Читать книгу "Осколки нашего лета"

– В «Черноморском?» – уточнила Вита.

– А ты знаешь другие ДК в нашем захолустье? – невесело усмехнулся Дамир. – Забавно, да? Всё возвращается на круги своя… Когда-то я бегал туда на занятия в танцевальном кружке, а теперь сам преподаю детям хореографию.

– Ну и как? Тебе нравится? – поинтересовалась она без тени иронии.

– Ты знаешь, это удивительно, но – да, – заявил он, тряхнув волосами. – Танцы – единственное, что я умею делать более-менее сносно, и единственное, чему я могу научить других…

– Ну, не прибедняйся – «сносно», – покачала головой Вита. – Ты крутой танцор.

Он шутливо пихнул её в бок:

– Ты просто давно не видела меня в деле.

– Так продемонстрируй мне, на что ты способен! – заявила Вита, откидываясь на подушку и выжидающе складывая руки на груди.

– Здесь? Сейчас? – Дамир явно смутился.

– Здесь и сейчас, – невозмутимо подтвердила она. – А что такого? Раньше ни место, ни время тебя не останавливали. Станцуй для меня!

– Ну… ладно, – он всё ещё выглядел несколько озадаченным. – И что тебе станцевать?

Она величественно махнула рукой:

– Да что хочешь. Хоть импровизацию, хоть старую заготовку.

Дамир вытащил из кармана джинсов телефон и, разблокировав экран, принялся придирчиво изучать свой плейлист. Наконец, удовлетворённо кивнув самому себе, выбрал какой-то трек и включил его.

Вита узнала мелодию с первых же нот. Чувственный, тягучий вокализ Фиби Бриджерс под грустные переборы электрогитары… а затем – завораживающий мужской голос, поющий о том, что он – не единственный странник, который не заплатил по счетам.

«The Night We Met» – «Ночь, когда мы встретились».44
  Песня американской инди-рок-группы «Lord Huron», исполненная совместно с фолк-исполнительницей Фиби Бриджерс. Здесь есть небольшая авторская вольность: песня была записана в 2017 году, а герои книги впервые танцевали под неё в 2013-м. Понять, простить:)


[Закрыть]

Песня, под которую они танцевали медляк с Дамиром в лагере.

Тем самым летом…

Глава 18. Хочу танцевать с тобой

Каждый танец Дамира был целой захватывающей историей, которую он рассказывал без слов – только движениями, отшлифованными его чарующей, совершенно гипнотической пластикой. Вот и сейчас Вита замерла в знакомом и сладком предвкушении новой истории. О чём она будет?..

Дамир сел на пол, обхватив колени руками и опустив голову – так, что длинная светлая чёлка упала ему на лицо, скрывая глаза, будто занавесом. А затем, опираясь на одну руку, он вдруг резко оттолкнулся от пола, словно собираясь взлететь – и снова обессиленно рухнул.

Приподнявшись и упираясь ладонями в пол, Дамир сделал оборот вокруг собственной оси и уселся в шпагат. Руки тем временем взмыли вверх, извиваясь, точно змеи.

I’ve been searching for a trail to follow again

Take me back to the night we met…

«Я искал след, чтобы снова по нему пойти и вернуться в ту ночь, когда мы встретились…»

Прыжок… падение… ещё прыжок… затем Дамир прогнулся в спине до самого пола и, перевернувшись через голову, вскочил на ноги. Ему не мешала мебель в комнате, он даже не смотрел по сторонам, но безошибочно лавировал и двигался так точно, что не сбил ни одного предмета, ничего не задел. Вита не раз думала, что, если поставить Дамира на горлышко бутылки – он станцует так чисто и безупречно, что все обалдеют, а бутылка при этом даже не шелохнётся.

Дамир стоял сейчас к ней спиной – и вдруг, резко развернувшись, протянул руку, словно приглашая на танец.

