Читать книгу "Русская рулетка. Сборник рассказов"

Семьянин

В лучах утреннего солнца море сверкает так, что смотреть на него практически невозможно, равно, как и на само солнце. Но и не смотреть нельзя… потому что безумно красиво.

К длинному каменному пирсу с двух сторон пришвартованы сотни лодок, весь спектр малогабаритного судостроения: от дорогих катеров, до утлых рыбацких судёнышек. Владельцы последних вытаскивают на пирс ночной улов в огромных плетеных корзинах: моллюски, мидии, кальмары, морской окунь и прочая морская живность, которая отсюда отправится в многочисленные рестораны полуострова Пхукет, одного из лучших курортов гостеприимного Тайланда и излюбленного места русских туристов.

В воздухе пахнет водорослями, морепродуктами и, как ни странно, свежестью. Раннее утро – это единственное время суток, когда хоть чуточку свежо. Всё остальное время обволакивающая духота и сотни различных запахов забивают носовые ходы так, что кажется, сейчас захлебнешься этим влажным, пахучим воздухом.

Прибрежные ресторанчики ещё не открылись для туристов, да и туристы в это время нежатся в своих чистых гостиничных постелях. Лишь местные снуют туда-сюда, чтобы успеть закончить работу до того, как полуденное солнце сделает эту работу невыносимой.

И хотя туристов на Пхукете, пожалуй, больше чем самих тайцев. В столь ранний час, да ещё на рыбацком причале увидеть их практически невозможно. Поэтому все с любопытством глядели на белую семью, шагающую по пирсу сквозь муравейник темнокожих, сухожилых рыбаков.

Эта была классическая семья, коих миллионы в нашем мире – муж, жена и двое детей. Мужчина нёс на руках спящую девочку лет двух. Малышка положила белокурую головку отцу на плечо, маленький ротик чуть приоткрылся, и сонная слюнка стекала на белую футболку родителя. На полшага сзади шла красивая молодая женщина, она держала за руку пятилетнего сына. Мальчишка уже успел проснуться окончательно и возбужденно припрыгивал в предвкушении настоящего приключения.

Семья дошла до самого края пристани, где мягко опираясь на кранцы, покачивались белоснежные катера. Мужчина постоял секунду в нерешительности, достал из кармана клочок бумажки и, сверившись с запиской, постучал по катеру с красивым именем «MARINA». Навес, покрывавший лодку, тут же откинулся, и на свет выплыло заспанное лицо молодого, но довольно упитанного тайца.

– Ибрагим? – спросил мужчина.

Парень заулыбался и утвердительно махнул головой. Он быстро убрал тент с катера, демонстрируя лакированную отделку красного дерева, многофункциональную приборную панель и, конечно же, большой, сверкающий металлическими спицами штурвал. Ибрагим скосил глаза на лица клиентов в ожидании одобрения и восхищения его чудо-лодкой. Но мужчина был слишком серьёзен, женщина встревожена, и только мальчишка выдал ожидаемое «Вау!».

Искренне улыбнувшись мальчику, Ибрагим обидчиво поджал губы и обратился к его родителям на ломаном английском, приглашая их занять пассажирские места.

– Скажи ему, что я умею управлять, и мы поедем без него, – обратился мужчина к жене.

Женщина перевела его слова. В ответ последовала бурная тирада, сопровождаемая жестами и мимикой, означающими категорическое «нет».

Турист осторожно передал сопящую дочь матери, и, вытащив из наплечной сумки пачку долларов и документы начал понятный каждому разговор на интернациональном языке жестов:

– Вот паспорт! Оставляю тебе. Вот деньги! Пять тысяч. Файв саузенд долларс! Тоже тебе. Вот моя лицензия на управление водным транспортом! Это моё. Сегодня катер на весь день мой! Ясно?

Ибрагим покрутил в руках пачку с зелёными купюрами, понюхал их, посмотрел пару бумажек на свет. Затем все те же манипуляции проделал с паспортом и протянул сумасшедшему русскому ключ зажигания.

– Ну всё! – решительно произнёс мужчина, обращаясь к супруге. – Ты готова?

Женщина казалась растерянной. Она крепко прижимала к себе дочь и чуть покачивалась, словно усыпляя её, хотя в том не было нужды.

– Мне страшно, – вышептала она, с тревогой поглядывая на лодку.

– Ты веришь мне?

– Да.

