Читать книгу "FERA. Апокалипсис: пособие по выживанию"

Буквально нарываясь на удары, я кинулся на него, но в последний момент начал заваливаться на спину. В прыжке успел поймать его тело ногами и еще в полете начал скручивать его, а как только руки коснулись земли, резко усилил вращение. Доворот – и противник летит ногами вверх, терять время на вторую повязку не стал. Хватит и этой форы.

Быстро вскочил на ноги и кинулся к точке. Эта дорога была длиннее, пришлось оббегать здания в окружную, зато меня никто не преследовал. Удивительно, но когда я подбежал к ней, не встретил ни одного противника. На плане она была обозначена как «металлическая емкость», а по факту оказалась мусорным баком. Хорошо хоть чистый, но, Котяра, я тебе это припомню. Сменю тебе прозвище на Gato de lixo – «Помойный Кот».

Вторым флагом оказался детский рюкзак веселенькой розовой расцветки со слониками. Ну, это уже несерьезно. Котяра, скатываешься, даже не смешно. Благо хоть лямки длинные, быстро нацепил его на спину и побежал дальше.

Третий чек-пойнт находился в подвале здания. Туда я проник через одно из окон, спрыгнул в неглубокий колодец и просто залез в окно – бежать снова к подъездам и идти через лестницу не хотелось. Крики охотников и стражей недвусмысленно говорили, что там шла война. Это мне на руку и облегчит дело.

Шарить без фонаря в темном подвале оказалось не так интересно, как может показаться. Периодически встречающиеся окна не давали достаточно света, и пару раз я здорово отбил пальцы ног, обутых в легкие кеды. Оставалось надеяться лишь на чувство направления. Судя по карте, третий флаг должен был находиться в восточном углу здания.

Идиотов шарить по темному подвалу, кроме меня, не нашлось. Пару раз я слышал топот ног, но, спустившись сюда, ребята быстро понимали, что ловить тут нечего, и убегали развлекаться наверх. Поиски затянулись, но в итоге я все же нашел то, что искал.

На этот раз Кошак превзошел сам себя. Это юмор? Красный крест с желтым кругом был нанесен на обычный кирпич, какие в изобилии валялись вокруг. Если бы не рассеянный свет из окна, то хрен бы я его нашел.

А если бы я решил идти вначале сюда, то мне пришлось бы бегать по всей стройке с этим знаком? Кошак, ты дебил. Хотя этот гад меня давно знает. Неужели я настолько предсказуемый? Со вздохом положив третий знак в девчачий рюкзак, я пошел искать выход.

Чертов подвал, пока выбрался, все веселье прошло мимо. Стройка наполнилась тишиной, судя по следам крови, воюющие стороны потеряли какое-то количество бойцов и разошлись. Теперь охота уже пойдет серьезная, и печально, что я сегодня дичь.

Четвертый чек-пойнт находился на первом ярусе: теоретически я мог бы его взять вторым, но в прошлый раз мне не дали до него добраться, пришлось сбрасывать погоню со следа.

Чтобы не светиться во дворе, вновь воспользовался окном первого этажа, только на этот раз обошелся без акробатики. Надо было действовать максимально тихо. Прислонил валяющуюся доску к подоконнику и забрался по ней. Стараясь не шуметь, двинулся вперед.

Где-то на втором этаже переговаривалась пара стражей. Густой бас Gigante тяжело спутать с чьим-то другим. Стоите, вот и стойте себе спокойно. Теперь вопрос: победили стражи или кто-то из охотников еще остался? Да хрен его знает, мне остался последний знак – и все, победа, но расслабляться рано.

Крадясь между куч строительного мусора, я старался определить, где затаился противник. Тишина, но ведь буквально нутром чую, что кто-то прячется. Попробуем подождать: когда надо, я умею это делать.

Противник оказался менее терпелив, через минуты в соседней комнате я услышал приглушенный шепот:

– Может, его уже стражи поймали?

– Может, но вряд ли. В общей потасовке я его не видел. В любом случае знак у нас, так что ждем.

– Блин, а этот Кот – затейник. Прикинь, как Зверь удивится, когда найдет кирпич.

Че, еще один? Радуют в этой ситуации только два момента. Еще остались охотники, я узнал по голосу Кирилла. Он вроде борьбой занимается, а в нашей компании через кого-то из парней оказался. Парень неплохой и боец серьезный. Жалко, что второго не знаю. Можно было хотя бы понять, с кем предстоит сойтись.

