Читать книгу "Марк Дарков в Долине Желаний"

Глава 71. Опасная тренировка

Не успел Марк завернуть на площадку, как из-за угла дома на него выпрыгнула желтая тарелка. Она напоминала теннисный мяч, который инстинктивно хотелось поймать.

– Ауч, – вскрикнул Марк.

Тарелка оказалась раскаленной, словно огненный шар. Марк выпустил ее из рук сразу же, как только схватил. Большой и указательный пальцы покраснели и вздулись. На них начали проступать ожоговые волдыри.

– Что это было? – с непониманием спросил Марк, поворачивая за домик преступника.

Посередине предназначенной для тренировки площадки стоял Мансур. Его руки и лицо блестели так, будто были облиты подсолнечным маслом.

– Это солнечная тарелка. Шустрая, как теннисный мяч, раскаленная, как солнце. Если долго на нее смотреть, можно потерять зрение. А теперь очередь Воздушной.

Марк не понял, как именно это произошло, но стоило только Мансуру провести рукой по воздуху, и в ней образовалась голубая тарелка. Еще через мгновение тарелка начала надвигаться на Марка.

– Стреляй! – крикнул Мансур. – Чего ты ждешь?!

На этот раз Марк успел расчехлить ружье и начал целиться, но тарелка словно исчезла.

– Воздушная тарелка сливается с воздухом через долю секунды после появления. И ее уже не разглядеть. Ты упустил момент!

Блестящая оранжевая тарелка, покрытая пупырышками, будто гусиной кожей, набирала скорость.

Марк даже не успел определить, откуда она появилась. Он выстрелил, когда тарелка была на расстоянии вытянутой руки. Звук разлетающегося на мякоть апельсина Марк услышал непосредственно перед тем, как липкая оранжевая жидкость брызнула ему в лицо.

Апельсиновая тарелка, – догадался он, пытаясь раскрыть слипшиеся от сока глаза.

– Я проиграю, – безнадежно произнес Марк. – Это очевидно. Я не способен справиться даже с самими мишенями, что тут говорить о сопернике, которого Долина Желаний сделала лучшим биатлонистом!

– Зачем тогда ты сам отказался от исполнения этого желания, когда, пожалуй, у тебя была такая возможность? – спросил Мансур, запуская тарелку фиолетового цвета.

– Я хотел сам стать лучшим биатлонистом!

Марк выстрелил, но тарелка увернулась и со свистом полетела в противоположном направлении.

– Что это с ней?

Прицеливаясь второй раз, Марк был уверен, что теперь точно попадет в цель, но снова промазал – в последний миг фиолетовая тарелка резво сменила траекторию движения на противоположную.

– Фиолетовая тарелка движется так, как ей хочется. Иными словами, ей все фиолетово.

– Как мне в нее попасть?

– Пожалуй, вера – твое оружие. Мстислав создал Долину Желаний, потому что верил, что это возможно. Он смог разрушить шаблон обыденного мышления. А ты разорвал шаблон Долины Желаний – ты утверждал, что в мире, где все становятся тем, кем они есть исключительно посредством загаданного желания, ты сможешь стать тем, кем захочешь с помощью собственных усилий. Там, где все верят в Водопад Желаний – ты поверил в себя. В этом твоя сила. В этом слабость Долины Желаний перед тобой.

Пожалуй, для желдонов и Стихий ты стал героем не потому, что не загадал желания, а по той причине, которая легла в основу отказа от желания. Поверив в себя, ты заставил поверить в тебя других.

Продолжая охотиться за фиолетовой тарелкой, Марк не заметил летящую прямо на него зеленую тарелку. Поравнявшись с биатлонистом, тарелка выпустила длинные зеленые ростки, которыми обвила Марка с ног до головы.

И прежде чем Марк смог как-либо отреагировать, в руках Мансура образовались сразу две тарелки: красная и синяя.

– Огонь, – произнес Мансур, выпуская красную тарелку. Словно зачарованный, Марк смотрел, как на него надвигается полыхающий огнем шар. Марк хотел взвести винтовку на красную тарелку, но, связанный по рукам и ногам – не смог даже пошевелиться.

