Читать книгу "Северная сага. Чëрный Ворон"

Тщательно обыскав доступную мне часть разбитого и искореженного трюма, я обнаружил довольно много любопытных и полезных предметов.

В основном, это были личные вещи моряков, насколько я понял. Некоторые лежали в крепких кожаных мешках, пропитанных каким-то жировым составом для защиты от влаги, некоторые находились в похожих на прелатский сундучках. Всего я добыл два таких сундучка и пять мешков. Кроме личных вещей, в останках трюма покоилась часть груза корабля – кадушки с зерном, вроде – пшеницей, пара бочонков с неизвестной мне пока жидкостью, мешки и плетеные корзины с припасами. Их-то я и вскрыл в первую очередь, так как был уже нереально голоден.

Разнообразием пища средневековых моряков не отличалась, как и свежестью, естественно. В одном мешке я обнаружил сушеную рыбу, не очень крупную и похожую на треску. В другом мешке лежало вяленое мясо. Я тут же схватил кусок побольше и вгрызся в него зубами. Вполне съедобным оказалось мясо. Похоже, что оленина. Еще и хорошо просолено, чего уж я никак не ожидал. Я ведь хорошо помнил, что в древности соль была очень дорогой. Видимо, не везде или не для всех. От жажды я умереть не боялся, даже если наемся соленого. В бочонках явно что-то питьевое плескается. А на крайний случай – в лесу ручей протекает, с отличной, кстати, ключевой водичкой. Я уже попробовал ее, когда проснулся.

Продолжая жевать мясо, я влез в остальные добытые мешки. Нашел немного сухого гороха, мешок репы, лука и чеснока, а в одной из плетеных корзин оказались кочаны капусты. Кажется, даже ничего не сгнившее. Недавно, наверное, затарились продуктами. Ну, так им только Ла-Манш переплыть требовалось, а это недолго, даже на таком суденышке. Правда, не повезло. Шторм, скалы…

А не сварить ли мне нормальный супчик, раз все продукты для этого имеются? Только котелок подходящий найти надо.

С припасами я закончил, поняв, что от голода теперь точно не умру, и приступил к осмотру вещей бедных морячков. Им уже не нужно, а мне пригодится многое. Я же тут, считай, в одних портках очутился.

Нашлось много полезного – несколько пар вполне приличного вида нижних рубах и портков из тонкой шерсти, две пары широких шаровар чуть ниже колена, тканые ленты-обмотки с двумя парами бронзовых и одной парой аж серебряных крючков. Очень понравилась распашная куртка скандинавского типа, теплая и удобная, и две круглые шапочки из хорошего сукна. Одна с оторочкой мехом, а вторая – простая четырехклинка.

Обнаружились две пары крепкой, добротной обуви. Низкие, по щиколотку, ботинки и щегольские сапожки чуть ниже колена, вышитые бисером.

Как мне показалось, один из сундуков явно принадлежал не простому морячку, а знатному человеку. Может быть, капитану или хозяину судна. Вещи в нем выглядели добротнее и свежее. В этом сундучке нашелся широкий кожаный пояс, украшенный серебряными бляшками, оборудованный разными крючками и ремешками для подвешивания всякого полезного, типа кошелей, сумок и холодного оружия. Из самого оружия, правда, ничего, кроме довольно длинного скрамасакса в ножнах с бронзовой отделкой не нашлось. Но сам сакс вполне подходил под определение холодного клинкового оружия. В обухе он имел толщину почти в сантиметр, а ширину – около пяти. Длина же составляла сантиметров сорок пять. Натуральный ломик – и рубить, и резать, и колоть. Для самозащиты мне в самый раз будет. Экипировавшись трофейной одеждой и саксом, я сразу повышу свой статус. Не простолюдин, а знатный господин. Как минимум, лорд. А с учетом имеющегося у меня серебра – так даже эрл.

Пора теперь залезть в сундук прелата Луки. Что там за грамоты у него с собой для местных властителей?

Первое, что бросилось в глаза – отполированные янтарные четки с небольшим изящным крестиком. А крестик-то не простой, а золотой. Даже представить не возьмусь, сколько это произведение искусства стоит. Очень дорого. Вот так монах! Хотя, неудивительно. Не зря же он легатом самого Папы Римского назвался. Четки соответствуют положению.

