Читать книгу "Король и Шут. Между Купчино и Ржевкой…"

41. Покупка гитар

Свои плюсы во всей этой истории, конечно, были. Однажды мы с Яхой пошли навещать Горшка в больницу (тот повредил себе руку, оцарапал, вроде, старым значком и получил заражение крови). Там Яха и сказал: «А давайте, как в следующий раз поедем в Москву за очередным куском денег, то купим хорошие гитары».

На шмотки нам всегда было плевать (исключая ботинки, все-таки погода в Питере не очень) и одевались мы кое-как, кроме Пора, он всегда был модником. А вот инструменты – дело другое. Со звуком мы очень заморачивались, и иметь хорошие гитары было нашей давней мечтой. И это было насущной необходимостью.

Яхина идея заключалась в следующем: пусть группа оплатит музыкантам половину стоимости гитары. Это было неоценимо, ибо за полную цену никто из нас купить гитару был не в состоянии.

Яха хотел что-то классическое, типа Gibson Les Paul, а я целенаправленно выбрал Fender Jazz Bass. Я его всегда хотел. В итоге он взял красный (!) Gibson SG, а я синий Rickenbacker. Мечта удава. Ну и барахла всякого микрофонного прикупили еще.

42. Fender Jazz Bass

Если бы господь хотел, чтобы у бас-гитары было больше, чем четыре струны, то дал бы бас-гитаристам рояль.

Балу

Расскажу теперь о том, как я хотел Fender Jazz Bass, и к чему это привело.

Человечество в своих метаниях и терзаниях, а точнее, отдельные его представители в поисках внутренней свободы и своего места в жизни создали уникальную вещь – Fender Jazz Bass. Во-первых, это совершенно универсальный инструмент, он прекрасно совместим практически со всеми комбиками и применим, наверное, для всех типов музыки. Во-вторых, он зашибательски звучит. Ну и в-третьих, – это красиво. Если у вас будут сомнения поводу покупки бас-гитары, то скажу коротко: «Надо брать!» Мир бас-гитаристов делится на две части. Те, у кого уже есть (или был, это нормально) Jazz Bass, и те, кто пока не познал счастья обладания им. Вторую часть еще можно поделить на тех, кто мечтает о Jazz Bass, и тех, кто еще до этого не дозрел. Хотя есть еще красавцы, которые играют на Music Man… Да. Music Man – это круто, слов нет! Когда-нибудь я тоже куплю себе Music Man. Но не будем об этом, тем более что все, кто играет на Music Man, – это исключительно достойные и уважаемые мною личности. Так что не будем о высоком, это неинтересно. Обсирать другие марки гитар тоже не будем, и так все ясно.

Клуб «Не Бей Копытом», 1998 год. Фото Е. Евсюкова

Итак, я мечтал о Jazz Bass! Но когда мы с Яхой пошли выбирать гитары в Москве (в Питере такие не продавались), то оказалось, что Rickenbacker, он не то, что бы лучше… Он просто в другой весовой категории и ни с кем не соревнуется. Кстати, обратите внимание: у Rickenbacker ни у гитар, ни у бас-гитар нет (за редким исключением) красивых названий для различных моделей. Есть просто Rickenbacker. И он произвел на меня такое впечатление, что я решился. Во-первых, от мечты завести Jazz Bass я не отказывался, и все равно собирался его купить в дальнейшем. Во-вторых, если б я купил Jazz Bass, то мечта моя бы исполнилась, и уже никогда не купил бы Rickenbacker. А это как-никак была бы потеря. Любому бас-гитаристу ясно, что две бас-гитары всегда лучше, чем одна!

Через несколько лет в Москве я повздорил с любимой женой и, чтобы как-то утешиться, поперся за новым инструментом. Да, я шел не выбирать, а покупать Jazz Bass. Но в магазине его не оказалось! Разочарованию моему не было предела, но с пустыми руками уходить не хотелось, и я взял Fender Precision. Тоже очень хорошая бас-гитара. Тем более что она продавалась вместе с пластиковым кейсом. Но есть один момент, может, кому пригодится. Дело в том, что за одну и ту же цену, Fender или Gibson бывают хорошие, средние и нормальные. Причем по виду они совершенно неотличимы. Так вот, лучшие образцы продают в Америке, а что похуже отправляют в страны победней. Это факт, и не будем углубляться в подробности.