– Тогда не бойся. Всё будет хорошо.

Шестью месяцами ранее.

Город просыпался, открывая заспанные веки-шторы, зажигая жёлтые глаза-окна. Это был тихий провинциальный городок в прибайкальской Сибири. Засыпанный снегом, придавленный утренним морозом, он как медведь в берлоге сопел печными трубами, похрапывал первыми троллейбусами и трамваями. Город просыпался.

Город жил на этом свете уже больше трёхсот лет, но старые постройки были только в центре, а по бескрайним окраинам и многочисленным спальным районам выстроились ровными рядами новенькие многоэтажки, похожие друг на друга, как бойцы регулярной армии. В одном из таких домов, на престижном четвёртом этаже тоже зажглось окно, сразу несколько окон.

– Андрюш, нальёшь себе сам кофе? Вика проснулась, кажется. И Марику помоги одеться!

– Угу, – промычал Андрюша, застёгивая ворот рубашки.

Спустя минуту женщина вернулась, неся на руках заспанную девчушку:

– Ну вот, смотри, папочка на работу собирается, Марик в садик…. Марик, одевайся уже, в садик опоздаешь!

– Олесь, а где сахар?

– В верхнем шкафчике посмотри. Давай, Викусь, посиди пока тут, я наших мужчин провожу и тобой займусь.

Женщина посадила девочку на диван и запорхала по дому, собирая своих несобранных мужчин.

– Не задерживайся сегодня, я хотела с тобой наш семейный бюджет обсудить, – сказала она уже у порога, целуя мужа на прощание.

– Угу, – вновь промычал Андрюша и, чмокнув супругу, потянул сынишку к лифту.

Андрей Иванов был типичным представителем офисного планктона и работал менеджером среднего звена в крупной компании. Хотя нет, он был чуть более удачлив и успешен, чем типичный представитель. Ведь он работал не просто в крупной компании, а в очень крупной компании, занимающейся добычей нефти. И работал он не просто менеджером, а топовым менеджером – начальником отдела информационных технологий. Как и у многих представителей своего класса у него была квартира, взятая в ипотеку, но это была не типичная двушка, а хорошая, просторная трешка в хорошем районе. И машина была приличная. И в отпуск каждый год он ездил в Турцию или Тайланд, а не в какую-то там Анапу. В общем, это был уверенный в завтрашнем дне человек, обладающий стандартным набором материальных ценностей и не менее стандартной суммой кредитов, позволяющих чувствовать себя благополучным членом современного социума.

Но все ж таки главной его ценностью была семья. Жену Олесю он любил до беспамятства, ревновал её и оберегал от любых неприятностей. Она действительно была хороша – красивая, стройная, миниатюрная. Даже тот факт, что она выносила и родила двоих детей, ничуть не повлиял на её гибкую, девичью фигурку. А ещё она была умная. По-настоящему умная женщина, которая не пилит своего мужа по пустякам, позволяет хотя бы раз в неделю расслабиться с друзьями в пивбаре и не грузит его мелкими бытовыми заботами. Рядом с ней Андрей чувствовал себя настоящим мужчиной, истинным главой семейства, которое он очень любил.

На пропускном пункте при входе в респектабельный офис нефтяной компании Андрей столкнулся со своим подчиненным и, по совместительству, лучшим другом Алексеем Петровым.

– О! Привет! – протягивая руку другу, радостно улыбнулся Андрей. – Чего такой бледный?

– А, не спрашивай! Машка всю ночь плакала, колики у неё. Только под утро уснула. Всю ночь с женой вокруг неё скакали.

– Да уж, знакомая ситуация, – сочувствующе вздохнул Андрей и авторитетно добавил. – После трёх месяцев должно пройти, мои оба до трёх с животами мучились, а потом как рукой сняло. Так что терпи, недолго осталось. Пусть Лиза Олесе позвонит, может она посоветует чего.

Алексей был уменьшенной копией Андрея, причём копией во всех проявлениях: во внешности – такой же сероглазый и светловолосый, только ростом чуть поменьше и возрастом помладше; в работе – также специалист отдела IT, только должность попроще; в семье – у него была молодая красивая жена, но пока ещё только один ребёнок; да и квартира, купленная всю в ту же ипотеку, была на одну комнату меньше и на один этаж ниже, чем у Андрея. Даже фамилии у них были до смешного однотипными – первый Иванов, второй Петров.

