Текст книги "Ошибка сказочника"
![](/books_files/covers/thumbs_240/oshibka-skazochnika-207534.jpg)
Автор книги: Алексей Ларин
Жанр: Детская проза, Детские книги
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 13 (всего у книги 51 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]
Прохор, не открывая глаз, помотал с усилием головой.
– Ну вот, – обрадовался его товарищ. – Кабы это был наш гость, его бы водой выкинуло, мы бы его и приняли, пока он без чувств. А так…
– Закрой рот! – холодно приказал царевич. – По-твоему, местные тати будут разбивать царские дозоры? Ты это мне хочешь сказать, Тимофей?!
– Нет, я… я не… – опять потерялся Тимофей. – Я просто…
Царица, не оборачиваясь, подняла руку, призывая всех умолкнуть. В наступившей тишине Маргарита слышала дыхание Лики, вставшей у неё за плечом, и хриплые стоны раненого. Замерев, она смотрела, как царица, сосредоточенно нахмурившись, распрямляет правую ладонь над разбитым коленом, держит её пару секунд, и…
Маргарита от неожиданности охнула и отшатнулась, едва не упав. Из развороченного колена в руку царицы выскочила застрявшая в ране пуля. Раненый дёрнулся, вскрикнул и снова затих. Царица переложила пулю в левую руку, опять распрямила ладонь над раной, и Маргарита с изумлением смотрела, как срастаются разбитые кости, мышцы, сухожилия, затягивается кожа и смывается кровь. Через пять секунд колено дозорного было целым и невредимым.
Прохор выдохнул с облегчением, открыл глаза, согнул и разогнул ногу. Сел на кушетке, спустив ноги, посмотрел на царицу.
– Спасибо, государыня! Думал уж, конец мне, ногу потеряю…
Марья жестом остановила его.
– Так, сегодня тебе поменьше ходить, так что вы, – она повернулась к стоящим дозорным, – забирайте Прохора – и в казармы.
Дозорные резво подхватили товарища, не слушая его возражений, что он сам дойдет, и быстро покинули кабинет, ёжась от холодного взгляда царевича, не предвещавшего ничего хорошего.
Царица протянула пулю Ивану.
– Это не из наших, – спокойно произнесла она. – У нас такие ещё не делают. Даже в Вестлане. Это гость с их стороны.
Она в упор взглянула на Маргариту. Царевич посмотрел пулю на свет, подкинул в руке и тоже недобро уставился на неё. Теперь на Маргариту смотрели все, даже Лика.
Маргарита растерянно молчала, не зная, что сказать. Пуля была их, тут без вариантов. И это значит… это значит…
– Значит ли это, что ваш напарник нарушил договоренности? – царица не столько спрашивала, сколько констатировала.
– Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! – Маргарита запустила пальцы в волосы, ошалело покрутила головой. – Чёрт, Никита, что ж вы там натворили?! Нам же теперь здесь полный трындец!
* * *
Вот теперь Маргарита испугалась по-настоящему. Мало того, что Никита запорол их последний (ладно, предпоследний) шанс на возвращение, так ещё и выставил её бессовестной лгуньей. Она же клялась царице, что напарник появится на третий день и только ради Обмена; она согласилась задержаться здесь, лишь бы Костя вернулся обратно. А теперь получается, что и Костя никуда не вернётся, и Никита здесь явно не с мирными целями, и ей самой больше нет никакого доверия.
Маргарита плохо понимала, что происходило дальше. Что-то обсуждали царица с Коломной, куда-то вышел царевич. Её саму из кабинета вытянула за руку Лика, но далеко увести не смогла. Маргарита села на ступеньках первой же лестницы и, опять запустив пальцы в волосы, принялась размышлять. Лика пыталась её поднять, куда-то увести, но в конце концов сдалась и села рядом.
Мимо сновали слуги, гонцы, вооружённые люди. Пару раз проносился Баюн. Маргарита не обращала внимания и почти никого не замечала, пытаясь понять, что произошло и что задумал Савостьянов.
Да нет, это не Савостьянов. Не пошёл бы Никита на такое самостоятельно, не посоветовавшись и не получив одобрение у начальства. Шмидт был в курсе, это определённо. Скорее всего, он и послал Никиту сюда. Но зачем?
