» » » онлайн чтение - страница 11


  • Текст добавлен: 3 октября 2013, 23:13


Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Автор книги: Барбара Делински


Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Его глаза, однако, были по-прежнему прикованы к поверхности ее стола, на котором веером были разложены статьи, ксерокопии газетных заметок и журналы. Все о баскетболе. Проследив за его взглядом, она слишком поздно сообразила, что не успела убрать в ящик все эти материалы, имевшие к Дэниэлу Стрэйхену самое непосредственное отношение. Кроме того, на виду торчали периодические издания, полученные ею от добрейшего Кристофера Дейли. Там тоже в той или иной связи упоминалась фамилия Стрэйхен.

Нии показалось, что ее застали за каким-то не слишком почтенным занятием. Почувствовав себя виноватой, она попыталась объясниться с Дэниэлом.

– Не обращай внимания на эти бумажки… – начала было она, но слова застряли у нее в горле, когда она увидела глаза Дэниэла. Ния и сама была не в своей тарелке, биение пульса эхом отдавалось у нее в ушах, но все это было ничто по сравнению с выражением бешеной ярости, застывшим у него на лице.

Подбородок его был устремлен вперед, словно таран, а все тело до крайности напряжено. Ния сразу же поняла, что он неверно истолковал увиденное, и догадывалась, что должно было произойти. Тем не менее она не могла пошевелить и пальцем – так ее напугала исходившая от него волнами ненависть. И еще – она чувствовала, что сию минуту потеряет только что обретенного друга!

Он заговорил медленно, тщательно артикулируя каждое слово, будто вкладывая частицу холодного – перед тем, как его произнести:

– Итак, ты решила все-таки идти до конца и сделать этот проклятый материал – не так ли?!

Напуганная Ния на долю секунды замешкалась с ответом, что позволило Дэниэлу повернуться на каблуках и двинуться к выходу. Пораженная случившимся, Ния по-прежнему не могла сделать и шагу. День за окном мгновенно стал серым и неинтересным, все померкло и потеряло былую яркость.

– Ну, что стоишь? Беги за ним, дурочка! – раздался в комнате отчаянно громкий шепот Присциллы, который вывел Нию из состояния транса. Подруга смотрела на Нию из закутка за книжным шкафом, указывая рукой на дверь кабинета. – Беги за ним. Действуй!

И Ния побежала, выскочив из офиса как раз вовремя, чтобы заметить, как Дэн сворачивал за угол в дальнем конце коридора.

– Дэн! – крикнула она и помчалась как сумасшедшая следом, спотыкаясь на высоких каблуках. Она нагнала его у самого лифта. – Дэн! Не уезжай! Ты ошибся!

Его взгляд гипнотизировал горизонтальную декоративную планку, прибитую над дверью лифта.

– Вот это ты верно заметила, – процедил он сквозь зубы, – я действительно ошибся!

– Ты не о том говоришь, Дэн! Позволь, я все объясню…

– О, объяснять ты умеешь – этого у тебя не отнять. Вопрос в другом – захочу ли я тебе поверить.

– Ты должен! Я не стану писать о тебе. Ни единого слова! Пожалуйста, поверь мне!

Он посмотрел на нее сверху вниз с видом человека, которого оскорбили в лучших чувствах и вдобавок выставили дураком.

– Поверить тебе? После того, что я сейчас видел собственными глазами?

– Да! – Подошел лифт. Инстинктивно она уцепилась за рукав Стрэйхена, чтобы не дать ему войти в кабинку. – Не уезжай… Подожди!..

Голос Нии превратился в шепот, а глаза молили о снисхождении. Дэниэл молча поглядел на впившуюся в его рукав тонкую руку, после чего обвел взглядом лица находившихся в лифте людей, терпеливо дожидавшихся, когда он войдет. Он стоял без движения долго – даже слишком долго, целую вечность, как показалось Нии. Тем временем двери лифта медленно поехали навстречу друг другу.

– Найди свободную комнату, – проворчал Дэниэл, подхватывая ее под руку и снова увлекая в глубь коридора. Они быстрым шагом двинулись в обратный путь, поминутно заглядывая в открытые настежь двери офисов, которые кишели сотрудниками.

– Есть складское помещение, – отчаянно зашептала Ния, опасаясь, что Дэниэл передумает и сбежит от нее по дороге. – Это единственное место, где никого не бывает!

