Текст книги "Берсерк забытого клана. Книга 1. Руссия магов"

Глава 6. Идея Руны Равных Граней

Очнулся.

Попытался встать и… Ох, и… мать! Меня самосвалом, что ль переехали… Но шевелиться могу, просто боль адская во всём теле. А почему не арестовали меня и тех, абитуриентов долбанных, или арестовали?

– Нет, отнюдь, парни проходят лечение. Они в другой палате, а ты, как всегда, доставил мне кучу хлопот, – раздался в голове голос прозрачной нимфы. – Извини, я без апельсинов.

– А сама-то ты где? – я увидел лишь удивлённое лицо сиделки в палате.

– Ты реально сейчас спросил, или прикалываешься так трогательно для нормального идиота? – удивилась она чуть насмешливо. – Мы не одни, я довожу до тебя этот фактик, если глаза не разул окончательно. И не говори вслух, на тебя уже таращатся!

Я осмотрел белоснежные покои, совершенно не похожие на типовые пустышки с одной тумбочкой и кроватью. Всё в окружении кричит о роскоши.

Мебель хоть и покрашена в белый цвет, но выделяется витиеватой резьбой. Некоторые элементы покрыты позолотой, и я не сомневаюсь, что золото настоящее. Люстра с имитацией свечей имеет регулировку по высоте и яркости. Выключатель у двери на это намекает, выполненным колёсиком управления.

Резная тумбочка с отполированной до зеркального блеска столешницей. Два удобных кресла с низким столиком у стены напротив моей кровати. Две табуретки и два стула, причём мягких, с кожаными сиденьями. Всё очень качественное и дорогое, а по меркам моего мира – музеи продать не смогут за деньги. Я почувствовал себя должником.

– И что теперь? – я перешёл к мысленному диалогу.

– Да ничего, если ты о здоровье печёшься, – беззаботно ответила невидимка голосом фурии в моей башке. – Шрамы останутся, особенно на скуле, но ведь ты суровый парняга? – явно смеётся. – Спина будет такая, как у йога, забывшего, что он спит на кинжалах!

Я обалдел и представил себя такого, разукрашенного резьбой по телу, но звонкий хохот фурии вывел меня из состояния паники.

– Да я пошутила, балбес наивный! – отсмеявшись вволю, она прояснила причину веселья.

Я облегчённо выдохнул, признав в ней язву и вредную кокетку.

– Ты и про йогов знаешь? – я реально удивился, переводя разговор в другое русло.

– Фи, какой! А ты думал, я совсем тупая и ничего кроме качелей не видела? – фыркнула недовольно, почти обижаясь. – Я – эрудированная девушка.

Скрыть улыбку я не смог, чем вызвал новые взгляды на себя со стороны сиделки, весьма молоденькой, но молчаливой и испуганной, словно галчонок, выпавший из гнезда и смотрящий на мир с открытым клювом.

– Слушай, а скажи мне на милость, почему тут так всё перемешано? Я про технологии, одежду и, вообще, про всякие там мелочи в этом мире.

– Ну… – она протянула в ответ. – Это не так вот запросто объясняется. А про одежду, так тут её носят такую, какая нравится. И многие вещи не соответствуют твоему понятию о целостности времени и эпохи, так что готовься удивляться. Ты ведь уже оценил платье Анны, прикид Васи, вызов в одежде Роксаны с девчонками и скромность в одеянии Ксандры? Так это тут постоянно противоречия. Даже Артур будет не всегда во фраке. А ты обратил внимание на форму одежды Вольнонаёмных Магов? Ничего из твоей жизни прошлой не напомнило?

– Получается, что кроссовки встретить реально? – я мысленно засмеялся.

– Не до такой степени! – она явно веселится со мной. – Но вот почти современный покрой можно встретить. И автомобили, слегка доработанные Магами, и оружие, да и много чего ещё. Ты, кстати, тоже подумай о защите себя. Ствол там какой, или холодное чего подыщи, но поработай над выбранным. Или будет, как вчера – одни палочки с цепочкой против стихийных Рун, ножей и револьверов. Но ты не бойся, тебе не грозит магия, как и ментальные атаки.

