Читать книгу "Греческий способ"

Глава 6

– Да как так-то?! – удивленно воскликнул я и после этого оторвался от бинокля.

– Вот и мы все в полном недоумении. Несколько месяцев назад резко сменили купальники у девушек, как в академии, так и в университете. И теперь вот… – совершенно не добавил понимания своими объяснениями Кин.

– Очень странная история. Мне отец рассказывал, что Министерство обороны заказало научное исследование на тему этих купальников, чтобы, значит, наши умники смогли повторить, но для военных пока результата нет. Это все от вас, русских пришло! Зондирование по дипломатическим каналам тоже, поговаривают, ни к чему не привело. Неофициально ваши признались, мол, сами ни гу-гу и тоже хотели бы, но увы и ах… – озвучил дополнительную версию Кацу.

– А ты, Тюбей, что думаешь по этому поводу? – обратился к самому старому и давнему моему знакомому, другу, можно сказать, почти товарищу по несчастью.

– Я-то здесь причем? Ни художествами, ни математикой с психологией не владею до такой степени, чтобы хотя бы версии строить, – пошел Ито в глухой отказ.

– Да уж… – высказался я печально и отложил бинокль в сторону. Хорошая штука, двадцать пять крат, просветленная оптика, вместо стекла керамика… прорыв местной оптической промышленности! Нисколько не вру. Его тоже причастные ко мне компании выпускают, но это все равно никак не помогает.

– Вот и мы тоже не можем отличить издали девушек от парней. Только и понятно: закрытый купальник, значит девушка, трусы, значит парень. Вот у них фигуру рассмотреть, всегда, пожалуйста. Кто такую цветовую схему изуверскую только придумал. Я бы всем богам пожертвовал сколько смог, чтобы изобретателю кару на голову обрушить! – крайне эмоционально высказался Кин.

Да, раскраска купальника оказалась потрясающей воображение. Причем любое. Напрочь. К едрене фене! Эпитетов можно подобрать бесчисленное множество. В реальности просто скрадывала все изгибы и особенности девичьих фигур. Они теперь как героини в аниме, в бассейне только цветом волос и отличаются. Сам только что убедился в этом. В университете расписание занятий не совпадает, да и бассейны есть открытые, в отличие от Академии. Это сокрушающий удар по любителям эстетики прекрасного… Капец, короче и медный таз всем планам. Нужно обдумать ситуацию. Можно сказать, враз лишились всех возможных вариантов визуальной терапии. Да, исключительно в медицинских целях и никак иначе!

– Дружище, ты прав. Я вон тоже, даже этот ваш рисовый пирожок есть перестал, как увидел такое безобразие. Ты просто погоди, нет безвыходных ситуаций, и мы что-нибудь придумаем. Кулешов я или погулять вышел! – бравурно заявил в конце.

Ни фига, на самом деле, не расстроился и пирог есть перестал потому, что он мне банально не понравился. Но почему бы все не списать на благородные порывы? А придумать что-то действительно надо. Может, какую-нибудь нейросеть забацать, чтобы компенсировать эффект? Идеи, конечно, есть, но вот как их точно проверить? Действительно, взглянуть бы в глаза этому бесстыжему изобретателю…

– Да чтоб у того, кто такое непотребство придумал, диарея началась и длилась до самой смерти без перерыва! – воскликнул слишком эмоционально Кацу.

– Не, это чересчур. Тем более виновник тогда очень быстро скончается от обезвоживания. Как-то странно в такой ситуации желать быстрой смерти этому ужасному существу. Что уставились? Человек до такого извращения не додумался бы, – решил поддержать общее эмоциональное состояние компании даже Тюбей.

– Так, планы пока не меняем, в смысле, общие, но я поспрашиваю у специалистов, что тут можно сделать, прежде чем будем монтировать систему наслаждения эстетикой прекрасного. А пока сначала в кафе, еще что-нибудь прикупить для продолжения банкета… И какой у нас там следующий номер программы? – совместил пространство и время в своем высказывании.

* * *

– А сейчас-то почему так? – задал недоуменно вопрос своим спутникам.

– Ну ты спросил?! – воскликнул шепотом Кацу.

