Читать книгу "Крёстная внучка мафии 2"

Глава 3

Сицилия. Палермо. Отель «Синьорина Виньелье».

8:15 утра.

Виктория Волкова

Я всегда чувствовала, что отель «Синьорина Виньелье», где мы с Сандро впервые встретились, для меня несколько проклятое место. Но именно сегодня убедилась в том, что это просто неопровержимый факт.

Открыв рот, я смотрела на дверь и никак не могла понять слова синьора Лукрезе.

Для дедушки нормально прийти, поставить перед фактом и не сомневаться в том, что его желание будет исполнено, но это что-то новенькое. А реакция Сандро, бросившегося за ним следом, мягко говоря, напрягает.

И не знаю сколько бы я так стояла, если бы в дверь номера неожиданно не постучали снова.

– Бонжорно, Фабио, – озадаченно произнесла я, открыв дверь.

– Бонжорно, синьорина Виттория! Волнуетесь? – с неслыханной радостью произнес Фабио, входя в гостиную. – Ух, и погуляем же всей Семьей! Свадьба будет отменная! В лучших традициях!

Осознав что к чему, я зло рассмеялась и тут же захлопнула за ним дверь.

– Я вам такой сюрприз приготовил, уверен, вы оба будете в восторге! – продолжал он.

Ох, ну, тут он ошибается! Сюрприз нонно никому не переплюнуть!

Разве может что-то вызывать больший восторг, чем новость, что я выхожу замуж ЧЕРЕЗ ДВА ЧАСА?! У меня и сарафанчик подходящий – белый!

– То есть ты знал? – прорычала я, наступая на него.

– Так все знали! – рассмеялся Фабио.

– И Сандро все знал?

Однако стоило ему понять мое выражение лица, как он нервно засмеялся и благоразумно попятился к выходу.

– Так… Лучше вы с Сандро все обсудите.

– О, да… Он же все на свете со мной обсуждает, кроме важного! – протянула я, закипая от эмоций.

Дожились… Дедушка нас тащит под венец! Спасибо хоть не под дулом пистолета ведет!

Нет, я, конечно, знаю, что Сандро проще с парашютом спрыгнуть, чем признаться в своих чувствах. Естественно я видела, как пугливо он смотрит по сторонам, когда кто-то из родных поднимал тему свадьбы.

Но что он не решится мне даже сказать о том, что все решено… Я не ожидала.

Или он просто сомневается и тянет время?

Сейчас-то ничего не происходит способного взбудоражить чувства человека, который получил в жизни ОЧЕНЬ много впечатлений. У нас обычная бытовуха.

Работа. Дом.

И рядом с этим альфой не супер-роковая женщина, а обычная домашняя девочка.

Внутри настолько бурлили эмоции, что я со всей дури швырнула вазу с очередным букетом красных роз в стену. Ужасно хотелось послать все на эмоциях или пойти и потребовать объяснений прямо при дедушке, но не могу.

Нельзя унижать Сандро перед Крестным Отцом.

Но и сидеть тут одной, когда жених сбежал умолять деда не женить нас, невыносимо унизительно.

Я уже направилась к выходу, как Фабио мне преградил путь.

– Подожди… Вики, а ты куда? Здание окружено… – рассмеялся Фабио, видя осколки вазы. – Но если ты планируешь спускаться по простыням то, скажи из какого номера – я пожарных с батутом пришлю.

– Позавтракать! – рявкнула я на эмоциях. – Или выйти замуж за Сандро можно, а пойти поесть – нет?!

И не давая Фабио больше ничего сказать, решительно вышла за дверь.

Пусть сам организовывает сбор вещей горничными под присмотром охраны, а меня одни тени посторонних в моем личном пространстве мотивируют разбить что-нибудь об их головы.

Расправив плечи и гордо вскинув голову, я, постукивая каблучками, уверенно двинулась к лифту. Делая вид, что не вижу охрану дедушки у соседнего номера и то, как они настороженно провожают меня взглядом.

– Синьорина, если вы решили сбежать…

– Не дождетесь, – стальным тоном ответила я. – Я пока из него всю дурь не выбью, никуда не бегу.

