Текст книги "Берсерк забытого клана. Книга 1. Руссия магов"

Я уже достал нунчаки и увернулся от мощного удара молнии, но поймал спиной второй такой же. В глазах потемнело и стало немыслимо жарко, так как жилет попросту вспыхнул. Я покатился по земле, стараясь избавиться от полыхающего материала и поймал лицом каменный выступ, появившийся из ниоткуда. Следом в спину вонзились острые кинжалы, но, не распарывая плоть, а тая на коже обжигающим холодом. Насквозь меня не прошили, что удивило и порадовало, но легче от этого не стало.

Вскочил из положения лёжа рывком, и сразу ушёл в перекат от множественных разрядов молний, бивших из руны, созданной невзрачным парнем. Некоторые из них попали в меня, не причинив вреда, кроме неприятных ощущений и волны́ энергии, расходящейся пульсирующим потоком по моему телу.

Выполнил к нему подскок, следом провел удар в переносицу и захват за шею, с броском одной рукой. Выполнил идеально, как на тренировке!

Открылся второй противник и сразу же получил в зубы нунчаками, а следом в затылок и в солнечное сплетение. Переброс оружия, с перехватом в другую руку, я выполнил великолепно, и, когда менял стойку на нижнюю, перешёл в атаку, работая на коленях.

Маги не ожидали и сразу не смогли перестроиться, чем я и воспользовался. Постоянно перемещаясь и крутясь у них под ногами, я бил по всему, до чего мог дотянуться нунчаками – колено, голень, пах… Кто-то согнулся и сразу получил удар в ухо, в висок, и тычковый удар в лицо завершил мою контратаку.

Их осталось всего двое, моих противников, и у одного из них я уже вижу нож, непомерной длины и отливающий синим по кромке. Рядом из пыли формируется ядро, и следом удар сокрушительной силы отбрасывает меня на стену. Боль разносится по телу одновременно с выстрелом! Опасный противник открылся, полагая, что мне уже точно амбец пришёл. Я бросил ему в лицо нунчаки, чем сбил плетение руны, и заметил у него в руке наган. Так вот кто стрелял!

Два длинных шага, прыжок, и рука парня безвольно повисла, выдернутая из сустава прямым захватом ногами с моим кувырком и рывком на излом. Уход в нижнюю стойку с захватом, бросок в стену орущего парня, и вот он, открытый Егор, видать, очухался и подошёл поглядеть. Пис… тебе, парень. Готовься к больничке!

Второй выстрел нагана я не услышал. Боль захватила сознание и…

– Замерли! Всем отставить плетения рун! – я увидел, как открывается рот у старшего Мага патруля. – Всем остановиться!

– Вызывайте лекарей! – кто-то истошно заорал сзади.

– Немедленно Рунного Лекаря, зовите Владлена! У нас несколько тяжких!

– Что ж вы наделали, ребятки?

– Разве так можно? Вы же убивать собрались этого парня, – последнее, что я услышал, меня озадачило.

Выходит, что это не просто драчка за углом, почти безопасная, и Маг может убить, рассчитывая остаться безнаказанным, или его оправдают в суде? Ничего не понимаю, но хорошего мало…

Интермедия первая. Странный парень

В уютном каминном зале, в небольшом особняке на самой окраине Ставрополя, что на Волге, разговаривали двое серьёзных мужчин, профессионалов, имевших весьма значительны саны в среде Рунных Магов. То, что эти загадочные личности состоят в близкой дружбе, можно понять из их разговора…

– … и последняя новость, с которой я хочу поделиться с тобой, – Артур подтянулся к резному столику, сервированному лёгкими закусками, взял графин и разлил по бокалам коньяк. – Я взял помощника, ночного охранника, в лавку…

– Интересно, считай что заинтриговал, тем более, что твоё заведение не нуждается в охране, – собеседник улыбнулся и принял поднесённый напиток.