Что дальше? Дальше в сундучке лежали две длинные льняные камизы99
  Камиза – простая льняная рубаха, похожая на современную сорочку.


[Закрыть],

шерстяная альба1010
  Альба – длинное одеяние католических священников.


[Закрыть], еще какая-то одежда, типа сутаны, название которой я не помнил, и две пары кожаных сандалий с крепкими ремешками. Все очень качественное, хоть и выглядящее просто, как и должно выглядеть у нормального служителя Божьего.

На дне лежал большой вощеный кожаный мешок, плотно завязанный шнурком. Я развязал его и заглянул внутрь. Так. Несколько свитков, скрепленных свинцовыми печатями. Потом посмотрю. Три увесистых кошеля. Вот это интереснее. Развязал и их. Два оказались с серебряными денариями, а один, поменьше, с золотыми безантами1111
  Безант – европейское название византийской золотой монеты – солида, примерно 3,5 г весом.


[Закрыть].

Я протер глаза, стараясь поверить в то, что вижу. Безанты, естественно, были византийской чеканки. Я пересчитал их. Ровно пятьдесят штук. Огромное богатство.

Мне стало страшно. За такое ведь убьют сразу! Угораздило же Горазда так вляпаться…

***

Завис я надолго. Глупо ухмыляясь, пялился в кошель с золотом и пускал в него слюни. Потом взял себя в руки, встряхнулся, убрал кошель обратно в мешок, затянув его, как было, шнурком. Надо подумать, что делать дальше. Очень серьезно подумать. И хорошо бы убраться отсюда подальше, пока меня тут никто не видел.

Но сначала следует предать земле усопшего прелата Луку. Заодно и следы моего пребывания здесь замести. Наверное, лучше будет, если никто не узнает о нашей встрече с легатом. Такое, пока что, мое мнение. Если я действительно в средневековье, то тут и за меньшие знания и ценности убить могут. Цена человеческой жизни – медный грош. Я пока что никто и звать меня никак, заступников не имею. Пришибут и имени не спросят.

Все найденные вещи я оттащил за несколько ходок в свое импровизированное убежище, где ранее переночевал. Забрал все. И сундучки с имуществом, и мешки с припасами, и топор с деревянной лопатой, окованной железом, и медные котелки, которые все же нашлись в останках корабельного трюма. Будет в чем пищу сварить.

Теперь настало время несчастного Луки. Я выкопал яму в песке на границе пляжа и перетащил туда тело. Осторожно положил монаха в яму и засыпал песком. Вспомнив слова молитвы на латыни, я прочитал «Отче наш» над могилой, постоял немного, отдавая дань памяти усопшему, и с чистой совестью отправился в свой лагерь.

За хлопотами прошел целый день и начало темнеть. Повезло, что дождь не шел, хотя небо так и было затянуто низкими темными облаками.

Я собрал несколько больших охапок хвороста, которого в лесу нашлось в изобилии, и зажег костер. Неподалеку от лагеря протекал ручеек с чистой, на первый взгляд водой, которую я набрал в имеющиеся котелки. Спустя час, над костерком уже булькал супчик из вяленого мяса, овощей и зерна. Питательно и вкусно должно получиться.

К моей великой радости, в одном из небольших бочонков оказалось вполне приличное пиво, которое я потихоньку и попивал, пока варилась похлебка.

Вскоре я плотно поел горячего варева и принялся думать, лениво ковыряя заостренной палочкой в зубах.

К людям выходить все равно придется, я же не дикарь какой-то, чтобы в лесу жить. Раз уж попал (надо подтвердить сначала!), то следует вливаться в общество. Причем, желательно, не простолюдином или бесправным рабом, а благородным человеком. С имеющимся серебром и золотом можно лордом заделаться, а то и целым эрлом. Но проблема в том, что я один. А золото в одиночку сохранить не удастся – отберут. И хорошо, если в живых оставят, что, кстати, вряд ли. Прирежут и все. Поэтому светить богатством точно нельзя. Одежда хорошая у меня теперь есть, как и обувь. Есть и какое-никакое оружие – скрамасакс. Желателен, конечно, меч, но его, к моему сожалению, не имеется. Не страшно, меч я куплю или как-нибудь добуду. Кольчугу или другой доспех – тоже. В любом случае, мой внешний вид уже говорит о том, что я – человек свободный, небедный, из благородных. От этого и будем отталкиваться.

