Читать книгу "Беглец"

По базам пилота большегрузного корабля я их выучил по минимуму, только чтобы получить сертификат пилота-универсала. Просто не было времени выучить их поясность до профессионального уровня, тут нужно не месяцы, годы. Полная база «Линкора» состояла из двадцати шести специализированных баз шестого ранга каждая. Хороший пилот линкора должен выучить их все до конца, тогда он становится пилотом-универсалом экстра-класса. В другом же случае, чтобы сдать на сертификат пилота, нужно выучить обязательно четыре базы до шестого ранга, пять до пятого, остальные можно и до четвёртого. Это минимальное требование, и я его выполнил. Только одна база, «Энергетические системы корабля», была выучена до пятого. Она мне была нужна более освоенной, вот я и поднял её выше минимальных требований для сдачи на сертификат.

Что я могу сказать об этих четырёх месяцах? Да практически ничего. Я учился, пару дней отдыхал и снова учился, и так в ставшем привычном калейдоскопе и прошли эти месяцы. В свободные дни я усиленно тренировался, осваивая на практике выученные базы. Это я о диверсионных. Большого корабля и диспетчерской станции, чтобы получить практику, у меня под рукой не было. Ничего, на виртуальном тренажёре их закреплю.

Всё остальное тоже было подготовлено к отбытию. Я в трюме у виртуальной карты станции, а также у макета разрабатывал до нескольких сот проектов захвата «Трента». Разработал около двадцати, которые после долгого и вдумчивого анализа нашёл вполне выполнимыми. Так как они все начинались одинаково и имели одну конечную цель – захват станции, то я решил, как обычно, пойти по чистой импровизации, слегка придерживаясь какого-нибудь из разработанных планов.

Через полчаса на меня вышел Лао, сообщив, что к «Ан-Юго» приближается частный фрегат модели «Проритей», запрашивающий разрешение на стыковку.

– Разрешаю стыковку по плану Шесть, – приказал я и, нырнув, под водой добравшись до бортика бассейна, выбрался из него, подхватив полотенце с шезлонга. Нужно встретить знакомца.

– Принято, план Шесть, третий шлюз. Начинаю подготовку и активацию противодиверсионных дроидов.

Как это ни странно, но диверсионных дроидов никогда не использовали для поиска и противодействия их коллег-противников, похоже, это никому и в голову не приходило. У меня не было охранных дроидов, жёстко ориентированных на охрану, включая противоборствование диверсантам, поэтому пришлось поломать голову, когда писал программки для диверсантов и внедрял их. Потом начинал игры с Лао. Тот получал под командование противодиверсантов, а я с оставшимися штурмовал рубку, «захватывая» корабль. За эти месяцы те программы были много раз переписаны, пока не дошли до идеала, так что у меня на корабле в этой системе была самая совершенная и лучшая противодиверсионная служба безопасности судна. Вот я и привёл её в действие. Лао должен был проверить, не принесёт ли на себе какой сюрприз фрегат Жорша. Тот вполне мог и не подозревать об этом. Слишком долго я безвылазно находился на борту шахтёра, чтобы охотники выдержали тягостное ожидание. Курьеры за это время ко мне не подходили, думаю, они вычислили, с кем я активно общаюсь, и наверняка приняли меры, ожидая, сработает или нет. Была одна попытка, как недавно рассказали мне парни из СБ станции, проникнуть на шахтёра, но не удачная. Один из рейдеров прыгнул в соседнюю систему, нашёл там небольшой обломок астероида, выдолбил дыру в центре, куда сунул диверсионного дроида, и, вернувшись обратно, незаметно запустил камень точно в мою сторону. Тот не долетел, был сбит вылетевшим на перехват штурмовиком. Больше подобных попыток не было.

Конечно, всё это в разряде предположения, вполне возможно, это моя паранойя, но всё-таки систему безопасности судна я привёл в полную боеготовность. Мы с Жоршем стали скорее приятелями, чем друзьями. Не хотелось бы получить от него удар в спину, так что поостережёмся. Я в последнее время мало кому доверял.

