Читать книгу "Среди гроз и теней"

Помимо этого неожиданного открытия нельзя было не заметить, что столичные маги относились к сурма-йя с брезгливой неприязнью. Для них он был троллем не их круга – дикарем, с силой и злобой которого нужно временно считаться.

Иярт неторопливо срезал кусок с жарящейся на костре туши. Мясо еще не вполне приготовилось и истекало кровью, но это его не смутило.

– О, да… мы знаем некоторые секреты, – сказал он со значением. – Недоступные вам…

Его настроение изменилось, он начинал злиться, чувствуя, что маги не слишком-то серьезно относятся к его словам.

Сурма-йя отправил кусок в рот, а прожевав, продолжил:

– Я просто говорю, что удобнее взять бездарную человечку. Зачем такому магу, как советник Йотун, опасности и неудобства? Сможешь ли ты сотворить боевое заклинание, наложница?

Иярт улыбнулся, но улыбка напоминала звериный оскал.

Йотун чуть заметным жестом пресек всякую попытку ответить этому чудовищу. Он усмехнулся и сказал:

– Еще немного, и сурма-йя бросит вызов моей наложнице, в надежде, что у нее недостаточно магии, чтобы одержать победу.

Эта незатейливая фраза вызвала настоящий взрыв веселья. А колдун продолжил уже серьезно:

– И все же доблесть следует проявлять с сильным соперником. Тем более он у нас есть. Ждет в туманах. Посмотрим, кто сможет его одолеть.

– Пари, – сказал Иярт. – Это можно. В случае выигрыша я хочу ее. – палец с острым когтем указывал в мою сторону.

Я даже не успела испугаться, потому что ответ Йотуна был молниеносным и твердым.

– Нет. Победитель получит победу. И ничего большего.

Он смотрел на сурма-йя прямо с легкой насмешкой во взгляде.

– Хорошо, – нехотя согласился тот. – Можете собрать свой отряд, советник. Но если будете мешать…

Иярт не закончил угрозу, и хотя от гаденькой улыбки становилось не по себе, на Йотуна это не произвело впечатления.

Сурма-йя поднялся и отправился к своим троллям, видимо, сообщить им новые правила игры.

Я удивленно моргнула. Вот так… без лишних усилий Йотун отобрал часть власти. Точнее, эту самую власть ему просто вручили.

– Какая прекрасная мысль, Йотун, – сказал целитель, и глаза его весело блеснули, – охота обещает быть еще более захватывающей.

– Что ж… в таком случае, доброй ночи, – сказал мой покровитель, поднимаясь.

Я немедленно последовала его примеру.

– Разумеется. У вас еще есть десерт… и выглядит он весьма аппетитно.

Глава 4

Туман окутал лагерь, скрывая палатки и шатры, превращая огни костров в дрожащие бледно-оранжевые тени. И с каждым мгновением становился все гуще, плотнее, непрогляднее. Из-за тролльей магии кожу покалывало, а дыхание перехватывало. Домики тоже исчезли, и расстояние между ними как будто увеличилось. Голоса и смех превратились в далекие отголоски.

– Туман действует? – спросил Йотун. – Потерпи немного.

Я поняла, что слишком сильно стискиваю его руку.

– А это интересно. Взгляни.

Белая пелена чуть поредела, и я смогла увидеть вход в дом. Дверь как будто парила над землей в пустоте. Скрипнули плохо смазанные петли, в приоткрывшейся щели появилась женская рука, которая поставила блюдце молока у порога, затем невидимая мне тролльчанка положила веточку какого-то растения с резными листьями, перевязанная у основания зеленой ниткой.

– Они отгоняют беду, – прошептал мне на ухо Йотун. – Видишь коровьи черепа? Это тоже обереги. Здешние крестьяне не обладают магией, но все равно пытаются ее творить. Думают, что сила земли сделает работу лучше магов.

Он усмехнулся, давая понять, что не больно-то высокого мнения об этом.

– Жители не в восторге от того, что к ним нагрянул отряд…

– Нет. Мы для них чужаки. Да еще вино… простым троллям, особенно женщинам лучше не выходить ночью в туман.

Я едва не задохнулась от возмущения.

