Текст книги "Разрушительная игра"
![](/books_files/covers/thumbs_240/razrushitelnaya-igra-265915.jpg)
Автор книги: Ана Хуан
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 11
Бриджит
Мы с Рисом больше не разговаривали до конца полета, но он достаточно отвлек меня от ситуации с дедушкой – я задремала. Накануне ночью я не сомкнула глаз и проспала почти весь полет.
Но когда мы приземлились, взвинченное состояние вернулось, и я изо всех сил старалась не сорваться и не заорать на водителя, требуя ехать быстрее, пока мы мчались через центр к больнице. Каждая секунда на красном светофоре казалась утраченной секундой рядом с дедушкой.
А вдруг я опоздаю на минуту, две или три?
Закружилась голова, и мне пришлось закрыть глаза и заставить себя сделать глубокий вдох, чтобы не утонуть в тревоге.
Когда мы наконец добрались до больницы, то обнаружили Маркуса, личного секретаря и правую руку деда – он ждал нас у потайного входа для высокопоставленных пациентов. Я заметила толпу репортеров возле главного входа, когда мы проезжали мимо, и зрелище только усилило тревогу.
– Его величество в порядке, – сказал Маркус, увидев меня. Он выглядел небрежнее, чем обычно, – в мире Маркуса это означало, что из прически выбился один волосок, а на рубашке появилась маленькая, едва заметная складка. – Он проснулся перед тем, как я отправился вниз.
– О, слава богу.
Я выдохнула с облегчением. Если дедушка проснулся, все не может быть так уж плохо. Правда?
Мы поднялись на лифте в личные апартаменты деда, где я обнаружила Николая, хмуро расхаживающего по коридору.
– Он меня выгнал, – пояснил он. – Сказал, я слишком переживаю.
Я выдавила улыбку:
– Типично.
Если Эдуард фон Ашеберг III что-то ненавидел, так это чрезмерную заботу.
– Ага. – Николай рассмеялся, обреченно и с облегчением, а потом меня обнял. – Рад видеть, Бридж.
Мы нечасто виделись и общались. Наши жизни складывались по-разному – Николай был наследным принцем Эльдорры, а я принцессой, живущей в США и отчаянно пытающейся притвориться кем-то другим, но ничто не связывает сильнее общей трагедии.
Впрочем, тогда мы должны были стать закадычными друзьями после смерти родителей. Но вышло иначе.
– Я тоже рада тебя видеть. – Я крепко обняла брата, а потом поприветствовала его девушку. – Привет, Сабрина.
– Привет. – Она быстро обняла меня, ее лицо излучало сочувствие.
Сабрина – американская стюардесса, Николай познакомился с ней во время полета в США. Они встречались уже два года, и, когда об отношениях прознали в СМИ, на них обрушился шквал критики. Принц встречается с простолюдинкой? Настоящий подарок для желтой прессы. С тех пор внимание поутихло отчасти благодаря тому, что Николай и Сабрина держали отношения в тайне, но о них по-прежнему много сплетничали в высшем обществе Атенберга.
Возможно, именно поэтому я чувствовала такую необходимость встречаться с кем-то «подходящим». Я не хотела тоже расстраивать дедушку. Со временем он проникся к Сабрине симпатией, но, когда впервые о ней узнал, устроил скандал.
– Он ждет внутри. – Николай криво усмехнулся. – Только не переживай, а то и тебя вышвырнет.
Мне удалось засмеяться.
– Буду иметь в виду.
– Я подожду здесь, – сказал Рис. Обычно он упорно следовал за мной повсюду, но сейчас, похоже, понял: мне нужно побыть с дедушкой наедине.
Я благодарно улыбнулась ему и вошла в больничную палату.
Эдуард, как и говорили, не спал и сидел в постели, но его вид – в больничном халате, с подключением к аппаратам – пробудил шквал воспоминаний.
