Читать книгу "Беглец"

– На сегодня ничего не планируй, мы всем семейством едем на «Крик-Оут» на весь день. Отдохнём, а то ты у меня постоянно работаешь и работаешь, – погладила она меня по щеке.

О том, что и вчера с утра до обеда мы катались на лыжах, я ей не напоминал. В принципе время есть, почему не отдохнуть и не развлечься? Я и сам любил покататься с горок.

– Когда вылетаем? – поинтересовался я.

– Через час, – ответила девушка и шлёпнула меня по наглой руке. – А это что?

Посмотрев на продолжавшие светиться голограммы кораблей, я неопределённо хмыкнул.

– Это схемы-макеты трёх тяжёлых шахтёрских кораблей модели «Морис», «Геон» и «Флекс». Мне нужен такой корабль, вот я и смотрю их характеристики.

– Зачем он нам? – задумалась девушка и тут же сама догадалась: – На каждом таком корабле жилой модуль рассчитан на тысячу человек, и ещё ты покупаешь металлы у перекупщиков и считаешь, что это слишком дорого и проще добывать всё самому. А такие шахтёры имеют на борту перерабатывающие комбинаты, умеющие делать любые металлы, была бы руда. Так?

– Ты умница, – чмокнул я её в щёчку.

– У меня просто очень хороший слух. Я слышала, что ты говорил об этом с папой. Почему ты отказался, ведь это был подарок?

– Твой папа очень щедрый человек, но тяжёлый шахтёр я добуду сам. Ведь мне помимо него нужно много чего, прежде чем мы отправимся в Лемур.

– Я никогда не была дальше Торена, только когда была маленькой, летала с родителями на столичную планету, где проводилась церемония вступления в правители нового императора. Вот и всё. Мне охота побывать в другой стране и посмотреть, как живут другие люди.

– У тебя ещё не раз будет такая возможность, – пообещал я. – Как твои уроки?

– Нормально. Представляешь, Олекс отключил два маневровых, будто они повреждены, и я должна была… – защебетала Малия, рассказывая о своём прошлом уроке, а я, с улыбкой слушая её, продолжал размышлять.

Малия недавно закончила учить базы пилота среднего корабля и, сдав на сертификат, уже неделю проходила практику на носителе в качестве второго пилота под присмотром одного из лучших моих пилотов, служившего на носителе, Жессо, нарабатывая опыт в тяжёлых условиях, что он ей генерировал. Ей нравилось.

К этой информации можно добавить ещё ту, что одна Малия теперь не ходила. Как приближённый ко мне человек, она получила двух женщин-телохранителей из группы силовой поддержки станции. Обе дамы – профессиональные десантницы, правда, одна погонщик, а другая оператор меха, но нужные базы у них были, как и боевой опыт, и они вполне справлялись с ролью телохранителей. В данный момент они дожидались свою неуёмную подопечную у меня в прихожей кабинета.

О шахтёре я девушке сообщил правду, я отказался от подарка, который делал её отец. Мне не понравились те условия, что сообщил он: шахтёр в обмен на обещание никуда не улетать. Лучше сам добуду. Такие шахтёры стоили от тридцати миллионов и выше, обычно до пятидесяти. Смысл покупать, тем более таких денег у меня просто не было, если его можно добыть бесплатно в Люмере? Тем более раз я собирался повеселиться на территориях империи Люмер, беря трофеи, так почему не сделать это основательно? Например, на компе у меня была информация по одной перспективной системе, что разрабатывала шахтёрская группа, принадлежавшая «Гикону». Так вот, там была пара тяжёлых шахтёров и станция с мощным комбинатом. Что меня больше всего заинтересовало, так это малая верфь, однотипная той, что у меня уже была. Почему с шахтёром не взять и её? Верфь и два дока гиконцы использовали для ремонта и восстановления малых шахтёров. Система была хоть и перспективная, я бы сказал, богатая на руду, но очень агрессивная, малые шахтёры буквально сгорали за несколько месяцев использования, так что на верфи или ремонтировали их, или клепали новые. Вот такие дела.

