Электронная библиотека » Владимир Южанинов » » онлайн чтение - страница 1


  • Текст добавлен: 4 августа 2017, 16:01


Автор книги: Владимир Южанинов


Жанр: Современная русская литература, Современная проза


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Зоопарк
Никогда не закрывай глаза
Владимир Южанинов

© Владимир Южанинов, 2017


ISBN 978-5-4483-7457-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Но ничего этого Кира конечно не помнила.  Первыми впечатлениями детства, с тех пор как открылись её глаза, были яркие краски лета, тополиный пух, смолистый дух свежеструганных досок, табачный запах рук Семёныча. И Мама. Такая большая, ласковая и удивительно  нежная.  Они играли целыми днями. Кира пряталась от мамы зарываясь в солому устилающую пол в загородке клетки, а та неизменно находила и вытаскивала на солнце, держа проказницу зубами за загривок. Иногда Кира устраивала охоту за маминым хвостом. Он извивался как змея и поймать его было очень непросто. Вечером они вдвоем ложились на прогретые за день доски пола и блаженно дремали, защищенные от внешнего мира крепкой решеткой.  Там за решеткой была своя, непонятная пантерам жизнь. В течение всего дня стаи людей проходили мимо их клетки.

Некоторые из людей останавливались и подолгу смотрели на них. Безликая толпа равнодушных зевак. Впрочем Альме и Кире было все равно. Из всех людей они выделяли лишь Семеныча. Для них он был отдельным субъектом внешнего мира. Он приносил им еду, воду и менял солому в клетке. От него тревожно пахло дымом, но вместе с тем  чувствовалась в нем какая-то внутренняя доброта. Альма инстинктивно испытывала доверие к старику. Ему позволялось многое. Например безнаказанно вторгаться в мир пантер. Но трогать Киру Альма ему все же не разрешила.

Когда шел дождь они забирались  под навес загородки. Альма вылизывала мокрую шкуру Киры, а та , недовольно ворча, пыталась вырваться из маминых лап. Часто, утомленная охотой за мамиными ушами, Кира засыпала как придется. И спала всю ночь, сложив задние лапы на морду Альме.

Так прошло лето.  За ним осень. Удивительно теплая и мягкая зима посетила землю и ушла на цыпочках не забрав с собой ни одной звериной жизни. Как-то разом нахлынула жаркая весна, выманила цветы и листья из почек и зажужжала, зазвенела хороводами всякой летающей насекомьи.

Когда Кира подросла её отселили в отдельную клетку.  Это была уже годовалая рослая пантера, с глянцево-черной короткой шерстью, ярко-желтыми глазами. И удивительно добрым характером. Домашняя кошка в обличье дикого зверя. Только однажды Кира показала, что у неё есть свой характер. В одну из ночей у Киры неожиданно и пронзительно заболел живот, потом также резко боль ушла, оставив тянущую  в задние лапы едва заметную судорогу. Кира проснулась, походила по клетке, пытаясь избавиться от странных ощущений вытягивала поочередно назад то левую, то правую лапу. Судорога ненадолго исчезала, затем появлялась вновь, дискомфортная, непривычная и пугающая. И снова исчезала. Была ночь, луна в этот раз ночевала на другой стороне земли и поэтому было очень темно. В душной теплой, пахнущей летними травами, темноте металась по клетке черная пантера. Ей было страшно. Болезнь первый раз в жизни посетила её и напугала Киру. Живот уже не болел, но был странно стянут и туго отзывался на каждый, даже самый небольшой шаг. Кира улеглась на лежанку, подтянув под себя задние лапы как в котенечестве и заплакала от жалости к себе. Со слезами пришло облегчение и она заснула.

