Текст книги "Внебрачная дочь миллиардера"

– Вы просто обязаны это попробовать! – он подсовывает мне, а затем Агнии какой-то изысканный деликатес, и ни один из нас не успевает возразить, как еда уже оказывается во рту.

– Роб, это очень вкусно, – искренне произносит девушка, дожевывая предложенную закуску.

– Так, у вас есть ровно час, чтобы как следует подкрепиться, – серьезным тоном произносит Роберт.

– А что будет через час? – интересуется Агния.

– У вас с Даниилом обзорная экскурсия на вертолете, – он подмигивает Агнии и удаляется, а ее щеки моментально покрываются румянцем.

– Я ни разу не летала на вертолете. И, честно говоря, не слишком горю желанием, – задумчиво произносит Агния, разглядывая транспорт.

– Боишься высоты?

– Нет… то есть немного, – признается бывшая супруга.

– Не волнуйся, – пытаюсь поддержать девушку. – В крайнем случае, у нас есть час, чтобы собраться с мыслями.

– Надо позвонить Кире, – быстро переводит тему разговора. – Черт! Мобильник разрядился.

– Возьми мой, – я протягиваю свой телефон, понимая по взгляду, что мама хочет поговорить с дочерью наедине.

Какое-то время Агния отсутствует, а после разговора возвращается словно разъяренная львица.

– Что это!? – она трясет экраном перед моим лицом, закипая все больше.

Я перехватываю руку девушки и забираю мобильный, мельком глядя в экран.

– Что ж, Агния, оправдания мне в самом деле нет, – говорю я без доли стыда. – Фото невероятное.

– Это не предназначалось для посторонних глаз, – Агния остывает так же быстро, как взорвалась, но в голосе все ещё слышится раздражение.

– Я и не посторонний. Я отец ребенка, которого ты носила под сердцем, – произношу спокойно. – Как Киренок?

– Все в порядке. В игровой с моими друзьями, – отвечает, снова забирая мобильный. Я не сопротивляюсь. Наблюдаю. – Я удалила снимок, у тебя нет права без разрешения скачивать подобные фото.

– Ты права, – улыбаюсь я, чем вызываю недоумение на ее лице. – Я поддался мгновенному порыву. А теперь идём, посмотрим город с высоты птичьего полета.

– Ты с ума сошел? Я ужасно боюсь высоты. Ну то есть там же все открыто, небезопасно, – невнятно лепечет она. Но все же любопытство берет верх над страхом, потому как Агния идет следом за мной.

– Только что ты говорила, что не слишком боишься, – усмехаюсь. – Но даже если так, это отличный способ побороть свои страхи.

– Я не уверена… – сомневается девушка, продолжая следовать к вертолётной площадке.

– Агния, я буду рядом, – я резко останавливаюсь и обхватываю ее испуганное лицо руками. – Потом ещё спасибо скажешь за новые эмоции.

– Меня мало чем удивишь, – сопротивляется.

– Хватит болтать. Идём, пока без нас не улетели, – я беру ее за руку и протискиваясь через толпу народа, подхожу к кабине.

Все тридцать минут Агния болтает без умолку, указывая, то на одну, то на другую достопримечательность. Я не смотрю в окно, потому как ее восторг приковывает взгляд гораздо сильнее Эйфелевой Башни или Лувра. В груди рождается давно забытый трепет и безудержное желание оберегать и защищать это удивительное создание.

Вечер субботы наступает слишком быстро. Хочется продлить этот день ещё на несколько часов. Удивительно, как много новых впечатлений может дать полноценный выходной, особенно проведенный рядом с Агнией. Это необыкновенная женщина и очень жаль, что мне не хватило времени разглядеть ее глубину ещё пять лет назад. Иначе я не отпустил бы ее.

– Кажется, я все же был прав, когда говорил, что полученные эмоции ни за что не сравнятся со страхом, который ты испытывала до полёта, – мы с Агги останавливаемся возле ее номера. – Тебе ведь понравилось?