– Папа, проснись! Пожалуйста, проснись! – Я рыдала, пытаясь вырваться из хватки Элин и побежать к нему. – Папа!
Но как бы громко я ни кричала, как бы сильно ни плакала, он оставался бледен и неподвижен. Аппарат возле его кровати ровно, непрерывно пищал, и все вокруг кричали и бегали, кроме моего деда – он сидел, опустив голову, и у него дрожали плечи. Николая уже вывели из комнаты, а теперь пытались заставить уйти и меня, но я никуда не собиралась.
Пока не проснется папа.
– Папа, пожалуйста.
Я охрипла от криков, и последняя просьба прозвучала шепотом.
Я не понимала. Еще несколько часов назад все было в порядке. Папа поехал за попкорном и конфетами – на дворцовой кухне все закончилось, и он сказал, глупо кого-то просить, если легко можно съездить самому. Он пообещал, что, когда он вернется, мы будем есть попкорн и вместе посмотрим «Красавицу и чудовище».
Но он не вернулся.
Я слышала разговор врачей и медсестер. Что-то про машину и внезапный удар. Я не знала, что это значит, но поняла: дело плохо.
А еще я поняла, что папа никогда, никогда не вернется.
Я почувствовала жжение слез в глазах и знакомую тяжесть в груди, но натянула улыбку и постаралась не показывать беспокойства.
– Дедушка. – Я бросилась к Эдуарду. Я называла его дедушкой в детстве и так и не переросла это обращение, но теперь использовала его только наедине – слишком «неофициально» для короля.
– Бриджит, – он казался бледным и уставшим, но слабо улыбнулся, – не стоило тебе сюда срываться. Я в порядке.
– Поверю, когда услышу от доктора.
Я сжала руку деда, ища утешения не только для него, но и для себя.
– Я король, – хмыкнул он. – Мое слово – закон.
– Не в медицинских вопросах.
Эдуард вздохнул и нахмурился, но спорить не стал. Он начал расспрашивать о Нью-Йорке, и я рассказывала ему обо всем, что случилось с момента нашей последней встречи на прошлое Рождество, пока он не устал и не задремал посреди истории о неловко разлившем вино Луи.
Дед отказался объяснять мне, как оказался в больнице, но Николай и врачи ввели в курс дела. Как выяснилось, у него обнаружили редкое заболевание сердца – обычно оно протекает в скрытой форме, пока у пациента не возникает сильного стресса или тревоги. В такие моменты заболевание может привести к внезапной остановке сердца и смерти.
От таких новостей у меня самой чуть не остановилось сердце, но врачи заверили, что у дедушки легкий случай. Он потерял на какое-то время сознание, но операция, к счастью, не понадобилась. Но лекарства от заболевания не существовало, и деду следовало серьезно откорректировать образ жизни, чтобы снизить уровень стресса и не допустить более серьезного инцидента в будущем.
Представляю, как отреагирует Эдуард. Он самый настоящий трудоголик.
Врачи продержали его в больнице еще трое суток. Хотели оставить на неделю, но он отказался. Сказал, это плохо скажется на общественном настроении и ему нужно вернуться к работе. А когда король чего-то хочет, никто ему не отказывает.
Когда он вернулся домой, мы с Николаем изо всех сил пытались уговорить его переложить часть обязанностей на советников, но он упорно отмахивался.
Три недели спустя мы так ничего и не добились, и я впала в отчаяние.
– Он упрямится.
Я не могла сдержать разочарования, пока вела лошадь к угодьям за дворцом. Эдуарда достали наши с Николаем уговоры прислушаться к рекомендациям врачей, и он буквально выгнал нас из дворца на весь день. Погрейтесь на солнышке, сказал он. И дайте мне спокойно понервничать. Но нам с Николаем было не до смеха.
– Он должен хотя бы сократить ночные созвоны.
– Ты же знаешь дедушку. – Николай ехал верхом, и его волосы лохматил ветер. – Еще упрямее тебя.