Очевидно, их насторожило то, что не вернулся Костя. Бессмертный же говорил, что мальчик вернётся в обмен на ушедшего, а он не вернулся, и Шмидт…
Стоп! Шмидт тоже не стал бы так рисковать и, очертя голову, отправлять агента неизвестно куда. Он знает про этот мир не больше Никиты, то есть, в сущности, ничего. Зато у него есть тот, кто знает всё. И если Никита пришёл сюда не с целью обмена, значит, с какой-то другой целью. И значит, они заручились поддержкой и подсказками Бессмертного, потому что без этого отправляться в самостоятельный переход по здешнему миру было бы форменным безумием.
Маргарита приободрилась. Раз Бессмертный на нашей стороне – а, видимо, на нашей, у него же свои счёты с царицей – значит, не всё так страшно и безнадёжно, как ей показалось сначала. Наверняка он отправил Никиту за помощью или каким-нибудь волшебством, которое вернёт их всех обратно.
– Слушай, Лика, – вспомнила Маргарита про заскучавшую царевну, – а есть ещё какой-нибудь способ перейти в другой мир? Вообще, прецеденты были? Кто-нибудь ещё, кроме Бессмертного, переходил из вашего мира в наш?
Лика укоризненно посмотрела на Маргариту.
– А что посложнее не спросишь? Да откуда же я знаю, Марго! Я тебе Велизарий, что ли, на такие вопросы отвечать?!
– Велизарий? – живо заинтересовалась Маргарита. – А кто это?
– Ну ты даёшь! – Лика посмотрела на Маргариту уже даже не укоризненно, а чуть ли не возмущённо. – Что ты тут делаешь, если вообще ничего не знаешь?!
Маргарита, против воли, почувствовала стыд. Действительно, попасть в русскую волшебную сказку и ничего про неё не знать – это прям позор какой-то. Костя, вон, сказки читал, знает тут, наверное, всех вокруг. А она не то, что книгу Бессмертного, она даже детские сказки почти не читала и всё перезабыла. В памяти сидело смутное воспоминание о смерти Кощея, которая в какой-то игле, а игла вроде в яйце, а яйцо в утке, а утка в сундуке, а сундук на дереве на каком-то острове. Или на горе – Маргарита не помнила точно. В любом случае, сказки она знала из рук вон плохо, а ведь наверняка в них должен быть этот загадочный Велизарий.
– Это старейший маг и прорицатель нашего мира, – пояснила Лика. – Он самый сильный и умный волшебник, у него учились все остальные, включая Кощея. Я думаю, он и подсказал, как победить Кощея. Если кто-то что-то и знает про переходы между мирами, то только он.
– А где он? – спросила Маргарита. – Как до него добраться?
– Ну… – Лика вскинула голову, не успев ответить. По лестнице поднимался царевич в полном походном снаряжении с саблей и кинжалом на поясе.
Лика поднялась со ступенек, схватила его за руку.
– Иван, ты куда? – тревожно спросила она.
– Лика! – царевич погладил её по ладони. – Не волнуйся ты так, я только пошлю разъезды на поиски нашего нового гостя.
Маргарита тоже поднялась. Следовало подобного ожидать, конечно; вряд ли царица позволила бы разгуливать очередному, да ещё и вооружённому, посланцу брата в своём царстве просто так. Понятно было, что Никиту будут искать.
Но что-то в тоне царевича ей не понравилось. Она не сразу сумела сформулировать свои подозрения; Лика сообразила быстрее.
– «Только пошлёшь разъезды»? – недоверчиво прищурилась она, продолжая держать его за руку. – А зачем так вооружился?
– Лика, может быть ты не заметила, – царевич мягко снял руку сестры со своей, – но я, как-никак, командующий и оружие мне положено по уставу. Тем более в полевых выездах.
«Логично, – подумала Маргарита. – Чего это я, в самом деле?»
Лику убедить было труднее. Царевич двинулся по коридору к кабинету Марьи, но Лика не отставала. Маргарита невольно шла за ними.
– Куда тебя Марья посылает? – недовольно ворчала Лика, взяв брата под руку. – Почему тебя? Почему не Елисея или Сашу Ферзя? Ты же начальник, тебе же не нужно в разъездах скакать.
– Да я и не собираюсь, – вяло отбивался Иван.