А со второй верфью Эрих Лугер справится, он сможет управлять сразу двумя без особых для себя проблем. Даже если будет трудно, то один парень из шейнцев, которому исполнилось восемнадцать лет, имел интеллект в двести семь единиц, что предрешило его судьбу. Он мечтал стать инженером, и станет им. Четыре дня назад ему установили инженерную нейросеть и два усиливающих импланта. В данный момент он лежал в капсуле отдельного медбокса, где находилось двадцать пять капсул для обучения, поднимая базы.

Этот бокс – моя идея, восемнадцать капсул были найдены среди трофеев, остальные пришлось докупать, но как бы то ни было, кроме двух операционных блоков, двух лечебных и реанимационного, появился и обучающий бокс, где бесплатно проходили обучение все желающие сотрудники «Шейна» и их семьи. Так что скоро у нас появятся дополнительные специалисты. Вот шесть пилотов и три медика из молодёжи уже, сдав на сертификаты, приступили к своей работе. Я тоже не отставал от молодёжи, сдал на сертификат диспетчера и практиковался на «Шейне», закрепляя знания и набирая опыт. По шесть часов в день – немного, но всё-таки.

* * *

– Так что? – вырвала меня из размышления Малия, повозившись на коленях. – Собираемся?

– Конечно, – улыбнулся я. – Сейчас заскочу в штаб, отдам пару приказов – и на «Кашалот» переодеваться. Охране я отправил сообщение о нашей поездке на Торен, дежурная группа уже готова. Будут нас сопровождать.

– Ага.

– Меня не жди, лети сразу на «Кашалот», я буду чуть позже.

– Хорошо, я тебя жду у нас дома.

Домом она называла наши апартаменты на транспорте, хотя у нас был отличный трёхэтажный особняк в жилом модуле, в районе, где была застройка для главного начальства. Там нашими соседями были Руссо, Жессо, Лугер и другие старшие офицеры. Особняк ей тоже нравился, но апартаменты на «Кашалоте» больше. Там был настоящий домашний уют.

Девушка, чмокнув меня, выпорхнула из кабинета, а я задумчиво потер щёку, обнаружив, что утром снова забыл побриться, и, сбросив на кристалл все свои наработки, направился в штаб.

Пройти в него было не так просто, даже мне приходилось предварительно пройти все процедуры осмотров и сканирований, пока я не оказывался в святая святых. Такая демонстративная работа службы безопасности была по причине того, что неделю назад я полностью захватил станцию с помощью диверсионных дроидов. Руссо только разъярился, и противодиверсионные учения с тех пор проводились каждый день. Три дня, когда я отдыхал и наблюдал за работой верфи, также проводил атаки на мощности «Шейна», а служба безопасности противодействовала мне. По мере набирания опыта их сопротивление становилось всё ожесточённее. Появились дополнительные системы проверки и сканирования, технические шахты и колодцы были перекрыты стальными решётками и дополнительными датчиками, а раз в несколько часов их обходили охранные дроиды. Мои люди учились защищать свой дом от таких же диверсий, с помощью которых я захватил станцию. Опыт действительно уникальный, а то они только и занимались тем, что досматривали все возвращающиеся корабли да проверяли людей. Сейчас же всё на полном серьёзе.

Ещё я полностью отремонтировал и довёл до идеала все четыре жилых модуля «Шейна». Два были задействованы, там жили персонал и их семьи, а два были нам пока ни к чему. Вот полковник и предложил один модуль законсервировать, я его сложил и убрал в трюм «Кашалота», а второй использовать как гостиничный, благо восемь гостиниц там действительно было. Их запустили, набрали персонал, в основном из молодёжи, только управляющие были с нейросетями, и начали принимать клиентов. Клиентами у нас были шейнцы, продолжавшие прибывать в систему Торена. Плата за жильё и кормёжку у нас была минимальная, это привлекало многих, потратившихся в пути. К тому же, хоть станция и находилась в часе лёта от Торена, но зато три раза в день на планету у нас были рейсы пассажирских челноков. Бесплатные. Молодёжь и отдыхающие охотно бывали на планете, особенно на её курортах. Пустыми челноки не летали.