Наплевать на то, как они офигели от моего тона. Двери лифта открылись и, выпустив целую свиту горничных и охраны для сбора наших вещей, я уверенно нажала кнопку первого этажа.

И зря....

Ой, как зря.

Если бы я только знала чем закончится это утро, я бы и шагу не сделала за порог номера. И то не факт, что беда обошла бы нас стороной.

Как только я спустилась на первый этаж, так попала в следующие лапы “заботливой охраны”. В этот раз двоих моих личных телохранителей.

– Барыня! – словно двое из мафиозного ларца протянули они, как обычно шутливо здороваясь со мной утром. – Если вы собираетесь сбежать…

– Да, твою ж мать!

Я аж зарычала от гнева. Открыв рот, я уже собиралась высказать все, что думаю, но заметив, как в мою сторону повернули головы ВСЕ в холле – сдержалась.

Просто смерила всех вокруг тем самым взглядом Лукрезе. Особенно делегацию охранников, сопровождающих крупного и очень нервного мужчину с чемоданом в комнату для переговоров.

– Месье Шеро, синьор Лукрезе пока занят, так что вам придется подождать… – холодно произнес кто-то из людей Лукрезе. – Прошу сюда.

Делегация исчезла в коридоре, а я, злясь еще больше из-за того, что Виттория Лукрезе не может при важных людях позориться, направилась в ресторан.

– Синьорина, ваш завтрак готов, но ресторан уже закрыли для технических работ на кухне, – сказал Лука. – Накрыть вам стол в беседке в саду на берегу моря?

Бросив взгляд на часы, я кивнула. Нужно срочно выплеснуть эмоции безопасным образом или точно опозорюсь по полной программе.

– Ремонтировать плиту придут в девять. Я немного поиграю за роялем, а вы пока накройте стол в беседке.

Лука бросился организовывать завтрак, а Рино важно встал у дверей, чтобы никто мне не помешал.

Не знаю почему руки сами по себе начали играть "Вояж" группы Ленинград. Может быть потому что все наши проблемы начались со слов: "А поехали в Париж?".

– На фоне Эйфелевой башни! С айфона селфи…

Ох… А пою я громко. Особенно матерные слова. А играю-то как… М-м-м… Мама бы гордилась моей экспрессией. А синьор Лукрезе моим воспитанным проявлением гнева.

– .... еще нам наш ВОЯЯЯЯЯЯЖ! … Едем мы к врагам проклятым! Эх присядем на дорожку, "На Париж" как в 45-м!

Но спустя какое-то время, Рино все-таки подошел ко мне и тихо сказал:

– Простите, но нам пора покинуть ресторан.

Мрачно выйдя в холл, я криво усмехнулась офигевшим постояльцам и сотрудникам в холле. Радуйтесь, что я сейчас иду завтракать, а не поливать этот отель бензином.

Я уже проходила мимо ресепшн, направляясь во внутренний дворик, как вдруг зазвонил телефон на стойке регистрации. А взявшая трубку девушка мгновенно смертельно побледнела.

– Что случилось? – чувствуя неладное тихо спросила я, невольно остановившись.

– Полиция звонила! Здание заминировано! – в панике еле-еле прошептала она мне на ухо, начиная метаться из стороны в сторону. – Что делать?!

Класс… Кажется эта свадьба будет веселее предыдущей.

– Не стой! Включай тревогу! – бросилась я за стойку.

Но видимо вторая сотрудница сообразила быстрее, потому что в холле уже зазвенела тревога на полную катушку. А паникующая нервно залепетала в микрофон на ресепшн:

– Внимание-внимание! – жалко сказала она. – Просьба немедленно покинуть здание…

Однако к моему ужасу, вместо того, чтобы спешить на улицу, постояльцы из холла наоборот бегом спешили в номера за вещами.