– У меня сейчас совещание у директора, – продолжил Андрей, мельком взглянув на часы. – Как закончится, зайду за тобой, кофе попьем.

– Лучше чай.

– Что?

– Я говорю, что сегодня лучше чай пить сладкий. Сегодня же эти… как их… передвижная станция переливания крови приедет. Часам к одиннадцати будут, начальство одобрило.

– Ты в доноры подался? – удивился Андрей.

– А что? Дело хорошее, мне крови не жалко. Ты то будешь сдавать?

– Не знаю, – пожал Андрей плечами. – Почему бы и нет. Посмотрим.

Чуть позже оба молодых человека сидели в мягких медицинских креслах, сосредоточено наблюдая за тем, как густая красная субстанция переливается по тонкой трубочке из их вен в плотные прозрачные мешочки.

– Как совещание? – спросил, наконец, Алексей.

– Как всегда, – отмахнулся его друг, не отрывая взгляда от кровавого червяка, тянущегося от руки. – Полищук просил ещё раз после обеда зайти, про безопасность удаленных счетов поговорить хочет.

– Каких счетов? Удаленных?!!

– Тихо ты! – шикнул Андрей, оглядываясь на медсестру возившуюся совсем рядом, и перейдя на шёпот пояснил. – Помнишь, нас в прошлом месяце взломать пытались? Я тогда вовремя перехватил того хакера и заблокировал всю систему? Когда я порядок в ней наводил, то вышел на левые счета компании. До них скорее всего и пытались добраться. Полищук в курсе, что я в курсе. Теперь вот обсудить хочет.

– И чего?

– Не знаю ещё. Но думаю, что мне поручат разработку новой системы безопасности с грифом «Конфиденциально», – улыбнулся Андрей. – И оплачиваться эта работа будет по конфиденциальному тарифу. Мне, кстати, помощник нужен будет. Не знаешь где найти толкового программиста, чтоб язык умел за зубами держать?

Алексей демонстративно вытащил язык, затем спрятал его за зубами и плотно закрыл рот, многозначительно посмотрев на Андрея, как будто всем своим видом говоря «будь спок, дружище». Оба парня весело рассмеялись в предчувствии интересной работы и хорошего заработка.

После разговора в мобильной станции переливания крови прошла неделя, все шло как всегда: ранний подъём, сына в садик, сам на работу, вечером домой к жене и детям. В один из таких обычных будничных дней Андрей позвонил Олесе и сказал, что задержится, так что Марка ей придётся самой забирать из садика. Такое бывало и раньше, поэтому Олеся спокойно отнеслась к ситуации и занялась привычными домашними делами. Уложив детей спать, она набрала номер мужа, чтобы выяснить, когда же он всё-таки явится. Андрей упорно не брал трубку. Испытывая одновременно и беспокойство и раздражение, Олеся засела в социальных сетях, ежеминутно поглядывая на часы.

Андрей пришёл домой далеко заполночь, и от него сильно пахло алкоголем.

– Ну и как это понимать? – спросила Олеся. – Почему ты на звонки не отвечаешь?

– Звонки? – чуть покачиваясь, отозвался Андрей. Он достал телефон, посмотрел на дисплей. – Пять пропущенных… Ух …Извини, не слышал, дорогая. Мы с Лехой Петровым… разговаривали.

– О чём? – уже спокойно заговорила Олеся, помогая мужу снять пальто.

– О жизни, – ответил Андрей как то уж слишком мрачно. – И смерти.

– О-о-о! Поднабрались вы, ребята.

Но Андрей никак не отреагировал на её шутливый тон. Он грузно уселся на пуф, стянул один ботинок, пристально посмотрел на Олесю, и все ещё держа ботинок в руке, медленно заговорил, делая паузы и тщательно подбирая слова:

– Олесь. Скажи. Ты выйдешь замуж второй раз? Если я вдруг умру?

– Что?!! Что за пьяный бред!

– Выйдешь-выйдешь, – зло пробормотал Андрей заплетающимся языком. – Вон ты какая – красивая, молодая! Если не замуж, так просто мужика себе найдешь.

– Так! Иванов, быстро раздевайся и марш спать! – рявкнула Олеся, выдернув ботинок из рук мужа и забросив в угол.