Сейчас мы уже не на крыше, а во вполне закрытом бассейне. Опять же, для студентов университета. Построен он был и для соревнований. Даже трибуны есть, но нас, учеников Академии, естественно, сюда бы и не запустили, на обычные-то занятия. Проникли мы в комментаторскую кабину. Ничего в ней сейчас, как понимаете, не работает, и выглядываем мы в интересующий нас мир через щелочку между шторами. Эффект, конечно, не тот, но мне в самый раз. Сегодня чем только не занят, но про свои приступы и не вспоминаю. С одной стороны, просто нет объектов, его провоцирующих, с другой – голова слишком занята раскрытием загадки этих эпических рисунков на женских ученических купальниках. Короче, терять мне сознание банально некогда! Нет, вы не подумайте, вовсе не возмущаюсь, но…

– Да, вот такая закономерность. Чем ближе объект, тем меньше эффект от рисунка на купальнике. Если рядом стоять, так и не догадаешься никогда о его особых свойствах, – с какой-то горечью в голосе проговорил Кин.

– Но ведь бинокль тоже приближает, однако что-то не заметно такого эффекта! – тоже шепотом воскликнул я в ответ.

– Вот именно! Думаешь, один ты такой умный и заметил и это свойство. Даже камеры пасуют. Ни обычный, ни цифровой зум не помогает. Прямо мистика какая-то! – крайне тихо выражал он свои эмоции, дабы не спалиться.

– А может, все проще, и в купальники амулет встроен, и как только закончится запас Силы, все и преобразуется, – никак не хотел униматься я и толкнул новую версию.

– Ха! Проверяли, да люди не чета нам. Говорили же, целые научные институты ломают голову над этим и пока ничего не получилось, – похоронил мои порывы Кацу.

– Тогда пошли на свежий воздух, че зря над собой издеваться, – предложил я свернуть обход злачных мест и просто отдохнуть в оставшееся, уже не такое и длительное, время большой перемены.

– Да уж, вот уж не ожидал, что за извращуг так плотно возьмутся, что все варианты поглазеть работать издали не будут, – откликнулся Ито, молчавший до этого.

– Ой, Тюбей, ты бы помолчал. Ничто не мешает удачно в проходе вмонтировать в пол камеру или еще какой косяк, чтобы поразглядывать женские трусики, а при удаче и кое-что другое. Хотя, думаю, даже в университете рассчитывать на большее не приходится. Или вероятность есть? Так, друзья, а есть вообще такая возможность, что хотя бы среди студенток обнаружить ту, что трусики не носит? – сначала начал отвечать ему, а потом сам озадачился возможными вариантами.

– Да ну, чушь. Вот если еще шорты приоденут, это да, – засомневался Кацу.

– Так давай и проверим, сколько еще и шорты носят. Заметь, колготки ученицам академии запрещено носить, только чулки, даже если они и с начесом, а вот студенткам уже запретов нет. Поэтому логично, что ученицы в знак протеста, или чтобы зимой все себе не отморозить, шорты надевают. А у студенток таких проблем нет. Вот и давай совместим приятное наслаждение эстетикой прекрасного и научное изыскание, – сгенерировал я еще идею.

– Ты любишь разглядывать женские трусики? – тихо удивился Тюбей.

– Нет конечно же! Как ты не понимаешь, ведь интересно же узнать, какой процент надевает шорты, а кто самый закаленный и стойкий. Мы же никогда и не узнаем, кто конкретно это был, если, конечно, не совместить камеру с другой, на которой можно будет опознать, кто это. А так, можно сказать, исследование будет анонимным. И пойдемте уже не улицу. Надоело уже шептаться и бояться, что сейчас нас накроют, – потребовал от остальных и сам подал пример и направился на выход.

* * *

– Ну уж нет, опознавать, так опознавать! Какая еще анонимность?! Смысл тогда, знать кто в трусиках, а кто шорты еще надел?! – взорвался Кацу, как только мы вышли на свежий воздух и можно было уже не шифроваться.

– Если вам это так надо, значит, добавим, а вот для научной части доступ к этой информации будет закрыт. И вообще, надо будет что-нибудь забубенить позаумнее. Что-то вроде психологических аспектов при сохранении ненужных привычек. Во! – сам удивился тому, что загнул.

Нет, меня точно прет всякую чушь придумывать. Может, мне в изобретатели податься? Хотя не стоит, уже столько патентов имею, что и так хотят побить.

– Вот они. Я же говорила! – радостно воскликнула Джина.

Не понял, а она-то что тут за формально территорией Академии забыла.

– Иван, а зачем Тюбей тащит бинокль? – спросила Май, оказавшаяся рядом с ней.

