Текст книги "Игры в любимых. Серия «Истории любви»"

Кристина бежала по улице, будто ее подгоняли, и думала о том, что ей действительно приятно было находиться на его кухне, сидеть на мягком диванчике, пить кофе или вино за стеклянным столом и смотреть, как хозяйничает Саша. Ей сразу было там очень комфортно, думалось легко и даже все вещи находились на своих местах. Так как было бы удобно ей, если бы кухня была ее собственная.

Вообще это было как минимум странно. Потому что была у нее такая особенность чувствовать себя где бы то ни было крайне неуютно. Ну не любила она чужие диваны, столы, ванные комнаты и – ужас, ужас – чужие туалеты. Не то чтобы совсем брезговала, но и удовольствия никакого не испытывала, когда ей под руку попадались чьи-то волосы, на носки цеплялся мусор или шерсть. Ага, и это притом, что в ее любимых поездах витает отнюдь не кристальная чистота. Вот парадокс. А может она просто сама себя заставила привыкнуть к вагонной атмосфере, а к чужой домашней не смогла.

И ведь не сказать, что дома у Саши всегда был порядок, но отчего-то все равно там она чувствовала себя как дома. Более, того, успела привыкнуть. И это было… неудобно как-то. Не должна она привыкать к его кухне, к его кофе и к виду из окна. Совсем не должна. Вот закончит она книгу, и что? Кристина так и представила себя, как они сидят через полгода на его кухне и молчат. О чем они будут говорить? У него своя занятая жизнь, свой круг знакомых, она ничего не понимает в его бизнесе, а ему совершенно не интересны ее бытовые трудности и рассказы из жизни друзей. Нет уж, не надо ей больше появляться в его квартире, а все встречи перенести на нейтральную территорию.

Кристина передала ему флешку с готовой рукописью в конце октября. Она так волновалась, что у нее даже руки немного дрожали. И не столько за свою работу, сколько за самого Сашу. Кто знает, что поменяется в сознании Саши, когда он это прочитает. Она не знала, насколько откровенны они были с отцом, что он знает о его жизни, когда Саши еще не было, пока он рос и взрослел.

Весь вечер она ходила из угла в угол и косилась на телефон, хотя прекрасно понимала, что сегодня он точно не позвонит, потому что книга получилась немаленькая, и времени на ее прочтение надо было достаточно. Однако он не позвонил ни на следующий день, ни через день.

Через два дня она начала волноваться. Сначала она испугалась, что ему не понравилось, потом начала думать, что из книги он узнал что-то такое, что его сильно возмутило или задело, хотя на первый взгляд ничего такого там не было. Еще через два дня у нее даже возникла бредовая мысль, а не кинул ли он ее.

В пятницу днем она решила, что если он до вечера не позвонит, то она наберет ему сама. В конце концов, он должен понимать, что она ждет его мнения.

Он все-таки позвонил ближе к вечеру. Спокойным, ровным голосом спросил, когда она сможет с ним увидеться или хотя бы поговорить.

– Ну, вечером мы с Ильей идем в магазин, а потом я буду одна, поэтому можешь позвонить.

– Ладно, вечером созвонимся.

Кристина пыталась расслышать в его голосе хоть что-то, что помогло бы ей понять, в каком он настроении, но ничего не услышала.

– Ты хоть намекни что ли, как тебе. Я все-таки старалась.

Саша помолчал немного.

– Давай вечером, ладно, – попросил он ее. – К тебе у меня претензий нет, не волнуйся.

– Фух, – выдохнула девушка. Прямо гора с плеч. – Освобожусь, позвоню.

– Ты точно не против? – спросил ее Илья, когда они дошли до дверей квартиры.

– Иди уже, пока я не передумала. – Дверь опять заклинило, и Кристина никак не могла ее открыть. Пора замки менять, а то однажды она может остаться ночевать под дверью.

– Замки поменяй мне, а, – попросила Кристина, кода они, наконец, вошли в квартиру и поставили пакеты с покупками. Девушка была очень довольна, что теперь ей можно будет готовить в новой посуде, не заботясь, что еда может пригореть.

– Сейчас что ли? – сразу заныл Илья и вытащил телефон из кармана джинсов. – Мне уже идти надо.