Тем временем подплывающее к лицу пламя разрослось до небывалых масштабов.

– И Вода.

Вслед за красной из рук Мансура вырвалась синяя тарелка.

– Пожалуй, ты сам не знаешь, на что ты способен! Поверь в себя!

Это было последнее, что услышал Марк. Его внимание полностью переключилось на огненный шар, надвигающийся на него с неумолимой скоростью.

Сам не понимая, что делает, Марк глухо, словно гром, крикнул:

– Всальях!

Глава 72. Правила игры

Стася и Доминика пробирались вдоль трибун с болельщиками к запримеченным свободным местам. Гул стадиона напоминал рев диких зверей. С одной стороны поля – болельщики, разрисованные радужным гримом с ног до головы, среди которых были даже желдоны, хором скандировали кричалку:

 
Желаний Долина,
Дала ты нам сына.
Твой сын – Чемпион,
В Финал выйдет он.
 

По противоположную сторону стадиона небольшой сектор занимали люди, одетые в белые шорты и майки. В количественном соотношении они сильно уступали первым, но их кричалка была непомерно громкой:

 
Теннисист наш лучше всех,
В жизни его нет помех,
От Долины не зависит.
Он победу принесет —
И всех жителей спасет.
 

В этом маленьком, но громогласном секторе как раз и находились свободные места, до которых практически добрались Стася и Доминика.

– Вы за кого болеете? – перегородил дорогу подругам тучный паренек в форме болельщика.

– За Марка Даркова… – ответила Стася. – Но мы не знаем, какой сектор нам занимать.

– Свободные места остались только здесь, – добавила Доминика.

Паренек задумчиво почесал в затылке.

– Марк Дарков – это же и есть неуловимый преступник?

– Да-да – это он, – воодушевленно ответили подруги.

– Тогда вам повезло. Вы выбрали верный сектор, проходите, – пухлый паренек посторонился. – Вы хоть правила игры-то знаете?

– Неа, – призналась Доминика, присаживаясь на соседнее с пареньком место.

– Ла-адно, объясню вам, – наигранно-недовольно пообещал собеседник, внутренне светясь от счастья.

Перешагнув через ноги Доминики, добираясь до своего места, Стася пошатнулась. Отчаянно взмахивая руками, чтобы не потерять равновесие, она оглянулась, и чуть было действительно не упала из-за резко закружившейся головы. Расстояние от трибуны до поля было больше высоты двадцатиэтажного дома.

Возвышавшаяся по центру стадиона радуга разделяла поле на два заснеженных полукруга.

Пухленький сосед вовремя успел схватить Стасю, чем спас ее от верного падения.

– Тут лучше не заглядываться по сторонам, пока не займешь свои места. А чтобы быть спокойным наверняка – лучше вовсе не дергаться, пока не опустятся железные ремни.

– Ремни-то зачем? – испуганно уточнила Доминика.

– На аттракционах давно не катались? – вопросом на вопрос ответил общительный сосед. – Я, кстати, Слантик.

– А я Короле… Вернее Доминика.

Стася наконец-то устроилась в кресле и протянула руку общительному соседу.

– Стася. Спасибо, что спасли меня. Слантик зарделся от гордости.

– Ла-адно, не стоит. Готовы напрячь уши? Правила Радужного биатлона послушать?

– Готовы!

Слантик расплылся в дружелюбной улыбке.

– Чемпионат выигрывает биатлонист, закрывший наибольшее количество мишеней, либо набравший наибольшее количество очков, что не есть одно и то же. Для победы недостаточно хорошей спортивной подготовки. Здесь нужно разбираться в значении мишеней и успевать на них реагировать, – с энтузиазмом начал говорить он.

– Каждая мишень представляет собой произвольно летающую тарелку одного из семи цветов радуги. От цвета зависит поведение мишени на стадионе и сложность ее закрытия.

– Закрыть мишень – значит попасть в нее, – пояснила Стася подруге, заметив, что та мало понимает из того, что разъясняет Слантик.

