Читать книгу "Греческий способ"

Глава 16

За стеной город встретил нас бетоном, сталью и стеклом. Ничего такого особого под моими словами не подразумевалось. В общем-то типичное строительство зданий из упомянутых материалов. Вопрос только в том, что южные стороны зданий – это вертикальные теплицы, а жилые – северные, но дело в том, даже не знаю, как это называется, что эти части делят дома несимметрично, и нигде нет привычных там пропорций. Этажи, в несколько раз выше и создают видимый эффект, будто сооружения ниже, чем есть на самом деле. Не сказать, что они уж так высоки, но для нас кажутся совсем приземистыми. Со временем, безусловно, привыкнем, а пока вот так.

Вообще, в глаза куда больше бросается огромное расстояние между домами, засаженное по факту фруктовыми деревьями, создавая из города огромный сад, разделенный на участки улицами и прорезаемый насквозь пешеходными и велосипедными дорожками, одной из которых мы и воспользовались. Кроме того, наш невольный экскурсовод пояснила, что и сами дома стоят не просто так, а на точно просчитанных местах, чтобы солнца получать максимально много и минимально создавать тень для соседей. Но это следствие встроенных теплиц.

В целом, из-за всего этого он казался каким-то безликим. Все-таки человеческий глаз плохо воспринимает однотипные формы. Оно бы, наверное, и с цветом было бы так же, но деревья спасают своими кронами ситуацию, и воображение дорисовывает вздымающиеся из леса рукотворные скалы. Возможно, немногие так воспринимают этот город, скорее всего глаз уже замылился, и просто перестали обращать внимание на такие детали, но мы здесь впервые. Да, когда ты приехал из горной местности, их отсутствие удивляет и вполне себе радует глаз переменами. А когда из степи, то как раз их наличие становится фактором новизны. Вот и мы сейчас испытывали нечто подобное. Токио явно было иным, с какой стороны ни посмотри, да и вообще горы… а здесь их нет.

– Подождите. Дарья, можно к вам так обращаться? – обратился к нашей провожатой, когда мы подошли к огороженному двору возле дома.

Как оказалось, в дом так просто не попасть, сначала через калитку и там пропускной режим.

– Нет, – резко ответила она.

– Извините, ошибочка вышла. Думал, вы моложе, – отреагировал на это.

– Ты на что это намекаешь?! – неожиданно зло выдала она.

Надо же, мне мнилось, что она будет вежливой и продолжит строить из себя гостеприимную хозяйку. Ан нет, ошибочка вышла.

– Так ты же сама сейчас сказала, что уже старушка, – тоже перешел на «ты».

– Да как ты посмел… – начала она было кричать, взлетая, между делом.

Вот только в этот момент меня опять накрыло, теперь уже как лекаря. По идее, никаких таких трехмерных моделей всевозможных процессов, протекавших в ее теле под бронекостюмом, видеть не должен был. Не тот у меня уровень в таком искусстве. Только вот происходящему было абсолютно начхать на данный факт. И больше всего меня удивило, что ядро в ней было не розовым, а фиолетовым, и взлетала она за счет устройства в костюме, а не сама по себе, но энергия туда шла именно из ядра, что сразу толкнуло на авантюру и совершенно необдуманные действия, а именно: взял и отрезал этот канал. Естественно, она с лязгом и грохотом рухнула на землю, явно не ожидая такой подляны от судьбы и гравитации. А ведь еще Исаак Ньютон заметил, что яблоки, гады такие, так и норовят упасть, и что характерно, вниз и прямо точно в темечко, видимо, чтобы было больнее.

Дальше, эта груда металлолома, с ревом попыталась встать, но есть сильные подозрения, что масса костюма вдруг резко выросла, или его питание и шло тем канальчиком, с которым я поигрался. Но не суть, железяки загремели во второй раз, сложившись наземь все так же, в виде скульптуры авангардиста, то бишь как кидали, так и валяется.

– Иван, ты что с ней сделал? – строго, словно учительница в школе, спросила Кими.