Где-то неподалеку, как я понял прелата, находится монастырь. Наверное, все же, туда и стоит отправиться для начала. Представлюсь каким-нибудь лордом из… Франции, например. Скажу, что плыл на торговом судне, но попал в кораблекрушение. Чудом выжил. Попрошу приюта ненадолго, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок. Думаю, что монахи не откажут несчастному путнику. Поживу в монастыре немного, осмотрюсь, пойму, как люди тут живут, а дальше решу, что делать.

Нормальный план? Кажется, да. С этими мыслями и сытым желудком я уснул, завернувшись в теплый шерстяной плащ, найденный в вещах неизвестного моряка.

Глава 3.

Утром я собрал нужные вещи и припасы в два крепких мешка, которые можно взвалить на плечи и довольно удобно нести. Оставшееся имущество я решил закопать здесь же, неподалеку от лагеря. Бо́льшую часть монет тоже прикопал под приметным дубом, срезав аккуратно дерн и уложив сокровище на глубину в полметра. Слишком рискованно тащить все с собой. Если ограбят в пути, то хоть малую часть потеряю, а потом можно будет вернуться и выкопать оставшиеся деньги. Если нормально устроюсь, то вернусь и заберу все обязательно. А если сгину, то археологам будущего – удачи в поисках.

Взял серебра немного, на несколько скандинавских марок1212
  Скандинавская марка – около 200 г серебра.


[Закрыть] в кожаном кошеле, да пять золотых безантов в подкладку пояса зашил. Пусть будет, пригодится.

Письма Папы Пасхалия, кстати, я оставил вместе с монетами, так и не прочитав. Как-то неудобно, что ли, чужие опечатанные послания вскрывать… Решил, что прочитаю, когда вернусь за деньгами. А пока, меньше знаешь – лучше спишь.

Позавтракал остатками вчерашнего супа, огляделся по сторонам, чтобы ничего не забыть в лагере, и кивнул – готов! Взвалил мешки на плечи и бодро потопал вдоль берега, не углубляясь в лес. И идти по ровной местности легче, и заблудиться труднее. А берегом по-любому к какому-нибудь поселению выйду.

И действительно, примерно к полудню показалась деревенька, раскинувшаяся на высоком пригорке. Похоже, что деревня рыбацкая, если судить по нескольким лодкам на песке и развешанным на жердинах для просушки рыболовным сетям. Возле лодок копошилось человек десять. Еще трое чинили сети.

Я направился прямиком к людям. Завидев меня, рыбаки побросали свои занятия. Когда до них мне оставалось метров пятнадцать, люди синхронно поклонились и уставились в землю, так и не разгибаясь.

– Мне нужно отобедать и переночевать! – начал я вместо приветствия. – Здесь есть приличная харчевня или постоялый двор?

А сам в это время подумал, что все-таки я реально в прошлое попал. Кланяющиеся рыбаки тому очередное подтверждение.

– В деревне нету постоялого двора, милорд! – наконец ответил мне седой мужик, самый старший из всех. – Но остановиться можно в доме нашего тэна1313
  Тэн – дворянский титул в Англии, военно-служилый человек, управляющий земельным наделом, полученным от короля. Прообраз рыцаря.


[Закрыть] Годвина. Это рядом с церковью, я провожу твою милость!

Я благодарно кивнул. Что ж, вполне доброжелательно пока все.

Рыбак торопливо посеменил наверх, к деревушке. Я поспешил за ним, рассматривая все вокруг. Над всеми домиками селения возвышалось строение с крестом на верхушке острой крыши – местная церковь.

Селение оказалось немаленьким. Имелась даже деревянная крепостица, окруженная частоколом и имевшая башенки по углам. Ее ворота сейчас были распахнуты настежь. Перед воротами раскинулась небольшая площадь, по-видимому, центральная. На ней стояла и церковь. К воротам крепостицы и повел меня старый рыбак. Прямо в руки местной власти! Может зря я на постой попросился?

Я продолжал рассматривать все по пути. Люди на меня косились, но не удивленно и даже не очень любопытно. Ну, появился чужак, и что? Ничего, собственно, интересного. Это значит, что выгляжу я привычно и не выбиваюсь из мировоззрения местных жителей.