Представив, что с Сандро сделает полиция, если кто-то погибнет, я выхватила микрофон и заговорила так громко и четко, что самой стало жутко:

– ГОВОРИТ ВИКТОРИЯ ЛУКРЕЗЕ! ВСЕМ НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ ЗДАНИЕ! У ВАС ОДНА МИНУТА НА ВЫХОД! БЫСТРО СПУСКАЙТЕСЬ ПО ЛЕСТНИЦАМ СПРАВА И СЛЕВА В КОНЦЕ КАЖДОГО ЭТАЖА!

Видимо я была столь убедительна, что ресепшионистки первыми бросились удирать. Пожалуй, если бы я не стояла у них на пути, они бы уже были снаружи.

– Куда побежали, как крысы с корабля?! – зло выкрикнула я, не выпуская их. – Вы электронные замки на дверях номеров отключили?!

Мгновенно очнувшись, девушки тут же бросились в комнату за стойкой ресепшн. А Рино резко потянул меня к выходу:

– УХОДИМ!

Но уйти мы не успели.

В коридорах уже раздался шум, гам и крики паники, но только когда телохранитель затолкнул меня в комнату за ресепшн, я поняла почему девушки пытались сбежать. Потому что между Лукрезе и охраной француза Шеро, началась драка.

Твою мать… Неужели это они заминировали здание?!

Испугавшись, я отступала к стене в комнате за ресепшн, пока не уткнулась спиной в единственную дверь. И кто же знал, что она открыта?!

Споткнувшись о порожек, я плюхнулась на задницу. Прямо в коридоре, где уже разворачивалась битва охранников в черных костюмах.

Все смешалось. Кони, люди. Крики. Удары. Попытки обезоружить кого-то.

Девушки с ресепшн бросились ко мне, помогая встать, но по факту мы едва успели отскочить в сторону, спасаясь от парня, чьей спиной захлопнули дверь.

Фух… Не задело. Но из-за драки нам туда не вернуться.

Наших будто было меньше, а потому против воли мои телохранители тоже влезли, пытаясь расчистить мне путь к выходу. Заметив как в мою сторону по полу проскользил чей-то пистолет, я просто подхватила его.

А мало ли? Пусть будет!

Обстановка накалялась и кто-то уже занимал огневые позиции за горшками с пальмами. Так что не дожидаясь, пока начнут стрелять, я толкнула напуганных не меньше меня девушек к дверям лестницы, бросаясь следом. Однако здесь мне стало еще страшнее, чем прежде.

Люди в панике уже бежали по ступеням вниз, даже не слыша, что я кричу:

– ТУТ ВЫХОДА НЕТ! ВЫХОДА НЕТ!

Бестолку! Кричат и бегут, сломя голову!

Не долго думая, я передернула затвор и выстрелила в потолок.

– НАВЕРХ! ПРАВАЯ ЛЕСТНИЦА!

М-да… Не зря говорят, что доброе слово и пистолет, лучше чем просто доброе слово! Побежали обратно, как миленькие!

Ресепшеонистки побежали вверх по ступеням, подгоняя людей, а я тут же, захлопнула за нами двери. Выстрелив еще пару раз в стену для пущей убедительности толпы, что тут выхода – нет.

– А что теперь делаем? – спросили девушки, явно решив, что у меня есть план.

Я нервно засмеялась, панически перебирая в голове схему этажей.

Казалось, я каждой клеточкой чувствую, как стремительно уходят драгоценная секунда за секундой. Если не идти через пекло в холле, то ближайший выход – через второй этаж по правой лестнице, ведущей в сад, к бассейну и морю.

Но если бомба в переговорке на первом этаже, то обрушится в первую очередь левое крыло. А там все номера заняты.

– Выгоняйте всех из номеров второго этажа, а я на третий! – отдала я приказ, взбегая следом за ними по лестнице. – Гоните всех в правое крыло и во двор!

Девочки мгновенно начали дерзко толкать всех постояльцев в спины и громко кричать что-то на разных языках. Даже не думая, сбежать. А может быть я с пистолетом в руках просто бегу следом слишком убедительно.

Пофиг!

Я сама хочу убежать, но совесть не позволяет! Тут только гостей больше сотни! Мы должны хотя бы крикнуть невинным людям не лезть в пекло! А Сандро и дедушку охрана выведет из здания первыми!