Одевшись, я поспешил к шлюзу, в фоновом режиме наблюдая, как Лао осторожно осматривал фрегат Жорша. Пока визуально, тот ещё подходил, сбрасывая скорость и играя манёвровыми, чтобы пристыковаться. Но как только пройдёт эта штатная процедура, то на борт с обшивки шахтёра переберутся четыре противодиверсанта и начнут осмотр прибывшего корабля. Мы это с ботом не раз проходили, так что опыт накопили немалый, на все случаи жизни, как говорится.

Я успел спуститься под жилой модуль и по одному из коридоров дойти до шлюзовой, турель под потолком была активирована, когда произошла стыковка и началась процедура шлюзования. Как показали камеры, в шлюзовую зашёл один Жорш с небольшим ящиком в руках. Наверху ящика лежали два прозрачных кофра с фруктами.

Створка позади него закрылась, отсекая от фрегата, прошла стандартная проверка на вирусы и бактерии, Жорш спокойно перетерпел обдувание специальным составом, что убивал бактерии, и наконец, когда внутренняя створка отошла в сторону, с улыбкой шагнул на борт шахтёра.

– Привет, серьёзно у тебя тут, – поздоровавшись, сказал он, передавая ящик и кофры подскочившему дроиду-стюарду.

– И тебе привет, – кивнул, улыбнувшись, я. – Идём в жилой модуль, там нормально поговорим.

– Знаешь, а сейчас ты выглядишь куда лучше, чем когда мы с тобой общались.

– Полчаса плавал в бассейне, вода – чудодейственная сила для возвращения физических сил.

– О, так у тебя здесь и бассейн есть?

– Бывший хозяин – большой оригинал… Был. А я просто пользуюсь тем, что от него осталось.

Мы, общаясь – в основном тема была «корабли», Жорш уже несколько месяцев был владельцем своего собственного корабля, а до тех пор с восхищением и любовью рассказывал о нём, – направились за стюардом. Я немного описал свой корабль. Хотя, что у меня за корабль? Обычный шахтёр. Разве что жилой модуль оборудован не для команды, а для одного человека. Вот и всё, особой разницы с другими шахтёрами не было. Я не модернизировал корабль, всё равно он был пешкой в будущей игре, и, вполне возможно, я его потеряю, так для чего в него вкладывать деньги? Главное, чтобы он доставил меня до нужного сектора.

Когда мы по лестнице поднимались в жилой модуль, я вернулся к наблюдению за действиями дроидов. Паранойя оправдалась, в складке дюзы фрегата был инородный предмет, небольшой матовый шар, дроид в спящем режиме. Судя по размеру, это люмерский «Гром-Е». У меня были такие в количестве трёх штук. Вполне приличные машинки.

И в это мгновение тот начал разворачиваться в боевое состояние, поэтому я сразу отдал приказ искину на блокировку связи – у меня была самодельная глушилка, собранная из того технологичного мусора, что скопил прошлый владелец, – и на атаку дроида. Что делать, тот знал. К этому времени три из четырёх дроидов уже окружили чужака, пока четвёртый осматривал остальные возможные убежища, но, похоже, противник был один. Как только он развернулся и встал на восемь манипуляторов, мои противодиверсанты бросились вперёд и, заблокировав его и приварив манипуляторы к корпусу фрегата, зафиксировали гостя, не давая тому освободиться. В это время к другому шлюзу двигался дешифратор, задача которого – взлом небольшого искина гостя. Мне лишний диверсант пригодится, четырнадцатым будет. Сам дешифратор по корпусу «Ан-Юго» доберётся до фрегата, взломает искин гостя и перетащит его на борт моего корабля, где мы проведём уже нормальную чистку искина и внедрение новых программ. Своих дроидов я куда как усовершенствовал, можно их принять и за шестое поколение, а некоторые близились и к седьмому. Но это по программному обеспечению.

Всё это прошло фоном, мы как поднимались по лестнице, так и поднимались, только я теперь гадал, знал Жорш о дроиде или нет.