– Да? А сапоги дорожные зачем? И вот это вот? – она встряхнула кошель на поясе у царевича, в котором явственно забренчали монеты. – Ты же не на один день собрался.
– Обычные меры предосторожности, – Иван подошёл к двери кабинета, высвободил руку. – Лика, мне надо кое-что обсудить с… Коломной. Подожди меня здесь.
– Я с тобой! – решительно заявила Лика. – Я царевна, я тоже имею право.
Маргарита была изрядно ошарашена подобной решительностью, никак не вязавшейся с Ликой, какой она успела узнать за последние часы.
«Это она за брата так беспокоится? – думала Маргарита, заходя в кабинет без спроса вслед за Иваном и Ликой. – Или ещё чего-то?»
Марья с Коломной склонились над столом, изучая какую-то карту. На углу карты, придерживая, чтобы не загибался, сидел Баюн.
– А ты здесь зачем? – Марья недовольно подняла голову на Лику. – Тебя не звали.
– Я имею право присутствовать, – Лика независимо вздёрнула подбородок. – Не бойтесь, мешать не буду. Просто послушаю.
– А она? – Марья холодно кивнула на Маргариту.
– Она со мной, – Лика взяла Маргариту за руку, усадила её рядом с собой на кушетке. – Мы просто послушаем.
– Ну, слушайте, – Марья пожала плечами, повернулась к пасынку. – Что у тебя, Иван?
– Я послал десяток в Ближнюю Рощу, – царевич подошёл к столу, тоже склонился над картой. – Десяток на Изюмский тракт, на Летний Волок и на Южный Обход. Полсотни направил прямиком на Гребень. Послал дозоры в Речные Холмы и на степные заставы. Само собой, удвоил стражу у Истока. Послал сотню прочесать Ополье и ещё сотню в Зарядьевский лес. Думаю, скорее всего, он пойдет туда.
– Царевич прав, – кивнул Коломна. – Можно попробовать взять собаками след от Истока, но если он гонец опытный, сбить со следа сумеет. Но если он от Кощея, то дорога ему через Зарядье. По тракту он вряд ли рискнёт.
Иван переглянулся с мачехой и дьяком. Маргарита почувствовала, как Лика сжала её ладонь.
– Я проверю, – сказал царевич. – Возьму своих, и пройдём по следу. И пару нарядов пущу на Калинов тракт, пускай пока патрулируют.
– Давай, – согласно кивнула Марья. – И не рискуй зря, пока не выяснишь, с кем имеем дело. Лучше доставить его живым. Но если не будет выбора – стреляй.
– Да вы с ума сошли?! – Маргарита вскочила, не в силах больше сдерживаться. – Что ж вы творите-то, вы же людей на смерть посылаете! Куда вы там с саблями да стрелами против пушки?! А если Никита автомат приволок? Он же порвёт всех ваших, как Тузик грелку. Мало вам было Прохора?!
– Кошкина, мы уже имели глупость довериться вам; как выяснилось – зря, – царица холодно посмотрела на Маргариту. – Сядьте, не усугубляйте ситуацию.
– Вы меня обвиняете? – возмутилась Маргарита. – Да если бы вы выпустили мальчишку, ничего бы этого не было!
– Вы уверяли нас, что Обмен запланирован на послезавтра, – парировала царица. – Вы обещали, что напарник ваш никого не подставит. А теперь от его действий пострадал мой человек, и кто знает, сколько ещё в опасности. И что мне прикажете делать?
– Надо найти Никиту и сообщить, что с нами всё в порядке. У нас просто перебздели, когда Костя не вернулся, решили, что мы тут застряли капитально. Ну и пошли на опережение. Помогите мне связаться с Никитой, убедить его, что с нами всё в порядке. Тогда он сам вернётся и никаких проблем не доставит.
– Обязательно сообщу ему, как только найду, – царевич кивнул Марье и двинулся к выходу. Лика вскочила, но Маргарита опередила её.
– Ну зачем же вы так?! Иван… ну, послушай… послушайте, – Маргарита испуганно затараторила, схватив царевича за рукав. – Вы же перебьёте друг друга! Возьмите меня с собой. Я уговорю Никиту, если что…
– Барышня, даже если бы я вам и поверил, вы, извиняюсь, – царевич с усмешкой оглядел Маргариту, – нетранспортабельны. Так что, – он оторвал её руку от себя, – остыньте. И надейтесь, что мы доберёмся до вашего напарника раньше, чем он до Калинова моста. Или других неприятностей.
