Читать книгу "#НенавистьЛюбовь. Книга вторая"

– Даша… – То ли шепот Дани был так тих, то ли мне просто послышалось – я не знала.

Я хотела поцеловать его. Того, кого раньше любила. Того, кто был чужим парнем. Того, кто оставался рядом всю мою жизнь. Того, кто был безумно близок и одновременно далек, находясь за стеной, разделяющей наши комнаты. За стеной, разделяющей наши сердца.

Странно приходить к таким мыслям в чужом темном и душном шкафу, но я, почувствовав отголоски нашей былой Вселенной, поняла, что любовь к этому человеку была и остается сильнее ненависти.

Чека выдернута. Взрыв уже не остановить. Нужно или принять его, или убегать. А убегать я не хотела. И я тянулась к губам Матвеева, забыв обо всем на свете. А он тянулся ко мне.

Свет, ударивший в лица, не дал нам этого сделать. Поцелуя не случилось. Створки шкафа отворились, и мы отпрянули друг от друга.

– Чем это вы там занимались? – усмехнулся Стас. Выглядел он довольным.

– Прятались от твоего будущего тестя, – отозвался Даня. К его щекам прилила кровь. – Ушел?

– Ушел. Руслана его увезет. Так что время у нас есть, ребятки.

Глава 5
Свадебный лайфхак

Больше Стас на нас внимания не обращал – одновременно решал несколько важных вопросов, разговаривая сразу по двум телефонам и с кем-то яростно переписываясь в планшете. А мы сидели друг напротив друга в мягких удобных креслах, и между нами стоял прозрачный столик, заставленный блюдами, – Стас сдержал слово, и нам принесли обед. Правда, у меня кусок в горло не лез – так я нервничала, хоть и старалась не показывать этого. Зато Матвеев спокойно себе ел, словно и не он стоял со мной в пыльном шкафу, словно и не он шептал мое имя, словно и не он обещал рассказать мне правду.

Я решила подождать, пока Даня закончит, – чему-чему, а терпению я научилась. Да и внутренняя бабушка была довольна. Клоун все так же уминал за обе щеки, как и в детстве.

– Вкусно, Данилушка? – нежно спросила я, ковыряя изящной ложечкой в чизкейке, и выразительно посмотрела на Матвеева.

Тот подавился. И мне пришлось вставать, чтобы заботливо похлопать его по спине. Хлопала я со всей силы.

– Все-все! Хватит! – вскочил Даня, все еще кашляя. – Ты меня прибить хочешь, что ли?

– Я тебе помогала, – похлопала я ресницами.

– Да ты что! И как же?

– Дурь выбивала.

– А я думал, душу решила вытрясти, – проворчал Матвеев и снова принялся за еду.

Я уселась на место, не забыв стянуть туфли – дорогие, красивые, но неудобные. И снова стала за ним наблюдать.

– Что, – подозрительно спросил Даня, перестав жевать, – опять твоя внутренняя бабушка проснулась?

– Нет, – улыбнулась я широко. – Мой внутренний киллер. Кстати, мою порцию тоже скушай, – пододвинула я ему поближе блюдо с пастой, к которой даже не притронулась.

– Спасибо, я сыт. И чего хочет твой киллер?

– Правды или… – Я выразительно провела большим пальцем по шее Матвеева, давая ему понять, что я с ним сделаю.

– Я же сказал, что все расскажу. Вопрос только в том, нужно ли тебе это, – посерьезнел Клоун.

– Нужно, – сказала я твердо. – Еще как нужно.

– Хорошо, – кивнул Даня, не сводя с меня глаз, в которых проскальзывала тревога.

А я почему-то смотрела на ямочку на его шее – сейчас, когда он снял пиджак с галстуком и расстегнул верхние пуговицы рубашки, ее было видно особенно хорошо. Меня манила эта ямочка между его ключиц. И я с трудом перевела взгляд на лицо Матвеева, не сразу осознав, что теперь пялюсь на губы. И тут же мой взгляд метнулся к его лбу.

– Говори! – потребовала я. И на сердце отчего-то сделалось тяжело.

