Текст книги "Женские грёзы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhenskie-grezy-269285.jpg)
Автор книги: Альберт Ворон
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Олеся не слышала его. Она бежала вниз по лестнице, пока не оказалась на улице. Оказавшись там, она стала глубоко дышать носом, пока слёзы не стали капать из её глаз. Плакала так сильно, что даже голуби подлетали к ней. Они смотрели на неё своими красными глазами и давали понять, что хотят ей помочь. Ворковали постоянно и шагали рядом своими генеральскими шагами, будто были не голуби, а главнокомандующие.
– Эх вы, голуби. У вас нет никаких проблем. Вы летаете, и подлетев на какое-нибудь дерево, делаете свои дела. У вас в жизни всё хорошо и отлично…
Голуби ворковали и водили вокруг неё хоровод.
Всё же Олеся успокоилась. В сумке нашла платок и вытерла свои слёзы. Ещё раз взглянула на окна, поправила своё голубое платье и удалилась оттуда прочь.
Глава X
Солнце светило ей в глаза, но она шла и шла, изредка оглядываясь по сторонам. Такое чувство, что за ней гнались, поэтому со страхом оглядывалась. Но лишь одно успокаивало – это её сын. Это Наталья гуляла со своим сыном Виктором по парку. Осматривали памятники, аттракционы и людей. Шли, шли, пока не оказались возле входа в парк-ужасов (это отдельный парк внутри первого). Виктор от радости прыгал и тянул маму в сторону парка и пищал во всё горло:
– Мама! Я хочу, хочу, хочу туда! Очень хочу, хочу, хочу!..
Наталья ничего не говорила, а лишь молча шла за сыном, что всё сильнее и сильнее тянул её в сторону другого парка. Зайдя туда, она обомлела: вот это парк! Тут всё взято из фильмов ужасов. Даже есть две клоунские головы с раскрытой пастью, где были миллионы острых зубов, как ей показалось, внутри тоже были аттракционы. Этот клоун похож на главного монстра из фильма «Оно» (фильм 1990 года). Даже есть фигурки разной нечисти, вроде как лешего, домового, чертей, бесов, гномов и многое, многое другое. Интересно очень и разнообразно. Если и взрослым тут по душе, то детям будет ещё лучше.
– Куда хочешь зайти, сынок? – спросила Наталья с улыбкой, а у самой глаза разбегались в разные стороны, когда видела красивых мужчин.
– Не знаю, мама. Пошли, посмотрим вон те горки, – ответил Виктор и насильно повёл её в сторону аттракциона «Горки ужасов».
Наталья с опаской смотрела на огромные горки, что были не меньше и не больше тридцати метров, или на уровне десяти этажей. Даже если она согласится туда сесть, то вряд ли ей от этого станет легче. Там такие крутые склоны, что, не дай бог, случайно отстегнёшь ремень безопасности, как тут же полетишь вниз и разобьёшься насмерть. Но ради сына она готова на всё. Даже готова пойти против смерти и природы. Но это всего лишь глупый аттракцион, поэтому ей бояться незачем.
Наталья настораживалась, но всё равно повиновалась своему сыну.
– Мама, пошли сюда, – указал Виктор на те самые горки и не ожидая её реакции, повёл в сторону кассы.
– Всё поняла, сынок. Ты так сильно не тащи меня, я же на каблуках.
– Всё, всё, мамочка. Я хочу именно на ту горку с огромными склонами. Почему-то хочется именно туда.
Наталья поняла, что Виктору передались экстремальные гены от отца. А именно эта крутизна и любовь к адреналину. Динар очень любил кататься на мотоциклах и на байдарках по водопаду. Особенно любил выполнять разные трюки, что Наталья всегда была против этого. Но любитель экстрима всё равно не слушался. Ей всегда приходилось вытаскивать его из таких состязаний и быть рядом, чтобы он снова не сел на свой байк. Один раз вообще попал в аварию, сильно повредив ногу. Слава богу, только ногу, а не голову. Вот тогда терпение Натальи окончательно лопнуло. Пока Динар лежал в больнице, она продала его «железного коня», а позже сообщила ему, что он полностью разбил свой мотоцикл. Теперь в жилах Виктора потекла кровь экстремального человека. Вот снова Наталья начала переживать за сына, как когда-то переживала за его отца.
– Мама! Ты там заснула, что ли? – вновь недовольным голосом запищал Виктор.
– А? Что, сынок?