– Я? – растерялась Вита. – Нет, Дам, я…

Но он уже сделал шаг, ухватился за её ладонь и рывком поднял с кровати. На миг прижавшись к ней, он вдруг закрутил её чуть ли не в штопор – Вита даже ахнула от неожиданности, но Дамир уже снова притянул её к себе, и она с облегчением рухнула ему на грудь, поддерживаемая сильными руками. Он обнял её за талию, а она судорожно вцепилась в его плечи, словно опасаясь нового рискованного па… но нет, теперь они просто плавно покачивались в такт мелодии. Дамир, разгорячённый танцем, часто дышал. Вита ощущала, как вздымается его грудная клетка, и чувствовала на своём лице его опаляющее дыхание.

– Халтуришь, – выдохнула она с нервным смешком, чтобы скрыть волнение. – Разве честно прибегать к «помощи зала»?

– На самом деле, я просто хотел с тобой потанцевать, – обезоруживающе улыбнулся он. Густая чёлка снова упала ему на глаза, Виту так и подмывало сдвинуть её в сторону, а потом задержать свою руку на его лице, почувствовать кончиками пальцев гладкость чисто выбритых щёк…

Её ладони обессиленно сползли вниз по рукавам его футболки – и, коснувшись обнажённых предплечий, ощутили почти ожог, настолько горячей была его кожа. А может, ей так показалось потому, что её саму колотило, словно в ознобе?..

Дамир тоже обратил на это внимание.

– Тебе холодно? – обеспокоенно спросил он.

Вита молча покачала головой, не надеясь на свой голос, и спрятала лицо у него на груди. Как же хорошо иметь друга, которого можно вот так просто обнять – и это ни у кого не вызовет ненужных вопросов и подозрений. Как хорошо – и как горько… горько именно потому, что это ни у кого не вызовет подозрений. Никто даже не догадается о её мелком читерстве, в том числе и сам Дамир… И сегодня она жульничала точно так же, как одиннадцать лет назад – украдкой урывая себе прикосновения, объятия, иные касания почти на грани, но официально именуемые вполне «дружескими».

Однако сейчас Вита явно переоценила свои возможности. От близости его тела, такого сильного, красивого и, как оказалось, желанного, внизу живота медленно разливалась тягучая медовая сладость, и она испугалась, что сейчас совершит что-нибудь непоправимое: например, потянется к его губам своими – голодными, нетерпеливыми…

Резко отстранившись, она отступила на безопасное расстояние и тут же села на кровать, притворяясь, что у неё закружилась голова.

– Я устала, Дам, – беспомощно выдохнула она, обхватив себя руками, и это было почти правдой. Полуправдой. – Я ведь только сегодня приехала. Столько, не побоюсь этого слова, потрясений всего за один день… У меня башка сейчас взорвётся. К тому же, уже поздно.

– Прости, я идиот, – смутился он. – Просто не подумал. Как узнал, что ты здесь – сразу же к тебе помчался, на время даже не посмотрел. Я вообще ни о чём не думал, кроме того, что сейчас увижу тебя…

Вита благодарно улыбнулась ему.

– Но завтра же мы увидимся? – с такой надеждой спросил он, что у неё снова сладко кольнуло в сердце.

– Конечно, – кивнула она с нарочитой небрежностью, хотя на самом-то деле ей сейчас хотелось инфантильно завизжать от радости. – Почему нет.

– Хочешь, встретим вместе рассвет на Русалочьем берегу? Вдвоём, как раньше…

Это был ещё один запрещённый приём, от которого у Виты тут же защипало в носу.

– Хорошо, – с заминкой всё-таки согласилась она. – Я… заведу будильник.

– Договорились, – он стоял и смотрел на неё с улыбкой – прямо, открыто, без тени стеснения и замешательства, для него в этой ситуации не было ничего двусмысленного или недосказанного. А что тут в принципе может быть двусмысленного? Просто два старых закадычных друга идут смотреть на дельфинов, как всегда делали это прежде, только и всего.