А не Йотун ли уверял меня в том, что воины знают об опасности. Серьезно? То есть ночью они нальются вином до потери сознания или будут охотиться на неосторожных крестьянок, и после этого собираются встретиться с Дьярви! Который и при жизни был коварным и злобным до умопомрачения. А сейчас… когда он пьет кровь…

Я едва не споткнулась о ступеньку, так неожиданно лестница появилась в тумане.

– Осторожно, – Йотун удержал меня за локоть. – Пришли.

В молчании мы поднялись в отведенную нам комнатку. И только в этом маленьком тесном пространстве я наконец-то смогла вздохнуть свободно.

Неожиданно Йотун привлек меня к себе.

– Испугалась? – мягко спросил он. – В туманах водится много всяких тварей… особенно среди троллей.

Его губы тронула знакомая улыбка.

Я не ответила и не сделала попытки отстраниться. От Йотуна пахло речной водой, дымом и железом.

– И как вы… управляете ими? Не похоже, что они могут поддерживать дисциплину и повиноваться.

Мой вопрос и наблюдение понравились Йотуну, я почувствовала, как он одобрительно усмехнулся, а потом его рука коснулась моих волос. Он начал чуть рассеянно распускать их, пропуская пряди между пальцами.

– О, ты права. Эти существа не заслуживают ничего, кроме отвращения и презрения. В них нет ни благородства, ни каких-либо достойных устремлений. Однако природную злобу, которая заставляет их бросаться друг на друга и на каждого встречного, можно использовать. Также они храбры до самозабвения.

– Но заносчивы…

– И это легко обратить в свою пользу.

Он взял меня за плечи и чуть отстранил:

– Надеюсь, ты не подумала, что я мог поддержать ставку, предложенную сурма-йя?

– Нет.

– Хорошо, – сказал Йотун, как будто ставя точку.

Магический светильник погас, и нас окутала плотная тьма. За окном клубился непроглядный туман.

– Я все думаю, о том, что ты сказала… – голос звучал низко и глухо.

– О чем?

Ночь была холодная, но тело охватил жар, пот тонкой струйкой катился между лопатками.

Его губы нашли мои. Он был нежен. Как будто этим мягким поцелуем с привкусом терпкого вина просил снова довериться ему.

Чтобы принять решение, у меня ушло всего несколько мгновений. Тьма многое скрывала от глаз, но при этом обостряла другие чувства до своего предела.

Я судорожно вцепилась в его куртку, сминая ткань, а потом поцеловала в ответ, с пробуждающейся страстью, со страстью, предназначенной для другого… для человека.

Но сейчас в его объятиях я почувствовала себя желанной, почти возлюбленной. Мне так хотелось отдаться этому ощущению полностью и без остатка. Его голос шептал мое имя, словно оно было заклинанием, и эти звуки отзываясь легкой дрожью вдоль позвоночника.

Его губы на моих веках, щеках и шее. Я вдыхала его запах, запах дыма и железа, запах молодого сильного мужчины.

Он увлек меня к кровати и посадил к себе на колени, недовольно что-то пробормотал про: «слишком много одежды».

Не знаю как, в темноте, на ощупь он умудрился распутать завязки и стянуть с меня верх платья и нижней рубашки. Когда кожу обжег холодный воздух, первым моим желанием было закрыться, но горячая ладонь немедленно накрыла грудь, и в то же мгновение я почувствовала, как Йотун очень осторожно прикусил кожу у основания шеи. Весьма недвусмысленный намек… Я вскрикнула от неожиданности и волны странного удовольствия. И тут же устыдившись, чуть отстранилась от него, тяжело дыша.

– Йотун, – выдохнула я. – Услышат…

Его лицо было в темноте, но я почувствовала, что он улыбается.

– Тогда ни звука…

Я плотно сжала губы, твердо намереваясь сохранить тайну этой ночи. Но он принялся целовать и ласкать меня снова, заставляя забыть об осторожности и соблюдении приличий.

Мне казалось, что я потеряю сознание или мое сердце остановится.

Йотуну было все равно, что подумают другие. Точнее, он намеренно давал повод для сплетен и весьма прямолинейно демонстрировал, что его покровительство не является формальным. При этом он хотел, чтобы я стонала от удовольствия, а не кричала от боли.

