Текст книги "Чисто шведские убийства. Опасная находка"
![](/books_files/covers/thumbs_240/chisto-shvedskie-ubiystva-opasnaya-nahodka-257455.jpg)
Автор книги: Андерс де ла Мотт
Жанр: Полицейские детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Вкусная еда, роскошное вино и к тому же приятная компания. Да, и за пределами работы существует жизнь.
Тем временем в полицейском участке Симрисхамна Эспинг извлекла из кофемашины чашку кипятка и нашла в шкафу в крошечной кухоньке чайный пакетик. Во второй половине дня к ней вернулось хорошее настроение. Правда, Петер Винстон успел сделать многое из того, что собиралась выполнить она сама, но теперь его нет, и дальше решать ей.
По пути обратно к столу она получила сообщение от Фелисии. Это была фотография миски с чипсами, на заднем плане виднелся Боб, лежащий на полу перед телевизором.
В обычной ситуации Эспинг вздохнула бы с тоской. Будучи единственным следователем полиции Симрисхамна, она привыкла, что приходится работать по вечерам и в выходные. Но сегодня ей предстоял допрос подозреваемого в убийстве – первом убийстве, которое она расследует сама.
Она взглянула на часы. Скоро пора разбудить Матса Линдемана от пьяного сна и взяться за дело.
Послав своей партнерше улыбающийся эмодзи, она уселась за стол, чтобы еще раз продумать стратегию допроса. Лучше всего дать Линдеману спокойно рассказать, что произошло. Она будет придерживаться открытых вопросов, не давить на него. Чем больше деталей выяснится, тем лучше. Затем все это предстоит уточнить, подтвердить или опровергнуть.
Она приготовилась к тому, что допрос может занять несколько часов. В смысле, если Линдеман не признается сразу, что было бы вроде и хорошо, но все же принесло бы разочарование.
Эспинг встала, взяла с собой телефон и блокнот и пошла в крошечный изолятор. Свенск сидел в караульном помещении и смотрел телевизор, явно довольный тем, что ему выпала подработка.
Эспинг кивнула ему, чтобы он шел с ней, и открыла ближайшую стальную дверь.
Из камеры ей в лицо ударили алкогольные пары.
– Пора вставать! – громко сказала она.
С кушетки у стены приподнялся заспанный Матс Линдеман с красными прожилками в глазах. Спустя несколько секунд он спустил ноги и расправил широкие плечи. Почесал бороду, смущенно поглядывая на Эспинг.
– Да-а-а, – вздохнул он. – Такая вот гребаная история.
Глава 9
После ужина вся компания переместилась в библиотеку, чтобы выпить кофе с коньяком. По мнению Винстона, эта уютная комната с толстыми коврами и книжными полками из мореного дуба от пола до потолка смахивала на мужской клуб в Лондоне. Посередине стояли диваны и кресла в стиле «Честерфилд», за сотню лет покрывшиеся красивой патиной. Журнальный столик был изготовлен из старого чемодана с красочными наклейками Шведско-американской линии, Транссибирской магистрали и отелей в Санкт-Морице, Луксоре, Сингапуре, Вене и Стамбуле.
Перед тем как они встали из-за стола, в столовую забежала Аманда. Винстон ожидал перекрестного допроса по поводу следствия, но, к его большому удивлению, дочь задержалась всего на несколько минут, взяла себе тарелку с десертом и удалилась в свою комнату.
Впрочем, в обществе Анны Тюхе его разочарование вскоре улетучилось. Она оказалась умной, эрудированной и к тому же умела сострить, что придавало ей пикантности и смутно кого-то напоминало. С того момента, как он приехал в замок, он почти не вспоминал о драматических событиях дня. Присутствие Анны сделало терпимым даже попурри из студенческих песен в исполнении Поппе и Фаббе, что было непростой задачей.
К этому моменту удалые однокашники уже изрядно набрались.
– Петер, будешь сигару? – заплетающимся языком спросил Фаббе.
– Спасибо, нет, – ответил Винстон и покачал головой.
– А жаль, Поппе как раз собирается достать свои лучшие Cohiba. Не так ли, дорогой братец?
Фабиан похлопал Поппе по спине и повел его в тот угол библиотеки, где стоял хьюмидор.