– В смысле – не хватает?! – заорал в это время Стас, сидевший за своим столом. Да так, что я вздрогнула. – Какого черта? Сделай так, чтобы хватило. И мне плевать, что какое-то мероприятие! Да пусть оно хоть триста раз запланировано! Я плачу бабки! Большие бабки! Как хочешь – но вопрос реши. Ясно?

И Чернов отбросил на стол телефон – между прочим, дорогой.

– Что-то случилось? – спросил Даня.

– Спроси лучше, приятель, чего не случилось, – усмехнулся Стас. – Конкретно сейчас в актерском агентстве не хватает нескольких человек на роли гостей. Но, думаю, это не страшно. Все решится. Все решится.

С этими словами Чернов встал, набрал чей-то номер и стал громко и бурно разговаривать, меряя кабинет широкими шагами. Шума от него было столько, что Даня предложил мне спуститься вниз, на улицу. Я лишь кивнула и натянула поверх платья кожаную куртку.

Честно говоря, это было не лучшее решение, которое мы сегодня приняли. Второе по глупости после согласия стать мужем и женой.

Мы спустились вниз, прошли мимо сотрудников ресторана, которые усердно занимались тем, что расставляли столы и украшали под руководством какой-то темноволосой женщины зал, и вышли на улицу. Было прохладно, но солнечно, и я глубоко вдохнула пахнущий опавшими листьями воздух – упоительно-нежный и знакомый. На нас смотрели прохожие, но нам обоим было все равно. Мы не замечали чужих взглядов.

– Ты когда-нибудь обращал внимание на то, чем пахнет осень? – спросила я задумчиво, стоя рядом с рестораном и глядя на редкие пожелтевшие деревья, что отделяли его от проезжей части. Мне казалось, будто эти деревья, день за днем сбрасывающие листву, засыпают. Чтобы сладко проспать всю зиму под снежными шалями, а весной проснуться – молодыми и счастливыми. Мне хотелось бы так же переживать холодные зимы – засыпать и просыпаться с первой зеленью.

Было бы здорово, если бы после того страшного разговора с Даней я заснула, а проснулась тогда, когда мою жизнь солнечным светом освещало бы счастье. Мне хотелось проспать зиму в своей душе.

– Ты начинаешь разговор со странной темы. Это меня настораживает, – отозвался Даня.

– Понимаешь, я… – Продолжить мне было не суждено. Именно в этот самый момент мимо нас продефилировала темноволосая девушка на каблуках и со стаканом ароматного кофе в руке. Она прошла мимо, но, сделав шагов пять, резко остановилась и, не оглядываясь, спиной зашагала назад. А потом так же резко повернулась к нам.

– Черт, – прошептала я. – Только не это.

Ведьма. Моя любезная сестра. Она стояла напротив нас с ошарашенным лицом и разглядывала так, словно мы были экспонатами в музее. Кажется, впервые в жизни Таня не знала, что сказать. Открывала и закрывала рот, как рыба.

Кажется, я побледнела под всеми своими слоями косметики. Да и Даня явно опешил.

– Куда орать? – осведомилась Таня тихо, внимательно разглядывая нас.

– Куда хочешь, туда и ори, – со вздохом, полным печали, ответила я, до сих пор не веря в то, что мы встретили сестрицу. Именно в этот день. Именно в этот час! Да что за невезение такое?!

– Тогда я буду орать тебе в ухо, – сказала Танька, схватила меня свободной рукой за предплечье и завопила: – Ты что, с ума сошла?! Какого черта ты тут в свадебном платье вытанцовываешь? Замуж собралась за этого отморозка? И меня не пригласила?! Вот свинокопытные, а!

– Тише, давай поговорим, – попытался унять ее Даня, но куда там! Танька стала возмущаться еще больше. Она с негодованием смотрела на нас, держала меня за предплечье – видимо, чтобы я никуда не убежала, и дирижировала своим кофейным стаканчиком, не закрывая рта.

– Тань, перестань! Я сейчас тебе все объясню. Понимаешь, мы…

Но Ведьма меня не слушала – так велики были ее изумление и негодование.

– А ты почему как жених вырядился? Свадебка, значит, да? Вы офонарели?! Почему меня не пригласили?! – никак не могла успокоиться она. – Какого черта о вашей свадьбе никто не знает? Вы что вообще устроили?! Или что, – вдруг уперся ее воинственный взгляд в Матвеева, – ты ей небось чадо заделал и вы решили тайно связать свои ноги узами брака?