В данный момент во всех восьми гостиницах проживало больше ста шейнцев, многие из них искали попутные борта, чтобы убраться из империи. Некоторые приняли предложения вербовщика и перешли под мою руку, пополнив ряды спецов.

Взяв из держателя кристалл с информацией, я вышел из кабинета, пройдя через пустую приёмную. В кабинете я бывал не так часто, чтобы секретарей заводить, а на все вызовы, которые отправляют мне, отвечал пресс-центр «Шейна», выполняя также роль моего секретаря.

Руссо на станции не было, он ещё утром вместе с семьёй улетел на Торен, у него был выходной. Но в принципе он мне и не нужен был. Меня интересовал начальник штаба станции флаг-майор Мир Еве. Мой кабинет находился на территории штаба, поэтому, пройдя буквально сто метров, я прошёл в кабинет майора. Тот находился на месте и что-то обсуждал со снабженцами.

– Господа офицеры, – кивнул я.

Снабженцы, видимо, поняли, что я по важному делу, и, быстро закруглив разговор, покинули кабинет, оставив нас с майором вдвоём.

– Командир?

– Есть работа для вашего отдела планирования, майор, – сказал я, подходя к столу и присаживаясь на нагретый одним из снабженцев стул.

– Степень задачи?

– Наивысшая секретность. Суть операции – глубинный рейд на территорию империи Люмер с последующей задачей захвата кораблей и объектов, принадлежавших «Гикону». Тут на кристалле мои размышления и координаты системы, где находится шахтёрская станция. Задача состоит в захвате двух тяжёлых шахтёров, что приписаны к этой станции, и части её модулей. В операции участвуют: я, как её командир, и восемнадцать человек, одиннадцать из них пилоты. В рейд идём на крейсере Руссо, он для этого самый предпочтительный. Все списки бойцов для рейда, а также общий план операции – на кристалле. Ваша задача: провести профессиональное планирование рейда.

– Сколько у нас времени, командир? – нахмурившись, спросил начштаба.

– Десять суток, не больше. Повторяю: операция имеет степень наивысшей секретности. Кроме меня, вас и офицеров отдела, только Руссо к ней имеет доступ. Всё, работайте.

– Хорошо, командир, – кивнул майор.

Когда я выходил из кабинета, он уже вызывал начальника отдела планирования. Ничего, офицеры тут профи, не один десяток удачных операций спланировали, они мне такой маршрут нарисуют, что, надеюсь, приду в империю и уйду из неё, так никого и не встретив. А вот захват станции и кораблей уже на мне. Пройти это должно было незаметно и быстро, а в этом я единственный спец на «Шейне», имеющий достаточный опыт захвата чужой собственности.

Всю информацию по «Гикону» я взял из архивов двух капитанов-работорговцев, которую они, перед тем как передать мне во владение свои корабли, скинули так же, как и информацию с нейросетей. Они в те системы доставляли рабов-пилотов, так что последней информации не было и пяти месяцев. В открытом доступе такого не было. На кристалле, кстати, была информация с нейросетей капитанов с поясняющими приписками, думаю, она поможет офицерам из отдела планирования.

Выходя из административного корпуса, я с улыбкой поздоровался с мэром «Шейна», которая попалась мне на пути в сопровождении своих сотрудников, и направился дальше. Было приятно смотреть на свежие коридоры, обшитые новыми панелями тёплых тонов. Как и другие модули, этот диспетчерский также прошёл полный ремонт и модернизацию.