– Ты называешь упрямой меня? Забавно. Насколько я помню, это ты объявил трехдневную голодовку, когда дедушка не пустил тебя на скайдайвинг с друзьями.
Николай ухмыльнулся:
– Но ведь сработало? Он сдался уже к концу третьего дня.
Брат был точной копией отца – пшеничные волосы, голубые глаза, квадратный подбородок, – и иногда сходство казалось настолько сильным, что причиняло боль.
– И вообще, это пустяки по сравнению с твоим упорным желанием жить в Америке. Неужели наша страна настолько ужасна?
Началось. Нет ничего прекраснее осеннего дня, слегка приправленного виной.
– Ты же знаешь, дело не в этом.
– Бриджит, я могу сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз ты приезжала домой за последние пять лет. Другого объяснения я не вижу.
– Сам знаешь, я скучаю по вам с дедушкой. Просто… каждый раз, когда я приезжаю домой… – Я попыталась сформулировать. – Я словно под микроскопом. Все, что я делаю, надеваю и говорю, тщательно анализируется. Клянусь, желтые газеты способны сделать историю из моего неверного вздоха. А в США всем плевать. Пока я не делаю ничего безрассудного, я могу жить нормальной жизнью. Насколько она вообще может быть нормальной у человека вроде меня.
Ник, мне тяжело здесь дышать.
– Знаю, это непросто, – признал Николай, смягчившись. – Но мы для этого рождены, и ты здесь выросла. Раньше у тебя не возникало проблем с вниманием.
Возникали. Просто я никогда не показывала.
– Я была младше. – Мы остановили лошадей, и я погладила свою по гриве, по привычке наслаждаясь шелковистой шерстью под ладонью. – Тогда люди были не такими злобными, а я еще не поступила в колледж и не пожила жизнью нормальной девушки. Это… приятно.
Николай смотрел на меня со странным выражением лица. Не знай я его, могла бы поклясться: его гложет чувство вины, но это казалось бессмыслицей. В чем он может быть виноват?
– Бридж…
– Что?
Сердце забилось быстрее. Его интонации, выражение лица, напряженные плечи. Сказанное мне явно не понравится.
Он опустил взгляд:
– Ты меня возненавидишь.
Я крепче сжала поводья:
– Просто скажи.
– Прежде всего хочу заверить тебя: я ничего этого не планировал, – сказал Николай. – Я не ожидал, что встречу Сабрину и влюблюсь, и не ожидал, что через два года все так обернется.
Недоумение смешалось с опасениями. При чем здесь Сабрина?
– Я хотел сказать раньше, – добавил он. – Но потом дедушка попал в больницу, и… – Он тяжело сглотнул. – Бридж, я сделал Сабрине предложение. И она согласилась.
Я ожидала услышать отнюдь не это. Даже близко.
Я плохо знала Сабрину, но она мне нравилась. Милая и веселая, она делала брата счастливым. И этого мне было достаточно. Я не понимала, почему он так нервничает.
– Ник, это потрясающе. Поздравляю! Ты уже сказал дедушке?
– Да. – Николай по-прежнему смотрел на меня с виноватым видом.
Моя улыбка исчезла.
– Он расстроился? Помню, он был недоволен, когда вы начали встречаться, из-за… – Я осеклась. Ледяные пальцы скользнули по позвоночнику, когда фрагменты наконец сошлись воедино. – Погоди, – медленно сказала я. – Ты не можешь жениться на Сабрине. Она не благородной крови.
Так говорил закон, а не я. Закон Эльдорры о королевских браках предписывал монархам жениться на особах знатного происхождения. Архаично, но незыблемо – и Николай, как будущий король, подпадал под юрисдикцию закона.
– Нет, – сказал Николай. – Не благородной.
Я уставилась на него. Было так тихо, что я слышала шорох листьев, падающих на землю.
– К чему ты клонишь?