Опять на беременность намекают! Да что такое-то, а?

– Не неси чушь, – рассердился Даня.

– Когда это логику стали называть чушью? А колечко-то какое! – узрела сестра мое обручальное кольцо. – Матвеев, когда ты начал зарабатывать на такие брюлики? Или ты какой-то орган успел продать?!

– Хватит, Таня! – взмолилась я, понимая, что ее вопли может услышать Стас – окна его кабинета как раз выходят на эту сторону. А проблемы с ним – это последнее, чего мне сейчас хотелось. И я, изловчившись, закрыла ей рот. – Мы притворяемся. Это все неправда.

Только тогда сестра замолчала. А я отняла от ее рта руку, испачканную алой помадой.

– Ванилин мне в глаза… Что значит – неправда? – куда тише осведомилась Танька, снова глянула сначала на меня, потом на Даню, и взгляд ее при этом был хищным. – В смысле – неправда? Придурок, ты даже жениться на ней не можешь по-настоящему? – обратилась она к Дане.

– Во-первых, прикуси язычок. Во-вторых, нам надо поговорить. И желательно не здесь, – отозвался Даня, который, как и я, прекрасно понимал, что Стас может заметить нас и решить, что мы разболтали Таньке наш секрет. Секрет, который мы обещали хранить. И даже поставили свои подписи в договоре о неразглашении.

– Ну, веди на разговор, рыцарь, – хмыкнула Танька и схватила меня под локоть. – Но если услышанное мне не понравится, о свадебке тотчас узнают Дашкины родители.

Данька и повел – в кафе через пару домов от ресторана Стаса. Нас провожали любопытными взглядами прохожие, а кто-то даже поздравил и пожелал счастливого будущего и чудесных деток.

В кафе было тихо и почти безлюдно, и мы сели в укромном местечке в самом углу заведения, подальше от людских глаз.

– Рассказывайте, бедолаги, – окинула нас очередным тяжелым взглядом Ведьмина, с грохотом опустив свою большую дизайнерскую сумку на пустой стул.

Мы с Даней переглянулись. Лица у нас обоих были весьма унылые.

– Давайте, давайте, посвящайте в свой великий секрет. Это же выражение счастья на ваших лицах? – внимательно оглядела нас Ведьма и усмехнулась. – А то я плохо понимаю.

Я, тяжело вздохнув, начала свой печальный рассказ. Вернее, попыталась это сделать – не вовремя появился приветливый официант, пожелал чудесной совместной жизни, принял заказ и обрадовал, что именинникам и молодоженам у них полагаются подарки.

Едва он удалился, как я продолжила. Получалось это несколько сумбурно и сбивчиво, но Даня помогал мне, и при этом вид у него оставался такой отстраненный, будто бы он байку травил, а не был непосредственным участником всех этих событий. Чем больше мы говорили, тем больше становились глаза Ведьминой. В конце концов они просто напоминали блюдечки, в которых плескалось восхищение. Подозреваю, восхищение нашей безрассудной тупостью.

– Мы просто играем роль жениха и невесты. Как-то так, – неуклюже закончила я и сделала несколько глотков остывшего капучино.

– То есть, – жизнерадостно осведомилась Танька, – у вас фиктивная свадьба, за которую вам заплатил богатый дядя?

Я несмело кивнула. Даня дернул плечом.

– Ты притворяешься его братом. А ты невестой. Замечательно! Восхитительно! – захлопала в ладоши Ведьма, явно издеваясь над нами.

– Таня, хватит, – недовольно сказала я.

– Хватит? Нет, родная, не хватит. Я знала, что вы оба не в себе, но не знала, что настолько, – призналась сестра. – Вы сказочные идиоты. Просто феерические! Нет, я понимаю, мелкая бы на это согласилась, но ты-то, Даня! – обратилась она к Матвееву с укоризной. – Ты же казался умным парнем!

Правда, стоило ему назвать сумму, которую пообещал заплатить Стас, как Танька закашлялась – видимо, от неожиданности.