– Я хочу туда, – повторно указал на те самые горки.
– Хорошо, сынок.
Наталья подошла к кассе, чтобы занять очередь. Дожидаясь своего черёда, она смотрела на всё и всех. Не заметила, как к ней подбежала маленькая девочка и лбом стукнулась с её сыном. Виктор не сдержал равновесия и упал на землю. Чтобы он не заплакал, Наталья моментально прижала его голову к себе и сердито посмотрела на маленькую девочку. Она лишь обречённо смотрела на молодую женщину. Она знала, что сейчас её будут ругать. Чтобы этого не случилось, девочка огляделась и начала кого-то звать:
– Дядя Вениамин… Дядя, ты где?
Наталья встрепенулась. Ей было интересно взглянуть на того самого человека, кого звала эта маленькая девочка. Она ждала объяснений от дяди этой девочки. К девочке подошёл молодой парень с двумя морожеными в руках. Отдал ей одно мороженое, посмотрел на Наталью. Перед ней стоял очаровательный парень лет двадцати. Был одет в тёмно-голубую толстовку, лёгкие джинсы кремового цвета и синие кроссовки.
– Извините мою племянницу. Она такая игривая и гиперактивная, что не может усидеть на месте, – стал извиняться молодой человек.
– Ничего, всякое бывает. Бывает, что и мы не можем за ними уследить. В их возрасте сами такими были, – с улыбкой ответила Наталья.
Парень мило улыбнулся. Наталья сразу поняла, что это был тот самый Вениамин. Вот так встреча неожиданная! Он же постоянно летал у неё в мыслях и кочевал в голове и в других частях тела, что Наталья чуть не удовлетворялась. На этот раз парень был таким красавцем, что даже не узнать его. В тот раз он был одет так себе, по-простому, а сейчас видно, что милый, обаятельный и весьма даже привлекательный парень. Чтобы не разочаровать свою надежду, Наталья подошла к нему поближе (потому что тот отошёл от неё на шесть шагов).
Наталья вновь подошла к нему и застыла, нежно обнимая своего сына. Вениамин не обращал на неё никакого внимания. Он изучал цены на аттракционы. Такое чувство, что просто не узнал её, ту женщину, что сбил на своём велосипеде. Наталья подошла ещё ближе и взглянула на девочку. Та посмотрела на неё, как сразу спряталась за спину Вениамина. Он обратил внимание. Его взгляд упал на лицо женщины. Она поняла, что он клюнет на неё, ведь женщина была одета очень даже шикарно. Да и выглядела она моложе своих лет. На ней было фиолетовое платье. Это то, что любила она носить на прогулки со своими подругами. А, чтобы он действительно на неё клюнул, Наталья чуть-чуть опустила бретельку на своём платье. Она знала, что парень не устоит перед ней. Не устоит перед её чарами. Только горько ошибалась. Вениамин смотрел на её опущенную бретельку. Даже сам помог ей её подправить. Вот чего-чего, а этого совсем не ожидала. Обычно такие трюки срабатывали, но, видать, не с этим парнем.
– Спасибо, – только сумела сказать.
– Не за что, – мягко ответил тот.
Наталья замолкла. Она не знала, как завлечь его в свои сети. Подумала, что парень, наверное, просто скромный. Бывает такое. Но она могла и из скромных сделать достаточно наглыми, чтобы сами подходили и знакомились. И тут не сработали её уловки. Вениамин был непробиваемым, как стена, таким и оставался, пока не дошла до него очередь на кассе.
– Добрый вечер. Пожалуйста, два билета на «Горки ужасов».
За кассой стояла недовольная женщина средних лет в очках, с морщинками и неприятной улыбкой. Отсчитав, она посмотрела на него сквозь толстые стёкла и некрасиво так пробурчала:
– У вас тут только триста пятьдесят рублей, молодой человек.
– А сколько надо? – улыбающийся Вениамин, вдруг стал мрачнее тучи.
– На одного человека – 350 рублей. Вы что, не умеет читать? Там же русским языком написано.
– Там же написано, что детям до 3-х лет бесплатно. Каришке же три дня назад исполнилось три года.
– Ей уже исполнилось, а там написано, что до 3-х лет. Три года не включается. Только до 3-х, а далее уже всё, оплата, как и взрослому человеку. Так что с вас семьсот рублей.