– Кто-то же должен был его нести. Вот, самому выносливому его и доверили. А ты что подумала, что он тут за всеми подглядывает? Чушь все это и выдумки Джины. Исключительно из научного интереса пользуемся этим девайсом, – начал отмазываться сразу, вставляя как можно больше слов, и чтобы с заумным смыслом.

– И какие такие изыскания проводятся с помощью бинокля? – с ехидцей задала вопрос Светлана.

Да, тут оказались все мои соседки.

– Парни, вы хотели познакомиться с Нилам. Вот она. Дерзайте. Нилам, это Кацу, это Кин, – демонстративно проигнорировал старшую в троице, а сразу перешел к обещанному знакомству с младшей.

Да, похоже, друганы пропали для этого мира. Газневи – это сила крайне разрушительного действия. Если приглядеться, то вокруг уже довольно много представителей сильного пола окосело, не смотря в ее сторону, да так, что у половины рты раскрылись, а выражение лица демонстрировало сильнейшую задержку в развитии. Хотя, возможно, они не глядели и на Елену… Тут уже взыграли и собственнические инстинкты. А могут ведь не пялиться и на Светку.

Короче, не японцы, а гады какие-то вокруг. Только за Май можно быть спокойным, она из Дайвьет. Хотя извращенцы есть ведь разные и могут и на нее не поглядывать. Блин, да это же сплошной нервный износ! Надо признать, что только на Нилам, несмотря на ее просто «нечеловеческие» внешние данные, не образовалось собственнических закидонов. Даже Джина уже не так-то просто воспринимается. Зарядил же ей фингал. Кстати, принцессе тоже… может, поэтому так и драконю ее. Хм, а надо бы как раз так поступать с Газневи, а не знакомить с друганами, наследниками изрядной доли в экономике Японии.

– Ты что, меня игнорируешь?! – возмущенно воскликнула Светлана.

Ну, надо же, не прошло и полгода. Да мы очень быстрый тормоз, похоже.

– Что ты, как можно такую красавицу не замечать.

– Вань, я тебе сейчас руку сломаю, – перебила она меня.

– А я не дамся. Вон, Джина подтвердит, непростое это дело мне руку ломать, – не растерялся и ответил ей в ее же манере.

– Не буди во мне зверя и не заставляй сливаться с огнем! – начала она уже свирепеть от моего поведения.

– Май, ты же меня защитишь от этой бодучей козы? – обратился к своей невесте.

– Не уверена, у нее подвижность выше, да и не факт, что это тебе, вообще, понадобится, с такой-то броней, – ответила она, задумчиво оглядев меня.

– Знаешь, как-то бы не хотелось проверять на практике надежность собственной защиты. То она работает, то нет. В общем, пока никакого доверия, – усомнился я в надежности Сияния.

– Тогда почему просто не ответишь Светлане на вопрос. Или это смертельно, если она узнает, зачем вам бинокль? – поинтересовалась она в ответ.

– Потому что она этого от меня требует, а пока оснований этого делать нет. Мы даже не парень с девушкой, – ответил своей невесте.

– А у меня, значит, есть? – поинтересовалась она сразу же.

– Ну-у-у. Естественно, ты же моя невеста, – пришлось признать ее правоту.

– Тогда мне ответь, зачем у вас бинокль? – вернулась она к тому, от чего я так активно увиливал.

– Просто парни мне показывали совершенно уникальный феномен. Рисунок на форменном женском купальнике очень непростой и фактически скрадывает фигуру, в зависимости от расстояния. И чем дальше, тем сильнее. Причем бинокль на это никак не влияет, хотя вроде бы приближает дальние объекты. Издали даже из бинокля ни черта не разглядеть. Кин вон утверждает, что то же самое и с камерами. А вот вблизи ничего такого не заметно, просто рисунок. Я не поверил, потому специально для меня его и взяли, чтобы показать, что не обманывают, – рассказал почти правду.

– Я же говорила, что эти извращуги только и думают, как за ученицами подглядывать! – воскликнула Джина.

– Во-первых, на учениц никто и не смотрел, а проверяли все на студентках. А во-вторых в аквапарках и на пляжах они надевают купальники куда откровеннее, а не как форменные, закрытые. Так что сама ты извращенка, видеть непотребство, где другие его и с лупой не найдут! – возмущенно отшил все ее претензии.

Не будем же мы упоминать, что просто в это время в Академии у всех большая перемена и подглядывать физически не за кем, и только студентки и могут спасти мир.

– Ты это серьезно? – неуверенно спросила и тем самым вмешалась в спор Елена.

– Да вполне, можно подняться на подходящую крышу, и вы сами все увидите. И Университет, и Академия серьезно позаботились насчет извращенцев, и подсматривать за девушками в бассейнах теперь нет никакого смысла. Если хотите, давайте сходим, но тогда наш обед за ваш счет, – предложил им в особо изуверской форме.

Хотя стоимость обеда весьма незначительна, так что могут и согласиться. А так-то им стипендию урезали, и восполнение ее возложили на меня, по ряду причин.

– Если так ставишь вопрос, то нет, – неожиданно пошла на попятную Светлана.

Да ну, быть того не может. Чтобы после слияния с огнем кто-то мог так просто остановиться и не пожечь все вокруг? А характер-то у нее железный, если она осознанно это сейчас сделала… значит, не все потеряно, и меня не просто так запрягли ее опекать.

– Ну уж нет! Вы так просто не отделаетесь. Я вас выведу на чистую воду! – рассвирепела от примирительной позиции остальных Джина.

– Тогда ты платишь за их обед, – неожиданно подала голос зависимая Нилам.

Кстати, и Светлана, и Елена отреагировали на ее слова явно одобрительно. Только моя… да моя Май хмыкнула с усмешкой. Что же, посмотрим, как эта Ито поведет себя в явном меньшинстве.

– Сестра, тебе было мало торгового центра? – неожиданно спросил Тюбей.

– Какого такого торгового центра? – внимание банды соседок быстро переместилось на нее.

– Да не, это так, – покраснев, стала отнекиваться Джина.

– Так что идем и убеждаемся, а затем мы обедаем бесплатно, или вопросов больше нет? – быстро перешел я в наступление и стал ковать железо, пока горячо.

Как же было забавно смотреть на моральные метания сестренки Тюбея, которые так явно отражались на ее лице. Да, и меня во всех смертных грехах обвинить хочется, и вновь встрять, как в торговом центре, желания нет. Вот они муки выбора в чистом виде! Ничего, она мне еще ответит за Курилы!

– Нет, ладно, поверю на слово, – наконец и она сломалась.

– Ага, а просто поверить мне на слово, тем более я честно и искренне ответил, нельзя было. Ладно, идем на крышу так. Зато вы убедитесь, никто на вас глазеть не сможет, ну, кроме одноклассников, присутствующих на уроке физкультуры там же. Кстати, речь веду только про бассейн, по остальной форме для физкультуры мне пока ничего не рассказывали, – на всякий случай оговорился.

А то мало ли, отвечай потом незнамо за что.

– Да та же история, хотя рисунки иные, – заверил всех Кин.

– Да верим мы, верим, это уже излишне, – выступила за всех Светлана.

– Угу, – прогундосила и Джина, явно так и не поверив, но никто на нее не стал обращать внимания.

– Ладно, с вами все ясно, но мы так нормально и не пообедали, а перемена скоро уже закончится. Девушки, извините, но нам срочно надо в кафе. Кацу, Кин, вам тоже стоит перекусить. Нилам никуда не убежит, вечером еще встретитесь. Можете даже ее проводить до моего дома, к черту на кулички, – сбросил с хвоста банду соседок.

* * *

– Парни, вы чего так раскисли, красивых девушек, что ли, не видели? Вы, вон, Юмико в грязь втаптываете с ее-то семью миллионами рубликов, а Нилам пусть и в прошлом из императорской, но очень обедневшей семьи, которая мне так задолжала, что могу с ней делать все, что только в человеческий самый извращенный мозг взбредет, – обратился я к своим новым знакомым.

– Даже то самое? – сразу же заинтересовался Кацу.

– Как-то не думал, но – наверное. Ладно, больше этой темы давайте не будем касаться, – постарался съехать со скользкого вопроса.

– Не будем, так не будем. А на кого нам там еще-то глаз положить? Думаешь, не заметно, как сестренка Тюбея по тебе сохнет, – ответил Кин.

– Да она же рвет и мечет! – не согласился с такой постановкой диагноза.

– Ты просто не знаешь мою сестру. Никто и никогда еще так ее не отделывал и в настолько глупое положение не ставил, потому и мечет она икру. Глупая, все еще не понимает своего состояния. Вот бы оказаться рядом, когда она осознает. Ох, я бы ей все припомнил, – вмешался Тюбей.