Поэтому следующую бас-гитару я решил покупать в Америке. Перед американскими гастролями я специально полетел за океан на три дня раньше всех. И не в Нью-Йорк, а в Лос-Анджелес, где больше музыкальных магазинов. Там меня встречала моя любимая Иришка, о которой позже, и мы принялись метаться по городу. Перво-наперво я дал себе зарок не покупать ничего, кроме Fender Jazz Bass. Мог еще согласиться на Fender Jazz Bass Deluxe. Поэтому я прямиком пошел в бас-гитарный отдел и присмотрел себе бас. Нет, не присмотрел, я влюбился в него! Это был не новый уже, местами даже покоцаный Jazz Bass, правда, безладовый, но на это я плюнул, ибо звуки, которые он издавал, можно было мазать на бутерброд. Безладовый бас – это не совсем то, о чем я грезил, но этот был просто пределом мечтаний, полным совершенством! Я взял это произведение искусства под мышку и небрежной походкой пошел на кассу. И там мне сообщили цену. 8 тысяч долларов плюс налог. Я, сука, морально не был готов к такому потрясению. И дело не в том, что у меня с собой было только две или три штуки. Дело было… Короче, не важно. Трагедия. Я ни при каких обстоятельствах не мог позволить себе этот бас. Оказалось, я случайно заперся в самый дорогой отдел старинных и редких гитар. Продавец – обычный такой хипан, у нас в Питере по Невскому много таких ходит, – видя мое горе и растерянность, решил меня утешить. «Пойдем, – говорит, – я покажу тебе что-то как Jazz Bass, только лучше». Так я встретил Fender Zone Deluxe. И приобрел. Это была новая модель Fender и она реально была лучше. Точнее нереально. Конечно, прошло время, и Fender Jazz Bass снова вырвался вперед.

43. ОРТ, продолжение

Итак, несмотря на то, что нас динамили ОРТшники, группа обзавелась настоящими фирменными инструментами. Это о-очень сказалось на звуке. Особенно хорошо было слышно на гастролях в небольших городах, где не было качественного аппарата.

И еще Лена Карпова подогнала нам директора Сашу Гордеева. Мы с Яхой вздохнули с облегчением и, заручившись согласием группы, передали ему все дела (хотя долго еще ему помогали, ведь мы делали общее дело и, не важно, кто чем занимается). У меня просто груз упал с плеч. Или камень с души? Все-таки заниматься административными делами – мерзкое для музыканта дело. А когда ты занимаешься мерзким делом, то и сам со временем становишься мерзким.

О! Еще про мудрость и доверие! В контракте с ОРТ был пункт о том, что им положено 30 % от гонорара за наши концерты. Концертов у нас в то время было мало. Поэтому и процентов было не жалко. К выходу альбома мы сами (!) устроили себе концерт в Питере, в «Юбилейном», а «ОРТ-рекордз» устроили нам концерт в Москве в ДК им. Горбунова. Естественно, ОРТ захотели свои 30 %. Хитрый Яха написал Лене Карповой и предложил следующее: поскольку ОРТ с нами до конца не расплатились, можно вычесть положенную им за концерт сумму из суммы долга. Как нам потом рассказывал Гордеев, Лена Карпова бросила это письмо ему в лицо и принялась кричать: «Как так? Они что, нам не верят!? Как можно работать с людьми без доверия?!?»

Ну и последнее о доверии. «Горбушку» нас уболтали играть не за гонорар, как в Питере, а на кассу. Это значит, что все деньги за билеты идут нам, минус, естественно 30 % ОРТ. Концерт мы отыграли на «отлично». Все было круто. Набился полный зал, за что еще раз спасибо нашим слушателям. За любовь и поддержку. И это даже несмотря на какие-то несусветно высокие цены на билеты. А после концерта нам дают бумажку, где расписано, сколько стоил звук, сколько аппарат, сколько зал и прочая хренотень. В конце сумма. Триста долларов США, из которых 30 % полагается ОРТ. От такой наглости офигел даже начинающий директор Гордеев, хотя Лена Карпова была его подругой, и он был ей многим обязан.