Страшно ли бежать по заминированному зданию, не зная сколько минут до конца таймера?

Писец как! Но я уже на третьем этаже.

К счастью, тут постояльцы оказались самые сообразительные. Почти все уже скрылись в конце коридора на правой лестнице, а в каждом номере было пусто.

Как вдруг один мужчина отделился от толпы и резко свернул в номер 307 в середине коридора.

– Стойте! – крикнула я ему. – У нас эвакуация!

Ага… Он лишь дверью хлопнул, но она не закрылась. Замки ведь я отключила.

– Ну, что за идиот… – зло выдохнула я, срываясь на бег.

Подбежав к двери, я убрала пистолет за спину и легко толкнула дверь, резво забегая в гостиную двухкомнатного номера. Я уже собиралась крикнуть, что надо уходить, но так и застыла с открытым ртом.

В целом мне казалось, что за время знакомства с Сандро, я жути повидала достаточно.

Я так думала.

Но нет… Оказывается, есть кое-что похуже.

Глава 4

25 июня. 9:03

Александр Лукрезе

Пулей вылетев из номера, Сандро выхватил у охраны пистолет и, передернув затвор, на бегу слушал доклад Фабио об обстановке:

– Все шло по плану подставы. Они окружили здание, просматривая каждый вход и выход. За рестораном было особенно пристальное наблюдение и я разрешил Вики туда спуститься на полчаса. Решил, что если она на психах устроит там погром – это будет лучший способ отвести подозрения. Едва по плану на кухне началось задымление, охрана ее вывела и сработала пожарная тревога.

– А лягушатник что?

– Ждал в переговорке. Наши сообщили ему о смене места встречи из-за пожара на кухне, однако поступил сигнал, что здание заминировано. Сотрудники начали эвакуацию по протоколу. Наши действовали по инструкции, пытаясь вышвырнуть Шеро и его охрану из здания. Началась драка.

– И Вики подняла панику… – зло прорычал Сандро, сбегая по лестнице вниз.

Фабио кивнул, спускаясь следом за Сандро.

– Они уже вошли в здание с главного входа и поднимаются по лестнице левого крыла. Однако из-за стрельбы Вики на левой лестнице, постояльцы в панике побежали к правой, поэтому со стороны двора и парковки они войти пока не могут.

Как вдруг раздались выстрелы где-то на третьем этаже.

Со всей охраной, Сандро в панике выбежал с лестницы в уже пустынный коридор третьего этажа. Быстро занимая огневую позицию за большим горшком с пальмой. Пока дедушка со своей охраной быстро спускался по лестнице к выходу.

В душе кипела такая ярость и страх за Викторию, что он готов был сам начать перестрелку. Два десятка мужчин в другом конце коридора занимали огневые позиции, пока двое с автоматами быстро проверяли номера.

Руки сами по себе сжимали пистолет, беря входящего на прицел, но вдруг он в предсмертной конвульсии выстрелит в Вики? Или ее заденет шальная пуля?

– Фабио, в каком она номере? – нервно спросил Сандро, целясь, чтобы убить с одного выстрела.

Но ответ пришел быстрее, чем кузен успел что-то сказать.

Виктория Волкова

Не знаю, что может быть страшнее в здании, которое заминировано. Сам факт, что все вот-вот взлетит на воздух или видеть мужчину, который положил на журнальный столик чемодан.

Нет, он не активировал бомбу. Хотя может быть она лежит в чемодане?

Однако стоило мне увидеть, как он разбил вазу о тумбочку, я невольно начала в этом сомневаться. Битые вазы не нужны подрывнику.

Стоя ко мне спиной, мужчина вылил что-то красное себе на голову, разбрызгивая жидкость и на ковролин. А после начал рвать свою рубашку, пиджак и…

Кто бы мог подумать! Кататься по полу… Ну, как двухметровая сосиска.

И словно этого всего было мало, он достал из кармана пластиковые стяжки для проводов, чтобы связать себе ноги, когда и заметил меня.

– Bon Dieu! – зло выругался он по-французски, вскакивая на ноги.

Только увидев глаза психа, готового на все что угодно, я поняла, что от шока не шевелилась все это время.