– Да иди блин, – рассердилась девушка. – Прямо сейчас мне от тебя ничего не надо. Ночевать придешь?

Кристина сняла пуховик и стала стаскивать с шеи шарф. На улице стало холодно, и лег первый снег.

– Да нет наверное, побеспокою тебя, разбужу…. – заюлил Илья, но Кристина не стала его слушать, наоборот специально стала шуршать пакетами, будто проверяя, точно ли они все купили. Ей совсем не хотелось думать, как пройдет мальчишник у его друга, во сколько и в каком состоянии он соизволит вернуться. Ну нафиг, пусть к мамочке идет отсыпаться. Если вообще к ней.

Илья после последней командировки заметно изменился. Стал носить брендовые вещи, на руке у него появились дорогие часы (ну или хорошая подделка, черт его знает), а на работе все чаще стали появляться какие-то важные «дела». Стал вдруг посещать какие-то вечеринки, бары каждую неделю с новыми друзьями («Ты их все – равно не знаешь», отмахивался он каждый раз).

При этом доходы свои он перед Кристиной не «светил» как раньше, приодеть ее не предлагал, и вообще все чаще девушка стала замечать на себе его оценивающие взгляды. Похоже, скоро я вообще перестану его интересовать, думала девушка и… особо не печалилась по этому поводу.

Она закрыла за ним дверь, радуясь лишь возможности снять наконец джинсы, которые стали безнадежно малы. Все-таки пора менять 42-й размер одежды на 44-й. Она стала раздеваться прямо в коридоре, и когда вся одежда упала на пол, а на ней кроме белья остались только черные плотные колготки, в дверь позвонили.

«Вот, блин, опять оставил что-то», подумала Кристина и распахнула дверь. Была у Ильи дурная привычка забывать то телефон, то ключи, то свои бумаги.

Неизвестно кто испугался больше: то ли Кристина, потому что кроме Ильи не ожидала никого увидеть, то ли Саша, потому что он явно не ожидал, что его встретят в таком виде.

Какое-то время они тупо смотрели друг на друга, потом Кристина судорожно попыталась вспомнить, какое на ней белье, не смогла и наконец смутилась.

– Ой-ой, – пробормотала девушка и вроде как прикрыла грудь руками, после чего быстро убежала в комнату, где схватила первое, что попало под руку, и кое-как оделась. Это ж надо было открыть не посмотрев, а.

– Я…, ты…, мы же… – попыталась спросить Кристина, хаотично размахивая руками, когда вышла обратно в коридор. Саша к тому времени закрыл дверь, но раздеваться не спешил.

– Кристин, извини, я помню, что мы договаривались созвониться, но мне очень надо.…Или я не вовремя, да?

– Да нет, проходи, раз пришел. Я просто не ожидала тебя увидеть, – объяснила смущенно Кристина, а сама подумала, что выглядит сейчас не лучшим образом – халат на ней поношенный, к тому же безумно короткий. – Илья только-только ушел, и я подумала, что это он вернулся.

– Я, наверное, у лифта с ним столкнулся. Нет, правда, если уж сильно не вовремя, то я потерплю до завтра.

– Блин, раздевайся уже, – остановила Сашу Кристина. – Вешать сюда, ну ты помнишь. Пойду я, переоденусь все-таки, подожди меня на кухне.

И быстро скользнула обратно в комнату. Пока переодевалась, проверила, что белье на ней было вполне соблазнительное, а колготки целые. Потом еще раз подумала, какая она дура и пошла на кухню.

– Мне нужен ноутбук, надо кое-что проверить.

– Зачем?

Как ни пыталась, «ничего такого» Кристина разглядеть в Сашиных глазах не смогла. Он смотрел на нее прямо, глаз не отводил и вообще опять делал вид, будто ничего не произошло.

– Я прочитал, – осторожно тем временем напомнил мужчина.

– А, ну да, – невпопад сказала Кристина, пытаясь собраться с мыслями. Действительно ведь ничего не произошло. Что он, женщин в белье не видел что ли?