В какой-то момент мы оба избавились от одежды. Воздух стал тягучим и плотным. Его как будто не хватало. Йотун лег на меня, разгоряченную и влажную от желания, и все же, когда он вошел, я укусила себе губу до крови, но боль быстро отступила, уступая место совсем другим ощущениям, отнюдь не неприятным.

* * *

Туман отодвинули от домов, и теперь плотная белая стена стояла там, где начинался лес. Изредка его пронизывали всполохи заклинаний, как будто в нем бушевала гроза. Рассвет еще не наступил, цвета еще не приобрели яркость.

Я наблюдала за Йотуном, стоя среди тролльчанок. Он так естественно отдавал приказы, и что удивительно, другие маги с охотой повиновались его воле. Всех их объединял азарт предстоящей погони и желание одержать верх над сурма-йя.

Те в свою очередь тоже готовились. Шумные, точно стая ворон, и такие же организованные… да еще и в черном, от чего сходство усиливалось. Мужчины подначивали друг друга грубыми шутками, предвкушая кровавое развлечение. Не иначе, они считали Дьярви волком, которого будут травить, а потом воткнут в бок рогатину.

Йотун что-то быстро говорил Гельду, и его губы тронула мимолетная улыбка. Им можно было залюбоваться: красивый и статный тролль. Сейчас воинственный и целеустремленный, но мне открылась и другая его сторона. Мысли вернулись к прошедшей ночи. То, что произошло между нами, нельзя было отнести к обычным отношениям наложницы и покровителя. Как не раз объясняла Атали: это наложница доставляет удовольствие. В обратную сторону… немногие покровители даже подумают об этом.

Я почувствовала, как щеки начинают пылать, и поспешила отвернуться и принялась разглядывать туман.

От белой трепещущей махины исходило ощущение опасности. Она находилась в постоянном движении, отталкивала и манила одновременно.

Тревога неприятным холодком сжала сердце.

Я опустила вуаль на лицо, незаметно ускользая в видение, сосредоточив все свое внимание на Дьярви.

Перед глазами стояла ослепляющая пелена, в которой бесшумно скользила неясная тень. От разочарования я прикусила губу.

Проклятый туман! Так ничего не выйдет рассмотреть!

Я даже не могла понять, Дьярви передо мной сейчас или какой-то другой тролль из патруля.

Вся надежда на то, что магия ослабнет и туман станет прозрачнее. Я продолжала вглядываться, и вдруг… все прояснилось. Передо мной оказался Дьярви.

Но оказалось, не только я наблюдала. Жуткие, горящие красным глаза мертвяка внимательно следили за… сурма-йя, который, ни о чем не подозревая, стоял спиной к чудовищу, оперевшись локтем о дерево.

Дьярви улыбнулся, выпуская клыки, сделавшие бы честь рыси.

Я безмолвно и с некоторой обреченностью наблюдала, как он наклоняется к земле, касаясь когтями мха, а затем, резко оттолкнувшись, быстрыми скачками несется на ничего не подозревающего мага.

Каким бы ни был искусным воин, но чтобы применить заклинание или оружие, нужно, во-первых, знать об опасности, а, во-вторых, иметь хоть немного времени в запасе.

У него не было ни единого шанса.

Дозорный умер быстро, захлебнувшись собственной кровью. Разорванное горло произвело омерзительный чавкающий звук, но его слышали разве что мы с Дьярви.

Убийства мертвяку показалось мало. Он воспользовался мечом сурма-йя, чтобы отделить голову от тела.

Потом облизал пальцы и не погнушался обыскать карманы, завладев кинжалом и парочкой кристаллов.

Закончив, Дьярви забрал голову и двинулся с ней по лесу, поигрывая, как мячом. Теперь он был весь покрыт кровью.

«Зря только стирал рубаху», – подумала я, глядя, на этот кошмар.

Я вынырнула из видения и несколько минут боролась с подступившей тошнотой. А потом когда мне удалось овладеть собой, отправилась прямо к Йотуну.

Тролльчанки провожали меня оживленным перешептыванием.

Мое путь через лагерь был встречен легким недоумением и смешливыми взглядами. Я понимала, что вмешиваюсь в мужское дело, и пожалела, что не догадалась взять кувшин с водой, чтобы иметь достойный предлог, но возвращаться и терять время не стала.