– А что это сеть пропала? – закрутил гость головой, когда мы вошли в жилой модуль.

– Глушилку включил, чтобы нам не помешали. Сам понимаешь, это возможно сделать.

– Это да, – согласился таможенник, разглядывая обстановку.

Стюард в это время быстро сервировал стол. Кстати, когда он нёс ящик и кофры, то успел анализатором незаметно проверить их на безопасность. Фрукты и вино были чистыми, без «зарядов». Это успокаивало.

После того как гость утолил любопытство, мы прошли к столику и, сев на диваны друг против друга, взяли бокалы с вином.

– Ну, чтобы всё было, как мы хотели, – провозгласил я тост.

– Точно, – кивнул тот и сделал первый глоток.

Ведя ничего не значащую беседу, мы осушили бокалы, и стюард разлил ещё.

– Ну, чтобы всегда стоял, – снова произнёс я тост.

– Знаешь, мне твои тосты начинают нравиться, – отсмеявшись, сказал таможенник, и мы снова пригубили, надо сказать, неплохого вина. – Хорошо у тебя здесь, но, как ты понимаешь, прилетел я к тебе не за этим.

– Что, какие-то новости появились за последние десять дней, что я выпал из местной жизни?

– Ты что, новости не смотрел? – удивлённо посмотрел на меня карлик.

– Не успел, как-то не до этого было, – пожал я плечами.

– А-а-а, понятно. Граница с Люмером почти закрыта, директорат с империей практически в состоянии войны. Вроде как даже посольства начинают эвакуацию.

– Это плохая новость, – нахмурившись, поставил я недопитый бокал на столик. – Что ещё?

– Теперь количество рейдеров на «Сивилле» достигает тридцати двух бортов, а премия за твою голову составляет уже четыре миллиона кредитов. Некоторые уже пробовали подлететь к твоему кораблю ближе и проверить его на прочность. Нанимали таксистов, чтобы проверить, как реагирует искин на пролетающие мимо маломерные суда… Но это ты и так знаешь, а вот недавно, пять дней назад, от станции отошли три рейдера и направились к тебе. Пришлось поднять два звена перехватчиков. Рейдеры вернулись обратно. Ко всему прочему владельцам «Сивиллы» очень не по нраву всё, что тут происходит с твоим появлением, и попросили передать через меня, что они гостям, конечно, всегда рады, но надеются, что ты не задержишься. Основную просьбу я передал.

– Я понял, но огорчу их: неделю-другую я ещё побуду здесь, потом направлюсь к конфедератам. Из-за напряжённых отношений директората и империи смысла возвращаться к люмерцам теперь нет.

Конечно же я лукавил, пара дней – и меня здесь не будет, главное, пройти сертификацию пилота, только это меня держало, больше ничего. Противостояние империи с Рейко подстегнуло меня, нужно действовать быстрее. Мало ли.

– Передам, – кивнул Жорш и, дождавшись, когда стюард нальёт ещё вина, спросил: – У нас уже пари заключаются о причинах такого интереса к тебе. От охотников узнать не удалось. Они и сами не знают, «Гикон» молчит. То, что ты инженер, известно, но их в рабство много попало, а такого ажиотажа не было.

– Хм, не знал, сделал бы ставку инкогнито.

– Вычислили бы и оштрафовали, мне вон не дали сделать ставку, – покачал головой Жорш. – Так что, это действительно такая тайна?

– Нет там никакой тайны. Я инженер-универсал, это так, но по основной специальности – станционщик. Год практиковался на Варре в Шейне. А это, поверь, уникальный опыт. Тем более я прошёл всю линейку, от сборки и тестирования до конструкторского отдела, где проработал четыре месяца, и даже создал собственную станцию, что заинтересовала флот, и она была поставлена на поток. Лицензия оформлена не была, разработчиками станции числился весь конструкторский отдел, но премию я получил.

– А что за станция, может, я слышал о ней?

– Я назвал её «Киллер-МОС», название прижилось, и так она проходила по всем документам.

