Текст книги "Япония: экономика и бизнес"
![](/books_files/covers/thumbs_240/yaponiya-ekonomika-i-biznes-145954.jpg)
Автор книги: Андрей Белов
Жанр: Экономика, Бизнес-Книги
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
2.4. Первая и Вторая мировые войны: 1914–1945 гг.
Первая половина XX в. – это один из самых бурных периодов в современной истории Японии. Он вобрал в себя Первую мировую войну и последовавший за ней экономический бум, рост крупных предприятий и усиление семейных конгломератов дзайбацу, создание политических партий и начало партийной политики, мировой кризис и быстрое восстановление по кейнсианским рецептам, расширение колониальной империи и сползание в войну, формирование военной экономики и отказ от принципов свободного рынка и, наконец, сокрушительное поражение и удивительное возрождение. В тридцать с небольшим лет уместилось несколько принципиально разных этапов экономической и политической жизни.
В Первую мировую войну Япония вступила союзником Великобритании. Англо-японский договор 1902 г., пролонгированный в 1911 г., предписывал защиту союзника в случае атаки на него со стороны более чем одного врага. В соответствии с этим Япония могла сохранить нейтралитет, когда Великобритания, Франция и Россия объявили войну Германии в августе 1914 г. Однако правительство Японии приняло другое решение и оккупировало ряд германских колоний в Китае и несколько островов Тихого океана. Собственно говоря, на этом и закончилось прямое участие Японии в Первой мировой войне.
А вот в экономике произошло несколько намного более важных событий. В 1913 г. внешний долг Японии, накопленный со времен русско-японской войны, составлял примерно 22 % ВНП и был деноминирован во франках и фунтах стерлингов. Военные действия привели к росту мировых процентных ставок и повышению стоимости обслуживания долга. Однако после утверждения военного присутствия в Китае Япония начала выдавать займы в иенах китайскому правительству под повышенные проценты и сумела извлечь из этого существенные выгоды. За несколько лет выданные Японией международные займы превысили накопленные долги и страна превратилась в нетто-кредитора. В 1919 г. чистые номинальные зарубежные активы Японии достигли примерно 13 % ВНП. Таким образом, резкое повышение процентных ставок не столько увеличило нагрузку по обслуживанию долга, сколько дало возможность стране самой начать кредитование и получать дополнительные процентные доходы. Кроме того, займы в иенах привели к падению обменного курса, что благоприятно сказалось на секторе промышленности, производящем экспортную продукцию, и привело к подъему импортозамещающих отраслей. Всё это стало причиной настоящего экономического бума 1914–1919 гг. с темпами роста ВНП, достигавшими 7–8 % в год.
Важной чертой экономического подъема стал рост крупных промышленных предприятий, применявших современные технологии. Разумеется, крупные фирмы составляли меньшинство, на них работало относительно немного рабочих, но само их существование серьезно влияло на все стороны экономической жизни. Именно в эти годы укрепились знаменитые японские дзайбацу. Как отмечалось ранее, наиболее известные семейные конгломераты – Mitsui, Mitsubishi, Sumitomo, Yasuda – были основаны в периоды Токугава или Мэйдзи. Первоначально каждая из дзайбацу имела четко выраженную специализацию, но к началу XX в. произошла стремительная диверсификация их деятельности. Огромные прибыли, полученные дзайбацу в годы военного промышленного подъема, превратили последние в серьезную экономическую силу. Дзайбацу практически не занимались крупнейшими секторами экономики, которыми по-прежнему оставались сельское хозяйство и текстильная промышленность. Однако в остальных областях они, по всей видимости, играли ведущие роли. В частности, в 1928 г. капитал четырех главных дзайбацу составлял 15,2 % от суммарного оплаченного капитала Японии. Кроме названных главных группировок, признакам дзайбацу (семейный контроль, наличие холдинга, диверсификация деятельности, крупные размеры) удовлетворяли еще по меньшей мере 10 других конгломератов: Furukawa, Asano, Okura, Suzuki, Nomura, Fujita, Yasukawa, Kawasaki, Iwai и Kuhara.