Они оба вдохнули аромат, пригубили и посмаковали рубиновую жидкость. Насладившись, продолжили…

– Артур, всем известно, что твой антиквариат странен, это как минимум, – собеседник в дорогой мантии не скрывал иронии, – это не лавку нужно беречь, а город от неё, – добавил улыбаясь. – Да и не было у тебя сроду никого…

– Решил изменить отношение к найму, как только человек преступил порог, – Артур откинулся на спинку, принял вальяжное положение и перекинул ногу на ногу. – Я прочёл его ментальную составляющую ровно до той глубины, которую он сам желал. Представляешь?

– Удивительно! – изумился собеседник. – Продолжай. Нет! Постой! – он словно ошпарился. – Я не могу поверить, что ты, споткнулся и не прочёл визитёра от самого рождения. ТЫ, который знает, о чём думает любой человек на светском приёме, у любого князя, за исключением лиц из имперской семьи, там защита непроницаема. Ты, который читает мысли на расстоянии и которого боятся все, кто не желает, чтобы его тайны узнали?

– Увы, это так, – подтвердил Артур с ноткой сожаления и искреннего удивления. – Я сначала не поверил, и проверил себя более жёстко, воздействовав всей своей силой ментального дара… – он сделал паузу, задумался, вспоминая детали разговора с парнем.

– И? – не выдержал собеседник.

– Ох-хх, – Артур тяжело вздохнул, взгляд его затуманился, выражение лица стало отрешённым от окружения. – И… Ничего друг мой, ничего… Но у меня создалось чёткое ощущение, что осталось немного до того момента, когда паренёк сам меня прочтёт…

Интермедия вторая. Слухи и разговоры…

– Привет, папуль!

Звонкий девичий голос ворвался в столовый зал вместе с его обладательницей.

– Не папуль, а Никита Васильевич, – наставительно поправила Варвара Александровна Долгорукова в девичестве, ныне же – супруга князя Демидова. – Роксана Никитична, ну, сколько можно поправлять вас, сударыня? Право же!

– Ну, мамуль! Ну, пап, ну мы же не на приёме? – белокурая бестия обняла отца сзади и прильнула к его щеке, чмокнула и развеяла всё недовольство родителей.

Отбежала, шумно села на стул за стол, за которым собрались все близкие родные. Ужин считался семейным, и его старались не пропускать, тем более, что князь прибыл всего на один день, будучи проездом.

– Ну, здравствуй, моя маленькая бестия, – князь, глава семейства, предводитель Великого Клана Рунных Магов Ллойд, не мог налюбоваться своими детьми, сыном Никитой и дочками, Анной и Роксаной, которых видел крайне редко.

– Ты когда назад поедешь? – Роксана старалась избегать этикета при любой возможности. – Вечно приезжаешь на пару дней и снова к своим заставам, бастионам, заводам, рудникам и копям.

– Да, папенька, – добавил сынишка, смешно макая блинчик в варенье. – Мы давно не играли вместе в солдатиков и магов.

– Действительно, папенька, – Анна, старшая из сестёр, подключилась. – У Роксаны скоро учёба начнётся, можно же и отпуск устроить?

Князь улыбнулся и опечалился, его мысли всегда там, где работа, где вечные стычки с тёмными сущностями, где заботы, управление кланом и всё в том же духе. Он и порталами не пользуется из-за параллельно проводимой инспекции своих вотчин. Да и не любит без крайней надобности тратить собственность Клана на личные нужды, прекрасно зная дороговизну портальных свитков, а нужно их несколько, из-за ограниченного радиуса действия.

– Даю слово, что зимой, всенепременно исполню для себя неделю отпуска! – он успокоил домашних, как мог.

Все повеселели, предвкушая проведение зимних каникул в полном семейном кругу.

– А у нас есть кое-что, – Роксана сама налила себе сок и пригубила, не дожидаясь слуг. – Занятное такое случилось, буквально, вот, сегодня. Я не поленилась и запечатлела всё на камень памяти. Советую посмотреть, если никто не против.