Сама Стася заинтересовалась правилами игры в биатлон, как только узнала, что этим увлекается Марк. Она стала пересматривать по Интернету чемпионаты мира, посещать форумы биатлонистов и вчитываться в правила игры. Стася знала, что помимо широко известного зимнего биатлона, сочетающего лыжную гонку со стрельбой из винтовки, существует много других его разновидностей, к одной из которых, по-видимому, относился Радужный биатлон. Поэтому Стася вся превратилась в слух, чтобы узнать как можно больше подробностей в этом новом для нее виде спорта.

– Поэтому за фиолетовую тарелку, в которую практически нереально попасть, дается не одно, как за остальные мишени, а целых два очка, – продолжил Слантик, пропуская комментарий Стаси мимо ушей. – Самое интересное, что никто не знает, тарелка какого цвета появится на стрельбище следующей. На это принимают ставки.

– И сколько всего здесь будет огневых рубежей? – спросила Стася.

– О! Это один из самых захватывающих моментов игры. Всего в Радужном биатлоне четыре огневых рубежа, если их вообще можно так назвать.

– Это как в масс-старте, – оживилась Стася, желая поскорее похвастаться своими знаниями этой дисциплины. – Спортсмены стартуют одновременно и проходят дистанцию 15 километров с четырьмя огневыми рубежами, на которых биатлонисты стреляют дважды из положений лежа и два раза стоя, а если промахиваются, то им назначается штрафной круг в 150 метров.

Поймав на себе восхищенный взгляд Доминики, Стася зарделась. Она сама от себя не ожидала, что помнит правила, которые старательно учила, чтобы произвести впечатление на Марка, но не сумела найти подходящий момент, чтобы продемонстрировать свои способности. А как она мечтала, чтобы такой взгляд, которым ее сейчас одаривала Доминика, исходил от Марка.

– Позволю с вами не согласиться, – вернул Стасю с неба на землю Слантик. – Стадион в Радужном биатлоне представляет собой одну из четырех стихий: Землю, Огонь, Воздух и Воду. Нашему взору в настоящий момент доступна только первая из них: покрытая снегом Земля. Остальные части стадиона мы увидим, когда начнется игра. Говоря о четырех огненных рубежах, я имел в виду то, что на каждом из четырех подразделений стадиона биатлонист может закрыть одну мишень.

Увидев замешательство на лицах подруг, Слантик продолжил говорить быстрее, в надежде, что это поможет им лучше усвоить информацию.

– Всего мишеней семь. По две на каждый из трех отрезков стадиона, что означает: по одной мишени на каждого стрелка на одном огневом рубеже. На четвертом отрезке стадиона появляется всего одна тарелка, та самая, за которую можно получить два очка. Здесь спортсмены соревнуются не только в точности удара, но и в быстроте. Тот из них, кто закроет фиолетовую мишень, получает два очка, что дает ему шансы выбиться вперед. К тому же, в Радужном биатлоне никто не знает, каким будет точное расстояние или дистанция. Игра может закончиться, когда биатлонист не успеет сделать даже первого выстрела. Первоочередная задача спортсменов – добраться до огневого рубежа…

– Первым?

– Скорость, конечно, важна. Но для спортсмена, за которого мы болеем, более важной задачей будет добраться до огневого рубежа живым…

Стася похолодела.

– Что это значит? Я не думаю, что биатлон настолько опасный вид спорта.

– Это потому, что вы ни разу не видели, как проходит Радужный биатлон. Сейчас вы убедитесь в этом сами. Все готовы? Игра начинается!

На каждое сидение, как это бывает в Американских горках, спустились железные ремни.

Доминика печально охнула, поскольку ей пришлось существенно втянуть живот, который сдавил холодный металл.

А Стася завороженно наблюдала, как передние ряды начали один за другим отрываться от земли и лететь к центру поля.