– А ему больше никто не требуется? Фиктивная сестра или бабушка? Я за такие бабки любую роль сыграю, – заявила она. – Могу даже любимую хаски изобразить. – И она несколько раз весьма талантливо гавкнула.

– Твои шутки меня утомляют, – отозвался Даня.

– А меня утомляет твоя пришибленная рожа, но я же молчу, женишок, – не растерялась Ведьма. Они наверняка бы поругались, но в это время снова появился официант. Да не один, а с целой толпой работников заведения – подозреваю, им просто было скучно из-за отсутствия посетителей.

– А вот и наш подарок! От лица всего нашего коллектива еще раз поздравляю вас с таким важным и замечательным событием! Совет да любовь, как говорится! Будьте счастливы!

Нам зааплодировали и несколько раз прокричали: «Горько!». Даня нехотя перегнулся через стол и поцеловал меня в щеку. Поздравив нас еще раз, официант поставил к нам на столик подарок – бутылку шампанского в ведерке со льдом. После чего толпа, еще раз наградив нас незаслуженными аплодисментами, удалилась.

– Отличный лайфхак для получения бесплатного алкоголя, – довольно потерла ладони сестра. – Может быть, будем втроем каждую пятницу совершать рейды по барам?

– Таня, не смешно, – нахмурилась я, чувствуя, что у меня теперь горят не только губы, но и щека.

– Не знаю, – пожала она плечами. – Мне вот очень смешно. Как будто я увидела «Я идиот челлендж». Хотя, надо сказать, смотритесь вы эффектно.

– Ну, за вашу свадьбу! – высоко подняла она бокал с пенящимся шампанским. – Будьте счастливы, друзья. Проживите вместе сто лет и нарожайте кучу детишек. Старшую дочь назовите Танечкой в честь меня. Эй, я верю в тебя, парень, – подмигнула она Матвееву и осушила бокал.

– Что бы я делал без твоей веры, – отозвался Даня и тоже выпил шампанское. Я последовала их примеру.

– Не говори никому, – предупредила я сестру. – Иначе мы денег не получим.

– Не скажу, – кивнула Танька. Деньги для нее были весомым аргументом. Сестра хотела добавить что-то еще, однако у нее зазвонил телефон, и ей пришлось ответить.

– Привет, милый. – Ее голос сделался сладким. – Ты уже соскучился? Нет, ну и ладно, – фыркнула Танька, и я поняла, что звонит Олег. – Хорошо, встретимся через два часа. Слушай, а скажи, если ты увидишь меня с Другим, будешь ревновать? В смысле – нет? – рассердилась Ведьма. – Ты вообще ревновать умеешь?! Ну, милый, мне кажется, что я тебе безразлична. И вообще – я тебя называю «сладким» и «милым», а ты меня никак не называешь! Имя не в счет! Хочу быть твоей принцессой. Ладно, поняла, хорошо. Целую тебя. Чмок.

Даня тоже понял, с кем разговаривает Танька, и возвел глаза к потолку.

– Не повезло челу, – сообщил он как бы между прочим. – Я его недолюбливаю, но сейчас даже жалко.

– Это ты на меня намекаешь? – расправила юбку на коленях Ведьма.

– Просто рассуждаю вслух.

– Олег меня любит, – заявила сестра. – А я люблю его. Знаешь, какой он милый?

– Знаю, – хмыкнул Даня. – Каждую неделю после его пар корчусь от передоза умиления.

– Он к тебе слишком добр, – поцокала языком Ведьма. – Вот когда ты Дашеньку обидел, я просила Олежку тебя завалить – чтобы тебя на фиг из универа выперли. Прямо в ласковые армейские лапы. Но знаешь, что он мне сказал?

– Что же? – разлил остатки шампанского по бокалам Даня.

– Что относился, относится и будет относиться к своим студентам только объективно. Не будет он тебя валить, хлопчик, – вздохнула Танька с сожалением. – Я его еще пыталась научить брать взятки, но мы поссорились. Олег слишком благородный. А благородство – оно от глупости.

Она снова подняла бокал:

– Давайте выпьем за нас с Олегом. Я за него замуж хочу.

– За него пить не буду, – ожидаемо воспротивился Даня. – За тебя – пожалуйста.

– Я за вас выпью, – вмешалась я, видя, что сестра недовольно хмурится.