– А в чём суть? – Никите Васильевичу подали бокал с вином, как и супруге княгине.

Одет по-домашнему, но очень дорого и с минимумом золота и камней в шитье. Строгий взгляд и волевой подбородок сейчас не внушают страх подчинённым. Это любящий муж и отец, возглавляющий сугубо семейный ужин.

– Ну, хорошо, хорошо, – он отреагировал на надувшуюся дочурку. – Показывай, чего уж! – и вальяжно откинулся на спинку стула.

Роксана вынула крохотный камень из потайного кармашка блузки, сплела из нитей воздуха руну, и камень поплыл прямо к зеркалу, настолько огромному, что несколько человек смогут любоваться собой, не мешая друг другу. Камень коснулся стекла, оно пошло рябью, словно вода, и отражение зала сменилось.

Началось воспроизведение инцидента с подножки, сделанной разносчику, и завершилось суматохой медиков.

– А как это он их победил? – прямой вопрос задал Никита, удивляясь и привставая со своего места. – Папенька, ты видел, как он их бросает? Как танцует. Я видел, как танцует Роксана и Анна, это так мя-ягко-о и непринуждённо, легко.

Малец соскочил со стула и подошёл к зеркалу ближе.

– Ещё хочу посмотреть, ту, пожалуйста, – он глянул на сестёр и родителей столь жалобно, что любое сердце растает.

Но интерес возник не только у мальчика, но и у главы, и у его супруги.

– Я знакома с этим юношей, – подметила Анна. – Его имя Феликс.

При этих словах Роксана слегка порозовела, и тень ревности мимолётно коснулась её очаровательного лица. Никто не заметил, что её порадовало.

– Да, верно. Но всё ли это? – спросила с подтекстом Роксана Анну.

Та не ответила, но взгляд отвела.

От внимания матери, Варвары Александровны, не ускользнула обоюдная заинтересованность дочерей, но княгиня не стала делать на этом акцент, рассчитывая сама разобраться в статусе парня, может, он из благородных кровей и просто попал в трудную ситуацию, и тогда нет ничего страшного в общении с ним ее дочерей, факт чего уже обозначился, как свершившийся.

– Я правильно понял, что тут имеет место применение магии к обычному человеку? – князь не позволил разыграться борьбе и обоюдным подначкам своих девочек, задав вопрос и поняв в увиденном самое важное.

– Да, папенька, – Роксана еле удержалась, чтобы не показать язык сестре, абитуриентке пятого курса Академии Боевых Рун. – И ему ничего не сделалось. Но вот из нагана досталось…

– Очень интересно, – глава задумался, причём надолго.

Они несколько раз прокрутили события, следя за каждым участником по отдельности, потом всеми сразу. Князь анализировал и молчал, никак не прокомментировав ничего из происходящего по ту сторону зеркальной поверхности. Никита восхищался открыто и громко, добавляя пояснения устами ребёнка.

– Однако! Интересная запись. Странно всё это, очень странно и нереально… – он пробормотал, задумчиво глядя на вино. – Почему он жив? – князь резко вышел из вдумчивого созерцания. – Кто ещё видел содержимое камня памяти? – он задал вопрос, серьёзно гладя на Роксану.

– Именно с моего камня – никто, но там собралось столько соглядатаев, так что свидетелей много и рассказы о схватке уже гуляют по улицам Ставрополя, – пояснила дочь общую ситуацию.

– Я заберу информацию с камнем, требуется показать запись совету… Да, определённо, – глава мысленно пришёл к какому-то выводу. – Анна и Роксана, коль вы знакомы с этим молодым человеком, то прошу вас узнать о нём максимум подробностей, из какого он клана, к примеру, откуда родом и кто родители? – он выдал просьбу очень серьёзно, чем привёл в замешательство девушек.

– Неизвестно, но я узнаю, – Роксана первой среагировала. – Хозяин таверны считает, что он путешественник.

У княгини Варвары Александровны приподнялась бровь, и она сделала для себя выводы, не окончательные, но всё же.