О мэре я не шутил, более того, у нас и полицейский был. Один. Тут такая получилась история. Да, весь персонал – бывшие военные, но станция-то числилась гражданской, на которой действовали законы Содружества. То есть мне был нужен гражданский административный начальник, который должен заботиться о местных жителях и о жилых модулях. Это его сфера деятельности. Кроме этого у него должны быть помощники, включая полицию. Руссо быстро нашёл человека на должность начальника местной полиции, это был бывший полковник криминальной полиции, работающий у нас на «Шейне» в СБ. Он дал согласие, всё-таки для него это более привычная работа, и он стал единственным полицейским на станции, так сказать участковым уполномоченным. Ему выдали три помещения с камерой, сделав их полицейским отделом, грузопассажирскую платформу со стандартной полицейской раскраской и маячками и пять дроидов, тоже полицейских. Вот тот теперь и контролировал криминогенную ситуацию на станции. Пока кроме шести драк в барах и кафе, да и то в гостевом модуле, ничего серьёзного не было.

Кандидатуры на должность мэра и её помощников искали дольше. Помог в этом начальник снабжения Арт Хим, который сообщил, что среди шейнских беженцев был и представитель администрации одной из планет республики. Но тогда Леа Куи работала официанткой, чтобы как-то прокормить семью. До этого её должность значилась как региональный инспектор муниципальных служб. То есть тему знала. Дама думала недолго и дала согласие, тем более никакими контрактами она связана не была. Правда, ей пришлось выделить некую сумму из кассы «Шейна» на покупку определённых баз знаний, чтобы закрыть пробелы. Её муж ранее был шеф-поваром одного из элитных ресторанов, здесь он принял ту же должность, с радостью включившись в любимое дело. Готовил он действительно бесподобно. Они в кредит выкупили у меня ресторан в жилом модуле в районе для начальства, организовали поставки свежих продуктов, и теперь там вечерами столпотворение. Да и я там с Малией стал завсегдатаем. Для нас там всегда был свободный столик или в одном из кабинетов, или в общем зале, по желанию. Большой танцпол позволял кружиться в медленном танце или отплясывать под ритмичную зажигательную музыку. Было три свадьбы, которые оформила мэр, их провели в ресторане её мужа. Это уже стало традицией. Моя свадьба должна была стать четвёртой. Вот так опередила меня молодёжь станции.

Кстати, семья Куи была первой, кто выкупил ресторан, другие, видимо, не решались подходить ко мне с подобными предложениями, ведь они были на моём полном обеспечении. А после них как прорвало. В результате у меня были выкуплены или арендованы шесть кафе, семь баров и одна гостиница. Большей частью это сделали не нашедшие себя на «Шейне» и решившие здесь открыть своё дело. Среди жён и мужей моих сотрудников были те, кто раньше имел свои заведения, так что они возобновили свою деятельность.

* * *

Покинув территорию серьёзно охраняемой администрации станции, я направился на лётную палубу, где стоял мой челнок. Оба инженерных бота, которые ранее были на «Кашалоте», я был вынужден передать на станцию. Один теперь числился за верфью, другой – за средним доком. Там они действительно были нужны и эксплуатировались постоянно.

К этому ещё хотелось бы добавить, что, так как моя станция считалась частной, то есть гражданской, я по протоколу Содружества должен был иметь на ней действующую медсекцию, она была, и специально оборудованное судно спасателей, которое отсутствовало. Единственный корабль, подходящий под переделку, – это малый лайнер, который уже заканчивали переводить в прежний вид, устанавливая внутри пассажирские каюты и другие коммуникации. Пока судна спасателей у нас не было, и нужно что-то с этим было решать. Не хотелось бы попадать под штрафные санкции, желательно иметь полностью оборудованную и обеспеченную станцию. Даже люди для спасательного корабля выделены: пилот, техник, медик и капитан, имеющий сертификат спасателя, а самого судна нет.

Пройдя по лётной палубе до своего челнока, открыл его и вошёл внутрь. Вылетая с лётной палубы наружу – диспетчер сразу же выдал мне оптимальный маршрут до «Кашалота», который с частью патрульных сил находился на парковочной стоянке «Шейна», – я отправил вызов пока своему единственному инженеру. Тот ответил сразу. Судя по обстановке вокруг него, он находился у себя в кабинете, а не в диспетчерской верфи.