Глава 73. Стадион

Прежде чем зажмурить глаза, Марк успел увидеть, как от произнесенного и непонятного ему самому слова синяя тарелка в сотни раз ускорила ход, в то время как красная тарелка внезапно застыла в воздухе. Все произошло за считанные секунды: вода в витиеватом танце охватила огонь. Марк услышал шипение огня, почувствовал на лице прохладные брызги воды и, открыв глаза, не сразу понял, где он находится.

Вместо небольшой зеленой полянки Марк по непонятным ему законам очутился на бескрайнем стадионе. Но винтовка, к счастью, по-прежнему оставалась у него в руках.

Ноги по самую щиколотку утопали в снегу, отчего успели промокнуть насквозь. Марк пожалел, что вместо своих родных кожаных кроссовок, он надел матерчатые кеды, которые были дарованы ему в честь загаданного желания, вместе с остальным реквизитом «неуловимого преступника».

Чертово желание!

Примяв снег под ногами, Марк огляделся по сторонам. И сразу все понял. То, что он поначалу принял за шум в голове, оказалось гулом болельщиков, заполнявших невиданный по вместительности стадион. Странно, но правая сторона трибун периодически выкрикивала фамилию «Дарков».

Прислушавшись к крикам, доносившимся с противоположных трибун, Марк обомлел. Ему хотелось думать, что он ослышался, однако слова кричалки, которую скандировали болельщики, звучали с каждым разом все напористее и громче. Прослушав клич трибун три раза подряд, Марк понял, что ошибки быть не может.

Худшее невозможно было даже представить. Марку оставалось надеяться только на то, что он неправильно понял клич болельщиков. Но произошедшие далее события в корне уничтожили последнюю надежду.

Глава 74. Цена перемирия

Крики с ожидавшего игру стадиона не доносились до собравшихся на квадратной площадке Глав Стихий. Место проведения собрания было полностью изолировано от внешнего мира. Ни один звук не мог преодолеть незримую преграду, отделявшую квадратную площадку от остальной части Долины Желаний.

Взгляды собравшихся Глав Стихий были сосредоточены на парящей над площадкой капсулой. В ней на воздухе, будто на пышной перине, лежала женщина в голубом одеянии. Несмотря на безветренный день, длинные светлые волосы пленницы развевались, будто бы в капсуле существовал свой собственный микроклимат.

Хэнсам узнал женщину, как только переступил порог площадки. Это была мама Марка. Невероятно красивая и столь же беззащитная. Глаза Людмилы были закрыты, в то время как мышцы лица напряжены. Руки и ноги содрогались, как у человека, находящегося в фазе беспокойного сна.

– Что это с ней? – спросил он шепотом у Голда, когда братья заняли предназначенные им места на пушистом газоне в верхнем правом углу квадрата.

Вместо ответа Голд пнул Хэнсама локтем. В отличие от брата, Голд понимал всю торжественность момента: сегодня Золото впервые находилось вместе с остальными Стихиями на одной небольшой территории, не развязывая при этом военных действий. К тому же, в качестве представителей народа Золота направили именно их с Хэнсамом, а это означало ни больше, ни меньше то, что Мстислав им полностью доверяет. Они, можно сказать, являются его правой и левой рукой, поэтому должны вести себя достойно или, по крайней мере, не привлекать к себе лишнего внимания. Сидящий рядом Вождь Земли, тем не менее, услышал вопрос Хэнсама.

– Еще одно изобретение Мстислава – Бронекапсула. Дочь Неба всегда могла наблюдать за своим сыном, читать его мысли на расстоянии. Капсула же на время Кубка по Радужному биатлону, делает телекинетическую связь с сыном более сильной. Голубоглазая получает возможность смотреть на процесс игры глазами сына. Однако она не может вмешаться в ход событий.

– А если ему понадобится медицинская помощь, Дочь Неба все равно не сможет помочь?

– Даже если Марк будет умирать, она ничего не сможет сделать, – выдохнул вождь Земли, и растущие на площадке деревья печально зашуршали листвой. – Все ее попытки разобьются о стены капсулы. Капсула препятствует любым сознательным и бессознательным движениям. Таким было условие мирового соглашения. Голубоглазая не может вмешиваться, что бы ни происходило на стадионе.