Напомню, что, описывая эпопею с «Акустическим альбомом», я охватываю очень большой промежуток времени: начиная с создания и до «акустических» концертов уже после «Горбушки». Так что временные маркеры, коль не лень, расставляйте сами.

44. Послесловие об «Акустическом»

Я вам обещал рассказать о «смешных и не очень» проблемах с друзьями, которые возникли из-за этого альбома. Напомню, что идея записать именно эти песни и именно в таком виде была полностью моя, поэтому и ответ пришлось держать мне. Когда мы приступили к альбому, у Горшка был период жуткого панк-рока, и вести какие-либо серьезные или, не дай бог, административные дела ему было затруднительно. Что, впрочем, не мешало ему активно участвовать в творческой жизни группы, когда он вдруг появлялся на точке. Поэтому создание концепции прошло практически без него, а потом уже все завертелось, обросло деталями и зажило своей жизнью. Очень долго, полгода, наверное, Горшок вообще отказывался считать эту запись номерным альбомом группы. Говорю же, у него был период дикого панк-рока и угара! Особенно угара. (Это, кстати, послужило отправным толчком для появления в коллективе скрипачки, но об этом позже.) И мне стоило больших трудов убедить его, что это полноценный альбом, и последним моим аргументом было название. Я его придумал специально для Горшка. Князь предлагал назвать альбом «Любовь негодяя». Горшку эта идея, мягко говоря, не нравилась:

– Вы ох*ели все! Мы панк-рок играем! Над нами смеяться будут!

– Пусть смеются, – говорю, – можем себе позволить. Мы для этого его и записали!

– Но люди же на меня подумают!

– Х*й на них на всех! Мы, панки, делаем, что хотим! – я могу быть убедительным.

– Хорошо, сделать уже ничего нельзя, но номерным этот альбом не будет! – я уже не помню, чего вдруг его прибило на «номерные» альбомы.

– Хорошо, Мишка, смотри, сделаем так! Назовем его «Акустический». Вот зацени. Первый альбом – электрический, – я загибал перед ним пальцы, – второй альбом – электрический, а третий – бац! – акустический. Никто и не заметит, а если заметит, то относиться к нему будет соответственно, как к «акустическому».

Уболтал, одном словом, но только потому, что я очень полюбил этот альбом и не собирался расставаться с ним из-за каких-то условностей. Хотя и Горшка отлично понимал. Мы уже начали понемногу ездить по стране, исполнять «Сапоги», «Охотника» и прочее, а когда народ подходил за автографами, выяснялось, что все слушают только «Акустический альбом», ведь других-то в продаже не было. C'est la vie.

Неожиданно к спору подключился Князь. Он наезжал на меня и кричал, что я ему все песни своими аранжировками испортил! Они, мол, у него были светло-синие, а теперь стали салатно-зеленые, и слушать он их теперь спокойно не может. Я нагло отбивался, утверждал, что я нарочно их так переделал, потому что салатно-зелеными они мне нравятся больше, что я не предал панк-рок, а сделал то, что посчитал нужным для нашей общей идеи.

R-Club, 1997 год. Фото Е. Евсюкова

Выручило меня только то, что впоследствии этот альбом стал самым популярным и продаваемым за всю историю группы. И тогда песни из «Акустического» постепенно переползли в электрическую программу, переплелись, перемешались. Теперь никто и не помнит, что изначально это были две разные и не очень совместимые программы. Вот такие пироги.