Кстати, у Лугера было всего двое подчинённых, диспетчеры-техники, которые находились в выносной рубке и с помощью камер и других датчиков наблюдали за работой всего оборудования верфи. Их задача – отслеживать все показатели и, если что, вызывать начальство. Техники работали сутки через сутки. Согласно поданному рапорту, это было тяжело, требовался ещё один техник. Руссо пообещал найти такого или вырастить, то есть обучить. Обещание он сдержал, две девушки из молодёжи после установки нейросетей учили необходимые специализированные базы.

– Привет, командир, – махнул инженер рукой.

В последнее время мы с ним плотно работали и вполне скорешились на общей теме постройки первого корабля. Нам она была обоим интересна, вот и перешли на ты за это время.

– Эрих, я вот о чём подумал. А что, если нам сделать спасательное судно на нашей верфи? Самим его построить?

Тот покивал с улыбкой:

– Я уже думал об этом, в минимальный тоннаж не укладываемся.

– Так это не важно, тут нужен общий тоннаж. А то, что у нас будет не одно среднее судно с необходимым тоннажем, а три или четыре, не суть, главное-то – они есть и могут выполнять все необходимые спасательные работы.

По мере моих пояснений инженер немного подался вперёд, сложив локти на столешнице, и указательным пальцем стал поглаживать губы посередине вверх-вниз, верх-вниз. Я уже знал, что это у него неосознанная привычка в момент сильной задумчивости.

– То есть, командир, сделать три судна на основе схемы нашего большого грузового фрегата? Хорошая идея, компоновка позволяет. Два сделаем чисто техническими, а один исключительно госпитальным. Так мы и свои потребности перекроем, и будем иметь по штату спасательные силы. Умно-о-о.

– Вот именно, – кивнул я, подлетая к «Кашалоту», и, маневрируя, начал подходить к шлюзу номер два, чтобы состыковаться. Первый шлюз был занят яхтой Малии. У нас уже традиция сложилась: первый шлюз – её, второй – мой.

– Да, задал ты мне задачку, командир, пару дней на расчёты уйдёт. Там самое сложное – установить манипуляторы на носу.

– Транспортный луч? – подсказал я.

Стыковка уже прошла, но челнок я не спешил покидать, разговор ещё не был закончен.

– Тоже хорошая идея, к тому же я оборудование для транспортного луча на синтезаторах пятьдесят единиц наклепал. Снабженцы уже продавать пробовали, узнавая спрос. Хорошо берут.

– Ты от темы не уходи. Вижу, время тянешь, обдумывая постройку.

– Да, – усмехнулся Эрих. – Грузовик я почти закончил, вечером буду выгонять его со стапелей и опробовать на ходу.

– О, без меня не выгоняйте. Всё-таки первый корабль. Проведём это торжественно, я извещу администрацию станции.

– Хорошо, командир, – кивнул инженер и добавил: – Тут ещё одно предложение есть. Нужно купить два-три синтезатора, это позволит мне клепать электронные блоки четвёртого и пятого поколений. Их хорошо берут, как показала продажа оборудования транспортного луча.

– Я подумаю над этим, – ответил я. Идея Эриха мне понравилась, действительно нужно это прикинуть. – Возможно, что-нибудь придумаю. Ну всё, работай. Пока.

Мы разъединились.

Покинув челнок, я прошёл в свои апартаменты, обнаружив в кают-компании обеих телохранителей моей невесты. Она на Торене бывала часто, так что охрана ей требовалась постоянная. У меня же были дроны и дежурные бойцы спецназа СБ. Пока хватало.

В спальне меня заставили надеть и снять шесть лыжных костюмов, пока невесту не удовлетворил мой внешний вид. Она уже была одета, поэтому мы сразу прошли на её яхту и вылетели на Торен. Телохранительницы устроились на диване в кают-компании, а я прошёл в одну из кают, где побрился прибором для гостей, а то постоянно забываю из-за занятости.