– Так это ты её создатель?! Ещё бы я о ней не слышал! Шейнцы её очень хвалили, рассказывали: сбрасывали такую станцию в определённом секторе – и всё, тот под контролем, многие эскадры люмерцев и рейковцев обломали свои зубы о них.

– Возможно, это и так, но ты не совсем правильно понимаешь, как работает «Киллер». Единственная его особенность – он способен контролировать все заранее сброшенные оружейные и диспетчерские платформы в момент, когда его отстыковывают от корабля носителя, тогда как у других станций это происходит после их развёртывания, для «Киллера» же это несущественно.

– Подожди, не пойму, – замахал руками Жорш. – Как они могли действовать сразу, они же сложенные, как твои любимые блины?

– Не совсем. Между полом и потолком около метра, это нужно, чтобы там можно было хранить сложенную мебель и оборудование. Я просто взял стандартную схему малой военной станции типа «Луч-2», заказал шесть реакторов марки «Лилипут-7», они очень невысокие, после чего создал отдельный модуль, где находились искины диспетчерского модуля, рубка управления с рубкой связи и отдельный реакторный отсек.

– А персонал?

– Посидит часов семь и в скафандрах, пока станция нормально разворачивается и запускается система жизнеобеспечения, ничего им не будет. Сейчас я объясню тебе, как используют «Киллеры». Один бывший диспетчер рассказал, когда я в плену был. Для этого нужно три транспорта…

– Но там же и одного?..

– Подожди, поймёшь по мере рассказа. Так вот, для этого нужно три транспорта, один большой, который в основном и осуществляет доставку станции, и два средних, нужные только для того, чтобы доставить ракетные, диспетчерские и артиллерийские платформы, а также минные кластеры, которыми диспетчеры и контролируют и обороняют системы. Они разбрасывают их по системе согласно заложенным программам. Тогда как большой транспорт первым же сбрасывает модуль «Икс», как их прозвали военные. Именно там находятся диспетчеры, искины и реакторы. То есть сразу же после сброса, даже ещё не развернувшись, он уже приступает к работе, контролируя системы теми оружейными платформами, что уже развернулись в пространстве. Именно за это флотские так и полюбили эти станции. Практически за два часа можно создать на пути противника двух-, а то и трёхуровневую систему обороны. Их только и не хватало, даже Варра, говорят, начала их штамповать по два десятка в месяц, но всё равно потребности флота не покрывала.

– А потом что?

– В смысле? – не понял я.

– Ну когда система взята под контроль?

– Станция нормально разворачивается. В неё входят, кроме диспетчерского, два жилых модуля, два дока и лётная палуба с отдельным реакторным модулем, которая это всё питает. У диспетчеров свои модули.

– Подожди, а непосредственная оборона?

– Это бессмысленно, если противник прорвался через оборону, вооружение станции ничем не поможет, только продлит агонию, и я её убрал. Как показала практика, это было правильное решение, искины не перегружены высчитыванием целей для орудийных платформ и другой ерунды. Для обороны станции вполне хватает группы истребителей и штурмовиков.

– Понятно.

– Могу рассказать, как попал в плен тот диспетчер, он как раз служил на «Киллере».

– Интересно было бы послушать.

Почему я так тянул с просьбами к Жоршу, была причина: дешифратор ещё не взломал искин диверсанта, и я не знал, замешан в этом парень или нет. Если да, то у искина должны быть приказы по взаимодействию. Именно поэтому я и перевёл разговор на станцию, которую создал когда-то, тянул время.