Домишки вокруг выглядели достаточно убого. Низенькие, небольшие строения из дерева и соломы, кое-где огороженные плетнем. Рядом разбросаны сарайчики, загоны для скота, какие-то кладовочки-пристройки. Все серенькое и кривенькое. Не процветает деревня, явно. Коровенки мелкие, овцы и козы грязные, пестрые тощие курицы с такими же худыми гусями бегают по узким улочкам. Люди тоже, в основном, выглядят измученно. Блеклые какие-то все, выцветшие, как будто. Одежда на людях совсем простая – рубахи с портками, да платья. В основном, не крашеные. Цветных красок совсем мало – только на паре встречных пояса, синий и зеленый, увидел. Эти же двое в обуви были. Остальные все – босиком. Рабы, похоже. И взгляд прячут, меня завидев. Точно, рабы. Даже рыбаки получше выглядели. Особенно тот, что меня ведет. Он более уверенный. Наверное, старшина рыбацкой артели.

Мы подошли к воротам крепостицы. В них торчали двое детин в кожаных нагрудниках, типа жилетов, изображающих доспехи. В руках они держали копья с длинными металлическими наконечниками. На голове у парней красовались кожаные колпаки, заменяющие шлемы. Местные воины.

– Вот, – сказал старый рыбак воинам, стянув с головы вязаную серую шапку. – Стало быть, к тэну Годвину лорд пришел!

Он кивнул на меня и отступил, пропуская вперед. Я сделал шаг и остановился перед вояками, гордо положив руку на рукоять сакса.

– Я – лорд Серж де Абиль1414
  Абиль – от фр. habile – искусный.


[Закрыть]! – представился я вымышленным франкским именем. – К тэну Годвину!

– А? – выпучил на меня глаза один из детин.

Второй просто открыл рот и тупо смотрел.

– К тэну, говорю, проводи меня, керл1515
  Керл – свободный земледелец-крестьянин. Здесь – ополченец, младший дружинник.


[Закрыть]! – я слегка притопнул ногой в вышитом бисером сапожке.

– А? – снова спросил вояка.

Теперь они оба уставились на мои сапоги. Только слюни еще не пустили.

Я обернулся к рыбаку.

– Они говорить не умеют? – спросил я старика, ткнув пальцем в сторону детин. – Или болезные?

Рыбак пожал плечами и не ответил. Но в глазах его сверкнул озорной огонек, он оценил мой юмор и явно согласился с определением «болезные».

– Оглох, солдат?! К тэну меня отведи! – гаркнул я. – Шевелись!

– А-а-а! К тэну? – наконец дошло до стражника. – Пошли!

Первый воин развернулся и потопал в крепость. Второй посторонился, пропуская меня. С его оттопыренной нижней губы все-таки закапала слюна.

За частоколом моему взору открылся высокий трехэтажный дом, заменяющий здесь донжон. Тоже деревянный. И прилично одетый человек у его дверей. С мечом на поясе, кстати. Тэн Годвин, надо полагать. На нем даже кольчуга имеется, до середины бедра и с длинными рукавами. Хорошая кольчуга. Голову с вьющимися волосами покрывает круглая шапочка, украшенная серебряной вышивкой.

Я решительно отодвинул дебиловатого вояку плечом, слегка кивнул головой, приветствуя хозяина, и произнес:

– Лорд Серж де Абиль из королевства франков. Следую в Линдисфарнский монастырь к епископу Эгберту. Мой корабль разбился у берегов Нортумбрии, спасся только я один. Прошу приютить меня, лорд Годвин, на пару дней! Готов заплатить. Мне нужно отдохнуть и привести себя в порядок!

Тэн пристально посмотрел на меня, подумал немного, и ответил:

– Я – тэн Годвин, здешний хозяин и представитель власти короля Нортумбрии Энреда, первого этого имени. Добро пожаловать, лорд Серж! Денег не надо, будь моим гостем!

– Э-э-э, тэн Годвин! – подал голос вояка. – Так что с этим делать? Куды его?

Это он про меня спросил.

Тэн вздохнул и ответил:

– Уйди к воротам, Уилл, дальше я сам разберусь!

Уилл шмыгнул носом и потопал обратно, волоча свое копье по земле.