Быстрый рост дзайбацу убедительнее всего объясняется тем, что они смогли предложить эффективную систему управления многоотраслевыми активами через холдинговые компании. Недаром в 1960-х годах дзайбацу частично возродились в виде финансово-промышленных групп (кигё сюдан, или финансовых кэйрэцу), хотя холдинговый контроль за собственностью был реорганизован и перешел к головным банкам.
Наряду с дзайбацу в Японии действовало множество малых предприятий и лиц, занимавшихся индивидуальной экономической деятельностью. Частично это было обусловлено структурой экономики. Так, например, в 1940 г. из 34,2 млн работающих в сельском хозяйстве были заняты 13,8 млн человек (40,5 %), что намного превышало суммарную долю добывающей промышленности, обрабатывающих отраслей и строительства (8,6 млн человек, или 25,1 %). В целом в японской экономике 58,1 % занятых трудились индивидуально или на предприятиях с числом работников менее пяти человек. Только в двух отраслях доля индивидуальной занятости и «микропредприятий» была ниже 50 %, а именно в обрабатывающей промышленности (21,3 %) и на транспорте (8,1 %) [Flath, 2005, p. 50].
Структура занятости с решающей долей малых и средних предприятий сохранилась в Японии до сих пор, несмотря на радикальную перестройку экономической деятельности. Следовательно, малые предприятия и тогда, и сейчас обладали и обладают высокой конкурентоспособностью, т. е. возможностью предоставлять потребителям уникальные продукты и услуги по привлекательным ценам. Конкурентоспособность МСП и индивидуальных предпринимателей в сельском хозяйстве можно объяснить особенностями распределения земельной собственности и малыми земельными наделами, сложностями применения техники, доступностью дешевого труда и развитием технологий по пути применения не столько машин, сколько удобрений и новых сортов растений. В промышленности МСП помогли сохранить и развить традиции монодзукури и методы обработки материалов, характерные для Японии. В торговле МСП дали возможность покупателям осуществлять ежедневные покупки в небольших количествах. Всё это дает основания для характеристики Японии как «страны малых предприятий», сохраняющей силу по сей день.
Комбинация отдельных крупных компаний и дзайбацу с множеством малых и средних предприятий привела к формированию в Японии устойчивой и эффективной системы организации экономической деятельности. В рамках данной системы дзайбацу обеспечили концентрацию капитала и технологий, необходимых для решения крупных задач, и начали играть роль «полюсов роста», а малые и средние предприятия предоставили возможность массовой занятости и амортизации конъюнктурных колебаний, т. е. превратились в стабилизатор экономики. Такое сочетание механизмов роста и стабильности стало важной чертой экономического развития Японии.
После окончания военного промышленного бума экономика Японии, как и многих других стран, вступила в период депрессии. Основными событиями экономической истории того времени стали отказ от золотого стандарта в 1917 г. и последовавшая инфляция 1918–1919 гг., разрушительное землетрясение в Токио в 1923 г. (100 тыс. погибших, огромное число уничтоженных зданий и сооружений и ущерб, составивший 42 % ВНП), попытки финансовой стабилизации путем сжатия денежного предложения в 1927–1929 гг. и, наконец, возвращение к золотому стандарту и довоенному курсу иены, доллара и золота с 11 января 1930 года. Последнее решение, принятое в разгар мирового экономического кризиса, привело к повышению курса иены, сокращению экспорта, оттоку золота из страны, падению внутренних цен (дефляция) и стагнации производства. Впоследствии это решение будут сравнивать с «открытием окошка во время тайфуна». Правительство отменило золотой стандарт в декабре 1931 г. Вслед за этим были приняты меры по снижению процентных ставок, увеличению кредитования коммерческих банков и расширению бюджетных расходов, которые дали немедленный позитивный результат.