– Это здесь? – спросил он, распахивая дверь в одну из тех немногих комнат, куда Ния еще не заглядывала. Да, это было здесь. Он зажег свет и втащил Нию в небольшой закуток, заваленный рулонами бумаги, папками, канцелярскими принадлежностями, почтовыми конвертами и бог знает чем еще. Но одно здесь устраивало их обоих на все сто процентов – отсутствие людей.

Повернувшись к двери спиной и толкнув ее плечом, чтобы она закрылась, он отпустил многострадальную ладошку Нии и скрестил на груди руки.

– Вот теперь можно и поговорить. Я слушаю, Антония.

Она с тревогой смотрела на Дэниэла, раздираемая противоречивыми чувствами. Потом воскликнула:

– Я не собираюсь писать о тебе, Дэниэл! И уже сказала об этом Биллу!

– Тогда какого черта у тебя на столе валяются материалы, которых с лихвой хватит, чтобы составить на меня досье? – осведомился он. – Это ведь все сплошь статьи о баскетболе. Зная о том, как ты ненавидишь эту игру, нетрудно прийти к некоторым выводам!

– Да. Все эти материалы о тебе. Сегодня утром я заходила в Университетскую библиотеку. Потом еще Крис принес мне старые журналы. Но я собрала это не для того, чтобы писать о тебе!

– Тогда зачем, Ния? Ты что, принимаешь меня за совершеннейшего идиота? Меня и прежде пытались использовать средства массовой информации, и я хорошо научился выявлять такого рода попытки. Твой заваленный бумагами стол мне весьма подозрителен!

– Билл уже занят поисками другого кандидата, – сказала Ния, стараясь не обращать внимания на обиду, которая уже начала копиться в душе. – Я ему сказала, что не могу заполучить твоего согласия на интервью. Почему ты мне не веришь?

Он возвышался над ней, подобно гигантскому изваянию, недоверчивый и циничный.

– До сих пор ты не дала мне никаких достойных доверия объяснений по поводу лежавших у тебя на столе документов. Если ты не собираешься писать статью, то к чему эти изыскания?

Ния хотела бы сказать Дэниэлу правду, но суть заключалась в том, что ее не ведала и она сама.

– Я хотела побольше о тебе узнать, Дэниэл. Больше мне сказать нечего. – Произнесла она как-то обреченно.

Оттолкнувшись от двери, Дэниэл подошел к Нии поближе. Она сидела на краешке столика, предназначавшегося для редакционных машинисток, с такой силой впившись пальцами в его края, что костяшки побелели. Дэниэл грозно сверкнул глазами.

– Но зачем тебе это нужно, Ния? Зачем? – закричал он. – Только не нужно мне толковать о каком-то там женском любопытстве. Ложь, все ложь! Кстати, сегодня у тебя, кажется, добыча. Ты получила чего хотела, не так ли?!

Гордость и обида заставили ее вскочить.

– Да, получила, черт бы тебя побрал! Ты наконец разговорился! Дал мне заглянуть под маску, которую ты постоянно носишь. И мне не пришлось об этом пожалеть, Дэниэл!

Он столь долго находился в состоянии клокочущей ярости, не желал ничего слушать, что становилось ясно: видимо, Ния задела в его душе нечто особенно тщательно скрываемое, то, что не шло ни в какое сравнение даже с горечью измены. Схватив за плечи, он притянул ее к себе.

– Итак… что ты собираешься делать со всей этой информацией? Я хочу знать точно, без всяких отговорок. Ну!

Ее глаза наполнились слезами.

– Я пыталась с помощью всех этих статей узнать тебя получше, оценить тебя по достоинству, понять тебя, наконец!

– Но зачем, черт тебя возьми! Зачем?

– Не знаю зачем! – выкрикнула она в ответ, раздосадованная и разгневанная на весь мир – и на себя в том числе – за то, что ничего не могла объяснить. Ничего! – Не знаю – и все тут! Ты задаешь мне вопросы, на которые я не в силах дать ответ! Может быть, я настоящая мазохистка, потому что именно это мне в тебе и нравится. Ты заставляешь меня смотреть на вещи, от которых я обыкновенно ворочу нос. С твоей помощью я даже беду готова встретить без страха. Я вообще стала на многое смотреть твоими глазами. И по этой причине ясно вижу то, чего раньше не замечала! – Все ее тело сотрясалось от обуревавших ее эмоций, а с ресниц скатилась и пробежала, оставляя влажный след на щеке, одинокая слеза.