Кристина сходила за ноутбуком, и когда он включился, открыла черновой и конечный вариант книги. Потом посмотрела, как Саша жадно углубился в чтение, и пошла распаковывать пакеты с посудой. Достала все из коробок, любовно погладила бока кастрюлек, позвенела креманками для десертов и взвесила в руке сковороду для выпекания блинчиков.

– Я в шоке. – Услышала Кристина через какое-то время и вздрогнула от неожиданности. – Это же… совсем не похоже.

– Плохо что ли? Тебе не понравилось? – не поняла девушка. И вдруг подумала, что ей необычайно важно знать, оценит ли Саша именно ее труд. А в его глазах вдруг заиграло неподдельное восхищение.

– Ты прелесть, – вырвалось вдруг у него. – Правда, правда, читается же как художественная книга, а тут…, – он показывал на экран ноутбука и не находил слов. – Я даже не знаю, где искать то, что мне надо. И вообще, – вдруг прорвало его, – если ты переживаешь по поводу того….короче, тебе незачем стесняться, ты хороша и в одежде и без одежды. Мне ВСЁ понравилось.

– Да ну тебя, – где-то через минуту выдавила из себя Кристина, чувствуя, как горят ее щеки. Она была польщена и смущена одновременно. Такое забытое оказывается чувство. – Показывай, что там у тебя сомнение вызывает.

Саша вытащил из кожаного портфеля папку с распечатанным текстом и показал один из листов.

– Вот, смотри. Вот тут совсем немного упоминается моя мать, видишь? Это действительно все его слова, или ты намеренно что-то убрала из текста?

Кристина покачала головой.

– Нет, Саш, больше ничего, я хорошо помню. Потому что ты никогда не рассказывал мне про свою маму, и что с ней случилось, поэтому я, конечно, внимательно читала все, что упоминалось о ней. Действительно только то, что твоему отцу не хватало ее все время, и он не смог больше никого полюбить так, как ее. Ты мне расскажешь?

И внимательно посмотрела на него.

Саша же в лице нисколько не изменился. И ответил спокойно.

– Она болела сильно, и я был очень маленький, когда ее не стало, так что у меня толком и воспоминаний-то о ней нет. Помню улыбку только сквозь боль, и руки у нее холодные всегда были. Вот и все. А папа долго переживал. Встречался потом с какими-то женщинами, но долго они у нас не задерживались. Хотя я не против был. Наверное.

Он пожал плечами. А Кристина села рядом с ним на табуретку и сказала вдруг очень серьезно:

– Все понятно теперь.

– Что тебе понятно?

– Так нельзя, ты понимаешь это? Ты подсознательно теперь боишься по-настоящему влюбиться. Так ведь? Так сильно боишься потерять очень значимого тебе человека, что никого не пускаешь в свое сердце. Только у твоего отца был ты, и он тебе отдал всю свою любовь и теплоту, которую ты почему-то стараешься не замечать. А ты теперь один, и так и будет, если ты сам не изменишь ничего. Тебе надо избавиться от своих страхов, они тебе всю жизнь будут мешать.

Александр резко вскочил со стула, и Кристина сделала тоже самое. Оба вдруг сильно разозлились. Но девушка и слова не дала сказать, и убежала в комнату. Вернулась, неся в руках распечатанный листок.

– Почитай-ка сначала вот это, прежде чем обвинять меня, что я лезу не в свое дело. Это слишком личное, я убрала отрывок из книги.

– И все-таки это мое дело, не надо лезть в мою…

– В твою что? Твою жизнь? Так это ты в мою залез, причем весьма нахально. В твою постель? И не собираюсь, какое мое дело. Отца твоего жалко, он не желал тебе такой жизни. Почитай говорю.

И ушла в комнату, бросив листок на стол. Она несколько раз читала тот отрывок и помнила его очень хорошо.

«Я одного боюсь – писал Николай Степанович. – Чтобы мой сын не повторял моих ошибок. Я всю жизнь хотел, чтобы у нас была счастливая и дружная семья. Дети – мальчик и девочка. Совместные отпуска, поездки, разговоры по душам. Но сам все испортил. Сам себе не разрешил заново построить разрушенный мир. Я пытался донести до Саши, что можно начинать все заново, и не надо этого бояться, не знаю только, понял ли он меня. У меня так и не хватило смелости поговорить с сыном, рассказать ему все, как есть, чтобы он не нес мой крест, не перетаскивал мои ошибки и страхи в свою жизнь».