– Фаббе к вам надолго? – спросила Анна, когда два лучших друга отошли настолько далеко, что не могли их слышать.
– Запись «Шоу антикваров» в четверг на следующей неделе, – вздохнула Кристина. – Так что еще десять дней.
Анна рассмеялась.
– Приезжай в Мальмё и поживи у меня, если тебе совсем надоест этот мальчишник.
– Может быть, – проговорила Кристина и повернулась к Винстону. – Кстати, Анна рассказывала, что она тоже будет выступать в «Шоу антикваров»!
Анна стала отмахиваться обеими руками.
– Ой, да ничего особенного. Фаббе обеспечил мне сюжет на пять минут в том эпизоде, который будет сниматься здесь, в Ерснэсе.
– Что значит – ничего особенного? – возразила Кристина. – Ты будешь выступать в качестве приглашенного эксперта в одной из самых популярных телепередач Швеции. Фаббе начинал именно с этого – и смотри, как у него пошли дела. В области антиквариата он звезда первой величины.
Она сделала жест в сторону курительного уголка, где Фабиан и Поппе дымили сигарами, задушевно о чем-то беседуя.
– Как вы думаете, о чем секретничает наша парочка? – спросила Анна.
– Понятия не имею, – вздохнула Кристина. – Скорее всего, о деньгах. В том или ином виде речь всегда идет о них. И просто чтобы вы знали: Фабиан приготовил для нас какую-то игру.
Она шутливо ткнула Петера в бок.
– Ты ведь любишь игры, не так ли, Петер?
Винстон заметил, что Анна Тюхе испытующе смотрит на него. Прежде чем он успел придумать какой-нибудь дипломатичный ответ, в кармане у него завибрировал телефон.
Номер Эспинг. Спасен финальным гонгом.
Извинившись, он выскользнул в роскошный холл. Пройдя десяток метров, свернул в альков, чтобы как-то уединиться. Он был очень рад, что она позвонила, и с любопытством ждал результатов допроса.
– Петер Винстон, – ответил он.
– Это Эспинг. Помешала?
– Вовсе нет.
Последовала короткая пауза, пока его собеседница собиралась с духом.
– У Матса Линдемана алиби. И перед дождем, и после него он находился в администрации ярмарки. Я поговорила с двумя сотрудниками, которые независимо друг от друга подтверждают его историю. Они хорошо его помнят, потому что он был пьян и надоедлив.
За пределами алькова раздался звук, словно кто-то еще вышел из библиотеки.
Приложив трубку как можно ближе к уху, Винстон прижался к стене.
– Так-так, – проговорил он. – А ссора в начале дня?
– Линдеман признает, что схлестнулся с Тедди около одиннадцати утра, – сказала Эспинг. – Кроме того, он сообщает, что они поругались еще раз. Вскоре после обеда Тедди заявился в его павильон, чтобы похвастаться маленькой старинной чашей, которую по случаю купил за гроши на ярмарке. По словам Линдемана – специально, чтобы ему досадить. Именно поэтому он отправился в администрацию ярмарки – требовал, чтобы ему дали на следующий год другое место, как можно дальше от Тедди.
Звук раздался снова. Винстон высунул голову в холл, но никого не увидел.
– Вы отпустили его? – спросил он.
– Сейчас сделаю, – приглушенно ответила Эспинг.
И снова в трубке возникла пауза.
– Кстати, я связалась с Эл-Йо, – продолжала она. – Его телефон отключился, он звонил с заправки. Он едет домой в Симрисхамн, хочет встретиться с нами завтра, в девять утра. Я сказала, что у вас, вероятно, нет времени…
– У меня есть время, – заверил ее Винстон, пожалуй, слишком поспешно.
Снова тишина.
– Что ж… тогда увидимся завтра, – сухо закончила Эспинг.
– Да, – ответил Винстон, – до завтра.
Но разговор уже прервался. Положив телефон в карман, Винстон медленно направился обратно в библиотеку.
Стало быть, у Линдемана алиби. Значит, внешне такое простое дело теперь стало куда запутаннее. А то, что Эл-Йо спрашивал о Винстоне, может означать только одно.
Шеф полиции хочет, чтобы он помог в ведении следствия. Винстон отметил, что невольно улыбается. Его полицейский мозг тут же принялся систематизировать впечатления вчерашнего дня. С появлением новых сведений на все следует посмотреть под новым углом.