– О, ты уже очнулась? А бог его знает, но если целительское зрение не врет…

– Оно у тебя есть?! – перебила она меня, удивившись.

– В теории нет, а на практике… короче, я ее энерговод от ядра к какой-то ерунде в костюме разорвал и похоже отрубил электричество… или что там, и теперь она под его тяжестью даже встать не может, железа, видать, в нем много, – выдал свое видение ситуации.

– И что делать собираешься, подключать поди? – поинтересовалась она.

– Да, как бы не с руки. Пока тебя с нами не было, она даже на меня напасть собралась, предположительно. С уверенностью не могу сказать, как оно должно выглядеть, ни разу, как сама понимаешь, не видел, но экстраполируя…

– Вань, хватит болтать и рассуждать. Проще будь, просто скажи, какие у нас тогда планы, – опять не дала она мне договорить.

– Ну… меня тут одна идея посетила. Думаю, вынуть из нее ядро, – высказал ее вслух.

Из кучи истово, но все равно не совсем членораздельно заорали. Видать, перспектива стать подопытной мышью если и прельщала, то как-то не очень.

– Ты ее убил, что ли?! – взметнулись удивленно брови на лице Кими, сопроводив вопрос.

– Нет конечно же. В том-то и цимес идеи – попробовать это сделать с еще живой, вдруг не помрет, – напрочь отверг смертоубийство.

– Вы что там, совсем с ума посходили? Помогите! – заорали из-под груды, в этот раз вполне членораздельно, явно не желая мириться с неизбежным.

– Вань, может, не надо? – неуверенно стала отговаривать меня и моя спутница.

– Да ты что! Представляешь, какой это будет вклад в науку?! Представляешь, как ей свезет, если все-таки скончается, особенно если не сразу, а сначала помучается. Тогда ее тело заспиртуют и выставят в музее, как мученика науки, – проговорил как можно более вдохновенно.

– Ты дурак, что ли?! – по-моему слишком эмоционально отреагировала Кими.

– Конечно! А разве не ясно, я ж Иван, – бодро подтвердил ее предположение.

– Блин, дурак! Я уж чуть не напугалась, что ты всерьез… Ты всерьез?! – последнее она воскликнула испуганно.

Чуть все не сорвала! А еще меня дураком называет. Вообще-то, в реальности как раз хотел обратно штепсель в розетку воткнуть, но что-то пока не получается. А пока пусть понервничают там, валяясь в куче, потрепещут от слов великого меня. Но в этот момент обстановка изменилась, и возле нас тормознул кортеж, ну допустим. Из спортивных кабриолетов в количестве двух штук.

– А ну убрали свой мусор с дороги! – крикнул водятел первой из телег.

– А то что? – спросила Кими и повернулась теперь не парадной стороной лица к вопрошавшему.

Мне даже интересно стало, она как: будет раскручивать воздушную стихию, обрушит на город шторм невиданной доселе силы, или просто и банально точечно выпилит нахалов прямым ударом молнии с небес. Хотя последнее, конечно, далеко не банальщина. Персонажей в мифологии не так и много, кто подобным баловался.

– Извинись давай. Видишь – вояки, а тебе отец приказал не светиться хоть немного. Нам сейчас скандал с армейскими совсем не нужен. Сам же знаешь, ему ведь Разумовский жизни не даст в связи с приездом таких персон, а тут это. Давай, – потребовал от водителя его пассажир, явно того же возраста.

Только у второго не было явных следов пьянства на лице, как у первого, что никак не сочеталось с их возрастом. Это же сколько надо халкать, чтобы все вылезло наружу уже в молодости.

– Вообще-то, этот мусор тут валяется сам по себе, – добавил уже я.

– Люди? Люди, помогите, пока они меня не загубили! – неожиданно ожила провожатая, бывшая, надо полагать.

– Вы ее убить, что ли, пытались? Так разве это делают прямо на дороге?! – изумился все тот же пассажир первого кабриолета.

