Читать книгу "Шерлок Холмс. Этюд в багровых тонах. Часть 1"

Глава 2

На пути в долину Юты[13]13
  В североамериканском штате Юта с начала XIX века и по сей день живёт большая часть мормонов со всего мира.


[Закрыть] мормоны столкнулись с разными испытаниями. Но многих не остановили ни болезни, ни дикие звери, и вскоре вождь сообщил людям, что они достигли обещанных им земель.

Провидец Янг[14]14
  Бригам Янг – американский религиозный деятель и политик, лидер мормонов.


[Закрыть] оказался не только прекрасным вождём, но и смекалистым человеком. Он составил карты новой местности и план будущего города, распределил земли между людьми.

Довольно скоро поселенцы создали своими руками город, разбили поля, а в самом сердце города поставили церковь. Каждый нашёл себе занятие по душе, и все трудились как пчёлы с раннего утра и до позднего вечера. Не зря мормоны выбрали изображение пчелиного улья для своей эмблемы.

Спасённые мормонами Джон Ферье и его приёмная дочь Люси прошли этот сложный путь со всеми вместе. Малышка скоро стала всеобщей любимицей и привыкла к новой жизни, а Джона Ферье зауважали и выделили ему участок земли такой же, как и другим, не считая вождя Янга и четырёх старейшин, которых называли Советом Четырёх:

Стэнджерсона, Дреббера, Джонстона и Кембелла, которым полагались особенно комфортные условия для жизни.

Джон Ферье был очень крепким и трудолюбивым человеком, он работал до седьмого пота и через три года стал богатым фермером. Его имя было у всех на устах, но некоторым не нравилось то, что у Джона нет жены. Кто-то даже считал, что он жадный, раз не хочет жениться. В остальном его считали человеком безупречным. А Люси, которая во всём помогала приёмному отцу, вскоре выросла и превратилась в прекрасную девушку. Жители городка восхищались её красотой и тем, как легко она держится на лошади.

Одним июньским утром Люси Ферье отправилась в город верхом. Её каштановые волосы развевались на ветру, и все с восторгом любовались девушкой. Внезапно дорогу ей преградило стадо быков. Люси попыталась увести лошадь в сторону, но быки зажали её своими могучими телами со всех сторон. Люси не собиралась сдаваться и ринулась вперёд, но один из быков боднул её лошадь. Она захрипела, встала на дыбы, и Люси могла вот-вот сорваться с её спины и угодить под копыта мощных животных. Но чья-то крепкая рука схватила лошадь за узду и вырвала из плена.

– Вы в порядке, мисс? – спросил человек, спасший Люси.

Девушка посмотрела на загорелое лицо своего спасителя и весело рассмеялась.

– Чуть не умерла от страха! – призналась она.

– Видел, как вы ехали от дома Джона Ферье, – сказал парень. – Наверное, вы его дочь? Не могли бы вы спросить вашего отца, помнит ли он Джефферсона Хоупа из Сент-Луиса? Ваш отец, вероятно, был другом моего отца.

– Может быть, вы заедете к нам и спросите отца сами? – ответила Люси.

– Отличная идея, я так и сделаю. Только сейчас я выгляжу не лучшим для походов в гости образом. Я несколько месяцев провёл в горах.

Высокий симпатичный парень был одет в массивную охотничью куртку и сидел верхом на коне.

– Отец будет благодарен вам, – сказала девушка. – Он так любит меня, что умер бы от тоски, пропади я под копытами этих коров.

– Я тоже, – сказал парень.

– Теперь вы друг нашей семьи, – рассмеялась Люси, – непременно заезжайте к нам в гости. А мне пора выполнить поручение отца. До свидания!

– До свидания! – ответил молодой человек, снял шляпу и только склонился, чтобы поцеловать руку Люси, как та хлестнула хлыстом свою лошадь и умчалась.

Девушка скрылась из виду, и Джефферсон Хоуп-младший понял, что в его душе что-то изменилось. В сердце поселилась любовь. В горах молодой человек вместе со своими товарищами искал серебро[15]15
  Недалеко от штата Юта, в котором поселились наши герои, в середине XIX века начали открывать месторождения серебра. В подобные места съезжались люди, которые хотели обогатиться.


