Автор книги: Александр Раскин
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
сообщить о неприемлемом содержимом
На телеграмме – две резолюции. Одна из них гласит: «В строй всех командиров батальонов, заместителей командиров батальонов, командиров роты, заместителей командиров роты и т.п. сброд! Всех в строй! Больных, хромых».
Пашкин утверждал, что резолюция нанесена рукой начальника милиции общественной безопасности УВД ЦАО Москвы Юрия Здоренко. Профсоюзный лидер подчеркнул: «Это полковник, начальник милиции общественной безопасности, у него в подчинении тысячи людей, и он их называет сбродом. Это как – нормально?»
Немало шума в милицейских рядах наделала и другая история. Речь идет о жалобе в профсоюз в ноябре 2010 года личного состава 2 батальона 1СП ДПС ГИБДД на спецтрассе по Москве. Жаловались гаишники на беспредел в исполнении руководства родного подразделения. «Мы люди терпеливые и знали, куда шли работать, но терпеть этот беспредел нет ни сил, ни желания, поэтому просим Вас положить конец этому произволу!»
Анонимка состояла из фактов, каковые, в сущности, и составляют содержание рабочих будней сотен тысяч человек в милицейской форме. Инспекторы сообщали, что начальники второго батальона регулярно заставляют личный состав выходить на работу в выходные дни без официального приказа, работать сверхурочно. Сотрудники пашут по 15–19 часов в сутки. Эти переработки не компенсируются ни зарплатой, ни отгулами. А если надрывающиеся на работе гайцы «ломаются» и берут больничный, это приводит руководство в бешенство. Неминуемы публичные «экзекуции», чтобы другим неповадно было.
Служивые поведали, что никуда, несмотря на заверения министра и начальника ГУВД по Москве, не подевалась палочная система в работе. Перед сменой они получают указание, какое количество протоколов по каждой статье нужно составить. При этом смену не снимают, пока все они не будут в наличии. А если протокол водителем не оплачен – причем непременно в платежном терминале, – то это должен сделать за него инспектор из своего кармана. Чтобы руководство отчиталось о 100процентном взыскании штрафов. «К этой гонке за протоколами нас вынуждают заниматься еще и служебным подлогом, фальсификацией и мошенничеством», – заявили в письме инспектора.
Они поясняют, что поймать 30 нарушителей ПДД – пешеходов (штраф 200 рублей) на МКАДе нереально. Поэтому протоколы гайцы вынуждены выписывать водителям, только вместо непристегнутого ремня безопасности в графе указывается иное нарушение.
Попросив Пашкина положить конец произволу, авторы письма извинились, что не подписываются. Они объяснили это как страховку от неприятностей по службе и мести со стороны руководства.
Анонимку жалобщики, по словам Пашкина, ему «подбросили в окошко».
«Я позвонил людям из этого полка, они подтвердили, что информация верная, – сказал глава профсоюза. – У них там руководство давно устраивает соревнование, кто больше протоколов напишет, а потом прилюдно учиняет разборки. Более того, руководство этого полка уже не в первый раз «засвечивается». Но как я могу реагировать на анонимку? Пусть пишут нам официально, а не так – тайком. Пусть вступают в наш профсоюз, мы давно им это предлагаем. А без этого как мы сможем защищать их интересы? В 3м батальоне много членов нашей организации, и там ситуация иная, профсоюзу удается хоть както, но регулировать ее».
Профлидер заметил, что обращение все же переслали и министру внутренних дел, и Президенту РФ. Комментируя историю с анонимкой, Пашкин сказал, что все больше милиционеров обращаются в независимый профсоюз за юридической помощью. Он связал это с реформой МВД. Милицейских начальников обязывают сокращать штаты, причем делать это «экономно». В ход идут и провокации. Отвечая на вопрос журналиста Газеты.Ру, как же от них защититься сотрудникам правоохранительных органов, Пашкин пояснил: «Я всем говорю: ведите постоянную диктофонную запись! Как приходишь на службу – включаешь диктофон, уходишь – выключаешь. Иначе доказать, что ты не верблюд, почти нереально».