Заминка все-таки произошла, потому что дорогу мне преградил вожак сурма-йя. Я сделала шаг в сторону, чтобы его обойти, Иярт тут же повторил мое движение, вновь оказываясь передо мной. Я повторила попытку, и опять сурма-йя не позволил пройти. Тогда я посторонилась, надеясь, что он отправится своей дорогой. Расчет не оправдался.

Я подняла глаза и взглянула в его лицо. Он окинул меня с головы до ног оценивающим, тягучим взглядом, который мне совсем не понравился.

– Ищешь себе покровителя? – с усмешкой спросил он.

Не «своего», а «себе».

– Или на охоту собралась?

Я неопределенно мотнула головой и снова попробовала его обойти. На этот раз он позволил и сказал вслед:

– Не потеряйся. А то мало ли…

Меня пугало навязчивое мужское внимание, с которым я все чаще сталкивалась. Как будто мало мне видений, которые грозили обернуться опасностями. Я не могла найти объяснения происходящему: ни мое поведение, ни платье не отличалось откровенностью. И все же… они вели себя точно кобели, почуявшие суку в течке.

Или все дело в соревновании между самцами и желании отбирать трофеи друг у друга?

Йотун отвлекся от разговора с целителем и вопросительно взглянул на меня.

– Я хотела пожелать удачи в охоте, которая уже началась, – обратилась я к нему, в надежде, что он поймет намек.

И тролль понял.

Когда мы отошли, я выпалила:

– Дьярви оторвал голову какому-то сурма-йя и идет охотится на остальных.

Я с шумом втянула воздух, от волнения снова проваливаясь в видение.

На этот раз Дьярви стоял над телом, обезображенным и растерзанным до такой степени, что было трудно признать в этом красном месиве тролля…

Мертвяк поднес к губам охотничий рог и протрубил сигнал.

– Это он, – сказала я. – Убил еще кого-то. Забрал рог…

Я моргнула. Передо мной вновь стоял Йотун.

К нам подбежал Гельд.

– Они нашли его, – в голосе слышался восторг.

Маг едва не подпрыгивал на месте от нетерпения.

Сурма-йя с гиканьем повскакивали со своих мест и устремились к лесу.

– Иди к другим женщинам, Мальта, – мягко приказал Йотун.

Я обняла его, и на краткий миг он привлек меня к себе и тут же отстранил.

– Пожалуйста, будь осторожен. Это ловушка. Он заманивает вас, играет.

Последние две фразы я сказала очень тихо. Я была уверена, что Гельд не мог услышать мои слова, так как он стоял довольно далеко и волновался о том, что сурма-йя могут опередить их отряд. И все-таки, когда они с Йотуном отходили, Гельд повернулся и бросил на меня странный задумчивый взгляд.

Я смотрела, как тролли исчезают в туманах. Исчез и Йотун.

Ко мне подошел целитель, который оставался в лагере, готовый в случае необходимости оказать помощь раненым.

– Пойдемте, яло эманта, они, конечно, скоро вернутся, но не настолько, чтобы провести все это время на ногах.

Действительно, просто стоять было глупо. Я собралась отправится к тролльчанкам или вернуться в комнату, но тролль остановил меня неожиданной просьбой.

– Я бы хотел попросить вас об одолжении… – сказал он. – Видите ли, я здесь не только в качестве целителя, но и как хронист. Не согласитесь ли вы немного попозировать, чтобы я нарисовал ваш портрет?

– Мой портрет? Но для чего?

– Не каждый день случаются такие кампании, также не каждый раз… советников короля сопровождают яло эманта… человечки. Я, конечно, могу сделать набросок по памяти, но будет удобнее, если вы окажете мне честь. – Он улыбнулся широкой, искренней, чуть клыкастой улыбкой и добавил: – Меня зовут Ньёд.

Я ответила небольшим вежливым поклоном.

– Решайтесь, Мальта, от вас потребуется просто посидеть. И займет это совсем немного времени, – целитель понизил голос и добавил: – Тем более женщины вряд ли примут вашу помощь в приготовлении еды.

– Не уверена, что…

Он сложил ладони в умоляющем жесте.

– Давайте я покажу вам свои рисунки. Ничего неподобающего.

