Читать книгу "#НенавистьЛюбовь. Книга вторая"

Глава 12
Вера

– На сегодня все, Матвеев, можете идти. – Голос Владыко звучал беспристрастно, однако почти полтора часа он развлекался тем, что давал мне одно задание за другим, а стоило мне допустить ошибку, позволял себе холодную улыбку и едкие колкости.

Наверное, мстил за «дядю Олега». А мне приходилось все глотать. Спасали только мысли о Дашке.

– То есть, Олег Владимирович, пропуск я отработал? – на всякий случай уточнил я.

– А вы как считаете? – сощурился он.

– Считаю, что да.

– Отработали.

Все так просто? Нужно просто сказать, что отработал? Я встал из-за парты, закинул на плечо рюкзак и направился к двери.

– Матвеев, – задумчиво окликнул меня Владыко, – вы способный студент. Но без должного прилежания ничего не выйдет. Сосредоточьтесь не на личной жизни, а на учебе.

– Попытаюсь, Олег Владимирович, – сквозь зубы проговорил я.

– И надеюсь, кольцо у вас не обручальное, – продолжал Владыко с явным намеком.

Ни я, ни Дашка больше кольца не снимали. Привыкли к ним. Привыкли друг к другу. По крайней мере, я хотел на это надеяться.

– Рабское, – отозвался я.

– Что-что? – Он поправил очки.

– Да так. До свидания!

Владыко был одним из тех преподавателей, которые, с одной стороны, вызывали уважение, но с другой – им хотелось как следует втащить. Однако думать о нем сегодня больше не мог, мыслями я тянулся к Дашке. Наверное, она уже дома, готовится к семинару. Сидит с ногами на диване в своих коротких домашних шортиках, которые будоражат фантазию, и читает очередной учебник. Или смешно произносит вслух что-нибудь по-японски. Или задумчиво крутит прядь волос, повторяя материал.

Глупо, но я уже успел соскучиться по ней, по ее мягким губам и нежным рукам, по голосу и даже по взгляду. Хотел вернуться в квартиру и просто обнять Дашку, зарыться носом в пахнущие клубникой вьющиеся волосы и поцеловать в щеку. С тех пор, как она действительно стала моей, я не переставал о ней думать. «Даша, Дашка, девочка», – постоянно крутилось в голове. Я то и дело видел ее улыбку, слышал голос, вспоминал запах. Хотел ее. И осознал важную вещь. Чем отчетливее понимаешь, что человек твой, тем сильнее скучаешь по нему. Я скучал все сильнее, хотя, казалось бы, куда еще? Стены между нами больше не было.

Пока я шел к машине, позвонил Костя – приятель из параллельной группы, хотел узнать, приеду ли я. Вчера мы договаривались, что я привезу ему конспект по инструментальным средствам информационных систем. Этот конспект я брал у него для лабораторной: пропустил несколько пар из-за поездки на конференцию.

– Дан, завтра все в силе? – спросил Костя. – На неделе лабораторную сдать надо Иванычу.

– В силе. Прямо сейчас заеду домой, заберу конспект, завтра встретимся в универе, отдам.

– Отлично. Слушай, ты говорил вчера, что временно снимаешь квартиру с девушкой, – вдруг сказал Костя. – У вас все так серьезно?

– Серьезно. – Я с улыбкой взглянул на кольцо.

– Поэтому ты прогуливать стал? – развеселился приятель. – Чувак, завязывай! Хотя девчонка у тебя красивая, не спорю! Дашей ведь зовут? А Каролина эффектнее.

– При чем здесь Каролина? – не понял я. Серебрякова знала парней из моей университетской компании, и Костян не был исключением.

– Да так, просто вспомнилось, – задумчиво отозвался он. – Все думали, что однажды вы перестанете талдычить, что просто друзья, и начнете встречаться. Даже ставки делали!

Мне вдруг вспомнилось, как Каролина сняла с себя халатик той ночью в отеле. И стало не по себе. Хороший друг! Я всегда считал себя умным, но должен был признать за собой поразительную тупость – по крайней мере, в вопросах отношений с Каролиной Серебряковой.

– Не говори о ней, – устало попросил я Костю, садясь в машину.