– Путешественник безродным не бывает, – подметила Анна, получив одобрительный взгляд сестринской поддержки от Роксаны.

– Ух, ты! – Никитка восхитился от услышанных слов. – Я тоже буду путешественником, буду уметь без магии всех побеждать и раскидывать вот так!

Младший попытался воспроизвести пантомиму схватки, чем развеселил домочадцев. Немного отсмеявшись, все вновь принялись за поглощение принесённого слугами десерта.

– Кстати, а где он сейчас? – поинтересовался Никита Васильевич, словно нечаянно.

– У нас, на территории академии, – обрадовалась Роксана, увидев интерес к будущей судьбе парня со стороны главы семейства.

Она посмотрела в сторону Анны, и та подмигнула многозначительно.

– Ну, да, так он под наблюдением уполномоченного от Протектората, Магистра Владлена Рунного Мага Жизни, непревзойдённого мастера вязи Рун восстановления, – добавила старшая сестра.

– Проведайте паренька, если это будет уместно молодым княжнам, – Никита Васильевич посмотрел на Варвару Александровну, ища ответа и отражения сказанного им её мнением.

– Девочки должны проявлять заботу ко всем, оказавшимся в трудном положении, – княгиня мать не стала чинить препятствия, видя интерес супруга к парню.

– Я тоже пойду! – заявил Никита-младший. – Попрошу слуг собрать ему кучу всякой всячины вкусностей, по-о-лную корзину! – малец смешно показал размеры подарка руками.

Анна с благодарностью посмотрела на мать и на брата, ведь от её разрешения и зависит возможность общения, уже официального или дружественного, без попыток утайки от общества. А любознательность братика может послужить официальным поводом для посещения, ведь ему требуется сопровождение.

– Мы всё сделаем аккуратно, не вызывая дурных суждений, – добавила Анна строго и поклонилась. – Глава клана может на нас рассчитывать! – старшая дочь приняла поручение отца за отданное распоряжение, что никого не удивило.

– Если что-то узнаете, всё, что угодно, даже самое незначительное и несущественное на первый взгляд, то не медлите, сообщайте мне непременно! – он сказал это серьёзно, и резко сменил выражение на любящее, отеческое. – Если за ситуацией следит Верховный Протекторат, то это лишь усугубляет дело и наш интерес, как Клана, становится актуальным. Вдруг понадобится защита парню, – князь подытожил, но мысли по поводу планов на Феликса окончательно не открыл.

Ужин постепенно закончился. Всё семейство последовало за главой в обширную гостиную резиденции, где слуги приготовили, привезённые князем подарки, избавив от дорожной упаковки.

Тут Роксана придержала сестру за рукав и обратилась шёпотом:

– Анька, не забудь, о чём договаривались до поступления и моего приезда в город!

– Чи-шш. Тихо ты! – шикнула старшая. – Помню я всё! Поклялась никому не говорить, кто ты есть. Просто Роксана из клана Ллойд, а максимум – это дальняя родня, и та под вопросом. Я помню всё, и никто не узнает твоих настоящих регалий, княжна Роксана, – она вдруг прищурилась. – Не хочешь разделить со мной популярность и нажить толпы похотливых и жадных до денег женихов?

– Фи! Вот ещё, – играя обиженную, надула губки младшая. – Лучше подумай, как делить Феликса будем…

И обе сестры тихонько засмеялись, но только до того момента, пока их не призвала княгиня.

– Девочки, а ну-ка пойдёмте со мной, – серьёзный голос влиятельной матери остудил хохотушек.

Следуя за строгой хозяйкой летней резиденции семьи Демидовых, они уединились в крохотной комнате, сославшись на репетицию плетения руны защиты, чем не удивили главу клана. Тренировкам Никита Васильевич уделял особое внимание и всячески поощрял такую ретивость у всех, включая самых близких и любимых людей.

Женщина и девушки расселись на пуфиках.