– Да уймись, кто бы тут мог вообще появиться. Мы реально случайно завернули, – прокомментировал водитель советы спутника.

– Да вы что там, совсем, что ли! Я Дарья Радищева, и, если вы меня спасете, вам будет награда! – истерично чуть ли не завыли из-под груды.

– То-то смотрю – бронька знакомая. Оказалось, да, будущая сводная сестра в такой ходила. А что с ней произошло, что ее там придавило? – друг спросил водитель.

– О, вы родственники, будущие? Значит, разговариваю с кем-то из Фонвизиных? Иван Кулешов и моя спутница Кими к вашим услугам, – сначала решил представиться.

Вежливость она в первую очередь. Подумаешь под броней стали подвывать и реветь в голос. Ничего с ней не случится, полежит, подумает, а мы пока, может быть, придумаем, как вернуть все взад.

– Федор Фонвизин, – тяжело и демонстративно вздохнув, представился водитель.

– Николай Ветров, – повторил формулу знакомства его пассажир.

– А там мои друзья, – сказал первый и махнул рукой назад, по всей видимости, указывая на второй кабриолет.

– Очень приятно, – решил продолжить расшаркиваться, пока так и не придумав, что делать с бывшей проводницей.

– Так все-таки, что случилось с Дарьей. С утра она без проблем носила свой костюм и даже летала, – заметил Федор, наступив мне на больную мозоль.

Версий, достойных произнесения вслух, пока не было, потому крутиться надо было так, словно страну защищаешь.

– Ага, значит летать это было для нее нормально, – начал рассуждать вслух, затягивая время, как только мог.

– Что значит нормально? – удивленно спросил Николай.

– Ну, я ж не знал, а она того. А у меня даже сети никакой. Не дай бог ветром сдует, где ее потом искать, – сокрушенно заметил я в конце.

– Так это ты меня гад сбил! – возмущенно взревели из-под брони.

– Не смотрите на меня так. Ничего я не делал. У нас тут как раз дискуссия возникла, о том, как ее зовут и живут ли столько люди, – попытался съехать со скользкой темы, но явно не в ту сторону.

– Что, тоже ее ведьмой назвал? – неожиданно весело спросил водитель.

– Не, ну, не так радикально и сразу… но если подумать… нет, просто она стала настаивать, что ей гораздо больше лет, чем я готов был ей дать, – ответил ему в общем-то правду.

– Врет он все, сначала бабкой обозвал, потом сбил и теперь не вытаскивает из-под брони. А я, между прочим, по повелению вашего батюшки делами занималась, – стали возмущаться из-под груды железа.

– Батюшки?! – недоуменно переспросил Николай.

– Не обращай внимания, у Дарьи видимо помутнение рассудка на почве полного бессилия, крайне плохо повлиявшее на словарный запас, – задумчиво выдал Федор.

– Да я, да вас! – вскрикнула упомянутая особа и взлетела вверх метра на полтора.

У меня получилось наконец все подключить как было.

– Щас, минуточку, – с этими словами штепсель опять и выдернул.

Естественно, наша бывшая проводница рухнула вниз, с матами.

– Сколько сквернословия, – прокомментировал я происшествие и занялся делом.

– Дарья, а ты никогда не демонстрировала, что человек, а то все ведьма да ведьма, – чему-то обрадовался Федор.

– Господа, извольте зайти внутрь, а то Константин Сергеевич изволит гневаться и спрашивает: «Доколе эти бараны там у ворот торчать будут?» – выдал вышедший из раскрывшихся ворот пожилой мужчина.

– Вы случаем не к нам? – задал вопрос Федор.

– Теоретически. Во всяком случае Дарья вела знакомить нас со своей будущей семьей Фонвизиных, – спокойно ответил ему.

– Дарья Прокопьевна, – возмутились в очередной раз из-под рухнувшей брони.

– Вот, про этот экзистенциальный спор о ее возрасте и говорил, – указал на слова бывшей проводницы.