Кстати, о реформе. Рашид Нургалиев предложил с 1 марта 2011 года называть сотрудников органов внутренних дел «господин полицейский». Милиционеры в этой связи проявили массовый скепсис. В блогах сразу запестрели вопросы наподобие того, как тогда называть сотрудниц женского пола, и когда «господам полицейским» будут платить «господскую зарплату».
Пашкин пояснил: «Я всем говорю: ведите постоянную диктофонную запись! Иначе доказать, что ты не верблюд, почти нереально».
Что нужно предпринять, кроме введения обращения «господин», чтобы понастоящему реформировать МВД? Этот вопрос журналисты адресовали и лидеру милицейского профсоюза Пашкину. Он ответил:
«Снять Нургалиева, это первое. Если он будет, никакая реформа не пройдет. Потом уже думать о реформе, причем коллегиально – вместе с обществом, вместе с депутатами, с общественными организациями. Решать, что нужно реформировать и в каком порядке.
Нургалиев считает, что закон «О милиции» плох и якобы чуть ли не источник всех бед? Я в таких случаях говорю, что плохому танцору коечто мешает. Все время работали, все было нормально. И не такой уж плохой закон «О милиции», положение о внутренней службе, чтобы их както резко менять. Не вижу здесь никаких проблем. Я вижу тут проблему только в руководстве.
Нургалиев же хочет бороться с коррупцией? Ну и поборись! Выясни, кто там в «Мерседесе» давал взятки. В твоем же ведомстве давали взятки. Чего молчишьто, товарищ генерал армии? Вот такая ситуация наводит на серьезные размышления: все что он говорит, это фикция. Нужны реальные дела – вот оно, реальное дело. А он молчит».
Товарищ генерал армии сам отвечать, конечно, не станет – не по рангу. Но в его распоряжении, надо думать, имеется немало рупоров, которые всегда готовы поставить на место оппонентов. Поначалу профсоюзного лидера как бы не замечали. Но после ряда резонансных выступлений Пашкина в СМИ обильным контрматериалом сначала разразилось популярное московское издание. Независимому профсоюзу была отведена чуть ли не полоса под врезом «Кого и зачем «защищает» в ГУВД Москвы Михаил Пашкин?». А на подтанцовке выступила столичная милицейская газета, своими словами пересказавшая «портянку».
В обеих статьях сначала полощется карьера Пашкина. Вернее, ее пикантные подробности типа мотива его увольнения из рядов – «прогул в течение двух лет». И цитируется сам профсоюзный лидер: «Гонения на меня начались после того, как я пообедал в генеральской столовой на 2м этаже на Петровке, 38 вместе с одним из журналистов газеты «Щит и меч».
Далее приводится механизм взимания вступительного взноса в профсоюз с выводом журналиста: «Как видно из всего выше написанного, главная цель, которую преследует организация Пашкина, – коммерческая выгода».
Оба газетных материала до боли напоминают докладную в жанре «настоящим доношу» с обильным перечислением грехов Пашкина. Например, изготовил визитки с изображением государственного герба Российской Федерации. Учредил ООО «Предприятие Профсоюза сотрудников милиции г. Москвы «Содружество», занимающееся изготовлением бриллиантов. Нарушал порядок работы со взносами. Арендовал помещение по соседству с Петровкой, 38. Пользовался пиратским компьютерным софтом и т.п.
В одном из интервью Пашкин, комментируя выступления в СМИ своих коллег, правдорубовправоохранителей, заметил: «Всегда, когда из избы выметают сор – это благо. Главное, этим сором не завалить дорогу, по которой нужно идти».
В одном из интервью Пашкин заметил: «Всегда, когда из избы выметают сор – это благо. Главное, этим сором не завалить дорогу, по которой нужно идти».