– Керлов не хватает, приходится использовать в карауле фирд1616
  Фирд – национальное ополчение из свободных землевладельцев-крестьян.


[Закрыть]… – пожаловался мне тэн. – А эти двое – так совсем дебилы…

Годвин снова вздохнул.

– Пройдем внутрь, лорд, там накроют стол! Расскажешь, кто ты и откуда прибыл!

– Благодарю, тэн Годвин! С радостью воспользуюсь твоей добротой. Я устал с дороги и хочу есть.

На самом деле, стол в просторном зале был уже почти накрыт. Похоже, что тэн как раз собирался отобедать. К нам присоединились еще несколько человек. Годвин представил их мне как своих десятников Оффу и Хэтферта, а также ректора1717
  Ректор – здесь – настоятель католического прихода.


[Закрыть] Аббона, настоятеля прихода. Еще двое были именно теми людьми с цветными поясами, которых я уже видел в деревне. Они оказались уважаемыми жителями селения, свободными керлами-землевладельцами, с именами Дживс и Вустер. Чуть позже к обеду присоединились жены всех присутствующих. Их мне тоже представили, но я запомнил только имя жены тэна, страшненькой, тощей и высушенной дамы с лошадиным лицом. Ее звали Осгит. Остальные женушки уважаемых людей выглядели еще страшнее. Мне стало очень печально. Если тут все женщины напоминают чучела крокодилов из захудалого краеведческого музея, то это прескверно.

Обед хотя бы смягчил мои расстроенные чувства. Подали зайца в вине, приготовленного методом томления, очень нежного, тающего во рту. Гарниром шли разные тушеные овощи и каша, щедро сдобренная маслом. Вторым блюдом принесли жареных гусей и перепелок, тоже очень недурных. Сыр нескольких сортов мне тоже понравился. И свежий хлеб. Запивать это изобилие предложили легким вином или насыщенным плотным элем. Ну, хоть с едой и питьем у них все хорошо!

– Расскажи нам, лорд Серж, о себе! Как ты здесь оказался? – спросил меня тэн после первой чаши вина. – Не часто у нас гости появляются!

И я начал врать. Всю свою историю я придумал, пока шел вдоль берега, оттачивая ее в своем уме.

– Как я уже сказал, зовут меня Серж де Абиль. Я шевалье короля Людовика, первого этого имени, которого еще зовут Благочестивым. В Нортумбрию прибыл с важной миссией к епископу Линдисфарнского монастыря. По поручению епископа Утрехтского Фредерика.

Я многозначительно посмотрел на ректора Аббона, как будто бы он должен понимать, о чем я толкую. Его преподобие покивал мне в ответ с умным видом.

– Я слышал о Его Преосвященстве и читал его труды… – начал было Аббон, но я его перебил.

– Твое преподобие, ты знаком с ним лично?

– Нет, такой чести я не удостоился… – ректор недовольно поджал толстые губы.

– Я расскажу ему о тебе. Его святость должен знать, какие праведные служители Господа имеются в Нортумбрии!

Праведности в толстопузом, как колобок, и красноносом, как заправский алкоголик, священнике не было ни на грош. Скорее, наоборот, я поверил бы в то, что Аббон предается всем грехам одновременно. Но моя лесть и обещание рассказать о нем Фредерику Утрехтскому сразу же расположили настоятеля ко мне, чего я и добивался. Союзники не помешают, особенно сейчас, когда я врал напропалую. Мало того, тэн тоже расслабился, услышав, что я говорю об известных его священнику людях.

Дальше было проще. Я наплел с три короба о своей секретной миссии, намекнув, что она как-то связана с норманнами, которые вовсю уже начали грабить побережье франкской Фризии и скоро, по слухам, доберутся и досюда. Более эту тему я развивать не стал, предоставив право тэну и его приближенным додумать самим. Тем более, что о зверских набегах викингов они уже были наслышаны – Линдисфарнский монастырь подвергся нападению и разграблению не так давно, всего около тридцати лет назад. В памяти еще живы воспоминания об этом. И набеги на побережье периодически происходили снова и снова.

Разговоры плавно перешли на стычки с норманнами, потом на оружие и доспехи. Я подвел тэна к тому, чтобы он рассказал о собственной дружине. Это оказалось его больной темой. С дружиной у Годвина все было не очень.