– Тогда я зайду за тобой в четыре часа утра. До завтра… точнее, уже до сегодня, – он наклонился и звонко чмокнул её в макушку, от чего у неё по всему телу фонтаном брызнули мурашки.

– Спокойной ночи, Дам, – выдавила она из себя, пытаясь улыбнуться в ответ. – Увидимся.

– Спокойной ночи, Хома.

Собственно, спать осталось всего пару часов, да Вита и не была уверена, что в принципе сумеет заснуть… после всего.

Едва Дамир ушёл, она рухнула лицом в подушку, чувствуя, как предательски горят щёки. Чёрт бы тебя побрал, Нигматулин!.. Наивно было верить в то, что за одиннадцать лет всё прошло, испарилось без следа. Стоило ей увидеть его, поговорить с ним, коснуться его – и она снова ощутила себя несчастной влюблённой дурой.

Безответно влюблённой дурой…

А теперь, когда он так повзрослел и возмужал, она не могла не думать о нём в новом контексте. Её по-прежнему влекло к нему, но иначе, чем раньше – не просто как влюблённую девчонку, а как женщину. Короче, приехали: вместо того, чтобы избавиться от своего детского увлечения, Вита поняла, что стало ещё хуже – теперь Дамир привлекает её ещё и как сексуальный объект. Что она хочет его… как мужчину.

И, понятия не имея, что с этим делать и как теперь жить, только ещё больше запутавшись, Вита заревела.

Глава 19. Я еду в лагерь вместе с вами!

Одиннадцать лет назад

Подъём на Грозовую башню, да ещё и в разгар полуденной жары, всех порядком утомил. Впрочем, Дарина в итоге осталась ужасно довольна открывающимся сверху видом, и, глядя на её счастливое лицо, Дамир тоже сиял.

Смотровая площадка была опоясана по периметру невысокими перилами, сделанными уже в современности – ради безопасности туристов и праздношатающихся местных жителей. Но слишком надёжными перила всё-таки не выглядели, поэтому приближаться к краю было страшновато.

По одну сторону башни возвышалась гора Медведица, внизу же протянулся скалистый овраг, такой глубокий, что невозможно было увидеть дно. С другой стороны башни открывался прекрасный вид на реку Южанку, а чуть дальше можно было разглядеть место, где она сливается с морем. На другом берегу реки виднелась россыпь крошечных домиков, глаз радовала сочная зелень садов, а над деревьями возвышалась дуга колеса обозрения в парке аттракционов.

Вита подошла к перилам, облокотилась на них и слегка перевесилась вниз, пытаясь разглядеть дно оврага, но ей мешали камни и скальные сосняки. От высоты немного кружилась голова, и ей даже показалось на миг, что она сейчас сверзится в пропасть. Однако, не успев толком даже испугаться, она почувствовала грубый болезненный рывок – Дамир схватил её за руку и резко дёрнул на себя.

– Ай!.. – вскрикнула она от боли и неожиданности. – Ты совсем спятил?

– Нет, это ты спятила, – гневно раздувая ноздри и сверкая чингисханскими глазами, заявил он. – Куда тебя понесло? Тут вниз свалиться – раз плюнуть.

– Не ори на меня, – огрызнулась Вита. На самом деле, он, конечно же, был прав, но ей не понравилось, что он отчитывает её при всех. – На свою девушку будешь голос повышать.

Дамир смотрел на неё одновременно встревоженно и зло, явно собираясь с мыслями, чтобы куснуть побольнее в ответ. В воздухе разливалось густое напряжение, отчётливо запахло ссорой.

Ситуацию спасла Дарина. Неестественно засмеявшись, она преувеличенно бодрым голосом попросила Дамира сфотографировать её на фоне открывающейся панорамы – и тем самым замяла намечающийся конфликт.