«Система правоохранительных органов всегда считалась закрытой, хотя министр Нургалиев утверждает обратное. Но глава МВД говорит одно, а делается прямо противоположное. Можно у любого человека найти грехи. Однако так получается, что крайними и виноватыми остаются рядовые сотрудники. На них навешивают всех собак, верхушку же не трогают. Все это связано с одним: начальники регулярно дают наверх откаты. За счет этого и держатся. Так думаю не только я – многие мои коллеги тоже. Разве ктото наверху посадит своего подчиненного генерала, который постоянно ему деньги носит? А рядового, который не носит и который выступил с разоблачениями, надо давить, сажать. Чтобы спокойней было воровать. Сейчас некоторая растерянность руководства МВД после первых видеообращений прошла. И оно решило показать, кто настоящий хозяин в доме. Видимо, считают, одного посадят – другим неповадно будет».
К смене вывески ведомства Пашкин отнесся скептически. «Изменение названия милиции ничего не изменит. До тех пор пока коррумпированные милицейские руководители будут оставаться на своих местах и за ними не будет общественного контроля, который, кстати сказать, сам президентто и убрал, запретив сотрудникам милиции критиковать своих руководителей, ничего не изменится. Система уже сгнила».
Впрочем, пессимизм лидера относительно будущего ОВД не разделяют те, кто поддерживает сайт пашкинского профсоюза. На главной странице там размещен устремленный в будущее рекламный баннер: «Новинка сезона – новый диктофон для новой полиции. Членам «Профсоюза сотрудников милиции г. Москвы» – скидка!!»
Как челобитную царю подаешь, смерд!
Отсутствие обратной связи между верхними этажами власти и обществом, невозможность достучаться до центра, коррупция – проблема не только сегодняшней России. Еще в книге Н.И. Костомарова «Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей» приведено суждение одного голландца о тогдашнем состоянии России. «Царь их подобен солнцу, которого часть покрыта облаками, так что земля московская не может получить ни теплоты, ни света... Все приближенные царя – несведущие юноши; ловкие и деловые приказные – алчные волки; все без различия грабят и разоряют народ. Никто не доводит правды до царя; к царю нет доступа без больших издержек: прошения нельзя подать в приказ без огромных денег, и тогда еще неизвестно, чем кончится дело: будет ли оно задержано или пущено в ход».
Мотивацию правоохранителейправдорубов вряд ли можно привести к общему знаменателю. Одни были обижены неправедным, на их взгляд, увольнением. Другие предчувствовали оное и хотели в результате огласки получить чтото вроде неприкосновенности. Третьих на самом деле «достало». Всетаки многие честные милиционеры связывали с юристом Дмитрием Медведевым надежды на реальное, а не показушное реформирование органов.
Однако реакция адресатов обращений в МВД и в Кремле оказалась предсказуемой. Этого не может быть, потому что не может быть никогда, а если оно есть, то существует утвержденная процедура.
Показательна в этой связи реакция заместителя министра внутренних дел – начальника Следственного комитета при МВД РФ Алексея Аничина. Он заявил: «Дымовскому не следовало обращаться к общественности, а нужно было поставить в известность службу собственной безопасности». Каковая предсказуемо спустила бы сигнал Дымовского его непосредственному начальнику для принятия карательных мер. Практически во всех случаях начальство с пристрастием взялось за самих правдорубов, а не за факты, которые они опубликовали.
Практически во всех случаях начальство с пристрастием взялось за самих правдорубов, а не за факты, которые они опубликовали.
Относительно Дымовского у руководства МВД сразу возникли подозрения в его психическом здоровье. Другие вообще попали под возбуждение уголовных дел. И у всех обнаружились серьезные дисциплинарные нарушения. Соответственно, основания для служебных проверок. Намекали и на мифическую руку некоммерческих организаций, не мытьем, так катаньем стремящихся разрушить российскую милицию.
Да и у общественности милиционеры«обращенцы» вызывали неоднозначную реакцию. Так, журналист «Эха Москвы» Владимир Варфоломеев заявил, что впечатление у него «создалось далеко не самое позитивное… На скандал он (Дымовский.– авт.) пошел исключительно из личной обиды на «несправедливое отношение» к честному и профессиональному служаке, коим себя считает; о защите какихлибо общественных интересов нет и речи, не имеет он и представления о гражданских правах, которые по идее призван защищать, или, по крайней мере, полагает, что такие права есть лишь у людей в погонах». По мнению журналиста, будучи при исполнении, милиционер Дымовский «вполне способен арестовывать невиновных, фальсифицировать материалы уголовных дел, подбрасывать наркотики, но с одним непременным условием, чтобы к нему – исполнителю – относились с уважением и видели в нем не «скота», а настоящую опору царя и отечества».