Профессиональных воинов у тэна оказалось всего пятеро. Он сам, два десятника – Оффа и Хэтферт, и еще двое старших гвардейцев, патрулирующих сейчас побережье на вверенной территории. Еще десяток – обученные некоторым азам воинского искусства керлы. Они как раз в патруле. И полтора десятка болванов, типа тех двоих, что стояли на воротах. Эти сейчас на защите поселения.

Такой контингент и огорчал больше всего Годвина, который прекрасно осознавал, что в случае нападения врагов шансов у него нет. Не отобьются.

– С Божьей помощью, спасемся! – увещевал преподобный Аббон.

– Много Господь помог Линдисфарну, когда пришли северные дьяволы! – проворчал тэн.

Я, если честно, разделял его точку зрения. С такими, как те дебилы на воротах, отбиться не получится. Хорошо, если они друг друга своими копьями не поранят.

– А что, имеются сведения о норманнах? – невинно поинтересовался я.

– В том-то и дело, что имеются! – рявкнул уже хорошо подвыпивший Годвин. – Видели их корабли на границе с Мерсией1818
  Мерсия – одно из англо-саксонских королевств на западе центральной Англии, граничащее с Нортумбрией.


[Закрыть], у побережья, направляющиеся в нашу сторону. Поэтому я и отправил патруль! В бой я им приказал не вступать, если встретят норманнов, а сразу скакать сюда, чтобы занять оборону! Но патруль должен был вернуться еще вчера. И где они шляются?

Вопрос был риторический, Годвин не ждал ни от кого ответа.

Я все-таки счел нужным немного успокоить тэна.

– Два дня назад на море был зверский шторм. Мой корабль утонул, разбившись о скалы. Я думаю, что если норманны и появлялись у берегов Нортумбрии, то их постигла та же участь. Никто не выжил бы в таком аду! Меня спасло только чудо и настоящая вера в Господа!

Я уже тоже хорошо выпил, поэтому болтал то, что приходит в голову. Однако, и тэн, и ректор со мной согласились.

– Ты прав, лорд! Шторм был очень сильным! – Годвин еще выпил и совсем окосел. – Пора спать…

Он упал лицом в блюдо с недоеденным гусем и громко захрапел. Слуги бережно взяли своего господина на руки и вынесли из зала.

– Завтра мы поговорим с тобой подробнее, сын мой! Хочу узнать побольше о епископе Фредерике! – сказал мне на прощание ректор и направился к выходу.

Меня слуги проводили в отведенное для ночлега помещение – небольшую комнатушку с топчаном, застеленном овечьими шкурами. Как бы вшей тут не подцепить…

Глава 4.

Проснулся я задолго до рассвета. То ли выспался, то ли что-то беспокоило. Возможно, духота, а возможно и блохи, копошившиеся все же в шкурах на топчане. Я выпил холодненького эля из кувшина, заботливо оставленного в комнатке слугами, оделся и решил прогуляться по крепостице, подышать свежим воздухом. Может, нагуляю сон снова.

Было еще совсем темно, когда я выбрался на улицу. Пройдя по маленькой площади перед входом в донжон, я оказался у закрытых на массивный засов ворот. Дежурили там двое новеньких, не те дуболомы, что встречали меня вчера. Выглядели они, конечно, почти так же – те же кожаные жилеты и колпаки, те же копья. Но у этих хотя бы взгляд был более осмысленным.

– Как служба идет? – спросил я, чтобы завязать разговор. – Смена когда?

– Служба спокойная, милорд! А сменят нас утром.

– Тэн Годвин платит хорошо?

– На пропитание хватает. И доспехи с оружием не за наш счет. Так что жаловаться нам – грех.

– Я поднимусь на башню, подышу там свежим воздухом, – сообщил я.

Стражники кивнули.

Я влез по хлипкой лесенке, грубо сколоченной из неотесанных жердин, на вышку. Она представляла собой площадку полтора на полтора метра, огороженную по периметру кольями в три дюйма толщиной, и имела навес из тех же кольев. Просто, дешево и эффективно для защиты от стрел и копий. Осадные орудия, швыряющие камни, такое сооружение вряд ли выдержит, но с такими машинами нападения не предвидится. Так что вполне себе защита.