И второй момент – я все же не так предсказуем. Скорей всего я должен был найти этот кирпич первым, ну, или вторым, и только в самом конце рюкзак. Ага, забавная картина: по кирпичу в руках и флаг в зубах. Gatto, я тебе отомщу, и месть моя будет страшна! Вдох-выдох. Спокойствие, игра еще не окончена.

Надо действовать, вечно меня эти двое ждать не будут, и не стоит забывать, что этажом выше Gigante с как минимум одним напарником.

Прикинув план действий, я швырнул камешек в комнату – шорох движения. Работаем. Два шага на разбег, ухватиться за дверной косяк руками и, используя инерцию, ударить двумя ногами прямо в лицо замершему сбоку от входа Кириллу. Понимая, чем все закончится, в последнее мгновение успеваю чуть согнуть ноги, но все равно удар получается хороший. Борца откидывает в сторону со сломанным носом. Я рассчитывал, что попаду в грудь, но он присел – борец.

Тут же откатился в сторону от второго охотника, но эта предосторожность оказалась излишней. Парень замер, выпучив глаза и раскрыв рот, – новичок. Одним движением я сорвал с него желтую повязку охотника и подошел к Кириллу.

– Кир, ты как? Жив? – Кроме разбитого носа и нокаута борец вроде был в порядке. Глаза открыты, взгляд осмысленный, но штормило его неслабо. Ему потребовалось секунд десять, чтобы прийти в себя. Повязку рвать с него не стал: он мужик правильный, все сам понимает.

– Зверь, ты реально псих! Но, блин, это было красиво. Удачи на маршруте. – Кирилл, наконец, полностью пришел в себя и уже мог подняться.

– Спасибо, дружище.

Вроде сильно не нашумели, но действовать надо быстро. Закинув последний кирпич в рюкзак, быстро сменил позицию. Теперь надо умудриться донести этот «ценный» груз до финиша – и победа в кармане.

Народу на площадке стало меньше, но шуметь я по-прежнему опасался, так что старался не афишировать свое присутствие. Пробрался до окна, через которое залез, и покинул задание. А вот теперь можно ускориться.

Бегать с кирпичами за спиной ни хрена не удобно, но делать нефиг, раз взялся – надо сделать хорошо. Вперед и с песней. Натянув посильнее лямки руками, чтобы кирпичи при каждом шаге не так чувствительно били по спине, я одним рывком преодолел двор. Сзади слышались крики, но я уже вышел на финишную прямую. Мне почти удалось.

В самом конце мне преградили дорогу три охотника: два трейсера и Паук. Ребят я в деле видел, а вот гость меня заинтересовал – стойка у него любопытная. Тайский боксер, что ли?

В любом случае многовато для меня одного. Пройти не дадут, биться честно один против троих – я что, идиот?

На финише столпилась изрядная толпа выбывших игроков, и кто-то из наших начал отбивать ладонями ритм Malandro. Старый припев про капоэйру и обманщика, что ее играет.

 
Malandragem
Malandro, malandro
Capoeira Malandro, malandro
Na Bahia
Malandro, malandro
Na ladeira
Malandro, malandro
Malandragem
Malandro, malandro
Na cultura
Malandro, malandro
Negro canta
Malandro, malandro
Joga e Malandro, malandro
 

Похоже, да. Веселая злость привычно заволокла сознание, и хищная ухмылка скользнула на лицо. Похрен – пляшем. Раз Кот хочет шоу, он его получит, и получит сполна. Лямка рюкзака на одно плечо – и вперед. Будет им сюрприз. Лесом все честные драки.

Разбег – и вперед, прыжок в Au sem mao – колесо без рук, Паук что-то там кричит, но мне плевать. Рюкзак с кирпичами, как из пращи, сносит одного из ребят, надеюсь, ребра я тебе не сломал. Au batido – и новое колесо несет меня на охотников, вот только если гость явно что-то заподозрил, то трейсер решил пробить в меня лоу киком. Вот хрен тебе, мальчик. Рука выстреливает вниз, и движение колеса останавливается, а для гашения инерции ноги раскрываются с ударом. Пятка в лоб – и еще один не боец.

Но и мне достается. Подлетевший с прыжка Паук пробивает коленом в левую сторону груди – я все же успел свернуть корпус – и срывает одну из повязок, а меня от удара сносит назад. Точно, таец, эти парни недаром одни из самых жестких бойцов. Ну, мистер Паук, я, конечно, не Латиф, но и ты не Тони Джаа.