Парень посмотрел на свой кошелёк. Пересчитав все деньги, вышло буквально пятьсот рублей. Ему не хватило ещё двухсот рублей. Он был в смятении. Обещал племяннице покатать на аттракционе, а тут вот такое…
– Может, войдёте в моё положение и всё-таки продадите билет мне одному, а девочке сделаете исключение? Ведь три дня назад только…
– Категорически нет! Нет денег – нет билета. Теперь пошли прочь, не задерживайте очередь.
Вениамин тут же загрустил. Крепко держал руку своей племянницы, отошёл назад, давая другим возможность пробраться на кассу. Девочка, что постоянно смотрела на своё мороженое, отдала его дяде и ответила:
– Не расстраивайся, дядя Вениамин. Держи моё мороженое. Хоть тебе будет приятно. Покатаемся в следующий раз.
Вениамин улыбнулся. Ему было приятно. Она заботилась о нём больше, чем он о ней, и понимала его.
Наталья смотрела на всё это и чуть не расплакалась. Поступок девочки так её растрогал, что она решила помочь им обоим приобрести билет за свой счёт.
Когда очередь дошла до неё, она купила четыре билета и отругала кассиршу за такой поступок.
– Вы слишком высокомерно повели себя с тем парнем. Обидели не только его, но и эту самую миленькую, красивенькую кроху.
– А вам-то что?
– А мне ничего. Я просто могу обратиться к вашему начальству с претензиями. Тогда худо будет вам, а не ему.
Неприятная кассирша ничего не ответила.
– Уясните это на будущее, – ещё раз предупредила Наталья и взяв билеты, пошла в сторону того молодого парня.
Унылый Вениамин сидел со своей племянницей на скамейке и смотрел на орущих детишек возле горки. Маленькая девочка тоже поддерживала его и смотрела на веселящихся людей. Чтобы дяде не было грустно, она поцеловала его и тоненьким голоском выдала:
– Дядя Вениамин, пошли лучше погуляем. А то смотришь на них, смотришь, что аж становится противно. Всех хочется тут побить, чтобы перестали шуметь и не давили на наши слабые места.
Парень грустными глазами посмотрел на свою племянницу. На его лице можно было заметить лёгкую улыбку. Ему были приятны слова девочки, что он ещё раз улыбнулся и встал со скамейки. Начал шарить в своих карманах поисках мелочи, но девочка остановила его и сказала, что пойдут домой пешком.
Наталья сделала вдох, чтобы прийти в себя и подойти к парню. Ещё раз посмотрела на тот самый аттракцион, поправила волосы и подошла к нему.
Вениамин, увидев подходящую Наталью, сделал вид, что не заметил её. Но ему пришлось взглянуть ещё раз, когда она протянула ему руку с какими-то бумажками.
– Вот, держите, пожалуйста, – ответила Наталья и протянула два билета.
Вениамин как-то испугался, а девочка обрадовалась. По её лицу можно было прочитать радость.
– Что вы? У меня не хватит на второй билет.
– Мне не нужны деньги. Это я так, от чистого сердца.
– Всё равно не могу, – как-то встревожился Вениамин.
– Бери тебе говорят, пока дают, – девочка решила всё взять в свои руки и отобрала у Натальи билеты.
Наталья посмеялась, а Вениамин злобно посмотрел на свою племянницу. Она лишь обречённо пожала своими плечами.
Парень резко отобрал с рук девочки билеты и попытался вернуть Наталье, но она была непреклонна. Раз подарила им, значит, надо воспользоваться. Не всегда же выпадает такая халява. Тем более для бизнесвумен это был сущий пустяк.
– Нет, мне не надо. А давайте все вчетвером покатаемся? – предложила идею Наталья.
– Хорошая идея, – похлопала девочка в ладоши и начала кружиться вокруг Вениамина. Парень был в недоумении, но отказать своей племяннице он не мог. Поэтому пришлось дать согласие и идти кататься.
Парень всё время молчал и в руках сжимал билеты. Он глазам не мог поверить, что их выручила какая-то посторонняя женщина. Наталья почувствовала его стеснение, взяла Вениамина за руку, как он тут же вздрогнул.
Девочка остановилась и странно покосилась на своего дядю. Он только улыбнулся и осторожно взял Наталью за руку. Как только ладони соприкоснулись, в их душе случилось невообразимое: сердце начало биться чаще, дыхание участилось, в глазах поплыло, а в животе женщины что-то запорхало. Руки Вениамина задрожали. Наталья поняла, что он впервые взялся за руки. Аккуратненько так спросила:
– Тебя же Вениамин зовут, так?