– Да, это я уже догнал, но боль ещё та! Я не совсем въехал, а вообще, что это было-то? Почему я валяюсь тут, под одеялкой, рядом с этими убогими, только в другой палате?

– Эти, кстати, относительно тебя, нормально себя чувствуют. Филонят и милость зарабатывают, тип, пострадавшие. Но и проблем у них реально прибавилось со здоровьем. Ты их случайно накрыл выплеском своей защитной энергии. А у тебя пулька сердечко задела, пришлось опять мне вмешаться и тебя вытаскивать, раз Владлен, Магистр Жизни, Рунный Лекарь Протектората, и тот не смог справиться, – она мысленно поморщилась. – Хлопотный ты какой-то, повторяюсь я снова и снова. Ладно, болезный, пора мне! И это, эм… – она замешкалась, словно что-то вспоминая, – да, будь вежлив с гостями и думай над ответами!

– Ты ушла? – я мысленно спросил, выдержав паузу.

Тишина в мыслях послужила мне ответом и одновременным подтверждением. Вот, всегда она так, говорит и не ждёт ответных вопросов, а наплодив их ещё больше, берёт и испаряется. Однако, спокойствие закончилось вместе с открывшейся дверью и я не успел изучить соседей.

В палату вошли двое – пожилой и тучный мужчина в богатом камзоле, и женщина, чересчур строгая внешне. Бросилась в глаза зелёная мантия джентльмена, ну, или накидка, с обязательной алой подкладкой. Что до женщины – с виду обычное платье, стандартного покроя из хорошего материала и скромно украшенное, без изысков, короче.

Прикололся мысленно над головным убором, точь в точь как в старых фильмах про сестёр милосердия. Даже название тогда запомнил – апостольник. Только этот не длинный и выполнен не так строго. Ну и креста на лбу красного нет, а вместо него – руна, золотом шитая.

Наверняка, она или докторша или главная по санитарам там всяким, оттого и такая рабочая одежда.

Мужчина прямиком направился ко мне, не обращая внимания на вскочившую сиделку. Пришедшая с ним женщина, прежде чем присоединиться к нему, захватила табурет и успела поставить его у моего изголовья, предоставляя место уважаемому мужу, явно какой-то шишке. Стул, освободившийся от следящей за мной девушки, она занимать не спешила.

– Я смею утверждать, что это удивительный случай, магистр, – женщина продолжила разговор, начатый, по-видимому, ещё в коридоре учреждения.

– Уважаемая Софья Павловна, разве я спорю? – парировал любезно и с почтением мужчина в мантии. – Даже у нас, в столичной Клинике Рун Верховного Протектората такого не слыхали, не говоря об очном наблюдении, как говорится, «вживую»! Мне повезло, что меня направили на расследование и уполномочили вести наблюдение от столичного протектората.

– Да, это уникальный случай, – перехватила диалог та, кого назвали Софьей Павловной. – Я абсолютно чётко прочла попадание пули в сердце, когда диагностировала его вместе с вами, магистр Владлен. Пускай она всего лишь задела, но всё же!

– С такими ранениями не живут, – муж подытожил, теперь решив заняться мной вплотную.

Магистр сел, оставив стоять строгую даму, и посмотрел на меня внимательно, с нескрываемой заботой, и показался очень добрым дядькой с умными глазами. Видно, что человек умудрён жизненным опытом и обладает обширными познаниями в медицине. Однако, я не смогу дать однозначного ответа, что конкретно в нём и его облике указало на это. Просто, общее впечатление именно такое, и всё тут.

– Ну-с, молодой человек, – он достал медицинский прибор, похожий на дудку, стетоскоп в старинном исполнении, украшенный гравировками с цветами и деревьями. – Заставили вы нас нервничать! Как сегодняшнее самочувствие, боль, может быть, не отпускает? – голос приятный и глубокий, так и призывает к откровению, наверно, магия такая.

– Благодарю покорнейше, гораздо лучше, чем на задворках таверны, – не соврал ни грамма, так как не помню ничего после ранения.