Царевич кинул взгляд на дёрнувшуюся к нему Лику и вышел из комнаты. Лика выбежала за ним. Маргарита повернулась к царице.
– Вы затеваете войну на пустом месте, – проговорила она, непроизвольно сжимая кулаки. – Это всё может очень плохо кончиться. Для всех плохо. Подумайте ещё раз.
– Не драматизируйте, – пробормотала Марья, опускаясь в кресло и выдергивая карту из-под кота. – Никто ни о какой войне не говорит. Нам просто нужно найти вашего напарника. Пока он не натворил бед.
* * *
Маргарита не поверила царице. Она не отменила приказа стрелять, она не настояла, чтобы доставить Никиту живым при любых условиях. Она вообще ничего не сказала про переговоры. Приказ был однозначен – схватить и доставить. А зная отлично Никиту и немного узнав царевича, она понимала – эти приказы нарушать не станут. И если Иван найдёт Никиту, а тот откажется сдаваться, всё действительно может кончиться очень плохо.
Маргарита нашла Лику на уже ставшем привычным балконе. Царевна провожала взглядом Ивана и отряд всадников к Восточным воротам. Она была подавлена и даже не пыталась этого скрыть.
– Скажи, – повернулась Лика к Маргарите, когда отряд царевича скрылся за городской стеной, – твой друг и правда так опасен? Он может убить Ивана?
– Не знаю, Лика, – с отчаянием произнесла Маргарита, вспомнив выстрел Никиты в Бессмертного («Но ведь в бессмертного же! Никто же не умер!»). – Никого он ещё не убивал, надеюсь, и не убьёт. Но чёрт его знает, какие у него приказы?! Если дойдёт до боя, не дай Бог…
Она не договорила. Лика и так поняла, сердито отвернулась, кусая губы.
– Эх, если бы тут была связь, – вздохнула Маргарита, вытаскивая из кармана смартфон. – Один шут – всё равно сдох, – пробормотала она, тыча пальцем в чёрный экран.
– Что это? – недоверчиво спросила Лика.
– Самсунг, – автоматически ответила Маргарита; подняла взгляд на недоумевающую Лику, пояснила, – в общем, эта фигня для связи с человеком в другом месте. В нашем мире – самое то, но тут не работает. Да и сдох он у меня, пока я в воде вчера болталась.
Лика задумалась.
– А если бы ты могла связаться со своим другом, что бы ты ему сказала?
– Сказала бы – не страдать фигнёй и не бузить. Пусть заканчивает все эти игрушки в войнушку и двигает сюда.
– А он бы тебя послушал?
– Да уж надеюсь!
Лика опять задумалась, кусая губы. Маргарита заинтересовалась.
– Ты чего придумала?
– Да так, – Лика покачала головой. – Вряд ли… но… – она ещё помолчала, постукивая кулачком по мраморному парапету.
– Ладно, – решилась наконец Лика. – Если надо найти твоего друга, есть у меня вариант. Но надо подождать немного, они раньше полудня не открываются.
– Кто они? – не поняла Маргарита. – Ты о чём вообще?
– «Семь сапогов».
– Чего?!
– «Семь…» А, долго объяснять. Слушай, пойдём уже позавтракаем. За столом всё расскажу.
* * *
Лика дала ей суконный сиреневый плащ с капюшоном, велев закутаться по местной моде, и одолжила свои сапожки. Сапоги немного жали, но, в общем, было терпимо. Лучше, чем разгуливать по здешнему Волхову в шмотках из тамошнего. Там, куда они направлялись, объяснила Лика, внимание привлекать не стоит. И не потому, что опасно, а потому, что заметят и немедля донесут царице.
Из дворца они вышли спокойно, хотя Маргарита и отметила про себя необычное многолюдство, которого ещё вчера не было. Пустоту верхних этажей дворца по-прежнему нарушали лишь редкие горничные, а вот по нижним уже деловито сновали гонцы, какие-то писцы, бояре, дьяки, громыхали алебардами и палашами стражники, проходили, посверкивая саблями и перстнями дворяне и воеводы. У выходов стояла охрана, которая покосилась на девушек, но, признав царевну, беспрепятственно пропустила на площадь.