А вот нестабильность в политической сфере так и не удалось преодолеть. Завершился относительно короткий период, называемый «демократией Тайсё» (эра Тайсё: 1912–1926 гг.). После продолжительного увеличения доли жителей, пользующихся избирательным правом (с 1,3 % населения в 1902 г. до 20 % в 1928 г.), формирования нескольких политических партий и начала политической борьбы за голоса избирателей усилилось давление на власть со стороны военных кругов. Причем инструментом такого давления стали молодые и фанатически настроенные офицеры императорской армии. Они осуществляли многочисленные убийства членов правительства, совершали попытки военного переворота в 1931 и 1936 гг., а когда этого казалось недостаточно, то начинали самостоятельные действия, идущие вразрез с официальной политикой представительных органов государственной власти. Считается, что именно так следует рассматривать осуществленный в 1931 г. Квантунской армией фактический захват Маньчжурии. Впоследствии, в 1937 г., короткая перестрелка на мосту Марко Поло близ Пекина привела к быстрому распространению военного конфликта на обширные районы, хотя незадолго до этого правительство приняло решение отложить войну с Китаем и СССР по меньшей мере на 5 лет. К 1939 г. японская армия контролировала большинство крупных китайских городов и важнейших транспортных путей. Естественно допустить, что после таких демонстраций силы со стороны военных кругов правительство Японии фактически попало под военный контроль.
Первый шаг по мобилизации экономики был сделан в 1931 г. Закон о контроле над важнейшими отраслями промышленности официально объявил существовавшие торговые ассоциации предприятий инструментами государственного влияния. С 1933 г. Министерство финансов получило право контроля над всеми операциями с иностранной валютой, а значит, и над внешней торговлей. В 1936 г. во второй редакции Закона появился перечень отраслей, которые обязаны были либо начать производство вооружений, либо прекратить работу. В сентябре 1937 г. невоенным отраслям было запрещено получать банковские займы, появился контроль над использованием морских судов. В октябре того же года в составе правительства был образован Совет по планированию, распределению материальных ресурсов и осуществлению внешнеторговых операций. К 1938 г. все важнейшие отрасли промышленности специальными законами были переведены под государственное управление. По-видимому, степень государственного контроля над экономической деятельностью достигла высшей точки в ноябре 1943 г., когда менеджеры действующих производственных компаний были объявлены государственными служащими, а финансовые организации получили статус ведущих банков.
Фактически в Японии появился свой собственный вариант смешанной частно-государственной экономики с крупным сектором централизованного планирования. Тем не менее мобилизационные меры не принесли желаемых результатов. С экономической точки зрения производственные возможности Японии оказались явно неадекватны тем ресурсам, которые были мобилизованы против нее союзными силами. Правящие круги Японии допустили грубейшую ошибку, истратив значительную часть национального богатства на провалившуюся попытку международной экспансии.
2.5. Американская оккупация Японии: 1945–1952 гг.
С 15 августа 1945 года (капитуляция и принятие Потсдамской декларации) по 28 апреля 1952 года (так было определено в мирном договоре, подписанном в сентябре 1951 г. в Сан-Франциско) Япония не имела государственного суверенитета и находилась под управлением Главнокомандующего союзными оккупационными войсками. Американские вооруженные силы играли среди них ведущую роль. Главнокомандующим был генерал американской армии Д. Макартур (D. Macarthur) в 1945–1951 гг. и М. Риджуэй (M. Ridgeway) в 1951–1952 гг. Поэтому, несмотря на теоретически союзный характер действий, данный период вполне справедливо называют американской оккупацией Японии. Правительство Японии, в отличие от германской ситуации, не было распущено и продолжало функционировать, однако основные его шаги должны были согласовываться с американской военной администрацией. Кроме того, многие решения принимались американцами самостоятельно, а их исполнение поручалось японским административным органам.
В течение шести лет и восьми с половиной месяцев американской оккупации были заложены основы политической и институциональной системы японского общества, которые сохранились до сих пор. Считается, что события конца 1940-х годов подтолкнули быстрый экономический рост, получивший затем название «японского экономического чуда». На самом деле период оккупации четко разделяется на три этапа: демократизация (1945–1948), финансовая стабилизация (1949–1950) и начало роста (1951–1952). На каждом из этих этапов американская администрация преследовала разные цели, проводила разную политику и, соответственно, получала разные экономические результаты.