Вот дура… Зачем я здесь стою? Я же свидетель! А свидетелей что? Правильно! Убивают первыми!

Не теряя ни секунды я уже бросилась к выходу, но мужчина оказался быстрее. В один прыжок, он оказался между мной и дверью.

– Сколько ты хочешь за молчание? – резко спросил он меня с сильным французским акцентом, загораживая собой выход.

С ужасом узнав в нем месье Шеро, чья охрана внизу устроила драку, я пробормотала:

– Н-н-нисколько.

– Точно… Ты Виктория Лукрезе… – пробормотал он. – Тоже думаешь, что я тварь дрожащая?

С трудом дыша, я замотала головой, испуганно отступая. Вот теперь я понимаю, что ни похититель, ни Сандро никогда не жаждали моей смерти. Они просто могли убить меня, а этот окровавленный тип – думает КАК это сделать.

На миг он будто замер в нерешительности, а после схватил статуэтку с комода под телевизором. А я, вспомнив про пистолет, мгновенно навела на него оружие.

А толку? Он одним махом, выбил пистолет у меня из рук.

Тяжелое основание статуэтки отломилось и отлетело в телевизор. А я, отшатнувшись, схватила первое, что попалось под руку – чемодан.

К счастью, оставшаяся часть статуэтки оказалась из керамики и разбилась о крышку. Но удар был такой силы, что я поскользнулась на ковролине и плюхнулась на задницу.

Шеро пытался вырвать чемодан из моих рук, но чувствуя, что это моя единственная защита, я вцепилась в него мертвой хваткой, цепляясь за что могу.

Клац. Клац.

И замки открылись.

Пачки денег посыпались на меня и на пол. Инстинктивно я отпустила чемодан и, воспользовавшись тем, что француз слишком сильно потянул его на себя, отступив, я сделала единственное, что пришло в голову.

Кувыркнулась и, выхватив отлетевший в сторону пистолет, вскочила на ноги. Именно так как Сандро и показывал. Передернула затвор и…

Остановилась.

А могу ли я выстрелить в человека?

Он боится. Он жить хочет. Также, как и я.

Но в тоже самое время… Это он поднял на меня руку первым.

Через дверной проем было видно спальню и, заметив что в меня кто-то целится, я в испуге выстрелила.

Оглушительно громко. Дважды.

Звук был настолько громогласным, что Шеро упал на пол, прячась за диван, а я зажмурилась.

В ушах звенело. А после все звуки внезапно почти исчезли, будто я оказалась под водой. Все казалось приглушенным и крайне непонятным.

Как вдруг я разобрала крик на итальянском:

– ОРУЖИЕ НА ПОЛ! – рявкнул кто-то в черном, в каске и бронежилете, влетая в номер.

– СПАСИТЕ! – простонал француз на английском.

Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать. Даже если я и хотела, то не могла пошевелиться. Тело била крупная дрожь, а я слышала крики и стоны и не могла поверить в происходящее.

Я… выстрелила… в человека?

Мужчина с автоматом выбил пистолет из моих рук. Мгновенно меня скрутили и уложили лицом в пол, застегивая наручники на руках.

– Вы арестованы!

– Он пытался меня убить! – в истерике закричала я на английском, пытаясь сопротивляться. – Я защищалась!

– В суде это расскажете, – прорычал кто-то в маске, рывком поднимая меня на ноги.

Только увидев, упавшее огромное зеркало в спальне, я поняла, что выстрелила в собственное отражение.

– Вы устроили стрельбу в отеле, заминировали здание, не давали никому выйти, угрожая расправой десяткам людей, тоже чтобы защищаться?!

Толкая в спину, меня вывели в коридор, пока этот урод выл от боли за диваном.

Однако стоило мне увидеть лицо комиссара Эспозито в коридоре, как я все поняла. Черное торжество неожиданно сменилось глубочайшим недоумением. Он явно не ожидал увидеть меня.

А еще он рассматривает меня у дверей номера, а не просто тащит к выходу, как должен сделать по инструкции любой службы безопасности, а значит…

Он уверен, что в здании нет бомбы.