Так что однозначный ответ на вопрос, что такое синдром Дымовского —болезнь или лекарство, вряд ли существует. Единственным результатом интернетдемаршей правоохранителей стало хоть какоето подобие общественной дискуссии. Впрочем, в конце 2010х только очень ленивые СМИ не писали о коррупции в органах внутренних дел. О низкой эффективности их работы и моральном разложении значительной части сотрудников.
Единственным результатом интернет-демаршей правоохранителей стало хоть какое-то подобие общественной дискуссии.
Энтузиастыблоггеры и обитатели профессиональных форумов никого в общемто не завели, хотя старались. Единственное, что можно вспомнить – анонимное письмо, провисевшее какоето время, пока не опомнились модераторы, на форуме официального сайта МВД.
«МЫ – ЦЕПНЫЕ ПСЫ РЕЖИМА.
Дорогие коллеги.
Россия находится на переломном рубеже. Надвигается экономическая катастрофа. Сотни тысяч наших соотечественников, наших отцов и матерей, братьев и сестер будут выброшены на улицу. Этот кризис открыл глаза народу, показал, кто есть кто в нашей стране.
Мыльный пузырь стабилизационного фонда лопнул и не принес нам пользы. Миллиарды нефтедолларов текли к нам рекой, но наши правители и не думали вкладывать эти деньги в развитие экономики, науки, сельского хозяйства, многих отраслей. Что еще нас ждет?
Грядет массовое сокращение военнослужащих, будет упразднено 85 процентов военных ВУЗов. Армию добивают. Все больше и больше в России проходят акции протеста. Терпению народа приходит конец. Но взрыв народного гнева еще впереди! Посмотрите, что происходит во Владивостоке! Один из лозунгов: «Нефть – пЕДРОсам, вазелин – народу».
Власть знает, что возможны акции народного протеста, и последствия могут быть непредсказуемыми.
Вопрос. На кого надеется власть? Кто ее может спасти от народного гнева? Кто поможет удержать награбленное? Это мы с вами, коллеги. Российская милиция. Мы будем разгонять протестующих, как делали это 1 мая 1993-го и в октябре того же года, как разгоняли Русский марш в 2008-м. Так что во всем, что произошло с нашей Родиной с 1993 года, есть наша вина. И не будем теперь плакать о том, что у нас маленькая зарплата. А пенсия нас ждет и того меньше – 4200 рублей, что является размером прожиточного минимума на сегодняшний день.
Вопрос. Будем ли мы цепными псами этого режима? За кусок кости рвать тех, на кого покажут? Во Владивостоке милиция отказалась разгонять митингующих потому, что знала, что власть лишила средств к существованию и их родных. А что будем делать мы?
Ребят, сохраните кто-нибудь это сообщение. А то я знаю, что модератор удалит его, а меня заблокирует».
На просторах Рунета раздавались отдельные призывы к акциям, которые могли бы принудить адресатов обращений хоть чтото ответить им и обществу.
«Народ, организуем акцию – подписываемся под требованием ответа, конкретных действий президента или премьерминистра на выступления Дымовского и других офицеровразоблачителей! Чем больше подписей, тем меньше шансов уйти от ответа. Знаю – действие наивно и теоретически обречено. Но! Подключите сюда все свои надежды на дальнейшее будущее Родины БЕЗ КОРРУПЦИИ, распространяйте данный пост на всех возможных порталах! Знающие люди – организуйте данный призыв до общероссийских масштабов, не дайте загнуться проявлениям реальной заинтересованности в дальнейшем положительном развитии России! ВСЕ, кто поддерживал Дымовского со товарищи на различных ресурсах – давайте единым фронтом представим ультиматум власти – адекватная реакция или отставка!»