– История поучительная. Они стояли в резерве, когда поступил приказ шестью «Киллерами» перекрыть часть пространства. С ними пошли корабли-глушилки гипера, чтобы корабли противника не могли выйти к ним в тыл, перелетев оборону в гипере. По стечению обстоятельств станция того диспетчера, его звали Инваром, попала под остриё вражеского удара. Только они сбросили диспетчерский модуль и начали рассеивать по системе оружейные и диспетчерские платформы, как принудительно из гипера стала входить люмерская эскадра в двести сорок вымпелов. Понятное дело, им эта оборона, которая даже первую линию фактически не имела, на один укус, и не почуют её. Но надо отдать должное нашим диспетчерам, они так управляли минными кластерами, ракетными и артиллерийскими платформами, что передовой отряд противника потерпел сокрушительное поражение. Те прощёлкали, начали перегруппировку, что позволило транспортам закончить с созданием первой линии обороны, где плавали обломки части флота, и второй… Люмерцы ещё дважды штурмовали линию обороны, наши подтянули ещё одного «Киллера» и части флотского резерва, но всё-таки с подошедшим подкреплением противник снёс нашу оборону и началась свалка. Чуть позже этот диспетчер попал в плен и встретился со мной, – быстро закончил я.

Дешифратор наконец закончил со взломом, и я по каналу, который был в шуме глушилки доступен только мне, проверил память диверсанта. Парень тут был ни при чём, у гостя стояла задача незаметно взять искин шахтёра под свой контроль и отключить систему непосредственной обороны судна, дав разрешение на стыковку челнока, который должен подойти под включенным оборудованием невидимости.

– Что-то ты больно быстро закончил, – с подозрением сказал Жорш.

– Время тянул. Ты притащил на себе гостинец, им и занимался.

– Диверсант? – сразу понял тот, в чём дело.

– Да, трофей. Сейчас его перенесут ко мне в мастерскую, чуть позже поработаю с ним. Он мне тоже пригодится.

– А где его могли прицепить, учитывая, что я не выходил из-под сенсоров СБ «Сивиллы»? – задумался Жорш и почти сразу сам нашёл ответ: – Я на топливный терминал вчера залетал. Только если там. А так «Сим» у меня на лётной палубе стоит, в охранном секторе, туда просто так не попадёшь.

– Я бы пробрался, – пожал я плечами.

– Так то ты… О, кстати, ты так и не сказал, зачем нужен «Гикону», разговор в сторону увёл.

– Они решили создать верфи наподобие Варры и клепать космические станции. А это миллиарды, сам понимаешь. Часть документации, как я понял, у них есть, но нужен инженер-проектировщик. Из всех, кого они смогли найти, доступен был только я.

– Это миллиарды, если у них всё получится, – задумчиво согласился Жорш.

– Да, идея не плохая.

– Это ещё слабо сказано. Теперь понятно, что они от тебя не отстанут.

– Ладно, это всё интересно, но у меня другие планы, и пора их претворять в реальность. Жорш, мне нужно сдать на сертификат пилота-универсала, причём инкогнито.

– Хм-м, интересная задачка… Вот что я придумал. На станцию ты летишь со мной, незаметно.

– Просветят сканерами и поймут, что на борту двое.

– Ты ткань специальную купил, завернёшься в неё, – отмахнулся таможенник. – Потом на моей служебной платформе едем к диспетчерам, и там ты спокойно проходишь сертификацию. Это всё, чем я могу тебе помочь, сертификат ты должен сдать сам, искин станции не даст разрешения поставить метку тебе на сеть без прохождения всех процедур.

– Я это знаю и готов, а как возвращаться буду?

– Вот с этим сложнее. В диспетчерский блок я тебя проведу, это без сомнений, но ты там пробудешь часов шесть-семь, пока не сдашь всё, а к этому времени уже все охотники будут знать, где ты находишься, и будут готовы.

– Охранные конторы?

– В принципе, идея, – кивнул коротышка, развалившись на диванчике. Взяв с протянутой стюардом тарелки дольку фрукта, он задумчиво покивал. – Может и получиться. Решать, конечно, тебе, но я бы нанял бронированный фургон СБ «Сивиллы», они тоже оказывают платные услуги клиентам. А атаковать спецназ СБ, это не каких-то там охранников, не все охотники на это пойдут, даже за такие деньги. Тем более где СБ хозяева.

– Предложение мне нравится.

– Нравится, пока цену не узнаешь. Дорого они берут, – усмехнулся таможенник и спросил: – Когда отправляемся?