– Мерзавец… ТЫ ПОДСТРОИЛ ЭТО?!

Комиссар Джованни Эспозито

Есть люди, которые вызывают жгучую ненависть с одного взгляда. И все Лукрезе именно такие.

А вот эта вырывающаяся дрянь, особенно. Хотя в кондитерской она и показалась ему просто обнаглевшей шалавой.

Но теперь, глядя в обезумевшие от ярости глаза, комиссар Эспозито невольно прокручивал в мыслях весь диалог с месье Шеро от 18 июня. Как только эта баба сумела влезть в его план?

Это хитрый ход Алессандро? Или наоборот ошибка?

За неделю до этого. 18 июня

– М-м-м… Так ты тоже барыга… – рассмеялся Эспозито, выслушав «жалобу» француза в подвале бара. – Так еще и без крыши.

– Я не виновен! – шепотом закричал француз.

– Ага… – криво усмехнулся Эспозито. – У компании “ИнтерТранс” тысячи клиентов на морские и авиаперевозки, но почему-то именно тебя они решили поставить на счетчик?

По лицу француза было видно, что он уже жалеет, что пришел. Боится, что его самого посадят за торговлю наркотиками. И правильно боится, не будет сотрудничать – ребята по наводке Эспозито его упакуют.

– Короче, я не из наркоконтроля… Ты сотрудничать будешь?

– Конечно! Мне сказали, что только вы мне поможете в Палермо! – шепотом выкрикнул Шеро.

Чтож… Так и есть. Большинство кормится с руки Лукрезе.

Хуже, если план провалится то и самого Эспозито припрут к стене. Но он не может отказаться от шанса посадить за решетку тех, кто виновен в смерти отца.

Лукрезе что-то не поделили с Градиано, а в итоге 18 невинных жертв. Обычных людей, которые покупали продукты на рынке. И хоть кого-то их этих кланов посадили? Нет. Хоть какая-то справедливость восторжествовала? Тоже нет.

Полиция лишь кормится с их рук, а власть имущие ждут своего шанса отжать у них бизнес. Но Эспозито рано или поздно посадит их всех.

Однако подобраться к Лукрезе не так-то просто. Нужно нарыть что-то посерьезнее шантажа барыги.

– Если я не принесу деньги до 25 июня – меня убьют! – продолжал скулить француз.

– Тебя и так убьют, – прямо сказал Эспозито, чтобы тот не сдавал заднюю. – Ты – барыга без крыши. Грохнуть тебя – обязанность каждого наркокартеля. Хочешь выжить, придется посадить всех Лукрезе и только тогда остальные тебя начнут бояться.

– И что мне делать?

– Договориться, что принесешь часть суммы долга, а остальное отработаешь, – пожал плечами Эспозито. – Ты придешь на встречу с мечеными купюрами. И Лукрезе будут этого ждать, конечно. Алессандро ты не увидишь, встреча сорвется и ты поедешь в другое место.

– И вы их схватите? – с надеждой спросил француз.

Эспозито усмехнулся.

Алессандро может и дурак, а вот дед ему не даст этого сделать. В лучшем случае в тюрьму сядет охрана, которая сделает вид, что хотела украсть деньги. А скорее всего Шеро поедет добровольно и не станет сотрудничать с полицией после беседы с Лукрезе.

Так что этот вариант не подходит.

– Тогда тебя убьют, – солгал Эспозито. – Поэтому мы сделаем так, чтобы был повод найти серьезные улики и посадить всех Лукрезе разом. Но ты должен мне помочь.

Эспозито выразительно посмотрел на француза и начал писать на листочке план, заодно рисуя схему здания.

– Перед встречей тебя будут проверять. С оружием никого не пустят, а вот с пачкой салфеток и тюбиком мази от экземы или чем-то подобным в кармане – вполне. В салфетках будут жгуты, в тюбике – твоя кровь. Сделай все чисто.

Француз кивнул и Эспозито начал писать дальше:

– Когда в отеле зазвенит пожарная тревога, твоя охрана должна начать драку, чтобы выиграть время.