– Поссорились?

– Можно сказать и так. – Мне не хотелось никому и ничего объяснять.

Я завел машину, включил радио и поехал домой, продумывая план на вечер. По дороге увидел магазинчик сладостей и завернул к нему – решил купить что-нибудь вкусное Дашке. Мне нравилось радовать ее, хотя, честно сказать, я не слишком понимал, как делать это. Вчера купил ей цветы – мне казалось, что они такие же задорные, как она. А сегодня Савицкий притащил свой дохлый зад и такой огромный букет роз, что мои цветочки на их фоне могли показаться дешевкой.

Я не хотел проигрывать ему, хоть и знал, что в плане денег он меня опередил. Савицкий мог предложить Дашке гораздо больше, чем я. И он тоже прекрасно понимал это. Это ужасно злило, но злость всегда меня мотивировала. Заставляла идти вперед. Брала за горло и не разрешала опускать руки. Я знал, что однажды достигну того, о чем мечтаю. А Савицкий останется тем, кто прожигает жизнь на деньги папочки.

Купив Дашке шоколадный торт с клубникой, я снова сел в машину, но не успел отъехать – завибрировал телефон. Я думал, что это Сергеева, но ошибся – звонила Каролина.

Несколько секунд я колебался, не зная, отвечать или нет, и все-таки решил принять вызов, чтобы прямо сказать Каролине о том, что больше мы не общаемся.

– Слушаю.

– Дан, здравствуй, – раздался ее тихий голос.

– Здравствуй, Каролина. Что ты хотела? – вздохнул я, барабаня пальцами свободной руки по рулю. – Если встретиться – я пас. Ты же понимаешь, что теперь я не могу считать тебя своим другом.

– Понимаю. Понимаю, что она не хочет, чтобы мы общались, – словно с трудом проговорила Каролина и вздохнула. – Знаю, что нашей дружбе пришел конец, Дан. И… я все понимаю. Она важнее. Это правильно. Любимая девушка должна быть важнее друзей. Я бы тоже хотела, чтобы парень ставил меня выше друзей.

Я почувствовал ком в горле: для меня вопрос дружбы и выбора между девушкой и друзьями всегда стоял остро. Я не понимал, как можно бросить любимого человека из-за друзей или перестать общаться с парнями из-за подруги.

Каролина недвусмысленно давала мне понять, что я кинул друга из-за девушки.

– Ты не поняла, – отозвался я. – Мы прекращаем общаться не из-за этого.

– А из-за чего? – спросила она едва слышно.

– Не понимаешь? – тяжело спросил я.

– Она тебе что-то наплела про меня? Скажи честно. Пожалуйста. Ты ведь всегда был со мной честным, Дан.

– Она – это Дашка?

– Да, Дашка. Твоя Дашка… – Кажется, Каролина беззвучно плакала.

– Моя Дашка помогла мне открыть глаза, – усмехнулся я. – Но ты виновата сама. Не стоило показывать ей через Савицкого то фото. Зачем вообще нужно было снимать нас вместе? Не такая ты и пьяная в ту ночь была, верно? Кстати, как ты заставила Савицкого плясать под свою дудку? Пообещала вернуться? Вы действительно интересная пара. Каролина, давай прекратим это, о’кей? Я устал. Надеюсь, у тебя все будет хорошо. И остерегайся Савицкого. Пока.

– Дан… Подожди! – не дала она мне положить трубку.

– Что еще? – раздраженно спросил я. Раньше Каролина никогда не вызывала во мне этого чувства.

– Я не знаю, говорить тебе или нет…

– Что? – сквозь зубы спросил я.

– Даша… Она…

Голос Каролины дрожал.

– Что – она? Говори.

– Она с Владом была, я их видела, – прошептала Каролина. – Они целовались…

– Иди ты к черту, Серебрякова! – не выдержал я и бросил трубку.

Звонок Каролины не просто разозлил – он меня заставил в ней разочароваться. Я не понимал, для чего она пользуется глупыми и грязными приемами, пытаясь очернить Дашку. Каролина в самом деле думает, что я поверю в это? О’кей, несколько лет я реально считал ее другом и прислушивался к ее советам и словам. Но она не находит, что это слишком?

