Текст книги "Катарсис. Старый Мамонт"
![](/books_files/covers/thumbs_240/katarsis-staryy-mamont-155781.jpg)
Автор книги: Виталий Храмов
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 10
– Как они вас нашли? – спрашиваю.
Я, получается, вдруг стал старшим в этом детском саду. Даже Олег – друг моего детства – выглядит на двадцать – двадцать семь, не больше, гад! Лежим рядом, смотрим в небо. Заряжаем батарейки магией, сняв маскировку ауры – Скрыт.
– Я виноват, – говорит он, – попросил о помощи старого друга, Мага жизни. Никак не хотел верить, что он предаст.
– Предаст, не предаст, или вообще – передаст заднеприводный, – качаю я головой, – у него могла быть безвыходность. Взяли в заложники родных – куда он денется? Да и просто – магов жизни раз, два и обчёлся. Что поставить вокруг наблюдателей?
– Ты изменился, Саша, – качает головой Олег.
– Изменишься тут. Я, Олежек, как бы бандитом стал. А быть бандитом и жить, при этом дома – ночевать – надо покрутиться. Ну, ты помнишь фундаментальную фразочку Жеглова: «Вор должен сидеть в тюрьме»?
– Нет. Не помню. До сих пор не верю, что Союза – нет.
– Нет, Олег. Много чего нет. Сначала не стало тебя. Потом – страны. А потом – вообще ничего не стало. Ни работы, ни порядка. Потом погиб сын, ушла жена. И-и-ех-х!
Махнул левой рукой. Из-под правой стрелу ещё не вынимал. А вот с поясницы – вынули. Стрела пробила магический щит и простой щит, пробила кольчугу, но в тело вошла на пару сантиметров только. Вынули, залили Мёртвой водой. А вот в ноге стрелы и в боку – серьёзнее. Как появится Сила – займусь. Пока на блокировке боли.
– Олег! Да ну его всё в баню! – говорю. – Не наша головная боль – Союз. Жизнь прожита – как проклятье. Что ни делал, всё получалось, как в том анекдоте: «Хотели – как лучше, а получилось – как всегда». Да я и сам виноват. Хотел, как лучше – для меня. Жену – красавицу, жизнь – богатую и красивую. А надо было хотеть жизнь – правильную. Уважение и страх в глазах людей – хотел. Амбиции потешить. Эго своё потешить. Быть альфа-самцом. А было – ненависть и презрение в глазах людей. Потому как – не был я человеком. Бандитом я стал. И кулаком. Так-то. Хотел, чтобы дети мозги не насиловали. Самоустранился я от воспитания детей. А получилось, что жена за измены ненавидела. Сын отрёкся фактически, дочь меня же и заказала. Наняла убийцу, чтобы бизнес мой забрать.
Смотрит на меня внимательно. Олег – Маг Разума. Взгляд такой – особенный. Не как у того Олега, которого я знал, а как у матёрого волкодава-следака. Психолога-практика. Я усмехнулся. Я в некотором роде – тоже психолог. Пришлось научиться, чтобы не быть лохом. Вести людей, делать «бизнес», не владея психологией, – ошибка. Людей надо «видеть насквозь» – тогда не получишь заговор и нож в спину. А теперь я ещё и Маг Разума. Не получится у тебя, дружище, мною манипулировать. Не получится.
– И, знаешь, – продолжаю я, отталкивая ментальное «давление» Олега, – в этом мире не наладилось. Куда ни приду – горы бед на людей обрушиваются. Как ходячее проклятие. Там, где мы встретились – Крестовый поход Орденов местного бога на местных же жителей. Тут пересёкся с Охотниками – они тоже теперь в подполье ушли, изгоями стали, сепаратистами-партизанами. Вот, к Лосям нанялся – в пух и прах их разгромили.
Собираюсь с дыханием. Хорошо, что стрела не в лёгкие вошла, а прошла вдоль рёбер и, пробив мясо на груди, упёрлась в броню изнутри. Кровь остановили, боль блокирована, но мутит. Отдышался, продолжил:
– Я к чему всё это тебе говорю? Чувствую же, начнёшь меня агитировать – Родину любить. Только – знаю я про ваше пророчество. И говорю тебе – пошёл ты! Подальше. От меня. Пока за вами не стали гоняться все, у кого есть хоть сколько-то мозгов и хоть чуть – амбиций и власти. И так – команды ликвидаторов по мою и ваши души с радостным визгом сольются в едином порыве. Что так смотришь? Ты видел, как обрадовался твой воспитанник этому зелёному клинку? А я только сейчас узнал, что это был сын Императора. Он теперь инвалид. Как ты думаешь – Император простит мне? Или тоже сформирует команду убийц?