Летели мы к планете на четырёх машинах. Наша яхта, два штурмовика сопровождения и штурмовой люмерский бот со спецназовцами. У СБ было всего пятнадцать бойцов спецподразделения, разделённых на дежурные группы быстрого реагирования. Бойцы были разбиты на пять групп, так что я был уверен, что кроме пилота на борту находилось трое бойцов в полной выкладке и бронированный тяжеловооружённый люмерский военный флаер пятого поколения. Мало ли.

* * *

– Ворт, зайди ко мне, – услышал я просьбу Малии по внутренней системе оповещения яхты.

Я вытер полотенцем лицо, – аппарат для бритья был устаревший, нанося крем, он одновременно брил. Сам я привык к другому: наносишь крем, потом стираешь, оставляя свежее лицо без единого волоска. Давно хотел пройти процедуру удаления волос на подбородке, но всё времени не было. Да и желания, честно говоря.

– Что случилось? – спросил я, пройдя в рубку и вставая за спинкой кресла пилота.

– Смотри, кто только что прибыл в систему. Вон диспетчеры обсуждали на открытой волне, пока их начальство не приказало прекратить балаган. Он вышел на краю системы, никто его не увидел, даже последствий гиперпрыжка не было, а потом под прикрытием оборудования невидимости шёл до самой орбиты и только здесь отключил её. Все сперва испугались, а потом сделали запрос и начали обсуждать корабль. Кто это?

Склонившись над креслом, я всмотрелся в экран. Кивнув своим мыслям, я уверенно ответил:

– Лемурцы. Это тяжёлый крейсер прорыва, модель не знаю, что-то новое.

– Точно тяжёлый крейсер? Какой-то он… маленький.

– Точно. Лемурцы далеко шагнули в создании боевых кораблей. Там оборудование стоит десятого поколения, оружие, броня. Точно, десятого. Интересно, что им здесь надо? У них же посольство на столичной планете империи.

– Десятое?!

Оказывается, пока я говорил Малии о корабле, она ошарашенно обдумывала высокие цифры поколения корабля.

– Ну да. Я, когда практиковался на Варре, интересовался новинками из Лемура, там для служебного пользования была самая свежая информация. Вон видишь, как будто отсветы пробегают по броне, отчего кажется, что она зеркальная. Это «мягкая броня». Из жидкого металла. Такая броня без особых проблем выдержит бортовой залп линкора… Вон вроде того, что встал рядом с лемурцами, если, конечно, щит продавит, а это не так просто. Щиту и дредноут позавидует. Пушки там кинетические, новинка, такие только у лемурцев есть. Они легко продавливают щиты и пробивают броню. Совершенное оборудование, реакторы, двигатели, отлично подготовленные экипажи. Это очень опасный противник. Тем более корабль флотский, без сомнения, военный. У лемурцев в свободный доступ гражданским продают только восьмого поколения, да и то прошедших полную конверсию. Даже их дворяне довольствуются только восьмым поколением. Десятое есть у флота, армии и императора Лемур, Пала Эго Четвёртого. Всё, больше ни у кого. Между прочим, нам лететь в империю не один месяц, точнее, около шести, а этому крейсеру на полёт понадобился бы всего месяц, возможно, и меньше. У них скорость в гипере в три раза больше, чем у наших кораблей шестого-седьмого поколений.

– Теперь понятно, куда мы летим, и я очень хочу там побывать.

– Точную дату не назову, но через несколько месяцев отправимся в путь. Как ты знаешь, я ещё не готов. Меня больше интересует причина их тут столь эффектного появления. Особо они не любят демонстрировать свои возможности, а тут пилотам явно приказали показать себя во всей красе.

– В новостях узнаем, – беспечно пожала плечами Малия.