На что в ответ только что-то прошипели. Ох, откачала бы она из меня яда… до чего горяча штучка. Но без специального инструмента в виде убойного компромата к таким лучше на пушечный выстрел не приближаться. Опыт прошлой жизни подсказывал, в этой, к сожалению, похвастать особо пока нечем.

* * *

– И что ты обо всем этом думаешь? – спросил я Кими, поддав жару.

Находимся мы действительно в бане. Если смотреть изнутри, то совершенно аутентичной, русской. Удивительное дело, дворцы известных родов оказались здесь тоже внутри этих странных высоток, а не как мы привыкли, отдельными комплексами зданий. Все-таки цитадель Смоленск – это крепость насквозь милитаризированная. И только у церкви особое положение. Фонвизины, по уверению главы, как и бывшей провожатой, в городе очень и очень непоследние люди, и как бы в подтверждение, их дворец под самой крышей. Кстати, ближе к земле квартиры офицеров гарнизона. И у них там общий вход. Во дворцы они отдельные, вплоть до собственных лестничных маршей. Вот и баня тоже – встроенная, так сказать.

– Не знаю, нечисто тут все. Кругом местная политика, в которой мы пока ни бум-бум. Ясно же, что этому Фонвизину что-то от нас надо, но мы еще даже толком и переговорить не успели. Великая княжна, опять же. Вот мы попали, прямо в самый переворот, а может, как раз сами его и спровоцировали. Кстати, как тут с прослушкой? – неожиданно поинтересовалась она.

– Все в порядке, нафаршировано как в качественной колбасе мясом, – ответил ей, усмехнувшись.

– Электрика или оптика? – уточнила она.

– Да не дергайся, тут полздания надо выжечь, чтобы сделать баню чистой. Электрика в основном. Но тут и микрофоны в вентиляции встроены, естественно. И съем вибраций с труб. Но вот на окне защита. Видимо от чужих ушей, – пояснил подробней, чтобы не делала глупостей.

Так-то она спокойно тут все выжжет.

– Так что, пусть живут? – решила она тогда переложить решение на меня.

– А что еще остается. Не оставлять же весь город без электричества и электроники, – философски заметил в ответ, решив, нехай слушают.

– Ну ты меня-то за совсем ЭМИ-маньячку не выставляй. Лучше погладь по спинке, – неожиданно заявила она.

Так-то Кими развалилась на полке, на животе, естественно, заранее ведь готовясь к просьбе. Вот ведь зараза. Но если честно, особо распускать руки желания не было. Слишком мне голову заморочила ситуация, вернее, полная с ней непонятка. Однако на прямую просьбу отреагировал, тем более немного продлил маршрут, но видимо такие логистические проблемы учитывались изначально.

– Ни за кого я тебя не выставляю, не наговаривай, но ты Глаз бури и по крайней мере Смоленск снести можешь, получив в руки артефакт, пусть и не доделанный, – проговорил в ответ.

– Не, так не пойдет, помаши лучше веником, – заявила она, переворачиваясь на спину.

Такой подставы реально не ожидал. С другой стороны, что гневить судьбу, если в этом мире меня не штормит. Надо брать, в смысле смотреть, пока дают.

– Знаешь, когда ядро попадает в человека, оно меняет цвет и становится мягким и податливым, во всяком случае для целителя. Сюда бы лучше кого из сестренок, вот они бы разобрались, а я так… в рамках возможности дилетанта-недоучки, – начал тему, с учетом прослушки и понимания, что они знают, что я знаю.

– Твои бы волкодавы здесь навели шороху, – улыбнувшись, согласилась она.

– Ну чего сразу волкодавы, – возмутился немного несправедливостью, замахиваясь веником.

– Куда! Ты меня заживо запечь, что ли, хочешь?! Как в первый раз с веником! – возмутилась она.

– Ты права. И сам-то никогда не парюсь, в основном по части погреться хорошенько, а уж тем более всегда один. Знаешь же, что у меня все эти годы было, – ответил ей немного обиженно.

