Читать книгу "Греческий способ"

Глава 15

– Здравствуйте, гости дорогие земли русской! – торжественно произнес господин, страшно смахивающий на одного президента, правда из той, прошлой жизни, но хоть убей, один в один.

И тут девицы с хлебом солью, в кокошниках, проплыли по красной ковровой дорожке, величественно обогнув встречающую нас делегацию. Реально, словно на антиграве каком-то летели, а не ногами шли. От это понимаю, тренировка! И так суют свою булку на полотенце со значением так в глазах. А морды реально не айс, хоть и накрашенные. Представляю, что будет, сотри с них штукатурку. Кими смотрит и не понимает, что надо делать. У нас подобное не практикуется, а здесь – смотри-ка. Но прежде чем хлеб жрать, ладно, преломить, решил-таки прояснить ситуацию.

– Лукашенко? – осторожно поинтересовался у такого узнаваемого персонажа.

– Вы знакомы с Александром Григорьевичем? – неожиданно вмешалась девушка с правой рукой явно небиологической природы, выходя вперед.

Надо сказать, что, несмотря на небольшой недостаток, впечатление она производила и крайне приятным внешним видом, и какой-то непонятной статью, что даже взглянул на Кими, потому как в этом они были до крайности похожи, даже несмотря на то, что различались почти во всем остальном. Ну, разве что рост почти совпадал. Понятно, что Свет сработал, но совершенно неясно, с какой стороны и на что был намек, который надо было понять, что удивило. Это было первое проявление моего дара. Может быть, будь я поопытней, чего и сообразил, а сейчас просто открыл рот от удивления.

– Кими, ты тоже почувствовала? – обратился к своей спутнице, начисто проигнорировав девушку.

– Что? – недоуменно спросила одна из красивейших женщин нашего мира, пусть сейчас и временно в ненадлежащем техническом состоянии.

– Дар откликнулся, – произнес я растерянно.

– Ну, знаешь, Иван, у тебя он настолько не такой, что не удивлюсь, что через неделю ты все свои кренделя начнешь выделывать. У меня лично ничего, – ответила она спокойно.

– Ты уверена? – спросил ее засомневавшись.

– На моем уровне мы уже срослись с даром. Так что как только, так сразу почувствую его, но пока, как сказала, ничего, – ответила она твердо.

Пока мы перекидывались фразами, встречающая нас делегация стояла тихо. Правда, Лукашенко попытался что-то сказать, но был остановлен взмахом той самой механической руки девушки, после чего сразу заткнулся и больше попыток перебить нас не было.

– Извините, что отвлекся и не ответил на ваш вопрос, – пришлось проявить куртуазность и постараться замять инцидент со своим неловким поведением, тем более девушка мне понравилась.

Было в ней нечто привлекательное. Нет, не в смысле изгибов, тут до Елены Конайл ей далеко, но вот какой-то бьющей из нее во все стороны энергией, которую не встречал… да нет, было… там, на винтожабле, у Светки. Куда теперь то чувство делось, а тут аж через край! Что это такое за нафиг?!

– А я и не в обиде, просто можно было бы не заставлять девушку и дальше ждать, – ответила она с улыбкой.

– Вот такой я, оказывается, злодей. Иван Кулешов, к вашим услугам, – наконец вспомнил, что не представился.

– Светлана Романова, – ответила она, протянув немного вперед свою руку.

У нас такой хрени с поцелуями руки девушке, тем более явно тебя старше, не практиковалось. Да и в мире прошлой жизни как бы тоже, если только в исторических фильмах, намекающих на сильно прошлое время. А тут еще и протез. Финиш!

– Увы, Светлана, увы. С вашим Лукашенко мы совершенно не знакомы. Да и в нашем мире его предположительно не существует, – ответил ей на заданный самым первым вопрос, сделав вид, что не понимаю, зачем это она граблями машет.