– Теперь ты понимаешь? – спросила Кристина, когда Саша подошел и присел рядом. – Понимаешь, почему он был так одержим идеей, чтобы ты нашел «нормальную» девушку? Он желал тебе счастья. Он хотел, чтобы у тебя была крепкая семья, а у него счастливые внуки, вот и все. А ты поди считал, что он за статус свой переживает, за слухи, что у него непутевый сын.

– Да, черт возьми, да! И мне неприятно это слышать от тебя!

Кристина повернула голову. У мужчины было напряженное лицо, а глаза стали хмурыми и злыми.

– Потому что я сказала вслух то, что ты сам себе не мог сказать? Поэтому неприятно?

– Потому что ты – это ты!

– Не понимаю.

– Я не хочу, чтобы ты считала меня непутевым! Я запутался по жизни! Мне поговорить не с кем! Я не понимаю, что делаю не так!

Саша пометался немного по комнате и пошел к выходу.

– Подожди! – Кристина метнулась за ним следом и поймала за рукав куртки. Он был в смятении, губы его были крепко сжаты, он дернул руку, но не смог вырвать ее. – Извини, если тебе неприятно, но я сказала это из благих побуждений. Подумай над его словами. Ты действительно запутался, тебе надо просто посидеть и подумать, как жить дальше. Мне очень хочется тебе помочь, но я не знаю как.

Так же хмуро он взглянул на ее губы, как будто ждал, что она скажет что-то еще. Потом аккуратно освободил свою руку и ушел. На сердце у обоих было тяжело.

Кристина не знала, что Саша еще долго сидел за рулем своего автомобиля и не мог успокоить свои трясущиеся руки. Он был очень зол от того, что эти чертовы слова произнесла именно эта девушка, для которой неожиданно захотелось быть по-настоящему самодостаточным, независимым и надежным. И совсем не для того, чтобы поставить очередную галочку в любовных успехах. Впервые в жизни реально стало важным, что о тебе думают и каким тебя считают. И меньше всего хотелось, чтобы он был для нее таким вот никудышным папенькиным сынком.

Александр вздрогнул, когда ему показалось, что она сидит рядом с ним на соседнем сидении. Так отчетливо он видел перед собой ее взрослые глаза, чувствовал ее чуть заметный запах, слышал ее взволнованный голос. А еще эти чертовы черные колготки, от которых он всегда терял голову. Настолько, что честно не обратил внимание даже на ее грудь.

Кристина не предполагала, что в этот вечер он долго сидел в отцовском кабинете. Много пил и много думал. А на следующий день прислал ей огромный букет роз и записку: «Прости за резкость. Ты как всегда права». В ответ получил смс: «Прощаю. На самом деле я не считаю тебя никчемным. Просто у тебя неправильно расставлены приоритеты в жизни». Вот так взяла и поставила его на место. Саша прочитал и ухмыльнулся, он как-то не привык, чтобы девушки так с ним общались, но это неожиданно ему очень понравилось.

Глава 6

Он не звонил Кристине очень долго. Настолько, что она даже начала думать, что ее «шедевр» банально запороли, а Саша не знает, как ей об этом сообщить. И, разумеется, его звонок стал неожиданностью. Они с Ильей сидели у него дома и смотрели фильм. Кристина немного помедлила, но все же решила ответить, чтобы не привлекать внимание. Она так и не рассказала ничего, да и что говорить, если она сама не знала, примут ли ее работу в печать. Спокойным голосом сообщила, что ей неудобно говорить и попросила перезвонить на следующий день. Услышала в ответ такое же спокойное «хорошо» и отключилась.

– Кто там? – лениво спросил Илья, не отрываясь ни от телевизора, ни от семечек.

– Родительница, – соврала Кристина.

Больше вопросов не последовало. Девушка подумала, что ему просто не интересна ее рабочая жизнь. А потом подумала, что их совместная жизнь все больше утопает во лжи.

На следующий день она очень волновалась, пока набирала Саше. И обрадовалось, когда услышала его веселый голос.