Удары посыпались один за другим: лоу кик, второй, колено, двойка руками. Да он, похоже, решил, что я груша для битья! Мне еле удается блокировать самые жесткие удары. Его кулаки выбивают частую дробь по моему телу не хуже, чем ритм атабаку. Еще одна повязка ушла! Хана тебе, урод!

Через джингу уйти вниз влево и резко выпрыгнуть вверх вправо. Лови Cutavelada с левого локтя. Что, не ожидал, тварь? Мы тоже умеем работать локтями и коленями. Противник пытается разорвать дистанцию, вот только кто его отпустит? Теперь моя очередь.

Escorpiгo – и пятка, как хлыст, пробивает ему в ребра, руки на земле, можно и понтануться. Стойка на одной руке, крутануться – глупая стойка, правда же, давай не стесняйся, подходи. Рывок с двойкой – и получи навстречу au batido – клюв попугая, жесткий удар ногой. Что, Спайди, рука отсохла? Кувырок – и вот она, повязка, победное сальто – и вперед за рюкзаком.

– Что, Кошара, доволен?

– Не то слово, прирост к каналу за твои выкрутасы почти две тысячи за пять минут. С меня бутылка.

– Одной не отделаешься.

****Где-то в городе

– О, гляди, очухался фраер.

– Слышь, ты хоть к сединам уважение имей.

– Слышь, иди ты. Плевать я на этого деда хотел.

Пожилой мужчина начал приходить в себя. Темнота потихоньку отпускала. Голова раскалывалась, левый глаз заплыл и практически ничего не видел.

– Слышь, старик, я не изверг. Рассказывай, где ценности, и все будет хорошо. – Звероватого вида лысый мужик поигрывал ножом.

Несмотря на почтенный возраст, пожилой антиквар соображал хорошо. Бандиты без масок, значит, в живых его оставлять не планируют. Кто навел этих тварей? Что они ищут?

– Ты же все равно меня живым не оставишь. Так зачем мне что-то тебе говорить?

– Дедуля, уйти можно быстро, ножичком по горлу чик – и все. А можно умирать долго, очень долго. У меня вон Фикса – мастер этого дела. Так что скажешь?

– Богом клянись, что если расскажу и покажу все, то мучений не будет!

– Господь свидетель, смысл мне лгать? Отдашь все ценное, мгновение – и ты на небесах.

– Хорошо, развязывай, покажу, где самое ценное лежит. Если сам полезешь – на ловушки нарвешься.

– Слышь, Сержо, этот Володя вшивый на небо тайгой едет, давай я ему один бебик вырву, и он сразу соловьем запоет. – Щуплый казах с золотыми зубами сплюнул на пол и ощерился на старика.

– Что за бред несет этот полоумный?

– Да вот, Фикса говорит, врешь ты, как дышишь, старик, и предлагает глаз тебе вырвать, чтобы фигню болтать не вздумал. – Названный Сержо продолжал смотреть и недобро улыбаться.

– Раз не веришь мне, дело твое. За моей спиной висит картина с охотником, отодвинь ее влево и увидишь сейф.

– Фикса, сделай, как он говорит.

– Зачем вас послали?

– Старая золотая монета, очень тяжелая. С одной стороны должно быть выбито восходящее солнце, а с другой – какие-то символы. Мне сказали, что я ее сразу узнаю, как увижу.

– Слышь, реально сейф.

– Набирай 1, 2, 8, 5. Там внутри деньги и шкатулка резная. С ней аккуратно, она стоит больше, чем твоя жизнь.

– Поговори мне еще, фраер.

– Тихо, Фикса. Старик, что в шкатулке?

– То, что ты ищешь, и даже больше, там две таких, но шкатулка с секретом. Давай я открою. – Старый антиквар знал, о чем говорил. Во Флоренции умели делать хорошие вещи, а с ядом он не поскупился. Кто ее откроет, умрет в муках.

– Смотри без шуток, старик.

Наручники раскрылись, отпуская старика. Узловатые морщинистые пальцы пробежались по шкатулке, нажимая на одни ему известные механизмы, и коробка работы флорентийских мастеров с легким щелчком открылась. Пары смертельно ядовитого газа стали вырываться из скрытой в шкатулке емкости.

