – значит быть утонченным, даже если эта культура еще не добралась до нашей отсталой страны.

Не вижу ни малейшей причины заканчивать это восхитительное письмо. Мне нравится писать тебе всякую чепуху, словно пускающий слюни младенец. Кстати о младенцах: всякий раз, когда я нахожусь в общественном месте, например в омнибусе или на Пикадилли-Серкус, мне непременно хочется выболтать один факт о миссис Крам.

Прощай, моя Вайолет. Шли за мной гонца с цепью, как только я тебе понадоблюсь. Сейчас я, кстати, пользуюсь немалым спросом. Меня позвали провести вечер на Монпелье-сквер [в дом Китти Макс], но я ответила:«Нет, у меня другие дела», – хотя на самом деле их не было, но именно так, по-моему, и набивают себе цену, а уж ты-то знаешь, что все Воробушки наперечет.

Твоя АВС

Не забудь про Тоби.

У меня такая хорошая ручка, что я просто не могла остановиться писать.

111: Вайолет Дикинсон

[Октябрь/ноябрь 1903] Гайд-парк-гейт, 22

Дитя мое,

письма дошли, все в порядке. Что ж, раз ты такая чуткая, я пришлю тебе почитать свои рукописи310310
  Эти небольшие зарисовки-эссе опубликованы в томе ранних дневников (см. ВВ-Д-0).


[Закрыть].

Ты поправилась? Пишешь карандашом, а это в глазах наперсницы может означать, что ты на одре страданий. Искренне надеюсь, что нет. Не ударил ли тот концерт по твоим бронхам? Джордж Элиот311311
  Джордж Элиот (1819–1880) – псевдоним писательницы Мэри Энн Эванс. Она действительно умерла от инфекции дыхательных путей в сочетании с болезнью почек.


[Закрыть]