Выбросив из головы слова Каролины, я поехал домой – не в студию, которую нам любезно предоставил Стас, а в квартиру родителей. По пути я несколько раз звонил Дашке, но ее телефон был отключен. Это напрягало, но у Сергеевой такое бывало: забывала вовремя подзаряжать телефон. Я остановился у нашего подъезда, когда на улицу опустились сумерки, но на западе, над самым горизонтом, все еще желтела тонкая полоска неба: солнце не сдавалось так просто. И словно поддерживая его, в домах то и дело зажигались окна, из которых лился теплый свет.

В Дашкиной комнате тоже горел свет. Это удивило меня – она заехала домой? Ее родители все еще на море, а запасные ключи от квартиры есть только у нас. Но это хорошо, что она забежала в свою квартиру – я заберу ее, и мы вместе уедем в студию. Честно говоря, я уже думал о том, чем мы сможем заняться там, и мне хотелось поскорее свалить отсюда вдвоем с Дашкой. Моей Дашкой.

Едва я вышел из машины и поставил ее на сигнализацию, дверь подъезда широко распахнулась, и оттуда выбежала Каролина, на ходу вытирая глаза. Сказать, что я удивился, – ничего не сказать. Что ей опять нужно? Разве я не ясно выразился, когда сказал, что мы больше не будем общаться?

– Что ты здесь делаешь? – громко спросил я – Каролина, кажется, меня не замечала.

– Дан?.. Как ты здесь оказался? – остановилась она и посмотрела на меня большими пустыми глазами.

Я крепко выругался. Она совсем поехала головой?

– Вообще-то я здесь живу, – процедил я сквозь зубы. – А ты?

– Я? – Каролина, кажется, растерялась. – Я просто приехала к тебе… А тебя не было… Дан, мы можем поговорить в другом месте? Пожалуйста. Прошу.

– О чем? – нахмурился я, не понимая, что происходит и почему она себя так ведет.

– Скажу тебе кое-что важное. – Каролина в панике оглянулась. И ее взгляд скользнул по Дашкиному окну, в котором все так же горел свет.

– Что случилось? – спросил я снова, стараясь сохранять спокойствие.

– Ничего… ничего, Дан! Просто давай уйдем! Поговорим! Нам нужно поговорить. Ну же! – взмолилась Каролина, и я сделал для себя вывод, что в квартире Дашки что-то происходит. Что-то, о чем я должен знать.

Ничего не говоря, я обошел ее и направился к подъездной двери.

– Нет-нет, не ходи туда, – вцепилась вдруг Каролина в мою руку. – Не ходи!

– Ты скажешь мне, в чем дело? – мягко спросил я, чувствуя, как в груди разгорается злость.

– Тебе нельзя это видеть! Дан, нельзя. Пожалуйста, послушай меня – давай…

Слушать Каролину я не стал – рванул на себя дверь, забежал в подъезд и помчался по лестнице вверх. Каролина бросилась следом за мной, но сразу же отстала. Тяжело дыша, я остановился у Дашкиной двери. Прислушался – в ее квартире, кажется, играла музыка. Я позвонил несколько раз, чувствуя, как яростно стучит сердце – что-то происходило, а что, я понятия не имел. Но точно знал – какое-то дерьмо, в курсе которого была Каролина, стук каблуков которой я слышал.

Мне не открывали, хотя показалось, что кто-то посмотрел в глазок. Я позвонил еще раз. И еще. И еще. Я хотел уже бежать в свою квартиру, чтобы взять ключи и самому открыть эту проклятую дверь, когда нехотя щелкнул замок. На пороге я увидел Савицкого – он стоял напротив меня в одном полотенце, обернутом вокруг бедер. На шее виднелись следы засосов. И он довольно улыбался.

Я оторопел. Отступил на шаг. До этого – все эти дни, когда мы были счастливы с Дашкой – мне казалось, что в мои ладони пролилось солнце. А теперь его свет утекал сквозь пальцы прямо в бездну, которая разверзлась под ногами. Нет. Быть не может.

– Ты что здесь делаешь? – глухо спросил я, надвигаясь на Савицкого. – Что ты, мать твою, здесь делаешь?!