У меня внутри вспыхнул ужас – он рос и рос, как воздушный шар, пока не выдавил из легких весь воздух.
– Бриджит, я отрекаюсь.
Шар лопнул, оставив по всему телу кусочки ужаса. В сердце, горле, глазах, пальцах рук и ног. Я приходила в себя и не могла говорить целую минуту.
– Нет. – Я моргнула, надеясь проснуться от кошмара. Но нет. – Ты не можешь. Ты станешь королем. Ты готовился к этому всю жизнь. Нельзя просто взять и выбросить….
– Бриджит…
– Нет. – Все вокруг расплывалось, краски листьев, неба и травы слились в разноцветный адский пейзаж. – Ник, как ты мог?
Обычно я находила выход из любой ситуации, но рассудок ускользнул, оставив лишь чистые эмоции и тошнотворное ощущение в животе.
Я не могу быть королевой. Нет, нет, нет.
– Думаешь, я хочу? – Николай сжал зубы. – Я знаю, как все непросто. Я мучился несколько месяцев, пытаясь найти лазейки в законе и причины уйти от Сабрины. Но ты знаешь, что такое парламент. Как у них все традиционно. Они никогда не поменяют закон, а я… – Он вздохнул и внезапно стал выглядеть намного старше своих двадцати семи. – Я не могу от нее уйти, Бридж. Я люблю ее.
Я закрыла глаза. Из всех возможных причин для отречения Николай выбрал именно ту, в которой я его винить не могла.
Я никогда не влюблялась, но всю жизнь об этом мечтала. Найти ту великую, всепоглощающую любовь, ради которой можно отдать целое королевство.
Николай нашел. Как я могла упрекать его в том, за что сама отдала бы душу?
Когда я открыла глаза, он по-прежнему гордо восседал на своей лошади. Как истинный король, которым никогда не станет.
– Когда? – смиренно спросила я.
Облегчение смягчило его черты. Вероятно, он ожидал ссоры посерьезнее, но после недавних событий сил на ссоры не хватало. В любом случае это абсолютно бессмысленно. Если брат что-то задумал, он не отступит.
Все в нашей семье – упрямцы.
– Подождем, пока утихнет ажиотаж из-за здоровья дедушки. Может быть, месяц или два. Сама знаешь, какой сейчас поток новостей. К тому времени все уже забудут. А пока будем держать помолвку в секрете. Элин уже работает над объявлением для прессы и планом, и…
– Стоп. – Я подняла руку. – Элин уже знает?
Розовый румянец залил скулы Николая: он осознал ошибку.
– Мне пришлось…
– Кто еще?
Бах. Бах. Бах. Сердце застучало в ушах непривычно громко. Интересно, есть ли у меня заболевание, как у дедушки. А еще интересно, что будет, если Николай отречется от престола, а я умру прямо тут, в седле. – Кому еще ты рассказал раньше меня?
Я выплюнула эти слова. Горькие на вкус, покрытые предательством.
– Только Элин, дедушке и Маркусу. Я должен был сообщить. – Николай упорно не отводил взгляда. – Элин и Маркусу необходимо все продумать с точки зрения политики и СМИ. Им нужно время.
У меня вырвался дикий смешок. Я никогда в жизни не издавала такого животного звука, и брат вздрогнул.
– Им нужно время? Время нужно мне, Ник! – Свобода. Любовь. Выбор. Теперь я лишилась их навсегда. Или лишусь после того, как Николай официально объявит об отречении. – Мне нужно двадцать с лишним лет – ведь столько ты готовился к трону. Я не хочу с опозданием узнавать о решении, которое изменит всю мою жизнь. Мне нужно…
Мне нужно отсюда выбраться.
Иначе я сделаю что-нибудь безумное, например, ударю брата по лицу.
Я еще никогда не била людей, но видела достаточно фильмов, чтобы уловить суть.
Так и не закончив фразы, я пустила лошадь рысью, а потом галопом. Дыши. Просто дыши.