Где-то через год после описываемых событий у меня вышел с Горшком довольно интересный и уже серьезный разговор по поводу «Акустического альбома» и его к нему отношения. Он сказал:

– Шура, понимаешь, бывают разные подходы, что в творчестве, что в жизни. Бывает, когда ты весь напрягаешься ментально и скользишь по жизни, как по гребню волны, балансируя на грани, и тогда все, что тебе по дороге встречается, поворачивается к тебе лучшими и самыми полезными для тебя сторонами. Откуда ни возьмись появляются кассеты с новой музыкой, которая помогает тебе найти новые музыкальные решения, ты начинаешь слышать в словах окружающих подсказки для своих стихов, любой светофор может тебе подсказать ответ на незаданный вслух мучающий тебя вопрос и так далее. Ты снимаешь с окружающего мира сливки и синтезируешь их в себе. И уже из себя ты делаешь что-то, из чего потом выходит музыка, стихи и прочее, прочее, прочее… в большинстве своем неназываемое. А бывает, что ты окрылен какой-то идеей, подпитываешься ее силой и прешь по океану жизни, как корабль. И мир подчиняется твоей воле. Не ты берешь, а он сам дает все то же самое, что и в первом случае. Вот так ты поступил с «Акустическим», а такой подход мне не очень нравится.

Я его прекрасно понимал, тем более что мы и правда балансировали на грани, – это вообще была наша старая тема, потом как-нибудь расскажу подробнее. Поэтому пришлось извиниться:

– Ну, Мишка, увлекся веществами и слегка бросил нас. Вот мне и пришлось переть одному, как корабль. Я ждал тебя все это время, ведь знаешь, скользить по гребню волны в одиночестве, без друга, понимающего меня с полуслова, довольно скучно.

45. Епрст

Раз уж мы упомянули о интернетчике Епрсте, то надо рассказать, чем он занимался. Епрста в обычной жизни звали Артем Блюм, но потому как по профессии он был шпионом (немецким), то называть его в дальнейшем будем Епрст. Как выяснилось позже, он занимался тем, что сидел на толстом канале и перекачивал наш молодой, по тем временам, российский Интернет за границу, но это не для печати.

Мы с Яхой были заядлые фидошники и сидели в сети днями и ночами. Фидо – это такой дедушка Интернета. Интернета в то время практически не было. Точнее он был, но стоил чуть ли не сто баксов в месяц, да и мало чего тогда в Интернете было. Сотовая связь уже существовала, но тоже не для всех: безумно дорого. Сорок центов минута плюс роуминг. Но сейчас не об этом. Приходит ко мне однажды Яха и говорит: «А вот там есть сайт фанатский, давай напишем и познакомимся?» Сайт принадлежал Епрсту. Мы написали, предложили сделать этот сайт нашей официальной страницей. Так и повелось. Епрст делал дизайн, вешал новости и вел прочую шпионскую деятельность. Как оказалось, жил он через дорогу от меня, и мы очень быстро подружились.

И вот Епрст у себя в институте нашел провайдерскую контору, в которой знали и любили «Король и Шут». И мы с Яхой и Епрстом стали счастливыми обладателями халявного Интернета. Ну, за рекламу, конечно.

Контора эта называлась Unitel и с главным нажимателем кнопок в ней Анджеем Вержбицким, по прозвищу «Все пропало», мы тоже подружились. И впоследствии провели множество совместных вечеров в декламации и дегустации.

Клуб «Бункер», 1999 год. Фото Е. Евсюкова

46. Машенька

Коль скоро нить нашего повествования ненавязчиво вьется вокруг «номерных» альбомов, то поехали дальше, хотя для этого надо рассказать о появлении на сцене Маши и о клипе «Ели мясо мужики».

В то время Горшок угорал по полной, слонялся со своей красавицей женой Анфисой по съемным углам, и для тех, кто знал его не очень хорошо, его поведение выглядело если не сказать страшно, то уж точно странно. Мы с Яхой как раз выполняли тогда директорские обязанности, и смешно нам совсем не было. Люди, которые любили наше творчество и считали группу по-настоящему культовой, с извинениями отказывались сотрудничать с нами. Именно из-за безумного поведения Горшка. Мы пытались сказать ему, что если уж он не помогает в организации процесса, то пусть хотя бы не мешает. Ответ был всегда один: «Да ладно, это панк-рок!» Возразить мне было нечего. Ведь мы делали одно дело и были одной семьей.