Внезапный звук заставил его остановиться. Похоже, кто-то всхлипнул.
Оглядевшись, он заметил еще один альков, до половины скрытый рыцарскими доспехами.
На каменной скамье у стены сидел, сгорбившись, Фабиан Андерле. В одной руке он держал свои большие очки, в другой – белый платок. Плечи его вздрагивали.
– Кхе-кхе, – откашлялся Винстон.
Фабиан вздрогнул, испуганно поднял глаза и тут же поднес платок к глазам.
– Извини, не хотел тебя пугать, – проговорил Винстон. – Как дела?
Фабиан продолжал вытирать слезы, отмахиваясь рукой, в которой держал очки.
– Ничего страшного, – глухо ответил он. – Просто немного устал.
Он засунул платок в карман. Без характерных очков его лицо казалось бледным и заурядным.
– Денек сегодня выдался долгий и насыщенный, силы вдруг кончились. Не говори ничего Поппе, он от души повеселится, услышав, что ему удалось меня споить. – Он тяжело вздохнул. – Как бы нам ни хотелось, но мы уже не молодежь. Время утекает, как песок из пальцев. Беден ты или богат – всех нас ждет один конец.
Винстон стал переминаться с ноги на ногу. Внезапный приступ подавленности у Фабиана застал его врасплох, он не знал, что сказать или сделать. Неловкую тишину прервал громкий звонок. Достав телефон, Фабиан приложил его к уху.
– Андерле, – ответил он бодрым голосом. – Кто-кто? А, да-да…
Винстон воспользовался случаем удалиться и пошел обратно в библиотеку.
Тихонько вернувшись в свое кожаное кресло, он обнаружил, что разговор перешел к драматическим событиям дня.
– Я была в магазине у Тедди Перссона не далее как на прошлой неделе, – почти шепотом проговорила Кристина. – Искала чугунные вазы, чтобы поставить на въезде в аллею. У Тедди большой хутор в окрестностях Гладсакса. Там у него полная неразбериха, масса вещей, почти невозможно что-нибудь найти. И не сказать, что дешево. – Она покачала головой. – Жена и сын тоже там работают. Сын, насколько я поняла, поет в церковном хоре. Ты ведь тоже знала Тедди, да, Анна?
Винстон понимал: ему не следует думать об этом деле, надо расслабиться и наслаждаться свободным вечерком с коньячком, в приятной компании. Но было уже поздно: его мозг начал работать. Подавшись вперед, он стал с интересом слушать.
– Ну, как сказать, знала, – проговорила Анна. – Мир антиквариата достаточно тесен. Я, конечно же, знала, кто это: о нем слышали все. Тедди в основном занимался скупкой имущества умерших. То есть скупал у наследников все оптом, идя скорее от количества, чем от качества. Но время от времени ему попадались весьма ценные вещи, которые он перепродавал настоящим торговцам антиквариатом вроде меня. Мы – так сказать, следующая ступень пирамиды.
– А на самой вершине восседает старина Фаббе, поглядывая на вас всех сверху вниз, – выпалил Поппе излишне громко. Кристина бросила на него сердитый взгляд.
– Извини моего мужа, – сказала она. – Вино с коньяком, похоже, смыли его чувство такта.
– Ничего страшного. – Анна с улыбкой покачала головой. – Поппе совершенно прав. Аукционный дом в Мальмё, где Фаббе является совладельцем, – один из крупнейших игроков на рынке антиквариата. Именно там происходят самые значительные сделки.
Винстон постарался вернуть разговор к личности потерпевшего:
– Ты сказала, что все знали Тедди. Откуда?
Казалось, Анна тщательно подбирает слова.
– О Тедди ходили слухи, что иметь с ним дело непросто. Скупка наследства – особое занятие, ведь выкупают все имущество, иногда и дом с машинами. Поговаривали о том, что он предлагал явно заниженную цену, не платил налогов. Бывало, что клиенты считали себя обманутыми. Но подавляющее большинство антикваров все равно имели дела с Тедди. Никто не хочет упустить хорошую вещь, а ведь никогда не известно, что может всплыть при выкупе всего имущества целиком.
– Ты видела Тедди сегодня на ярмарке? – спросил Винстон.