[Закрыть]. Но после встречи с Люси Хоуп отложил мысли о делах. В тот же вечер он пришёл к Джону Ферье, а после много раз посещал его дом и довольно скоро стал своим. Ферье нахваливал молодого человека и не замечал, как глаза дочери светятся от счастья при одном упоминании имени Хоупа.

Однажды вечером Джефферсон Хоуп сообщил Люси, что должен уехать.

– Сейчас не могу забрать тебя, – сказал он, – но будь готова уехать со мной, когда вернусь.

– И когда это будет? – спросила девушка.

– Через два месяца я приеду и попрошу твоей руки. Отец уже дал согласие, но при одном условии: я должен уладить дела на рудниках[16]16
  Рудник – это место, напоминающее большую яму, где люди добывают полезные ископаемые, такие как драгоценные камни, металлы или уголь.


[Закрыть]. И у меня обязательно всё получится.

– Вот как! – сказала Люси. – Не возражаю, если вы с отцом договорились.

– Значит, решено. Прощай, любимая. Скоро увидимся, – произнёс Хоуп и поцеловал Люси.

Молодой человек вскочил на коня и умчался, не оборачиваясь. Счастливая Люси вернулась в дом, когда Хоуп исчез из виду.

Глава 3

Джон Ферье по-прежнему жил с Люси на ферме. Они ждали Хоупа. Люси собиралась выйти за него замуж. Отцу жаль было с ней расставаться, но он видел, что дочка радуется грядущим переменам, и был счастлив за неё.

Ферье строго выполнял все требования мормонов. Ходил в церковь, соблюдал законы, но ему не нравился их образ жизни. Он был рад, что жених Люси не мормон. Конечно, фермер скрывал своё недовольство от других, чтобы на него не пожаловались старейшинам, иначе ему и Люси пришлось бы туго. Его бы стали преследовать, и неизвестно, чем бы всё это закончилось. Между тем в мормонском штате Юта стали бесследно исчезать люди. Если кто-то высказывал несогласие с правилами и законами поселенцев, то таинственным образом пропадал. Было понятно, что действует какая-то тайная организация, очень жестокая и беспощадная, карающая всех непокорных и недовольных.

Однажды утром Джон Ферье собирался приступить к работе на ферме и вдруг услышал тяжёлые шаги. Он сразу выглянул в окно, и сердце тревожно забилось. К ним шёл Бригам Янг – главный старейшина мормонов, которого называли Провидцем. Это не предвещало ничего хорошего. С недовольным лицом старейшина прошёл в гостиную и уселся в кресло, хмуря кустистые брови.

– Брат Ферье, мы помогли тебе в трудную минуту, спасли от голодной смерти в Соляной пустыне. Уговор был таков, что ты должен принять нашу веру и чётко выполнять все наши законы, верно?

– Всё так, я хожу в храм и выполняю всё, что положено мормону, – со страхом в голосе ответил фермер.

– Нет, ты соблюдаешь не все правила.

Старик опустил голову и сник от дурных предчувствий.

– До меня дошли слухи, что твоя дочь Люси собирается выйти замуж не за мормона, а это грубое нарушение наших законов. Я, конечно, не верю молве. Но Священный Совет Четырёх решил, что твоя дочь выйдет замуж только за мормона. У наших уважаемых старейшин Дреббера и Стэнджерсона есть молодые и богатые сыновья. Пусть выбирает себе в мужья любого.

Джон Ферье, стиснув зубы, молчал. Наконец он сказал:

– Дайте ей время подумать.

– Хорошо, пусть подумает один месяц и сделает выбор. Но если вы с Люси ослушаетесь, то очень горько пожалеете, – пригрозил Бригам Янг. С этими словами он вышел из гостиной и, тяжело ступая, направился к своей повозке.

Ферье остался сидеть в гостиной с подавленным видом. Он не знал, как сообщить такую новость дочери. Но Люси появилась в комнате сразу после ухода зловещего старейшины.