Молчит. Упрямый? Ну, слушай тогда:
– А вот это – Молот. Был простым сыном сельского кузнеца. Из-за меня религиозные фанатики убили его отца. И мать – вон того, шустрого, мальчика, что сверкает Тьмой в ауре. Он теперь не ребёнок – убийца. Такой судьбы они хотели? Драться до смерти по три раза на дню? Помирать изгоями? А, Олег? У безымянного посёлка, на безымянной высоте?
Смотрю на Обереста, что вместе с Пятым за ноги волокли «телепортера». Пятый догнал-таки да ещё и убил Мага! Молодец! И Оберест – молодец. Паладин его клинком насквозь пробил, а он – трупы таскает. Нет бы, как Молот и Крок, без сознания позагорать. Показываю на Обереста:
– Тебе парня не жалко? Не пытайся воздействовать на меня! Я – не дамся! А ты думаешь, я вашу игру не просчитал? А, Хранители? Вы зачем щенка подставили? На убой?
– Почему ты решил, что мы его подставили? А? Ты что из меня чёрта лысого лепишь, Саня?
– Кто придумал это долбаное пророчество?
– Почём мне знать? Я о нём узнал, когда меня Император Сокол уже уговорил на этот пост, к малышу – Пестуном. Когда уже привязался к мальчику.
– Ты мне ещё скажи, что Чеса – Чистильщика Медвила и Клема – не знал.
– Знал. Чес – мой учитель Разума. Я у него в Университете учился. Клема мне он и представил. Уже в Медвиле. Как раз перед выходом на дело. Мы туда и попали – за одной штукой.
– Знаю я про штуку вашу. Не надо играть со мной, Олежек!
– Какой ты стал, Мамонт!
– Стал! Станешь тут с вами!
– Мамонт! Ты чего тут рассопливился, как девица-гувернантка? – Олег приподнимается и нависает надо мной, сжигая гневным взглядом. – Соберись, тряпка! Разнылся тут – жизнь тяжёлая? А мне каково было оказаться в чужом мире – раненому, не зная языка, голому? Не как тебе – экипированному и вооружённому? А? Не хочет он в пророчествах участвовать! Не хочешь – иди н-нах! Застрелись! Уйди подальше, чтоб дети не видели – да вскройся!
Олег откинулся на спину. Продолжил:
– Не хочет! А кто меня спрашивал? Я в Мире вообще с самого начала начинал! С рабства! Что ты мне гниль лепишь? Я подставил Ястреба? Пошёл ты! Я привязался к парню, а последнее время только и успеваем – ноги выдёргивать из медвежьих капканов! Нас кто спросил – хотим мы? Или нет? Непонятно было вообще – почему всех собак на парня спустили? Мы только в Медвиле у Провидца, которого ты знаешь как Чес, узнали, что Ястреба стали считать Обещанным Наследником. А к кому мне идти, кроме Всевидящего Ока? Парня стали толкать на бунт так явно и грубо, что мы сбежали. А что происходит, что за хрень творится, почему Лебедь стал, как Сокол, играть в игры запутанные – не понятно. Надо было с кем-нибудь посоветоваться. А Провидец – мог помочь. Только – он всё усложнил. Чес много чего говорил. Про пророчество, про гниль, что съедает тело Церкви. Но, как и ты, я не верю в пророчество. Чес предложил проверить: если Утерянный Венок признает Ястреба как кровь Последнего Императора, то так оно и есть. Откуда нам было знать, что Изгой переродился в старшего лича?
– А я как там оказался? – спрашиваю.
– Знаешь, Санёк, я часто тебя вспоминал. Очень часто. Не было у меня никого, кроме тебя. Мы же с тобой как две половинки одного человека были. Как братья – двойняшки. Потому остервенело учился магии, как услышал, что Маг может открыть портал меж мирами. В своих скитаниях я всё же нашёл амулет портала. Но активировать его может только Маг. Не ниже Мастера объёмом потенциала. А переход между мирами – только Повелитель Магии. А я Магистром только тогда стал. Но я упорно искал способ вернуться домой.