Причины резкой смены направлений американской политики в период оккупации настолько хорошо изложены в широко используемой нами книге Д. Флата, что нам остается только привести обширную цитату из нее: «Первоначальной целью оккупационной политики было наказать виновных (определенных Соединенными Штатами!) и укрепить политическую демократию. Когда американцы приступили к реализации этой цели, они в лучшем случае безразлично относились к быстрому экономическому восстановлению Японии. Возможно, именно поэтому в первые три года после окончания войны Верховное командование немного сделало для сокращения инфляционного финансирования бюджета, урезания огромных субсидий и отмены неэффективного регулирования. Затем, в 1949 г., подход США к Японии претерпел изменения. Отношения США с Советским Союзом ухудшились, в континентальном Китае победила коммунистическая революция, и в этих условиях выяснилось, что Япония может стать важным союзником США в Азии. Если экономика Японии не смогла бы восстановиться, это оказалось бы причиной постоянных потерь ресурсов для правительства США. Таким образом, в русле новой политики Вашингтона Верховное командование должно было перестать безразлично относиться к экономическому восстановлению Японии и вместо этого начать активно содействовать ему» [Flath, 2005, p. 83]. Итак, рассмотрим этапы «наказания виновных» и «содействия экономическому восстановлению» более подробно.
Наиболее важными событиями первых трех послевоенных лет стали крупные политические реформы и усиление государственного контроля над экономикой. Политическая демократизация началась вслед за роспуском вооруженных сил, арестом и наказанием военных преступников. В 1947 г. была принята конституция Японии, подготовленная за одну неделю в штабе Верховного главнокомандующего. Конституция определила систему представительной демократии с двухпалатным парламентом и выбором премьер-министра партией парламентского большинства. Император Японии был назван «символом государства», но лишен политических полномочий. Знаменитая 9-я статья зафиксировала «отказ от войны как суверенного права государства и использования силы или угрозы как средства разрешения международных конфликтов», а также установила, что «сухопутные, морские и воздушные силы, так же как и другой военный потенциал, никогда не будут создаваться». Движение за пересмотр конституции началось в Японии сразу после обретения страной независимости. Тем не менее к началу 2017 г. конституция так и не была изменена, просуществовав без поправок свыше 70 лет! Безусловно, это указывает на то, что американске военные смогли найти чрезвычайно устойчивые формулировки и удачные пути решения сложных политических проблем того времени.
Другим важным шагом, направленным на улучшение экономического положения крестьян, стимулирование производства продовольствия и перераспределение собственности стала земельная реформа. Она проводилась в несколько этапов и включала следующие меры: ограничение земельной собственности во владении одного лица (1 га в центральных районах страны и 4 га на северном о. Хоккайдо), запрещение владения сельскохозяйственной землей лицам, не проживающим в непосредственной близости от нее, выкуп государством земель от городских собственников по ценам 1939 г. (в 150 раз ниже цен 1946 г.) и передача их возделывающим землю арендаторам. Фактически это означало перераспределение земельной собственности в пользу крестьянства. С 1946 по 1955 г. доля земли, обрабатываемой на условиях аренды, сократилась с 50 % до 10 %. В годы земельной реформы произошли увеличение площадей обрабатываемой земли, рост числа работающих на ней, а также расширение применения удобрений и продуктивных сортов сельскохозяйственных культур. В целом с 1939 по 1949 г. производство сельскохозяйственной продукции в Японии выросло на 56 %.
Вместе с тем земельная реформа породила в жизни общества немало проблем, многие из которых не решены до сих пор. Прежде всего от фактической конфискации земли пострадали не только крупные землевладельцы (которых в стране было совсем немного), но и 3,7 млн собственников, составлявших существенную часть городского населения и социального слоя, называемого сейчас средним классом. Кроме того, были введены жесткие ограничения размеров земельных участков и правил продажи сельскохозяйственных земель, многие из которых продолжают действовать и сейчас. Продать или изменить целевое назначение сельскохозяйственных участков стало настолько сложно, что даже в настоящее время в пригородах крупнейших японских мегаполисов можно встретить возделываемые рисовые поля и огороды, хотя это представляет собой далеко не самый эффективный способ землепользования.