– Но ведь фамилию вы откуда-то его знаете? – поморщившись и убрав руку, задала она новый каверзный вопрос.

Кими ничего не произнесла, но посмотрела на меня так, что и без слов стало понятно, что ей тоже очень интересно!

– О… это очень сложный мировоззренческий вопрос, в первой части звучащий как: а существует ли Роза миров? Он отпадает сам собой, поскольку мы уже здесь. А вот вторая часть: всегда ли мы реально по ней путешествуем и не снитесь ли вы мне на самом деле, и наш разговор не всего лишь бред моего больного и воспаленного воображения, а может, это просто очередной фортель дара Света? – стал плести словесные кружева.

– Вань, а это точно ты? – прервала меня своим вопросом Кими.

– А что, разве есть сомнения? – ответил ей вопросом на вопрос.

– Раньше ты в таком словоблудии замечен не был, – с сомнением в голосе проговорила она.

– Что поделать, Тьма во мне сильна, – заметил на это философски.

– А… так бы сразу и сказал, врешь и не краснеешь, – сделала она умозаключение вслух.

– А можно поинтересоваться, о чем это вы? – наконец не выдержала Светлана.

– Хм. Расскажу вам небольшую историю. Идет девочка, а в руках у нее цветик-семицветик, что исполняет любое желание. Отрывает она один лепесток и молвит: «Хочу, чтобы меня колбасило!» Отрывает второй и кричит: «Хочу, чтобы плющило!» И так далее. И вот, остается у нее один лепесток, а навстречу ей другая девочка в инвалидной коляске. Видит она ее и восклицает: «Хочу, чтобы ту девочку и колбасило и плющило одновременно!»

Что характерно, никто не рассмеялся, даже Кими.

– Э-э-м, а почему она не пожелала сделать ее здоровой? – задала вопрос после некоторой паузы эта Светлана.

– Вот поэтому мне будет сложно и долго объяснять, откуда знаю его фамилию. Вы слишком рационально мыслите, а потому здесь и сейчас почти бессмысленно объяснять все нюансы то ли путешествий в иные вселенные, то ли факты реинкарнации, то ли бреда на грани жизни и смерти, а возможно, и просто видения от своего дара, – выдал ей такой ответ, что аж собой загордился. Во завернул. Могу же когда хочу! Умение ничего не говорить с глубокомысленным видом дорогого стоит. А у девушки между тем шарики за ролики стали заезжать, судя по виду ее лица. И, похоже, не только у нее.

– Это ты сейчас про прошлую жизнь или не жизнь? – смазала эффект от речи своим вопросом Кими.

– Ну да, ну да. Был там один такой президент демократической Белоруссии, жуткий тиран и тоталитарист, по мнению его недругов. Там еще царствующую династию Романовых расстреляли. Но вроде не всех. Кстати, Светлана, а вы случаем не из тех Романовых, что от Захарьиных пошли, да так с немцами переопылились, что за русских принимать перестали, при этом родословную выправили от Рюриковичей? – задал ей вопрос в лоб, думаю, совершенно неполиткорректный.

Да, думаю, насчет последнего очень прав, судя по тому, как дружно попадали челюсти и округлились глаза у всех присутствующих, а Кими стала так внимательно разглядывать стоящую напротив девушку.

– Сын мой… – начал было дедок, судя по одежде из церковнослужителей.

– Да ну нафиг! – перебил его. – Вам даже экспертиза на отцовство не поможет. Я своего отца в лицо знаю, возможно даже обоих.

Последнее добавил на тот случай, если прошлая жизнь была реальной, а не только видением.

– Это как, это так?! – изумленно спросила Светлана.

– Ровно так же, как и обеих матерей. Но это все к вопросу о Лукашенко, – тут же ответил ей.

Но, похоже, все мои слова понятней для нее не стали.

– Все мы рабы Божьи, – опять возник порыв у священника.

– На вашем месте я бы за всех не ручался, – дал ему совет.