Утром Семёныч обратил внимание на невеселое состояние Киры. Он вошел в клетку и потрепал её за ухо. Но она не куснула его шутливо как обычно, а осталась лежать, задумчиво глядя вдаль. Привычные вещи в это утро предстали перед ней совсем в другом свете. Легкая невыразимая грусть отметила своей печатью все вокруг. Деревья были грустны. Печально улыбалось в небе грустное солнце. Невеселые воробьи скакали по дорожкам зоопарка. И только вороны были серьезны и сосредоточены. Впрочем как всегда. Хмурые люди молча останавливались около клетки. И также молча двигались дальше. Словно исполняя некий ритуал. Ритуал общения с дикой природой. Как и всякий иной ритуал он был полностью лишен смысла и выродился в бессмыслицу. Втиснутые в клетку звери давно перестали быть частью дикой природы, спелёнутые перекрещивающейся сталью здоровые звериные инстинкты сводили с ума и не давали покоя несчастным животным. Глядя на понурых белых медведей, одуревших от жары, сгорбившихся в тесных вольерах жирафах, тюленях, вынужденных плескаться в крохотных бассейнах с протухшей водой, люди считали, что знают о них достаточно. Только обезьян похоже устраивала жизнь в неволе. О свободе, которой они и на воле то не умели как следует пользоваться, многие из них даже и не думали, искренне веря, что им безумно повезло обрести такую сытую  халявную жизнь.

«Очевидно мы лучшие!» – рассуждали они, – «раз оказались в числе избранных. Прочий сброд и неудачники влачат свое жалкое существование в лесу на деревьях. А мы элита, мы высшее общество. Наши дети, благодаря нам надежно устроены в жизни и пойдут по нашим стопам»

Все их инстинкты – утоления голода, продолжения рода  легко вмещались в пределы вольер. О чем еще можно мечтать? Многие посетители зоопарка наскоро, как бы для проформы, пробежавшись вдоль клеток  остальных представителей фауны, надолго останавливались около обезьян. Они глазели на ужимки и выходки своих дальних родственников, смеялись над ними, не замечая всей пародийности ситуации. Так идиот искренне хохочет видя в зеркале тупую, улыбающуюся рожу.

Кира была любимицей Семёныча. Вообще старик любил многих животных зоопарка. Где-то в глубине его души жило странное чувство, смесь раскаяния за то, что им приходится жить в неволе по вине человека и сочувствие одного живого существа другому. Поэтому видя её состояние он встревожился не на шутку. Но сонный ветеринар бегло осмотрев и ощупав пантеру, успокоил старика.

– Ничего страшного, – лениво произнес он, – просто твоя красавица стала невестой!


* * *

…Он понравился ей сразу, с первого взгляда. Крупнее Киры, мощный и поджарый, взятый «напрокат» в другом зоопарке за приличные деньги самец пантеры по кличке Гром. После закрытия зоопарка грузовик с клеткой подогнали к клетке Киры, установили переходной тоннель и открыли дверцы обеих клеток. Гром грациозно и неторопливо прошествовал в клетку Киры и остановился напротив её. Кира обомлела. Он был красив и статен. Мужская стать подчеркивалась каждой деталью его внешности, великолепным торсом, надбровными дугами, глазами, влажными и зовущими. Перед которыми невозможно устоять. Жаркий озноб пробежал по её телу с головы до хвоста и остался теплом внизу живота. Она потянулась к нему мордой. И приблизившись к его носу своим носом выдохнула из подщечных желёз: «Привет!». Она ожидала от него ответа и была немного озадачена его молчанием. «Наверно он смущен и поэтому молчалив», – решила она и повторила свое приветствие. Но он странно молчал. Затем отвернув голову, Гром попытался обойти Киру сбоку. Она улыбаясь повернулась к нему и вновь выдохнула: «Привет! Не бойся! Всё хорошо! Ты мне нравишься!». Он снова смолчал и попытался обойти её с другой стороны. Она решила, что это такая игра и замерла ожидая продолжения. Внезапно Гром накинулся на неё сзади и попытался овладеть ею. Словно что-то взорвалось в голове Киры. Обида за то, что он не удостоил её даже словом, злость, ненависть, презрение к столь примитивному подходу к ней – гремучая смесь спонтанных эмоций вырвалась наружу. Не рассуждая и не колеблясь она резко развернулась, широким замахом черной лапы вошла всеми когтями в ухо Грома и что было сил рванула на себя. Он жалобно взмякнул и сразу поник, затих, прижав морду к полу. Кира выпрямила когти, выдернула лапу из его уха и бросилась на него, оскалив клыки. Он в испуге бросился в угол и забился там, долбясь задницей в прутья клетки, не в силах отступить далее перед разъяренной фурией. Кровь в несколько струек сочилась из его уха. В двух местах оно было разорвано до самого края. В глазах застыл неописуемый ужас. Видя его страх и жалкое состояние она внезапно успокоилась. Оглядев незадачливого любовничка Кира с презрением отвернулась и стала выкусывать из когтей остатки чужой шерсти. Люди за оградой одновременно выдохнули.