– Да прямо сейчас, чего тянуть.

– И то дело, пошли.

Оставив стюарда убираться в гостиной, мы с Жоршем спустились и подошли к фрегату. Пройдя на его борт, отстыковались и полетели на «Сивиллу». Один из технических дроидов перед этим, по моему приказу, принёс плотную ткань, которую не просвечивали сенсоры, и я, завернувшись в неё, так и просидел в кают-компании фрегата до конца полёта.

* * *

К моему удивлению, план сработал. Мы совершенно спокойно вошли на лётную палубу для маломерных судов, где разрешалось держать свои корабли только сотрудникам администрации станции, произвели посадку, без проблем вышли и направились к стоянке служебных платформ. Там мы сели на ту, что имела эмблему таможенного департамента и открытую кабину, только стеклопластиковая крыша была, уж не знаю для чего, и поехали в диспетчерский сектор. Нам был нужен отдельный блок, где проходят сдачу на сертификаты.

Жорш уже связался с дежурным, это был один из его знакомых, и попросил зарезервировать за ним капсулу виртуальной реальности. Мне нужно было просидеть в ней пять часов, управляя несколькими разными тяжёлыми кораблями для закрепления навыков, чтобы показать, что знания у меня есть, после чего получу метку на нейросеть. Процедура очень простая, но в некоторой степени нудная. Правда, большими кораблями, хоть и виртуально, я ещё не управлял.

Мы спокойно добрались до диспетчерского блока, где я прошёл регистрацию на сдачу экзамена пилота, и погрузился в виртуальное управление кораблём, в данном случае это был тяжёлый контейнеровоз модели «Леган» постройки директората Рейко, а суда этого типа славились своей неповоротливостью. Нужно иметь немалое мастерство, чтобы подвести подобную тушу к грузовому терминалу и пристыковаться. Это всё я прошёл нормально, хоть и с напряжением, зная, что в действительности мне это не пригодится. Пилоты «Леганов» никогда сами не подводят корабли к станциям, даже если бы захотели, им не дали бы, это делают искины и буксиры. Всё-таки действительно огромная туша.

Так как у меня были военные базы, то, пройдя курс управления кораблями гражданского флота, мы перешли к военным. Линкоры и дредноуты. Было тяжело, знаний маловато, но я таки сдал на сертификат пилота-универсала класса тяжёлых кораблей, о чём и уведомил дежурный, который помог мне выбраться из капсулы виртуального тренажёра.

– Пройдёмте за мной, я установлю вам метку на нейросеть. Также мы отправим соответствующий отчёт в архив Содружества, чтобы новый сертификат внесли в общую базу данных в ваше личное дело.

Дежурный диспетчер подвёл меня к специальному креслу и посадил в него. Из спинки он достал шнур и вставил в нейроразъём у меня на затылке, подсоединился шнурами ко входам на руках. Минуту он колдовал у компа, потом отошёл от него и сообщил:

– Всё, поздравляю вас. С этой минуты вы сертифицированный пилот-универсал тяжёлых кораблей гражданского флота.

Я был в курсе, что сертификат пилота «Линкора» давали только военным. Поэтому не удивился, а искренне поблагодарил парня.

В соседнем помещении меня ждали Жорш и ещё какой-то мужчина.

– Вот, Ворт, познакомься. Это начальник СБ «Сивиллы» Лий Щерба. Он хочет с тобой поговорить.

Жорш отошёл в сторону, встав у входа и наблюдая за тем, чтобы нам никто не помешал, а я, кивнув в приветствии местному начальнику, прошёл с ним к дивану у обзорного окна.

– Знаешь, Трен, – сказал он, – ни я, ни мои сотрудники ещё никогда не получали такой практики, как за последние месяцы. Скажу честно, мне будет не хватать этих времён. Усиленное финансирование и обширная практика – это всё фоном, я здесь начал закисать, так что даже обрадовался работе. Но, похоже, всё подходит к концу. Я прав?

– Да, я собираюсь покинуть сектор «Сивиллы», – настороженно кивнул я.