– Бриджит, подожди!
Не обращая внимания на крик Николая, я пришпорила лошадь, и в тумане пронеслись деревья.
Бриджит, я отрекаюсь.
Его слова эхом отдавались в голове, словно насмешка.
Никогда, ни разу в жизни я не допускала возможности, что Николай не займет трон. Он хотел стать королем. Все хотели, чтобы он стал королем. Он был готов.
А я? Сомневаюсь, что буду готова хоть когда-нибудь.
Когда Николай сделал предложение Сабрине? Как давно все узнали? Было ли запланированное отречение одной из причин болезни дедушки?
В больнице я не заметила у Сабрины помолвочного кольца, но, если они держали новость в секрете до официального объявления, она его не носила.
От меня утаили новость, которая затрагивает меня больше всех… Не считая Николая. Я впала в такое смятение, что не заметила низкой ветки, пока не стало слишком поздно.
Голову пронзила боль. Я слетела с лошади и с глухим стуком упала на землю. Последнее, что я запомнила – грозовые тучи, они нависли над головой, а потом темнота поглотила меня целиком.
Глава 12
Рис
Я почуял неладное еще до того, как зашел в приемную дворца и услышал тихий голос принца Николая. На затылке зашевелились волосы – хотя я не мог разобрать, что именно говорит брат Бриджит, его напряженный тон вызвал тревогу.
Мои сапоги скрипнули по начищенному мраморному полу, и Николай замолчал. Он стоял посреди зала с Элин и Вигго, заместителем начальника королевской службы безопасности. Я запомнил лицо и имя каждого сотрудника, на случай если кто-нибудь попытается проникнуть во дворец, замаскировавшись под служащего.
Я коротко кивнул:
– Ваше высочество.
– Мистер Ларсен, – Николай ответил царственным кивком. – Надеюсь, хорошо проводите выходной?
Дворец тщательно охранялся, и там мое присутствие не требовалось – а после болезни дедушки Бриджит проводила большую часть времени дома. Это казалось странным. Я так привык постоянно быть с ней рядом, что…
Ты по ней не скучаешь. Я отбросил нелепую идею прежде, чем она оформилась в мысль.
– Неплохо.
Я снова пытался рисовать, но не продвинулся дальше нескольких линий. Искра творчества, вдохновение – как ни назови – покинули меня несколько месяцев назад, и сегодня я наконец опять взялся за скетчбук.
Нужно было чем-то занять руки и разум.
Чем угодно, кроме 175 сантиметров роста, ангельского лица и изгибов, идеально подходящих под мои ладони.
Да черт подери.
Я сжал зубы, не желая фантазировать о чертовой клиентке перед ее братом. Или когда-либо.
– Где принцесса Бриджит?
По расписанию она должна была кататься на лошадях с Николаем. Но собирался дождь, поэтому я предположил, что они вернулись раньше.
Николай переглянулся с Элин и Вигго, и стрелка моего детектора неприятностей приблизилась к красной зоне.
– Уверен, ее высочество где-то во дворце, – сказал Вигго, невысокий коренастый мужчина с румяным лицом, напоминающий скандинавского Дэнни Де Вито. – Мы как раз ее ищем.
Стрелка перешла из красной зоны в раскаленную добела аварийную.
– Что значит «ищете»? – Мой голос оставался спокойным, но внутри забурлили тревога и гнев. – Я думал, она с вами, ваше высочество.
Элин глянула на Вигго. Ей не требовалось говорить, чтобы я услышал крик «Вигго, идиот».
Что бы ни происходило, мне не следовало об этом узнать.
Николай переступил с ноги на ногу, на его лице мелькнуло волнение.
– Была, но мы поссорились, и она… э-э… ускакала.
– Давно? – Плевать, если это прозвучало неуважительно. Тут вопрос личной безопасности, а я телохранитель Бриджит. И имею право знать о случившемся.