– Извини, отец, но он так громко говорил, что я всё слышала из соседней комнаты. Что же нам теперь делать? – По лицу девушки потекли слёзы.

– Ты не переживай, дорогая, и ничего не бойся. У нас в запасе целый месяц. За это время я успею сообщить обо всём твоему жениху, и, когда он приедет, мы что-нибудь придумаем. Самое лучшее для нас – бежать из Юты.

– А как же ферма?

– Кое-какие деньги у меня есть, а остальное пусть остаётся, – махнул рукой отец. – Мы должны освободиться от этого проклятого Провидца навсегда. Я не стану унижаться перед ним. А ты не бойся, нам ничего не угрожает.

Люси стала понемногу успокаиваться. Однако девушка заметила, что отец снял с гвоздя ружьё, которое много лет висело над его кроватью без дела, и принялся его заряжать.

Глава 4

На следующий день после неприятного разговора с вождём Янгом Джон Ферье отправился в город и через знакомого передал записку для Джефферсона Хоупа. В своём послании Ферье просил жениха дочери вернуться быстрее, так как Люси угрожает опасность.

Вернувшись домой, Ферье заметил у ворот своей фермы чужих лошадей. А зайдя в гостиную, увидел двух молодых людей. Один, стройный и бледнолицый, вальяжно раскачивался в кресле. Другой, полный и коренастый, стоял возле окна. Оба поздоровались с Джоном Ферье, но вели себя так, словно они хозяева в доме.

Первым начал разговор тот, что сидел в кресле:

– Это сын старейшины Дреббера, а я – сын старейшины Стэнджерсона.

Джон Ферье только равнодушно кивнул, ведь он сразу понял, кто эти люди.

– Мы пришли просить руки твоей дочери, как нам посоветовал вождь. Удача стать мужем твоей дочери на моей стороне, – сказал Стэнджерсон.

– Это почему же?! – возмутился Дреббер. – Я богаче тебя, отец отдал мне свои мельницы.

– А мне скоро достанется фабрика, – возразил Стэнджерсон, – и вообще, я старше тебя.

– Пусть девушка сама сделает выбор, – самодовольно отозвался Дреббер.

Джон Ферье пришёл в ярость от разговора двух наглецов и готов был броситься с ними в драку.

– Так, слушайте внимательно! – гневно предупредил Ферье. – Придёте в этот дом, когда позовёт моя дочь. А до этого времени чтобы ноги вашей здесь не было! Как хотите выйти: в дверь или в окно?

Молодые люди обомлели от напора старого фермера и поторопились уйти.

– Ты ещё об этом пожалеешь! – крикнул, уходя, рассерженный Стэнджерсон.

– Вот же негодяи! – возмущался Джон Ферье, когда непрошеные гости удалились. – Я не допущу, чтобы ты стала женой одного из этих типов!

– Этого не случится, – успокоила отца Люси, – скоро за мной приедет Джефферсон.

– Надеюсь, нам не придётся его долго ждать.

* * *

Джон Ферье понимал, что законы мормонов суровы. Теперь его и Люси считают бунтарями, и их богатство вряд ли поможет в такой ситуации. Фермер ждал угрозы и не ошибся. Однажды утром он проснулся и нашёл прямо на своей груди приколотый булавкой лист бумаги. На нём было написано такое напоминание:

Ферье точно помнил, что перед сном запер в доме все окна и двери, и не мог понять, как бумага с угрозой появилась в его спальне. Чтобы не пугать Люси, он уничтожил послание. Но уже на следующее утро, когда Джон и Люси сели завтракать, девушка посмотрела вверх и вскрикнула. На потолке было нацарапано углём число двадцать восемь. Девушка ничего не поняла, а Ферье разволновался сильнее прежнего. Видимо, эти числа были отсчётом времени, которое дал вождь Янг на размышление. С тех пор каждый день в самых разных местах фермы или дома Джон Ферье находил числа, которые напоминали ему о том, что невидимые враги следят за ним. От этого его сковывал страх. Он надеялся на возвращение Джефферсона Хоупа. Но его всё не было, а число двадцать восемь довольно скоро сменилось на пятнадцать. А когда пятнадцать сменила тройка, фермер совсем опустил руки. Он плохо знал горную местность и не мог без помощника устроить их с Люси побег.