– Ну, мои дорогие, теперь внятно рассказывайте, и только не подумайте спрашивать, что именно меня интересует! – княгиня Варвара оказалась строга.

– Маменька, ну, право же…

– Вы, уважаемая Роксана, забыли, кто я такая, помимо любящей и заботящейся матери? Так вот, – княгиня не интересовалась, она говорила жёстко, утвердительно и требовательно. – Немедленно рассказывайте! Обе! – сверкнула чёрными глазами Варвара Александровна Демидова-Долгорукова, – что вам известно, и при каких обстоятельствах вы познакомились с этим Феликсом?

Властный голос, как и статус княгини в управлении Кланом Ллойд, подействовали предсказуемо. Сёстрам ничего не оставалось делать, кроме как рассказать всю правду о своих случайных пересечениях с Феликсом.

Естественно, что Роксана упустила моменты, когда поведение парня зашкаливало за принятые рамки общения среди благородных особ, и не только. Мать это заметила, но акцентировать на этом внимание не стала.

Зато Анна отличилась и разукрасила ситуацию в парке с кошкой, на все сто процентов, подняв авторитет юноши.

Княгиня выслушала дочек, не перебивая, и наступила пауза, причём, сёстры не спешили её нарушить.

– Вот, что я решила, – наконец-то, спустя минут пять молчания, княгиня приступила к доведению до дочек своих мыслей, и наставлению чад на путь истинный.

Девушки выпрямили спины, приняв горделивые осанки с нотками всеобъемлющей почтительности в строгих выражениях лиц и замерли, внимая уважаемой и любимой матери.

– Раз уж сложилась такая ситуация, что избежать общения с Феликсом не удастся, – продолжила княгиня Варвара, – да и Никита Васильевич проявил к парню свой интерес, в первую очередь, как глава клана, – она специально сделала на решении мужа акцент, подразумевая и о собственном мнении на этот счёт, – держите дистанцию, в нормальном понимании, и соблюдайте приличества. Я думаю, у вас хватит ума не забывать о том, кто вы. Позже, постарайтесь пригласить его к нам под безобидным предлогом, я самолично желаю посмотреть на него, поговорить и проверить насчёт принадлежности к родовитым сословиям потомственных Магов, кто знает, чья кровь в нём течёт, и кто его родоначальник. Нужно осторожно прощупать его способности, разглядеть ментальную составляющую. Кто знает, кто знает… – княгиня Варвара покачала головой, завершив высказывания, и снова задумалась, жестом отпустив дочерей.

Интермедия третья. Ошибочность очевидных решений…

– Вот объясните мне, четвёрка, нет, пятеро остолопов, как вы додумались до применения боевых Рун в городе, после полученного предупреждения одного из посетителей, Рунного Мага, кстати, и весьма уважаемого? И ведь против кого? – князь Фёдор Фёдорович Голицын даже не пытался себя контролировать.

Меряя шагами палату и грозно глядя на каждого из участников инцидента, сейчас лежащих в больничных кроватях и смотрящих на мир запуганными щенками. Удары каблуков его форменных ботфортов о паркет впечатывались в мозг каждого, заставляя периодически вздрагивать.

– Это просто немыслимо! Четверым осталось последний курс Академии закончить, а там и выпуск с Великим Распределением! Ладно, я делаю скидку этому малолетке, с хвостом и вожжами в известном месте, но вы, вы – четверо братьев, моих сыновей, княжичей! – князь сопроводил сказанное эмоциональной жестикуляцией. – Повестись на посыл и ввязаться в драку? Он вам кто? Мещанин, пользующийся славой своего папаши, пролезшего в высшее общество благодаря фабрикам и заводам, основанным даже не им, а родичами! Кто вам Трубецкой? И не смотри на меня так, – князь глянул в сторону Егора, – вон, и отец твой молчит, гла́зки потупив, – перевёл гневный взгляд на притихшего папашу.