– Ну, – он улыбнулся, причём, мне показалось, что искренне. – Ничего удивительного, юноша, ничего удивительного! – Кх-м. Я не представился, исправляюсь, – он принял позу гордого человека, знающего себе цену и своему положению. – Владлен, Магистр Жизни, Рунный Лекарь. А это, – он указал на стоявшую сбоку и чуть за спиной женщину. – Позвольте представить – Софья Павловна, неизменный директор закрытого лекарского заведения Рунных Лекарей Магистрата Академии. Да-да, мой юный друг, именно она приняла вас в свои пенаты и оказала первую помощь.

Он закончил официальную часть, намереваясь перейти к делу, а я вдруг подумал о том благодетеле, что оплатил мои счета за лечение. Строить иллюзию о бесплатной медицине бесперспективно, а услуги Магов Рун, наверняка, дороже обычных раз в десять или в сто.

Пока размышлял о меценате, мне неизвестном, меня ощупали с головы до пят, послушали дыхание, и всё это под пристальными взглядами присутствующей молчаливой сиделки и Софьи Павловны. Прочесть в их душах и лицах недоумение труда не составило. Они тоже считают, что отпрыск без рода и клановой принадлежности не достоин таких привилегий в лечении. Ну и ладно, авось всё прояснится и добрый человек проявится.

– Ну-с, – Магистр Жизни убрал инструмент и перешёл к оглашению вердикта. – Ещё пару дней покоя с воздействием Рун! Восстановления вам не повредят. В общем же плане, я вижу, что прогресс налицо и опасности жизни никакой я не наблюдаю, – он посмотрел на женщину, слушавшую его с почтением и нескрываемым уважением, затем на сиделку. – Попрошу оставить нас, мне необходимо провести сеанс лечения.

Сиделка вскочила и буквально вылетела в коридор. Магистр проводил её взглядом, улыбаясь и покачивая головой одобрительно, мол, молодо-резво.

– А вы, Софья Павловна, не уходите, – он отреагировал на директора, собравшегося покинуть палату вслед за убежавшей девушкой. – Проследите за ритмом жизни и сердцем нашего редкого пациента.

– Как прикажете, – она поклонилась в ответ.

Я внутренне обрадовался перспективе подсмотреть нечто новое в рунной магии, тем более, что с лечением магией я ещё не встречался. Сиделка вышла, и Магистр Владлен приступил к плетению лечебной Руны Жизни…

Я отчётливо вижу рождение стихии жизни в его груди, она формируется в горячее ядро и выходит наружу, проходя по телу и срываясь в пять нитей с кончиков пальцев. Умом понимаю, что это, может, душа делится своим нескончаемым теплом и энергией, той самой, что поддерживает человека на всём пути жизни. И если источник души вдруг иссякнет, то кончина последует однозначно. Какие запасы хранятся в каждом живом существе?

Или, быть может, они пополняются, и люди, сами того не ведая, являются магами от рождения? Может всё, что здесь, в этом мире, логично, и совершенно ничего в этом странного нет? Просто, кому-то дано знание по её управлению, этой самой энергией? Вероятно, она есть во всём окружении. И вода, и воздух, и земля и огонь, наконец, имеют первоисточник души? Да, бог с этим, с её названием.

Размышляя, я наблюдал за вязью и видел, как Руна Магистра начала появляться в районе ладони руки. Плетение хитрое и требующее концентрации, что ясно по поту, выступившему на лбу уважаемого Владлена.

Последняя линия замкнула магический круг, и из центра, рождённого рунического символа, полился энергетический поток, норовя проникнуть в моё ментальное и физическое тело.

Вот тут и началось самое странное.

Моя врождённая в этом мире защита, как ментальная так и магическая, воспротивились проникновению, даже несмотря на положительное воздействие. Я увидел, как моя неконтролируемая сила ощупала нить потока прикосновением тысяч паутинок, а затем, сделав свои выводы о происходящем, независимо от моего решения или желания, она обволокла своими воображаемыми щупальцами поток из Руны Магистра и принялась поглощать его, не пуская ко мне. Ни в ментальное, ни в физическое тело. Так она, моя энергетическая составляющая, и продолжила насыщение, под моё обалдение.