О том, что поступит анонимный звонок о том, что здание заминировано Эспозито благоразумно промолчал.

– Так получится, что выход тебе перекроют, – он нарисовал план первого этажа. – Ты побежишь на лестницу, а когда по технике безопасности сотрудники отключат электронные замки – войдешь в пустой номер.

Он обвел слово «пустой».

– У тебя будет две минуты, чтобы обставить все так будто ты стал «жертвой».

И все будет «чисто».

Полиция приехала на вызов, потому что в здании бомба. Нашла потерпевшего и улики. В холле было вооруженное нападение. Да, Лукрезе и сами устроят ЧП. Так что есть все основания по закону оцепить здание, облазить каждый уголок, взять запись с каждой камеры и увезти на допрос каждого человека в отеле.

Вот тут-то и начнут сыпаться «интересные» факты. Эспозито аж закрыл глаза от сладкого предвкушения.

По его сведениям, отель «Синьорина Виньелье» – это крепость Лукрезе. В подвале есть что-то вроде пыточной и тайник с черной бухгалтерией. Так что хоть одну серьезную зацепку или свидетеля они найдут. А может быть и раскрутят на «сотрудничество».

Достав из кармана зажигалку, комиссар сжег план, который написал.

Будет ли Алессандро спокойно сидеть в кабинете или даже если просто выйдет из здания – его повезут в участок на допрос. Вопрос только сразу в наручниках или они захлопнутся чуть позже.

Только одного в плане не было.

Вот этой орущей на всех языках бестии.

– Отпустите ее! – внезапно раздался угрожающий рык.

Повернув голову, Эспозито увидел как к ним бежит Алессандро Лукрезе с вооруженной до зубов охраной. Почти черные глаза наследника Коза Ностра пылали яростью, а руки сжимали пистолет так крепко, будто ему стоило невероятных усилий не открыть огонь.

– Там есть кто-то кроме нее? – тихо спросил Эспозито, одного из карабиньеров.

– Только потерпевший, капитан.

Чувствуя как по венам разливается черное торжество, Эспозито твердо сказал:

– Синьор Лукрезе, прошу вас покинуть отель ради вашей безопасности. Здание заминировано, а эта женщина…

Однако стоило увидеть, как двое из оперативной группы выводят Шеро из номера, как он чуть не выругался матом.

Француз всего лишь на стекла упал. Пулевых ранений – нет. Причин получить доступ ко всему зданию тоже.

Никак не пришьешь, что девушка ростом примерно 160 см и весом около 60 кг могла попытаться “связать” здорового мужика весом за 100 кило.

Но заметив ослепившую Алессандро, как любого мужчину в такой ситуации, ярость, Эспозито с предвкушением протянул:

– Отпустите девчонку…

Виктория Волкова

Пока карабиньеры выводили меня из номера, я кричала, брыкалась и вырывалась так, что босоножки слетели с моих ног и я осталась босиком. Однако стоило мне услышать смех ментов, как я невольно остановилась.

– Сколько же в ней денег?! – раздался смешок на итальянском, пока кто-то расстегивал мне наручники.

Невольно я опустила взгляд на свою грудь.

Чтож… Прогресс на сиськи… В смысле на лицо.

Сегодня платье плотно сидит на груди. Но купюры залетели мне за шиворот, прилипли к наэлектризовывавшейся ткани платья и волосам, и с каждым моим движением деньги летели во все стороны.

Сицилийский ОМОН по очереди проверял соседние номера, пока двое из них расстегнули мне наручники и шустро вывели “потерпевшего” из номера.

– ****! Я убью тебя! – выкрикнул Сандро на итальянском.

Теперь уже Сандро с трудом скрутила охрана Лукрезе, чтобы не дать ему наброситься на француза. И поверьте, удержать начальника с черным поясом по каратэ и не опозорить при этом – непросто.

– Свободна, – презрительно бросил мне Эспозито, махнув рукой. – Беги уже к своему защитничку.

Но по одному блеску глаз было ясно, КАК он наслаждается ситуацией.