Было солнечно, но прохладно и ветрено, и тёплый удобный плащ пришёлся Маргарите не только впору, но и весьма кстати. Она ждала, что Лика поведёт её по Дворцовой улице; ей хотелось получше рассмотреть хоромы столичных вельмож, которые она лишь мельком зацепила взглядом накануне. Но Лика свернула в переулок налево, прошла под переходом между северным крылом дворца и казармами гвардейцев и вывела Маргариту к мосту через реку. Девушки перешли крепкий бревенчатый мост на сваях, достаточно широкий, чтобы на нём могли разъехаться две упряжки, и углубились в Купеческий конец.
Здесь дома были не такие роскошные, как на Дворцовой улице, но тоже производили впечатление. Крепкие осанистые терема с затейливой резьбой на карнизах и окнах, крашенные охрой или медью, стояли за высокими заборами с воротами и калитками, выходящими на бревенчатую мостовую. Распиленные вдоль брёвна были уложены ровной стороной вверх и подогнаны так, что даже узкие каблуки сапог девушек ни разу не угодили ни в один зазор.
Конных на улице не было, встречались одни пешеходы, не обращающие никакого внимания на двух скромно одетых девушек. Пока Лика вела Маргариту, сворачивая то в один переулок, то в другой, она заметила, что по сказочному Волхову спокойно передвигаются девушки с женщинами, и в компании, и в одиночку, и так же свободно и без присмотра бегают дети всех возрастов. Достаточно вольные нравы здесь соседствовали с ощущением полной безопасности, при которой не страшно выпустить на улицу в одиночку ни девушку, ни ребенка. При том, что какой-либо городской стражи или иного подобия полиции на улицах не наблюдалось. По крайней мере здесь, в Купеческом конце.
Снова Маргарита подумала, что в такой сказке она не прочь была бы и задержаться. Царица, конечно, та ещё стерва, но тут уж ничего не поделать – должность обязывает. За вычетом её паранойи здесь очень даже уютненько и мило. И средневековой грязи и вони, которых Маргарита ожидала на первых порах, по смутным впечатлениям от каких-то фильмов, здесь не было. Чисто и свежо было в её комнате во дворце, и в самом дворце, и даже в городе, где должно вонять от навоза и отходов, но – не воняет. Убирают тут, видимо, тщательно и каждый день, и по тесовым мостовым можно пройти из конца в конец не замарав сапог.
Кстати, о сапогах. Лика наконец вывела её к обещанному кабаку «Семь сапогов». Раньше заведение называлось «Печки-лавочки», но оно полюбилось людям из особого отряда царевича. Однажды семеро молодцов, вернувшись с очередной вылазки, устроили в «Печках» веселую забаву: потребовали налить каждый в свой сапог пива и условились, что кто последний допивает, тот платит за всех. Забава прижилась, и, с тех пор как бравая семерка вваливалась в кабак, в заведении неизменно раздавался заказ: «Семь сапогов пива».
Как-то раз бойцов дёрнули на очередное задание прямо посреди застолья. Любого другого командира они бы послали по матушке, сославшись на конец смены. Но прискакал сам царевич, и семеро смелых торопливо вылили пиво из сапог, кое-как обулись, и, взгромоздившись на коней, отправились в срочную вылазку. Потом, когда вернулись, оказалось, что не просушенные сапоги намертво приклеились к ногам, и чтобы снять их, пришлось резать голенища ножом и выкидывать напрочь. За порчу казённого обмундирования им потом влетело от царевича и вычли из жалованья, на что они громко жаловались за очередной попойкой.
С тех пор, однако, пить из сапог в заведении перестали, но знаменитый клич прижился и стал сначала лозунгом, а потом и названием кабака. Маргарита смеялась, когда Лика пересказывала ей эту историю, и сейчас невольно улыбнулась, увидев на вывеске под названием нарисованные сапоги, из которых весьма узнаваемо выливалось пенистое пиво.
Лика толкнула дверь и вошла в кабак с уверенностью завсегдатая, наведя Маргариту на мысль, что она здесь не первый раз. В заведении, несмотря на его репутацию, было чисто, сухо и уютно. Здесь не только щедро поили, но и вкусно кормили, сюда заглядывали вполне приличные люди, приезжие даже оставались на ночь в номерах на втором этаже, и содержалось заведение в порядке близком к образцовому.