Однажды мы с моей горячо любимой женой Инной сидели дома, курили и пересматривали The Great Rock 'n' Roll Swindle («Большое рок-н-рольное надувательство»). И мне пришла в голову потрясающая мысль. Панк-рок – это, прежде всего, свобода, и замыкаться в рамках какого-то определенного стиля просто глупо. Тем более что у нас с Горшком было свое, отличное от общепринятого представление о панк-музыке. Для нас и Blondie и Slayer были в одинаковой мере панк-роком. И вот я подумал, не взять ли на сцену девушку с красивой фигурой. Чтобы она, по контрасту с нами, привлекала внимание зрителей на концертах. Инка предложила просто позвать танцовщицу, но этот вариант я сразу забраковал. Просто так «торговать» красотой на сцене – это попса. Нужно было, что бы девушка что-то на сцене делала, и чтобы именно это было ее главным занятием. А то, что у нее красивая фигура, зритель должен был заметить сам. Ну, вроде как на самом деле всем просто приятно смотреть на ее, но поскольку красота как объект не может быть предметом торга, то все делают вид, что слушают игру. Вот если бы Ванесса Мэй была не такая красивая и на 30 лет старше, то много бы она с концертами наездила?

Премия Fuzz, 2000 год. Фото М. Лапис

Я позвонил Горшку и предложил взять в группу красивую девушку, играющую на трубе. Он был рад меня слышать и сообщил мне две вещи. Во-первых, что идея офигенная, он и сам об этом давно думал, только все забывал сказать (это был его обычный ход). И, во-вторых, какая на хрен девушка? Нужно найти парня панковского вида, причем с ирокезом.

Я его убеждал, что панков у нас на сцене хватает, а красивых девушек нет. А он мне: предаешь наши идеалы. А я ему, мол, вертел я на детородном органе идеалы, которые ограничивают меня в творчестве. А он мне, ты, мол, не понимаешь, панк с ирокезом и трубой – это круто!

Короче, Горшок меня переспорил, за ним осталось последнее слово.

А за мной – дело. Правда, девушку я нашел не с трубой, с тромбоном. Но дальше разговоров по телефону дело не пошло. Тогда Инка мне говорит: вы же только что со скрипками писались, возьмите скрипку, это тоже необычный инструмент! Я подумал и согласился, это было достаточно ново, до этого никто из наших знакомых панк-рок со скрипкой не играл.

Маша, 2000 год. Фото М. Лапис

На очередной репетиции я предложил это Яхе, и он с энтузиазмом подхватил эту идею, ибо от горшковского угара тоже слегка устал. Пор поддержал тему, вызвался позвонить нашим скрипачкам и спросил Яху:

– А какую возьмем? Надо же прослушивание устроить.

– Ты чо, дурак? Какое прослушивание? Возьмем ту, которая посимпотнее! Мы ж не играть ее зовем, а для шоу.

Позвали Машу. Поставили задачу. Купили звукосниматель «Фишман» на скрипку, и Маша стала ходить на репетиции. Помню, больше всего она жаловалась на то, что у нас половина песен в тональности до диез, а она по целым нотам играть привыкла. Поначалу зрители приняли ее довольно настороженно. Бытовало мнение, что Машина роль на сцене очень нехитрая, в куплете «пень-пень» играть, а в припеве – голосовую мелодию, ну и проигрыш гитарный дублировать. Мне даже пришлось выступить с заявлением в духе «Не бухтеть!» Со временем Маша втянулась и даже стала «официальным» членом группы. А напоследок расскажу смешную историю.

Как только мы взяли Машу в группу, я сказал Пору и Яхе (дело было на репетиционной точке на Васильевском):

– Так! Давайте только сразу договоримся. Никаких романтических отношений с Машей.

Любые романтические отношения рано или поздно надоедят, а сколько времени уже будет потрачено на обучение и репетиции? Опять новую брать и учить?

Короче, дали мы друг другу суровое мужское слово. Но Маша-то призналась мне позже, что шла она в нашу тусу с конкретной романтической целью, а о том, что ей такая музыка нравится, свистела. А мы ей дали скрипку и сказали: «Играй!» Словом, обманули ее ожидания.

Вот только с Гордеевым, который пришел позже, мы не догадались ни о чем таком договориться. Глядишь, и проблем в будущем было бы поменьше.