Ужасно хотелось сбить его кривую ухмылку, но понимая, что он только и провоцирует моего Сашку, я из последних сил сдержалась. А потому поспешила найти свои босоножки в коридоре, чтобы как можно скорее убедить Сандро, что он того не стоит и со мной все в порядке.

Однако едва я наклонилась, чтобы обуться, как вдруг раздался выкрик Шеро.

– Алессандро угрожал мне! Его жена пыталась меня убить! Стреляла в меня! А вы их отпускаете?!

– Скотина… – угрожающе прорычала я, резко поднимаясь. – А ты ничего не путаешь?! Ты первый мне чуть голову не проломил статуэткой!

Видя, что карабиньеры уже готовят наручники для Сандро, я и сама не поняла как со всей дури бросила в Шеро белую туфельку. Стреляю я и правда плохо, а вот в волейбол до сих пор хорошо играю.

Так что попала ему квадратным каблуком прямо в нос.

– Все еще веришь, что я промахнусь с пяти метров?! – зло выкрикнула я. – Да, я тебя сейчас тапком прихлопну, как таракана!

– Эй! Я что зря отпустил тебя?!

Я уже замахнулась второй туфлей, как кто-то резко дернул меня за плечо и я по инерции ударила его по лицу.

Хотя может быть Эспозито специально на каблук напоролся?

Он с силой оттолкнул меня прочь и так уж совпало, что я оказалась у цветочной композиции из флорариумов и цветочных горшков.

– Вот! Нападение на лицо! – крикнул Шеро, держась за нос. – Эта психопатка из мафии…

Зря он это сказал. Мой здравый смысл и адекватность окончательно "вышли из чата".

Красивые все-таки у нас горшочки с кактусами и суккулентами.

Особенно в полете.

Тем более, когда острыми иглами вгрызаются в лица горластых уродов. Вот теперь это нападение на лицо.

– А-а-а! – взвыл Шеро, пытаясь спрятаться за карбиньеров.

– А ты думал можешь поднять на меня руку и я не дам сдачи?! – я зло рассмеялась, хватая новый горшочек. – А чего сразу к нам в номер не пришел?! Сказал бы, что я тебя трусами задушить пытаюсь!

Лягушатник пытался спрятаться за спины полиции, а я без жалости швыряла маленькие горшочки с кактусами во всех без разбору. Лучше я их пришибу в состоянии аффекта, чем Сандро.

Потому что охрана Лукрезе явно уже была готова его позорно мордой в пол уткнуть, лишь бы не дать ему попытаться убить их ВСЕХ.

Но судя по тому, что Эспозито не спешит "упаковывать меня" – он этого ждет.

– Уроды! Приперлись к нам домой! Сашку моего провоцируете?! Так я сама с вами разберусь!

В общем-то неудивительно, что теперь уже в Эспозито полетел горшок побольше. Но, конечно, в отличие от Шеро, он уклонился.

– Пошли вон отсюда! Чтобы духу вашего здесь не было!

Одарив меня убийственным взглядом, Эспозито жестом отдал приказ меня "упаковывать".

Не прошло и пяти секунд, как мне больно заломили руки за спиной и надели наручники. А после, не обращая внимание на то, как я сопротивляюсь, потащили к лестнице.

– Кто к нам с мечом придет! Тот от меча и сам падет! – крикнула я всем на прощание.

– Посмотрим, как ты запоешь на допросе, – насмешливо кивнул мне Эспозито.

– Не дождешься, – с ненавистью прорычала я.

Не думала, что буду настолько презирать кого-то, что на эмоциях плюну человеку в лицо. И мне кажется, и Фабио, и вся охрана Лукрезе, с трудом сдерживающая смешки, в этот момент были готовы мне аплодировать.

В душе все так пылало из-за несправедливости, что я назло всем расправила плечи и гордо вскинула подбородок. Раз тут все "уверены", что я способна заминировать здание, взять заложников и навалять здоровенному мужику, так нечего позориться.

Я ни перед кем голову не склоню.

Ни за что.

И никогда.

Однако стоило увидеть автозак, как я расстроенно сжала кулаки.

Нет, надо было все-таки вспомнить, чем закончился клип песни "Вояж" группы Ленинград.