– Поздравляю, муза моего сердца! – довольно произнес Александр. – Нас с тобой ждут в издательстве, одобришь макет обложки, придумаем название и в печать.

– Ух ты, здорово! – обрадовалась Кристина. – Неужели правда?

– А ты сомневалась? Когда ты свободна днем будешь?

– Завтра могу, я утром на работу. А название давно уже придумано твоим отцом.

– Да? Ну и хорошо. Откуда тебя завтра забрать?

– Сама могу доехать.

– Кристина! – Саша как будто даже обиделся. – Не придумывай давай. На улице минус 10, не хватало еще заболеть тебе.

– Хорошо, я позвоню тогда. Документы брать?

– Разумеется.

В издательстве их очень любезно встретил главный редактор Виктор Семенович Подольский. Представился и провел Александра в свой кабинет подписывать договора. Офис был небольшим, чистым, и в нем совершенно отчетливо слышался запах типографской краски, хотя никакого производства здесь, разумеется, не было. Кристину же проводили к корректору, вместе с которым она уладила несколько моментов. Кое-где девушка согласилась сделать изменения в тексте, а местами настояла оставить авторскую орфографию и пунктуацию, пояснив, что это слова именно Николая Степановича, и менять их было бы не совсем корректно.

После этого Александра и Кристину проводили к художнику-оформителю, где они решили, что им нужна книга в переплете, а не в обложке, и выбрали наиболее подходящий макет. На титульной странице располагалась фотография Николая Степановича, на задней стороне обложки несколько высказываний о нем от его друга и самого Саши. Когда оформитель спросил про цвет фона, то не сговариваясь Кристина и Александр назвали зеленый, потому что это был любимый цвет Николая Степановича. Саша также передал флешку с фотографиями, которыми оформитель должен был разбавить текст.

С редактором позже пообщались и по поводу названия книги.

– Послушайте, что он писал, – предложила Кристина и процитировала: – «Я понимаю, что в масштабах вселенной я всего лишь маленький человек, практически муравьишка, но для меня главное, чтобы от меня исходил свет, который бы жил в сердце моего сына. Большой свет маленького человека».

– Большой свет маленького человека? А что, вполне подойдет, как вы считаете, Александр?

Саша пожал плечами.

– Если это его слова, то очень даже ничего. Неужели ты помнишь это наизусть? – удивленно спросил он уже у Кристины, пока Виктор Семенович карандашом писал название на полях рукописи.

Теперь пожала плечами Кристина.

– Я же ответственно выполняла свою работу. Я конечно не все факты из его биографии помню и не все слова, но это очень впечатлило меня, и я сразу подумала про название.

– Последний вопрос, Кристина Андреевна, – перебил их Виктор Семенович. – Вы под своей фамилией печатаетесь?

Кристина засмущалась.

– Вообще-то я никогда не печаталась раньше. Это моя первая работа.

– Даже так? А не желаете поработать у нас корректором? Если, конечно, не собираетесь книги писать.

Кристина взглянула в глаза редактора, но не заметила в них и доли смеха. Он спрашивал вполне серьезно.

– Спасибо, я подумаю, – осторожно улыбнулась девушка. И посмотрела на Сашу. В его глазах читалось восхищение. – Если можно, я подпишусь фамилией моей матери. Кристина Запольская.

– Хорошо, как скажете. Александр Николаевич, мы позвоним вам, как будет готов сигнальный экземпляр. Я думаю, в середине декабря, может чуть позже.

Саша и Кристина вышли из издательства и остановились.

– Ну что, в ресторан праздновать первую победу? – предложил мужчина.

– Даже не знаю. – Кристина подумала, что они итак зашли уже слишком далеко за все эти месяцы. Пора было останавливаться. Сейчас она позвонит Илье и узнает, какие у него планы на вечер. – Подожди немного, мне надо звонок делать.

Девушка отошла на пару метров в сторону и достала телефон. Илья ответил сразу.

– Ты придешь сегодня пораньше? Я ужин приготовлю.

– Пораньше не получится, наверное. Мы с ребятами в боулинг собрались в «Метелицу».

– С Димкой и Стасом что ли? – поинтересовались девушка.