– Домой? Куда, Олежек? Где наш дом? Детский приют? Казарма? Ротная палатка?
– На Землю, Саш, – вздохнул Олег, – на Землю. Привязывался я на тебя. И иногда у меня почти получалось. Я тебя слышал. А ты меня – нет. Но портал не открывался.
– И я тебя слышал, – вздыхаю, – я считал тебя мёртвым. Когда я слышал твой голос, считал его предзнаменованием. И буквально следом приходилось спасать свою шкуру. Постоянно. Вот и последний раз я услышал тебя, когда умирал, от сердца. И вот – я тут. Но там был ещё один товарищ.
Рассказываю ему про старика-гопника, что кровью своей освятил моё оружий, но отжал мобилу.
Вся наша честная компания собралась вокруг, глазами хлопают, рты разинули. Даже Крок и Молот перестали валяться чурбаками – слушают, как рыбы об лёд. Потому как чуют, что о чём-то важном говорим, но о чём – не втыкают. Потому как не знают русского.
– И он не верит, – усмехаясь, говорит Олег парню, которого, оказывается, зовут Ястреб, а не Оберест, на местном языке.
– Верю не верю – не важно. Я не избранный. Понятно? – злюсь я.
– Понятно. А я вот, как услышал про зверя с носом до земли и большими ушами, сразу про тебя, Санёк, вспомнил. А как лич Изгоя снёс все мои защиты одним махом, опять попытался открыть портал к тебе. И позвал тебя на помощь. Ты же всегда спасал меня. Раньше.
– И вот я тут. А там я умер. Новая жизнь – старые проблемы. Ладно, успеем ещё наговориться на отвлечённые темы. Не пора ли нам свалить? Не загостились ли мы тут? Рядом с тонной свежего мяса?
– Саш, не спеши. Зачем идти ногами, если есть портал? Тут, недалеко, есть сильный Маг жизни.
– Где нас и ждёт ещё одна команда перехвата.
– Не думаю. О том, что моя бывшая – Маг жизни, мало кто знает. Да и вообще о ней мало кто знает. Она давно уже числится погибшей.
– Так что же ты к левым Магам ходил? А не к ней?
– Мы расстались… не мирно, скажем так. Я же ещё и числюсь её убийцей.
– Вот это Санта-Барбара у вас тут! А ты уверен, что она не прибьёт нас на пороге?
– Не уверен. Но что это изменит? Нам больше некуда идти. Как только соберусь с Силами – перейду к ней. Если и убьёт, то одного. А получится договориться – заберу и вас. Да и по жене я соскучился. Хватит Ваньку валять! Эмоции всё это. Амбиции прищемлённые. На кону встали такие ставки, что не до обид стало! Сказала она! Показала!
Олег перешёл на общий язык:
– Вы пока, ребята, всё ценное соберите. Тела расчлените. Твари их приберут.
– И наших? – спрашивает Ястреб.
– Им уже всё равно. Но расчлените – обязательно. Дать им стать Бродягами – плохая память для наших соратников. Я скоро буду. Надеюсь.
Глава 11
Горы. Впервые в этом Мире я – в горах. Закрытая со всех сторон скалами долина. Этакий затерянный мирок.
Морская волна Потопа через эти скалы, оказалось, не прошла. Да, были многодневные осадки и сопутствующие наводнения. Сёли и грязескальные лавины, камнепады уничтожили прежнюю жизнь и в этой Долине Покоя. Но воды ушли, выжившие люди выкопались из пещер и заново наладили жизнь, создать плодородный слой было легче – почвы были не отравленные солью и Скверной. Потому жизнь Долины хоть и была затворнической, но самодостаточной.
А благодаря тому, что до Катастрофы тут была какая-то Школа магии, были и Маги в Долине. И не мало. Каждый десятый – Одарённый, что уже – невероятная концентрация. Хотя и были Одарённые слабы и неумелы, но их было много.
Ввиду отсутствия врагов и небольшого количества Бродяг – жители Долины жили разбросанно, во множестве небольших посёлков, чтобы не ходить от места работы до жилья далеко. Был и свой город, выполняющий привычную по Земле функцию – административно-торговую.