– Гордыня – смертный грех. Диавол глубоко проник в твою душу, – решил он, что с ним ведут диспут.

– Смотрю и вижу, что-то слаба в вас вера. А давайте-ка прогуляемся в Ад… в ваш Ад, – неожиданно меня торкнуло и как выдал, выдал. А потом сделал несколько шагов вперед, к неизвестному, и как бы приобнял, несмотря на его попытки избежать этого.

– Что это было? – спросила Светлана растерянно, когда двое спорщиков в прямом смысле растворились в воздухе.

– Ну… Иван же сказал, они пошли посмотреть на Ад, так понимаю патриарха, – ответила ей Кими.

– Как Ад?! – воскликнула все та же Романова.

– Так, как это умеют только Темные. Ведь у любого он всегда собственный, а они умеют его находить. Кими, к вашим услугам, – ответила спутница одного из пропавших.

– Темные? Разве он не Божий воин? – удивленно переспросила Светлана.

– Если правильно понимаю, эти два обстоятельства никак не мешают друг другу. Темный – это просто название подтипа дара в русском направлении, ну, у нас, и ничего более. А что до остального, то до появления в вашем мире мы ни о чем таком, естественно, не слышали.

– Но куда они делись?! – попыталась выяснить Романова.

– Сложный вопрос. Если с научной точки зрения, то в пространства с неполной мерностью, чтобы это не значило. У меня нет такой силы, так что ничего толком ответить не смогу, если не использовать информацию из прочитанной беллетристики. Сами понимаете уровень таких знаний, – пояснила все та же неизменная Кими.

– Хотя бы так, пожалуйста, – не захотела так просто сдаваться, ничего не узнав, представительница царствующего дома.

– Это как если бы подводная лодка ушла в глубину. Они где-то здесь, но не имея таких же возможностей, мы их найти не сможем. Лучше объяснить все равно не смогу. Но не уверена, что есть у вас теперь патриарх, ведь Ад-то не какой-то абстрактный, а конкретно его. Вопрос только в том, сколько он там времени проведет и сохранит ли рассудок, – пояснила ее собеседница.

– И долго они там пробудут? – продолжила расспросы Светлана.

– По-нашему, скорее всего, нет. Думаю, вернутся быстро, а вот как оно с их точки зрения… ведь субъективное время зависит от очень многих факторов, особенно, когда оно обретает реальность, – пояснила Кими.

– То есть там, куда они отправились, время течет иначе? – догадалась девушка.

– Ну-у-у, из того, что мной было прочитано, такого не следует. Скорее обсуждается концепция мнимого времени. Ведь если бы время ушло куда-нибудь налево или направо, а тем более вверх или вниз, то они вернулись бы уже не к нам, а, вероятнее всего, в другую вселенную, но этого не происходит, а время там величина непостоянная. Как-то так. Не пытайтесь получить от меня знания о том, чего толком не понимаю, – постаралась объяснить ей гостья.

– Хорошо, может, тогда подскажете, почему никогда не упоминается ваша фамилия. Это какое-то табу? – сменила тему вопрошающая.

– В некотором роде это так. Все дело в том, что он Светлый, – тяжело вздохнув, выдала отвечающая.

– А-а-а, это тоже никак друг другу не противоречит, что он и Темный, и Светлый? – удивилась в очередной раз Светлана.

– Конечно же нет. Это просто названия сил – и никакого намека на мистицизм, а только на их особенности. Просто очень сложно подобрать абсолютно им соответствующие названия, вот и выкручиваемся, как можем. А так, Светлый как детектор лжи, только лучше и эффективней. А поскольку фамилию мне не хотелось бы называть, потому и молчу. Врать при нем так себе идея. Он, может, ничего и не скажет, но запомнит и начнет собирать данные и сопоставлять факты. А оно мне надо? – улыбнувшись, ответила Кими.

– Что, прямо никаких осечек? – в этот раз спросив, Романова оглянулась и хищно посмотрела на сопровождающих ее лиц.