Причём, я увидел удовлетворение на лице Магистра Владлена, не понявшего сути происходящего поглощения мной его энергии. Он точно не видит, что творится на самом деле, или делает вид, что не видит? Ну конечно, он чувствует странность, но не видит её, в отличие от меня, с моим даром «Чтения Создателя».

Завершив сеанс, он облегчённо вздохнул и тяжело встал. Видно, что магистр затратил много энергии и ему требуется полноценный отдых.

– Ну-с, молодой человек, поправляйтесь, – сказал он, удовлетворённый своей работой. – Отдых и здоровый сон вам сейчас очень кстати.

– Благодарю Вас, от всего сердца, – я отдал дань уважения магистру, произнося слова благодарности со всем почтением, на которое только способен. – Обязательно воспользуюсь вашим советом и буду спать всё свободное от процедур время, и приступлю незамедлительно.

Прощание прошло довольно обыденно, они вышли с Софьей Павловной, тоже магистром, судя по должности, тут иначе не бывает.

Через минуту вернулась сиделка и тихонько заняла своё место в изголовье кровати, а меня одолела жуткая усталость с желанием немедленного сна. Нет нужды сопротивляться, так что я поддался и задремал с мыслью о новом открытии и радостью, от просмотра плетения Руны Жизни Магистром…

Вскочил, напугав сиделку, от всплывшего видения и принялся вспоминать навеянное сном. Не могу предугадать, что послужило толчком к абсурдной идее, показавшейся реальной и вполне возможной к воплощению из-за моих скудных познаний в области магии. Как говорится, «не зная о невозможности – проще делать открытия». В этом случае тормозов ведь в башке нет!

А мысль проста и сложна одновременно. Нужно пересмотреть само создание рун и вместо плетения попробовать построение. Вот так, хочу, и всё, помня о своих способностях в начертательной геометрии! Ну, вот люблю я точность линий и фигур. Так. Нужна тетрадь и срочно!

– С вами всё в порядке? – сиделка не выдержала созерцания моего бегающего взгляда. – Позвать лекаря? Может, принести что-нибудь, а может, подать утку?

До меня не сразу дошёл смысл последнего вопроса. Я реально подумал о птице, да вообще, о чём угодно, но не о сосуде, предназначенном для справления нужды. А когда дошло… Ой, мама моя дорогая!

– Что? Не-не, не надо мне этого! Вот совсем, – я выпучил глаза на смущённую сиделку, смотревшую именно туда, где собственно сосуд и размещают больным. – Эм, – я подтянул одеяло, – а как имя у любезной?

– Марфа, – она отвернулась, смущаясь.

Девушка потеребила край медицинского одеяния, некую смесь платья с халатом, причём, приталенным, и поправила апостольник, потом ещё больше покраснела, дав мне пищу к размышлению – уж не устанавливала ли она мне это туда, пока я в отключке валялся? Но спрашивать нет желания.

– Я пока не хочу, но чуть позже обязательно расскажете, куда мне направиться, чтобы не причинять беспокойства вам, да и мне не гореть от стыда, – я улыбнулся, оценивая её реакцию.

– Ну, вам же нельзя вставать? – удивилась. – Рано, да и директор, Софья Павловна, прогневается на меня.

Она испуганно оглянулась, словно боясь быть услышанной.

– А мы ей не скажем, ладно? – я попытался придать голосу уверенность и спокойствие, мол, ничего страшного не будет и тайна моего самостоятельного похода до ветру останется между нами.

– Как скажете, – она почти успокоилась. – Но если совсем невмоготу, то скажите, я придумаю что-нибудь, выйду там, или…

– Не-не! Сделаем так, как я говорил, – поспешил отмахнуться от такой перспективы. – Всё будет нормально!

Пауза с обоюдным смущением мне не понравилась.

– А вы тут работаете? – я предпринял попытку смены темы.

– Нет, дежурство несём, – она тоже обрадовалась, – все абитуриентки проходят практику, это входит в программу обучения в Академии.