47. Ели мясо мужики

Калифорния в дождь – это Питер зимой.

Так же грустно и так же прекрасно.

Тот же скользкий асфальт, те же люди…

Балу

Пристало время рассказать вам об этапе нашей жизни под названием «Ели мясо мужики». Сначала хотел рассказать просто: факты перечислить – песня, клип, концертник. Три дня переписывал. В итоге понял, что это целая эпоха. Странно, что я на это раньше не обращал внимание. Начну издалека.

Это было в те времена, когда все люди были зайцами… Тьфу, это было во времена «Акустического альбома». Вообще-то у читателя могло сложиться впечатление, что тогда Горшок не особенно участвовал в жизни группы. Это, конечно, не так. Во-первых, мы с ним общались и помимо музыкальных дел. Во-вторых, времена «Акустического альбома» – это довольно длинный промежуток времени. Напомню, сначала мы придумали концепцию, потом переделывали песни, потом записывали, потом альбом почти год валялся без дела, потом, потом… И если в самом «Акустическом» всю музыку написал Князь (за исключением «Утреннего рассвета» Горшка и моего «Мотоцикла»), то это не значит, что Горшок отлынивал. Нет, мы продолжали репетировать, творить и веселиться. Довольно плотно и с присущим нам отрывом и безбашенностью.

Именно тогда появилась песня «Ели мясо мужики». Изначальный вариант был довольно жестким, но в итоге мы немного смягчили аранжировку. Видимо, сказалось-таки влияние «Акустического». Ибо записали мы этот трек на студии «Мелодия» в то время, когда записывали там «Акустический». Причем практически случайно. Дело было так.

Мы писались на Studer – такие здоровенные толстенные бобины. Записав все князевские песни, мы обнаружили, что еще осталось полбобины пустого места. Не пропадать же добру! И вот Горшок предлагает:

– Давайте запишем еще одну. У меня тут есть смешная, как раз подойдет по стилю к альбому «Утренний рассвет».

Записали.

– Давайте еще Шурика песню запишем, «Мотоцикл». Записали. Понравилось. А место еще есть. И Горшок снова:

– Давайте еще запишем «Ели мясо мужики».

R-Club, 1997 год. Фото Е. Евсюкова.

А пленки осталось минуты на две-три. Решили попробовать. И песня влезла, на бобине секунд десять чистых осталось. Так у нас появился аудиотрек «Ели мясо мужики», который еще долго провалялся без дела.

Смешная история. Пор очень долго не мог сыграть эту песню. Недели две мы ею занимались, но никак у него ровно не выходило. После каждой неудачи Пор бросал палочки и кричал: «Раз так, давайте позовем Нестерова! Давайте позовем Нестерова!» Или Нестеренко? Не помню точно, как его звали, но крутой по тем временам был барабанщик. Закончилось тем, что Горшок отправил Пора искать на эту песню нормального барабанщика, ибо песня хорошая и «портить ее плохой игрой из-за глупых амбиций неохота». Пор был хитер. Он привел чувака, который преподавал барабаны в ДК Кирова, где мы репетировали. Мы послушали, а он еще хуже!

– Вот! А он преподает! – подытожил Пор.

Короче записали с Пором, а потом Яха с Павликом во время сведения выровняли все барабаны на компьютере. И слава богу!

Кстати, о боге. Для завершения альбома мы купили Яхе козырный компьютер, одна звуковая карточка 550 баксов стоила. И прямо после окончания сведения Яха позвонил и сказал, что комп сперли. Когда он вышел на полчаса из дома, его (как он предполагает) старые друзья по музыкальной деятельности вскрыли квартиру и сперли комп, старенький видеоплеер и еще какую-то фигню вроде утюга. Великий Устюг! Трагедия, если не сказать больше. Помню, Яха так печалился, что я в утешение совал ему половину памяти из своего компа – я как раз только заапгрейдился. Однако господь от нас не совсем отвернулся: уроды, укравшие компьютер, презрели стопку стоявших рядом болванок. А на них как раз и был весь «Акустический». И «Ели мясо мужики»…