Бывшая жена Олега, представившаяся Ольгой (явно имя взяла уже после свадьбы, в честь Олега), была строгой, но миловидной женщиной, тридцати лет на вид, степенной и важной. Как и положено знахарке целого поселения.
Местные угрюмые жители были с нами неприветливы, но и не кидались на нас в драку, чего уже – достаточно.
Хозяйство Ольга имела немалое – большое подворье, домашняя живность, большой огород. И всё это – за высокими каменными заборами. Скалы – рядом, зачем недолговечное дерево на заборы переводить? Дом – тоже каменный, сложенный из больших диких камней, но без раствора. Камни были будто сваркой сварены меж собой. Или сплавлены. Или вдавлены друг в друга, как пластилиновые куски. Магия? А чё бы и нет? Очень разумно, а главное – красиво. Два этажа и ещё помещение в чердаке. Внутри всё одето в дерево. Дерево будто тоже склеено. Красиво. И камни – не давят на психику. Первый этаж, кстати, не жилой. Это – клиника, где Ольга лечит. Тут нас и разместили.
А потом она подошла, заглянула мне в глаза своими серыми озёрами, сказала по-русски:
– Здравствуй. Ты и есть Саня Мамонт?
– Да.
– Олег тебя искал последнюю сотню лет. Раздевайся, буду тебя лечить. Больно не будет. Я тебя усыплю. Сними защиты свои. Не бойся, тебе ничего не угрожает.
– Благодарю. И – я не боюсь.
Если Олег предаст, мне незачем жить.
А глаза я открыл – как новенький. Чувствую себя молодым и здоровым. И – голым. Только разводы засохшей крови на теле да едва заметные шрамы. Качаю головой – опять вспомнил Мага жизни Охотников.
По запаху берёзовых веников нашёл баню. Там – в жаре и клубах пара – Олег. Улыбается. Он знает, что такое баня для нас, сибиряков.
Распаренные и уставшие – пьём травяной взвар, кайфуем. Любуемся закатом светила за клыки скал. Над головой висит и светит артефакт из Солярных Столбов. Подарил я этот светильник магический Оле. Не хочу больше таскать его. Это же – булыжник. Тяжёлый и места много занимает этот чемодан без ручки. И выкинуть жалко. Возьми, Оля, что нам не гоже.
Хороший чай. Да после бани!
– Почувствовал себя, как дома, в России.
– Да, Ольга переняла многие мои пристрастия. Я в Мире прожил уже лет двадцать, когда встретил её. Она была совсем девочка, только поступившая в Школу. Знаешь, как в книгах. Или в кино. Про любовь. Полюбила меня, а я – её. А я ждал её ещё десять лет. И прожили вместе – сорок.
– Ты говорил, что расстались вы нехорошо.
– Я убил её. При свидетелях. Чистильщики нашли в ней Тьму. Я не отдал её им. Сам убил. Все это они – видели. А сам унёс её сюда. Порталом.
Я потряс головой. Олег усмехнулся:
– Они не знают нашего кинематографа, Санёк. Я – Повелитель разума и Мастер иллюзий, она – Повелитель жизни. Я её убил. Почти. Всё было – разрубленная грудная клетка, остановка сердца, море крови, крики, сопли. Всё по Станиславскому. Чтобы поверили. Мне они, конечно, не простили.
– А Тьма?
– А Тьма – есть. Её полно. Особенно в телах тех Клириков. Я их тоже убил. Но совсем. По одному и тайком. Но они – догадались. И убили всех наших детей, их детей, наших внуков. Слишком поздно я понял, что им хватит на это наглости. А потом и меня они убили. Почти. Ольга меня спасла. Так вот и живём, делая вид, что мы – не мы. Да и мы – уже – не мы! А детей она мне не простила. И я себе не простил.
Олег повесил голову, горестно повторив:
– Мы – не мы.
– Прости.
– Не за что. Давно это было. Десяток лет уже прошло. Всё выгорело. Дотла. Настолько, что без скрипа зубов смотрю на церковников.
– Погоди, что-то я не догнал – двадцать, десять, сорок, ещё десяток? А Оля вообще ляпнула, что ты меня сотню лет ищешь.
Олег рассмеялся:
– Да-да, Санёк. Время тут – не как на Земле. Там – год, тут – несколько. Если не десятков лет. А я – Маг. И жена у меня – Мать жизни. Мы – не стареем, Саня. Ни один Маг не умирал своей смертью, пока не влезли церковники. Или мы не знали таких. До Катастрофы – ни одного свидетельства обычной смерти Мага. Маги погибали. Но не старели.