– Только не прижимайся к перилам, – предупредил её Дамир, послушно включая камеру на телефоне и постепенно остывая.

Попозировав ему так и эдак, Дарина повернулась к Вите и весело попросила:

– Сфоткаешь нас вдвоём с Дамом?

– Давай, – убито кивнула Вита. Хорошо бы сфотографировать эту фифу в каком-нибудь неудачном ракурсе, чтобы она выглядела толстой, глупой, некрасивой… Но, к сожалению, миссия представлялась совершенно невозможной – потому что Дарина была совершенством. Её, как и Дамира, просто невозможно было плохо сфотографировать. Никакого фотошопа не надо! До отвращения идеальная парочка.

– Ну что, все отдохнули? Спускаемся, – предложил Димка Шаповалов, выражая всеобщее мнение. – Нас ждёт королевский пир!

Спуск занял куда меньше времени, чем подъём. И как же приятно затем было развалиться на траве у подножия крепостной стены и разложить своё нехитрое угощение: бутерброды, блинчики и пирожки, свежие огурцы и помидоры, варёные яйца, черешню… Аппетит на свежем воздухе у всех разыгрался – дай боже, и сейчас все уписывали эту немудрёную, но безумно вкусную снедь за обе щеки.

– У вас тут, в общем-то, не так уж и плохо, – признала Дарина с ноткой превосходства в голосе. – Ну да, не такая движуха, как в Москве, но в целом миленько. Жить можно.

Вита мысленно закатила глаза. Скажите на милость, осчастливила!.. Но Дамир буквально засветился от этой снисходительной похвалы, и Вита сердито отвела от него взгляд. Ей казалось, что подобным поведением он как будто предаёт их милый маленький городок – самый родной, самый любимый…

– А я поначалу боялась, что будет совсем тухло, – продолжала разглагольствовать Дарина, похоже, даже не подозревая о том, как сильно задевают некоторых её слова. – Здесь же ничего нет, кроме моря.

– Ну, вообще-то, это не так уж и мало, – раздражённо заметил Сэм. – Вот у вас в Москве, например, моря нет.

– Пф!.. – пренебрежительно фыркнула Дарина. – Если я пожелаю – то могу в любой момент поехать хоть на море, хоть на океан, это вообще не проблема.

– «Поехать» – это другое, – поддержала Сэмика Вита. – Мы, так-то, тоже можем приехать в Москву, когда захотим, – однако прозвучало это не слишком убедительно, она и сама понимала.

И, поскольку Дарина явно не воспринимала её слова всерьёз, Вита торопливо привела свой главный аргумент:

– Лично мне без моря никакой Москвы не надо.

– Ну и зря! Не обижайся, но… – Дарина многозначительно покачала головой. – Южноморск – это же дыра дырой! Ни развлечений для молодёжи, ни нормальной жизни, ни каких-то перспектив на будущее, даже захудалого университета нет. Всё население живёт только за счёт туристов в летний сезон. Представляю, как «весело» у вас тут зимой! Наверное, как после апокалипсиса: опустевшие улицы, безлюдная набережная, закрытые отели и рестораны…

И вот сейчас, не удержавшись, Вита незаметно для остальных бросила торжествующий взгляд в сторону Дамира. «Что, получил?» – как бы спрашивала она. Дам выглядел явно уязвлённым, даже расстроенным из-за обличительного монолога своей красотки. Вита знала, как он любит Южноморск – так же сильно, как она сама его любила, и, конечно, выслушивать весь этот поток столичного снобизма ему было неприятно.

Но Дарина уже и сама поняла, что перегнула палку. Поняла – и своевременно спохватилась.

– Ребята! – в раскаянии воскликнула она, озабоченно нахмурив прелестный лобик. – Пожалуйста, не обижайтесь, я вовсе не хотела вас задеть! Я же, наоборот, говорю, что здесь оказалось намного лучше, чем я ожидала. Мне так не хотелось ехать сюда, а теперь… здесь, с вами… мне очень хорошо, легко и спокойно.