– Князь, князь, – Ефим Трубецкой, глава клана Ревун и отец Егора, так проштрафившегося накануне и ставшего зачинщиком конфликта, постарался сбавить разнос, – может, воды? И причём тут мои мануфактуры? Право же, князь…

Их прервали.

В палату без стука вошли трое, тем самым остановив разговор, а точнее, монолог на повышенных тонах. Визитёры могли себе позволить входить куда угодно и когда угодно, тем более, в стенах Академии Боевых Рун.

Человек в пенсне, держащий в руках портфель дорогой выделки, одетый в короткую мантию магистра, бесцеремонно проследовал к центру палаты и сел на захваченный по пути стул таким образом, чтобы видеть всех участников инцидента у Таверны Гроха. Это название получило официальный статус и от приставки «дело» его отделяли лишь несколько вопросов.

– Представьте меня собравшимся господам, – он обратился так, что понять, кому именно адресовано сказанное – невозможно. – А затем, я займусь этим порученным мне делом. – Глаза не выдали настроения и отношения человека, как к происходящему, так и к присутствующим главам известных кланов.

– Господа, Рэйнолд Аперкилд, старший следователь, Внутренняя безопасность Верховного Протектората Магии Рун Руссии, – Магистр Валентайн ораторски представил человека. – Прошу любить и жаловать. Я представляю контроль и соглядатайство со стороны магистрата Академии, а Магистр Рун Жизни, Софья Павловна, присутствует, как директриса закрытого лекарского заведения при Академии Боевых Рун.

– Благодарю, Магистр, – откликнулась женщина.

– Благодарствую, – холодно отреагировал следователь.

Все с почтением, некоторые со страхом и смятением, перевели взор на следователя, оставившего на лице маску непроницаемости. Рэйнолд достал крохотный рубиновый камень, который после неуловимого плетения руны воспарил в центре палаты, начав запись и ознаменовав старт процесса дознания.

– Перейду сразу к делу, – холодный взгляд пронзил пятёрку участников. – Пострадавший в тяжёлом состоянии и опрос его отложен. И хоть заявления от парня пока не поступало, мы вынуждены быть готовыми. Надеюсь, нет необходимости напоминать о ментальном контроле и записи? Вот и прекрасно! – Аперкилд подытожил, не дожидаясь ничьих ответов и любой иной реакции на слова.

Князь Голицын поправил складки своей мантии и решился на вопрос.

– Неужели нельзя обойтись без открытия дела и решить проблему на уровне собраний кланов? – князь Фёдор Фёдорович старался выглядеть достойно. – Может, ребяческая потасовка останется в стенах Академии, без открытия хода делу? Мы в состоянии решить всё и наказать, если потребуется, провинившихся, без привлечения внимания к инциденту широких слоёв населения и посторонних…

На его слова последовала реакция, но не та, на которую рассчитывал князь.

– Об этом не может идти речи, – следователь разрушил надежды обойтись малой кровью. – Это не просто потасовка, это попытка убийства с отягчающими обстоятельствами… – актёрская пауза полная драматизма, – с применением Магии Рун, Боевых рун, преподаваемых и оттачиваемых за стенами Академии. Так что, пока всё именно в таком ключе и рассматривается. Вопрос о содержании под стражей ваших отпрысков остаётся открытым, и я удивлён, почему с этим решением тянут.

Произнеся тираду, следователь показал всем своим видом пренебрежение и отсутствие уважения к регалиям глав кланов.

– Но над кем? Ради безродного горожанина… – Ефим Трубецкой подал голос, но его тут же грубо прервали.

Резкий подскок со стула, три длинных шага следователя и взгляд хищника впился в переносицу и глаза лидера клана Ревун, не предвещая ничего хорошего.