– Ну, хорошо. Особенной беды в этом не будет.

Мы с Ньёдом отправились к шатру, в котором все было подготовлено, чтобы оказать помощь неудачливому охотнику.

Я отвернулась от холодно поблескивающих инструментов и бинтов. Крови будет много. Вот только будет ли много раненых… Дьярви убивал, не раздумывая.

– Вам приходилось ухаживать за ранеными? – поинтересовался тролль.

– Да. – Я осторожно кивнула, но распространяться о помощи карлингам не стала.

Он достал толстую тетрадь в кожаном переплете и раскрыл на середине. Я узнала долину, домики. Со следующей странички на меня смотрели несколько сурма-йя, особое внимание было уделено татуировкам на лицах. Ньёд быстро перелистнул убористые колонки магических символов, хотя я при всем желании не смогла бы их различить. Целитель зарисовал нескольких крестьян и крестьянок, окружив лица прихотливым узором.

– В этой местности очень интересная вышивка, – сказал он, видя мой интерес. – Нигде больше в королевстве нет таких орнаментов.

– И как долго мне нужно будет позировать?

– Всего пару минут…

Тролль сосредоточенно рисовал. Мне было любопытно заглянуть в его тетрадь, но еще больше хотелось взглянуть на Йотуна. Каждый раз, когда я спрашивала: «долго ли еще?», получала неизменный ответ: «Осталось совсем немного».

– Не двигайтесь, яло эманта, – строго напомнил Ньёд.

Он склонил голову набок.

– И что же вы записываете в хронику?

– Правду, – ответил он.

– Правда бывает разной.

– Верно. Но она всегда складывается из разных частей. Моя задача замечать всякое и помещать в описание самое значимое.

– Тогда вы напрасно тратите на меня свое время.

Ньёд пожал плечами. Какое-то время было слышно шуршание грифеля о бумагу.

– Значит, вам приходилось ухаживать за ранеными, но вы не целитель, Мальта? – спросил он.

– Нет.

Он тонко улыбнулся, довольный своей маленькой хитростью.

– Так-так… точно не чернокнижница и не мастер туманов, – он использовал названия на человеческом. – И как же вы, яло эманта, предскажете исход охоты?

Его необычно светлые глаза искрились весельем. Ответ, на его взгляд, был очевиден: толпа магов и еще сурма-йя просто не могут проиграть какому-то одному убийце, пусть даже и очень жестокому.

– Я видел вещательниц. Есть ирония в том, что вы нашиваете на одежду колокольчики, а наложницы…

Меня пронзило неприятное, парализующее ощущение…

На мгновение весь мир вокруг померк. Бездна была довольна. Она почти смеялась…

Я поднялась со своего места.

– Простите, Ньёд, мне надо идти.

– Это вы меня простите, я не хотел вас обидеть, – примирительно начал он… – Взгляните.

Он протянул мне тетрадь.

– Вы очень добры, – сказала я, глядя на собственное лицо.

Получилось похоже, и я была красива…

– Отнюдь. Я постарался точно передать ваши черты…

Окончание фразы мне уже не удалось услышать. Мелькнула мысль: ну вот и случилось… видение при другом маге.

Глава 5

Люк. Увидеть его было большой неожиданностью. Нынешняя Тень находилась в поместье Мага, того самого, который держал у себя несчастную Тиссу.

Я сразу же узнала вычурную обстановку комнаты, где мужчины вальяжно расположились в креслах, потягивая вино.

– Я бы не заговорил об этом, – сказал Люк, делая глоток. – Но ходят слухи…

– И кто же их источник? – живо откликнулся Маг.

– Тролли говорят… – слова Люк подкрепил неопределенным жестом.

– Вряд ли тролли. Скорее женщины судачат. – У Мага было надменное выражение лица. Его взгляд прожигал Тень. – Но предположим. И что же, неужели королю есть дело до какой-то… какой-то…

– Наложницы, – подсказал Люк. – Его величество всегда стоял на том, что приличия должны соблюдаться. А когда появляются слухи – это нарушает благопристойность.

Маг залпом допил вино. В глазах полыхнула злоба.

– Раз так… то я должен развеять все сомнения, даже при том, что девушка не является яло эманта.