Однажды поздно вечером Ферье мучительно думал, как спастись. Утром на стене дома он увидел цифру два, а значит, последний день был совсем близок. Он вдруг услышал еле различимый скребущий звук за входной дверью. Кто-то явился в дом. Ферье похолодел от страха, но подошёл к двери и открыл решительным движением.

На земле у порога лежал человек. Это был Джефферсон Хоуп, который подполз к двери фермера, чтобы его не заметили те, кто следил за домом.

– Как же ты меня напугал! – воскликнул Ферье.

– Как Люси? – спросил Хоуп. – Нам надо бежать этой же ночью. В ущелье я спрятал мула и двух лошадей.

Ферье пошёл будить Люси, а Хоуп стал собирать в дорогу еду и питьё.

Влюблённые встретились, и троица поспешила в дорогу.

– За обоими выходами из дома следят, – предупредил Хоуп, – уйдём через боковое окно.

Ферье, Люси и Хоуп выбрались в сад, пригнулись к земле и дошли до изгороди, ведущей в поле. Вдруг над ними раздался крик совы, потом ответный крик, и Хоуп заметил людей. Он быстро утянул Люси и её отца в тень.

– Без девяти семь! – сказал один из людей. – Передай остальным.

– Без семи пять! – отозвался второй человек.

Наверное, они назвали друг другу какой-то важный пароль. Как только люди разошлись, Джефферсон Хоуп подхватил Люси на руки, и беглецы направились дальше.

Скоро Хоуп привёл своих спутников в ущелье, где их ждали две лошади и мул.

Настроение у всех было хорошее, невзирая на сложности. Казалось, что неприятности миновали, ведь они дошли до дальних мест горного перевала. Неожиданно на скале появилась фигура человека.

– Стой! Кто идёт? – крикнул он.

– Путники! – ответил Хоуп.

– Кто позволил? – спросил человек и навёл на беглецов ружьё.

– Совет Четырёх, – ответил Джон Ферье.

– Без девяти семь! – крикнул человек с ружьём.

– Без семи пять! – уверенно ответил Хоуп, запомнивший пароль.

– Можете ехать! – донеслось со скалы.

Беглецы прошли последний пост мормонов, впереди их ждала свобода!

Глава 5

Всю ночь беглецы петляли в горах. Они то сбивались с пути, то благодаря Хоупу снова находили дорогу. К утру перед ними открылись горы, покрытые снегом. На склонах росли деревья. Из-за гор поднималось солнце и золотило снежные вершины. Природа была так красива, что Ферье с дочерью готовы были здесь задержаться. Но Хоуп торопил:

– Нам надо уходить как можно быстрее. За нами наверняка уже погоня.

Путники двинулись дальше. Они блуждали по склонам и скалистым ущельям. К вечеру, уставшие, они нашли каменистый выступ, под которым и укрылись от холода и ветра. Измученные беглецы проспали до утра и весь следующий день снова шли, оставляя позади ненавистный город, где правили страшные люди. К полудню запасы еды кончились, и беглецы решили остановиться. У Хоупа было ружьё, и он был отличным охотником. Путники собрали валежник и разожгли костёр, чтобы согреться.

– Я пойду на охоту и добуду нам еды, – сказал Хоуп, беря ружьё. – Ни о чём не беспокойтесь, мы ушли далеко, и нашим преследователям уже до нас не добраться, – успокоил он Люси и старика Ферье.