– А вот и она. Лови. – Фарфоровая колба и пара золотых монет полетели в лицо здоровяку, и в его руке дернулся нож.

Жизнь покидала коллекционера, а в мыслях умирающего мелькнуло только одно: «Я родился язычником коми, язычником и умру. Нет во мне христианского всепрощения. Прости меня, Агафья, но дети Чераня вновь увидят свет. Зато я уйду в чертоги Ена отомщенным».

Глава 12. Техника безопасности

США. Техас.

Из-за проливных дождей, принесенных ураганом «Харви», уровень воды в хранилище поднялся до критического, она начала переливаться через дамбу Аддикс в Хьюстоне.

Новостные каналы

Практическая магия замерла на отметке «ноль», но это не значит, что я не пытался. Вечерами, прогуливаясь по городу, я внимательно вслушивался, пытаясь уловить тот странный, потусторонний шепот, что померещился мне тогда на кургане.

Пока безрезультатно, несколько раз мне казалось, будто вот-вот найду. Но, идя на еле уловимые ощущения, я натыкался на вполне бытовые вещи: громко текущие в колодце сточные воды или вентиляционные шахты метро.

Даже ходил на кладбище к свежим могилам. Безрезультатно. Как правило, захоронение у нас происходит на третий день, а в некоторых случаях и позже. Слабый магический фон не позволял духам протянуть более суток без посторонней поддержки.

В общем, никак, но надежды не терял.

Через пару дней, когда карта перспективных бомбоубежищ была составлена, совершил длинный забег по администрациям. Подходящих нашлось аж четыре штуки. Правда, они были серьезно раскиданы, и пришлось помотаться по городу, но это нормально. Оставил заявки на аренду и на этом успокоился.

Пока есть запас времени, надрываться не стоит. Можно заехать в бомбарь и в последний момент, только есть вероятность, что кто-то займет место раньше. А если ускориться, то я успею обжиться, сменить замки, чтобы ни один посторонний не смог зайти.

Также съездил на кладбище с граблями и лопатой, привел его в более-менее божеский вид, теперь не так стыдно звать Барона.

Тем вечером уже никуда не пошел, привычно прогулялся по близлежащим улицам в поисках неведомого. Оно все никак не находилось.

С утра собрался и отправился в стрелковый клуб, как мне подсказал товарищ. Старое кирпичное здание на окраине города встретило меня рекламными вывесками на фасаде, но я уже знал, что меня интересует центральный вход и лестница на цоколь.

– Доброго, мне бы Семена Васильева, я от Кости. – Пароль так себе, до шпионских страстей не дотягивает, зато работает. Через пару минут Семен нашелся. Им оказался грузный мужчина в возрасте около сорока лет. Темные круги под глазами и желтоватый цвет кожи намекали, что ему надо больше бывать на солнце и вплотную заняться здоровьем. Но я же не свататься к нему пришел.

Семен не задавал лишних вопросов, не пытался выяснить, зачем мне это надо. Просто попытался узнать, чему конкретно я хочу научиться. Золотой человек. Я, конечно, приготовил отговорку, но зачем обманывать, когда этого можно избежать?

Так как четкого понимания у меня не было, а желание заниматься имелось, решили попробовать все, а дальше уже смотреть по обстоятельствам. Он меня коротко и доступно ввел в курс дела, объяснил расценки. Так как я хотел всего, сразу и много, то цена получилась немаленькая. Сто восемьдесят две тысячи родных деревянных рублей, и это с учетом скидки.

Прикинул, с патронами примерно так и выходило. За сколько автомат Калашникова выстрелит магазин? Три-четыре секунды? Быстро. Понятно, что я не все время буду лупить очередями, но фирма должна заработать артеф, так что цена была вполне обоснованной. В целом каких-то таких сумм я и ожидал.

С другой стороны, я смогу стрелять по четыре-пять часов в день из всего ассортимента этого клуба. Плюс услуги инструктора. Думаю, за месяц определюсь, что мне действительно надо, и сосредоточусь на этом. Не в моем положении распыляться, но хотя бы в базе надо понимать, как и что действует.

Первое занятие началось, стоило мне только подписать договор и произвести оплату. Стрельбище находилось в этом самом подвале, дальше по коридору. Длинное пустое помещение с огневым рубежом, мишенями и, само собой, звукоизоляцией.

Начали мы с техники безопасности: в целом пользоваться оружием я умею, но если решил учиться, то филонить не стоит. Внимательно выслушал прописные истины, расписался в журнале, и только после этого меня допустили до стрельбы.