– А как ты думаешь? Слушай, малыш, не мешай нам.

– Я спросил. Что. Ты. Здесь. Делаешь. – Каждое слово давалось с трудом.

– Мы помирились с Дарьей, – пожал он плечами и коснулся тату в виде механического сердца. – Она всегда была здесь, приятель. И сегодня поняла это. А потом в ответ впустила в свое сердечко меня.

Меня затрясло. Я хотел убить его. Размазать по стене, чтобы следа живого не осталось. Ровно то же я чувствовал в ту ночь, когда увидел их с Дашкой под ливнем – увидел, как он пытается затащить ее в машину, увидел кровь на ее губах. Она не могла. Нет. Нет.

Савицкий улыбался – будто пытался провоцировать.

– Дан, Дан! Давай уйдем! – появилась на площадке Каролина и попыталась снова схватить меня за руку, но я легко стряхнул ее.

– Ты не должен был видеть этого! Я же сказала – не ходи! – В ее голосе была мольба.

Влад засмеялся.

– Придурок, – прошипела Каролина. – Дан, давай уйдем. Прошу тебя.

– Где она? – спросил я, не узнавая свой голос. – Где Даша?

– Спит, – пожал плечами Даня. – Она устала. Думаю, ты понимаешь почему.

Желание разорвать его на части было столь огромным, что мысли начали путаться, а глаза застила пелена. Пытаясь успокоиться, я схватился за дверь – крепко, до боли сжимая ее. Дашка не могла так поступить. Я точно знал, что не могла. Я верил ей. Верил, как самому себе.

– Хочешь мне вмазать? – издевательским тоном спросил Влад. – Давай. Вмажь. Ну же, Данька. Сделай это от души. А хочешь, я тебе нож принесу? Я ведь заслужил, верно? Полоснешь меня им пару раз. В отместку, что переспал с твоей девочкой. А, извини, она уже не твоя.

Он точно провоцировал меня. Для чего? Чего хочет добиться? Установил камеры? Я глубоко вдохнул и выдохнул, мысленно считая от десяти до одного. Давай, придурок, ты должен прийти в себя. Не поддавайся эмоциям. Они мешают думать. Каролина яростно посмотрела на Савицкого:

– Хватит, Влад! Вы с Дашей пересекли черту. Дан не заслуживает такого отношения.

– Правда? Какая жалость, – усмехнулся он.

– Дан, давай уйдем. Прошу. Пока ты что-нибудь действительно не сделал ему, – взволнованно сказала Каролина, схватив меня за предплечье, но я не чувствовал ее рук. – А Даша… Даша просто недостойна тебя.

– Я не верю, – медленно сказал я, вспоминая слова Дашки о том, что я не должен позволять Каролине снова обмануть меня. – Даша не способна на такое. Если только ты ее не заставил, Савицкий. Но если ты что-то сделал Дашке, я просто тебя убью. – Мои слова звучали буднично, и я увидел, как у Влада дернулся кадык. А потом я просто оттолкнул Савицкого и ломанулся в квартиру, думая только о том, что должен спасти Сергееву. И в это же время услышал звонкий Дашкин голос за спиной:

– Что здесь происходит? Вы с ума сошли?!

Я обернулся. Дашка стояла на лестничной площадке вместе с двумя подружками, и ее взгляд был растерянным и злым. Я тут же бросился к ней, пытаясь понять, все ли с ней в порядке, не пострадала ли она. Осмотрел со всех сторон и только потом облегченно выдохнул, чувствуя, как тают на сердце ледяные глыбы страха. С моей девочкой все в порядке.

– Все хорошо? – тихо спросил я, и Дашка лишь несмело кивнула.

– Что происходит, Дань? – спросила она жалобно.

– Сам не знаю.

– Ты… ты же должна быть в квартире, – прошептала вдруг Каролина, бледная как снег, а Савицкий в ответ лишь весело засмеялся.

– Глупая, ты думала, я и правда буду похищать людей? – Он даже в ладони захлопал, а потом вдруг получил звонкую пощечину от Серебряковой.

– Ну ты и мразь, – проговорила она совершенно незнакомым голосом. – Просто мразь.