Парень задёргался. Старался головой качать, но не получалось. Стеснялся очень. Постоянно оглядывался. Смотрел на лица других людей. Думал про себя, что другие смотрят на них и втихаря тычут пальцем. Наталья старалась не замечать такого поведения. Ей просто было неудобно, что парень отходил от неё и шагал в стороне.
Подойдя к аттракциону, они отдали билеты и уселись по своим местам. Пока машинка не тронулась, Наталья не отпускала его руку. Она так крепко её сжимала, что чуть не сломала. Когда даже машина поехала, они не отпускали свои руки, а смотрели друг на друга. Вот сын Натальи наоборот, заинтересованными глазами посмотрел на девочку и спросил:
– А как тебя зовут?
– Карина. А тебя как?
– Виктор.
– Очень приятно, – ответила Карина и пожала ему руку.
Виктор и Карина посмеялись. Хоть и оба были маленькими, но уже начали ощущать внутри себя взрослые чувства.
Прошёл час. Наталья и Вениамин были вместе.
Он даже толком с ней не разговаривал, но она, посмотрев ему в лицо, всё понимала и читала. Они общались мимикой и жестами. Но, что самое удивительное, так это их глаза. Они оба могли читать желания по глазам. Наталья даже заметила, что глаза у Вениамина неодинакового цвета. Один был зелёно-карие, а второй – чёрно-голубые. Вот парни с таким цветом глаз точно редкость. Она понимала его с полуслова. Прежде чем парень заканчивал предложение (когда изредка спрашивал), женщина заранее могла прочитать и продолжить его мысль.
Всё было хорошо. И прогулка была незабываемой, и общение Натальи с Вениамином и его племянницей Кариной. Она это никогда не забудет. Даже тот момент, как они пешком шли до самого дома Вениамина. И то, что парень согласился проводить её обратно, хотя не очень хорошо знал те самые улицы, где жила Наталья. И начал привыкать к ней, более открыто общаться и не стесняться, чему женщина была несказанно рада.
Так прошли три календарных дня. А впереди ещё столько времени до начала женского фестиваля, а Наталья уже подумывала о том, что вообще не хочет туда. Больше хотела остаться с Вениамином. Эти три дня изменили её до неузнаваемости, что даже Динар обрадовался. Тот, естественно, подумал, что причина радости кроется в предстоящей свадьбе. Как бы не так…
Глава XI
Виктория домой вернулась под утро. Как только дошла до двери своей квартиры, остановилась и заплакала. Она не помнила событий прошлого вечера. Даже не помнила, как вдруг очутилась на улице. И не помнила, что дома могла дожидаться её подруга.
Прислонившись к стене и руками закрыв голову, Виктория пыталась прийти в себя. У неё болела голова и всё тело. Такое чувство, что по ней прошлась огромная машина, у которой были не колёса, а гусеничные ленты. Девушка ещё была раздражённой и сильно чесалась паховая область.
До крови их почесав, Виктория начала искать ключи от квартиры. Не найдя их, она разрыдалась. Плакала не от того, что не нашла, а от переизбытка негативных эмоций в своей голове. И ничего не могла с этим поделать. Эмоции рвали её на части, одновременно «сжигая» мозг. Голова была так переполнена мыслями, что она, всё же осилив себя, вновь начала искать ключи. Найдя, попыталась ключом попасть в замочную скважину, но в глазах всё время двоилось. Всё-таки смогла вставить и попыталась повернуть его. Ключ-то удалось вставить, а повернуть никак не удавалось.
Ещё раз попытавшись, Виктория сильнее стала поворачивать его, как тут же сломала. Осознав свою слабость, она заплакала ещё сильнее.
Дверь отворилась, как оттуда высунулась голова Лики. Увидев подругу в полубессознательном состоянии, с огромными чёрными кругами под глазами (будто не спала несколько ночей), она крепко обняла её.
Виктории была приятна поддержка Лики. Но проблема была в том, что она ничего не помнила.
– Где же ты всю ночь гуляла? Опять на работе была? – спросила недовольная Лика.
– Я?.. Я ничего не помню, – со слезами ответила Виктория, что её подруга, сжалившись, обняла ещё сильнее.
– Амнезия? Тебя ударили по голове? – вновь спросила Лика и начала перебирать волосы, в поисках следа от удара по голове. – Говорят, что такое развивается после удара по голове чем-нибудь тяжёлым. Особенно в затылочную часть.