Широкие сени делили просторный зал на питейную половину и чайную, где предпочтительно трапезовали. Маргарита была уверена, что Лика поведёт её налево, в чайную половину, со скатертями и самоварами на столах. Но Лика, к её удивлению, свернула направо и, махнув рукой на крайний столик у окна, направилась к барной стойке, где пышногрудая девица с ямочками на щеках увлечённо болтала с каким-то рыбаком, подливая ему пива.
Маргарита устроилась за крепким сосновым столиком с вырезанной ножом неприличной надписью и огляделась вокруг. Народу здесь, в отличие от чайной половины, было немного. Пара приказчиков резались в кости, угрюмый кожемяк, судя по его ладоням, допивал пиво, да заграничный купец потягивал глинтвейн. Лика, подойдя к барной стойке, решительно отвлекла официантку от рыбака, что-то ей сказала и подсела к Маргарите.
– Что мы тут делаем? – не удержалась Маргарита. Лика до сих пор ей ничего толком не объяснила, пообещав рассказать всё на месте.
– Возвращаем долги, – сообщила Лика, откидывая капюшон и снимая перчатки. – Видишь вон ту девицу с пивом?
Официантка за барной стойкой как раз наливала третью кружку и торопливо кивала: мол, сейчас иду.
– Ну? – Маргарита недоверчиво перевела взгляд с официантки на Лику. – Ты чего нас, пиво сюда притащила пить?
– Пиво тоже можно выпить. Пиво здесь хорошее, его даже во дворце подают. Но главное не пиво, а кто его несёт. Это Ксюша Малафеева. Ксюша, привет, это Маргарита. Думаю, ты про неё уже слышала.
Лика сняла с подноса три кружки пива и приглашающе кивнула официантке. Ксюша, с любопытством оглядывая Маргариту, подвинула стул и, не чинясь, устроилась рядом с ними.
– Да, Емеля говорил что-то такое, – простодушно сообщила Ксюша. – Что какую-то ведьму привезли вчера с Истока, допрашивали у царицы. Я-то ему не поверила, а оно вишь вон как! Так ты и есть та ведьма?
Лика подняла ладонь, останавливая готовую взбеситься Маргариту.
– Во-первых, она не ведьма, а наша гостья. Во-вторых, причём здесь этот дурак Емеля? Разве дядька тебе ничего не рассказывал?
– Так я его и не видела три дня, – так же простодушно ответила Ксюша.
– Три дня? – тревожно переспросила Лика. – Ну да, у нас же позавчера всё это началось, он теперь при Марье всё время. А когда зайдёт, не говорил?
– Ну, сегодня вроде. Присылал Колобка, передал, что заглянет.
– Точно?
– Ну, точно – не точно, я уж не знаю. А кулебяку печь велел.
– Значит заглянет, – Лика задумчиво постучала костяшками пальцев по столу. – А Колобок при нём будет?
– Ну если не ушлёт никуда…
Маргарита слушала разговор, не понимая ни слова. Кто этот загадочный дядька, что ещё за Колобок и к чему вообще ведёт Лика? Маргарита и встряла бы в разговор, но она не понимала даже, с какой стороны. Чтобы хоть немного отвлечься и чем-то занять себя, Маргарита хлебнула пива. Пиво оказалось неожиданно вкусным и свежим, и Маргарита приложилась к кружке ещё, продолжая следить за разговором.
– Ксюш, мне сегодня понадобится Колобок, – заявила Лика. – Можешь попросить его?
Ксюша поперхнулась пивом и закашлялась.
– Ты чего?! – она возмущенно посмотрела на Лику. – Как я, по-твоему, уведу его из-под носа у дядьки?! Даже если он и будет при нём…
– Ксюша, очень надо! – проникновенно сказала Лика, взяв барменшу за руку. – Вот действительно, очень! Иван в опасности, и не только он. Если мы не найдём кое-кого и не предупредим…
– Царевич в опасности? – подозрительно переспросила Ксюша, вытирая фартуком разбрызганное пиво. – А чего случилось-то?
– Долго рассказывать, – Лика нетерпеливо мотнула головой. – Скажи, ты достанешь Колобка или нет?