Он позвал служанку и приказал:

– Приведи сюда Тиссу.

Тень и Маг молчали. Люк ждал спокойно, а вот Маг отбивал нетерпеливую дробь по подлокотнику.

Вскоре раздались легкие шаги. Дверь отворилась, и Тисса вошла в комнату.

На ней не было украшений, и платье отличалось весьма скромным кроем и тусклым зеленым цветом. Но простая одежда только подчеркивала красоту девушки и благородство ее лица. Она похудела, отчего глаза казались просто огромными.

Тисса взглянула на Люка равнодушно, каким-то скользящим, лишенным всякого интереса взглядом.

– Вот. Извольте… можете сами полюбоваться, – сказал Маг и чуть повысил голос: – Видишь ли, Тисса, ко мне явилась Тень короля, поскольку… некто распускает ужасную ложь. А именно: что я обращаюсь с тобой неподобающе.

Тролльчанка легонько вздрогнула.

Маг откинулся на спинку кресла, губы его тронула довольная улыбка. Он ждал, разглядывая девушку, словно отбивную, которую готовился сожрать.

– Со мной все хорошо, – тихо сказала та.

– Видите советник, она не терпит никаких притеснений. Но давайте дадим ей слово. Скажи нам, дорогая Тисса, хочешь ли ты покинуть этот дом?

Она одернула рукава.

– Нет. Я благодарна за возможность быть здесь.

Маг кивнул:

– Вот и ответ. Вы удовлетворены?

Люк какое-то время рассматривал отрешенную Тиссу, а потом поднялся:

– Вполне.

* * *

– Очаровательно. Какая милая демонстрация. Так что, вы порадуете меня предсказанием?

Передо мной снова был ухмыляющийся Ньёд.

– Нет.

Мне казалось, что моя голова сейчас лопнет от ярости. Люк не придумал ничего лучше, как явиться к Магу и справиться у него о положении Тиссы.

Уж лучше бы просто отказал, как это сделал Йотун.

– А ваши глаза? Что это за трюк? Какая-то иллюзия? Можете еще раз…

– Нет, – я не хотела ему грубить, но его радостное любопытство действовало весьма раздражающе.

– О, вот как… вы заманиваете простаков в свои сети. Действительно, интригует, – Ньёд рассмеялся и подмигнул мне. – Даже я теперь хочу узнать, что же вы «увидели». Вы так побледнели… не хотите ли воды?

Я повторяла в памяти все подробности разговора Люка с Мага и с трудом заставила себя сосредоточиться на назойливом целителе.

– Спасибо. Не стоит. Мне действительно пора.

– Подождите. Я хочу расспросить о вашем ордене. Это правда…

Пробормотав извинения, я поспешила прочь от расспросов. Еще немного, и я бы пустилась бежать… Но он все-таки не стал меня преследовать.

Кипя от гнева, я присоединилась к кружку женщин.

Тролль оказался прав, они не позволили помогать им с приготовлением еды. Так даже лучше. Я не стала настаивать, поскольку чувствовала, что мне предстоит многое увидеть сегодня. И лучше это делать без свидетелей.

* * *

Сурма-йя шли широкой цепью, скользя между деревьями, точно гончие, преследующие добычу. Воздух потрескивал от творящейся магии.

Стоило троллям ступить на небольшую полянку, как туман, что окутывал им плечи, резко поднялся вверх.

Под ноги Иярту упало что-то круглое и темное. Голова.

За первой головой последовала вторая. Если бы один из сурма-йя не увернулся, то голова угодила бы прямо ему в грудь.

Если Дьярви рассчитывал таким образом обратить их в бегство, то он просчитался, а вот если расчет был на то, что порядок смешается… то вполне.

Сурма-йя… бросились вперед. Каждый явно считал своим долгом настичь и покарать вероломного врага первым. Это привело к неразберихе, да еще и спустился какой-то другой туман – пепельный, темный, «тяжелый». Как будто троллей накрыла непроглядная грозовая туча.

Несколько применили боевые заклинания…

В уши ввинчивался отчаянный крик существа, которое рвут на части.

Все кончилось так же внезапно, как и началось. На поляне лежали несколько раненых (кажется, они стали жертвами заклинаний своих же товарищей), но также были и другие с чудовищными ранами, оставленными когтями и зубами.