– Нет. – Бокал с коньяком в руках у Анны слегка качнулся. – Хотя, впрочем, видела. Мы столкнулись сегодня рано утром. Так сказать, на бегу.
Винстон положил ногу на ногу.
– Он что-то говорил?
Она покачала головой.
– Разве что «привет». Наше знакомство, как я уже сказала, было шапочным.
Винстона охватило желание достать свою записную книжку, но он понимал, насколько это было бы неуместно. Вместо этого он постарался дословно запомнить ответы.
– В каком он был настроении?
Анна задумалась.
– Я бы сказала, в приподнятом. Тедди был человеком грубоватым, это часть его бизнес-стратегии. Но когда я столкнулась с ним сегодня утром, он улыбнулся мне и радостно поприветствовал. И еще я заметила, что он был необычно хорошо одет.
Хорошо одет? Это совершенно не вязалось с собственным впечатлением Винстона от Тедди. Судя по всему, Анна прочла его мысли.
– Конечно, не так, как ты, Петер. Но на нем была рубашка, и, похоже, он сбросил несколько килограммов.
– А почему ты спрашиваешь, Петер? – вклинилась Кристина. – Ты ведь не собирался работать над этим делом.
Прежде чем Винстон успел ответить, дверь библиотеки с грохотом распахнулась.
В проеме появился Фабиан Андерле с пачкой бумаг под мышкой и тряпичной сумкой в руках. Выглядел он куда бодрее, чем несколькими минутами ранее.
– Дорогие друзья! – выкрикнул он. – Меланхолия отступила, и я воскрес из мертвых. Настало время для финального аккорда. Но прежде мы с Анной хотели бы вручить нашим замечательным хозяевам небольшой подарок. Петер, можно попросить тебя пересесть на диван?
Жестом указав Винстону, чтобы тот сел рядом с Анной Тюхе, он плюхнулся в освободившееся кресло и положил стопку бумаг перед собой на стол.
– К сожалению, мы не успели его красиво упаковать, – извиняющимся тоном сказала Анна.
Петер с любопытством глянул через ее плечо. Стопку бумаг в голубой картонной обложке соединяли две голубые ленты, завязанные бантиком.
– Что это, такое необычное? – спросила заинтригованная Кристина.
– Откройте – увидите, – загадочно проговорил Фабиан и пододвинул к ней стопку.
Кристина развязала бантик и открыла папку.
На верхней странице лежало засушенное растение. Приклеенная рядом карточка сообщала его латинское и шведское названия, класс, семейство, где, когда и кем оно сорвано. Все это написано синими чернилами старинным почерком с завитушками.
– Гербарий! – воскликнул Поппе. – Как здорово!
– Да, но не простой гербарий, – ответил Фабиан. – Прочти текст на внутренней стороне обложки.
Кристина попыталась разобрать рукописную надпись.
– «Замок Ерснэс и его окрестности. Составлено Беатой Русенкранц в 1848 году», – прочла она.
– Это же бывшая хозяйка Ерснэса! – изумленно произнес Поппе.
– Вот именно, – кивнул Фабиан. – Именно Беата собрала растения и сделала гербарий.
Анна подалась вперед.
– Посмотри сюда.
Она извлекла приложение на более тонкой бумаге, лежащее в самом низу стопки. Открыла первую страницу и показала красивую начерченную вручную карту сада при замке, раскрашенную акварелью, с номерами и указателем.
– Это план того, как выглядела территория вокруг замка в 1848 году. А в самом гербарии сделаны разделы – по разным участкам сада.
– О, как круто! – воскликнула Кристина, водя пальцем по карте. – У них были не только сад и огород, но и целая плантация со всякими пряностями. И беседка возле пруда! Имея эти чертежи, мы все сможем воссоздать!
С сияющим лицом она обернулась к мужу.
– Кажется, это недешево обойдется, – озабоченно пробормотал Поппе.
– Удачно, что эта задача не выпала какому-нибудь бедняку, – с улыбкой сказал Фабиан, поддразнивая друга. Его уныние как корова языком слизала, что очень удивило Винстона. Сейчас мужчина был снова полон энергии, как и в начале ужина. В высшей степени удивительное перевоплощение.
– Где вы такое разыскали? – спросила Кристина.
Анна развела руками.