– А Чес?
– Теперь всё иначе. Чес не хотел показать своим коллегам, что знает Магов жизни, не хотел вывести их на нас. Потому – старел. Церковь продление жизни считает тёмным ритуалом.
– Так вот какая тьма была в твоей жене!
– Была. И есть. И вообще – мы сейчас на Землях Тёмных Владык.
Я выругался, схватился за голову, застонал. Потом от души послал Олега. А тот лишь усмехнулся:
– Запутался? Да, забей! Может, самогоночки? У меня получается чистейший первач. Почти без запаха сивухи.
– Муля хочет водочки? – спрашиваю я.
Оба смеёмся. А пошло оно всё – Тёмные, Светлые, твари и Святоши. Если рядом – друг, ты – в его доме. И сегодня тебя не будут убивать. Пошло оно всё! Нажраться с другом – святое! Богоугодное дело.
Мы прожили в этой Долине несколько недель. Несколько недель отпуска в раю.
С большим удовольствием я копался в огороде, чистил навоз из-под скотины, занимался мелким бытовым ремонтом.
Мы ходили на охоту на горных баранов. А убили – снежного барса. Правда, он был изменён Скверной – был огромен и страшен, как наша Киса, но, в отличие от Кисы, кинулся – сразу, зарвав Корка, что перехватил хищника, встав между нами и тварью. Потом бегом бежали обратно, тащили задушенного Барса и Корка к Ольге. Мясо хищника я очистил от Скверны (я теперь умею), отдали местным охотникам. Они скормят его своим овчаркам. А Корка Оля до утра уже восстановила. Шкура Барса украсила стену в нашей обители.
Долго и с удовольствием работали в кузне. Металла мы с собой принесли много – с убитых спутников Олега и Паладинов. И металл – хорошего качества. Рубиновую сталь поделили по-братски, а не поровну – Ястребу достались только запасные детали. Мы не хвалились, что сталь эта рубиновая. А Олег вообще от доспеха отказался. Говорит, что он ему только мешает колдовать. Он же – Маг, ёпта, не то что я – не Клирик, не Разумник, не Маг земли, не воин. Так, с миру по нитке – готов «Великий и Ужасный Гудвин».
Ну, а что не ковать? Если я и Молот – кузнецы, Корк – прирождённый гидравлический молот? Уголь в скалах добывают. Прямо тут, в Долине. Не Кузбасс, конечно, но по мере необходимости к выходу угольного пласта все ходят с мешками. А местный Маг воздуха, живущий через дом, не отказался поработать мехами за один из амулетов Мага воздуха Паладинов.
У меня серьёзно продвинулось умение Клема – зачаровывать металл. Раньше я только смутно ощущал, что он что-то делает, а теперь я точно знаю, что без Клема я это не освою. Большой прогресс!
И всё же – обеспечили мы себя всем необходимым, а потом ещё и местным четыре топора сковали. Обычных, привычных мне, столярных. А что не отблагодарить местных, если хорошая сталь осталась? Из остатков и выковали. Выкинуть – жалко. Оставить – заржавеет.
А вот себе! Ну, для начала – была починена вся наша броня. Доспехи, щлемы выправлены, пробитые места заварены, кольчуги починены, оружие выправлено, отбито и заточено.
Из полных обновок – я остался без палицы. Но стал мечником. Убедили меня, что меч универсальнее палицы. Убедили. А Ястреб взялся подучить нас фехтованию мечами.
Итак, меч. За основу был взят неплохой полуторник одного из Паладинов. Сталь – хорошая. Лучший меч из всех трофеев. Расковываю палицу в полосу, клинок меча Паладина – в другую полосу, свариваю их вместе, раскаляю, свиваю винтом, расковываю, складываю, проковываю, ещё складываю, опять Корк их кузнечным молотом сваривает. И так – много раз. Многократное скручивание и складывание с кузнечной сваркой слоёв разносортной стали. Так и получается знаменитый узор сварной многослойной стали. У меня – слоёный пирог хорошей стали, поющей, твердой, но гибкой, и – стали с кровью Старика, более мягкой, но гибкой.