Пришло время поведать и еще об одном чуде, которое произошло в нашей жизни. Дружба по-прежнему грела наши сердца, бесконечные репетиции по-прежнему стачивали наши пальцы о грифы гитар, но для выхода на следующий уровень нужно было появиться в телевизоре. Из телепередачи «Белая полоса» мы нарезали несколько клипов: «Грохочет гром», «Садовник», «Блуждают тени». Но качество было совсем не телевизионное. Все утверждали, что нам нужен нормальный дорогой видеоклип. Мы и сами это понимали, но где взять денег? И вот тут появляются ребята из компании, которая производила «Молотов-коктейль». Точнее в этой компании работал Яха и он как-то договорился: они дают нам денег на клип, а мы отрабатываем рекламой. Зашибись! Кстати, Яха никогда не выпячивал своего участия в этом процессе, но я уверен, что без его инициативы и стараний ничего бы не получилось. Впрочем, какая разница? Мы делали общее дело, и каждый вкладывался, как мог.

Режиссера мы выбирали недолго, просто взяли лучшего на тот момент– Бориса Деденева. Очень приятный человек.

Снимали клип два дня, на «Леннаучфильме», вроде. Причем нас позвали только на второй день, в первый снимали артистов. Помню, атмосфера была такая, киношно-телевизионная. Да и, вообще, первый клип – это вам не хухры-мухры! К нам с Яхой подвалила деденевская директриса и предложила написать в смете на несколько тысяч больше, а разницу поделить. Мы ответили, что это наши друзья. Как можно! Короче еще один урок шоу-бизнеса.

Клип мы презентовали на МТВ и не без приключений. Нас позвали на какую-то передачу, куда мы приперлись в компании Аркадия из «Молотов-коктейля». Мы же должны были везде рекламировать продукт, так что захватили с собой ящичек. Угостили всех, МТВшники ужасно обрадовались! Сказали, что снимали многих, но никому в голову не приходило проставиться. Аркадий поскакал договариваться о рекламе, а ящик мы поставили рядом с собой.

Через пару дней после эфира нам позвонили. Оказалось, хозяин канала увидел этот беспредел и наехал на всех– неприкрытая, мол, реклама! Ведущую оштрафовали на десять процентов от зарплаты, но «Молотов» все ей возместил. А нам скостил долг за клип на тысячу долларов.

Расплачивались мы следующим образом. Играем концертик– вешаем молотовскую растяжку – минус $500. Если интервью даем, надеваем кепки «Молотов» или бутылки в руках держим, – еще минус пара сотен. Короче, за хороший клип – все что угодно.

Выезжая из города, мы брали с собой несколько ящиков «Молотова», чтобы поставить бутылки на сцену, заснять и предоставить отчет (а ведь где-то должен быть целый архив с нашими выступлениями на фоне баннера!). Естественно, половину мы выпивали по дороге, не таскать же тяжести! Да и собственно, что там пить!? Четырех-градусный коктейль! И вот в то время, о котором я сейчас рассказываю, контракт с «Молотовым» уже заканчивался, а в группе появилась Машенька. Машенька не особо пила, так, бутылочку-другую и то если на халяву. И вот едем мы в поезде, культурно отдыхаем, пьем коктейли, в какой-то момент я выхожу из купе и вижу, что по коридору на четвереньках ползет Маша. Совершено бухая. Удивился, довел ее до купе и возвращаюсь к себе. И что я вижу!?! Все сидят с красными мордами, орут, веселятся – абсолютно косые! Я прислушался к своим ощущениям. Никаких изменений. И это меня сразу насторожило. Я уже тогда достиг того уровня алкогольного мастерства, когда понимаешь, что первый признак сильного опьянения – это уверенность, что ты трезв как стекло. Вы спросите, в чем же дело? Скорое следствие показало, что вместо четырехградусных коктейлей нам загрузили двенадцатиградусные. То ли это новинка была, то ли на заводе случайно неправильно смешали, а выкидывать было жалко. Все нажрались, сами того не ведая. Смешнее всего вышло с Князем, который, не зная, что он пьян, поперся в вагон-ресторан и вступил в дискуссию с посетителями. Но это уже его личная история.