Андрей продолжал сверлить жену взглядом, как будто хотел сказать ей что-то ещё, но не решался. Вместо этого он поднялся на ноги и, пошатываясь, направился в спальню, продолжая бубнить себе под нос все тот же вздор:

– Она выйдет замуж… и моих детей будет воспитывать чужой мужик….. А у неё просто не будет другого выхода… двое детей, ипотека, кредиты… она одна это всё не потянет …. Вот и Лёха говорит ….

Он завалился на кровать как был, в одежде и одном ботинке. Но даже во сне продолжал вскрикивать и бормотать что-то невнятное.

Утром, помятый и виноватый он вплыл на кухню, волоча за собой шлейф перегара.

– Доброе утро, – неуверенно поздоровался Андрей со всей семьёй.

– Доброе, – скептически оглядывая мужа с головы до ног ответила Олеся. – Ну и как ты сегодня на работу пойдёшь?

– Не пойду. Поработаю из дома. Скажу, что заболел.

– Ну-ну…. Кофе?

– Да, – облегченно выдохнул Андрей, поняв, что супруга не злится на него.

Она налила ему кофе в его любимую большую кружку с надписью «Лучший ПАПА на свете», придвинула тарелку с бутербродами.

– Что это был за бред вчера? – спросила Олеся с деланным равнодушием, в глазах мелькнула тревога.

– Какой бред?

– Про то, что ты умрешь, а я замуж выйду.

– А-а-а, – глаза Андрея нервно забегали. – Так, с Лёхой на разные темы болтали, и доболтались до… чёртиков.

– Андрей, посмотри на меня. Что-то случилось?

– Со мной? Нет! Нет, конечно! Это действительно был просто пьяный бред.

– Ну ладно.

На этом инцидент был исчерпан и более о нём не вспоминали. Но поведение Андрея с тех пор заметно изменилось. Олеся стала замечать, что он частенько разглядывает её украдкой, но тут же отводит глаза, как только взгляды их пересекаются. Точно так же он наблюдал и за детьми. Он всегда был хорошим отцом, но теперь он стал просто фанатичным папой, стараясь проводить с ними всё свободное время. А ночами он мог стоять у их кроваток по нескольку часов, смотря, как сладко они спят. Такое поведение с одной стороны нравилось Олесе, а с другой пугало её. Все попытки поговорить с мужем серьезно заканчивались ничем. Он уходил от ответа. И вскоре она оставила его в покое.

На работе Андрей тоже вёл себя странно. Коллеги видели, что он усиленно работает над каким-то проектом, но никто не знал над каким. Он замкнулся в себе, перестал участвовать в общекорпоративных мероприятиях, и единственный с кем он нормально общался, был Алексей Петров. Последний тоже сильно изменился, как будто не желая отставать от своего старшего товарища ни в чем. Он сильно осунулся, похудел, ходил угрюмый и нервный. Этих двоих старались не трогать, чтобы не нарваться на порцию необоснованной грубости.

Однажды вечером, усыпив детей, Олеся вышла в гостиную и застала мужа сидящим на диване с ноутбуком в руках. Увидев Олесю, он резко захлопнул ноут, поднялся и подошел к ней вплотную.

– Олесь, – сказал он, взяв девушку за плечи и заглядывая ей в глаза. – Ты меня любишь?

– Да, – удивленно ответила Олеся.

– Ты мне веришь?

– Конечно.

– И пойдешь со мной до конца?

– До какого конца? – насторожилась девушка.

– Скажи да или нет!

– Да, да! В чём дело, Андрей? Ты меня пугаешь!

– Ничего, всё хорошо, – он как-то неожиданно сник и тут же встрепенулся вновь. – Всё хорошо…. Поехали в отпуск? В Тайланд! Всей семьёй. Викуся ещё ни разу на море не была. Ты ведь сделала ей загранник?

– Андрюш, у тебя же работа, да и с деньгами сейчас туговато.

– Деньги – это ерунда! Деньги – это такая мелочь! А на работе я отпуск взял. Я уже присмотрел тур на Пхукет. Помнишь, как там здорово!

– Андрея, я не…

– Олесь, если ты меня любишь и веришь мне, поехали!

Алексей открыл глаза, увидев, что за окном ещё темно, снова закрыл их, заставляя себя поспать ещё хоть чуть-чуть. Но сон уже улетучился. Странная вещь этот организм. Лиза c дочерью уехали к свекрови на неделю, Алексей специально взял пару дней отпуска, чтобы выспаться и привести мозги в порядок, а проснулся ни свет ни заря.