– Ну да. Приходи тоже.

– Ага, слушать пошлые анекдоты и пиво пить? Нет уж, как – нибудь в другой раз.

– Ну как хочешь.

Кристина вздохнула. Раньше такого не было, чтобы он даже не предупреждал заранее, что куда-то собирается. И друзья эти его, что-то с чем-то.

– Какие-то проблемы? – спросил подошедший Саша.

– Устала просто, – ответила Кристина и опять вздохнула. Только вчера она жаловалась Илье, что они никуда не ходят вместе, а уже сегодня он опять идет развлекаться без нее. Она все пыталась за что-то зацепиться, успокоить себя, что все нормально, но как-то не получалось. Они с Ильей уже стали жить каждый своей жизнью, хотя делали вид, что ничего не происходит.

– Поехали, отдохнешь.

– Слушай, – спросила вдруг Кристина, когда они немного отъехали от издательства, – я никогда не видела, чтобы ты курил, но когда ты первые разы приезжал за мной, в салоне ощущался запах. Николай Степанович?

– Ты помнишь? – удивился Саша. – Когда терки с отцом начались, я решил закурить. Но не втянулся. Да и тебе бы не понравилось, если бы я дымил, ты мне слишком правильной показалась.

– А сейчас? – с интересом поинтересовалась Кристина. – Сейчас тоже я кажусь тебе такой?

Александр ответил только когда остановил машину у ресторана и заглушил мотор.

– Сейчас нет. Иначе бы ты не сидела здесь.

«Иначе бы я сидела одна на своей кухне и с тоской в глазах ждала своего ненаглядного, – подумала Кристина. – А я не привыкла быть настолько привязанной к кому-то, чтобы меня выгуливали, как собачку».

Вслух она конечно ничего не сказала, но успела заметить, какой странный взгляд бросил на нее Саша, когда открывал перед ней дверь в ресторан.

Они как будто по привычке выбрали столик в углу, где был приглушенный свет. Пока ждали официанта, Кристина огляделась. Зал был небольшой, очень уютный, а кресла мягкими. С потолка свисали люстры в виде больших цветов, окна были красиво задрапированы шелковыми шторами сочного сиреневого цвета. Кристина подумала, что она удачно надела сегодня платье, несмотря на мороз, а то в джинсах выглядела бы глупо.

Буквально через секунду перед ними возник официант, предложил меню и карту вин. Александр не глядя заказал салат с морепродуктами и стейк из лосося. Кристина остановила выбор на рулете из утки с брусничным соусом и чизкейке с ягодным соусом. От вина они отказались, заказали только сок и кофе.

Когда официант ушел, девушка спросила:

– Ты часто здесь бываешь?

– Мой отец часто здесь обедал. Иногда заходили сюда вместе. Он у меня тот еще привереда, ему не хотелось тратить время, проверяя везде еду на съедобность. Он приходил сюда и брал одни и те же блюда.

– А ты? Приходил сюда без него?

– Водил ли я сюда девушек, ты хотела спросить?

Кристина засмущалась.

– Я просто спросила, это ты себе что-то выдумал.

– Я с девушками предпочитаю в клубах и кабаках встречаться. Что с ними здесь делать? – Саша смотрел на нее прямо, говорил откровенно.

– А я, значит, недостаточно подхожу для танцев? – обиделась Кристина.

– Подходишь конечно, я не сомневаюсь. Просто странно было бы пригласить тебя сегодня отрываться в клуб. Или нет? – теперь Саша улыбнулся и приподнял брови в вопросе.

– Четный значит, да? Ну, хоть поговорить со мной можно, и на том спасибо. – Кристина оперлась локтями на стол и подперла кистями лицо. – И о чем говорить будем?

– Не знаю, – честно признался Саша, – но с тобой о чем угодно. Мне приятно просто сидеть и наблюдать за тобой. Ты очень красивая. Особенно сегодня в этом платье.

– Спасибо. Кажется, я уже слышала это от тебя.

– Могу еще раз повторить, если хочешь.