– Когда?

– Прямо сейчас, меня здесь ничто не держит.

– Хорошо, меня и владельцев станции это устраивает, только вот хочется хорошо закончить эту работу. Тебе не уйти, рейдеры специально подготовлены к погоням и хваткам. Выследят.

– Если будет фора, то нет.

– Хочешь использовать слепые прыжки? Не боишься при выходе из гипера столкнуться с планетой?

– Придётся рискнуть.

– Хорошо, мои парни уже разработали операцию прикрытия, она тебе обойдётся в двести тысяч кредитов, слишком обширные силы придётся задействовать.

– Я слушаю, – сказал я, кивком давая своё согласие.

– Тебя вывозят отсюда мои люди на бронированном фургоне. Поверь, охотники ничего не смогут сделать. Потом сажают на фрегат Жорша, в сопровождении штурмовиков перевозят до твоего корабля и объявляют суточный карантин, дав тебе разрешение покинуть пределы сектора. В этом случае ты сто процентов уйдёшь от преследователей.

– Теперь понятно, за что я плачу. Хорошо, кому пересылать деньги?

– Мне, естественно, лови счёт… Ага, есть поступление. Всё, идём к выходу. Там нас уже ждут.

Дальше всё произошло как в калейдоскопе. Нас с Жоршем посадили в фургон, долго везли, пока не высадили на знакомой лётной палубе около фрегата, после чего мы на нём вдвоём полетели к шахтёру. Сопровождала нас шестёрка перехватчиков. Выходя, я чуть не забыл дефицитную материю, но всё-таки забрал.

В шлюзовой мы обнялись, попрощавшись, и Жорш вернулся на свой корабль. А я, пройдя процедуры шлюзования, оказался на своём и поспешил в рубку, бросив специализированную ткань на пол у входа, чуть позже сервисные дроиды уберут её на склад, где она ранее лежала.

В системе уже объявили карантин красной чумы, запрещая кораблям покидать систему. Кроме меня ещё трое пытались удрать, один из них был по виду рейдер охотников. Но вся поднятая малая авиация «Сивиллы» активно этому препятствовала. Всех завернули к станции, создав кордоны, тому охотнику отстрелили движки, отчего он пошёл в неуправляемый дрейф. Меня же пилоты истребителей и штурмовиков виртуозно не замечали. Поэтому, пройдя мимо одного из кордонов, я разогнался и прыгнул в сторону границы с конфедерацией Яшейн. Она имела общие границы как с директоратом, так и, после присоединения территории Шейн, с империей Лемур. Вот я и планировал уйти в конфедерацию, потом в соседнюю республику, также имеющую границы с лемурцами, и там пересечь её. Лететь прилично, но зато следы запутаю гарантированно.

Оставив позади оглушающую какофонию в эфире, шахтёр унёс меня в гипер. Однако из рубки выходить я не торопился. Специальной аппаратурой можно засечь координаты выхода из гипера, уверен, у многих охотников такая аппаратура есть, поэтому мне нужно было принудительно выйти из гипера и совершить ещё один прыжок. Сделав так несколько прыжков, окончательно запутав следы, можно спокойно отправляться к станции, которую я собирался затрофеить себе в собственность.

Через четыре часа я принудительно вывел «Ан-Юго» из гипера, это и называлось слепым прыжком, чёрт его знает, где тебя выбросит, но мне повезло: пространство было чистым, поэтому, играя маневровыми, я слегка развернул крейсер, готовясь к прыжку по другим координатам, и начал набирать скорость. Это много времени не заняло, ещё та погаситься не успела. Через десять минут прорвав пространство, я ушёл в следующий гиперпрыжок.

Так, прыгая из стороны в сторону, я благополучно пересёк границу с конфедерацией и, уйдя немного вглубь её территории, направился вдоль границы в сторону республики Лимии. В этом государстве я ещё не бывал. Да и не сказать, что оно было особо большим, всего шесть обитаемых планет. О таких говорили – «банановая республика». В отношении Лимии – это было попадание в точку. Мало что собой представляющее государство даже люмерцам было неинтересно, хотя их имперские амбиции зашкаливали. Особенно после успеха войны с Шейном. Завалили массой, сволочи.