Хоуп блуждал по ущельям и склонам заснеженных гор, но ему никто не попадался. Хотя по некоторым следам он понял, что здесь водятся медведи. Когда он уже потерял всякую надежду встретить какую-нибудь живность, вдруг увидел на склоне огромного горного барана. Хоуп притаился за камнем и, прицелившись, выстрелил. Баран подпрыгнул и, изогнувшись, полетел вниз прямо под ноги охотнику. Хоуп был безмерно рад. Теперь мяса у них было много, и его должно было хватить до конца путешествия. Однако ноша оказалась такой большой и тяжёлой, что Хоуп не смог её утащить. Тогда он отрезал большой кусок мяса и, взвалив на плечи, пустился в обратный путь, где его ждали Люси и Ферье. Уже смеркалось, и дорога была трудно различима. Увлёкшись охотой, Хоуп сбился с пути. Он долго плутал по склонам и ущельям, выходил к реке и понимал, что не туда идёт. Когда он выбился из сил и потерял надежду, вдруг увидел знакомое место. Костёр догорал, а рядом никого не было. Хоуп приблизился и позвал Люси, но никто не ответил. Ему даже подумалось, что они спят. Хоуп поджёг палку в тлеющем костре и осмотрел место. Люси и её отец исчезли. На земле были видны следы лошадиных копыт. Хоуп понял, что его попутчики похищены преследователями. Но тут он увидел небольшой холм земли, похожий на могилу. Сердце его дрогнуло от плохого предчувствия. Он подбежал и посветил пламенем. На могиле он увидел записку:

Хоуп в отчаянии огляделся, ища могилу Люси, но её нигде не было. Тогда он понял, что её увезли обратно к этим чудовищным людям, мормонам. Хоуп был не в силах больше ей помочь и обессиленный упал на землю. Очнувшись, он поднялся и, шатаясь, пошёл обратно туда, откуда совсем недавно бежал, спасая Люси и старика Ферье. Он не мог смириться с произошедшим и решил: «Если я не могу им больше ничем помочь, то я отомщу этим негодяям».

Несколько дней Хоуп брёл по заснеженным горам и долинам, чтобы вернуться в ненавистный город. Силы покидали его, и он терял путь, но снова находил. На пятый день с высокого холма увидел город. Там всюду развевались флаги: похоже, у жителей был какой-то праздник. Хоуп спустился с холма и приблизился к городу. Вдруг он услышал топот конских копыт и в темноте едва различил всадника. Присмотревшись, он увидел своего знакомого и окликнул его.

Всадник едва узнал в исхудавшем и обросшем бородой человеке молодого и крепкого Джефферсона Хоупа.

– Что вы здесь делаете? – испуганно воскликнул он. – Вас везде ищут и хотят арестовать за то, что вы помогли организовать побег для Ферье и его дочери. Если кто-то увидит нас вместе, меня убьют.

– Пропади они пропадом! Я их не боюсь. Прошу вас, скажите только, что с Люси? – взмолился Хоуп.

– Её вчера выдали замуж за Дреббера, и по этому случаю в городе праздник.

– А кто убил старика Ферье?

– Его застрелил Стэнджерсон, – ответил всадник. – Люси очень плохо выглядела на свадьбе: похоже, она заболела от горя.

– Спасибо, друг, – сказал Хоуп и тяжело поднялся. Он был бледен и суров.

– Куда вы пойдёте? – с сочувствием спросил всадник.

Хоуп ничего не ответил и поникший побрёл в горы, где свирепствовали дикие звери.

* * *

Через месяц Люси умерла, и Хоуп начал мстить её обидчикам. Он едва не застрелил Стэнджерсона, но случайно промахнулся. А на голову Дреббера как-то чуть не упал со скалы большой камень. Молодые мормоны поняли, что за ними охотится Хоуп, и не раз пытались его схватить, устраивая конные набеги в горы. Но всё безуспешно. А Хоуп тем временем совсем обессилел от голодной и холодной жизни в горах и отправился к своим друзьям на рудники, чтобы окрепнуть.

Через год, когда он вернулся, то узнал, что у мормонов случился скандал, некоторые из них отказались от веры и разъехались в разные стороны. Среди них были Дреббер и Стэнджерсон. Ходили слухи, что у Дреббера получилось сохранить часть своих денег, а Стэнджерсон остался гол как сокол. Хоуп пустился по их следу. Несколько лет ушло на то, чтобы их найти. Стоило напасть на след, как эти двое негодяев вновь скрывались. Наконец в Лондоне Хоуп их настиг.