Он поворочался в кровати ещё немного и, наконец, со вздохом поднялся. Включив попутно телевизор, он направился в туалет. Но почти сразу выскочил оттуда, подбежав обратно к телевизору и сделав звук погромче.

«На популярном курорте Тайланда, полуострове Пхукет вчера произошла страшная трагедия, – вещала дикторша с экрана. – Несколько туристов, предположительно это были граждане России, взяли напрокат быстроходный катер, но к назначенному времени в порт не вернулись. После пятичасовой поисковой операции, развёрнутой специальными службами Тайланда, обломки катера были найдены в десяти километрах от берега. Людей обнаружено не было. Пока они считаются безвести пропавшими, но как говорят специалисты, шансы найти их живыми не велики. По словам очевидцев, среди туристов было двое детей. Причины крушения катера неизвестны, в настоящее время по этому вопросу ведётся следствие. Мы…».

Дикторша говорила что-то ещё, но Алексей уже не слушал её, а судорожно искал в телефоне тайский номер Андрея, с которого тот звонил на днях.

Мелодичный женский голос промяукал что-то на непонятном языке, потом тот же голос на английским произнес более внятное: «The number you are dialing now is not available at the moment, please call later». Алексей бросил мобильник на диван и раздираемый чувством смутной тревоги вновь направился в туалет. Не успел он дойти до коридора, как телефон сам зазвонил, призывая его вновь вернуться. Алексей торопливо схватил трубку. На дисплее светилось «Офис». Неприязненно поморщившись, мужчина все же ответил на звонок:

– Алло.

– Где тебя носит, чёрт возьми! – заорала трубка голосом генерального директора.

– Виктор Степанович, вообще-то у меня отпуск, вы сами приказ подписали.

– Какой нахрен отпуск! Чтобы через полчаса был у меня в кабинете!

Трубка требовательно запикала, и Алексей зло швырнул её в сторону. Но, не смотря на досаду и раздражение, в движениях ускорился и уже через час и сорок минут поднимался в лифте на самый верхний этаж офисного здания нефтепромышленной компании, где обитали самые главные боссы.

В приемной Петрова встретила секретарша. Увидев Алексея она широко распахнула глаза, повела ими в сторону директорского кабинета и многозначительно закатила вверх, показывая всем своим видом, что ситуация аховая. При этом она не произнесла ни слова, как будто боялась нарушить непривычную для этого места тишину.

Алексей осмотрелся, в приемной, обычно полной посетителей, просителей и партнеров, действительно никого не было, и гробовую тишину нарушали только звуки нервных шагов за дверью кабинета генерального.

– Да где он шатается???! – донёсся то ли рык то ли визг Виктора Степановича. – Катя!

Дверь распахнулась, и на пороге показался сам Полищук.

– А-а-а! Вот ты где! Явился! – он мотнул головой, жестом приказывая Алексею войти.

Закрыв за подчинённым дверь, он прошагал до своего рабочего места во главе длинного переговорного стола и швырнул в сторону Петрова лист бумаги, сложенный вдвое.

– А теперь объясни мне, что это такое!!!

Алексей развернул листок. Это было письмо, написанное от руки смутно знакомым почерком. Кинув взгляд на конец страницы, он сразу узнал подпись Андрея.

– Можно прочитать? – спросил он, сглатывая слюну.

– А нахрена я тебе его дал?! – взревел генеральный. – Читай, мать твою!

Алексей присел на край стула и начал вчитываться в неровные строчки письма:

«Уважаемый Виктор Степанович, когда вы прочтёте это письмо, меня на этом свете уже не будет, равно, как и миллионов на Ваших тайных счетах в Лондоне. Конечно, я мог бы не объясняться и не оправдываться перед Вами, но боюсь, что тогда Вы несправедливо обвините некоторых моих коллег в тех грехах, которые они не совершали. Все деньги увел я, и на то у меня были веские причины.

Дело в том, Виктор Степанович, что я болен, смертельно болен. Это выяснилось недавно, во время акта доброй воли по сдаче донорской крови. Врачи станции переливания перезвонили мне и сообщили, что у меня серьёзные проблемы. Я прошёл обследование и, оказалось, что жить мне осталось не больше года. Печально, да? И страшно. Вы не представляете, как это страшно!