– Да, это было восхитительно. Думаю, я бы даже решилась на еще один раз, – она достает из сумочки ключ и открывает дверь, после чего поворачивается ко мне лицом. Незнакомый блеск, что светится в ее глазах, заставляет меня нервно выдохнуть. – Спасибо.

– В следующий раз полетаем в Испании, – не отрывая взгляда от девушки, говорю я.

Агния все ещё стоит в коридоре гостиницы, она медлит. Я замечаю, как в хаотичном ритме поднимается и опускается ее грудная клетка, но девушка не делает шаг навстречу. И сейчас это правильно, но, черт побери, как же хочется снова коснуться ее чувственных губ. Поэтому я загребаю Агнию в свои объятия и впиваюсь в ее манящий рот. Она делает попытку оттолкнуть меня, но я ещё крепче прижимаю хрупкую фигурку к себе.

– Я не пущу тебя, Даниил, – выдыхает мне в губы, медленно отстраняясь и притворяя дверь, – не могу.

– Спокойной ночи, Аг-ги. Увидимся на следующих выходных.

Глава 18 Агния

Кира весь полет без умолку болтает о Данииле и Лесси. Девочка так ждет этой встречи, то и дело, соскакивая со своего места и поглядывая в иллюминатор.

– Мам, когда мы прилетим? – каждые пятнадцать минут спрашивает она.

– Кира, сядь! – строго говорю я. – Уже совсем скоро.

– А папа нас встретит? – летит очередной вопрос от ребенка.

– Дочка, я не знаю, – чуть привираю я. Воскресенский обещал встретить, но я не хочу напрасно обнадеживать дочь, если у него вдруг не получится.

– Хоть бы приехал, – Кира скрещивает два пальчика и крепко зажмуривается.

– Что ты делаешь, малышка? – улыбаюсь я.

– Мама, ну ты что, не знаешь? – сокрушается девочка. – Если ты хочешь, чтоб твое желание сбылось, надо делать так, как я только что.

– Хорошо, я запомню, – киваю головой.

Оставшееся время полета проходит более или менее спокойно. Кира смотрит мультики, а я невольно предаюсь воспоминаниям о прошлых выходных.

Даниил всё-таки встречает нас в аэропорту, а я удивляюсь, где он находит столько свободного времени, чтобы приехать в другой конец города. По всей видимости, мужчина наконец выделил для себя, что действительно важно, а что второстепенно. А у меня как у матери радуется сердце от их отношений с дочерью.

В одной руке у мужчины находится маленький пушистый комок, который вызывает восторг у всех окружающих. Сто́ит Кире увидеть малышку Лесси, как девочка срывается с места и бежит со всех ног в сторону Воскресенского. Даниил другой рукой подхватывает дочь и заключает в свои крепкие объятия, зарываясь лицом в ее шелковистые волосы.

– Привет, малышка! Как же я соскучился! – восклицает мужчина, нежно прижимая к себе девочку к себе.

– Папа, привет! Лесси такая маленькая. Ой, лизнула меня, – смеется Киренок, с осторожностью поглаживая собаку по голове.

– Она рада встрече не меньше тебя, – говорит Даниил и переводит свой взгляд на меня. – Привет.

– Привет, Даниил! – сдержанно произношу я.

Я стараюсь не замечать сбившийся ритм своего сердца при виде Воскресенского, но игнорировать возникшее между нами притяжение отрицать бессмысленно. Что-то изменилось в Данииле. Как будто его приоритеты крутанулись на сто восемьдесят градусов.

– Поехали, покажу дом, и пообедаем заодно, – Даниил отправляет Лесси в стоящую рядом переноску и берёт Киру за руку.

– Ура! Поехали!– дочь от радости подпрыгивает и ещё крепче обхватывает своей маленькой ладонью пальцы мужчины.

На протяжении всей поездки до особняка Кира не даёт вставить ни слова, то рассказывая о своих друзья в детском садике, то восхищаясь собакой, которую подарил Даниил. Мужчина не перестает улыбаться девочке, изредка спрашивая о чем-то.

На языке вертится вопрос об Алисе, но в присутствии дочери задавать его нецелесообразно. Поэтому мне ничего не остаётся, как разглядывать меняющиеся пейзажи за окном и слушать детскую веселую болтовню.