Беспокойство Николая заметно усилилось.
– Час назад.
Гнев вспыхнул, слегка затмив тревогу.
– Час назад? И никто не подумал мне позвонить?
– Следите за тоном, мистер Ларсен, – предупредила Элин. – Вы разговариваете с наследным принцем.
– Знаю. – Элин могла засунуть грозные взгляды себе в задницу, вместе с постоянно торчащей там занозой. – С тех пор принцессу никто не видел?
– Садовник нашел ее лошадь, – сказал Вигго. – Мы отвели ее обратно…
– Нашел ее лошадь. – У меня на лбу запульсировала вена. – Значит, Бриджит на ней не приехала и не вернула в конюшню.
Как бы Бриджит ни злилась, она никогда не оставит без внимания животное. С ней что-то случилось. Охваченный паникой, я выдавил:
– Скажите. Вы обыскали территорию или только дворец?
– Ее высочество не может быть на улице, – возразил Вигго. – Сейчас гроза! Она во дворце…
– Если только не упала с лошади и не лежит где-нибудь без сознания.
Как, черт возьми, он дослужился до заместителя начальника службы безопасности? Он же глупее хомячка.
– Бриджит – отличная наездница, и наши люди ищут снаружи. Она могла убежать в одно из своих укрытий. Как делала в детстве. – Николай посмотрел на Вигго. – Но мистер Ларсен прав. Дополнительная бдительность не помешает. Отправим еще людей прочесать территорию?
– Как скажете, ваше высочество. Я разделю на сектора…
Охренеть.
Прежде чем Вигго закончил идиотскую фразу, я уже был на полпути к двери. Жаль, что действительно компетентный начальник службы безопасности в отпуске, потому что его заместитель – проклятый идиот. Когда он закончит рисовать свои сектора, Бриджит может уже серьезно пострадать.
– Куда вы? – крикнула Элин мне вдогонку.
– Делать свою работу.
Я ускорил шаг, проклиная размеры дворца, и помчался к ближайшему выходу. Когда я оказался на улице, паника переросла в полномасштабный ужас. Гром гремел так громко, что за спиной задрожала дверь, а дождь лил так сильно, что сады и фонтаны расплывались перед глазами.
Поместье было слишком большим, чтобы обыскивать в одиночку, поэтому пришлось действовать стратегически. Лучше всего начать с тропы для верховой езды на юго-востоке и двигаться оттуда, хотя дождь уже смыл следы копыт.
К счастью, во дворце было несколько гольфкаров для гостей, и я добрался до тропы за десять минут вместо получаса пешком.
– Ну же, принцесса, где ты? – пробормотал я, вглядываясь в окрестности сквозь бурные потоки воды.
В голове промелькнули образы Бриджит, лежащей на земле, с перекошенным и поломанным телом. Внутри все похолодело, а потные ладони заскользили по рулю.
Если с ней что-нибудь случится, я прикончу Вигго. Медленно.
Я рыскал по тропам, но за двадцать минут так и не смог ее отыскать и уже начал впадать в отчаяние. Она могла быть в помещении, но интуиция подсказывала, что это не так, а моя интуиция никогда не ошибалась.
Вероятно, она там, куда не может проехать гольфкар. Надо проверить.
Я заглушил мотор и выпрыгнул, не обращая внимания на резкие уколы капель дождя.
– Бриджит! – Дождь поглотил ее имя, и я тихо выругался. – Бриджит!
Ботинки увязли в грязной земле, пока я обыскивал местность рядом с тропой. Намокшие рубашка и брюки прилипли к телу, затрудняя движения, но я «морской котик» и выдерживал удары стихии похлеще жалкой грозы.
Я не сдамся, пока ее не найду.
Я уже собирался перейти к другому участку, когда сбоку мелькнули светлые волосы. Сердце екнуло, и я на мгновение замер, прежде чем броситься к ней.
Хоть бы она.
Она.