– Хотите – верьте, хотите – нет: мы нашли его буквально сегодня.
– Не будь такой скромницей, – прервал ее Фабиан. – Анна обнаружила его сегодня. На ярмарке.
– Невероятно! – воскликнул Поппе. – Каковы шансы так попасть в яблочко?
Анна кивнула и улыбнулась.
– Хотя, – продолжила она задумчиво, – где еще в мире можно найти такую вещь, как не в этих местах? В тридцатые годы такие гербарии стало очень модно делать самим, но этот – аж 1848 года. Собран всего через семьдесят лет после смерти Карла Линнея.
– О! – с восторгом воскликнула Кристина. – Какой потрясающий подарок! Огромное вам спасибо!
– Это мы должны благодарить за чудесное гостеприимство, – задушевным тоном произнес Фабиан.
Откинувшись на диване, Винстон наблюдал за всей компанией. Гребарий правда оказался на редкость в тему.
Отпив глоток коньяка и поставив свой бокал, специалист по антиквариату хлопнул в ладоши.
– А теперь – финальный аккорд. Как я и обещал, я подготовил небольшую игру.
Он стал вынимать из тряпичной сумки какие-то предметы.
Первым оказалась бронзовая статуэтка, которая изображала обнаженного юношу, стоящего на большой ладони. Вторым – белая фарфоровая сахарница с красивой росписью и золоченым декором. Третий и последний предмет представлял собой грубо вырубленную деревянную фигуру быка, совокупляющегося с коровой.
– Где ты это раздобыл? – спросила Кристина. – Здесь, в замке?
– Само собой, в одном из шкафов в коридоре, рядом с кухней, – ответил Фабиан. – Поппе разрешил мне устроить небольшую охоту за сокровищами. Хорошее настроение всем гарантирую.
Довольный Поппе посмеивался, потирая руки.
– Эту штуку я отправлю прямиком в помойку, – решительно заявила Кристина. – Самая уродливая поделка из всех, что я видела.
Тем временем Винстон и Анна оказались ближе друг к другу. Поскольку он не придвигался к ней, то предположил, что это сделала она. Ее колено коснулось его ноги, через ткань брючины он ощутил тепло.
– А сейчас нам предстоит угадать, сколько стоят эти предметы, – заявил Фабиан. – Расположите их по ранжиру от одного до трех и укажите, за сколько, по-вашему, эта вещь могла бы уйти на аукционе.
Раздав всем листочки бумаги и ручки, он достал порцию снюса и положил за губу.
В обычной ситуации Винстон относился к коллективным играм довольно прохладно. Вероятно, тут сыграли роль коньяк и компания – так или иначе эта игра показалась ему вполне сносной, даже приятной.
Кристина повернулась к Анне.
– Ты будешь участвовать? Ведь для тебя это как детская забава.
Анна рассмеялась.
– Напротив! Я разбираюсь только в дизайне двадцатого века.
– Если не выиграешь, тебя уволят из «Шоу антикваров» еще до выступления, – произнес Фабиан с наигранной суровостью.
– Можешь не волноваться, Анна, – сказал Поппе. – То, что происходит в Ерснэсе, не выйдет за эти стены.
Участники игры вертели в руках предметы, взвешивали их в руках, пытались прочесть клеймо. Винстон понятия не имел, что искать, поэтому исходил из внешнего вида. В конце концов он пришел к выводу, что наиболее ценной является статуэтка, затем – сахарница, а последней – странная скабрезная скульптура.
Убедившись, что все выполнили задание, Фабиан собрал листочки, быстро проглядел их и откашлялся.
– А теперь правильный ответ, – провозгласил он. – Сахарница сделана на Датском королевском фарфоровом заводе и относится к сервизу под названием Flora Danica. Одно из самых красивых фарфоровых изделий, расписано вручную в Копенгагене. У датской королевской четы этот сервиз стоит на столе, когда приходят особо важные гости. Стоимость сахарницы – десять тысяч крон.
– Пожалуй, пора перестать мыть ее в посудомойке, – шутливо проговорил Поппе.
– Бронзовая статуэтка называется «Рука Бога» и создана Карлом Миллесом. Это знали все, кроме Петера, но с ценой вы не очень угадали. На аукционе она стоила бы пятьдесят тысяч крон.
Он сделал театральную паузу.