Спустя почти полтора часа мы добираемся до особняка. Сердце невольно пропускает удар. Все же это место значит намного больше, чем мне бы хотелось. Я вижу перед собой все тот же потрясающий дом с огромной ухоженной территорией.

– Папа, – тихо говорит Кира, открывая рот от удивления. – Это твой дом?

– Да, – Воскресенский подхватывает дочь на руки. – Агния, я сейчас вернусь за вещами. Возьми собаку.

Я молча киваю и беру переноску с Лесси, следуя за Даней и Кирой. Мужчина открывает входную дверь, пропуская меня вперёд, после чего входит сам.

– Как вкусно пахнет! – вырывается у меня. Желудок реагирует моментально, и я только сейчас осознаю, насколько голодна.

– Вы пока освайтесь, а я займусь сумками и обедом, – Даниил подмигивает Кире, после чего возвращается к автомобилю.

– Обедом? – хмурюсь я.

– Да, Аг-ги. Разве вы не проголодались? – Даниил поворачивает ручку входной двери.

– Я голодная, – произносит Кира, открывая переноску.

– Вот и замечательно, – Воскресенский с теплотой смотрит на девочку.

С каждой следующей проведенной минутой в этом доме я удивляюсь все больше и больше. Все дело в том, что мне неизвестен заботливый и гостеприимный хозяин особняка. Даниил выглядит так… по-домашнему, и, черт возьми, как ему идет этот образ. Через некоторое время хозяин дома приглашает нас в столовую, и там меня ждет ещё один сюрприз.

– Ты приготовил это сам? – мои глаза, вероятно, округляются, потому как Даниил весело ухмыляется.

– Аг-ги, чему ты так удивляешься? – я вновь оказываюсь под сканирующим взглядом Воскресенского. – Мне тридцать четыре года. Я состоявшийся человек. И ты в самом деле думаешь, что я не в состоянии похлопотать на кухне? – от отправляет себе в рот кусочек аппетитного мяса и прикрывает глаза от удовольствия.

– Не то, чтобы… – запинаюсь я. – Просто одно дело – пельмени сварить, а совсем другое, – развожу руками в стороны, – такие блюда приготовить.

– Восхищена? – он выгибает бровь, сканируя меня проницательным взглядом.

– Приятно удивлена, – улыбаюсь в ответ и подношу к губам бокал с соком.

– Папа, у тебя есть бассейн? – интересуется Кира.

– Да. Умеешь плавать? – Даниил складывает руки перед собой и разглядывает ребенка.

– Почти научилась, – грустно тянет она. – Джейн говорит, что ещё немного, и все получится.

– Хочешь, мы с тобой потренируемся, – девочка радостно кивает головой. – А если и мама захочет, милости просим.

– Мама! Давай вместе! – восклицает Киренок.

– Хорошо, но не сегодня. Кстати, Даниил, я отвезу Киру вечером к моему отцу, у меня сегодня встреча, – произношу я.

– С кем встречаешься? – в голосе Даниила слышатся напряжённые нотки.

– С Глебом, – спокойно отвечаю.

– Кира может остаться у меня, если ты не против, – предлагает Даниил. Я замечаю, что мужчина больше ничего не ест, вероятно, мой ответ о встрече с Ланским не пришелся ему по душе.

– Мам, я хочу остаться у папы, – радостно заявляет дочь.

– Кира, тебя дедушка ждёт сегодня, – говорю спокойным тоном, а внутри закипаю. Такие вещи должны обсуждаться наедине, не в присутствии ребенка. Даниил сказал это нарочно при Кире, чтобы мне сложнее было отказать.

– Пожалуйста, – хнычет она.

– Ладно, – сдаюсь я. – Думаю за один вечер ничего не случится.

– Кстати, доченька, у меня есть для тебя подарок, – мужчина достает из кармана летних брюк небольшую коробочку. – Это тебе.

– Как у мамы! – восклицает Кира. – Мама, смотри.