– Ты тоже, крошка, ты тоже. В нас обоих есть что-то от мразей, – веселился Влад, не обращая внимания на след от ее ладони. – Ты думала, я настолько отъехавший?

– Ты ведь обещал… ты ведь заставил меня переспать в обмен на это! Урод! – И она снова попыталась ударить его по лицу, но Влад не дал ей этого сделать – перехватил руку.

– Тише, Каролина, тише. Я ведь могу ответить.

– Эй, мрази, – отстранилась от меня Даша, – что вы забыли в моей квартире?

– Мне тоже интересно, – окинул я тяжелым взглядом застывшую Каролину и улыбавшегося Влада, прикидывая план действий.

– Вызывай ментов, – посоветовала мрачно Сашка.

Глава 13
Изломанная любовь

Это началось с безобидной шутки вчера, когда вернулась Каролина.

– Ты все еще меня любишь? – спросила девушка, когда они с Владом стояли на верхнем ярусе набережной со стаканчиками кофе в руках.

С высоты открывался живописный вид на реку, в глади которой тонул желтый бархатный закат; солнце медленно уходило за рваные облака, озаряя небо раскаленным золотом, плавно переходившим в грязно-аметистовый цвет. Дул прохладный ветер и пробирался под изумрудное пальто Каролины и черную, с высоким воротником, нейлоновую куртку Влада. Так совпало, что и пальто, и куртка были одного и того же известного бренда.

– А как ты думаешь? – спросил Влад, не отрывая от девушки внимательного взгляда. Закат, казалось, совершенно не трогал его.

– Любишь, – негромко произнесла Каролина. – Прости меня за это.

– Считаешь, что это твоя вина? – приподнял он бровь.

Вместо ответа Каролина лишь улыбнулась уголками губ. «Не моя, – говорили ее глаза. – Это твой выбор, но я должна была извиниться. Так принято».

– А ты? Все еще любишь его, Каро? – спросил Влад, и в его темных глазах промелькнуло что-то странное.

– Не называй меня так, – мягко попросила девушка. – Знаешь ведь, что не люблю.

– Я знаю, что ты и меня не любишь, – отозвался парень. – Но это не меняет моего отношения к тебе. Зачем ты вернулась, Каро?

– Появилась возможность. Матери не до меня из-за смерти дяди. Они делят наследство. А что, ты не рад меня видеть? – внимательно посмотрела она на Влада.

– Я буду рад тебя видеть в том случае, если ты скажешь, что хочешь ко мне вернуться. Но что-то мне подсказывает, что ты хочешь не этого, – усмехнулся Влад. – Зачем позвала сюда?

– Они вместе, – задумчиво произнесла Каролина. – Притворяются женатой парой. Живут в одной квартире. Спят. Маленькая миленькая Дашенька все-таки окрутила Дана. – В голосе Каролины появилось отвращение. – Я пыталась дозвониться до него сегодня, но не вышло – Дашенька взяла его телефон и велела больше не звонить. Как будто у нее есть на это право. – На мгновение лицо Каролины перекосило от тщательно скрываемого гнева.

– Это так забавно – они играют женатую пару, чтобы получить бабки и заплатить мне, – рассмеялся Влад и сделал глоток своего рафа – на этот раз кленового.

– Деньги – не главное. Дан хочет защитить Дашеньку от Алана, – поджала губы Каролина. – Ты ведь этого не сделал.

– Откуда ты узнала? – полюбопытствовал Влад.

– Случайно услышала его разговор со Стасом Черновым, – сухо ответила Каролина. – И нет, я не подслушивала. Так вышло.

– Верю. – Тонкие губы Влада растянулись в улыбке. – Так зачем ты меня позвала? Бесит, что твой Дан развлекается с Дарьей?

– Она забрала чужое, – проговорила твердо Каролина. – А я не из тех, кто так просто отдает то, что принадлежит мне. Влад, – заглянула она вдруг в его глаза, заставив замереть. – Если ты меня по-прежнему любишь, помоги. Я хочу вернуть Дана. У меня все еще есть возможность. А ты заберешь себе Дашеньку. Я же знаю, она тебе нравится.