Начали мы с пистолетов. Первая пятерка была выложена на стол, наушники для стрельбы надеты – и пошла потеха. К концу занятия моя правая рука просто отваливалась с непривычки. Мне удалось попробовать более двух десятков различных стволов, услышать об их истории, плюсах и минусах.

При всей своей неказистой внешности Семен оказался вполне нормальным мужиком, без заскоков, и, самое главное, профессионалом высшего класса. Такой огромный ассортимент с его слов объяснялся простым словом «вкус». У меня должен был появиться этот самый вкус только после того, как я настреляю хотя бы тысячу-другую патронов на разном оружии. И тогда же смогу понять, что мне нравится больше.

Собственно, на этом моменте мы с ним и остановились. Ближайшая неделя будет посвящена именно пистолетам. Попрощались уже дружески: приятно пообщаться с увлеченным человеком, который может доступно объяснить суть.

Тем же днем посетил еще одного знакомого и основательно закупился спортивным питанием. Не то чтобы я чувствовал себя плохо, но в ближайшее время предстоит сосредоточиться на тренировках, а значит, без допинга не обойтись. Никаких анаболиков и прочей гадости, так кое-что для костей, связок, аминокислоты и витаминные комплексы.

Так устроена природа. Почти как в упрощенной версии закона сохранения энергии: она не берется из пустоты и не исчезает в никуда. Ровно так же происходит и у нашего организма. Если тратишь больше положенного, то его придется восстанавливать, а съесть я столько не смогу просто физически. Да и продуктовая корзина выйдет дороговато, если начну питаться форелью для восстановления аминокислот и жиров. Так что спортпит – мой выбор.

Тратить деньги оказалось неожиданно приятно. Раньше мне удавалось зарабатывать неплохие суммы, но это были больше разовые акции, чем постоянство. И я откладывал деньги на покупку чего-нибудь нужного. Впервые случилось так, что у меня на руках была значительная сумма и я не боялся ее потратить. Сколько эти бумажки еще будут представлять какую-то ценность? Год, ну, может, три, а что дальше?

А дальше ими останется только подтереться. Я не верю, что наше государство сможет выдержать тот беспредел, что начнется, когда мертвецы восстанут из своих могил. Как и любой русский, я люблю родину, но не доверяю власти.

Почему так? Да потому что у власти одни козлы. В общем, так себе история, но, как говорится, народ достоин той власти, которую он выбирает. Что говорить, когда хватает кучи людей, которые за тысячу рублей готовы проголосовать хоть за черта лысого. Ладно, дела правительства – это дела правительства, а у меня задачи попроще.

Завтра после обеда меня ожидала встреча с выживальщиками, надо попробовать навести мосты с этими ребятами. Так что, еще пару часов побродив по вечернему городу, я отправился домой.

Свое жилье хорошо тем, что никто не мешает тебе заниматься тем, чем хочешь. Протеиновый коктейль вместо ужина – и вперед. Надо систематизировать все, что есть в моей голове и записях Серпенто о вуду.

Первое и самое главное – это техника безопасности: никогда не призывай лоа, если у тебя нет подходящих даров. Конечно, всегда есть исключения, типа как у меня с Бароном. Он мой крестный, и, значит, я могу брать у него в долг, но эта практика крайне опасна. Никто не знает, что взбредет в голову могущественному духу и когда он потребует долг обратно.

Собственно, всех лоа можно сравнить с торговыми корпорациями. Они предоставляют свои услуги в обмен на три вида валюты: ману, ба хионь и прану. Что касается духов, им подходит не любая мана, а специфическая, все зависит от строения Истока – магического начала души. В этом и есть разница между колдунами, магами и прочими. Основное отличие шаманов в том, что они способны заменять своей маной остальные дары.

Ба Хионь – это очень сложно, если грубо, она является особым видом энергии, которая незначительно вырабатывается любым, у кого есть Исток. Вознося молитву или жертвуя дары, можно отдать часть этой силы. Вот только ее объем у всех столь незначителен, что этой платы, как правило, недостаточно.

А вот третий и всегда востребованный ресурс – это прана, жизненная сила. Сами духи производить ее не могут, так как у них нет материального тела, и вынуждены покупать. Ну как покупать, все зависит от продавца.