– Да, только маленькие сережки для сладкой девочки, – улыбается Воскресенский, не отводя взгляд от меня.

Я испытываю шок, потому что в коробочке лежат серьги точь-в-точь как мои, которые пять лет в качестве новогоднего подарка мне преподнес Даниил. Кира давно просила такие же, но я нигде не могла их найти. Ни в одном ювелирном.

– Они великолепны, – одними губами произношу я.

Обед проходит так по-домашнему. По-семейному. Моя девочка счастлива, а ее эмоции зашкаливают до предела. Ещё бы! Заполучить любящего папу, который готов свернуть для нее горы только ради одной улыбки.

– Ты можешь отдохнуть, Аг-ги. Я займусь Кирой, – неожиданно предлагает Даниил. Мужчина начинает убирать со стола, и мне становится неловко.

– Хорошо, спасибо. Я помогу, – говорю я, вставая из-за стола.

Мы с Воскресенским одновременно берём опустевшую тарелку из-под мяса и случайно касаемся пальцев друг друга. Меня будто прошибает током, и судя по потемневшему взгляду мужчины, он ощущает то же самое. Я отступаю, резко убирая руку, после чего быстро беру другой столовый предмет и ставлю его в посудомоечную машину.

Мне хочется знать о нем больше, особенно о его странных отношениях с Алисой. Эта женщина уже много лет существует в его жизни, и если не любовь, тогда что их может связывать?

– Даниил, я понимаю, что это не совсем мое дело, но мне хотелось бы знать, какую роль играет Алиса в твоей жизни? Она не отходила от тебя ни на шаг тогда. Теперь и вовсе ждёт от тебя ребенка. Ты говоришь о каком-то фиктивном браке, который в скором времени планируешь расторгнуть… – я резко выдыхаю, отправляя очередную тарелку в посудомойку. – Со стороны мы выглядим как семья: ты, я и Кира. Ты делаешь всё, чтобы завладеть моим вниманием, чего, кстати, не было в прошлом. Но ведь по факту это все выглядит как фальш. Алиса беременна, а откуда появляются дети, тебе вполне известно. Поэтому навряд ли здесь идёт речь именно о фиктивном браке.

Мужчина какое-то время молчит, сканируя меня серьезным взглядом. Впервые за все то время, что я знакома с Даниилом, мне начинает казаться, что он вот-вот откроется.

– Мамочка, – Кира молнией залетает в кухню. – Лесси такая умная. Она знает сидеть и лежать.

– Я немного позанимался с ней к твоему приезду, – выражение лица Воскресенского мгновенно меняется, озаряясь улыбкой и теплотой.

– Я тоже хочу ее научить чему-нибудь, – радостно подпрыгивает на месте Кира.

– Мы как раз этим и займёмся, только закончим убирать со стола, – Даниил прижимает дочь к себе, после чего девочка убегает.

Взгляд темных глаз возвращается ко мне. Сердце учащает свой ритм, а ноги будто прирастают к дорогому паркету. Я боюсь упустить нечто важное, сокровенное, то, что этот непробиваемый камень по имени Даниил Воскресенский так долго держит в себе.

– Я расскажу тебе только часть истории, Аг-ги. О далёком прошлом поговорим в другой раз, – негромко начинает он. – Как ты уже успела заметить Лиса та ещё стерва. Но она не всегда была такой. Для тебя не секрет, что давным-давно мы встречались, а после того, как разошлись, стали партнёрами по бизнесу. Разумеется, далеко не сразу. Через какое-то время она решила, что хочет возобновить наши любовные отношения, но между нами больше никогда и ничего быть не могло.

– Даниил, значит, все же могло, если она забеременела от тебя, – язвительным тоном произношу я, прокручивая в голове встречу Алисы в парке. Мужчина был уверен, что ребенок от него, однако, мне бы хотелось выслушать версию Даниила.

– Банальная ситуация, Агния, – невесело усмехается Воскресенский, наливая в стакан воды. – Почти полгода назад был корпоратив в моем ресторане по случаю очередной годовщины. Я решил отдохнуть и расслабиться, а Алиса… слишком хотела от меня ребенка, – Воскресенский делает многозначительную паузу. Мужчина хмурится, а его брови сводятся на переносице. Он подносит кулак ко рту, будто пытаясь заглушить неприятные эмоции, и, придя в себя, через минуту продолжает.