Однажды мы с Горшком стояли у станции метро «Василеостровская», пили пиво и вели неспешную беседу о прекрасном (о бабах) и вечном (музыке). И он рассуждал о том, какие должны быть песни, чтобы ими было интересно заниматься. Я с ним согласиться никак не мог, но посмотрите, как мы поступали до этого.

Пример № 1. Когда появилась возможность записать первый «официальный» альбом, то есть донести песни до широких масс, мы не стали записывать проверенные хиты. Мы записали новые, не опробованные на публике песни. Просто потому, что так нам было интереснее. Новое всегда интереснее!

Пример № 2. Вот упали деньги на клип, то есть появилась возможность прорваться на ТВ, к людям, которые без этого никогда бы нас не услышали. Как было бы логично поступить? Для первого знакомства с публикой взять уже проверенную песню, стопроцентный хит. «Камнем по голове», например, или «Лесника», «Два друга», да мало ли! Нет, мы взяли никому не известную вещь «Ели мясо мужики». Мало того, что она нигде не издавалась, так мы ее и не собирались когда-либо издавать! Но с новой песней было интереснее.

* * *

И, чтобы закончить тему с «Ели мясо мужики», надо пару слов сказать про одноименный альбом. Дело было так: прискакал известный персонаж рок-клубовского движения Панкер и давай петь себе осанну: он мол, мастер видеокнижки снимать. Ну, раз мастер, то давай снимай. Тем паче опыт уже есть. Забили мы под это дело клуб «Полигон» (про него чуть позже) подготовили программу.

День для концерта нарочно выбрали не самый козырной, чтоб народу было поменьше, но это не помогло. Набилась полна коробочка, и жара стояла такая, что ого-го! На видео это хорошо видно. Вообще странно описывать видео, когда его можно просто посмотреть. Песни играли все старые, проверенные. Представили новую версию песни «Мотоцикл». Возникла она так. Я уже говорил, что каждый раз покупка нового инструмента приводила к написанию новых тем. Когда я взял свой первый корейский Jazz Bass, то сразу придумал все проигрыши в «Смельчак и ветер», «Садовник», «Холодное тело» и другие песни. А тут, как только Яха мне привез из Москвы Rickenbacker (я сильно заболел и не смог за ним съездить), так он сам прыгнул ко мне в руки, и я заиграл новое вступление к «Мотоциклу». Такое возникает приятное ощущение легкости и свободы, что голова отключается, и руки тоже практически не участвуют в процессе. Гитара поет сама. Одним словом, когда я принес новую версию песни на репетицию, никому даже в голову не пришло что-то изменить или улучшить. Как спела гитара, так и осталось. И теперь уже, видимо, навсегда.

Отыграли концерт, стали монтировать видео. Точнее Панкер с Лешкой Бесстрашным по прозвищу Деги монтировали, а мы на точке новый альбом начали выдумывать. И вот они звонят и говорят, что все хорошо, только звук записан так, что надо все перезаписывать. Не то, чтобы мы криво сыграли и спели, не подумайте, просто надо немножечко кое-что подправить. И кончилось все тем, что мы переписали и бас, и гитары и многое из вокала. Но в живую. Без заморочек. Особым успехом Панкер считал то, что между песнями вставил крики толпы, которые вырезал из какого-то концерта группы «Кинг Кримсон» 1978 года. Потому что на концерте микрофон, который должен был писать крики фанатов, кто-то свернул, и он ни фига не записал.

А! Скрипка! Впервые появилась Машенька! Тут нечего сказать, просто посмотрите видео. Она была прекрасна и обворожительна и уж точно скрасила своим появлением наш суровый мужской коллектив. Для этого, собственно, она и была создана. Поначалу Маша вставала на правую сторону сцены, но там, по ее словам, она все время натыкалась на гитару, а после переезда на мою сторону обрела полную гармонию и покой. Постепенно я ей стал показывать, что можно не просто ноты брать, а смотреть друг другу в глаза, играть вместе, танцевать, да и просто дурачиться и бегать друг за другом. По причине врожденной смекалки она схватывала все на лету, и постепенно у нас появился нефиговый такой тандем, хотя это я вперед забегаю.