– Кто дал вам право решать, кого можно калечить и убивать? – процедил сквозь зубы следователь Рэйнолд. – Сразу предупрежу – ваши связи бессмысленны и оказать давление на следствие вы не в состоянии, – он прошипел предложение. – Можете остаться, если желаете, и то лишь потому, что вы родители. Советую навести обо мне справки, прежде чем что-то ещё предложите. Я вижу желание дачи взятки и подкупа? Остерегитесь от подобного или окажетесь сразу на плахе в переносном смысле этого слова, но от того не ставшем мягче. Итак, – он резко вернул хладнокровие и занял прежнее место на стуле, – начнём, пожалуй.

– Мы выйдем, если не возражаете, тем более, мы уже знаем эту историю, – озвучил решение Князь Голицын.

Вставая, он увлёк Трубецкого под руку и они покинули помещение, но не для того, чтобы распрощаться. Их ожидал другой разговор, начавшийся сразу же, как только дверь в палату закрылась за ними.

– Итак, что самое важное вы сейчас услышали? – Голицын задал вопрос, но не для того, чтобы ждать ответа.

– Эм-м… Может то, что всё очень плохо… – Трубецкой попытался высказаться.

– Вы невнимательны, друг мой, – князь прервал его снисходительно, приобнял за плечи и они пошли по коридору в направлении выхода. – Ключевая информация – нет заявления потерпевшего и наша с вами задача сделать так, чтобы оно не появилось!

Князь Фёдор Фёдорович Голицын улыбнулся, думая о своём.

– Ну, это проще простого, – оживился Трубецкой. – У меня есть выходы на специально обученных людей, решающих вопросы с исчезновением и молчанием…

– … Вы – идиот? – собеседник выкрикнул и тут же огляделся, удостоверяясь, что их не слышат и не видят. – Хотите убедить меня разместить заказ на голову парня, и получить по полсотни магов-сыскарей посланных протекторатом на душу населения в регионе? – князь Голицын, не скрывал гнева. – Да всем сразу станет понятно, кто инициатор, и выйти на заказчика станет делом времени! Мне ль не знать, как работает система, не содержащая дураков и идиотов в штате!

Он взмахнул руками в отчаянии от нелепого предложения. Остановился и вдумчиво посмотрел в глаза главы клана Ревун.

– Этот парень интересен и нужно задобрить его всем, чем только можно, – Голицын начал высказывать своё видение. – В случае удачного предложения не будет никакого заявления. Если не заметили, то его возможности защиты слишком удивительны, не встречал таких прежде. Нам нужно склонить его к сотрудничеству и всё из него вытащить во имя процветания кланов, оставить парня, чтобы привлечь и изучить феномен защиты и отражающего удара, что свёл на нет старания молодых Рунных Магов Жизни. Последствия его воздействия плохо лечатся. И тут нет разницы у вас или у меня он осядет, и чьё примет предложение присоединиться к рядам Рунных Магов, а он маг – это бесспорно. Вот только скрывается. Но первое – это выполнение любых его условий для остановки хода дела. Я ясно выразился?

– Более чем, – согласился Трубецкой, но оставил и свой вариант решения проблемы, не убирая его с повестки и не афишируя перед князем.

Мысли тенью прошли по лицу собеседника, что не ускользнуло от князя Голицына.

– Я вижу ваше недоверие, и предостерегаю – не будьте глупцом, прислушайтесь к моим словам!

Интермедия четвёртая. Плохие вести…

В административном здании комплекса Академии, отведённом под размещение Магистрата, царило оживление. Все собравшиеся, исключительно чистокровные благородные рыцари, Магистры Боевых Рун, ожидали появления директората.

Причина для позднего сбора шёпотом обсуждается присутствующими. Император затеял сбор боевых кланов государства, что чревато началом открытого противостояния лидеров за предводительство армии Боевых Рунных Магов.

В аудиторию для совещаний вошли трое мужчин и две женщины. Присутствующие встали и почтительно дождались их размещения в креслах во главе стола.

– Тема проста, – начал Магистр Рун Вальдемар, на правах директора и хозяина учебного заведения. – Как вы уже слышали из депеш и сообщений, Силы Тьмы активизировались за Большим Хребтом и Император объявил призыв на войну. Я не буду копаться в причинах такого решения, ведь этим есть кому заниматься в столице, посему, перейду к главному.