Сверху открывался великолепный вид на маленькую территорию крепостицы, освещенную в нескольких местах горящими факелами. Конюшня, сараи, казарма, кажется. Ничего интересного. Я развернулся в сторону деревни. Где-то за ней шумело море, которое из-за полной темноты разглядеть сейчас не удавалось. Деревенька тоже не особо просматривалась. Так, лишь смутные очертания домишек, да пара слабых огоньков. Кто-то не спит, наверное, там. Воздух был удивительно хорош. Свежий и вкусный, щедро сдобренный солоноватым морским бризом. Я вдохнул полной грудью и закрыл глаза, прислушиваясь к далекому шуму волн, разбивающихся о скалы. Красота!

Внезапно мне послышался странный звук. Как будто топор мясника врубился в коровью тушу. Чавк! И сразу после этого – слабый вскрик. Не понял. Что это? Я присмотрелся в ту сторону, откуда услышал странные звуки. И в темноте вдруг заметил быстро двигающиеся по направлению к крепостице тени. Они бежали молча, прямо по двум улочкам деревни, ведущим к главной площади. Это люди бегут, причем с оружием в руках! Я отчетливо увидел несколько длинных копий. Враги? Однозначно, да! Кто же еще, скрываясь в ночи, будет бегать с оружием!

– Тревога! – заорал я изо всех сил. – Враг у ворот! Норманны!

Почему я решил, что это именно норманны, не знаю. Просто вспомнил наш разговор с тэном за столом и заорал.

На соседней вышке встрепенулся стражник. Оказывается, он там был, но спал на посту.

– Тревога! – подхватил он. – Враги в деревне!

Ага, тоже разглядел.

А враги, услышав, что их заметили и уже не скрываясь, громко заревели от досады и ускорились, размахивая оружием.

Я скатился с вышки по лестнице и оказался на парапете, устроенном по периметру частокола для защитников крепости.

Все, что я успел дальше – так это только выхватить скрамасакс, потому что через частокол уже перелез первый бородатый противник в круглом железном шлеме с наносником и замахнулся на меня топором. Парировать такой мощный удар я, конечно же, не собирался, а увернулся, уйдя немного вниз и в сторону, и снизу же ткнул саксом под железную юбку кольчуги, в которую оказался облачен враг. И тут же выдернул клинок. Все произошло машинально, я даже не задумывался над тем, что делаю. Организм сам сработал, опережая мозг. Меня хотели убить – я увернулся и ответил.

Враг захрипел, грузно осел на настил, а потом завалился набок, не подавая уже признаков жизни. Но рассмотреть поверженного противника мне не дали. Над частоколом показалась оскаленная рожа нового врага. Дожидаться, пока он перелезет на парапет, я не стал. Подхватил из рук первого противника топор и со всех сил ударил обухом по голове лезущего. Раздался звон, так как нападающий тоже имел шлем, но уже с полумаской-очками, и враг, закатив глаза, скрылся из виду, свалившись вниз.

На парапете появились несколько солдат и сам тэн Годвин. Увидев меня с топором и окровавленным саксом в руках, он кивнул и радостно оскалился, изобразив улыбку. Годвин держал в руках меч и круглый щит, да и доспехи успел нацепить. Молодец, настоящий вояка!

Дальше разглядывать окружающих времени не осталось – враги полезли к нам всей толпой, размахивая острым оружием. И да, это были норманны. Они перекрикивались между собой на знакомом мне языке, древнескандинавском, подбадривая друг друга, сквернословя и призывая в помощь своих богов.

Тэн привел с собой десятка полтора, и мы довольно успешно отразили первую атаку, положив немало противников. Лично мне, помимо первых двух, пришлось сразиться еще с парочкой, и я снова победил. Одного я сбил с частокола точно также, как и того, в очковом шлеме, а второму вонзил скрамасакс в горло, обляпавшись его брызнувшей кровью с головы до ног.

Наступила короткая передышка. Я повалился на настил парапета, пытаясь отдышаться. Тэн подошел ко мне и заговорил:

– Спасибо за помощь, лорд Серж! Если бы не ты, нас уже дорезали бы в наших постелях!

– Не стоит благодарности, тэн Годвин! Что дальше? Мы ведь не всех убили!

– Они получили по зубам, поэтому сюда больше не полезут. Сейчас начнут грабить деревню и захватят рабов. А потом, скорее всего, уйдут. Надо ждать!