– За что я тебя любил, детка, так это за твой очаровательный эгоизм, – отозвался Влад. – Ты пытаешься быть добренькой для всех, но при этом думаешь только о себе.

Настоящая стерва. – И он коснулся подбородка девушки. Она перехватила его ладонь и крепко сжала ее.

– Помоги мне, – упрямо повторила Каролина. – Нужно что-то сделать, пока есть время.

– Что? Ты не смогла заполучить Матвеева даже тогда, когда он усиленно делал вид, что встречается с тобой, – отозвался Влад, вспоминая ту игру, которую затеял, увидев Каролину и Матвеева вместе в аэропорту.

Он решил поиздеваться над бывшей и унизить ее проклятого возлюбленного, но сам не понял, как его ярость по отношению к Серебряковой испарилась, и они снова стали общаться, будто ничего и не было. Все-таки Каролина умело манипулировала им, заставляя прогибаться под себя раз за разом. Он даже согласился показать Дарье фотографию, пытаясь натолкнуть ее на мысль, что Матвеев изменил ей. Не вышло.

– Надо что-то придумать, – сказала девушка. – И ты должен мне помочь. Прошу, Влад. Больше мне просить некого. Ты ведь уже сполна насладился моим унижением, когда мне приходилось делать вид, что мы с Даней – пара. И да, теперь я понимаю, что это такое, когда любимый человек рядом только физически, а все его мысли – о Другой. Это больно. Это отвратительно. Это реально ломает гордость. Я знаю, что тебе было больно, и я в который раз прошу простить меня. Ради того, что между нами было. Пожалуйста.

Каролина так жалобно смотрела в глаза Влада, что тот отвел взгляд – не выдержал.

– Помоги мне теперь. – Ее пальцы сжали его руку.

– И что я должен сделать, Каро? Может быть, мне ее похитить? – весело спросил Влад. – Знаешь, как в сериалах? Я, типичный плохой парень, похищаю главную героиню, накачиваю ее снотворным, раздеваю, укладываю с собой в кровать. А ты, нетипичная плохая девочка, делаешь фото. Потом мы отправляем их главному герою, и тот тотчас бросает свою подружку. А ее место занимаешь ты.

– Мне нравится, – вдруг задумчиво сказала Каролина, и Влад едва не подавился кофе: она не шутила. Он слишком хорошо изучил ее, чтобы не понять этого.

– Что? Серьезно? – усмехнулся парень.

– Серьезно. Только никаких фото. Он должен увидеть… Увидеть вас вместе вживую, – тихо проговорила Каролина, прикидывая что-то в уме. – Дан – очень гордый. И очень горячий. Если он увидит Дашеньку с тобой в одной постели, не простит ее. Я его знаю.

– Я еще жить хочу, Каро, – усмехнулся Влад. – Песик загрызет меня, если увидит нас вместе с Дарьей. Да и как мне затащить ее в постель? Накормить наркотой?

– Так, как ты решишь. – Руки Каролины оказались на его плечах. – Сделай, что посчитаешь нужным. Ты ведь сможешь?

– Похищение человека – это статья, – медленно отозвался парень, разглядывая Каролину.

– Тогда сделай так, чтобы это было не похищение. Сделай так, чтобы эта стерва сама решила поехать с тобой. – Ладони Каролины оказались на груди Савицкого.

– О’кей, я согласен. – Пальцы Влада накрыли ее ладони. – Но не бесплатно.

– Хорошо. Что ты хочешь, Влад?

«Тебя», – говорил его взгляд.

– Вину нужно заглаживать, дорогая. А ты сделала мне о-о-очень больно, – улыбнулся он.

– И как мне ее загладить? – Каролина приблизилась к Владу так, будто собиралась поцеловать, – на расстояние одного выдоха. – Что ты хочешь?

– Переспи со мной. – В его голосе не было торжества – он говорил обыденным тоном, словно приглашал на свидание. – Напоследок. Я скучаю по тебе.

– Ты… ты с ума сошел? – дернулась Каролина. В ее голубых глазах промелькнула злость.

– Нет так нет, – пожал плечами Влад. – Я не заставляю тебя, Каро. Можешь попросить Алана. Он точно не откажет. – И он отпустил ее.