Я опустился на колени, и все внутри сжалось при виде бледного лица Бриджит и большой багровой ссадины на ее лбу. Маленькая струйка крови стекала по лицу и розовела, смешиваясь с дождем. Бриджит была без сознания и промокла насквозь.
Зверь-защитник прорычал в груди с ошеломительной яростью.
Вигго конец. Если бы он не тянул резину, если бы кто-то позвонил мне и рассказал об исчезновении Бриджит…
Я заставил себя на время забыть о гневе. Следовало сосредоточиться на делах поважнее.
Я проверил ее пульс – слабый, но устойчивый. Хвала Господу. Быстро осмотрел тело на предмет травм. Ровное дыхание, никаких сломанных конечностей и крови, кроме раны на лбу. Шлем сбился набок, а грязь перепачкала щеки и одежду.
Зверь в груди снова зарычал, готовый разорвать в клочья не только Вигго, но и Николая – за то, что не защитил ее или хотя бы не был рядом.
Вероятно, он не смог бы уберечь Бриджит от падения с лошади – судя по шлему и положению на земле, оно было неминуемым, – но зверю было плевать. Его волновало только одно: она ранена, и кто-то должен за это ответить.
Потом.
Сперва нужно доставить ее к врачу.
Я снова выругался: сотовая связь не работала. Видимо, из-за грозы.
По правилам экстренной помощи пострадавшего нельзя перемещать без присутствия профессионалов, но у меня не было выбора.
Я подхватил Бриджит на руки и понес к гольфкару, поддерживая одной рукой за шею. Мы прошли половину пути, когда я услышал низкий стон.
Сердце снова сжалось.
– Принцесса, ты очнулась? – Я говорил спокойно, стараясь не паниковать и не пугать ее. Бриджит снова застонала и открыла глаза.
– Мистер Ларсен? Что ты делаешь? Что случилось?
Она попыталась повернуть голову, чтобы осмотреться, но я остановил ее, крепко сжав бедро.
– Ты ранена. Не двигайся без крайней необходимости.
Мы подошли к гольфкару, и я осторожно усадил ее на пассажирское сиденье, прежде чем занять место водителя и завести мотор. По венам хлынуло облегчение – такое сильное, что я едва не задохнулся.
Она в порядке. Судя по ранению, возможно сотрясение мозга, но она в сознании, разговаривает и жива.
– Помнишь, что произошло?
Я хотел поскорее вернуться во дворец, где был штатный врач, но заставил себя ехать медленно, избегая неровностей и резких движений.
Бриджит коснулась лба и поморщилась.
– Я скакала, и… там была ветка. Я ее не заметила. – Она зажмурилась. – Голова болит, и все как в тумане.
Проклятье. Точно сотрясение мозга.
Мои руки крепко сжали руль – на его месте я представлял шею Вигго.
– Скоро будем во дворце. А пока просто расслабься и не заставляй себя говорить.
Разумеется, она не послушалась.
– Как ты меня нашел? – Бриджит говорила медленнее обычного, и у меня внутри все сжалось от слабой нотки боли в ее голосе.
– Искал. – Я припарковал гольфкар у заднего входа. – Вам следует уволить заместителя начальника службы безопасности. Полный придурок. Если бы я не нашел тебя, его люди бы до сих пор искали во дворце, как… что?
– Как долго ты меня искал? – Бриджит бросила на меня взгляд, от которого как-то странно екнуло сердце.
– Не помню, – буркнул я. – Пойдем внутрь. Ты промокла.
– Ты тоже. – Она оставалась в гольфкаре. – Ты… один искал меня под дождем?
– Как я уже сказал, Вигго – придурок. Пойдем, принцесса. Нужно показать рану доктору. Вероятно, у тебя сотрясение мозга.
– Я в порядке.
Но Бриджит не стала возражать, когда я обнял ее за талию и закинул ее руку себе на шею, выступая в качестве костыля.