И наконец, в ходе реформы был закреплен принцип денежной оплаты аренды за возделываемую землю. Поясним, что начиная с 1942 г. правительство Японии стало закупать рис у производителей по высоким ценам и продавать потребителям по низким, субсидируя разницу из государственного бюджета (система действует до сих пор и изменение ее намечено лишь на 2017 г., через 75 лет после введения!). При этом уровень арендных платежей определялся исходя из низких розничных цен. Таким образом, аренда была дешевой и выгодной для обработчиков земли. Однако тем самым уничтожались экономические стимулы землевладения и концентрации земель для создания крупных хозяйств. Всё это справедливо считалось причиной низкой эффективности сельского хозяйства. Тем не менее в послевоенные годы реформа позволила улучшить положение крестьян, мотивировала их на расширение производства и сформировала в деревне класс мелких собственников, ставший надежной опорой правящей Либерально-демократической партии.
Следующей мерой оккупационных сил стал роспуск дзайбацу. Это указывало на то, что США считали крупных промышленников и возглавляемые ими компании частично ответственными за развязывание войны и военные преступления. Отметим, что данная точка зрения далеко не всегда выдерживала проверку фактами. Тем не менее к реформам приступили сразу после начала оккупации – с ноября 1945 г. Была проведена экспроприация всех ценных бумаг у определенных частных владельцев и холдинговых компаний, сделана попытка наказать высших менеджеров некоторых фирм, а также принудительно ликвидировать особенно крупные компании и передать их активы более мелким. Последние две меры вызвали серьезную критику в самих США и были частично отменены. Даже первая мера – экспроприация акций у ряда семей и запрет холдингов – не была последовательно проведена в жизнь. Акции планировалось изъять у 56 семей дзайбацу и 83 холдингов, но в реальности под роспуск попали значительно меньше компаний.
Однако даже половинчатые меры немедленно разрушили существовавший и достаточно эффективный механизм корпоративного управления (контроля менеджеров со стороны собственников) и привели к ухудшению экономических показателей затронутых фирм. Получается, что роспуск дзайбацу не ускорил, а отбросил начало экономического восстановления Японии. При первой же возможности бывшие семейные пакеты акций начали концентрироваться в руках крупных банков, которые стали выполнять функции корпоративного контроля и превратились в аналог холдингов.
Фактически прежние дзайбацу возродились в виде финансового-промышленных группировок кигё сюдан (или финансовых кэйрэцу), сыгравших ведущую роль в последующей реиндустриализации страны.
Важный шаг в демократизации Японии был сделан путем восстановления профсоюзов и пересмотра базовых принципов отношений работников и работодателей. Профсоюзы в Японии оказались полностью запрещены по политическим мотивам в 1940 г. Вместо них были созданы организованные на предприятиях рабочие «патриотические ячейки» (по аналогии со структурами национального трудового фронта нацистской Германии). Они выполняли функции политического контроля и мобилизации в период военного времени и фактически служили целям подавления рабочих протестов. Профсоюзы были восстановлены в 1945 г., правила разрешения трудовых споров определены в 1946 г., а базовые гарантии работодателей – в 1947 г. К 1949 г. 55,8 % несельскохозяйственных рабочих Японии входили в состав профсоюзов, число которых превысило 30 тысяч. Большинство из них были организованы на предприятиях и не объединяли представителей одной отрасли или профессии. Таким образом, японские профсоюзы, собственно говоря, не были «профессиональными». Тем не менее ассоциации профсоюзов быстро превратились в мощную силу и начали выдвигать политические требования. В 1947 г. дело дошло до того, что Главнокомандующий был вынужден вмешаться, чтобы запретить готовившуюся общенациональную забастовку и принять другие ограничительные меры. С того момента началось сокращение политического влияния профсоюзов и падение числа их членов. Уже к 1955 г. охват профсоюзами промышленных рабочих сократился до 30 % и оставался на этом уровне до середины 1970-х годов.