Слушатели замерли.

– Как известно, зыбкий мир, точнее, затянувшееся перемирие, может рухнуть в одночасье, – он встал, начал ходить, показывая всем плохое настроение. – Обязательно начнётся борьба за земли позади гор, ведь тёмные сущности не оставили выбора. Война послужит результатом набегов и постоянного уничтожения подданных. Требуется не допустить конфронтации среди учащихся, на почве выявления лидерства, – Магистр Вальдемар остановился и обвёл всех испытующим взглядом.

Поднялась одна из пришедших магистров директората.

– Добавлю, что усилиями многих мы добились мира в стенах Академии. Ребята, закончив её, становятся рыцарями престола и забывают о межклановых распрях, чего не сказать о взрослых. Первым делом, нужно не допустить распространения информации, перекрыв все источники связи с внешним миром, – она вздохнула. – Что уже сделано и, надеюсь, вовремя. Представьте, что смогут натворить абитуриенты с необузданной силой?

– Перебьют друг друга, – вставил один из слушающих. – Им это уже многим посильно. А могут и дать дёру, присоединиться к старшим соклановцам и поучаствовать в войне, если до неё дойдёт.

– Но территория нашего заведения признана нейтральной, – возразил уважаемый магистр с задних рядов. – Тут полный нейтралитет. Его статус соблюдают все старейшины и лидеры заинтересованных Великих Домов, – он встал и развёл руками. – Я не поверю, что они бросят клич и призовут молодняк на бойню.

– То есть, в том, что она будет, никто не сомневается? – Вальдемар задал вопрос. – Это риторика и все с ней согласятся, посему, решим ограничить общение с миром за стенами академии, насколько сможем по времени. Приступим немедленно, активируя дополнительный круг Рунного занавеса, – он вновь сел. – Приступайте, нужно успеть к утру. Все свободны.

Магистры оставили задумчивого главу одного, выйдя через несколько дверей, двигаясь так тихо, что услышать шаги было невозможно. Люди словно парили над полом, касаясь паркета мантиями. Один из них остался и подошёл ближе, кашлянул, привлекая внимание Вальдемара.

– Кхе!

Хозяин поднял глаза от бумаг.

– Что случилось, Магистр Валентайн?

– Некоторое событие, требующее отдельного обсуждения, – седовласый старик присел, не спрашивая дозволения.

– Не томите, я ведь знаю, кто вы на самом деле, – вздохнул директор. – Библиотекарь! Хм, это такое себе прикрытие, маскировка слабая, – он улыбнулся краешками губ. – Ну, не томите уже, Валентайн, что случилось?

Вальдемар откинулся на высокую спинку стула, готовясь слушать.

– У нас странное проявление ментальной защиты, – сказав, он сделал паузу, но ничего не прочитал в эмоциях хозяина. – Человек появился, без рода, без племени, парнишка, лет девятнадцати. Говорят, что путешественник…

– Я знаю об этом, – остановил его доклад Вальдемар. – Ничего не происходит за третьим кругом защиты, и попавший сюда достоин пристального внимания к себе, ну, и негласного наблюдения. Присмотрись к нему, но не вздумайте открыто преследовать или делать предложения о сотрудничестве. Посмотрим, что получится из человека, какой у него путь. А теперь ступай. Мне нужно подумать ещё некоторое время одному.

– Но он не маг, как утверждают свидетели!

– В пустой сосуд проще налить воду, – философски парировал Магистр. – Подумай над этим на досуге, дорогой мой Валентайн.

Последний человек покинул аудиторию, а директор поразмыслил над старым пророчеством, услышанным когда-то, во времена юности, от умирающего Рунного Мага, рыцаря и наставника.

– Посмотрим, что будет и как всё повернётся, – он прошептал сам себе, задумчиво и отрешённо. – Слишком много совпадений, а я в них не верю…