– И вот мы подошли к последнему объекту. Эротическая скульптура, изображающая быка и корову. Вы дали за нее от пяти до ста пятидесяти крон.
– Продано! – крикнула Кристина и стукнула кулаком по столу.
– Боюсь, вы немного пожадничали, – возразил Фабиан. – Скульптура называется «Коровья свадьба» и создана очень талантливым скульптором родом отсюда, из Эстерлена, по имени Чивикс-Лассе. Вероятно, он неизвестен широкой публике, но во всем мире есть коллекционеры, охотящиеся за его работами, и поэтому эта скульптура – самый дорогой предмет на столе. На международном аукционе она ушла бы за двадцать тысяч евро.
Поппе поперхнулся коньяком.
– Что ты говоришь? Двадцать тысяч за совокупляющихся быка и корову?
Кристина поджала губы.
– Надо же, а я об этом ничего не знала, – улыбнулась Анна, слегка толкнув Винстона локтем в бок.
Поппе взял в руки деревянную скульптуру и принялся ее разглядывать.
– Подумать только, так тонко действовать топором! Какое мастерство! Просто шедевр! Понимаю, за что знатоки так ценят этого скульптора. Как, ты сказал, его зовут – Чивикс-Лассе? С этого момента она будет стоять на почетном месте у главного входа. Что скажешь, дорогая?
– Ни за что на свете, – решительно заявила Кристина. – Может быть, она и дорогая, но по-прежнему чудовищно уродливая. Продай ее, чтобы мы от нее избавились.
Поппе и Кристина продолжали переругиваться, но тут Винстон заметил, что Фаббе и Анна обменялись многозначительными взглядами. Между ними происходила какая-то игра.
– Фаббе… – проговорила Анна, требовательно подняв брови.
Фабиан развел руками.
– Друзья, – сказал он, – я вас разыграл. Никакого Чивикс-Лассе не существует. Эта скульптура ничего не стоит.
Крякнув от разочарования, Поппе со стуком поставил деревянную фигурку на стол. Остальные разразились громким смехом.
– Надеюсь, вы меня прощаете. – Фабиан сделал обезоруживающий жест. – Этой шуткой я хотел проиллюстрировать, как на нас влияют деньги. При оценке предметов я сталкиваюсь с этим постоянно. Когда люди узнают, что какой-то предмет очень ценный, они начинают смотреть на него другими глазами, замечают красоту, которой раньше не видели. Но ценность постоянно меняется. Вещи, которые еще несколько лет назад невозможно было продать, – латунные лампы с бахромой, например, – вдруг всплывают на международных аукционах по фантастическим ценам. И тут шведы тоже начинают думать, что это красиво. Короче, каждый видит то, что хочет видеть.
Винстона розыгрыш Фабиана позабавил, а его рассуждения были созвучны тому, что он замечал в своей полицейской работе. С того момента, как человека объявляли главным подозреваемым, на него смотрели по-другому. И нередко следствие начинало просто искать доказательства, подтверждающие эту версию.
Фабиан положил два пальца на бронзовую статуэтку.
– Чтобы закончить нашу игру на мажорной ноте, скажу, что статуэтка Миллеса стоит не пятьдесят тысяч, как я сказал, а сто пятьдесят тысяч. В последние годы цены на него сильно поднялись.
Поппе просиял.
– Тогда именно ее мы поставим на почетном месте в большом холле. В свое оправдание могу сказать, что мне она всегда нравилась.
– А совокупляющихся животных мы бросим в камин, – сказала Кристина с довольным выражением лица, указывая на деревянную скульптуру. – Забавная была игра, Фабиан. И еще раз спасибо за чудесный подарок.
Винстон отметил, что ее прежняя неприязнь к Андерле явно ослабла.
– Осталось сказать последнее, – с довольным видом произнес Фабиан, поднимая свой бокал.
Винстон сделал то же самое. В очередной раз он встретился глазами с Анной Тюхе, и снова она наградила его улыбкой. Можно сказать, что вечер удался на славу. А завтра утром ему предстоит встретиться с Эспинг и Эл-Йо и включиться в новое расследование убийства. Очередной ребус. Очередная головоломка.
– За ваше здоровье! – провозгласил Фабиан. – За наших хозяев, и спасибо за чудесный вечер!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?