И, не моргнув глазом, она прибегла к запрещённому приёму: взяла ладонь Дамира в свою руку и принялась нежно поглаживать его пальцы. Вита едва не задохнулась от возмущения вкупе с уже ставшей привычной ревностью, а Дам, понятное дело, тут же оттаял, заулыбался и растёкся сиропной лужицей.

– Я… пойду прогуляюсь к реке, – быстро сказала Вита. – Ноги отсидела, хочу пройтись.

Но Дарина неожиданно увязалась за ней.

– Я с тобой! Можно?

Вита промолчала, но неопределённо пожала плечами, что можно было истолковать и как «да», и как «нет». Дарина предпочла трактовать это в свою пользу.

Они молча спустились по достаточно крутому берегу к самой кромке воды. Вита исподтишка косилась на свою спутницу, не понимая, зачем она потащилась вместе с ней, но не подавала виду, что ей любопытно. С самым независимым выражением лица она опустила ладонь в воду, словно пробуя, насколько та холодна, а затем стряхнула брызги с пальцев.

– Между тобой и Дамиром что-то есть? – вдруг прямо спросила Дарина.

Вита оторопела. Щёки вспыхнули, словно её застали с поличным, и она решительно замотала головой:

– Нет, мы просто друзья. Лучшие друзья! – добавила она торопливо, сама понимая, как жалко это звучит – словно попытка утвердить что-то незначительное и неважное, не имеющее веса.

– То есть, если у меня получится с ним замутить, ты не будешь против? – Дарина недоверчиво прищурилась.

– А ты хочешь с ним замутить? – тупо переспросила Вита, хотя это было очевидно ещё накануне. – И… и спрашиваешь у меня разрешения?

– Ну да, – Дарина воодушевлённо кивнула. – Не то чтобы разрешения, но мне показалось, что у вас с ним особые отношения… гораздо ближе, чем со всеми остальными в вашей компании. А я на него конкретно запала, и он на меня, кажется, тоже… Значит, у тебя никаких возражений? – уточнила она на всякий случай.

– Никаких возражений, – заторможенно подтвердила Вита, чувствуя себя так, словно только что подписала собственный смертный приговор.

– Спасибо, – улыбнулась Дарина. – Ты просто чудо!

Не сказав больше ни слова, Вита резко развернулась и зашагала обратно к остальным. Дарине ничего не оставалось, как последовать за ней. Вита и сама не знала, на кого сейчас больше злится – на неё или на себя. Ну не могла же она, в самом деле, сказать: «Нет, извини, но я против того, чтобы Дам стал твоим парнем!»

– А что это вообще за крепость? – с любопытством спросила Дарина, как ни в чём не бывало усаживаясь на своё место рядом с Дамиром. – Кто её построил и зачем?

– Здесь раньше стоял гарнизон императорской армии, – нехотя буркнул Димка Шаповалов, словно раздумывая, стоит ли метать бисер перед этой столичной выпендрёжницей, – защищал село от нападения горцев.

– Горцев?

– В основном черкесов, – пояснил тот. – Но были и другие племена. Например, чебсин… Тут постоянно шли бои. В старых очерках писали, что вода в реке то и дело становилась красной от крови.

Дарина в ужасе округлила глаза и с опаской оглянулась, словно опасаясь, что прозрачные воды Южанки вот-вот окрасятся в алый цвет.

– Здесь недалеко есть неплохой историко-краеведческий музей, – серьёзно сказал Димка. – Туристам очень нравится. Сейчас ещё рано, сезон толком не начался, но уже через неделю вдоль крепостной стены и башни будет не протолкнуться, сама увидишь.

Впрочем, по лицу Дарины было очевидно, что одно только слово «музей» нагоняет на неё вселенскую тоску. К счастью, в этот момент у неё пискнул телефон, принимая новое сообщение и выручая тем самым свою хозяйку.