– Ладно-ладно. Просто учти, я не железный голем, хоть и регенерация у прошедших слияние сумасшедшая, но это не значит, что мы не чувствуем боли. Да и не знаем мы, она восстановилась с даром или нет. Кстати, нужно промыть ожог, если все в порядке, то рана зажила, – с этими словами она подскочила, обломав меня в самых лучших чувствах.

Да, при ближайшем рассмотрении ожог уже не казался даже свежим. Ну, в общем-то, ожидаемо. Может и олух, но с не зажившим бы не пустил ее совсем, но чувства Светлого молчали, а значит, было безопасно сюда идти. С другой стороны, об этом сознательно подумал только сейчас, что плохо. Темный во мне был возмущен.

– Кими, постой, дай-ка попробую пошаманить с твоим лицом, – остановил ее уже залезающую на полок.

– Ты уверен? – остановилась она и серьезно посмотрела мне в лицо.

– Не знаю, но в этом мире все не так и как будто стал много сильнее, хоть знаний и не хватает. С другой стороны, митрополита ведь прищучил, как будто только этим и занимался, хотя сама знаешь, как у меня было дома с этим, – объяснил ей свои мотивы.

– Тогда пробуй! – решительно заявила она и уселась на лавочку.

– Уверена? – вернул ей ее слова.

– Пусть лучше это будешь ты. Все-таки сестер я немного боюсь. Кто бы их не пугался, а тебе доверяю. Давай! – отступать от своих намерений она не собиралась.

Возюкался долго, но идеально, как и у Дорогобудовых не получилось бы, но во всяком случае, это уже не выглядело таким уж жутким термическим ожогом.

– Давай потом еще помашу руками, а пока подумаю, что в первый раз не так сделал, а? – обратился к ней с просьбой.

– Дай-ка глянусь, – сорвалась она к зеркалу.

– Кими, я честно старался, но сама понимаешь, у меня мало опыта, – стал почему-то оправдываться.

– Господи, Ваня, да скажи мне кто по молодости, что однажды мне встретятся люди, способные изменять слившихся со стихией, я бы ему за вранье в глаз дала. Да даже сейчас то, что ты сделал, это чудо, о существовании которого у нас знают лишь избранные, а он стесняется! – радостно заявила она и засмеялась.

– Ну, сама же видишь, некоторая несимметричность осталась, да и красная та половина лица, – попытался на лету придумать объяснение своему поведению.

– Цвет лица, я уверена, восстановится. А остальное, ерунда. Это уже совсем не шрам! Тем более ты обещал второй приступ, – заявила она довольно.

– Ну да. Забирайся тогда на полок, буду парить, – потребовал продолжение процедур.

– Не, настроение прошло, давай просто улягусь на полок, а ты смотри хоть до посинения. Если бы могла тебе передать, как счастлива, что ты есть! – мечтательно заявила Кими и стала опять укладываться на полок на спину.

– Так неинтересно. Даже вид не сделаешь, что делом занят. Ладно, давай вернемся к тому, с чего начали, – ответил на ее предложение, однако краем глаза все же воспользовавшись им.

– Вань, это будет переливанием из пустого в порожнее. Давай тогда закругляться и вытрясать из хозяина дома, что им надо… – выдвинула она радикальное предложение, однако немного изменила позу, чтобы быть еще эффектнее.

– Давай, – согласился с ней, тяжело и обреченно вздохнув.

И таких видов лишился, и расслабон обламывается, да и вообще…

* * *

– Как вам наш дом? – спросил хозяин, явно чтобы завязать как-то разговор.

– Уютный, но не сказала бы что уж прямо удобный. Все-таки ограничения многоэтажки внутри цитадели сказываются. У нас бы в «Медной горе» можно было бы просто погулять возле прудов, а здесь город, как ни крути, – зачем-то высказалась в ответ Кими.

– Извините, а что это – Медная гора? – спросил все тот же хозяин.

Остальные присутствующие за столом особо не отреагировали на начало беседы.