К счастью, кабинет врача находился недалеко от служебного входа, и когда доктор увидела, в каком состоянии Бриджит, то сразу принялась за дело.
Пока она зашивала Бриджит лоб и внимательно осматривала принцессу на предмет травм, я высушился в ванной и стал ждать в коридоре. Я сомневался, что смогу сдержать себя в руках при виде синяка и ссадины Бриджит.
Послышались торопливые шаги, и я буквально зарычал, оскалившись на бегущих ко мне Николая, а за ним – Вигго и Элин. Видимо, им сообщил кто-то из персонала, увидев нас с Бриджит.
Идеально. Мне как раз надо выпустить пар.
– Бриджит в порядке? – обеспокоенно спросил принц.
– В целом да. Ее осматривает доктор. – Я подождал, пока Николай зайдет в кабинет врача, прежде чем переключиться на Вигго. – Ты. – Я схватил Вигго за воротник и оторвал от пола. Его ноги задергались в воздухе. – Я же говорил, она снаружи. Любой разумный человек сообразил бы, что она снаружи, но ты потратил час на поиски во дворце, пока Бриджит без сознания лежала под дождем.
– Мистер Ларсен! – Элин кипела от негодования. – Здесь королевский дворец, а не бар. Отпустите Вигго.
Я проигнорировал ее и понизил голос, чтобы слышал только Вигго.
– Молись, чтобы принцесса серьезно не пострадала.
– Ты мне угрожаешь? – выпалил он.
– Да.
– Я могу тебя уволить.
Я оскалился, изобразив подобие улыбки:
– Попробуй.
Моим контрактом занимался начальник королевской службы безопасности, но Вигго не сможет найти выход из собственной задницы, даже если разметить путь неоновыми огнями, не говоря уже об увольнении сотрудника без одобрения босса.
Я поставил Вигго на пол и отпустил, когда дверь кабинета открылась.
– Мистер Ларсен, Вигго, Элин. – Если врач и подозревала, что возле кабинета произошла потасовка, то виду не подала. – Я закончила осмотр. Заходите.
Злость на Вигго сменилась беспокойством, когда мы столпились возле сидящей на койке Бриджит. Похоже, ее не слишком радовало присутствие Николая, стоявшего рядом с напряженным видом.
Врач сообщила, что у Бриджит действительно сотрясение мозга, но через пару недель все должно пройти. Еще она растянула запястье и простудилась. Ничего смертельного, но в ближайшие дни ей придется несладко.
Я мрачно глянул на Вигго, который трусливо спрятался за Николаем.
Когда все ушли, я остался, и доктору хватило одного моего взгляда, чтобы придумать предлог и выскользнуть за дверь, оставив нас с Бриджит наедине.
– Я в порядке, – заверила Бриджит прежде, чем я успел открыть рот. – Пара недель, и буду как новенькая.
Я недоверчиво сложил руки на груди:
– Какого черта произошло? Николай сказал, ты сбежала после ссоры.
Она помрачнела:
– Семейная ссора. Ничего такого.
– Бред. Ты не убегаешь, когда злишься.
К тому же Бриджит ни разу не обратилась к Николаю, пока он был в комнате, и это говорило о многом. Она не стала бы игнорировать брата, если бы тот не разозлил ее по-настоящему.
– Все бывает в первый раз, – сказала она.
Я раздраженно зарычал.
– Проклятье, принцесса, будь осторожнее. Если бы с тобой что-то случилось, я… – Я резко осекся, проглотив остаток фразы. Не знаю, что бы я сделал.
Бриджит смягчилась.
– Я в порядке, – повторила она. – Не беспокойся.
– Поздно.
Она помедлила, словно раздумывая, а потом сказала:
– Потому что это твоя работа.
В воздухе повис вопрос, наполненный более глубоким смыслом.
Я сжал зубы.
– Да, – наконец ответил я, и сердце снова как-то странно екнуло. – Потому что это моя работа.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?