Виктория сама начала трогать свою голову. Не найдя ничего, она присела и закатила глаза. Ей было больно и обидно за то, что судьба так сурова.
– Пошли лучше домой. Сейчас я тебе приготовлю чай с лимоном, а потом ты мне всё расскажешь, – подняв её с пола, Лика потащила подругу в квартиру.
Дома Виктории стало значительно лучше. Особенно тогда, когда Лика умыла её лицо (потому что оно было заплаканным и тушь полностью растеклась). Помогла заполнить ванну и, раздев, уложила её. И только тогда Виктория пришла в себя, а Лика успокоилась. Виктория винила себя во всём, а Лика обвиняла свою глупость. Ведь по глупости она убежала тогда, когда увидела полицейских с её фотографией. По глупости оставалась до поздней ночи вдали от дома подруги. И Виктория винила себя за то, что она куда-то вышла и… испарилась. Что последнее помнила, это пришедшего полицейского с объявлением о пропажи Лики. Выходит, Лика убежала из дома? И не предупредила, что её могут искать. Хотя, быть может, она и сама не знала об этом.
Лика молча намыливала спину своей подруги. Она не знала, как объяснить ей, что сбежала из дома не просто так, а на то были свои причины. Не знала и не могла подобрать нужных слов для начала разговора. Хорошо понимала, что виновата перед своей подругой. Виновата в том, что теперь она потеряла память. Но ничего не могла поделать. Продолжала тереть спину Виктории и молчать.
– Я не помню ничего, – молчание прервала Виктория. – Помню какого-то полицейского в форме. Он приходил с какой-то бумагой. Я точно не помню, что там было написано или нарисовано.
Лика прекратила тереть её спину и посмотрела на свою подругу. Её глаза не могли подняться прямо на лицо Виктории, а лишь смотрели на шею подруги. Они сразу же упали на пол и стали какими-то стеклянными и безразличными.
Виктория поняла, что у Лики что-то случилось. Хоть она ничего про вечер не помнила, но решила узнать у неё про покупку салатовых листьев, рисовой крупы, овсяных хлопьев, майонеза и молока. Вспомнив это, спросила у неё и удивила подругу:
– Кстати, Лик! Ты купила то, что я просила?
Лика не знала, что и ответить. Она ведь ничего не купила. Ну, а как купить-то, если в магазинах везде были расклеены фотографии? Боялась, что кто-то узнает девушку из тысячи других.
Чтобы хоть как-то успокоить подругу, Лика решила соврать:
– Да-да, моя хорошая, купила. Не беспокойся.
– Хорошо, – успокоилась довольная Виктория и дальше продолжала наслаждаться купанием в горячей ванне.
Лика намыливала её спину и думала про себя: «Ё-моё, как теперь выкрутиться-то? Ведь я ничего не купила. Эх, ладно. Сгоняю в магазин, пока она будет спать».
– Спасибо тебе за всё, – тихо проговорила Виктория.
– За что?
– За то, что ты появилась в моей жизни. Если бы не ты, наверное, я уже давно сошла с ума и оказалась где-нибудь на улице.
– Ничего, всё хорошо, – ответила Лика и поцеловала свою подругу в голову.
Вдруг позади Лики появился человек в чёрном. Он улыбнулся и показывал на свои часы. Виктория ничего не поняла. Она посмотрела на свою подругу, как вдруг увидела череп вместо её лица. Резко оттолкнув Лику, судорожно попыталась встать на пол, но поскользнулась и упала. Упала удачно: Лика сумела схватить её голову, что Виктория приземлилась на мягкое место – на ладони подруги.
– Что с тобой? Чего ты так испугалась, что аж задёргалась?
Виктория переводила дух. Не могла отвечать. Такое чувство, что она была после длительной пробежки.
Лика ждала от неё ответа. Та не говорила ничего, а глубоко дышала. Ещё раз прождав ответа, Лика помогла встать подруге. Кое-как осилив, они вышли из ванны. Виктория переднюю часть тела завязала полотенцем, а Лике пришлось снять с себя футболку и повесить на балкон.
Виктория ничего не говорила. Она лишь смотрела в одну точку. Ей казалось, что этот человек где-то рядом с ней и поджидает удачного момента, чтобы убить. Чего так сильно боялась, так это смерти. Тем более насильственной и страшной.