Но сказать мужчина ничего не успел, потому что им принесли заказ. Все выглядело очень аппетитно и на вкус тоже оказалось на высшем уровне. Кристина ела не спеша, наслаждаясь едой. Саша же расправился с салатом и рыбой довольно быстро и теперь сидел, откинувшись на спинку стула, и наблюдал за Кристиной. Когда она это заметила, то чуть не поперхнулась.

– Ты чего так смотришь?

– Я вдруг понял, что ты наверняка хорошо готовишь.

– Говорят, неплохо. Если рискнешь, угощу как-нибудь фирменным пирогом и запеченным мясом.

– Ловлю на слове, – сделал страшные глаза Саша, – я вообще рисковый парень.

– Оно и видно, – засмеялась Кристина. А потом вдруг стала серьезной. – Знаешь, я тут пару дней назад задумалась и поняла, что у меня, оказывается, совсем не осталось друзей. Вернее, они есть конечно, но поговорить с ними не о чем и сходить некуда. Вот ты задумывался, как меняется по жизни наш круг общения? У меня часть подруг – молодые мамы, сидят по большей части дома и могут говорить только о детях, о болезнях, о прививках и о том, где найти хорошего педиатра или аллерголога. И ведь я прекрасно их понимаю, но мне в ответ им сказать нечего. Другая часть с головой ушла в бизнес, карьеру, с ними встречаешься и опять не о чем говорить, потому что я в принципе не понимаю ни про индексы ММВБ, ни про структуру организаций, ни тем более как законно уйти от налогов. Есть еще конечно свободные от всего девчонки, которые целыми днями тусят, ходят по салонам красоты и ищут мужиков ради случайного секса. Но и это мне уже не интересно. Я ни в одну компанию теперь не вписываюсь.

– Ну, значит, тебе надо менять что-то в жизни и вписаться куда-нибудь. Ты же, кажется, замуж собираешься, вот тебе и смена обстановки. Или уже нет?

Оба напряглись и, не отрывая взгляда, смотрели друг на друга. Кристина кусала губы и думала о том, к чему он клонит, ей даже показалось, что ответ ему важен чрезвычайно, так внимательно он вглядывался в ее лицо. Или он специально хочет ее позлить?

– Тебя это смущает? Или огорчает? Мне показалось, тебе не все равно.

Саша неопределенно пожал плечами. Кажется, вместо правдивого ответа, он сам попался в ловушку своего вопроса.

– Нет, не все равно, – честно ответил он и глаз не отвел. – Только благодаря тебе я начал понимать, что мне тоже надо что-то менять в жизни. И многие вещи вдруг стали не такими важными, как раньше.

– Это не я. Просто ты взрослеешь, вот и все, так и должно быть.

Кристина увела разговор со скользкой темы, потому что ей не хотелось отвечать на его вопрос и так же не хотелось услышать, что он действительно огорчен. Вернее, в глубине души еще как хотелось, но это было бы неправильным. Лучше пусть она не знает правды.

Кристина мяла в руках салфетку и нервничала. Как бы она не гнала от себя эти мысли, но от Саши исходило такое обаяние, что трудно было устоять. Он ей безусловно нравился, отчего девушка не была уже так уверена в себе и своих чувствах к Илье. И это было страшно. Страшно, потому что она сама перестала понимать, что происходит у нее в душе.

– Как бы там ни было, мне бы не хотелось, чтобы это была наша последняя встреча. Хочется знать о тебе чуть больше, чем место работы и вкусовые пристрастия, – признался Саша.

Кристина смутилась.

– Тебе не кажется, что наше знакомство вообще началось как-то не так? И нет у нас ничего общего, о чем можно болтать по выходным в кафе.

За соседний столик как бабочки порхнули три молодые, хорошо одетые девушки, обдав их целым шлейфом духов. Они были беззаботны и шумны, поэтому Кристина даже не удивилась, когда одна из них вдруг узнала Сашу.

– Привет, Саш, – замахала высокая блондинка рукой и подскочила к их столику. – Что-то тебя не видно совсем, не появляешься нигде.

Девушка легко поцеловала его в щеку.

– Некогда мне, – нехотя ответил Саша. По голосу стало слышно, что ему неприятна эта встреча.

Девушка заметила Кристину, но никак не прокомментировала.

– Ну ладно, звони, если соберешься к нам.