– Она тебя подпоила? – я округляю глаза, не веря своим ушам.

– Представь себе, – он тяжело вздыхает, кивая головой. – Как какого-то мальчишку. Но узнал я об этом гораздо позже. После свадьбы. Помню, как она вытащила меня на танцпол. А потом все как в тумане. На следующее утро голова разрывалась на части, а как я оказался в ее квартире, и вовсе не помнил. На вопрос, что между нами было, она удивлённо вытаращила глаза, а потом рассказала и даже обиделась, что я обо всем забыл, – Даниил кривит рот в неестественной улыбке, после чего продолжает. – Через пару недель она с горящими глазами ворвалась ко мне в кабинет с новостью о беременности. Спустя полтора месяца мы поженились. Но между нами больше ничего не было, не считая той ночи.

– То есть ты допускаешь, что тогда между вами что-то… – заминаюсь я, – могло быть?

– Да, допускаю, – твердо произносит он. – Алиса не была бы самой собой, если бы не воспользовалась моментом. Как я уже сказал, узнал о ее проделках случайно уже после свадьбы. Услышал ее телефонный разговор, что она добилась своей цели, и я больше никуда от нее не денусь. Лиса получила хорошую взбучку. Я готов был разорвать эту стерву на части. Через недельку остыл, всё обдумал и решил, что развод состоится уже после рождения ребенка.

Я стою как вкопанная, ноги не двигаются, а в голове громко стучит: "Это не его ребенок." Теперь все пазлы сходятся один к одному и вырисовывается общая картина.

– Один вопрос: зачем ты женился, если не собирался жить с ней? – спрашиваю я, не узнавая своего осипшего голоса.

– Понимаешь, какое дело, Аг-ги, мои родители считают, что дети должны рождаться в браке. Я с ними абсолютно согласен, – мужчина улыбается. – Мне тридцать четыре года, я их старший сын, а постоянных отношений до сих пор разным причинам у меня нет. Конечно, их это тяготит. Однажды я разговаривал с матерью по телефону, и она очень переживала из-за того, как складывается моя жизнь. С самого раннего детства они с отцом своим примером показывали, какой должна быть семья. И каждый раз они вдалбливали мне и моим братьям, что семья – это самое важное и главное в жизни. Я и решил порадовать стариков и сообщил им о ребенке и о предстоящей свадьбе. Создать, так сказать, иллюзию счастливой семьи. Мне терять было нечего, Аг-ги, но сейчас все иначе, – по одному только взгляду мне становится понятно, что он имеет в виду. – С Алисой же мы договорились, что разведемся через примерно через полгода-год после рождения малыша. Ну а после того, что она сделала, даже об этом речи и быть не могло. А теперь, когда я обрел Киру и…

– Почему ты ей так слепо веришь? – вырывается у меня. – А вдруг ребенок не твой?

– Мне приходила в голову подобная мысль. И я говорил с ней об этом. Разумеется, Лиса сказала, что у нее не было никого кроме меня. И ребенок точно мой. Какой бы Алиса ни была, такими вещами она шутить не стала бы, – задумчиво произносит он.

– Из-за того, что вас связывает? – осторожно спрашиваю я. – Даниил, у вас в прошлом есть… был общий ребенок?

Взгляд мужчины становится тяжелым, а его настроение как по щелчку пальцев меняется. Черт, кажется, я попадаю в точку. Чувствую себя отвратительно, как будто только что перевернула чью-то корзину грязного белья, о которой хозяева мечтали забыть.

– Извини, – невнятно бормочу я.

– Тест ДНК я сделаю. На всякий случай, – он игнорирует мой вопрос. – Несмотря на то, что я все же склонен ей верить, мне нужно знать наверняка.

– Киру ты тоже проверял? – неожиданно спрашиваю.