Глава 6

Человек, которого мы поймали благодаря Шерлоку Холмсу, оказался весьма вежливым и извинился, что мог кого-то покалечить.

– Вы отвезёте меня в полицейский участок? – спросил он. – Я могу сам дойти, если развяжете ноги.

Лейстрейд и Грегсон сомневались, что мужчине можно верить, но Холмс, доверившись, освободил его.

– Вы могли бы стать лучшим начальником полиции, – с восхищением обратился Хоуп к Шерлоку Холмсу. – Лихо меня нашли.

Лестрейд занял место кучера в экипаже, которым недавно управлял Хоуп, а остальные разместились внутри. Я отправился со всеми по приглашению Холмса.

В полицейском участке нас встретил инспектор. Он обратился к арестованному:

– До конца недели состоится суд, мистер Джефферсон Хоуп. Если вы хотите что-то сказать, то предупреждаю, что ваши слова будут записаны и могут быть обращены против вас.

– Да, я хочу рассказать обо всём этим сыщикам, – ответил Хоуп.

– Может, всё же дождётесь суда? – уточнил инспектор.

– Вдруг я не дотяну до суда, – ответил арестованный. Потом спросил у меня, не врач ли я и, получив положительный ответ, показал на свою грудь и сказал: – Подержите здесь свою руку.

Я сделал, как он просил, и почувствовал под рёбрами Хоупа какой-то рокот и странные толчки.

– Да у вас проблемы с аортой[17]17
  Аорта – это большой сосуд, по которому кровь перекачивается от сердца к другим органам.


[Закрыть]! – встревоженно сказал я.

– Да, я был у врача, и тот сказал мне, что я могу умереть. Теперь мне всё равно, ведь я сделал то, что должен был. Но не хочу, чтобы меня считали убийцей. Я должен рассказать правду.

Сыщики и инспектор уточнили у меня, действительно ли Хоуп смертельно болен.

– Так и есть, – ответил я.

– Тогда мы запишем ваши показания, – сказал инспектор, обращаясь к пленнику.

Джефферсон Хоуп опустился на стул и начал рассказывать:

– Те, кого я убил, заслужили смерти, ведь на их совести гибель Джона Ферье и его дочери. Их преступление было так давно, что обращаться в суд было бессмысленно, и я решил сам стать для них судьёй. Девушка, ради которой я пошёл на месть, должна была стать мне женой. Но она умерла от горя, потому что её силой выдали за Дреббера. Я забрал её обручальное кольцо и пообещал покарать тех, кто её обидел. Я гонялся за Дреббером и Стэнджерсоном из одной страны в другую. Они пытались запутать след, но не тут-то было.

И вот они оказались в Лондоне. Здесь было сложно найти их, но я не сдался. Устроился работать кучером наёмного экипажа, выучил по карте город. Вскоре мне удалось вызнать, где живут эти господа, и я стал за ними следить.

Видимо, они почувствовали слежку и всюду ходили вдвоём. Я же отрастил бороду и старался передвигаться в экипаже, чтобы остаться незамеченным.

Однажды, к моему ужасу, Дреббер и Стэнджерсон решили уехать из Лондона, но уже на вокзале узнали, что нужный им поезд только что ушёл, и следующий нужно было ждать пару часов. Дреббер сказал, что отъедет по делу, и попросил своего приятеля остаться ждать на вокзале. Я обрадовался, что смогу наконец-то отомстить за любимую. Но хотел, чтобы обидчики знали, за что их наказывают.

За несколько дней до этого один человек, присматривающий за пустующими домами в Брикстон-роуд, потерял у меня в экипаже ключ. Я сделал дубликат ключа перед тем, как его вернуть. Теперь мне нужно было заманить в пустой дом Дреббера.