Лика сделала своей подруге чай с лимоном. Из своей сумочки вытащила успокоительное и две таблетки снотворного. Посмотрев в сторону коридора, она прислушивалась к звукам, идущим из комнаты Виктории. Но там было тихо. А это значит, что она успокоилась. Всё же бросив таблетки в чай с лимоном, Лика стала размешивать ложкой до тех пор, пока всё не растаяло. Чашку поставила на блюдце, на тарелку положила бутерброд с колбасой, сыром и огурцами. Туда же добавила чуть-чуть красной икры. И всё это понесла своей подруге.
Виктория двумя руками обняла себя и сидела, глядя на потолок. Внутри неё было пусто, как в тумане. Душа будто скрывалась за этим дымом. А за туманом скрывается что-то нечто страшное и опасное для Виктории, что может убить в один миг.
Войдя в комнату, Лика увидела Викторию в таком состоянии, будто она окончательно сошла с ума. Чтобы хоть как-то вылечиться, она должна поскорее обратиться к психиатру, пока не было поздно.
Положив чай на письменный столик, Лика присела рядом с подругой. Обняла её. Виктория вновь оттолкнула свою подругу и забилась в дальний угол своего дивана. Присев на пятую точку, приподнимая свои колени, она руками приобняла ноги. В такой позе сидела и смотрела на свою подругу, временами переводя взгляд куда-то в сторону двери.
Лика поняла, что у неё действительно проблемы с психикой. Постоянно оглядываясь, она подала ей чай.
– Возьми, пожалуйста. Тебе надо выпить и чуточку поспать. Пожалуйста, прошу тебя! Слушайся меня! Я боюсь потерять тебя. Ты мне очень нужна!
Виктория обнимала свои ноги и, качаясь, при этом что-то нечленораздельно бормотала про себя. Её волосы были взъерошены, запутаны, а лицо перекошено, глаза стали какими-то безумными и потерянными. В них можно было прочитать боль, злобу, жалость, но одновременно и просьбу о помощи. Лика могла бы помочь, но не знала, как и чем.
– Дорогая моя! Прошу тебя, выслушай меня. Я очень тебя люблю, – стоя перед ней на коленях, ответила Лика. – Прошу, пойми. Ты больна. Ты серьёзно больна. Тебе нужно показаться психиатру. Я буду рядом, обещаю. Я всегда буду рядом. И ты никогда не будешь одна, – трогая волосы Виктории, закончила Лика.
Виктория ничего не ответила. Опустив глаза, она словно очнулась из сна (пришла в себя после гипноза). Ещё раз взглянув на неё, со слезами сказала:
– Я не знаю, что со мной творится. Я чувствую что-то зловещее и могильное рядом. Но ещё вижу и слышу это. Такое чувство, что в квартире мёртвые. И они все перешёптываются и собираются убить меня. Я человека в чёрном боюсь больше, чем этих самых мертвецов.
– А что за человек в чёрном? – поинтересовалась Лика. – Он тоже хочет тебя убить?
Виктория просто кивнула. Она боялась произнести вслух. Знала, что этот человек может слышать их разговор, читать её мысли. Тогда будет худо не только ей, но и подруге.
Лика всё больше и больше убеждалась в присутствии болезни у своей подруги. Чтобы ей помочь, она всё же заставила взять чашку чая и выпить до дна.
Виктория, ничего не говоря, сделала глоток лимонного чая. Посмотрев на свою подругу, выпила до дна.
Лика обрадовалась, что скоро подруга заснёт. Посмотрев на часы, она засекла время: 11:56. То есть через полчаса-час она уснёт младенческим сном. А пока нужно было заговорить её, успокоить.
– Расскажи о себе, – вдруг с таким любопытным голосом сказала Виктория.
– Расскажу, но ты ложись.
Виктория встала. Лика постелила диван, положила оранжевый плед и подушку. Положив голову на мягкую подушку, устроившись удобно, Виктория была готова выслушать свою подругу.
– А что ты хочешь узнать? – садясь на стул, спросила Лика.
– Расскажи о себе. Мы несколько дней живём вместе, но я ничего о тебе не знаю.
Лика замялась, ничего не могла ответить. Она не знала, с чего начать. С того, что родилась в неблагополучной семье, откуда её выперли, отдав в детдом? Или с того, что у неё теперь другая семья, более строгая и нелюбимая, где над ней постоянно издеваются? Или даже начать с того, что она сбежала от своей приёмной семьи, и теперь её ищет полиция? Ничего в голову не лезло. Особенно по поводу своего прошлого. Лика очень смутно помнила своё детство, но всё же могла кое-что рассказать.