Я почесал затылок и обрадовался, что в очередной раз не вляпался, потому как, выходит, что это совсем не простушка какая-нибудь, а тоже аристократка, ну, или из семьи близкой к высшему обществу.

– Прекрасно! Это, безусловно, очень важная практика! – сказал я эмоционально, без тени сомнений. – Вдруг кто-то будет нуждаться в неотложной помощи, а вы её и окажете…

Кто-то вовремя постучал в дверь, прервав неудобную беседу, и мы облегчённо вздохнули. Марфа впустила визитёра, и в палату ворвался умопомрачительный запах жареной птицы, копчёностей и свежайшей сдобы. Мне даже и в голову не пришло предположить что-то иное, кроме прихода сердобольной Ксандры.

– Ай-я-яй! – кухонная магистретта всплеснула руками, занятыми корзинками. – А похудел-то как! Изголодал на казённых харчах, вон, аж круги под глазами!

Не интересуясь более ничем, молодая женщина прошла к моему изголовью и начала выкладывать вкуснятину на полированную столешницу тумбы. Сиделка замерла с открытым ртом, не в силах пресечь её действия. Слюноотделение и появление аппетита не заставили себя ждать.

– Сколько шуму ты наделал, а я всё переживаю, – Ксандра затараторила, отламывая нежный кусок от грудинки птицы, – такой ажиотаж, столько спрашивающих в таверне. А какой приток клиентов!

– Ксандра, давай по порядку, я тоже соскучился! – жалобно проговорил я, со слезами голодного крокодила глядя на зажаренного гуся. – Ну, всё уже, всё. Видишь, я жив и иду на поправку, вот и Магистр Жизни Владлен так считает! Правда же, Марфа? – глянул на девушку, в надежде на поддержку.

– А-а? А, да, да именно так, – сиделка вышла из состояния офигевания.

Отделавшись от первого приступа шока, Марфа кивнула и, подойдя, помогла мне принять более вертикальное положение, взбив подушки и подтянув меня выше. Она четко осознала, что с посетительницей бороться без толку, и я буду накормлен принесённой снедью в любом случае. Болевые ощущения в груди заставили скривиться, но я быстро взял себя в руки. Нет желания расстраивать гостью своей немощью и ранением.

– Ну вот, теперь рассказывай последние новости! – я с удовольствием откусил нежного мяса, пахнущего дымом и ещё горячего. – И подай вон ту булочку, – глянул на румяную выпечку, в мгновение перекочевавшую в мою руку, – ой, спасибка тебе, Ксандра!

Отдышавшись, сердобольная Ксандра, наконец, села на стул и более спокойно осмотрела меня. Я прочёл столько переживаний и заботы в этом взгляде, что мне стало неудобно. Кем она меня считает по отношению к себе, другом? Но так на друга не смотрят.

– Пока прорвалась сквозь оборону больничных, чуть не растеряла припасы, – посетовала, как бы невзначай, – новостей масса, уф-ф! Расскажу сейчас, – она замахала на себя полотенцем, бесцеремонно взятым с моей подушки.

– Я с удовольствием выслушаю, – кивнул я, жуя и присматриваясь к копчёной колбаске, домашней и аппетитной, впрочем, как и всё, что проходит через готовку Ксандры.

Девушка поправилась и стала совсем молодо выглядеть, когда с лица спала тень заботы. Вот сколько ей? Двадцать семь, двадцать пять или восемь? И спросить-то никак, получается некультурно вовсе. Да ладно, одно ясно – заботы и готовка добавили ей пару лет к внешности, и это абсолютно точно. И о чём я вообще думаю? Совсем изголодался что ли?

Пока эти грешные мысли заполняли голову, я обратил внимание и на сиделку. Марфа, слышавшая об инциденте у Харчевни, навострила ушки и стала олицетворением самой внимательности, не скрывая и не маскируя интереса.

– Когда всё завертелось, и вы вышли на улицу, – начала сердобольная рассказ так, как она это видела, – в зале начался ажиотаж, и многие поспешили к окнам кухни, выходящим на задний двор. А один джентльмен, заезжий Рунный Маг в запылённой Мантии, и вовсе всех растолкал, пообещав всыпать, если кто-то будет возмущаться.