– Нет, Агния, Киру не проверял. Мне это и не нужно, – выражение его лица смягчается, и мужчина долгим немигающим взглядом смотрит на меня.

– Папа! – Кира снова вбегает в кухню. – Ну пойдем.

– Пойдем, мы с мамой уже закончили, – говорит он, после чего они с дочерью направляются в гостиную.

Мне не даёт покоя разговор, после которого вопросов появляется гораздо больше чем ответов. Одно ясно точно – Алису и Даниила связывает какая-то печальная история. По одному только выражению его лица это становится очевидно. И теперь я понимаю, почему он не хочет рассказывать мне. Из-за Киры. Он наконец-то встречается с дочерью спустя почти две недели. И именно по этой причине он не желает омрачать встречу грустными воспоминаниями.

Дело близится к вечеру, а я не испытываю никакого желания встречаться с Глебом после откровенного разговора с Даниилом. В очередной раз беру мобильный в руки и вижу уже два пропущенных от Ланского.

Я никогда раньше даже не пыталась заглянуть в душу к Воскресенскому, жила с уверенностью, будто она отсутствует у этого сурового и молчаливого человека. Но на самом деле, мужчина слишком многое держит в себе. Даниил просто не даёт своим чувствам и эмоциям выплеснуться наружу. И если бы тогда пять лет назад я знала о нем больше, то все бы сложилось иначе.

Трель мобильного вытаскивает меня из глубоких раздумий. Третий вызов от Ланского с того момента, как мы приземлились в столице.

– Агния, привет! Ну наконец-то. Как добрались? – с радостью в голосе произносит мужчина.

– Привет! Хорошо, спасибо, – спокойно отвечаю я. – Кира любит летать на самолётах.

– Да, сильнее любви к этим железным птицам может быть только страх. Но пока дети маленькие, им невдомек, что это. Главное, мама рядом, – рассуждает Ланской. – Вы остановились у отца? В какое время тебя забрать?

– Глеб, давай встретимся в ресторане в семь часов. Я сама подъеду, – уклоняюсь от прямого ответа. Разумеется, я не собираюсь скрывать, где и с кем нахожусь, но по телефону обсуждать это бессмысленно.

– Хорошо, тогда до встречи.

Я открываю чемодан с вещами и достаю платье из шифона голубоватого оттенка. В сочетании с кремовыми босоножками на высоком каблуке образ получается легким и утонченным.

Растерянно смотрю на свое отражение в зеркале. Кого я обманываю? У меня не может быть ничего ни с Глебом, ни с каким-то другим мужчиной. И все из-за моих чувств к Воскресенскому. Пока они есть, я просто не смогу быть с кем-то.

– Можно, – Даниил стучит в дверь гостевой спальни.

– Входи, – глухо отвечаю.

Я достаю из сумочки помаду и аккуратно провожу кисточкой по губам. Случайно ловлю обжигающий взгляд мужчины и нервно сглатываю.

– Зачем ты идёшь на эту встречу? – в лоб спрашивает Даниил. Он медленно двигается в сторону зеркала, не отводя темных глаз от моих накрашенных губ.

– Хочу встретиться с Глебом, – пожимаю плечами, делая вид, что его приближение меня нисколько не беспокоит.

– Аг-ги, тебе ведь плевать на него, – я вздрагиваю от хриплого голоса, что раздается над ухом.

Даниил ловит мой взгляд через зеркало и с осторожностью перебрасывает распущенные волосы на другое плечо, оголяя шею. Теперь его дыхание становится ещё ближе, а мое, кажется, и вовсе останавливается. Мы оба ощущаем интимность момента, но Даниил ждет, когда именно я переступлю черту.

– Где Кира? – мой голос становится сиплым.

– Потребовала включить ей какой-то мультик. Как же…

– Холодное сердце, – одновременно произносим.

– Как символично, правда? – мужчина проводит указательным пальцем по моему запястью, после чего переплетает наши пальцы. – Отмени встречу, Аг-ги.