– Да, – согласился я, – торенские представители прессы – самые настоящие акулы пера… Кстати, не отвлекайся, мы входим в атмосферу планеты, к тому же ты немного отклонилась от курса, вот уже диспетчерский искин намекает тебе вернуться на старый маршрут.

– Ой! – воскликнула Малия и быстро вернула яхту на прежний маршрут.

Специальной площадки для яхт на территории особняка у Олла не было, поэтому мы сели на одной из частных площадок, где находился катерок Малии. Потом переместились в катер, обе телохранительницы были с нами, втиснулись. Дронов я не стал брать в этот раз, а охрана, выгрузив флаер, двинулась за нами следом на нём. Разрешение пользоваться тяжёлой военной техникой на столичной планете у нас было, Олиф выбил.

Я планировал просто заскочить за Олла, и мы бы вылетели на курорт, но оказывается, у них гости. Несколько дней назад прилетели родители нурессы Олла, её брат с семьёй и бабушка. Со стороны нура Олла – двоюродная сестра с третьим мужем и пятью детьми, а также престарелая бабушка, которой было за двести, но выглядела она на все сто. А сегодня ещё брат Олифа, Гери Олла, с женой и двумя дочерьми, одна ещё мелкая, но вторая такая же ослепительная красавица, как Малия, причём тех же лет. Так что после того, как катер и флаер сели на площадке поместья Олла, меня пригласили в дом, нужно было представить меня родственникам, а их мне.

Чуть позже выяснилось, что на это понадобилось два часа с праздничным обедом. Последнее мне не понравилось, не люблю кататься на полный желудок, поэтому старался есть мало, но куда там, когда на столе столько еды, да ещё настоящей, к которой я начал постепенно привыкать!

Малия с двоюродной сестрой Инной расцеловались и, хихикая, до самого обеда сидели у неё в комнате, а я в лыжном костюме общался с прибывшими родственниками. Ладно, нуресса Олла спасла и, вырвав меня из рук любопытных родственников, отправила в мою комнату переодеваться, у меня там был целый гардероб. Во время обеда Малия ухаживала за мной, по протоколу сидя по правую руку от меня, так что, волей-неволей поддерживая разговор, приходилось уничтожать разные вкусняшки. Вот и получилось, как это ни печально, пообедал я плотно, поэтому обрадовался, когда узнал, что побывать в горах изъявили все родственники. Меня это действительно обрадовало, зная, сколько собираются женщины, у меня было часа полтора-два. Успеет часть обеда перевариться, и будет легче.

Мы с Олифом и его братом вышли на террасу, где братья уселись на садовую скамейку, а я на плетённый вручную стул, и потягивали лёгкие напитки. Обсуждали мы, естественно, лемурцев на орбите. Об этом уже трубили все новостные каналы, и даже эта информация промелькнула на столичных каналах империи. Интерес прессы к лемурцам был с нотками озадаченности и удивления, где проскальзывало жгучее любопытство. Было только известно, что корабль прибыл сюда частным порядком. Лемурцы запросили диспетчера дать им парковочную площадку на дальней орбите и дважды спускали челнок на Торен. Но для чего, было неизвестно.

Меня, честно говоря, это всё не очень интересовало, прибуду к ним в империю, там сам всё посмотрю, а так они тут были как дорогая борзая среди дворовых шавок и, естественно, этим вызвали любопытство у местных, а я слушал скорее от скуки, ожидая, когда мы наконец отправимся в горы. Хочу дышать чистым воздухом и ощущать бьющий в лицо ветер на спуске.

Некоторые каналы уже порылись в архивах и нашли информацию, что последнее прибытие лемурцев в систему Торен было зафиксировано ровно двенадцать лет назад группой из трёх кораблей, которые недолго пробыли в системе и ушли в неизвестном направлении.

Я недооценил Олла, собирались они всего час, и мы отправились на известный мне горнолыжный курорт «Кар-Энжи». Я бы предпочёл более крутые горки, но с нами были дети, а этот курорт считался у детишек самым лучшим. Там действительно отличные детские горки. Помню, именно на одной такой я впервые скатился и врезался в щит. В принципе, и взрослые тут были ничего, прямые только, я-то уже привык к другим, чтобы с заносами повороты на скорости проходить. Но и так нормально.