– Это, наверное, тот, кто сделал первое замечание, – я высказал догадку.

– Да, наверняка, но я не видела начала скандала, – призадумалась на мгновение Ксандра. – Так вот, – поправила положение, сев поудобнее и чуть более расслаблено на стуле, – все принялись наблюдать драку от начала и до конца. Всё шло нормально, пока не произошла первая магическая атака. Тебя должно было расплющить, сжечь и продырявить насквозь, но нет, этого не случилось! – лицо её приняло выражение смятения сим фактом. – Заезжий маг немедленно организовал вызов представителей администрации патруля, не пояснив, что его так смутило. На мой взгляд, у тебя где-то припрятаны защитные амулеты от воздействия Рунной Магии, а вот о физических нападениях и оружии ты позабыл, вот как так-то? – сердобольная посетительница всплеснула руками, давая понять о моей забывчивости и глупости в оборонительных чарах и средствах.

– Да, но у меня нет амулетов спос… – хотел разъяснить о полном отсутствии гаджетов, но осёкся и глянул на Ксандру.

Женщина промокнула мне вспотевший лоб, расшитым цветами платком.

– Вот и я говорю, нужно иметь амулеты защиты от оружия и кинетики, холодное тоже предусматривать нужно, но с ним сложнее, если оно у мага в руках находится, – она продолжила скороговоркой без остановок, а я выдохнул и обрадовался.

Значит, о врождённой защите она не подумала, пусть так и будет, хотя здешние магистры меня уже наверняка раскусили, но вот широким массам горожан знать об этом нежелательно.

– Погоди, там всё понятно, на заднем дворе, – я решил пропустить сцены махача за таверной. – Что там Грох, досталось ему от патруля? Какой была его реакция на происшествие и как успехи с коктейлями? Ну же, Ксандра!

– Дознаватели из Магистрата перевернули раздевалку вверх дном и конфисковали все твои вещи, – она продолжила, опечалившись. – Расспрашивали о тебе всех работников, но никто ничего и не знал, нет ведь подробностей, ты о себе не распространялся, имя и всё, – выдала обидчиво и смешно надула губки. – Где живёт, какого рода, откуда и как устроился на работу… – Ксандра вздохнула и вдруг улыбнулась. – Я, так совсем ничего не сказала. А Грох заявил, что уволил тебя и ему слава со скандалом совсем не нужна!

– Ну, это предсказуемо, – я кивнул, потягиваясь за кувшином кваса, заодно пытаясь слизнуть капельку жира из-под губы.

– А когда мы вышли в зал, – она просияла. – Мест уже не было и люди стояли, выпивая коктейли и бурно обсуждая случившееся. Привирали и даже пытались изобразить некоторые пируэты из драки. Потом переходили на шёпот и говорили, что прибыл ужас какой страшный следак, неподкупный и въедливый, Рэйнолд Аперкилд, из самой Внутренней Безопасности Верховного Протектората Магии Рун Руссии. Там всё запутано и тем гадёнышам может и тюрьма грозить. Представляешь?

– Н-да. Это слишком круто, как мне кажется, – я кивнул автоматом, думая о скором визите этого господина и ко мне.

А ещё мне нужно построить свою линию поведения и вывернуться из щекотливой ситуации с минимальными потерями, а лучше, с прибылью в каких-нибудь бонусах. Кто придёт первым? Родители, с угрозами или подкупом, или следователь? Ну-ну. Думать надо.

– На следующий день посетителей меньше не стало, – продолжила рассказ Ксандра, – и Грох провозгласил, что принял тебя назад, объяснив прошлое увольнение своей горячностью, – она вдруг улыбнулась, припомнив что-то.

– Ксандра? Ну, же! – я слегка подбодрил её, коснувшись руки. – Дальше что?

– «Удар подносом» всем нравится, – она звонко засмеялась.

– Чи-ш-ши… – испуганно заозиралась Марфа. – Тихо! Придут сейчас с проверкой и мало всем не покажется. Ему покой прописан, а мы тут хохочем!