Дэниэл продолжал пристально всматриваться в ее фиалковые глаза, а Ния, стараясь сморгнуть непрошеные слезы, не замечала этого. Не заметила она и той перемены, которая произошла с его взглядом, который, словно по мановению волшебной палочки, смягчился. Ах, она была во власти чувства, в котором отказывалась себе признаваться.

– Не знаю, зачем я все это говорю. И не понимаю, почему позволяю тебе кричать на меня, допрашивать. Временами меня так и подмывает выкинуть тебя из своей жизни, как я выкинула тебя из списков Билла. Это оказалось легче легкого!

Едва не задохнувшись от волнения, она замолчала и некоторое время смотрела в пол, чтобы не встречаться взглядом с Дэниэлом. Когда она заговорила снова, то заметила, что весь ее гнев улетучился. Теперь ее голос звучал едва слышно, подобно шелесту листьев:

– Можешь уходить, Дэниэл. Я просто хотела, чтобы ты знал – я тебя не предавала. Я… Ты мне нравишься. Возможность проводить с тобой время неожиданно сделалась для меня очень важной. Мне жаль, что я вызвала твой гнев… – Она продолжала говорить еще несколько секунд даже после того, как Дэниэл привлек ее к себе и обнял. Его руки, которые еще несколько минут назад грубо трясли ее за плечи, теперь сомкнулись вокруг нее теплым, успокаивающим кольцом.

С его уст сорвался один только протяжный стон.

– Ох, Ния, – протянул он, прижимая ее к себе и лаская, – какая же ты глупая девочка! Все, что произошло, весь этот ужас – из-за твоей тупоголовости. Если бы ты рассказала мне обо всем этом раньше…

– Раньше?! – вскричала Ния, отталкивая его от себя. – Раньше?! Бог мой, да мы с тобой познакомились всего три дня назад. Три дня! И все эти три дня, общаясь с тобой, я ничего не могла понять. С какой, спрашивается, стати мне понадобилось сломя голову мчаться домой, чтобы не опоздать на твое – по правде сказать – весьма бессмысленное интервью? Почему я, словно сомнамбула, бродила из стороны в сторону, дожидаясь, когда ты мне позвонишь? Я и сейчас не могу понять, зачем я торчу на этом складе и говорю тебе всю эту чушь!

После такой отповеди следовало поворачиваться и уходить, что она бы непременно и сделала, не останови ее широкая улыбка Дэниэла. Как это обычно бывало, его улыбка заворожила ее, едва не лишив возможности двигаться.

– Исповедь – отличное лекарство для души, – проворчал он, но на этот раз вполне добродушно, и снова крепко обнял ее.

Не в силах больше сдерживаться, Ния зарылась лицом в рубашку у него на груди.

– Ах, Дэниэл, ну почему ты обладаешь надо мной такой властью?

Он подсунул ей под подбородок палец, чтобы приподнять ее лицо.

– Эта власть не односторонняя, детка. Должен тебе заметить, что иммунитета против тебя у меня тоже нет.

С этими словами он ее поцеловал. Это было примирение, причем без слов. Хотя Ния не совсем точно знала, где пролегали пределы ее чувства, она была уверена в одном: доброе отношение к ней Дэниэла значило для нее в данный момент куда больше, нежели что-либо другое в ее жизни, включая расположение ее сослуживцев.

– Ооох… прошу прощения, – произнес чей-то голос, а потом пропал.

Отрываясь от ее губ, сладостных и пряных, словно горный мед, Дэниэл хохотнул ей в макушку:

– По-моему, это был намек. Тебе лучше вернуться на рабочее место.

– Мммм. Побудем еще минуточку? – прошептала она, вслушиваясь в биение его сердца и не желая прерывать это занятие. – Если для того, чтобы тебя удержать, требуется жуткая теснота этой кладовки, я готова сидеть здесь хоть целую вечность. – Желание было обоюдным. Дэниэл тоже не хотел с ней разлучаться и продолжал гладить ее по голове.

– Знаешь, Ния, сегодня вечером у меня игра. Может быть, завтра мы проведем денек вместе?

Почувствовав в его голосе определенную настойчивость, требовавшую ответа, Ния подняла глаза.

– Я бы этого хотела, – произнесла она шепотом, отлично понимая, что с каждой новой встречей все больше и больше запутывается в его сетях, но сил противостоять ему не было. По этой причине она была ужасно зла на себя. Но Дэниэл обладал способностью изгонять этот гнев. Для этого ему было достаточно одарить Нию теплым, доброжелательным взглядом.