Близкая к профсоюзам Социалистическая партия Японии за весь послевоенный период находилась у власти всего три раза: в 1947, 1993–1994 и 2009–2012 гг. Это наглядно демострирует, что профсоюзное движение не стало «монополией труда» и действенной политической силой, а значит, и не внесло серьезного вклада в перераспределение общественных ресурсов в пользу лиц наемного труда. Намного большую роль в повышении уровня жизни рабочих сыграла политика финансовой стабилизации и отмены неэффективных мер государственного контроля, принятая в 1949 г.
Главной проблемой, с которой столкнулась послевоенная Япония в денежной и финансовой сфере, стала галопирующая инфляция. За первые две недели после капитуляции оптовые цены подскочили в два раза, а к концу оккупационного периода в 1952 г. они выросли еще в сто раз. С целью противодействия инфляции японское правительство прибегло к мерам, хорошо знакомым из истории других стран: к отказу от выплаты военных долгов, денежной реформе, контролю цен, ограничению выдачи банковских вкладов, субсидированию наиболее важных отраслей (производство угля, стали, электроэнергии и удобрений), повышению налоговых ставок на крупные доходы, централизации всех экспортно-импортных операций и т. п. Специалисты отмечают, что государственный контроль всех аспектов экономической жизни никогда не был в Японии таким сильным, как в первые годы оккупации [Flath, 2005, p. 80–81]. Фактически в стране возродилась созданная ранее частно-государственная смешанная экономика с существенным сектором централизованного планового управления, хотя военное производство из нее было исключено.
Перечисленные меры не могли устранить главных причин инфляции, а именно неконтролируемого выпуска денег в обращение и превышения государственных расходов над доходами. Кардинальное улучшение ситуации последовало лишь в 1949 г., когда намерения США в отношении Японии изменились от «наказания противника» к «стимулированию союзника». Президент Г. Трумен (G. Thruman) направил в Японию президента банка Детройта, бывшего финансового советника оккупационного правительства Германии Дж. Доджа (J. Dodge) в качестве специального эмиссара по формированию новой экономической политики. Он взял в банке трехмесячный отпуск и 1 февраля 1949 года прибыл в Японию. Определенная им система мер финансовой стабилизации получила название «линия Доджа».
Главным содержанием новой политики стали отказ от государственного субсидирования, меры по сокращению бюджетных расходов, введение фиксированного валютного курса на уровне 360 иен за доллар США, а также отмена большинства видов ценового контроля и централизованного распределения ресурсов. За этим немедленно последовало сжатие денежной массы, а значит, и снижение темпов инфляции. Это сопровождалось сокращением производства и повышением безработицы, но отрицательные последствия линии Доджа оказались практически незаметны на фоне начала Корейской войны (1950–1953), увеличения американской помощи и роста военных заказов, оплачиваемых из американского бюджета. Освобожденная от жестких оков государственного контроля и получившая необходимые ресурсы для развития экономика Японии начала бурно расти. К концу оккупации (1952) японское экономическое чудо уже набирало скорость, и толчок ему был дан именно в 1949 г.
Проведенный анализ показывает, что в ходе исторического развития экономика Японии приобрела несколько важных отличительных черт. Международная изоляция и жесткая система социального контроля в период Токугава привели к появлению уникальной производственной культуры монодзукури. Быстрое развитие рыночных отношений в эпоху Мэйдзи и Тайсё дало толчок к формированию двойственной структуры экономики, включавшей «полюса роста» в виде финансово-промышленных конгломератов дзайбацу и «амортизаторов конъюнктурных колебаний» в форме множества малых и средних предприятий. Институциональные реформы и американская помощь в период оккупации запустили механизм быстрого экономического роста. К началу 1950-х годов национальная модель экономики и бизнеса Японии приобрела завершенный вид.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?