– Хорошо, – закусила губу Каролина. – Я согласна.

Влад кивнул – он словно знал, что она не отступит. Ей некуда отступать.

– Тогда мне нужен аванс.

– Аванс? – широко распахнула глаза Каролина. – Что ты имеешь в виду?..

Влад лишь улыбнулся, снова шагнул к ней и, крепко обхватив за талию, стал целовать. Жестко, с напором, не разрешая ей оторваться от его губ ни на миг.

План Каролина придумала сама. Расписала все Владу так вдохновенно, будто это было для нее игрой, в которой она хотела победить. И Влад, слушая ее, улыбался: ему нравились плохие девочки, а Каролина с первого взгляда казалась ему такой, несмотря на ангельскую внешность и взгляд скромницы. Она была такая же, как и он сам. Ловко умела притворяться. Только Влад поначалу делал это, чтобы выжить в новой семье, где его ненавидели, а после привык, а Каролина – «из любви к искусству».

По интернету Серебрякова общалась с одним из приятелей Матвеева – не потому, что этот Костя был ей интересен, а потому, что с его помощью умело держала руку на пульсе возлюбленного. Она знала, что происходит в жизни Дана, чем он живет, не появилась ли у него новая подружка. Костя и сам не понимал, что сливает Каролине информацию о Матвееве, думая, что они просто общаются.

В тот день она узнала от Кости незначительную, казалось бы, информацию о том, что Дан должен отдать ему конспект – сначала заехать к себе домой за ним, а потом привезти в универ. Костя случайно обмолвился об этом в переписке, и Каролина уцепилась за эти слова.

«Дан сказал, что снимает квартиру с подружкой, Дашкой зовут, знаешь ее?» – написал Костя. Серебрякова тайно нравилась ему, хотя он прекрасно понимал, что у него нет шансов. И она тоже это отлично понимала. «Знаю, хорошая девушка», – ответила Каролина, прикидывая в уме, как это можно использовать. «Жаль, что у вас с ним не сложилось. Ты мне нравишься больше, чем она», – возразил парень. «Мы с Даном просто друзья, ты что. Кстати, Константин, а когда Дан поедет за конспектом?» – «Завтра, после пар, а что?» – «Можешь мне помочь? Хочу сделать ему сюрприз, а для этого мне нужно точно знать, когда Дан появится дома». – «Без проблем, Каролина! Позвоню ему, а потом сразу отпишусь!» – пообещал Костя.

План Каролины заключался в том, что Даня должен был приехать домой и увидеть в квартире Сергеевой Влада и Дашу вместе. И не просто увидеть, а понять, что они отлично провели время вместе – в одной кровати. Савицкий должен был взять на себя заботу о том, как попасть в дом Сергеевой и заставить ее делать то, что он хочет.

– Ты реально думаешь, что это сработает? – весело спросил Влад, когда они сидели в его гостиной.

Ему нравилось наблюдать за расписывающей на бумаге план Каролиной, лицо которой напоминало сейчас лицо художника или поэта – было озарено темным вдохновением.

– Я делаю ставку на характер Дана. Он очень вспыльчивый и привык рубить сплеча, – отозвалась Каролина. – Сергеевой потом никакие оправдания не помогут, поверь. К тому же она не умеет общаться с Даном, с ним нужно ласково и заботливо. – Девушка едва заметно вздохнула.

– Согласен, что наш песик – псих, – усмехнулся Влад, касаясь скулы – ровно того места, куда однажды пришелся удар Матвеева. Сильный и хорошо поставленный. Что-что, а драться он умел.

– Не называй его так, – нахмурилась Каролина, продолжая что-то писать.

– Не указывай, что и как мне делать. Сам разберусь.

– Веди себя достойно.

– Нам ли говорить о достоинстве, – коротко рассмеялся Влад. – Мы ведь плохие герои.

– Разве это плохо – хотеть счастья? – прямо спросила Каролина. – Я забираю свое.

«А я заберу свое», – читалось в его глазах. Влад сел рядом с девушкой и убрал с ее опущенного лица длинную прядь светлых волос.