Она ушла, а Кристине стало противно.

– Что-то у меня аппетит пропал, пойду я, – сухо произнесла она.

– Я провожу тебя, – согласился Саша. Он даже не стал ничего говорить.

Оделись молча. Также молча сели в машину и поехали. Кристине стало холодно, и она посильнее натянула на колени куртку и прижала к себе сумочку. У нее никогда не вызывали зависти такие вот богато одетые девушки, знающие себе цену. Просто сегодня она отчетливо увидела, что рядом с Сашей ей не место. Хорошо выглядеть можно, но образ жизни бизнесменов и их спутниц совсем не для нее.

Они ехали долго, и Кристина не заметила, как уснула. За последний месяц она очень устала, и морально, и физически. Ей приходилось рано вставать и долго сидеть за книгой. А потом она чувствовала постоянное беспокойство, и оно мешало ей как следует отдохнуть.

Кристина открыла глаза и поняла, что они давно приехали. За окном было очень темно, но Саша включил в салоне свет и что-то писал на коленках в ежедневнике, изредка заглядывая то в телефонный календарь, то в какие-то бумаги, разложенные на передней панели.

Кристина резко выпрямилась и протерла глаза. Саша сразу оторвался от работы.

– Выспалась? – спросил он и улыбнулся.

– Давно мы стоим? – испугалась девушка. – Я не помню, как мы приехали.

– Конечно, не помнишь. Ты была такая злая, что отвернулась и сразу же уснула.

– Вот черт.

Он мог ее разбудить, ведь у него было много работы. Вместо этого он благородно дал ей выспаться, а сам делал записи, неудобно сгорбившись на сидении.

– Надо было разбудить меня, здесь же невозможно работать.

– Ну вообще-то я больше устал сидеть, – признался Саша и потянулся. – Раз уж ты надумала спать, я решил все дела в ежедневник занести, пока не забыл. Я еще не научился держать все в голове.

– А как же секретарь? Разве не его обязанность напоминать обо всех событиях?

– Она и напоминает. Но основной план я сам составляю, так мне удобнее.

– Понятно. Ого, уже одиннадцать вечера, – удивилась Кристина, посмотрев на часы.

– Ага, если честно, еще немного, и я бы сам задрых. Воздухом что ли подышать, взбодриться.

Кристина схватилась за ручку двери и сказала:

– Пошли, напою тебя кофе, а то уснешь еще по дороге.

Саша захлопнул свою дверь и недоверчиво спросил:

– Удобно будет?

– Мне удобно, почему нет. Разве что ничего вкусного не обещаю, у меня только растворимый. Пошли.

Когда входная дверь за ними закрылась, скрепя петлями, Кристина услышала, как пискнул ее телефон, приняв смс. Девушка решила, что это реклама опять пришла, но все-таки проверила. Пока ждали лифт, достала и открыла телефон. Сообщение оказалось от Ильи. «Я у тебя дома, ты где?»

– Вот черт, – который раз за вечер выругалась Кристина.

– Что случилось? – поинтересовался Саша. – Не твой вечер, похоже?

– Кофе отменяется, извини, – Кристина сделала виноватое лицо. – Зря только вытащила тебя из машины.

– Что-то серьезное? – Саша внимательно посмотрел на девушку и по ее лицу понял, что у нее дома кто-то есть. – Жених ждет?

Кристина помялась. Она как-то не подумала, что Илья может уже вернуться. А знакомить мужчин в такой поздний час было бы полным безрассудством.

– Ты же понимаешь, что сейчас не самый подходящий момент, – извинилась девушка.

– Конечно, понимаю, – Саша подошел к Кристине совсем близко. Так близко, что она отчетливо слышала его дыхание и видела начинающую расти щетину. – И жалею, что мы не встретились раньше. Я не считаю, что у нас нет ничего общего.

– Ну как же ты не видишь этого? – почти простонала Кристина. – Все это время мы общались исключительно из-за книги, все сводилось к обсуждению твоего отца и тебя, но как руководителя его компании. Я о тебе знаю достаточно, и о твоем прошлом тоже. А ты? Что ты знаешь о том, как я живу? Как жила раньше? Кто мои родители?