– Это дворцовый комплекс на Южном Урале. Бывшая царская резиденция. До передачи его мне в собственность одна гора использовалась для заточения первого Сияния. Медная гора, как понимаете. От нее и пошло название. Если честно, размеры его для меня кажутся излишними, – ответил ему уже сам.

– А много – это сколько? – неожиданно спросил Федор, который, казалось, вообще ничем не интересовался.

– Если с прилегающими территориями, то почти пятьдесят тысяч гектаров. Но в основном это, конечно, горы, – мой ответ неожиданно переполошил всех, особенно женскую часть аудитории, не считая Кими, естественно.

– Так вы землевладелец? – неожиданно на Дарью напала вежливость.

– Не особо, в основном промышленник, изобретатель, медиамагнат и, вообще, мечта очень многих коронованных особ, – неожиданно за меня ответила Кими.

– Не слушайте ее, я пока знаком с одной принцессой и из Дайвьета, по-вашему Вьетнама, но у вас тут он какой-то маленький, – отмахнулся от такой рекламы.

– Это его не слушайте. А как же китайские, испанские и даже одна японская принцесса, над которой ты измывался, – прыснув, добавила моя спутница.

– Нет, ну ладно японка, да запамятовал, но когда с остальными успел пообщаться. Ой, блин, про Машку-то и забыл. Ну сложно мне воспринимать ее не как занудную скрипачку и свой хвост. Ладно, про китайских вопрос тоже снимаю. Наверняка ты мне что-нибудь напомнишь, – пришлось отступать, когда стал вспоминать.

– Однако… – выразил свое удивление хозяин дома, наконец вернувшийся в беседу.

Да, глаза дамочек надо было видеть.

– Просто так сложилось, – ответил немного смущенно.

Однако этого чувства не испытывал вовсе, а злился на Кими, что так и норовит вытащить меня под прожектор, а мне бы место потише да хавчик повкуснее. Кстати, кормили здесь неплохо, во всяком случае, если судить с моей колокольни. Есть совершенно не забывал, хоть и трепался при этом.

– Давайте сразу перейдем к делу, – обратился хозяин ко мне.

– Совершенно не против. А то, думаю, нас уже потеряли, и пора бы увидеться со встречавшими нас лицами, – согласился на его предложение.

– Вы же понимаете, что совсем не просто искал с вами встречи, тем более раньше всех. Дело в том, что мой сын, единственный, хочу сказать, очень неудачно инициировал свое ядро и получил совершенно смехотворный дар. А он представитель серьезного рода и обязан защищать родину от Синего Мрака. Но скажите, что он там назащищает с таким-то даром. К сожалению, заменить на точно такое же ядро старое невозможно. Да, у нас есть опыт изъятия, но человек после этого обычно умирает. Не сразу. Бывает, что и выживает, но, как правило, если потеря ядра была в результате его разрушения, без изъятия. А вот новое таких людей, бывших одаренных, убивает. Однако есть предположение, что это все из-за того, что оно одного типа. Если бы у нас было другое, можно было бы попробовать…

– Нет! И это не обсуждается. А по поводу трудностей вживления нового ядра скажу вам такую вещь: у живого человека оно уже не как ядро, а как раковая опухоль с метастазами. Сегодня немного пошалил с Дарьей и могу сказать, что, если не удалить старое полностью, то думаю, новое просто приходит в конфликт, словно приживили чужеродный орган. Так что на самом деле не все потеряно, просто нужно всерьез темой заняться и пробовать, – постарался перевести стрелки на запасные пути.

Ишь чего удумал. Губу раскатал на ядра Аврор. Я сразу фишку просек. Вот ведь. А так, пускай ставят опыты, раз так им надо. Не уверен, что мысль у меня была правильная, но когда другой нет…

– А вы не хотели бы попробовать. Я в долгу не останусь. Тем более что неизвестно, на сколько вы застряли в нашем мире, а жить на что-то надо, даже Божьим воинам, – закинул он удочку.

– Я подумаю. Надеюсь, время терпит, – решил сразу его не отпугивать, может, и правда придется его плотненько постричь.