Меч имеет длину типичного полуторника. Для местных. Я – высокий. Выше всех, кого встречал в этом Мире. Но и мне – тоже длинный меч. Но сделали не типичный бастард – клинок слегка изогнут и более широк к концу, чем должен быть у прямого меча. С хорошо заметной рубяще-секущей частью. Ещё не сабля, но всё ещё меч. По мотивам меча Дола Клинка, Мастера-Охотника. Очень уж мне приглянулся клинок Дола, запомнился.
К сожалению, не знаю, как это называлось у нас на Земле. Может, палаш? Так он же – односторонний и короткий был. Если не ошибаюсь. А у меня – заточка двух рабочих сторон. Ястреб это называет изогнутым мечом. Всё же – меч. Ну, да, колоть им можно. А рубить – вообще замечательно. Удар получается пластающе-секущий, быстрый, мощный. То, что клинок тяжелее собратьев и – намного, будем тренироваться, чтобы рука привыкла, прокачалась.
Оля мне для чего «счётчик пробега» «отмотала» лет на двадцать? А до этого – Старец «отматывал». Так что самочувстие у меня, как у не добежавшего до тридцатника. Почти как у лысого зелёного новобранца. Как у «вьюноши восторженного». Даже стояк по утрам появился! Потому – будем «мыжцу качать». Стану Конаном-Варваром. Так, надо ворот искать. Он же воротом накачал бицуху? Ха-ха!
Этот меч мне должен заменить булаву по её крушащему действию, потому такой тяжёлый. А то, что я не смогу фехтовать полноценно таким мечом, так я не фантазёр, даже с этим клинком сине-зелёным, который я так и не забрал у Ястреба, я не смогу ничего противопоставить не то что Мастеру Клинка, а даже обычному представителю знати, что с детства учится фехтованию. А если так, то не стоит и заморачиваться – будет колюще-режущая рубяще-крушащая булава. Острая со всех сторон. И длинная. Длину клинка подбирали под рост – есть такие методики. Так вот – длинный меч у меня.
Говорят, надо дать имя клинку. Ну, не знаю. Как-то в голову ничего не пришло. Символизм – важен, особенно для мальчиков. Придумаю. Позже. Сейчас только матершинная фаллическая пошлость ассоциативная в голову лезет. У молодости есть свои недостатки. Озабоченные недостатки. Других забот полно, чтобы голову забивать этим. Хм, вот не подумал бы, что молодое тело с лицом старика вступит в конфликт с сознанием и жизненными ценностями старика. Бывает же!
Так как Клириков тут не любили, а последователи Триединого не любили людей, что жили в Землях Тёмных Владык, то у меня тут образовалось много работы. В связи с уже уверенным наложением Печати Чистоты, что очень хорошо изгоняла Скверну. Намного эффективнее, чем магия других Магов.
Я освятил Храм Матери – на шпиле устремлённой к небу крыши святилища, вместо привычного мне креста, стоит женская фигура, раскинув руки. Как раз – крест. А в Храме – такая же статуя. Половина её – белая, половина – чёрная. Белая половина лица молодой женщины, с ласковым взором и доброй улыбкой половиной губ. Чёрная половина – лицо старухи, с печальным взглядом и горестной миной лица. Мать Жизни. И – Мать Смерти.
С кого лепили статую, легко читается. Белая часть – это лицо молодой Ольги. Черная часть – тоже похожа, но не хочу даже представить себе Олю старухой.
Освещал я и домашние алтари, чистил от Скверны – дома и людей.
Одарённых тут было много, а Магов – не очень. Но нам помогли разобраться с большим количеством бесполезных трофеев – разных амулетов и артефактов. Тут были Маги, что сохранили даже очень старые знания. Одно я не понял – почему молодым Одарённым они не передают опыт? Ну, их, Тёмных, – не поймёшь!
Так вот, очень многие наши трофеи были распознаны, была определена их суть и ценность. Или – бесполезность. Для нас. Очень многое мы просто отдали нашей хозяйке – на хранение и использование. Таскать с собой всё это было влом, а продавать – палево. Особенно вещи Паладинов или рыцарей Наследника. Зато теперь мы – в амулетах, как Кремлёвская ёлка на Новый год! А Ольга – найдёт применение бесполезным для нас или двойным-тройным комплектам. Как ещё отблагодарить её за жизнь и молодость? Золотом? Самому стрёмно.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?