Сосредоточенно сдвинув брови, Дарина прочитала послание и тут же расцвела счастливейшей улыбкой.

– Ура! Папа написал, что купил мне путёвку в «Звёздный». Так что теперь уже точно – я еду в лагерь вместе с вами! – воскликнула она, ликуя.

– Что, правда? – моментально расцвёл и Дамир. – Это реально супер-крутая новость!

– Разве я могла остаться в стороне после того, как вы мне так шикарно всё отрекламировали? Если там действительно хотя бы вполовину так же клёво, как вы говорите, то… – не закончив фразу, она лукаво улыбнулась.

– Я, кстати, тоже еду, – словно мимоходом сообщила Вита. Она не планировала делать это при всех, тем более, о её проблеме с лагерем знал только Дамир, но ужасно захотелось хоть ненадолго переключить его внимание на себя.

– Удивила, – засмеялся Тимур Карпекин, – ты и так каждое лето в «Звёздном» торчишь.

Димка вопросительно приподнял брови, тоже недоумевая, что нового в этой новости. А вот Дамир искренне обрадовался.

– Что, всё-таки получилось? Хомка, класс! Без тебя там было бы совсем не то, честно…

Он не спросил, каким образом ей удалось всё разрулить и уладить, не уточнил, как именно она это провернула, но всё-таки неподдельная радость в его глазах заставила сердечко Виты сжаться в сладком самообмане.

– Ребят, это точно будет наше самое лучшее лето! – с воодушевлением заявил окрылённый Дамир. – Я это чувствую.

Как оказалось позже, он ошибся. И уж тем более не мог предвидеть, что для кого-то из них это лето и вовсе станет последним.

Глава 20. А я сяду в кабриолет…

Наши дни

Наревевшись до изнеможения, Вита незаметно для самой себя провалилась в тяжёлый сон и, разумеется, забыла завести будильник. Проснулась внезапно, без четверти четыре, словно от резкого толчка, и лихорадочно схватилась за телефон – проверить, сколько сейчас времени. Чёрт, Дамир должен был появиться через пятнадцать минут!.. Написать ему, чтобы пришёл попозже и дал ей ещё немного времени? Да вот только они не обменялись номерами…

И тут вдруг Вита усомнилась: а не приснился ли ей этот ночной визит? Быть может, никакого Дамира не было и в помине? В принципе?

Ей вмиг стало страшно – так, что похолодели ладони. Отголоски обрывочных сновидений смешались в голове с вчерашними воспоминаниями, и Вита уже не понимала, где реальность, а где сон.

Но кожа всё ещё помнила прикосновения Дамира – как он держал в ладонях её лицо, как обнимал за талию, как взял за руку, как перебирал пряди её волос… разве могут фантазии и сновидения быть такими реалистичными?..

Вита подорвалась с постели, словно одержимая, и кинулась в ванную. Надо было спешить! Одной рукой она чистила зубы, другой – выдавливала на мочалку нежный персиковый гель для душа, затем в темпе вальса тёрлась, скрабилась, быстро вымыла волосы шампунем, даже успела сделать маску для лица и намазаться душистым кремом для тела, постоянно ударяясь локтями и коленками о стены – ванная комнатушка была смехотворно тесной. При этом она упорно избегала размышлений на тему, ради чего – точнее, ради кого – так старается. Ради «простодруга»? Ну-ну…

Дамир явился как раз в тот момент, когда Вита, завернувшись в большое банное полотенце, металась перед раскрытым чемоданом, придирчиво выбирая купальник. С собой она привезла целых три, и теперь не могла решить, на каком остановиться. Первый купальник был открытым и очень сексуальным, но, пожалуй, слишком смелым для совместной дружеской вылазки на пляж – он подошёл бы, скорее, для страстного любовного свидания. Но, может, именно его и следовало сейчас надеть? В конце концов, Дамир должен увидеть в ней не только подругу детства, но и женщину, хватит притворяться, что ей этого не хочется. А то ведь он даже свою недвусмысленную реакцию на объятия с Витой принял вчера за случайность. Типа – «стояк?! На Хому?! Да вы издеваетесь!»