– Но почему Дочь Неба согласилась закрыть себя в Бронекапсуле? – на этот раз не удержался от вопроса Голд.

– Если бы Дочь Неба отказалась, Мстислав не пошел бы на перемирие. Тогда у Марка не было бы ни малейшего шанса выиграть в Турнире, а у нас не осталось бы надежды одержать победу в этой войне.

– Кому вы все это рассказываете?! – одернул вождя Земли суровый вождь Гор. – Дети Золота на стороне Мстислава. Они здесь, чтобы контролировать наши действия, а если быть более точным – наше бездействие. Не стоит с ними откровенничать!

Братьям нечего было возразить. В словах опытного вождя Гор не было ни капли лжи.

Глава 75. Стихийные способности

Гул стадиона нарастал. Напряжение становилось более ощутимым. Стася никогда раньше не присутствовала на спортивных мероприятиях и только сейчас поняла, почему на стадионах обычно собирается столь небывалое количество зрителей, в то время как, свернувшись калачиком на диване перед телевизором, да еще и укутавшись в шерстяной плед с чашкой горячего чая, смотреть биатлонные соревнования, казалось бы, намного приятнее. Но нет! Энергетика стадиона настолько захватывала дух, что сейчас Стася ни за что бы не согласилась променять ее на тепло родного дома.

Мысли Доминики были не столь воодушевляющими. Смелько настолько сильно вцепилась руками в железные ремни, что костяшки ее пальцев побелели. Она с ужасом ожидала того момента, когда их ряд присоединится к остальным. И этот момент настал. Сначала Доминика заметила, как ноги теряют опору. Затем почувствовала легкое головокружение. Плавно, словно воздушный шар, ряд стал двигаться к центру стадиона. Доминика вжалась в сидение.

В отличие от Слантика, весело болтавшего в воздухе ногами, она боялась сделать любое лишнее движение. Воспоминания вернули ее в раннее детство. Доминике было пять лет, когда произошел тот странный случай, о котором она не рассказывала даже Стасе. Стояло лето. Доминике очень хотелось гулять весь день напролет. Тем более, ей подарили красивое голубое платьице, в котором она еще ни разу не выходила на улицу. Мама была чем-то занята, но Доминике удалось уговорить папу сопроводить ее на детскую площадку.

Все, что случилось далее, Доминика помнила в убыстренном темпе.

Маленькая Доминика бежит к качелям, к которым ей раньше никогда не разрешалось подходить. Она взбирается на сидение. Отец что-то кричит ей вслед, пытаясь остановить. Но поздно. Как только ее крошечные ножки в голубых туфельках оторвались от махрового газона… Как только качели взмыли высоко над землей… Доминика впервые ощутила сильный, всепоглощающий страх. И страх ее не был похож на тот, который обычно испытывают маленькие дети, катаясь на качелях. Нет! Страх Доминики был из разряда тех чувств, которые переполняют маленьких детей, когда от них внезапно уходят родители. Доминика вспомнила, как в то мгновение ужаса она бросила взгляд на папу, но тот стоял на другом конце детской площадки – слишком далеко, чтобы прийти на помощь. Затем было легкое головокружение, а потом, словно мираж: дальняя часть площадки приподнялась таким образом, что стала напоминать горку, на вершине которой находился отец. Не в силах устоять на ногах, в считанные секунды отец скатился с горы и выхватил Доминику с качелей. Потом было полное небытие. Когда девочка пришла в себя, она уже лежала на своей кроватке. Сидящий на корточках, обеспокоенный папа сжимал руку дочери. Заметив, что Доминика пришла в себя, Константин предостерегающим тоном произнес:

– Доминика, запомни: твоя сила – в Земле. Старайся больше никогда намеренно не терять почвы под ногами. Никогда больше не удаляйся далеко от земли.

С тех пор Доминика никогда больше не каталась на качелях и держалась как можно дальше от аттракционов и самолетов. Она причисляла связанный с ними страх к одной из своих многочисленных фобий.