Там стали белеть, краснеть и истово креститься, а некоторые вслух уверять, что все это наговор. Весть о таком свойстве Ивана никого не оставила равнодушным.

– Абсолютно! Именно потому сильные Светлые выступают ревизорами и контролерами в нашем царстве, – весело подтвердила ее собеседница.

В этот момент парочка вывалилась ниоткуда. При этом патриарх лишь что-то нечленораздельно повизгивал.

– Забирайте, – сказал Иван, толкнув того в сторону встречающей делегации, а сам зачем-то присел на корточки.

Но никто не кинулся к пожилому и, очевидно, сейчас беспомощному человеку, а наоборот, все шарахнулись от него, как от прокаженного.

К этому моменту стало понятно, зачем Иван навис над ковровой дорожкой. Он стал быстро вытаскивать из пространственного кармана, как теперь было известно всем присутствующим, шарики необычной порой просто неописуемой красоты и расцветки и остановился лишь тогда, когда в руках оказался таковой, но словно из ртути. Иллюзия этого была настолько сильной, что казалось, будто он колышется в руках.

– Лови, – сказал он, кинув его Кими.

– Что это? – спросила она, поймав шарик.

– Хотел сделать тебе ожерелье, но в последнее время события как-то помчались вскачь, все как-то не до искусства. А тут поговорил с их патриархом, и стало понятно, что нам они если и смогут помочь, то не особенно. А камешек непростой и, судя по реакции на подобный у Светланы и ее дядюшки, очень даже резонирует с даром одаренных. Тем более этот мной делался для тебя, что предположительно должно сказаться сугубо положительно на взаимодействии с твоей силой, – объяснил он ей свой поступок, а сам стал собирать все, что достал, обратно.

Кими стала его вертеть в руке, рассматривая игру света в нем.

– Это какие-то особые усиливающие дар камни? – встряла со своим вопросом местная Светлана.

Ее любопытство понятно, но как-то начало уже утомлять.

– Вообще-то, это алмазы, задуманные мной как ювелирные и делаемые на базе исследований по некоторым аспектам оптроники. Сами видите, форма, размер и расцветка уже поднимают их стоимость за облака. Но задумка не удалась… получились артефакты, похоже, – пришлось вновь ей все объяснять.

– Видела я тот алмаз, словно огненный опал… теперь, похоже, эти камешки не менее бесценны, чем Ханойская роза, – задумчиво проговорила Кими.

– Ты лучше скажи, есть реакция? – поинтересовался у нее.

– Еще какая! – заулыбавшись, ответила она.

– Вы нашли способ вернуть свой дар? – удивленно спросила Светлана.

– Похоже на то. Но не лучше ли нам пройти… ну не знаю, куда вы нас провести хотели. Все-таки вы великая княжна и держать вас здесь и на ногах, думаю, не самый правильный поступок, – обратился к ней.

– Вы не совсем все правильно поняли. Это меня встречали, просто вы как раз подъезжали, вот мы и немного задержались, – улыбнувшись, ответила она.

– Оу… неожиданно. А где свита и там сопровождающие вас лица? – пришла моя очередь удивляться.

– Я не увлекаюсь количеством, в отличие от патриарха. Кстати о нем… Он придет в себя? – Проснулась в ней забота о подданном.

– Даже не знаю, что и сказать. У меня пока мало опыта в таких делах, и сказать, сможет ли он отринуть собственную жажду денег, вот так сразу – не скажу. Кстати, а вы в курсе, что ваш дядюшка задумал дворцовый переворот, который уже на финальной стадии подготовки? – поинтересовался у нее в конце ответа.

– Что? – удивленно спросила она.