Второй купальник был закрытым, но при этом невероятно её стройнил. Ну, а третий был совсем скромным и даже простеньким, Вита кинула его в чемодан просто на всякий случай.

Когда раздался стук в дверь, сердце у неё подскочило, и тут же все внутренности буквально ошпарило счастьем: он пришёл!.. Значит, это был не сон!

Она в смятении распахнула дверь и ещё больше смешалась, наткнувшись на изучающе-насмешливый взгляд Дамира.

– В чём дело, Меркулова? – с иронией поинтересовался он. – С каких это пор ты стала щеголять передо мной в неглиже? Со времён детского сада такого не припомню… Надеешься соблазнить?

– Не обольщайся, – фыркнула Вита так пренебрежительно, как только могла, – если бы я хотела тебя соблазнить – то сделала бы это в полном обмундировании. Для этого мне вовсе не обязательно дефилировать голышом.

– Какая самоуверенность! – театрально поразился он; уголки его губ подрагивали в тщетно сдерживаемой улыбке – было заметно, что он ужасно рад её видеть.

– Ничуть! Вспомни, вчера я была одета в пижаму фасона «молодость моей бабушки», а стояк у тебя случился самый натуральный.

Его скулы заалели – словно ему было не двадцать восемь, а семнадцать лет. Эта тема явно задевала его за живое.

– Господи, ты теперь всю жизнь мне будешь припоминать тот злополучный стояк?! – воскликнул Дамир. – Я же извинился. И за себя, и… за того парня.

– Не-а, не извинялся, – Вита показала ему язык.

– Извинился! – заспорил он. – Я помню. Мне и самому было стрёмно, Хом, веришь?

– Ладно, – сжалилась она, увидев, что ему действительно ужасно неловко за тот эпизод. – Я унесу эту тайну с собой в могилу.

– Иначе мне самому придётся тебя убить, – с готовностью подхватил он.

– Мне надо одеться, – опомнилась Вита, выдернув из разноцветного вороха первый попавшийся купальник и захлопывая крышку чемодана. – Отвернись, пожалуйста! Второго стояка я не переживу.

– Хома-а!.. – умоляюще взвыл он, но всё-таки послушно отвернулся.

Подростковые комплексы давно остались в прошлом, но безупречной свою фигуру Вита никогда не считала. Ни разу не совершенство, ни разу не идеал. Теперь же словно чёрт дёрнул её выбрать именно самый развратный купальник! Натянув его на себя, Вита повернулась к зеркалу и отчётливо поняла, что на этом её показная бравада закончилась. Если Дамир увидит её в таком виде – она просто умрёт! Переодеться?.. Но он уже нетерпеливо подгонял её:

– Давай быстрее, прошляпим рассвет!

Махнув рукой – будь, что будет! – Вита быстро облачилась в шорты и футболку поверх купальника. Может, они вообще не будут плавать… просто полюбуются на восход солнца и, если повезёт, увидят дельфинов.

– А кстати, на чём мы поедем? – спохватилась вдруг Вита, уже закинув пляжную сумку на плечо. Раньше Дамир возил её на багажнике своего велосипеда, но теперь она явно выросла и прибавила в весе для подобной экстремальной езды.

– Прокачу с ветерком, как раньше! – подмигнул он.

– Ты хочешь сказать, что мы поедем на велике? – ужаснулась она.

– Ну вот ещё. Бери выше, теперь у меня транспорт покруче! – важно заявил он.

– Мопед? – предположила Вита с любопытством, но Дамир лишь многозначительно покачал головой.

– Мотоцикл? – продолжала гадать она, но он только молча кивнул в сторону двери, предлагая ей поторапливаться.