И я за ним проследил. После того как Дреббер уехал с вокзала, он зашёл в несколько разных ресторанчиков и вышел на улицу, едва держась на ногах. Потом остановил экипаж, а я направился следом. Он вышел у какого-то дома, из которого его довольно скоро выгнал молодой человек и чуть не поколотил. Дреббер кинулся бежать и, увидев мой экипаж, махнул рукой и приказал отвезти его в гостиницу. Я обрадовался, когда он оказался у меня в экипаже. По дороге он попросил остановить у ресторана и вскоре вернулся, сильно шатаясь. В экипаже Дреббера разморило, и он уснул. Я решил воспользоваться ситуацией и повёз его в заброшенный дом.

Там я не собирался просто взять и убить его, а решил довериться судьбе. Когда-то давно я работал уборщиком в лаборатории одного колледжа, где профессор рассказывал студентам о ядах. Он показал вещество, которое использовали индейцы, смазывая стрелы. Одна капля такого яда способна была убить человека. Когда все ушли, я взял немного этого ядовитого вещества и сделал из него две пилюли. Каждую убрал в отдельную коробочку, и рядом положил по такого же вида пилюле, но без яда. И вот настал день, когда одна из коробочек пригодится.

На улице лил дождь, время уже было позднее. Мы подъехали к пустому дому, и я разбудил Дреббера. Он решил, что мы уже у гостиницы, вышел из экипажа и, опираясь на меня, пошёл к двери.

«Что же тут так темно?» – возмутился Дреббер, когда мы вошли в гостиную.

«Сейчас будет свет, – отозвался я и зажёг свечу. – Помнишь меня, Енох Дреббер?» – спросил я, направив свет на своё лицо.

Дреббер не сразу, но всё же узнал меня и ужаснулся. А я расхохотался, глядя в его перепуганные глаза. От нервного напряжения у меня из носа полилась кровь.

Я запер дверь и спросил: «Не забыл Люси Ферье? Месть настигла тебя!»

У Дреббера задрожали губы, он стал просить о пощаде и говорил, что не убивал Люси.

«Пусть сама судьба рассудит нас, – ответил я, не обращая внимания на его мольбы. – Выбирай пилюлю. Одна из них с ядом, другая – нет. Ты выпьешь одну, а я другую. Проверим, есть ли на свете справедливость».

Ни за что не забуду, как исказилось лицо Дреббера, когда он понял, что проглотил яд. Я показал ему колечко Люси, он зашатался и, наконец, упал на пол.

Кровь всё лилась у меня из носа. И тут я вспомнил, как в Нью-Йорке был найден убитый немец, над головой которого была надпись: Rache, что с немецкого переводится как «месть». Об этом писали в газетах. И я решил сделать на стене такую же надпись своей кровью, чтобы запутать полицию. Потом вернулся в экипаж, отъехал, но не нашёл в кармане кольцо Люси. Я подумал, что обронил его возле тела Дреббера, поехал обратно, но из дома вышел полицейский. И я прикинулся пьяным, чтобы меня не заподозрили в причастности к убийству.

Теперь оставалось разобраться с Джозефом Стэнджерсоном. Я нашёл его гостиницу, рано утром проник в спальню злодея, разбудил его и предложил выбрать пилюлю. Но он вскочил с кровати и набросился на меня. Защищаясь, я нечаянно ударил его ножом…

Я не собирался убегать из Лондона и продолжал работать кучером, пока не соберу денег на билет в Америку. Как-то ко мне подбежал мальчишка и сказал, что кучера Джефферсона Хоупа ждут на Бейкер-стрит, 221-6. Ничего не подозревая, я поехал по адресу, а тут на меня надели наручники. Вот и всё, джентльмены. Вы считаете меня убийцей, но я всего лишь хотел добиться справедливости.

Когда Хоуп закончил свой рассказ, все какое-то время молчали. Лестрейд подробно записал в блокнот всё, о чём говорил арестованный.

– Хотел уточнить, – прервал молчание Шерлок Холмс, – кто приходил к нам за кольцом?

– Могу раскрыть только свои тайны, – хитро ответил Хоуп, – но другим создавать неприятности не собираюсь. Мне помог друг. Ловко он обвёл вас вокруг пальца?

– Весьма, – согласился Холмс.

Инспектор и стражники увели Хоупа, и мы с Холмсом вышли из участка и отправились домой.