– Я восхищен, Каро. Из такой маленькой детали, которую ты выудила из этого придурка, тебе удалось придумать такой забавный план. Меня даже не пугает похищение Дарьи – думаю, это будет весело. Хочу посмотреть завтра на взбешенную морду пса. Но вопрос – когда же я получу обещанное?

По хорошенькому лицу Каролины пробежала тень, и Влад заметил это, но не подал виду – напротив, поцеловал девушку в висок:

– Сегодня холодно, Каро. Согреем друг друга?

Его пальцы заботливо убрали ее длинные, пахнущие жасмином волосы за одно плечо и коснулись молнии на спине. Каролина замерла – перьевая ручка выпала из ее ухоженных пальцев, а Влад неспешно расстегнул замок, оголяя светлую нежную кожу, которая контрастировала с темно-синей тканью платья.

– Нет, перестань, – вдруг убрала его руку Каролина.

– Что, противен? – сощурился Влад, чувствуя, как сознание заполняет злость. – Он настолько лучше?

– Завтра, – твердо сказала девушка, застегивая молнию. – Сначала ты должен доказать мне, что выполнил свою часть сделки. Я должна быть уверена, что ты не обманул меня.

– Разве я могу тебя обмануть? – резко спросил Влад. – По-моему, до этого меня обманывала только ты.

– Прости, – вдруг подалась к нему Каролина и обняла, прижимаясь щекой к плечу. – Прости, Влад. Я не хотела, чтобы тебе было больно.

Он обнимал ее, задумчиво гладя по мягким волосам, а потом они долго обсуждали детали своего плана.

– А если они завтра будут весь день вместе? – спросил напоследок Влад.

– Тогда придумаем другой план, – пожала плечами Каролина. – Главное – эффект неожиданности и естественность. Чтобы Дану и в голову не пришло, что это подстава.

– Понял. Позвоню Серому – он достанет все необходимое, чтобы Дарья… слушалась меня.

Слово «наркотики» Влад не любил.

– Кто это? – равнодушно спросила Каролина.

– Один тип из свиты Алана, – поморщился Влад. – Не переживай, Каро, завтра все получится. И я заберу свое.

После этого она ушла, оставив после себя легкий приятный аромат жасмина, а Влад с размаху лег на широкую кровать. Больная привязанность к Каролине, уязвленная гордость, странная, необъяснимая нежность к Дарье, желание отомстить – все это крепко в нем переплелось. Так крепко, что он решил – его план будет отличаться от плана Каро. Разительно.

Малышка решила, что он слабак, такой же идиот, как Матвеев, и она может манипулировать им, как захочет. Но он больше не даст ей использовать себя. Настала его очередь использовать ее.

– Глупая, глупая, какая же ты глупая, – бормотал он, вертя в пальцах колечко Дарьи, которое та потеряла в его квартире в тот самый вечер, когда он сам не знал, что творит.

Но это была ее вина: не стоило приходить столь внезапно. Не стоило, как и Каролине, делать его разменной монетой в борьбе за Матвеева. Влад ненавидел его – всем сердцем – с той самой поры, когда узнал, что Каролина в него влюблена. Он хотел унизить этого нищего пса, показать разницу между ними, сделать больно. Но сегодня его глухая ненависть перекинулась на Каролину. Влад четко решил: его девочка должна получить по заслугам.

Заниматься похищением Дарьи он, разумеется, не стал. Не потому, что чувствовал к ней какое-то странное влечение, появившееся во время их милого общения, а потому, что не собирался так подставлять себя. Знал, что, если подобное станет известно старшему брату, неприятностей с отцом не оберешься. Владу всегда было плевать на эту семейку, но терять источник больших денег он не хотел. Он и так ходил по тонкому льду с тех пор, как Алан притащил таблетки для расслабления и он, Влад, поддался его уговорам. Все, что нужно было Владу, – инсценировать похищение. Заставить Каролину поверить в него, а потом сделать то, что он хочет. Ну, и немного унизить напоследок – в отместку.

Возможно, его любовь к ней была неправильной, изломанной, исковерканной, но виновата в этом сама Каролина, не он. По крайней мере, так говорил себе Влад, когда придумывал свой план.