Вита поспешно обулась и, шагнув вслед за Дамиром за порог, заперла дверь на ключ.

***

Мысль о машине даже не пришла Вите в голову – возможно, потому, что вряд ли Дамир мог себе это позволить на зарплату руководителя танцевального кружка во дворце культуры. Но, увидев кроссовер с открытым верхом, Вита ахнула и мысленно отругала себя: дура! Забыла, кто у него отец?..

– Ничоси, – присвистнула она и, не удержавшись, пропела:

– «А я сяду в кабриолет и уеду куда-нибудь…»55
  Строчка из песни «Кабриолет», написанная в 1992 году Гари Голдом и Ильёй Резником специально для Любови Успенской.


[Закрыть] Да ты у нас, Дамирчик, оказывается, завидный жених!

– Ага, – подмигнул он. – Ты присмотрись ко мне получше, повнимательнее. Где ещё такое сокровище найдёшь? Да ещё и с кабриолетом.

– Слушай, всегда об этом втайне мечтала, – улыбнулась Вита, стараясь не показать, как больно царапнула шуточка. – Вот еду я такая – и волосы назад… Считай, что ты меня уже уговорил.

– Волосы у тебя, скорее всего, будут похожи на воронье гнездо к концу поездки, – честно предупредил Дамир, открывая перед ней дверцу. – А ещё – пыль в лицо, та ещё романтика!

– Зато будет, что вспомнить, – хихикнула она, взбираясь на сиденье.

– Между прочим, ты классно смотришься в моей машине, – вскользь заметил Дамир, усаживаясь на место водителя. – Я бы сказал, офигенно.

– Что, опять встал? – подколола его Вита, просто не смогла удержаться – уж очень забавно он смущался. Но, видимо, Дамир уже успел морально подготовиться к её шпилькам, поэтому отреагировал моментально, с привычной для себя иронией:

– Да он у меня, можно сказать, и не падал – от твоей-то неземной красоты!

Теперь настал черёд краснеть уже Вите. Заметив, что ему, наконец, удалось её сконфузить, Дамир весело расхохотался, показал ей язык и завёл мотор.

Закрыв глаза, Вита обессиленно откинулась на спинку сиденья. Руки у неё слегка дрожали – и дело было вовсе не в утренней прохладе. Нет, всё-таки раньше, когда они потчевали друг друга подобными горячими шуточками, всё было гораздо проще, а теперь былая лёгкость ушла… Ей даже показалось, что на самом деле Дамир раскусил её и сейчас втайне посмеивается, понимая, что она просто блефует. Не было в этих взаимных подколках на тему взаимоотношения полов ничего смешного, Вита действительно до одури хотела – жаждала – его мужского внимания, отчаянно выпрашивала его. Провоцировала и соблазняла, прикрываясь спасительным сарказмом. Короче, влипла по самое не хочу…

Почувствовав, что они стоят на месте и никуда не едут, Вита открыла глаза. Открыла – и наткнулась на внимательный взгляд Дамира. Он смотрел на неё пристально, изучающе, очень серьёзно – так, что ей даже стало страшно.

– Что? – смущённо буркнула Вита.

Он обезоруживающе улыбнулся.

– Знаешь, я так и не смог заснуть сегодня. Боялся, что открою глаза – и окажется, что ты мне просто приснилась…

– Я тоже этого боялась, – тихо отозвалась она, благодарная ему за признание и одновременно поражаясь совпадению.

– До сих пор не могу поверить, что ты здесь, со мной, – он протянул руку и коснулся её щеки. – Я безумно рад, что ты приехала!

– Я так сильно тебя люблю, – вырвалось у неё точно так же, как одиннадцать лет назад – при прощании.

Он кивнул.

– Я тоже тебя люблю, Хом. Всегда любил и буду любить.

И снова, как и одиннадцать лет назад, он не почувствовал разницы между этими двумя признаниями.