Ния вытерла тыльной стороной руки чуточку припухшие от слез глаза.

– Я, наверное, ужасно выгляжу.

– Ты выглядишь просто прекрасно, – возразил Дэниэл и поцеловал ее в последний раз. – Встретимся завтра в районе одиннадцати?

– А что, у тебя нет тренировки?

– До двух я свободен. Вообще-то мы могли бы продолжить общение и вечером.

– А на тренировку пускают посторонних? – с хитринкой в голосе спросила она.

– Пускают… – ответил Дэниэл, внимательно глядя ей в глаза.

– А мне можно посмотреть?

– Да, неужели тебе этого хочется? – Казалось, Дэниэла обрадовало намерение Нии. Это еще больше ее подхлестнуло.

– Если ты будешь себя хорошо вести, то я, возможно, и приду.

– И что это должно означать? – игриво осведомился Дэниэл.

Ее улыбка растаяла, и на ее месте появилось весьма серьезное выражение.

– Это должно означать, что, когда завтра в одиннадцать мы с тобой встретимся и отправимся завтракать, ты не станешь больше докучать мне разговорами об этом проклятом интервью. Повторяю, я не собираюсь его у тебя брать. И писать статью тоже. Даю в этом слово! Может быть, ты, ради разнообразия, хотя бы на этот раз мне поверишь?

Когда она подняла на него глаза, то заметила в его взгляде столь сильный мужской интерес, что на мгновение даже растерялась. Ей вновь показалось – на долю секунды, не больше, – что Дэниэл доверял ей с самого начала, а все остальное – было с его стороны просто игрой. Искусно задуманным действом, которым он все теснее и теснее привязывал ее к себе, всячески возбуждая ее влечение, которое она к нему явным образом испытывала. В следующую же минуту Дэниэл улыбнулся.

– Думаю, ты можешь на это рассчитывать. Но при условии – на тренировку ты придешь в старой одежде.

– В старой одежде?!

– Разве ты плохо слышишь?

– Но… почему?

– Боюсь, я не смогу продержаться дольше второй двадцатиминутки, если ты вновь явишься в том свитере с прозрачной кружевной вставкой на груди. – Слова Дэниэла относились к наряду, в котором она явилась в спортивный зал в первый день их знакомства. Она тогда еще подумала, что там ее наряд выглядел неуместно. – Это будет слишком сильно отвлекать внимание. – Его руки соскользнули с ее плеч на талию, по пути основательно сжав заманчивые выпуклости ее грудей.

– Мне бы не хотелось, чтобы мои ребята глазели на тебя в течение всей тренировки. Прибереги свои сексуальные штучки для меня одного. Тебе не придется в этом раскаиваться, обещаю.

– Это что, угроза? – улыбаясь, спросила Ния, приятно взволнованная его словами.

– Что-то вроде, – сказал он. – А теперь давай отсюда выбираться, не то мне может прийти в голову претворить ее в реальность.

Глава 7

Такой счастливой Ния не чувствовала себя уже очень, очень давно. Она знала, что давать волю чувствам глупо, что их с Дэниэлом отношения заведут ее в тупик, но уже одно то, что они завтра должны были встретиться, приводило ее в прекрасное расположение духа. Ее лицо было словно озарено ярким светом, который были не в силах приглушить никакие мысли о Мэхони и затеянном им судебном разбирательстве.

В течение всей второй половины дня – вернее, той его части, которая осталась в ее распоряжении после ухода Дэниэла, она с редкостным упорством занималась рутинной ежедневной работой. Одна только Присцилла догадывалась о причине такой резкой смены настроения у своей подруги, но она дипломатично помалкивала.

Судьба, однако, распорядилась по-своему и не позволила Нии в тот вечер полюбоваться на игру питомцев Дэниэла по телевизору. Нашлись срочные дела – в частности, давно задуманное посещение спектакля. Завершилось все значительно позже финального свистка, прозвучавшего в конце матча. Выслушав пожелания спокойной ночи от некоего Барри Риккарди, который довез ее до дому, Ния, продолжая улыбаться, прошла наверх в свою квартиру. Барри был ее другом, а по совместительству – бухгалтером и большим любителем театра. Хотя вечер Ния провела превосходно, все ее помыслы были сосредоточены на завтрашнем дне.