– Ну не знаю, царевна, – замялась Ксюша. – Как-то всё это… Да и дядька вряд ли останется…
– Ксюша! – Лика так строго посмотрела на растерявшуюся барменшу, что даже Маргарите стало её на секунду жаль. – Ты мне должна! Помнишь?
– Я… да, помню, – виновато кивнула Ксюша. – Ладно, если он будет сегодня при дядьке… А куда посылать-то?
– Скажи, нужно найти парня, явившегося сегодня из Истока. Никиту… – Лика посмотрела на Маргариту, та торопливо подсказала: «Савостьянова», – Никиту Савостьянова. Одет не по-нашему, идёт конным. Скорее всего, через Зарядье на Калинов мост. В общем, разберётся.
– А чего передать-то?
Лика опять посмотрела на Маргариту. Та поняла.
– Пусть передаст, что с нами – с Костей и со мной – всё в порядке, и что ему надо вернуться в Волхов. Пока что в тутошний, дальше видно будет. И что если не вернется, нам всем будет маракуйя.
– Чего будет? – не поняла Ксюша.
– Он поймёт.
– Неважно, – торопливо вмешалась Лика. – Просто пусть Колобок найдёт… да, в общем, он знает кого, скажет, что всё в порядке, что он от Маргариты, и доставит к нам в Волхов. Запомнила?
Ксюша кивнула.
* * *
Когда они допили пиво, отпустили Ксюшу, расплатились и вышли в город, натянув плащи и перчатки, Маргарита потребовала объяснений.
– Ксюша, – принялась объяснять Лика, – племянница дьяка Коломны. Дьяк иногда заходит сюда пропустить пару кружек и тогда остаётся ночевать. Скорее всего, зайдёт и сегодня и, если нам повезет, останется ночевать. Тогда Ксюша пошлёт Колобка отыскать твоего Савостьянова и доставить его сюда.
– Колобка?!
– Ну да. Он состоит при дьяке посыльным и найдёт кого угодно. Если сегодня вечером послать его за Савостьяновым, завтра утром мы уже будем знать, где он.
– Ого! – Маргарита была ошарашена. – А почему же тогда они его не послали на поиски?
– Вот то-то и оно! – Лика с досадой стукнула кулачком в ладонь. – Видимо, им нужно не просто найти Савостьянова, а задержать его. Или прямо устранить. Видимо, они не верят, что его можно уговорить по-хорошему.
Маргарита судорожно втянула воздух. Честно говоря, она тоже не верила, но это был хоть какой-то шанс. По крайней мере, они будут знать, где Никита и, может, даже что задумал.
Маргарита вспомнила ещё кое-что.
– А о каком долге ты говорила? Что, мол, Ксюша тебе должна и всё такое.
– Да это ерунда, – Лика равнодушно махнула ладонью. – Ничего серьёзного. Лет пять назад Ксюша доставляла пиво во дворец. По дурости поднялась в верхние палаты и стянула зеркало царицы. Ей повезло, что её застукала я и отобрала зеркало, пока царица не заметила. Могу только представить, что бы Марья с ней сделала…
– За зеркало?
– За волшебное зеркало. К таким вещам царица очень трепетно относится…
Девушки шли по улице, обсуждая, в кого бы превратила царица Ксюшу, если бы застукала за кражей, гадая, где сейчас Никита, и прикидывая шансы на успех Колобка.
Маргарита радовалась, что день, так стрёмно начавшийся, прошёл всё же не зря. Как бы ни обернулось дело у Никиты, у неё здесь, по крайней мере, теперь есть подружка. Есть на кого положиться и кому доверять, а это, с учётом её положения, уже немало.
Глава 7
Преступление
Ядвига запахнула грудь и осторожно положила маленькую в кровать. Девочка причмокивала, наевшись и успокоившись, сонно хлопала глазками. Ядвига подоткнула одеяльце и, тихо напевая без слов, стала качать зыбку.
Девочка скоро уснула. Ядвиге хотелось наклониться и поцеловать маленькую, её всю распирало от счастья и такой полноты жизни, какой она ещё никогда не испытывала. Но она боялась разбудить малышку, поэтому просто легонько подула, пошевелив светлые волосы на голове дочери. Девочка недовольно поморщилась во сне, повернула голову на бок.