– Ну, всё-всё, больше не буду, – Ксандра ещё раз улыбнулась, но успокоилась. – Теперь так клюквенный коктейль называется. Грох увеличил количество коньяка и мёда – всех с ног сшибает со второго стакана! – гордо добавила. – Я ещё водку туда капаю, чуть-чуть, когда просят. И у тебя там хороший прибавок с продажи. И это, эм… – задумалась, вновь вспоминая что-то, – заявку на патентную грамоту одобрили. Вот!

– Это отличная новость, а как…

Наш разговор прервал стук, а следом в палату вошла строгая женщина в такой же униформе, как и Марфа, только чуть богаче вышивка и руна на апостольнике серебряная. Она строго глянула на еду, которую складывала сиделка с видом проштрафившейся.

– Закругляйтесь, к молодому человеку посетитель, – заявила и вышла.

– Ксандра, послушай меня, – я остановил женщину, которая начала нехотя подниматься со стула. – Сделаешь доброе дело, а?

– Для тебя – что угодно, – и вдруг покраснела, – почти! После чего, она стала совсем румяной и стрельнула глазками, намекая, что слово «почти» сказано несерьёзно, просто для антуража, из соблюдения приличий.

– Нужно сходить в антикварную лавку к Артуру и принести от него тетрадку с запасом карандашей и чертёжными принадлежностями, – пока говорил, заметил лёгкую тень или испуга, или нетерпения к названному месту. – Пожалуйста, – пришлось надавить и сделать жалобное выражение.

– Сделаю, – она, наконец, дала согласие на исполнение нерадостного поручения. – Надеюсь, это очень тебе поможет.

– Даже не сомневайся! Пойду на поправку в три раза быстрее!

Я элегантно поцеловал её руку.

– И спасибо за угощение, – посмотрел на корзинки, где осталось много вкусного. – Тут мне дня на три, не меньше!

– Ах, так? – топнула кокетливо, – в следующий раз принесу мало-мало, чтобы чаще навещать! – хихикнула и убежала, не дав больше ничего сказать…

А всё же, хорошая она и совсем недурна собой! – посетила мысль, и я вдруг понял, что не против продолжения общения, причём совершенно любого, без ограничений. Проводив её, я не успел отвести взгляд от двери, как она открылась, и на пороге появился посетитель.

Серьёзный дядька, о чём говорит и манера держать осанку и его одежда. Такой фрак я видел у Артура, очень похожий. Богато отделанный золотым и серебряным шитьем, жилетка с несколькими массивными цепочками от часов, спрятанных в специальный кармашек, и огромный рубин, в том месте, где по всем правилам должна находиться бабочка, ну, или узел галстука. Оправа камня похожа на руну, да и на гранях я угадываю инкрустации в похожих рисунках, как серебряного, так и золотого исполнения.

Вот, прям, зашёл человек – и я ему уже должен, как минимум, миллион.

Не спешит представляться, оценивая мою реакцию на себя. Сноб напыщенный, в гляделки удумал играться? Ну-ну! Я громко выпил кваса прямо из кувшина, поставил его обратно на столешницу и, не моргая, вонзился взглядом в район его переносицы, говоря про себя: «Ну, и кто кого, дядя?!» Меня так учили смотреть – секрет в том, чтобы ни на чём не концентрироваться, как при схватке на татами. Просто контроль всего окружения, активно используя периферийное зрение.

– Вы можете сколь угодно смотреть на меня, я уже понял, что разговор предстоит тяжёлый, – визитер первым нарушил молчание. – Давайте торговаться. Сколько вы хотите, чтобы недоразумение было исчерпано? Сто рублей? Двести?

Я не отреагировал, продолжая смотреть ему в глаза. Меня задело всё. Это так принято решать вопросы? И то, что джентльмен не представился – он реально счёл меня тупым молокососом? Может, приём такой, давление авторитетом? Только мне пополам его регалии, если даже они и есть. Вежливость соблюдать надо, а не делать одолжение! Да и вопросы не так решаются, особенно когда дело тюремного срока касается.

– Что вы молчите? – он явно занервничал, так как ни грамма не понял моего настроя.