Я словно нахожусь под действием какого-то сильного гипноза, потому что его каждое слово застревает в моей голове, проникая в самую глубину сознания. Встреча с Ланским – это последнее, чего мне хочется, но по отношению к Глебу это будет невежливо. Он не сделал мне ничего плохого, чтобы я могла так поступить с ним. Тем более, именно сегодня я и собиралась расставить границы, чтобы не давать человеку ложные надежды.

– Даниил, не дави на меня, ладно? И дай мне пройти, пожалуйста, – я отстраняюсь и, схватив сумочку, направляюсь к выходу из гостевой комнаты.

– Агния, – окликает меня Воскресенский. – Выглядишь потрясающе. Возьми мою машину, ключи на полке в прихожей, документы там же.

– Зачем? Я на такси доберусь, – удивленно таращусь на Даню.

– Во-первых, сегодня пятница, такси будет ехать долго, а, во-вторых, так ты быстрее вернёшься, – уголки его губ приподнимаются в лёгкой улыбке, от которой мое сердце пускается в быстрый галоп.

– Хорошо, спасибо, – отвечаю я и выхожу из спальни.

После некоторых раздумий я все же беру машину Даниила. Так действительно мне будет проще и быстрее добраться в центр города. Перед тем, как выехать на оживленную трассу, я наворачиваю пару кругов по поселку, чтобы хоть немного привыкнуть к габаритам автомобиля. И, надо сказать, мне чертовски нравится эта громадина.

– И как я после этого крокодила, – говорю вслух, постукивая по рулю, – сяду за свою малышку?

Парковка перед рестораном забита донельзя, поэтому приходится ставить автомобиль почти за целый квартал рядом с новым бизнес-центром. Я глушу двигатель, но не сразу выхожу на улицу. Еще раз пробегаюсь любопытным взглядом по салону и касаюсь кожаной обивки сидений. Потрясающе. О таком внедорожнике можно только мечтать. Я открываю дверь машины и резко вздрагиваю от громкого голоса.

– Какого черта? – передо мной стоит разъяренная Алиса. Ее ноздри раздуваются от злости, а в глазах полыхает ярость. – Какого черта ты разъезжаешь на машине моего мужа?

– Алиса, здравствуй! Какая встреча! – восклицаю я. – Какими судьбами здесь?

– Не заговаривай мне зубы, – злится она, скрещивая руки перед собой. – Спрашиваю тебя еще раз: что ты делаешь за рулём автомобиля моего мужа?

– Какого мужа? Фиктивного? – ставлю машину на сигнализацию и прохожу мимо девушки.

– Не лезь, Агния, в мою семью, – кричит Алиса.

Я останавливаюсь. Делаю глубокий вдох и поворачиваюсь. Вижу перед собой несчастную беременную женщину, которая даже несмотря на все свои козни, не обрела того, о чем мечтает любой человек.

– Алиса, очнись! У тебя нет и никогда не было семьи с Даниилом. И я тебе больше скажу: ее никогда не будет! Просто прими это, наконец, и займись своей жизнью. Тем более, в твоем положении, – я кидаю беглый взгляд на ее уже большой живот, – думать ты должна только о ребенке. Я мать, и поверь, я знаю, о чем говорю.

– Ты как-то пронюхала, что у нас с Даней все наладилось, и решила вернуться спустя столько лет и все изгадить! – кажется, ее голос слышен даже на соседней улице. – Собралась повесить на него ребенка…

– Его ребенка, – уточняю, а в глазах Алисы мелькает испуг. Я киваю головой в подтверждение ее догадки. – Но вот твой малыш не имеет к Воскресенскому никакого отношения.

– Это не так! – рявкает она.

– Алиса, это не мое дело, и в отличие от тебя палки в колеса я никому вставлять не буду. Я всего лишь надеюсь, что у тебя хватит ума сказать правду. Даниил рано или поздно все выяснит, и тогда… Ты ведь сама понимаешь, что тогда будет. А теперь извини, у меня встреча. И подумай о ребенке.

Я ухожу вперёд и не слышу, что говорить Алиса. Вернее, не хочу слышать. Мне жаль ее. Она в погоне за Воскресенским просто вычеркнула несколько лет жизни, а ее одержимость этим мужчиной кажется пугающей. Я думаю, лучшее, что сейчас она может сделать, это поработать с психоаналитиком. Как минимум для того, чтобы доносить ребенка и предстать перед ним адекватной матерью.