* * *

Напрямую от «Сивиллы» до станции «Трент» было всего двенадцать дней лёту, а вот в обход, через два соседних государства, у меня выходило порядка двадцати шести дней. Первые четыре дня, постоянно меняя маршруты, я со стопроцентной гарантией сбросил охотников со следа, потом ушёл на территорию конфедерации, где, стараясь не посещать людных мест, перебрался в республику. Конечно, на корабле могли остаться маячки, но у меня столько аппаратуры было на борту, что перед входом и выходом из гипера я тщательно проверялся. Практически все следящие жучки в такие моменты подавали сигнал, а у меня их не было, соответственно, и жучки отсутствовали.

Если бы не моя идея заполнить также топливом ещё и ёмкости средних контейнеров, что висели по бокам корабля, то я был бы вынужден по пути посетить один из топливных терминалов, что в результате могло привести охотников на мой след. Диспетчер на терминале перед заправкой запрашивает данные корабля и хозяина. Но благо топлива должно хватить, возможно, впритык, но хватит. Так, шугаясь посещаемых секторов, я добрался до границ Люмера, тут они не были приведены в повышенную боевую готовность, как на границе с директоратом, и спокойно их пересёк без регистрации и осмотра. Просто пролетел мимо диспетчерских платформ пограничного контроля в гипере, и всё.

После того как покинул «Сивиллу», я ничем, кроме как управлением корабля, не занимался, согласно прописанному самому себе режиму. Но свободное время проводил в спортивном тренажёре, в бассейне или просто лёжа на кровати и смотря фильмы на галовизоре. Через пять дней, когда диагност капсулы показал, что я вернулся в норму, снова загрузил её картриджами и капсулами с разгоном. Лёг на четверо суток, искин должен был меня разбудить за час до выхода из гипера. Так за четыре прыжка по четыре дня мне удалось закончить учить базы диспетчера, осталось только получить сертификат специальности – и можно ею управлять. Но в этот прыжок я вспомнил о своей последней базе, которую ещё не трогал. Это была база знаний «Военно-полевая хирургия», вот её-то я и начал учить.

Когда до места назначения осталось совсем немного, она была выучена до четвёртого ранга, дав мне много интересных и специфичных знаний, и я с немалым интересом начал учить пятый ранг.

* * *

Когда корабль вышел из гипера, я быстро осмотрелся, нет ли кого рядом, и, найдя довольно неплохое астероидное поле, направился туда. Мне нужно было временно избавиться, вернее, спрятать часть груза шахтёра, что может меня выдать. Меня заинтересовал огромный астероид, который висел рядом с астероидным полем. Облетев его вокруг, я нашёл неглубокий кратер и завис над ним, активировав лазеры.

Пришлось на ошибках учиться шахтёрскому делу, дважды только щит спасал меня от крупных обломков, разлетавшихся в разные стороны, но пещеру я сделал приличную, куда и убрал контейнеры с конструкторскими комплексами, а также пустые кофры диверсионных, они-то как раз летели со мной. Туда же я убрал оба бота, выгнав их из трюма. Один из ботов под моим управлением тащил в манипуляторах второго, законсервированного. После этого я прошёл шлюзование и покинул бот, прыгнув в сторону крейсера.

Проверив, не осталось ли чего лишнего – я всё-таки прятался под личиной шахтёра, – я направился на разгонных в сторону соседнего сектора. Этот сектор не особо посещаем из-за нагромождения обломков, для транзитных прыжков пилоты предпочитали использовать две соседние системы. В одной находилась нужная мне станция, другая была пуста. Но не всегда, бывало, там сидели в засаде пираты, пытаясь взять на абордаж зазевавшегося торгаша.

На самом деле пираты тут не особо работали, так, чтобы навык не терять, летали они в соседние государства и с добычей возвращались сюда.