– Ты так спокойно говоришь об этом? – спросил я удивленно. – Это же твои люди, считай, что тебя грабят!

– А что я могу сделать?! – злобно ответил Годвин. – Ты видел моих дружинников, с ними я не смогу собрать строй и ударить по норманнам! Норманны же своей стеной щитов разобьют нас в один миг!

– Где ты видишь строй норманнов, тэн? – я выглянул через частокол, осмотрелся и продолжил. – Они разбились на маленькие группы в два-три человека и разбежались по дворам.

– И что ты предлагаешь? – с интересом спросил Годвин.

– Сколько у тебя по-настоящему обученных людей?

– Со мной – трое. Я же говорил тебе.

– А со мной уже четверо! Если ты дашь мне кольчугу и меч, то я присоединюсь, и мы сможем тихо спуститься вниз и пройти по деревне, вырезая все мелкие группы норманнов, встретившиеся по пути. Мы и так уже не меньше половины их хирда1919
  Хирд – дружина у викингов.


[Закрыть] перебили! Решайся, тэн!

Годвин задумался ненадолго.

– Что ж, из этого может что-то получиться! А кольчугу и шлем возьми вон у этого! И меч у него имеется, тоже бери!

Тэн указал на труп норманна, лежащий неподалеку на настиле. И как я его раньше не заметил? Я принялся стягивать с тела кольчугу. На помощь мне пришел один из десятников, Оффа, и вместе мы справились гораздо быстрее. Облачившись в доспех и натянув на голову шлем со стрелкой, я попрыгал, чтобы кольчуга обвисла по телу, и посмотрел на трофейный меч. Ничего, вроде бы, такой. Довольно легкий и с удобной рукоятью, обтянутой кожей. В руке сидит отлично.

– Я готов! – сообщил я тэну.

В деревне, тем временем, развивались трагические события. Оттуда доносились крики, стоны и мольбы несчастных, а также рев глоток викингов, дорвавшихся до добычи. Церковь, кажется, тоже грабили, судя по огням, скачущим в темноте. Совсем обнаглели, с факелами бегают по деревне, не боятся ничего.

– А твои керлы умеют стрелять из луков? – поинтересовался я у тэна.

Я видел, что луки у дружинников имеются.

– Только это, наверное, и умеют!

– Пусть тогда стреляют хотя бы в сторону огоньков. Чем больше суеты будет, тем нам легче!

Годвин кивнул и отдал приказ.

А мы тихонько сбросили веревку с частокола и спустились по ней к воротам. Мы – это Годвин, Оффа, Хэтферт и я. Очень осторожно, чтобы не звякнуть ненароком оружием, мы двинулись через центральную площадь в сторону домишек, откуда раздавался шум.

Искать никого даже не пришлось. Враг сам вышел на нас. Трое бородачей, тащивших на своих плечах мешки с пожитками ограбленных крестьян. Так много награбили, что даже в руках какие-то корзины тащили. Жадность стоила всем троим жизни – оружие они достать не успели, так и умерли среди рассыпавшейся из корзин репы с капустой.

Следующая двойка выскочила на нас в соседнем дворике. Они закончили потрошить домишко рыбака, судя по развешанным везде сетям и связкам сушеной рыбы, и, довольные, вылезли во двор. А тут я. Одного сразу зарубил, махнув ему мечом по непокрытой голове, а со вторым пришлось повозиться. Он оказался довольно умелым фехтовальщиком, и успешно отбивался от моих ударов пару минут. Но я двинул ему сапогом между ног, чего норманн никак не ожидал, и, когда тот согнулся от боли, добил ударом клинка по затылку.

Тэн одобрительно крякнул. Все это время троица вояк, оказывается, за мной наблюдала.

Так и прошли мы по деревеньке, прикончив еще несколько маленьких групп викингов, пока они не сообразили, что происходит что-то странное. Их хевдинг2020
  Хевдинг – вождь у викингов.


[Закрыть] протрубил сбор, и нам пришлось отступить к частоколу. Поднявшись по веревке наверх, мы увидели, как викинги сбились в кучу на площади, собрав строй. На первый взгляд, было их сейчас от силы человек пятнадцать, не больше. Представляю, как расстроился их вождь, сообразив, сколько людей он потерял сегодня.