Но сейчас Доминика заподозрила, что с ней происходит нечто из ряда вон выходящее…

– Уважаемые желдоны и жители Долины Желаний! Дорогие болельщики и любопытные зеваки! Любимые зрители и слушатели Радио Желаний! Меня зовут Вафл. Я, как вы уже, наверное, поняли, желдон – комментатор сегодняшнего невероятного по напряжению спортивного мероприятия – Кубка по Радужному биатлону, который, кстати говоря, начинается прямо сейчас!

Под гул аплодисментов, криков и радостных свистов, поддерживающих последние слова комментатора, радуга, на вершине которой стоял Вафл, стала медленно опускаться вниз, к центру стадиона. Она была похожа на пружину, которая разгибается под давлением тяжелого предмета.

Вафл вскинул руки в знак того, что он ждет тишины. И когда трибуны немного угомонились, продолжил:

– Как вы уже, должно быть, успели заметить, в честь сегодняшнего турнира военные действия были приостановлены. Поэтому вы можете отбросить страхи и наслаждаться игрой!

Трибуны вновь взорвались эмоциями. Но Доминика не разделяла всеобщего восторга.

Страх не только не оставлял ее, а, напротив, усиливался. Когда ряд оказался в самой верхней точке, страх достиг своего предела. Доминика взглянула на землю, от которой ее разделяли десятки метров.

«Никогда не отдаляйся далеко от земли», – прозвучала вновь в голове фраза отца.

Доминика прикрыла глаза. А когда в следующий миг посмотрела вниз, она увидела, что земля вдруг начала сотрясаться и подниматься вверх. Сначала Доминика подумала, что все дело в повторившемся головокружении, которое спровоцировало подобные галлюцинации. Но тут же услышала несущиеся с трибун крики паники и почувствовала, как ее холодную руку неистово сжимает теплая ладошка Стаси.

Нога комментатора соскользнула с радуги, корпус его пошатнулся. Вафл, с трудом удерживаясь от падения, проделывал на радуге невиданные пируэты. Он пытался сохранить спокойствие на лице, но побелевшая кожа выдавала нешуточный испуг.

– Стихию Земли, видимо, не поставили в известность о приостановлении войны. До Земли всегда все доходит дольше всего, – пытался шутить Вафл.

– Это я сделала, – произнесла Доминика одними губами, наклонившись над ухом подруги.

– Что? – не расслышала Стася.

– Кажется, это я подняла землю своим страхом. Такое уже происходило со мной однажды.

– Тогда попробуй ее опустить! – громко произнесла Стася, стараясь перекричать шум охваченного паникой стадиона.

Доминика выдохнула. Закрыв глаза, она мысленно представила, что земля опускается.

– Получается! Земля возвращается назад! – восторженно произнесла Стася, сжимая руку Доминики еще сильнее.

Доминика повернулась к подруге. На ее лице читался испуг вперемешку с гордостью.

– Стася, кажется, я умею управлять Землей! – произнесла она, немного понизив голос, чтобы косящийся на подруг Слантик не смог услышать ее слов. – Я умела делать это раньше! Но только сейчас это поняла.

– Случилось чудо – Вождь земли нас услышал! – тем временем продекларировал Вафл.

Аплодисменты пришедших в себя от страха трибун поддержали комментатора, который к этому моменту успел спуститься на радуге и оказался в центре с поля рядом с Марком.

Радуга превратилась в радужную ковровую дорожку, разделяющую снежную и водную части Стадиона.

Вафл протянул руку Марку, предлагая ему переступить со снега на приятную махровую поверхность.

– Поприветствуем нашего первого спортсмена – Марк Дарков, человек, решивший бросить вызов самой Долине Желаний!

Под неистовые крики трибун Марк шагнул на ковровую дорожку, оказавшись по правую сторону от комментатора.

–. Ма-арк! Ма-арк! Мы здесь! – выкрикнула Стася. – Ты слышишь меня? Ма-арк!!!

Разглядев Марка, она разом позабыла обо всем на свете.