Ядвига улыбнулась. Любое движение малышки до сих пор вызывало у неё удивление и восторг. Все последние месяцы она ходила с переполнявшей её радостью и отказывалась понимать матерей, жалующихся на усталость, недосып, боли, страхи, а то и отторжение от новорождённого. Для неё малышка была главной радостью в жизни, и она до сих пор периодически ощущала наплывы счастья, испытанного в первый день после родов. Наверное потому, что это были долгожданные роды. Слишком долгожданные.
Она осторожно встала, стараясь не задеть зыбку, прошла в чулан за корзиной. Накинула шаль, поправила заколку в волосах, и, глянув ещё раз на спящую малышку, вышла наружу.
Последние месяцы она держалась на старых запасах, но они заканчивались, и пора было пополнить коллекцию. Сегодня Ядвига собиралась набрать ягод боярышника – самая популярная её настойка на ура шла по всей округе и приносила ей стабильный, хоть и не самый высокий доход.
Ядвига не хотела удаляться далеко от дома, но по северному берегу озера, где она обычно собирала боярышник, в этом году ягод было мало. Она набрала здесь едва ли четверть корзины, и то чуть не все руки пришлось исцарапать.
Ядвига задумалась: вернуться ли сейчас домой, посмотреть, как там маленькая? Но решила всё-таки пройти на западный берег и сначала добрать ягоды. Девочка накормлена, успокоена, раньше чем через час не проснётся. Она как раз успеет собрать корзину на Барсучьем холме. Там всегда хорошо цвёл боярышник и ягод должно быть много.
Чутьё не подвело Ядвигу, на Барсучьем холме ягод действительно было много. Она быстро накидала целую корзину и поспешила домой. За час с небольшим она уже успела соскучиться по своей малышке. Впервые, кажется, оставила дочку одну на такой долгий срок и немного тревожилась. В следующий раз надо будет взять её с собой.
Ядвига торопливо шла по берегу, перекладывая тяжёлую корзину из руки в руку и бросая взгляд на свой домик на сваях, видный из любой точки берега. Всё было тихо, никаких посетителей, ни постоянных, ни случайных, не наблюдалось. Она уже подходила к мосткам, как краем глаза заметила в глубине леса что-то постороннее и непривычное, чего здесь не должно было быть.
Ядвига остановилась, всмотрелась. Метрах в ста от берега на небольшой прогалине между дубами и соснами, где росла яблоня, посаженная Ядвигой в первый же год, стоял незнакомец в чёрном. Судя по покрою платья, он был явно нездешний. И по фигуре, и по осанке Ядвига его тоже не узнавала.
Лица незнакомца Ядвига тоже не видела. Он стоял, заложив руки за спину и осматривал с интересом яблоню.
Ядвига ощутила лёгкое беспокойство. К ней постоянно приходили незнакомые люди, не желавшие называть себя. Но обычно они шли сразу к домику, а не застревали в лесу, разглядывая невесть что. Может, он уже побывал в доме и, не найдя её, вышел сюда подождать?
Ядвига поставила корзину на землю и осторожно подошла к незнакомцу. Он продолжал спокойно стоять и смотреть на яблоню. Чем-то она его привлекла, хотя яблоки он не рвал, да и немного было яблок на ней.
– Эй, вы кто? – настороженно спросила Ядвига в спину незнакомца.
Незнакомец в высоких сапогах не вздрогнул, не дёрнулся от неожиданности. Он неторопливо повернулся, продолжая держать руки за спиной.
– Здравствуйте, Ядвига Михайловна! – негромко произнёс он.
– Кеша? – не поверила Ядвига. Она смотрела на молодого человека лет 22-х, гладколицего, спокойного, уверенного, с зачёсанными назад тёмными волосами, и с трудом узнавала в них черты угрюмого угловатого подростка, упрямо не желавшего оставлять у неё своих сестёр и уверенного, что сам со всем справится. – Кеша, ты?! Как же ты изменился-то, Господи, как вырос! Совсем не узнать!
Ядвига дёрнулась было к Кеше обнять его, но тот стоял неподвижно и невозмутимо, всё так же с руками за спиной, словно демонстрируя, что не намерен ни отвечать на нежности, ни проявлять их. Ядвига неловко споткнулась, сердито осадив себя. Троекуров и в прошлый раз не проявил излишней чувствительности, и в этот, определённо, не собирался.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?