Дьярви исчез.

Лес, в котором проходила охота, погрузился в серый полумрак, несмотря на то, что в поселении, где я находилась, был ясный, солнечный день.

Очень скоро стало понятно, что сурма-йя не удалось удержать мертвяка на «огороженной» заклинанием территории, и теперь он мог спокойно перемещаться. Да еще этот странный темный туман… похоже, остальные тролли испытывали трудности видеть сквозь него и ориентировались не лучше обычных людей.

Дьярви нападал внезапно, на первый взгляд просто бездумно сеял смерть и терзал сурма-йя… пил кровь, восполняя силы, но все же… было в его поведение нечто большее. Несмотря на несколько ран, нанесенных заклинаниями и железом, он не спешил отступать или прятаться, как будто чего-то ждал. И была еще одна явная странность: Дьярви предпринял только одну попытку атаковать отряд Йотуна и больше не нападал, позволяя магам восстановить разрушенный барьер.

Но, возможно, все дело было в том, что под командованием Йотуна тролли действовали более осторожно и слаженно, прикрывая друг друга, не попадая под свои же заклинания.

Йотун стоял рядом с магом, которого я еще в самом начале нашего похода определила как «ищейку». Оба выглядели очень сосредоточенными и спокойными. Их взгляды были направлены в туман, они по очереди творили заклинания, которые вспыхивали яркими искрами на кончиках пальцев. Кажется, ни того, ни другого не трогала неразбериха и смерть вокруг.

Ищейка нахмурил брови, а потом его лицо расслабилось:

– Есть! – сказал он.

Йотун немедленно позвал Гельда и начертил в воздухе огненный магический знак, который тут же потух.

– Отправляйтесь к югу. Не разделяйтесь, не растягивайтесь. Держите туман.

Гельд ухмыльнулся и кивнул.

– Понял.

Часть троллей отделилась от отряда и… исчезла.

– Начнем, – скомандовал Йотун. – Наша очередь.

Я ничего не понимала в магии, способах выслеживания и ловли опасных магов, но одно было очевидно: Йотун и «столичные» маги весьма холоднокровно использовали сурма-йя, чтобы оценить силы Дьярви.

* * *

В лагерь начали прибывать раненые. Кого-то несли на носилках из ветвей деревьев, кто-то мог вернуться сам.

Надо отдать должное мужеству и смелости троллей: маги с легкими ранами, получив помощь и быстро выпив густого бульона, отправлялись снова в туман.

Целитель Ньёд с удовольствием принял мою помощь.

Так я была занята делом и изредка могла смотреть, что с Йотуном все в порядке, иначе, если наблюдать за охотой, не отрываясь, можно было сойти с ума.

* * *

Мы с одной тролльчанкой закончили обрабатывать раны очередному сурма-йя. Моей помощницей оказалась серьезная женщина средних лет, с внимательным взглядом темных глаз. Она коснулась своего лба по краям и подбородка – снова этот треугольный знак, отгоняющий беду.

– А зверь-то опасней, чем они думали, – ее голос звучал вполне дружелюбно. – Хочешь есть?

Я хотела ответить, что умираю от голода, но… увидела Дьярви.

Мертвяк с рычанием бился в магических путах. Меня ослепил сигнальный огонь и оглушил звук охотничьего рога. Из тумана вынырнул Гельд, занес меч… В его глазах мелькнуло узнавание.

– Дьярви? Это ты?

Мертвяк поднял горящий красным взгляд на друга, и путы лопнули. Он был быстрым, очень быстрым. Извернулся, вскочил на ноги и… в одно мгновение, равное полувздоху, оказался рядом с Гельдом и почти нежно опустил руку тому на плечо, как будто хотел поприветствовать после долгой разлуки.

Кровь брызнула во все стороны…

Я очнулась с тяжелым вздохом, чтобы встретится с внимательным взглядом тролльчанки.

– Видящая, – прошептала она.

И вдруг… широкая улыбка и кивок.

– Меня зовут Гитте.

Она наклонилась и прошептала:

– Я тоже…

А потом она принесла мне горячей похлебки и хлеба.

Ее признание и реакция на проявление моей магии были столь удивительны, что я даже решила, что все это игра моего воображения.