Действие оказалось обреченным не только теоретически, но и практически. Не считать же адекватной реакцией, например, создание в социальной сети «В контакте» 18летним жителем республики МарийЭл группы «Бей ментов!!! Спасай Россию!!!» Спасти Отечество юноше не дали, возбудив в отношении него уголовное дело. Ему предъявили обвинение в разжигании ненависти и вражды «к определенной социальной группе». Это статья 282 УК РФ «Возбуждение ненависти либо вражды, и равно унижение человеческого достоинства», которая предполагает лишение свободы на срок до четырех лет.
Конец эпохи ментовского «правдорубия»
Система, раздраженная правдорубами, от повторения подобного впредь попыталась застраховаться. С 1 марта 2011 года вступил в силу Закон РФ «О полиции». Изначально планировалось всех сотрудников милиции вывести за штат, а затем принять на работу, но уже в обновленные органы. В светлое полицейское будущее взяли бы не всех. Предполагалось, что численность сократится на 20 процентов. Правда, потом эту процедуру заменили на переаттестацию с глубоким тестированием. Оно было призвано уже на дальних подступах отсеять коррупционеров, лодырей и дымовских. А над тем, что будет с увольняемыми, вряд ли кто задумывался. Один пример. 26 февраля 2011 года в Москве 41летний бывший сотрудник столичного ГУВД, за два года после увольнения не нашедший работы, взорвал себя гранатой. Но трагедии наподобие этой – не повод не проводить сокращение.
«Переаттестация будет проходить под девизом «Профессиональные, грамотные и работоспособные сотрудники продолжат службу, а те, на ком, как говорится, пробу ставить негде, уйдут, – заверял начальник ГУВД по г. Москве Колокольцев. – Наша главная задача – избавиться от сотрудников, которые заставляют за себя краснеть».
В закон «О полиции» перекочевали требования запрета на публичные суждения и оценки сотрудников ОВД, в том числе в СМИ, в отношении решений милицейского руководства, если это не входит их в служебные обязанности.
А чтобы милицейских генералов не вгоняли в краску последователи Дымовского, в закон «О полиции» перекочевали требования статьи 20.1 Федерального закона «О милиции». Они касаются запрета на публичные суждения и оценки сотрудников ОВД, в том числе в СМИ, в отношении решений милицейского руководства, если это не входит их в служебные обязанности.
Кстати, этого положения в законе «О милиции» не было. Президент внес соответствующую поправку только в июле 2010 года. Это, наверное, тоже можно считать одним из последствий синдрома Дымовского. Отныне комментировать, оценивать и судить могут только сотрудники милицейских прессслужб. Они и запятой без спроса не поставят, бегая согласовывать все от них исходящее с начальством.
Косная правоохранительная система вообще отторгает всех, кто стремится вырваться за флажки. А многие сами отторгаются. Как и утечка мозгов из отечественной науки, продолжается исход из милиции и других силовых структур думающих сотрудников. Он пока не принял лавинообразного характера. Но грамотные, образованные опера из органов уходят. В службы безопасности, в страховые компании, в адвокатуру. Где не придется сидеть без выходных, компьютера и бумаги, как участковому Мумолину. Выдумывать «протоколов – пятнадцать штук, уголовных дел – три штуки». А если вдохновение отказало, выслушивать: «Не нравится – увольняйся».
В целом сходившее к 2011 году на нет движение правдорубовдымовцев устоев не поколебало. Власть и генералов, если и затронуло, то не критично. От диспутов в Интернете людям в лампасах ни холодно ни горячо. Президент, которому и были адресованы видеообращения бунтарей, не откликнулся. Так что верхушка МВДшной вертикали продолжила смотреть на окружающую действительность сверху вниз. Да и от народа правдорубымилиционеры оказались страшно далеки. И не потому, что говорили неубедительно. А потому, что и народ тоже безмолвствовал. При отсутствии дееспособного гражданского общества фраза «за что забрал, начальник, отпусти» в народе популярнее, чем «правоохранительные органы необходимо кардинально реформировать».