По прибытии мы почти сразу разбежались по интересам, молодёжь, то есть пять человек, включая нас с Малией, отправились на молодёжные горки, дети с бабушками на горки для малышей, а взрослые – к спокойным, где можно пообщаться, неторопливо скатываясь. Охрана наша осталась внизу на парковке, парни и девушки ожидали нас в кафе, где можно было встретить таких же телохранителей, правда, редко, курорт не считался крутым.

Следующие три часа прошли у нас в весёлом угаре, мы дурачились, сталкивали другу друга и гоняли наперегонки. Взрослые, степенные дяди и тёти, уже давно сидели в кафе, ожидая, когда мы устанем, а мы уставать не хотели. Дети были с нами солидарны, мокрые, все в снегу, они скатывались и на подъёмнике поднимались обратно, и всё это под смех и жизнерадостные крики. Мы с ними иногда пересекались на разных подъёмниках, обмениваясь впечатлениями. Я так понимаю, что устанут они не скоро и забрать их отсюда будет не так уж и легко.

Когда мы группой в пять человек (со свистом – это я, визгом – это девушки и воплем – это старший сын брата нурессы Олла) скатывались по горке, а она была довольно крутой, поэтому скорость мы набрали приличную, вдруг мне пришло письмо на почту. Докатившись до конца спуска и эффектно затормозив, отчего в разные стороны полетел веером снег из-под лыж, я помог подняться смеющейся Малии. Она с Инной вырвалась вперёд и не удержалась на ногах, утащив за собой двоюродную сестру. Так что пришлось поднимать обеих.

Пока они отряхивались от снега, я развернул письмо. Оно было от сыщика нура Билона, о котором я совершенно забыл. Там было официальное извещение об окончании поисков и просьба прибыть в его офис.

– Ага, думаете, я попадусь на такой дешёвый фокус? – пробормотал я себе под нос.

Сумма в семнадцать миллионов кредитов за мою живую голову для многих охотников была недоступной мечтой, естественно, на меня велась самая настоящая охота. Мои люди зафиксировали уже шесть попыток добраться до меня, все они были достаточно жёстко пресечены. Охотники, а тут было ориентировочно девять групп, получив по рукам, затаились, судорожно пытаясь найти выход, как меня выдернуть из-под опеки моих людей. Не знаю, что с Билоном, но вполне возможно, кто-то узнал о моём посещении его офиса и пытался так выманить меня. Сделав копию письма, я отправил его капитану Милошу Диасу, начальнику СБ «Шейна», который также отвечал за мою безопасность. Пусть проверят его.

О том, что веду себя беспечно, отдыхая на Торене, я не думал. Это было не совсем так. Да, охрана была на флаере из трёх бойцов, не считая двух женщин-телохранительниц Малии, но это была видимость. Со стороны меня также сопровождали оперативники СБ и парни из десанта в минуте лёта.

На письмо я не ответил, мне нужно было узнать, есть у Билона засада или нет. Когда мы скатились ещё раз – снова пришлось поднимать девушек, мне кажется, они нарочно падают, пытаясь утянуть меня с собой, – на меня вышел Диас с просьбой отправить Билону письмо, что я занят и прибыть сегодня не смогу. Что за игру ведут парни, я не знал, но письмо отправил.

Когда мы поднимались на подъёмнике, Малия и сидевшая между нами Инна решали, скатиться ещё раз или посидеть, отдохнуть в кафе. Предки уже отдохнули и снова катаются. Было решено идти в кафе. Пока девушки спорили, мне пришло новое письмо от Билона. Тот извещал, что ничего страшного, мол, он сам прибудет ко мне, и делал запрос о моём местонахождении. Это заставило задуматься, но копию Диасу я отправил. Тот сразу ответил, что можно сообщить название курорта, а не своё полное местоположение.