Нас отвлекли новые раненые, и мне не удалось расспросить ее.

К моему облегчению, Гельда тоже скоро привели в лагерь.

Я поспешила к нему. Его рана была не настолько плохой и глубокой, хотя крови тролль потерял изрядно.

Я вздохнула с облегчением и начала обработку.

– Придется зашивать.

Он перехватил мою руку.

– Ты знаешь? Ты знаешь, кто там был? – его зрачки были расширены от боли и пережитого потрясения.

Я не могла сообщить ему, что да, мертвецы иногда оживают и становятся кровожадными монстрами.

– Не разговаривай, береги силы. И отпусти меня.

Гельд разжал хватку.

– Дьярви. Это был Дьярви, – тяжело дыша сказал он.

– Тише. Он умер. Тебе просто показалось, – говоря это, я чувствовала себя не слишком хорошо, но ложь давалась на удивление легко.

– Это был он, – уверенно сказал Гельд.

– Выпей! – я дала ему обезболивающее зелье.

– Ты знала. И Йотун тоже.

Он не спрашивал, утверждал. Даже скорее обвинял.

Нельзя было отказать троллю в проницательности.

– Тебе показалось. Йотун убил Дьярви в Заалокском лесу.

Гельд сомневался. Он не мог не верить своим глазам. Однажды он видел, как Дьярви умер… и теперь… как Дьярви бросается на друзей.

Что ж, я понимала его чувства.

К нам подошел Ньёд.

– В сторону, яло эманта, – скомандовал он.

Я поспешно отошла. Целитель почти небрежно наложил усыпляющее заклинание. Оно начало действовать почти сразу, но Гельд сопротивлялся.

– Это был он… – настаивал тролль, а потом его глаза закрылись.

– Ему повезло. По сравнению с другими, – бросил через плечо Ньёд. – Займитесь следующим.

* * *

К вечеру охота все продолжалась. Йотун ненадолго вернулся в лагерь, чтобы немного передохнуть и поесть.

Несмотря на усталость, он был очень собран и захвачен азартом погони.

– Заметила серый туман?

Я кивнула и подала ему хлеба.

– Как я поняла, вы не можете видеть сквозь него.

Он ухмыльнулся и сказал:

– Да. Управляемся с ним не лучше тебя.

– Я смотрю, это приводит тебя в восторг. Новая магия.

Йотун смотрел на меня странным взглядом, значение которого я не могла истолковать.

– Мне пора. Скоро мы его загоним, – сказал он, поднимаясь.

– Гельд его видел и узнал.

Он склонил голову набок и коснулся моей щеки.

– Сейчас это неважно. Отдохни, Мальта. Постарайся поспать…

Легко сказать… постарайся поспать. Стоило закрыть глаза, как я видела лес. Из-за боевых заклинаний некоторые деревья занялись пламенем и горели, как гигантские факелы, окрашивая ночь красным. Я смотрела на все это, как на причудливый и кошмарный сон. В тумане перемещались темные фигуры троллей. Раздавались отрывистые команды. Еще мне то и дело чудился запах крови.

Охотники гнали Дьярви, точно зверя. Несмотря на всю его свирепость, магам удалось восстановить порядок и отражать его внезапные атаки весьма успешно. Они ранили его заклинаниями, и ему пришлось отступать. Теперь ищейки следовали за мертвяком по пятам. Кольцо неуклонно сужалось. И когда уже казалось, что Дьярви некуда бежать, он исчез в своем темном тумане, захватив одного из магов.

К моему ужасу в темное марево бросились двое: Йотун и вожак сурма-йя – Иярт.

Я зажала рот ладонью, чтобы не вскрикнуть.

Находиться в тесной комнатке было невыносимо, я вышла на воздух и опустилась на ступеньки, все еще приходя в себя.

Из соседнего домика выскользнула Гитте, одетая в одну длинную рубашку, доходившую до пят. На рукавах и под горлом были завязаны ленты, отчего казалось, что тролльчанку поместили в мешок, и она бьется в нем, тщетно стараясь выбраться на волю. Ее волосы не были закрыты платком, и толстые перекинутые на грудь косы спускались ниже бедер. Мне было интересно, какого же они цвета, потому что в темноте было не разобрать.