Мы осушили по второму бокалу. И в голове стало легко и приятно.

– Я верю, что вы будете нормальной парой, – объявила великодушно Танька и добавила высокопарно: – И что Данечка подарит тебе непередаваемые мгновения женского счастья.

– Какого еще счастья? – подозрительно посмотрела я на нее.

– Такого, которое женщине может подарить только мужчина. – И Ведьма подмигнула Дане. – Только ты мне потом, Кудряха, все должна рассказать!

– Таня! – возмутилась я – стало неловко перед Матвеевым.

– Я вот тебе про Олега все рассказала! Как он пригласил меня на свидание, устроил романтический вечер, стал целовать при свечах…

– Пожалуйста, не надо, – попросил Даня. – Не хочу слушать про то, как Владыко дарил кому-то женское счастье. Меня стошнит.

– Между прочим, он очень умелый любовник, – заявила Ведьма. – Знаете, что он умеет?!

– Молчи, а? – попросил Даня. – Мне еще год у него учиться.

Разговор снова был прерван – на этот раз зазвонил телефон Матвеева. Ему звонил Стас, потерявший нас и требовавший, чтобы мы немедленно вернулись в ресторан. Что мы и сделали, еще раз взяв с Ведьминой обещание, что о свадьбе она никому и ничего не расскажет.

Глава 6
Ресторан

В ресторане, в котором приготовления к свадебному банкету шли все так же бурно, нам поговорить не удалось: все время что-то или кто-то мешал. И я решила отложить наш разговор до вечера. После того как закончится эта пытка под названием «Ресторан новобрачных», Даня расскажет мне все, что знает.

К семи вечера, когда по улицам уже гуляли бархатные сумерки и зажглись первые фонари, к ресторану стали подъезжать гости – мужчины и женщины разных возрастов, одетые в вечерние платья и костюмы. Некоторые приезжали парами, многие – в одиночку. Но распорядитель и его помощники на входе тотчас ловили одиночек и рандомно соединяли их в пары, рассаживая за столики по всему залу. Как мы с Даней поняли, эти люди – сотрудники нескольких актерских агентств, с которыми спешно заключили договоры. В договорах было сказано, что актеры должны явиться в ресторан к определенному времени, соблюдая определенный дресс-код, и изображать гостей на свадьбе. Также они подписали соглашение о конфиденциальности. И обязались обходить семью Люциферовых по широкой дуге.

– Идем в зал, – бросил нам Стас, – сейчас они приедут.

Мы с Даней переглянулись – оба все еще нервничали. Он накинул пиджак. Я надела туфли, еще раз посмотрелась в зеркальце, удостоверившись, что с макияжем все в порядке, поправила платье и оглянулась на Матвеева. Он снова не мог нормально завязать галстук, и мне пришлось подойти к нему и помочь.

Я аккуратно расправила узел, а Даня, покорно опустив руки, смотрел на меня сверху вниз. В его взгляде снова было так много знакомого тепла, что я улыбнулась. А он вернул мне улыбку, заставляя на мгновение замереть. Притяжение к этому человеку было сильнее меня.

– Все-таки вы неплохо смотритесь, – сказал Стас довольным голосом. – Искры летят. В зале так же играйте.

Ни я, ни Даня ничего ему не ответили. Просто пошли следом прочь из кабинета, одинаково опустив взгляд.

– Возьми ее за руку, – велел нам Стас, обернувшись. Дан, так и не поднимая глаз, нашел мою ладонь, и наши пальцы снова переплелись. Знакомое чувство, будто ничего не менялось, снова нахлынуло.

Мы спустились в зал, который совершенно преобразился за несколько часов. Строгая роскошь интерьера непонятным образом успела превратиться в романтическую элегантность: нежные композиции из живых цветов, невесомое сияние светильников, горящих над столиками, искрящиеся гирлянды, блеск хрусталя, изящная драпировка скатертей – все это придавало банкетному залу ощущение легкости и сказочности. Цветами и огоньками были украшены даже перила лестницы, по которой мы спускались. И стоило нам сделать последний шаг, как нас заметили все сидящие в зале люди – а их, честно сказать, было немало, человек сто.