Рада предпочитают честные сделки и делают ставку на длительное сотрудничество. Петре могут честно купить, а могут и ободрать как липку. Ну а Геде забирают остатки у мертвых, но дарят успокоение. Сложная и запутанная система.

Единственное, что можно предположить, что война за новый рынок будет серьезная. Когда магия ушла, бо́льшая часть лоа должны были покинуть наш мир. Сейчас же рынок заново открылся.

Второе и не менее важное – лоа делятся по уровню сил. Самые сильные называются Владыками – именно они управляют всеми остальными. Но короля играет свита, и следом за Владыками идут лоа ранга Господ – мощные духи, которые хуже контролируют свою мощь и при этом менее человечны. За ними следуют Старшие лоа – личность этих существ нарисована крупными мазками, но мощи уже хоть отбавляй. Далее лоа ранга Слуга: злобные, сильные, но обладающие зачатками разума. Последний и самый слабый ранг – Низшие: все, что им надо, – это жрать.

Почему все молитвы обращены к Владыкам и Господам? Ну, как я понимаю, поскольку маны стало мало, лишь эти два ранга смогли хоть как-то существовать на gros bon ange – энергии человеческой души и веры. А все остальные лежат в спячке и ожидают, когда маны снова станет достаточно.

Третье правило следует из первых двух: мало иметь подходящие дары и вызвать подходящего лоа, надо владеть волей, чтобы не отдать эти дары просто так.

Четвертое правило: будь вежлив, наглый шаман – мертвый шаман. И это в лучшем случае. Сильный лоа может просто захватить твое тело, и ты будешь всего лишь жалкой куклой. А дух станет наслаждаться всей полнотой жизни вместо тебя. И если хунган добровольно становится конем Владыки – это одно, то одержимость – совсем другое.

Боюсь даже представить, сколько шаманов расстались с жизнями, прежде чем этот немудреный список правил был составлен. Раз у меня все плохо с практикой, будем и дальше штурмовать теорию.

Магия – это наука, даже такая архаичная, как шаманизм. В ней множество законов и взаимосвязей, подчас абсолютно нелогичных.

****Где-то в области

– Благослови, отче. – Суровый чернобородый мужчина лет тридцати пяти преклонил колени перед стариком, одетым в залатанную и застиранную рясу.

– Вставай, Борис. Пошли, почаевничаем, да расскажешь, зачем явился. – Перекрестив мужчину, старик удивительно бодро для своих лет двинулся в сторону небольшого сруба. Весь облик дома говорил об аскетизме хозяина. Стол, шкафы, стулья и даже массивный сундук были сделаны из грубых пиленых досок. Оба мужчины перекрестились на иконы, стоящие в «красном» углу.

– Садись, в ногах правды нет.

– Вы ждали меня, отче, или я не вовремя? – названный Борисом кивнул на горячий самовар, две большие алюминиевые кружки и небольшую вазочку с медом.

– Ты угощайся, Боря. Медку попробуй, не то что в городе, сам у диких пчел собирал.

– Отче? – Мужчина встретился взглядом с хозяином дома. С лица, искрещенного морщинами, на гостя смотрели не по-старчески яркие голубые глаза человека с могучей волей. И чем дольше шло противостояние взглядов, тем сильнее чувствовалась сила старца.

– Прости, отче, за маловерие мое. – Борис первым отвел взгляд.

– Выпей чаю, сын мой, и расскажи, зачем к старому отшельнику приехал кортеж из трех машин с вооруженными людьми. А старший над ними сам Борис, правая рука архимандрита Павла. – Взгляд старика выражал внутреннюю мощь, а голос – умение командовать. Сила его была такова, что ему было сложно не подчиниться.

– Отец Павел велел кланяться вам и просил навестить его.

– Зачем? – короткий вопрос прозвучал необычно резко. Борис знал, что между его наставником и отшельником когда-то произошла большая ссора, после чего старик ушел из церкви.

– Рассыпалась в пыль Скрижаль Завета, что хранились в Русской православной церкви, и достоверно известно, что то же самое произошло в Ватикане. Также ходят слухи, что Кааба в Мекке закрыта для посещения, мы подозреваем, и Черный камень разрушен.

– Три из трех реликвий, сотворенных лично Творцом, уничтожены?

– Да, отче.

– А что же с Терновым венцом в Париже, Туринской плащаницей в Италии, Волосами Мухаммеда в Стамбуле, Зубом Будды в Канди и остальными реликвиями?