– Знаешь, я ведь совсем необычной родилась.
– Как это?
Лика посмотрела на Викторию. Вторая ждала от неё хоть какого-то объяснения по поводу своей необычайности.
Поближе подвинув стул, Лика продолжила свой рассказ:
– Родилась на седьмом месяце беременности. У меня же приёмные родители. А вот настоящие бросили ещё до того, как мне исполнилось три месяца. Видите ли, мама была молода, а я – ошибкой.
– С чего решила, что она так думала?
– Одна единственная бабушка взяла меня на попечение. Бабушка со стороны отца. Она умерла, когда мне исполнилось десять лет. Снова начался этот ад: приют, дети, взрослые, орущие на нас и крысы, что постоянно лезли воровать нашу еду.
Виктория с сочувствием посмотрела на неё. Во время её рассказа она представила себя. Такой же десятилетней, забитой, никому ненужной. От таких чувств ей чуть не стало плохо. И она расплакалась.
– Что с тобой? – спросила Лика и легла к ней рядом. – Что такое? – снова спросила она и обняла её.
– Понимаешь, я ведь тоже сирота… Выросла в детдоме, где меня все насиловали и не любили. Всем был нужен один лишь секс. Зачем? Зачем мужчинам насиловать женщин? У них что, нет чувств, и они видят нас не душой, а другим местом? Почему так?
– Не обращай внимания, моя любимая девочка, – Лика поцеловала Викторию. – Просто их мозг находятся на кончике этого самого места, с чем они постоянно хвастаются.
Виктория прижалась к подруге, и они решили некоторое время помолчать. В такой момент говорят: «Тихий ангел пролетел – родилась новая душа». И это продлилось недолго. Именно в этот момент Виктория снова увидела того самого человека за дверью. Он стоял и улыбался. Лика посмотрела в сторону двери, но ничего не увидела. Чтобы хоть как-то успокоить подругу, она руками закрыла её глаза и попросила расслабиться.
– Знаешь, о чём я мечтаю? – тихонько гладя лицо своей подруги, спросила Лика.
– О чём?
– О том, что скоро всё закончится. Мы с тобой будем свободны от всех обязательств, и у нас всё пойдёт так, как должно идти. Конечно, я не уверена, что всё это закончится. Но ведь оно когда-нибудь закончится, правда ведь?
Виктория ничего не поняла, но, чтобы не обидеть подругу, поддакивала ей.
– У меня ведь ещё была проблема психического характера. Сама в детстве страдала психическими заболеваниями. Когда мне было двенадцать, у меня обнаружили паранойю и диссоциативные расстройства личности. То есть по-простонародному – раздвоение личности. Во мне обнаружились сразу три личности. Первая личность была намного моложе меня, а вторая – на шесть лет старше. Про третью якобы личность молчу.
– Почему? – удивилась Виктория.
– Потому что там был старик, кому было не менее семидесяти восьми лет. Он жил и получал пенсию, – со смехом ответила Лика и рассмеялась ещё больше. – Ведь самый курьёзный случай произошёл в больнице, когда я вместо детской ординатуры, заглянула во взрослый и попросила измерить давление. Медсёстры были шокированы, но выполнили мою просьбу. Давление-то было 170/90. Ты представь, что даже организм подстроился под возраст старика. Я чувствовала себя убитой и дряхлой, как моя соседка-Баба-яга Антонина Валерьевна. Даже сумела заметить у себя длинный нос, как у самой настоящей лесной колдуньи. Аж самой страшно стало.
Виктория весело рассмеялась. Лика тоже улыбнулась. Ей было приятно увидеть на печальной физиономии улыбку своей любимой подруги. Даже если она скоро уснёт, Лика всё равно будет лежать и обнимать её. Но нельзя забывать про продукты. Всё-таки обманула подругу – надо теперь пойти в магазин.
Снотворное взяло своё, и начали проявляться первые признаки его действия. У Виктории глаза слипались, но она старалась не заснуть. Было тяжело идти против действия таблеток (тем более против двух), поэтому она всё же сдалась. Уснула!
Лика посмотрела на свою подругу, улыбнулась ей, что-то пробормотала и ушла, оставив Викторию в одиночестве.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?