Ага, ментальную составляющую никак одолеть не получается. Спасибо тебе фурия прозрачная! Я мысленно поблагодарил бестию за дар сопротивления ментальным атакам.

– Хорошо, что на «вы» ко мне обращаетесь, иначе я послал бы вас на хер, при первом же сказанном слове! – пришлось обозначить позицию более внятно. – Вы может и пень с горы, но мне как-то до синей лампочки, что вы там, откуда и за коим чёртом пришли. Представляться надо, а не буркалами стрелять! Или мне распластаться и расшаркаться? Чей прихлебатель?

Я понял, что это не следователь, а порученец какой-нибудь от одного из папаш, так что церемонии разводить не собираюсь, тем более, на такое наглое насмехательство. Типа, я даже не достоин знать это тусклое сиятельство. Однако!

– Я! Я… Да как ты…

– Педаль от тормоза, вот кто ты! Вышел отсюда и зашёл заново, представься только, а иначе разговор с косяком от двери будешь разговаривать, – я спецом выводил его. – Или будешь послан, а твой хозяин пришлёт другого переговорщика. Кстати, деньги помножьте на тысячу сразу, это для того, чтобы думал над построением диалога. Я тебе и твоему хозяину ничего не должен. Так что, может, ну тебя сразу? Подождём другого, более вменяемого? А, как считаешь?

Я сходу понял, что это явный представитель, только вот знатность у него не врождённая, а приобретённая при покровителе, или при содействии хозяина. Это та порода людей, что называется, «из грязи в князи».

Подумал и продолжил:

– И что тогда ты скажешь хозяину? А? Скажешь – ой, я там дуру сморозил и всё испортил? – я подождал, пока его красные пятна заполнят лицо основательно. – Иди и войди заново. Я что, тихо говорю?

Сиделка Марфа, ставшая невольным свидетелем такого открытого противостояния, превратилась в белый солевой столб, даже дышать вроде перестала. Я отвернулся от визитёра и более не обращаю на него внимания, делая вид, пипец какой занятости! Ничего не придумал, как считать цветы на платочке, оставленном Ксандрой.

Человек выскочил, но дверью не хлопнул, а я улыбнулся и подмигнул обалдевшей Марфе – мол, знай наших!

Поразительно, но всё сложилось именно так, как я и предполагал. Он не пришёл ни через минуту, ни через десять. Я уже было расслабился, и хотел продолжить бездельничать по полной программе, как в палату вновь постучались.

– Х-м. Марфа, милая, поинтересуйся, пожалуйста, не в службу, а в дружбу, а? – я кивнул в сторону двери.

Решил, что так будет правильнее.

– Эм-м, ну хорошо, – она улыбнулась застенчиво, – я попробую!

Девушка поправила складки на одежде и оглядела себя критически в зеркале с дорогим окладом, мгновенно изменилась, сделалась серьёзной, типа личного секретаря. Улыбнулся мысленно её перемене и желанию сыграть роль злого «демпфера от наглых визитёров», непременно на «отлично».

Марфа подошла к двери и элегантно открыла её, сделав нечто подобное реверансу.

– Господин Феликс серьёзно болен, посему, если ваши вопросу могут быть перенесены, скажем, на сутки, то я буду вам очень признательна, – сиделка выдала вступление экспромтом, не репетируя и не советуясь со мной.

Мне это понравилось, как и уважительная реакция следующего визитёра.

– Разрешите представиться, – учтиво начал он, и посмотрел на меня.

Я безусловно кивнул, полагая, что этот господин во сто раз круче того напыщенного чувака с камнем и часами.

– Рэйнолд Аперкилд, старший следователь, Внутренняя безопасность Верховного Протектората Магии Рун Руссии, – он выдал и поклонился. – Могу я войти, так как разговор не терпит отлагательства?

– Конечно, – я кивнул человеку в пенсне. – Марфа, милая, оставьте нас, пожалуйста, – добавил, глядя на бледнеющую девушку.

– Благодарю, и постараюсь не утомлять вас! – добавил Рейнолд, проходя и чинно усаживаясь на стул.