– Что вы за удивительная династия? Полстраны уже в курсе, а вас пока шарфиком не удавят или озарение шкатулкой по голове не случится, а то и вовсе из нагана всей семье не прилетит, так и не можете догадаться, что что-то идет не так. Если хотите, можете своему брату довести до сведения, что его брат собрался устроить тому закалочные процедуры в Петропавловской крепости и даже статус музея для этого с курорта готов снять. Возможно, батюшка ваш еще успеет побарахтаться и кое-что сделать, – разжевал ей свои слова.

О как она рванула внутрь крепости, про нас позабыв. Остальные с не меньшим усердием выкинули все из головы. Так-то, если разобраться, а кому мы нужны тут, такие красивые. Так что продолжили мы свой путь по красным ковровым дорожкам вдвоем, совершенно без сопровождающих нас лиц. Броневик ведь уехал раньше, так что даже кого-то из знакомых нам уже разведчиков за хобот поймать не удалось и заиметь путеводитель. Потому пришлось идти чисто по интуиции. В том смысле, куда ноги понесли, то и пошли смотреть.

– Кими, тебе не кажется, что у них тут бардак неописуемого уровня? – обратился к своей спутнице, оглядываясь вокруг.

– Ты лучший, – чуть слышно, радостно взвизгнув, полушепотом выдав и резко прижавшись своим левым боком к моему правому, довольно заурчала.

Совершенно непроизвольно обнял рукой, чем спровоцировал ее на еще более тесный контакт и повышенный уровень урчания. Сам при этом прислушался к себе и… ничего не обнаружил. Даже попыток шевеления наступающего приступа. Вот ничего, будто совсем сейчас ничего не происходило.

– Кими, понимаешь, такое дело… мне нравится, что ты сейчас делаешь, – выдал ей, продолжая вслушиваться в собственные реакции.

– Так в чем же дело, прижми тогда посильнее, – страстно прошептала она в ответ.

– А тебе не кажется это излишним. Ты все-таки в броне, и эффект несколько не тот, – напомнил ей о толстых обстоятельствах.

– Да, в баньку бы сейчас… с тобой! И не только чтобы мыться, – выдала она со всей возможной экспрессией.

Мужик аж какой-то испуганно отскочил в сторону. Явно же военнослужащий. Хорошо, ковровая дорожка к тому моменту уже закончилось, а то дали бы нам в отсутствие руководящей руки партии за порчу имущества и хождение в неположенных местах. А так. Только одного персонажа и напугали.

– Кими, ты чего? – на всякий случай с испугом в голосе выдал вопрос.

– Это же очевидно! Приступов у тебя не наблюдается, пока ехали сюда, убедиться успела. Явно отличие мира в воздействии на дар сказывается. Так надо пользоваться! Когда вернемся, когда еще подвернется случай изучить друг друга, так сказать, настолько тщательно и со всех сторон, – довольно ответила она.

– Мне казалось, ты меня сторонишься, стесняешься ожога, что ли. Нет чтобы на такой мелкий момент плюнуть, а она развела, понимаешь, – пробурчал на это.

– Вот поэтому и говорю, ты лучший! – произнесла она довольно и шепотом.

– Господа, мне кажется, вы не местные, – неожиданно перегородила нам дорогу девица в боевом костюме, явно дешман… хм, возможно, по местным меркам и нет, расцветки, словно с Железного человека лично содрала, немного помяла-поцарапала, а потом лет на несколько бросила на улице поржаветь, но поскольку он был весь в антикоре, особого успеха сие действо не имело.

Вида девица была так себе. Нет, не страшная, даже без шлема, – если что, это шутка юмора. Брюнетка, вполне себе миловидная, но что-то даже в этом было неправильным. Как будто мама была красавицей, но стервой неописуемой, а папа просто умный, но так, ниже среднего, если вы понимаете, о чем я. Получившийся гибрид собрал в себя все и явился перед нами.

– Вы правы, но позвольте поинтересоваться, с кем имею честь, – взял на себя не совсем приятную миссию общения с девуш… скорее уже женщиной, не чувствовалось в ней свежести юности. Скорее уже зрелость заносчивой престарелой девственницы. Вот такой букет.