– Агния, привет! Я рад тебя видеть, – Глеб целует меня в щёку, после чего галантно отодвигает мой стул.

– Здравствуй! – сдержанно произношу я, слегка улыбаясь.

– Я ужасно голоден, поэтому давай для начала определимся с заказом, – мужчина берёт в руки меню и быстро определяется со своими пожеланиями.

Я честно пытаюсь слушать, о чем говорит Ланской, но мыслями нахожусь в другом месте. Тем более, от Даниила через каждые пятнадцать минут приходят сообщения с фотографиями, на которых запечатлены Кира и сам Дан. В какой-то момент я все же убираю мобильный и сосредотачиваюсь на беседе.

– Ну что, ты приступил к реализации проекта? – интересуюсь я, вспоминая, что у Глеба с этим были небольшие трудности. – Мы давно на эту тему не говорили, и с твоей стороны, кстати, вопросов не поступало. По проекту есть нюансы, в которых ребята из бригады могут довольно долго разбираться.

– Я до сих пор в поисках бригады, – сокрушается мужчина. – Дело в том, что ребята, которых я планировал нанять, освободятся в лучшем случае только через полгода. Они делают какой-то крупный объект. Ну а полгода, сама понимаешь, это долго.

– Ого! – присвистываю я. – Хотя, у тех, кто зарекомендовал себя как профи, записи порой и на год расписаны.

– Это и неудивительно! На самом деле, не так просто найти рабочих, которые качественно выполняют свою работу. Хотя так в любой профессии.

– Ты прав, – отвечаю я и вновь тянусь к телефону.

– Агги, что случилось? Ты сегодня как будто сама не своя, – Глеб внимательно следит за каждым моим движением. Кажется, будто он видит насквозь, что творится внутри меня.

– Сегодня Даниил остался один с Кирой. Я волнуюсь, поэтому поглядываю в экран мобильного. Он отправляет забавные фото с дочкой и собакой.

– Какой собакой? – он выгибает бровь в недоумении.

– Даниил подарил дочери собаку, – спокойно отвечаю я.

– Зная Воскресенского, могу сказать одно: этот человек пытается стать ближе к Кире. И это похвально, – одобрительно кивает головой Ланской. – Вот только ближе он становится не только к девочке. Ты решила вернуться к нему, Агги?

Выражение лица Глеба излучает спокойствие. Он задаёт вопрос без претензий или каких-либо грубостей. Мужчина уже знает ответ, но он ждет определенных слов от меня.

– Я не приняла решение быть с ним, Глеб, я просто не хочу обманывать тебя, – я с сожалением наблюдаю за его реакцией, которую Ланской держит в себе. – Тем более, Алиса…

– Что касается Алисы, – мужчина делает паузу. – Сомневаюсь, что их брак продлился бы долго. Агги, ты должна знать, я хочу, чтоб ты была счастлива! – его глаза отливают теплотой. – Обещай мне, что не дашь себя в обиду, кто бы он ни был.

– Обещаю, – я ощущаю ладонь Глеба на своих пальцах, мягко улыбаясь мужчине.

На экране мобильного высвечивается имя Даниила, и я резко вырываю руку, чтобы смахнуть пальцем по экрану.

– Мамочка, – внутри меня все сжимается, потому что Кира рыдает в трубку.

– Что случилось? – взволнованно спрашиваю я.

– Лесси нигде нет, – отвечает дочь, продолжая всхлипывать. – Мамочка, приезжай скорее.

– Хорошо, я скоро буду, милая. Поищем ее вместе, – растерянно отвечаю.

– Папа уже пошел искать, – Кира снова начинает рыдать.

– А ты с кем? – внутри меня все холодеет.

– Дядя Кирилл приехал, – отвечает она.

– Хорошо, – я облегченно выдыхаю. – Я уже еду, малышка. Уверена, что папа сделает все, чтобы найти твоего питомца.