Почти час она пролежала в постели без сна с широко открытыми глазами. Представляя себе Дэниэла, она размышляла о превратностях судьбы, бросившей их навстречу друг другу всего несколько дней назад. Вспоминая свое прошлое, она пришла к выводу, что, по идее, из всех мужчин он должен был менее всего ее заинтересовать. Но прошлое – это прошлое. Впервые за долгое время она согласилась искренне в это поверить. Но для этого понадобился такой человек, как Дэниэл, который – сам того не зная – изгнал из ее души демонов прошлого и дал ей свободу. Теперь даже мысль о баскетболе не была для нее невозможной. Рухнули выдуманные стены, теперь она могла думать обо всем и жить, не оглядываясь постоянно через плечо.

Раньше одна только мысль о баскетболе – игре, которую она сама сделала своей соперницей, заставляла ее забывать о глубоких чувствах – тех самых, какие она, безусловно, испытывала когда-то к Дэвиду. Она ведь надеялась тогда сохранить их любовь на долгие годы. Но мысли об игре делали ее невменяемой. Нет, ее отношения с Дэниэлом будут другими – более осторожными, расчетливыми и не без доли скептицизма. Они будут свободными от сильных привязанностей и не лишены некоторой небрежности по отношению к избраннику. Пусть Дэниэл продолжает идти своей дорогой – ездить на свои матчи, подолгу отсутствовать в городе, – она готова была воспринимать это как должное с самого начала. До сих пор между ними не возникло неких уз, накрепко стягивающих воедино, – и слава создателю! Разве она только что не вернулась из театра, в котором была с другим мужчиной? Конечно, она уже долгое время отказывается сходить с этим мужчиной в кино – ну и что? Когда-нибудь она обязательно примет его приглашение…

Повинуясь неожиданному импульсу, она выскочила из кровати и приготовила себе горячую ванну, взбила до краев пышную пену и с наслаждением погрузилась в воду. Вода поначалу обожгла ей кожу, но потом ее обволокло приятное чувство теплоты. Ния откинула голову на край ванны, приняла удобное положение и прикрыла глаза.

Как было приятно разговаривать с ним сегодня. Без смущения обсуждать по-дружески свои проблемы и получать в ответ, кроме сочувствия, вполне квалифицированные советы. Неужели именно этого ей не хватало в течение всех пяти лет, что прошли после развода? С другой стороны, она никогда не считала себя существом зависимым. Наоборот, ее жизненным лозунгом стало: «Самостоятельность – и еще раз самостоятельность». Иными словами, опора только на собственные силы. Почему в таком случае она с нескрываемым восторгом выслушивала от Дэниэла слова ободрения?

Ния постаралась расслабиться среди пены и пара и хотя бы на время прекратить размышлять об этом. Но в голове крутилась все та же пластинка: о нем, о нем, о нем… Суть заключалась в том, что Дэниэл появлялся, когда был особенно нужен ей, – и поддержка его имела наивысшую цену. А… Что бы ни случилось завтра… случится – даже помимо ее воли. Таковы уж капризы судьбы.

На следующий день звонок в дверь прозвучал ровно в десять часов – на целый час раньше, нежели она ожидала. Ния была еще в халате и, сидя на кухне, просматривала газету, попивала кофеек – последнюю утреннюю чашку. Нахмурившись, она соскочила с табурета и выглянула в окно – на улице стоял низкий золотистый «Датсун». Нет, подумать только, как все-таки остро она реагирует на всякое появление Дэвида.

– А ты рано, – заметила она, открывая дверь со смущенной улыбкой. – Ты ведь сказал – «в одиннадцать». Я только что проснулась. Даже не успела принять душ, хожу вот в халате!

– Это я вижу. – Дэниэл улыбнулся и оглядел ее с ног до головы с нескрываемым удовольствием. – Может быть, ты меня все-таки впустишь?

Она отступила в сторону, чувствуя себя вполне уверенной и сосредоточенной и, пожалуй, самую малость раздраженной от его слишком раннего визита.

– Кофе хочешь? – спросила она. – Пока я буду одеваться, ты можешь почитать газету, – добавила она через плечо, покидая кухню, чтобы привести себя в порядок и вообще немного опомниться.

Но Дэниэл следовал за ней по пятам, отметив про себя и недопитую чашку с кофе, стоявшую на стойке бара, и раскрытую посередине газету.