Мысль о том, что на этом свете меня скоро не будет пугала меня, но ещё больше пугали мысли о том, что будет на этом свете без меня. Вы знаете, что у меня двое детей? Двое чудесных малышей!

Жена не смогла бы обеспечить им достойное существование одна. Тогда я стал думать о том, как гарантировать им спокойную жизнь после моей смерти. Вот тут то я и задумался над тем, чтобы позаимствовать у Вас некоторое количество денег. Учитывая, что программой безопасности занимался я, то это не составило бы большого труда. Хотя почему «бы»? Не составило ведь! Конечно же всех Ваших миллионов мне было не надо, хватило бы и шестизначной цифры. Но меня начали снедать сомнения другого характера. Я понял, что не хочу, чтобы они жили на этом свете без меня. Вот такой я эгоист. Мысли о том, что Олеся когда-нибудь полюбит другого мужчину съедали меня. Я не хотел ей другого мужа, а детям другого отца. Я их отец! И я решил, что мы уйдем вместе. Уйдем красивыми и счастливыми!

Но деньги Ваши я всё ж таки забрал. Как искупление моих прошлых и будущих грехов, я переправил их во множественные благотворительные фонды. Считайте, что я и Ваши грехи искупил. Если не верите, то это легко проверить. Список фондов, которые получили тайные пожертвования от неизвестного лица, я прилагаю в письме. Я выбирал только прозрачные организации, и вы просто можете запросить у них информацию о последних поступлениях. Думаю, что оспаривать и требовать деньги назад Вы не станете, ведь официально их как бы нет, так? Кое-что я оставил и для себя, чтобы порадовать свою семью напоследок.

Не стоит расстраиваться Виктор Степанович. Поверьте мне на слово, деньги это такая мелочь по сравнению со всем остальным в этой жизни, по сравнению с самой жизнью.

Адьо, мистер Полищук. Будьте здоровы!

С уважением,

Ваш бывший руководитель

отдела информационных технологий

Андрей Иванов»

Алексей положил листок на стол, руки его дрожали.

Виктор Степанович нервно барабанил пальцами по крышке стола.

– Ну и? – нетерпеливо прервал он размышления Алексея.

– Что?

– Что что?! Вы вместе с ним разрабатывали эту чёртову программу!

– Основной работой занимался Андрей, я выполнял лишь отдельные части и не видел всего проекта целиком.

– Да как так может быть?!! – не унимался директор, желая найти хоть одного виноватого.

– Андрей мой начальник. Он выдавал только ту информацию, которую считал нужной, – монотонно отвечал Алексей.

– Про болезнь это правда? – снизив голос, спросил Виктор Степанович.

Петров отвёл глаза в сторону, судорожно сглотнул и утвердительно кивнул головой.

– Пшёл вон! – устало произнёс Полищук, обхватив руками голову. – Вон!

Алексей спустился на лифте на первый этаж, вышел на улицу, и некоторое время рассеяно шагал по тротуару, не замечая в какую сторону идёт. Потом опомнился, вернулся к припаркованной у здания машине и поехал домой.

У входной двери его ждал молодой человек с пакетом в руках.

– Алексей Петров? – спросил парень.

– Да.

– Вам посылочка. Велено передать лично в руки сегодня. Документик только покажите, пожалуйста.

Алексей достал водительские права, и доказав, что он действительно Петров Алексей, получил маленький бумажный пакет, больше похожий на письмо. Он догадывался от кого это и с нетерпением вскрыл конверт прямо в коридоре. Внутри лежали две запакованные банковские карты с кодами, а также письмо. Отбросив карты в сторону, Алексей принялся за чтение:

«Привет, мой друг! Как видишь, я всё-таки сделал то, на что не решился ты. Олеся поддержала меня, а дети ещё слишком маленькие и примут новую страну с лёгкостью. Теперь мы новые люди, с новыми именами, новым прошлым и новым будущим. Порадуйся за нас!

В конверте две карты, на одной достаточно денег, чтобы погасить все твои долги по кредитам и дать вам возможность отдохнуть и расслабиться в ближайшие полгода. Съездите на море, здесь так здорово! Вторая карта останется твоим женщинам, каждый месяц на неё будет поступать достаточная сумма денег, чтобы Лиза и Маша ни в чем не нуждались, когда тебя не станет.

Вот и всё. Прощай!

P.S. Мне очень жаль, что это случилось с тобой. Ты был, есть и навсегда останешься моим лучшим другом!»

Март 2013