– Что ты себе позволяешь!!! – заверещал ветеринар, весь красный от злости, – Что ты из себя строишь!!!!

Кира равнодушно повернула к нему морду. Но видимо что то было в её взгляде, потому что ветеринар вдруг судорожно сглотнул и заткнулся.

– Вообще-то она не строит… – попытался заступиться за Киру Семеныч.

– А ты не умничай! Немедленно выводи его из клетки! – заорал он, – Немедленно!


– Экая ты однако у меня недотрога! – проворчал старик на Киру. Однако в голосе его звучало едва скрываемое одобрение.


– Ну пошли, что ли, – обращаясь к Грому, промолвил он, и добавил вполголоса, – козел, в звериной шкуре.


Гром, подгоняемый Семенычем, боязливо оглядываясь на Киру осторожно прокрался к выходу и торопливо забрался в зарешеченый кузов грузовика, на котором прибыл. Посрамленный, он как будто стал ниже, худее. Поджатый донельзя хвост высовывался снизу живота нелепой пародией на фаллос.


* * *

В середине лета, пришли люди в оранжевых одеждах и закипела какая-то необычная деятельность. Целыми днями по соседству с клеткой Киры что-то стучало то звонко, то глухо, скрипело, скрежетало. Потом Семеныч занавесил одну из сторон клетки брезентом. Вскоре там за занавеской засверкали гудящие ярко-синие вспышки. Потом снова что-то гулко застучало. Проснувшись однажды утром, Кира увидела, что рядом с её клеткой пристроена такая-же  клетка. Свежеструганные доски резко и приятно пахли смолой. Она была пуста. Она была пуста еще очень долго, но однажды ночью Кира проснулась от непонятных звуков и человеческих голосов. Рядом с соседней клеткой стоял грузовик, рубиново горя в ночи стоп-сигналами. Из кузова грузовика оборудованного под клетку на колёсах был установлен переходной зарешеченный трап, ведущий в новую клетку. Посредине трапа, упираясь всеми лапами в доски, стоял лев. Два разнорабочих зоопарка встав с двух сторон от трапа и толкая льва палками под ребра пытались загнать того в клетку. Он негромко порыкивал, но идти вперед не хотел. Семеныч стоял тут же посверкивая папироской и тихонько приговаривал «Полегче, ребята, полегче!». Лев дергался от толчков палок, скалился, но упирался как мог. Кира закрыла глаза и уснула.

Разбудил ее рев льва. Тот метался по клетке и неистовствовал. Очевидно ночью удалось-таки затолкать его в клетку и теперь он бурно выражал свое недовольство. Кира грациозно перевернулась на другой бок, зевнула и снова уснула. Проснулась она от ласкового голоса Семеныча: «Вставай, соня! Уже обед принесли». Не поднимая головы, она открыла один глаз. Старик как раз пропихивал миску с мясом в клетку Киры. Вкусный запах разбудил её окончательно и вскочив она принялась за трапезу. И только поев, Кира вспомнила про н

...

конец ознакомительного фрагмента

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> 1
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации