Читать книгу "Греческий способ"

Глава 18

– Чего грустим? – обратился к великой княжне, если разобраться, то, скажем так, довольно фамильярно, но менять уже ничего не собираюсь.

Сидела она на скамейке неподалеку от обрыва того куска земли, с которым собор и выкорчевала Кими из цитадели Смоленск.

– Знаете, в детстве читала сказки про летающие острова и представляла, как путешествую по миру на них… – произнесла она.

– Только виделось все это иначе. Веселее, светлее, радостнее, а не как полет для совершения дворцового переворота. Понимаю. Сам был таким, – добавил, тяжело вздохнув.

– Но вы ведь еще совсем юны! Откуда такая черствость и цинизм? – удивилась она в ответ.

– Вы забываете… да и не знаете ничего про мой дар. Иногда Свет может принести много печали и горя своему владельцу. Мне было шесть, когда прожил еще одну жизнь и далеко не самую лучшую на свете. Моя Евгения оттуда… не совсем, естественно. Не мог я ту девушку забрать с собой, а вот воссоздать здесь… Не специально, конечно. Иногда мои способности подобны извержению вулкана. Как сами понимаете, она совсем не та же самая девушка, но тем не менее для меня она именно та, что любил там. И рассказываю все это, чтобы у вас появилось понимание, что то, как я выгляжу снаружи, очень сильно не совпадает с тем, что есть внутри. Мой и ваш мир настолько разные, что даже дар ведет себя иначе. Если там у меня очень много ограничений, то здесь как будто их никогда и не было. А вот Кими… она вернула все, что потеряла при перемещении, не без моей помощи, но все же. И она там совсем не одна такая, словно богиня из греческих мифов, – произнес грустно.

– Намекаете на то, что ее одной хватит, чтобы всех разогнать и посадить меня на трон, даже если вовсе этого не желаю! – воскликнула она.

– Ну, насчет не желаю, вы погорячились. Молодость требует перемен. Не вы такая, а наша человеческая природа. Старикам не интересно, что там за горизонтом, им бы у Бога прощения выпросить. В этом и проблема вашего отца: стране нужны изменения, а ему хочется покоя. И тут вопрос стоит по-другому, если не вы, то вас. И не будет Кими за вас сражаться, – ответил ей прямо.

– А зачем же вы упоминали про ее силу тогда? – удивилась она ответу.

– Чтобы вы почувствовали уверенность. Буду честным, нам ведь все равно, кто у вас тут захватит власть. Мы никого не знаем, у нас нет фаворитов в этой гонке. Почему-то же вас отправили нас встретить? Возможно, чтобы сберечь. Ваш митрополит поделился со мной многими соображениями и на этот счет тоже. И этого для меня стало достаточным, чтобы дать вам шанс подняться из аутсайдеров в лидеры. Но все это не значит, будто мы для вас будем таскать каштаны из огня. В первую очередь вы должны будете доказать, что ставки на вас не проигрышные! И не нам. И летим мы с вами лишь показать, что вы не одна. Присоединяться к большинству всегда легче, чем в одиночку выходить против всех. Не сможете найти единомышленников, власть возьмут те, кто способен. И это не досужие разговоры, а текущая реальность, – ответил ей довольно резко.

– Но как? Ведь я никогда не была политической фигурой. Если бы не ядро, меня бы просто выдали замуж и все. И вообще, дочери не могут претендовать на престол! – начала она мне доказывать бесперспективность нынешнего похода.

– На что вы можете претендовать, а на что не можете, смотреть не станут. Да и в реальности это все условность. С потенциальными конкурентами в таких делах не церемонятся, даже если у них оснований с гулькин нос, но если у тебя еще меньше, то даже это примут во внимание. Если легитимности будет мало, то легко просто пристрелят. Нет, возможно, не сразу или не так вот напрямую, а с помощью законов, новых, естественно, вас и всех вам подобных лишат всего. Способов много, и каким воспользуются, так сразу и не скажешь. Тут надо точно знать победителя и его склонности, – саркастически заметил в ответ на ее реплику.

– Должны же быть понятия о чести! – воскликнула она вновь.

– Вы хотите их объяснить своему митрополиту? – поинтересовался у великой княжны. – Если что, до него даже недалеко идти.

– Не все же такие! – стала Светлана упорствовать.

– Не спорю, мир не без уродов. Но ответьте хотя бы себе на вопрос, а играют ли такие в увлекательную и весьма азартную игру: свергните нынешнего императора и займите его место? – поинтересовался у нее, совершенно не скрывая сарказма в голосе.

– Вас послушать, так выбора и нет совсем! – продолжила она сопротивляться моим аргументам.

– Выбор есть всегда, можно пойти наглотаться таблеток и прилечь здесь на землю и тихо себе умереть. Способов струсить найдется всегда много, и даже почему сдались – себе можно придумать ничуть не меньше. Куда труднее бороться до последнего, пока есть силы. Еще сложнее сделать первый шаг на дорогу без конца, – прокомментировал ее реплику.

– Но я не знаю, что делать! – воскликнула она голосом, полным отчаяния.

– Потому мы и не спешим, чтобы было время подумать и понять, что нужно. Еще раз повторю: мы ничего не сделаем за вас. Это ваш мир и ваша жизнь, но с нашим появлением она перевернется в любом случае. Мы пришли за Синим Мраком, будем так говорить. Никто в этом мире не видел синюю тэнко, но они определенно как-то связаны, так что точно можно утверждать, когда мы заберем того, кто нам нужен, уйдет и Мрак, а с ним пропадут анчутки, источники ядер. Вот и представьте себе, что из вашего мира исчезнут одаренные. Так что у любого претендента на трон, как бы он впоследствии не назвался, возникнут трудности, поскольку вы забыли, как без этой силы держать порывы общества в узде. Но у вас есть преимущество, вы об этом знаете, а остальные еще нет, и это тоже аргумент. Одно дело жить в привычных условиях, а другое – в период очередного перелома. Поднимите историю, почитайте, что творилось, когда Мрак только пришел. Несмотря на то, что вам это советую, совершенно не представляю, что там творилось, но ничто не мешает мне предполагать. Люди не меняются, и какая бы эпоха ни была на дворе, они совершают всегда одни и те же ошибки. Я не исключение. Вот и новому императору будет легко наделать глупостей и стать козлом отпущения. Подумайте над этим. Скоро о ситуации станет известно всем, и очень многие переменят свое мнение о желанности этого титула или должности, – завершил я свою речь на этом, описав вкратце свое видение ситуации.

– Такое впечатление, что вы хотите меня добить, рассказывая о новых и новых трудностях, совершенно игнорируя, что бедной мне негде взять поддержки, – тоскливо высказалась великая княгиня.

– Думаете, прилетевший собор из Смоленска – это не поддержка и не аргумент?

– Да нет, как раз это-то должно многих заставить задуматься, но как мне отцу в лицо-то сказать, что его время ушло, а мой брат не достоин своего места, и с чего я это решила, что мне под силу? – поинтересовалась она.

– Ваша проблема в ваших же словах. Кто сказал, что место вашего брата именно его? Тогда почему я узнал чуть ли не в первый день, как только вышел к людям, что переворот почти готов, а он нет? То, что в танцах с бубном не участвует, надеется на естественный ход событий, не делает его победителем и достойным кандидатом. А теперь подумайте и ответьте, почему мы посовещались, и я решил, что вы подходящий кандидат? – задал ей прямой вопрос.

После этого установилась тишина. Видимо, великая княгиня впала в сильную задумчивость. А я откинулся на спинку скамьи и стал смотреть вдаль. Было безветренно. Силовой щит, которым Кими вырвала довольно большой кусок земли вместе с собором не только это все удерживал и не давал развалиться, но и защищал от воздушных масс, живущих за его пределами по своим законам. Внутри же объем воздуха был не настолько велик, чтобы задули собственные ветра. Хотя, если бы моей спутнице было надо, то они бы безусловно появились, но исключительно ее силой.

Да, фантазии Светланы про летающие острова будоражили и мне воображение, однако происходящее сейчас имело мало общего с ними. Стоит Кими ослабить хватку, и все рассыплется на кусочки. Это меня и беспокоило. А ну как устанет, а летать тут немногие умеют. Можно сказать, только она и может. Не уверен, что наша проводница сможет сделать что-то подобное без своего костюма. Если ее вылечу, то это вовсе не значит, что его смогу починить. Да и не уперлось мне это никуда. А сам тоже как бы крыльями не обзавелся. Вот и выходит, что лучше не задумываться о том, что может пойти не так. Хотя, если вспомнить, что у меня есть аватарка, которая круче любых гор и которую на вольные выпасы лучше не выпускать, иначе не факт, что переживешь очередной апокалипсис…

Блин, она в другом мире, а все возможности мне и здесь открыты. Что это за мир такой, что мне тут все доступно без каких-либо ограничений. В Санкт-Петербурге сейчас пасмурно и дождь. И это не прогноз погоды. Тьма это вам не там. Сила. В том смысле, что сейчас и нахожусь в городе на Неве, правда не стал извращаться и создавать свою тень, а использовал ту, которой скопировал Тринадцатого дракона. Да-да, в образе той, что зовут Бела. Тело словно родное, а, казалось бы, даже пол другой. Но в этом мире словно нет никаких связывающих тебя условностей. Захотел, и на тебе. Есть один момент: не стал делать упор на соответствие первичных и вторичных, так сказать, половых признаков.

Вроде грудь под блузкой есть, а в натуре… одежда часть меня самого и считай является моей кожей, хоть и ярко-синей, блестящей словно мокрый щелк и переливающейся вспышками мелких вплетенных в нее самоцветов, как бы намекающих на чешую дракона, и показывающей, кто перед ними стоит. Так что длинные стройные ножки в блестящих чулках телесного цвета – вот они, а под юбкой – финита ля комедия. Даже мысль возникла поозорничать, посмотреть на реакцию живого аборигена на такую вот подляну от мира. А так, не удержался и сделал себе глаза с вертикальными зрачками… чтобы соответствовать образу Тринадцатого дракона сильнее.

В этом царстве серости, длинных платьев и бронированных костюмов выгляжу словно взрыв весны посреди сугробов. Невольно вспомнишь сказку про двенадцать месяцев. Пару раз пытались подкатить городовые, но стоило им посмотреть мне проникновенно в глаза, как у них сразу пропадало служебное рвение. А силы-то в этом теле реально ведь немерено, и ничего не приукрашивали древние летописи про безобразия, чинимые в прошлом этой наложницей. Мрак-мрак… да стоит мне только развернуться, можно что и похуже устроить, но, к сожалению, в городе болтаюсь по делу. А ведь сила кипит, требует выхода. Как драконица все это терпит, да еще и в реальности нашего мира. У нее-то возможности выпустить мощь на волю нет. А как она сюда попадает? Это моя сила так себя в этой тени проявляет или какой-то канал до реального тела Белы. Вопросы к миру только множатся.

Собственно, мы и летим так неспешно, потому что сегодня ночью должно все случиться, и, пока все всё не поделили без нас, и прибудем. А вот в Санкт-Петербурге зажигаю как раз для того, чтобы будущей императрице не надо было объяснять ничего ни отцу, ни брату, да и вообще, пылать праведным гневом на их убийц. Нет, ничего сам и не собираюсь делать, только проконтролировать, чтобы никто не струсил и выполнил миссию, на них возложенную. Я ж после беседы с митрополитом вовсе не в такой яркой личине в столице империи бродил. Это там я мучился с сожалением и модификацией тени, а здесь захотел покрыть руку мелкой, синей, блестящей чешуей, нате вам. А почему не зеленой? А чтобы в цвет блузки. Прикольно. Тут главное не увлекаться и на ноги это безобразие не переносить. Не, какие бы они ни были длинные, стройные и красивые, чешуя их совершенно не улучшает.

– Девушка, пожалуйста, примите эти цветы в подарок, – заявил какой-то паренек, на глаз, постарше меня, в смысле реального меня, и главное тычет какой-то метелкой.

Не сразу даже соображаю, что это он мне. Метаморфозы-то описал, но это вовсе не значит, будто себя воспринимаю девушкой. Да даже реагировать на такое обращение не умею. Как-то все это рассматривалось как временное и таким и осталось, но вот этот паренек поломал мне весь концерт. Лишний он в этом театре абсурда. Тут, понимаешь, будет в скором времени проезжать по улице министр местного МВД, один из основных участников заговора. И спешить-то как раз по делу, нашему, можно сказать, общему, но ему туда не надо. Чем больше желающих, тем выше шанс, что они помешают друг другу. И как раз собирался ему доходчиво объяснить, что надо ему посетить двух родных братьев нынешнего императора, у которых шансов договориться и занять престол гораздо выше, чем у него. Вообще, как выяснилось, претендентов аж восемь, не считая нашей кандидатуры. Но про нее упоминать совсем не собирался.

– А что это за… – выдал вслух и завис.

Ну ни чешуя себе у этой Белы теперь после обработки Дорогобудовыми голос… До этого еще ничего в этом образе не говорил, как-то все всё понимали с одного взгляда, а тут, понимаешь…

– Это розы, букет, – смущаясь, выдал он в ответ, видимо думая, что я не знаю, чем в меня тыкали.

– Три штуки? Хм, вы меня уважаете? А за что? – мне стало любопытно, поскольку вспомнил правила букетного этикета и примерил на текущий веник.

– Ну, не совсем, – в этот раз он уже стал мяться.

– То есть вы меня не уважаете? – мне стало смешно от его ответа.

– Я не это хотел сказать! – воскликнул он в отчаянии.

Да, похоже, его не вкатывали на форумах тролли по самую кепку в асфальт.

– Хорошо-хорошо, я понял…а. Вы просто меня уважаете, – постарался его расклинить своим новым предположением.

– Нет, просто у меня денег на настоящий букет не хватило, – наконец прозвучало его признание.

– Уже интересней. И сколько роз вы планировали приобрести, при неограниченном бюджете естественно? – поинтересовался у него, поскольку нужная мне персона задерживалась.

– Сто одну! – воскликнул он так, словно со скалы спрыгнул.

– Однако, однако. А вы смелый юноша, вот так подойти к впервые увиденной девушке и признаться, что она для вас единственная и неповторимая? Я бы так не смог…ла. А вы ничего необычного во мне не замечаете? – постарался так ему намекнуть на правду жизни, но без резких движений.

Нет, так-то навскидку хоть бы на мои зрачки обратил внимание. Нет ведь, где-то летает в облаках. Да и вообще, цветы… мне бы такая хрень в голову не пришла.

– Просто, если не сделать что-то сверхординарное, то девушка, ворвавшаяся на улицу этого города подобно лучу солнца в сплошной тьме, улетит дальше и даже не заметит такого, как я, – печально сообщил он мне свои мысли, толкнувшие на безобразие с тремя цветочками.

Ну, Дорогобудовы, ну, удружили… Хотя чего это я, они же для меня старались, а тут бедный юноша под удар попал. А если оглянуться, то и не только он, просто он первым решился. Ну, что же, образ, следовательно, подходящий. Поверим на слово досье, утверждающее, что искомый министр падок на прехорошеньких девушек. Даже улыбнулся хищно в предвкушении – нет, ему от меня точно не сбежать. И только после этого обратил внимание на юношу, который метаморфозы моего лица воспринял на свой счет, но не как признак опасности, а в положительном ключе. Псих!

– Светлана, а вот скажите, если бы к вам подбежал молодой человек и попытался подарить три розы, – спросил у соседки по скамейке там, на летающем острове.

– Он что, дурак? – заморгав удивленно ресницами, спросила она в ответ.

– Нет, просто у него не было денег на сто одну розу, а было только на три, – сообщил ей продолжение истории.

– Вы на что намекаете? – почему-то испуганно спросила она и стала что-то высматривать в моем лице.

А это идея!

– Юноша, не знаю, как вас зовут, но не подскажете ли, где вы прикупили эти розы? – задал вопрос несчастному в Санкт-Петербурге.

Да, мой вопрос несколько запоздал, все-таки отвлекся на довольно продолжительное время, но сейчас такая обстановка, что надо веник непременно раздобыть и проверить, насколько наши миры различаются и все ли изучают цветочный этикет.

– Давайте я лучше вам покажу! – вновь загорелся радостью несчастный.

– Ведите! Кстати, можно было ограничиться и пятью розами, остальные девяносто шесть недостающих добавить словами. Это на будущее, – дал ему добрый совет.

– Вот, – сказал юноша и указал на небольшой навес, под которым спрятался цветочный магазин.

– Девушка, а подскажите-ка, почем у вас букет вон из тех синих роз в сто одну штучку, – обратился к продавщице.

– Сто восемьдесят рублей, – откликнулась она сразу, как будто и не читала откровенный ЛЫР, судя по обложке книги.

– Светлана, а скажите, у вас случайно в кармане не завалялось ста восьмидесяти рублей! Очень надо, – спросил у великой княжны, там на острове.

– Заверните, – обратился к продавщице в Санкт-Петербурге.

– Откуда. Зачем они мне здесь. В комнате, конечно, есть. Я сейчас схожу, – удивленно ответила она.

– Не надо, сейчас решим вопрос по-другому.

– Батюшка, срочно нужно сто восемьдесят рублей на богоугодное дело, – материализовался я очередной тенью за спиной у митрополита.

Бедолага чуть Богу душу не отдал от неожиданности и испуга.

– Однако, – произнес вслух я в Санкт-Петербурге, разглядывая купюры у себя в руке и протягивая в оплату за заказанный букет.

От ети его налево. Оказывается, мог телепортировать предметы от себя реального, к себе – тени. Тогда и сам, получается, могу метнуться куда угодно. Шикос… Мне этот мир все больше нравится.

– А зачем он вам? – спросил юноша, хмурясь и явно не понимая происходящего.

– Хочу подарить его одной девушке, – сообщил ему явно пренеприятное известие и ловким движением руки занес букет за спину, освобождаясь от компрометирующих меня улик.

Может, хоть сейчас до него дойдет моя необычность, пусть и в виде мнения, что перед ним лесбиянка. Смех, столько стоять рядом и не заметить таких глаз!

– Вы… вы… постойте, а где букет? – наконец он смог говорить.

– Это вам, – доставая букетище как бы ниоткуда, протянул Светлане уже там, на острове.

– Мне?! – изумилась она.

– Всенепременно вам! – подтвердил ее страшную догадку.

– Это то, что я думаю? – растерянно спросила великая княжна.

– Увы, телепатией не владею и, если вы мне не признаетесь в своих мыслях, не смогу их подтвердить, – чистосердечно признался в отсутствии такой компетенции.

Хотя, если подключить Свет и всерьез пройтись по вариациям нашего разговора, то вполне можно сойти за телепата. Достаточно того, как сам пугался невероятной информированности Дорогобудовых.

– Подарил одной несчастной девушке перед очень важным выбором, – ответил этому питерскому юноше.

– Девушке… – продолжил падать в бездну непонимания он.

– Она далеко отсюда. И ей очень нужно. А мне пора, трамвай уже едет, – ответил ему не совсем цитатой из «Мастера и Маргариты» и выбежал на улицу.

А в это время, воспользовавшись моей небольшой заминкой, Светлана на все еще летящем острове беспощадно меня поцеловала, и что самое интересное, мне за это совершенно ни черта не было! И с одной стороны, пропускать столь увлекательный момент не хотелось, но и в городе на Неве происходили очень важные события, так что делить сознание не стал, а решил наслаждаться процессом на всю катушку, а потому встал и, обняв великую княжну, ее явно неуверенный, совершенно не отработанный и не прокачанный поцелуй перевел во французский. Хорошо, что тогда, в шесть лет, прожил еще одну жизнь и сейчас не ударил в грязь лицом!

А в Санкт-Петербурге… в том городе бросился под колеса бронированному джипу сопровождения. И надо сказать, весьма удачно и эффектно. В общем, в машине явно не ожидали настолько неожиданного препятствия на своем пути. Ну, вот как описать наше столкновение? Видели, как бухой придурок на крузаке обнимает вековой дуб. Ну, вот теперь вы примерно все и представили. А мне неудобство – выковыривать свое тело из тисков брони. Но я же тень, и мне достаточно просто сквозь металл пройти. Хотя можно было бы и поэффектней поступить, но такой подход потребовался на следующем этапе, когда лимузин министра попытался объехать наше маленькое ДТП и скрыться в дальней дали. А вот и не угадал его водитель.

– Я не знаю, что со мной происходит, – растерянно выдала княгиня, когда, наконец, позволил ей вырваться из моих объятий, скажем так.

Не больно-то она и старалась. А объяснение-то ведь простое. Страх, испуг, неготовность брать на себя ответственность и поиск сильного плеча. И это не угадала. Все возьму, до чего доберусь, но жить им тут самим, так что хочет не хочет, но станет сильной. С этой мыслью подхватил ее на руки…

Никуда лимузин от меня не убежал. Без заднего колеса не больно-то далеко уедешь. Правда, второй джип сопровождения попытался вмешаться, в этот раз рассусоливать я не стал и просто так и без затей, не вступая в жесткое столкновение, запрыгнул ему на капот. Видели столкновение БелАЗа и джипа? Да, не бывает такого, а вот наезд первого на второго – запросто. Вот примерно так я ему морду и расплющил. Выскочившие бойцы из первой машины, видя такое дело, сразу сложили оружие на мостовую, без понуканий с моей стороны…

– Что вы задумали? – задала Светлана испуганно вопрос там, на острове.

– Ну, думаю, займусь-ка я отращиванием вашей руки… в том числе, – ответил ей спокойно, посмотрев в глаза.

А Санкт-Петербурге обстановка бурлила и не хотела затихать никак. Культурная столица… м-да. Нет чтобы не мешать мне провести деловые переговоры с министром, в дело встряло несколько бронированных летунов, вроде той нашей проводницы. Хотя внешний вид у них внушительный, но сбивались они разрядами электричества ничуть не хуже первой модели.

– Здравствуйте, вы уж извините, что вот так, без приглашения… – обратился, наконец, к нужному лицу, вырвав дверь из лимузина.