На нас троих обернулся или посмотрел, наверное, каждый. И ощущение было не из приятных. Оно усилилось, когда какой-то юркий мужчина с микрофоном в руке громко заявил, увидев нас:

– А вот и наши жених с невестой! Поприветствуем Максима и Дарью – тех, кому посвящен этот вечер! Тех, кто в честь своей любви связал себя узами брака! Приветствуем!

Заиграла торжественная живая музыка. Гости отрепетированно, а потому довольно дружно вскочили на ноги и стали усердно нам аплодировать.

– Это еще кто? – спросила я в ужасе.

– Ведущий, но он в курсе всего, – отозвался Стас беззаботно, также хлопая нам и не переставая улыбаться.

Так и не размыкая рук, под бурные аплодисменты мы с Даней направились к столу новобрачных, позади которого высилась причудливая арка, украшенная цветами. Чувствуя себя полнейшей идиоткой, я опустилась на место невесты, а Даня сел рядом с совершенно невозмутимым лицом. Нам все хлопали, хлопали, хлопали, а потом стали вдруг кричать: «Горько!» – как это произошло и по чьей инициативе, я толком не поняла и испуганно взглянула на Матвеева. Тот едва заметно вздохнул и обнял меня, касаясь губами моей щеки, а я в ответ обняла его за плечи – со стороны казалось, что мы целуемся. Каждую секунду я боялась, что нас раскроют, однако этого не произошло. Как только последние вопли «Горько!» стихли, я облегченно вздохнула и почти залпом выпила бокал шампанского, когда ведущий предложил всем присутствующим выпить за молодоженов. А после снова потянулась к бутылке, но Даня перехватил мою руку.

– Не пей много алкоголя, – сказал он и налил в мой бокал прохладный сок.

Эта свадьба отличалась от свадеб, на которых я была раньше. По крайней мере, уже тем, что я оказалась не гостем, а невестой. Однако были и другие отличия: отсутствие нелепых конкурсов, интерактивы с гостями, шоу-программа – насыщенная и яркая, услужливые официанты, живая музыка. Особенно мне понравился кенди-бар – фуршетный декорированный стол со сладостями: пирожными, капкейками, макарунами, фруктовым мармеладом и шоколадным фонтаном, оформленный в том же стиле, что и зал. А еще – коктейль-бар, организованный прямо за барной стойкой.

Звучала приятная расслабляющая музыка, сияли мягкие огни гирлянд, светильников и свечей, неуловимо пахло розами и волшебством. И все происходящее походило на сказку. В этой сказке я должна была чувствовать себя принцессой, но мне казалось, что я – ведьма, та самая маленькая ведьмочка из детства – с хриплым голосом, спутанными волосами и сердитым лицом. Ненастоящая невеста на ненастоящей свадьбе. Которая не по-настоящему целует ненастоящего жениха. Я успокаивала себя, говоря, что все это нужно перетерпеть даже не ради денег, а ради Дани, которому я должна была помочь. Только этот аргумент заставлял меня сидеть на своем месте и широко улыбаться, слушая очередные поздравления.

Поздравляли нас много и со вкусом. И, как это полагается, первыми поздравлять вышли мои «родители». Оба они приоделись. «Мама» щеголяла в вечернем коротком платье цвета бутылочного стекла, а «папа» – в строгом черном костюме. И мне почему-то подумалось, что это Стас постарался. Слишком уж дорогими казались их наряды.

Стоя на сцене, «мама» и «папа» долго рассказывали гостям, какая я хорошая дочь, как они рады, что я нашла такого чудесного парня, как Макс, и что у Макса есть абсолютно невероятный брат Стас, который так чудесен и прекрасен, что давным-давно пора выписать ему нимб и крылышки. Пока «родители» говорили про Стаса, я посмотрела в сторону столика, за которым сидела семья Люциферовых в полном составе. Петр Иванович откинулся на высокую спинку стула, сложив руки на животе, и ухмылялся. Сидевшая рядом с ним Яна пялилась на Даню и, заметив мой взгляд, показала мне средний палец. Я вспыхнула. Вроде и глупость – обижаться на малолетнюю девчонку, но обидно! Поэтому назло ей я обняла Даню и звонко поцеловала в щеку – несколько раз.

– Ты чего? – только и спросил он удивленно.