– Да ну. Как-то не актуально нынче – бьет, значит любит, – не поверил и его выводам и, естественно, стал возражать.

– От этого они не перестали засматриваться на сильных и успешных, – продолжил он топить за свою версию.

– Тюбей, ты чего-то не то говоришь. Вот два красавца и молодца, кому хочешь фору дадут, – указал ему на наших новых знакомых.

Те грудь колесом. А что, не правда, что ли? Имеют право.

– Только любого из них и обоих сразу, даже если вместе с охраной… хотя охрану можно не учитывать, – последнее он проговорил задумчиво.

– Не понял, это что еще за слова про моих телохранителей, – возбудился Кацу.

– Да, это явный поклеп! – не стал отставать от него и Кин.

– Парни, не обижайтесь, но у Джины всегда только два противника, первых противника. А это, как мы понимаем, вы. И означает это следующее: ваша охрана успеет убежать, пока она будет заниматься с вами. Как-то так. А вот с Иваном номер не прошел, потому и бесится, – объяснил он друганам диспозицию.

– Наши не побегут! – возмутился Кацу.

– Может, тогда проверим? – улыбнувшись, поинтересовался он у них.

– И зачем, если мы и так знаем, что они за нас стоят будут насмерть, – не повелся на провокацию наш энциклопедист Кин.

Мне прямо стало интересно, что в такой ситуации сделает Тюбей. Ведь с ходу заставить отступить их не удалось и подначить на избиение сеструхой тоже.

– Тогда, может, в ресторан, – переместил он фокус своей атаки на меня.

Вот же мстительный гад, еще другом называется!

– Ты чего, сдурел, на ходу там не перекусишь! – возмутился в ответ.

– А может, ты принцессы засмущался, – вытащил на свет он самое вкусное.

– Это работа, ничего личного, да и вообще, ее отец ненаследный принц, и если опять… не, не так, все же решится, то доделать ничего не успеет, как ему уже ампутируют все лишние части тела. Особенно голову, – начал отмахиваться от его нападок, заодно распуская слухи один краше другого.

– На что он должен решиться? – шокированно спросил Тюбей.

– Да, – в один голос поддержали его Кацу и Кин.

– Сами у него и спрашивайте, а я безлимитный и бесплатный абонемент профукивать ни за грош собачий в тот ресторан не стану. Парни, вы как относитесь к идее вкусно и на халяву питаться в обед? – обратился с провокационным предложением ко всем сопровождающим меня лицам.

– Мы говорим про тот ресторан? – осторожно спросил Кацу.

– Но туда же никого с улицы не пускают! – воскликнул Кин.

– Да, а Тюбей нас туда потащил, как за здрасти. Ито, признавайся, у тебя там волосатая лапа, – теперь уже я заинтересовался обстоятельствами нашего туда попадания.

– Да я думал так просто пошутить и потом рассказать легенду острова, а тебя, Кулешов, зараза, взяли и запустили. И всех, кого он берет с собой, тоже, но заплатить за это придется страшную цену, – закончил отмазываться Тюбей, не забыв сместить акцент в ответе.

– Это какую еще? – задал я ему вопрос, понимая, к чему этот гад клонит.

– Сидеть и молча смотреть, как этот святотатец глумится и топчется по эго представителя императорской фамилии, – остановился он с трагической миной.

– Лимон сожри, а то больно рожа у тебя, Тюбей, довольная. Наверное, все вспоминаешь, какие вкусности там трескал, особенно на фоне предстоящих нам булочек из кафе. И как тебя принцесса обслуживала. Признавайся, ведь тебя разрывает на части от желания похвалиться таким? – припер его к стенке.

– На самом деле настоящая принцесса? – потрясенно отреагировал Кацу.

– Такая милашка и вас обслуживала, да вы счастливчики, – закатив глаза, проговорил Кин.

– Эй-эй, вы же ее еще не видели, а уже балдеете, – обратился я к их голосу разума, но похоже это был не тот случай, или просто время неподходящее…

– Парни, не слушайте его, она не просто милашка, а настоящая красавица. Юмико до нее не дотягивает, да и моя сестра в их паре была страшненькой, – выдал на-гора Тюбей.

– Так, хватит его слушать, сами ее увидите, когда мы сегодня пойдем туда обсуждать дела клуба. Естественно, только в мужском обществе. И вообще мы уже в кафе, заказывайте, а то я кого-то сейчас покусаю, если не наемся! – потребовал от них решительных действий по устранению недоедания в обед.