– Все на месте, ничто не пострадало. И у нас появился отрок Богдан, который смог зажечь свечу, не касаясь ее, и утверждает, что с ним разговаривает Архангел Михаил.

– Три из трех, – печально повторил отшельник. – Первая печать сломана, они возвращаются.

– Прошу, отче, помоги нам, лучше тебя никто не разбирается в старых текстах.

– Значит, Павел решил пойти дорогой веры в окружении праведных? Отделяете зерна от плевел?

– Мы хотим спасти всех, отче, но мы не Бог Всемогущий. Мы лишь люди, и поэтому я здесь смиренно прошу вашей помощи.

– Что, чадо-капитан, дошло до вас наконец-то?

– Дошло, отец-полковник, и молю Бога и всех его святых, чтобы было не поздно.

– Допивай чай, я пока соберусь. Оставь кого-то из своих остолопов, чтобы приглядели за скитом.

* * *

– Рассказывай, Борис, что творится в мире, о чем мне следует узнать? – Отшельник откинулся на заднем сиденье джипа.

– Много, отче, проще показать. И самое страшное – это не монтаж, мы проверили. – С этими словами он достал планшет и запустил первое видео из цикла.

Камера видеонаблюдения с окраины Шанхая показывала, как три чудовища пожирали человеческое тело. Спутать этих тварей с людьми было сложно. Желтая пергаментная кожа, гипертрофированный мышечный каркас, безразмерные пасти и страшного вида когти. Двигались они как деревянные куклы, дергались, но это им не мешало.

– Матерь Божья, началось. Борис, почему я? Почему не Алексий или Даниил, да хотя бы не Агафья? – Видео явно вывело старика из равновесия.

С мрачным лицом Борис достал из портфеля папку бумаг и протянул ее старцу. Раскрыв, тот начал читать, а через минуту вновь посмотрел на своего спутника.

– Это тоже правда?

– Да, отче, из восьми известных нам специалистов по древним книгам осталось трое. Но Радик принципиально не будет работать с нами: с возрастом он все дальше уходит в изучение книг и все меньше понимает людей вокруг. А отец Тер-Акопян ныне невыездной из Варгашапата. Остаетесь только вы.

– Свое мнение дай, сколько смертей естественны?

– Вы знаете мое мнение. Ни одной. Официально все умерли от естественных причин. Поэтому нас сопровождает вооруженный конвой.

* * *

– Богдан, познакомься, это отец Никодим. Он будет твоим наставником, – представил Борис отшельника.

– Вот ты какой, отрок Богдан, наслышан. Расскажи мне обо всем как на исповеди, а после приму решение, что с тобой дальше делать.

Молодой парнишка с глубокими глазами внимательно изучил старца. Мальчишка кивнул светловолосой головой и начал свой рассказ:

– Сам глава святого воинства Ангелов и Архангелов Архистратиг Михаил явился ко мне во время молебна, отчего все свечи в храме вспыхнули, и вести он принес мне. – Голос отрока дрогнул и изменился, а в глазах загорелся свет. Устами юноши заговорил кто-то значительно больший чем человек. – Грядет время Страшного суда: восстанут мертвые из могил, нечестивцы поднимут головы свои и будут смущать тех, чья вера слаба, и придут к ним слуги Диаволов изо всех кругов Ада, и будут они смущать умы людские. Для того чтобы мир выстоял, сыны церкви должны быть сильны духом и верой, возносить молитвы Богу и воинству ангельскому.

– Борис, скажи отцу Павлу, я останусь и буду учить этого отрока. – Старик не терпел возражений, и Борис, кивнув, вышел из кельи. Никодим достал из-под рясы потертый металлический крест и, поцеловав его, начал говорить:

– А теперь слушай меня внимательно, отрок, и не перебивай. Возможно, то, что я расскажу, спасет тебе жизнь в будущем. Ты не безумен и действительно избран архангелом Михаилом. В тебе сильна благодать Божья, в других верованиях она называется по-разному. Кто-то зовет ее «ба хионь», кто-то «энергия Творца», кто-то «gros bon ange». Названий много, но все они означают одно – это энергия веры и человеческой души. Таких, как ты, называют теурги, твоя душа чиста, и сила твоя велика. Слуг Диавола зовут тоже по-разному. Старшие, Древние, Отродья, Твари, Они, Дети Тьмы, но все они означают лишь одно – они враги рода человеческого и веры нашей. Я научу тебя, как находить их и уничтожать…