– Как чего? – притворно удивилась я. – Ты же мой жених. Имею я право тебя поцеловать или нет?!

Моя рука оказалась у него на груди и спустилась чуть ниже солнечного сплетения. Через ткань отлично чувствовался рельеф мышц.

– Не дразни меня, – почему-то серьезно сказал Даня.

– А то что? – улыбнулась я.

– Если я положу тебе руку на грудь, ты будешь орать, так? – спросил он.

– Так, – согласилась я. – Или нет…

– Поэкспериментируем? – сощурился Матвеев.

– Ты собрался лапать меня, когда мои родители желают нам счастья? – усмехнулась я. – Не уважаешь их, да?

Вместо ответа ему, да и мне тоже, пришлось вставать, идти на сцену и благодарить «маму» и «папу», играя роли хороших дочери и зятя. На сцене же мы выслушивали поздравления и от всех остальных гостей. После «родителей» наступил звездный час Стаса, вытащившего на сцену и Руслану. Роль человека, который женит своего единственного брата, он сыграл великолепно.

– Сегодня для меня важный день. Сегодня я женю Макса. Своего младшего братишку. Вы знаете, что я фактически заменил ему отца. И горжусь тем, что мы вдвоем смогли выбраться из всего того мусора, которым закидала нас жизнь. Я надеюсь, что наши дети, Макс, будут счастливы с самого своего рождения, – почему-то добавил он. – Я счастлив, что ты встретил замечательную девушку из замечательной семьи. И я хочу, чтобы вы были вместе и в горе, и в радости…

Чернов в конце своей речи так расчувствовался от собственных слов, что чуть не заплакал, и спешно отвернулся, делая вид, что вытирает кулаком скупую мужскую слезу. И гости тотчас принялись ему аплодировать. Не аплодировал только Люциферов – со сцены его было видно хорошо. Он все так же сидел на своем месте – правда, уже с бокалом в руке, и скептически смотрел на наше представление. Наверное, интуитивно понимал: что-то не так. Однако все шло как по маслу.

После поздравления Стаса косяком поперла «родня». Сколько же у меня появилось новых родственников! Одних только тетей и дядей было человек десять! Кузины с мужьями, кузены с женами, дедушки, бабушки, троюродные братья и сестры… Кое-кто притащил с собой даже трехлетнего ребенка, которого окрестили моим двоюродным племянником Севой. Дане пришлось брать его на руки, и все стали дружно желать нам сынишку, похожего на папу, а после него и дочку, похожую на маму. Я едва с ума не сошла, принимая эти поздравления.

После родственников на сцену вышли наши «друзья». Да, те самые «друзья», которых мы видели впервые в жизни. Причем у Дани друзья были нормальные: человек восемь бравых парней в костюмах – просто один к одному. Все высокие, статные, отлично сложенные, симпатичные, веселые. Это уже потом выяснилось, что парни были из какого-то там танцевального коллектива, а на сцене я только и могла что поражаться – откуда в друзьях Дани такие красавчики?

– Мы с Максом дружим уже лет десять, – громко и уверенно объявил один из них, завладев микрофоном и по-свойски положив на плечо Матвееву руку, – и, честно говоря, как-то даже заключили соглашение: кто первый из нашей компании женится, тот проставляется ящиком коньяка. Однако Максу повезло – первым был я. И ящик пришлось покупать не ему, а мне. – Он замолчал, потому что гости стали смеяться. – Поэтому я, как никто другой, точно знаю – чтобы решиться на брак с девушкой, нужно быть уверенным, что она – та самая, любимая, особенная. И знаете, в Дарье я уверен. Для Макса она стала той единственной, без которой не можешь представить и дня. Это просто потрясающая пара! Знаю, что все поднимали бокалы – и не один раз. Но давайте поднимем их снова! За моего друга и его прекрасную молодую жену!

Пока он продолжал вещать о крепкой дружбе с Даней, остальные его «друзья» своровали меня прямо со сцены. Просто окружили и куда-то уволокли. Сопротивляться я не стала и покорно пошла со смеющимися парнями куда-то за сцену к черному входу, из которого мы попали на улицу – темную и освежающе прохладную.

– И что теперь? – поинтересовалась я, слыша смех гостей.