– Дарья Прокопьевна Радищева, – представилась она.

Приятней, правда, от этого общение не стало, но все же. Что же такого надо было сделать и кем стать, чтобы от тебя пусть и не смердело, но запашок был не сильно лучше, чем от исландского хаукарля, пусть и слабее. Самое хреновое в ситуации, что обоняние можно было бы и заблокировать, а тут сразу напрямую в мозг… Жесть.

– Иван Кулешов. Я с моей спутницей Кими – гости вашей славной цитадели Смоленск. Просто встречавшие нас люди про нас несколько забыли. Нет, мы нисколько не обиделись, а воспользовались случаем и решили прогуляться, посмотреть, так сказать, виды, набраться впечатлений и вообще изучить крепость незамутненным ничьим вмешательством взглядом, – тут же ответил ей.

– А к кому прибыли в гости, если не секрет, – попыталась она подпустить в голос участия, но получилось у нее это скверно, что выдавало крайнюю редкость в ее арсенале подобной эмоции.

– Ну, мы близко как-то познакомиться не успели. Если честно, даже толком и не представились друг другу. Но среди них был определенно патриарх. Так-то мы почти по делам церковным прибыли. Ну и попутно по личным. А тут ему плохо вдруг стало, что неудивительно, человек уже в годах, сердце… нет, не пошаливало, до этого момента. В общем, ситуация вышла неудивительной, только встречало нас как-то немного народа, и те убежали его спасать и про нас вдруг забыли. Наверное, дела Божьи их не особо интересовали, а по большей части мирские, если в первую очередь врача побежали искать, а не молиться стали, уповая на Его силу, – сокрушенно ответил ей, сделав вид, что поверил ее сочувствию.

– Так давайте я вас до Свято-Успенского кафедрального собора и провожу, – тут же предложила она, оживившись.

А я в уме сделал засечечку. Значит, посадских они впускать не желают, а целый собор внутри цитадели, как за здрасьте. Нет, грехи, конечно, отпускать нужно, коль солдатикам их наделать есть с кем, благодаря посаду, но это можно было бы сделать и с минимумом церковнослужителей. А людей не жалко, коли не дворяне, так понимаю. Сами как-нибудь. Меняются эпохи, правители, а денег нет, но вы держитесь.

– Пожалуй, так сразу рано. Хотелось бы на людей посмотреть, а то путешествие было нелегким. Заодно проветриться, аппетит нагулять, – уклонился от ее предложения.

– Тогда давайте к нам в гости. Я вас и со своей матушкой познакомлю и будущим отчимом и со сродным и со сводными братьями. Мы в цитадели род известный, Фонвизины, – на ходу переобулась она.

Хотя было заметно, что это была изначальная задумка. Да и радушная хозяйка из нее выходила так себе. Роль эта для нее явно непривычная. Но, с другой стороны, а что мы теряем. Тем более Кими скоро от оргазма стонать начнет, потирая шарик. Надо спасать спутницу, принять целительную баньку… ну, а там посмотрим. Война путь покажет. Тем более что угрожать нам, учитывая ее силу, полагаю, уже вернувшуюся, теперь не особо смогут, надеюсь.

– Хм, а вы почему Радищева, не захотели фамилию отчима принимать? – поинтересовался как бы невзначай.

– Почему же. Говорю, будущий он отчим. Пока не обвенчались они с матушкой. Так что пока это невозможно, – ответила она, улыбнувшись.

В последнее охотно верю, уж больно чувствовалось ее желание примерить на себе эту фамилию. Стало даже интересно посмотреть на такую семью, где привечают, возможно, добровольно, всяких сколопендр.

– А давайте, – лихо согласился в ответ.

На что Кими удивленно на меня взглянула, склонив голову.

– Баня, – загадочно шепнул ей.

А на это она прямо расплылась в улыбке.