– Ждем выкупа, – объявил кто-то из них.

– Просто так мы тебя не отдадим!

Мы стояли, разговаривали, шутили, смеялись, и никто из них и слова не проронил о том, что свадьба – фиктивная, а им самим заплатили деньги за то, чтобы они играли роль гостей. Это было странно – словно в этой свадебной сказке все были околдованы. Заметив, что мне холодно, один из парней – светловолосый, красивый и уверенный в себе – снял с себя пиджак и накинул на меня. Точно так же, как Даня днем.

– Чтобы не простудилась, – пояснил он и очаровательно улыбнулся мне. Не знаю почему, но этот парень все время стоял рядом со мной и даже словно невзначай коснулся моей руки. Да и взгляд его был довольно красноречив. Я понравилась ему – почему, не знаю, но он стал ухаживать за мной. Да-да, прямо на моей собственной свадьбе. Наверное, понимал, что я – ненастоящая невеста.

Выкупать меня пришли недовольный Даня, Стас в окружении длинноногих красивых девиц, несколько веселых и явно подвыпивших гостей, приходившихся мне «родственниками», Яночка и Леонид Тимофеевич, которого под руки вели оба внука. Последним, заложив руки за спину, брел Люциферов.

Как-то раз на свадьбе у одного из моих двоюродных братьев украли невесту. Я вместе с шумной толпой со стороны жениха пошла ее возвращать. Это было весело – в качестве выкупа укравшие невесту требовали деньги, алкоголь, конфеты и всякую ерунду. Я думала, что и сейчас будет то же самое. Однако Матвеев не был настроен веселиться. Стоял с мрачным лицом, сложив руки на груди. И так укоризненно на меня смотрел, что я почувствовала себя виноватой.

– Прекрасная невеста у нас! Ну что, как будете невесту выкупать? – весело поинтересовался один из похитителей – парни стояли так, что загородили меня широкими спинами. Я только и видела, что лицо Матвеева.

– Может быть, мальчики, так отдадите? – спросила какая-то девушка с шикарными рыжими кудрями. И ее поддержали еще несколько красавиц – подозреваю, что моих «подруг». Наверное, они тоже из какого-нибудь танцевального коллектива – все как на подбор модельной внешности.

– Так не отдадим! – заявили парни.

– И не надо, – услышала я где-то впереди голос Яны. Коза мелкая!

– Какая в этом логика? – спросил Люциферов въедливо. – Почему невесту воруют не родственники и друзья с ее стороны, а друзья жениха?

– Невеста – и наша подруга, – нашелся один из парней и стал торговаться.

Им отдали шампанское, коньяк, а после они стали требовать от жениха разные глупости. Что-то вроде: «Похвалите невесту, используя каждую букву ее имени» или «Спойте оперным голосом о том, как прекрасна Дашенька». Каждый раз Даню выручали мои «подруги», которым явно было очень весело – так, что один раз одна из них назвала меня не Дашей, а Наташей. Хорошо, что Люциферов этого не слышал. Зато слышал Стас и дернулся.

– Эй, жених! Пообещай-ка, что больше никогда не потеряешь свою любимую! – заорал кто-то из парней.

Не сводя с меня глаз, Даня сказал – четко и ясно:

– Обещаю. Никогда не потеряю.

И я улыбнулась – впервые за вечер искренне.

– Я могу ее забрать? – уточнил Матвеев.

– Нет, погоди, приятель! – загудели мои похитители. – Так просто мы ее не отдадим!

– Что ты от него еще хочешь? – тихо поинтересовался у меня блондин, одолживший пиджак. Кстати, его звали Игорь.

– Стриптиз! – заявила я, не подумав. Во всем было виновато шампанское. Только оно.

– Стриптиз! – тут же громко сообщил он. – Пусть жених станцует стриптиз! Тогда отдадим невесту!

– Ошалел? – спросил его Стас, которому вся эта самодеятельность не нравилась.

– Стгиптиз – это интегесно! – вмешался Леонид Тимофеевич и стал расстегивать пиджак. – Если жених стесняется, я могу!

– Дед, ты чего? – весело одернул его один из внуков. Второй, кстати говоря, почему-то крайне напряженно смотрел на одну из моих «подруг».