– Вот как, значит, вы, служилый люд, сидящий в конторах с девяти до пяти, проводите субботнее утро? – заявил он со смехом. В этот утренний час его голос хранил в себе легкую, оставшуюся со сна хрипотцу, что по неизвестной причине заставило Нию в очередной раз вспомнить, что она не одета. Запахнув свой халат еще основательнее, она немного обиженно ответила:

– Если бы я относилась к тому типу людей, которые просиживают на работе с девяти до пяти, я вполне бы могла проводить так и каждое утро. К твоему сведению, газету я получаю только по уик-эндам, поскольку в остальные дни у меня просто нет времени их читать – в офисе мне необходимо быть уже в восемь тридцать. И я вообще очень редко ухожу с работы раньше шести, а то и шести тридцати. Это к вопросу о людях, которые отсиживают в конторах с девяти до пяти.

Дэниэл выглядел превосходно в костюме, который она прежде считала чуть ли не униформой каждого тренера. В это утро на нем были тщательно отутюженные брюки, блейзер и с расстегнутым воротом рубашка. На его лице не было заметно и малейшего следа сна, он был бодр, свеж и готов к любым перипетиям предстоящего дня.

– Уж и не знаю, что думать о вашем трудолюбии, Ния. – Он шутливо помотал головой. – Пожалуй, ваш брат журналист многовато времени проводит в ресторанах…

– Да это же ты сам вытащил меня туда! – хохоча, заявила Ния. – Если бы не ты, я бы мирно просидела на своем стуле до самого конца рабочего дня.

– Точно. Сидела бы и маялась от грустных мыслей, которые приходили бы тебе в голову, – но появился я и вывел тебя из этого задумчивого состояния!

Душа Нии мгновенно исполнилась благодарности.

– Это правда, Дэн. Я и в самом деле после нашей встречи почувствовала себя много лучше. Спасибо.

Он взял ее лицо в ладони, подойдя к ней почти вплотную, прежде чем она смогла этому воспротивиться.

– Это я должен тебя благодарить, – пробормотал он и нежно поцеловал ее. Это был упоительный, свойственный только одному ему поцелуй, от которого она была готова просыпаться без всяких возражений каждое божье утро. Этот поцелуй, словно первая утренняя чашка кофе, мгновенно пробудил к жизни дремавшие чувства. Но за первой чашкой, ароматной и горячей, всегда следовала вторая, напоминающая, что сегодня суббота и торопиться некуда. Так и Нии немедленно потребовалось продолжение утренних радостей.

Она обвила шею Дэниэла руками и еще крепче прижалась к нему, надеясь, что все еще впереди. Он медленно вбирал в себя вкус и молочное тепло ее губ, потом медленно переместился ниже и стал покрывать поцелуями ее шею.

– От тебя так хорошо пахнет, – нежно прошептал он, лаская губами душистую кожу ее шеи. – Отчего так?

Ния откинула голову, чтобы облегчить ему доступ к надключичной ямочке.

– Это все лимонная пена, – ответила она едва слышно. – Вчера вечером я долго не могла уснуть… – Тут его губы двинулись еще ниже, и у нее перехватило дыхание. – … Ну я… принимала ванну…

Дэниэл повлек ее к высокому, стоявшему у стойки бара стулу, о который и оперся, широко расставив ноги. Ния оказалась точно в промежутке между ними. Его губы и язык проделывали с ее кожей удивительные, волнующие вещи, настолько волнующие, что у нее закружилась голова, и она вынуждена была вцепиться ему в плечи, чтобы не упасть. Головокружение становилось между тем все сильнее.

– Дэниэл… я лучше… пойду… оденусь…

– Удели мне еще минуту. – Он говорил глуховатым голосом и временами поднимал глаза, чтобы встретиться с ней взглядом. – Ты должна все-таки признать… что до сих пор… я вел себя… очень хорошо… Уж ты поверь…

– Я верю, – шепотом отвечала она, и он снова целовал ее, чтобы не дать ей говорить, в то время как его руки, распахнув ее халат, ласкали ее тело сквозь тончайшие кружева ночной рубашки.

– Да знаешь ли ты, до чего ты красива? – выдохнул он. – Красива и до одури сексуальна!

– Вот смешно, – сказала она, тая под его пальцами, которые не оставляли без внимания ни единого миллиметра ее кожи, доставляя ей удивительное наслаждение, заставлявшее ее трепетать, – я считала, что это ты…

– Такой красивый?

– И сексуальный.

– А откуда тебе об этом знать? – Он протяжно застонал, овевая своим теплым дыханием напряженные острия ее грудей. – Ты ведь ни разу не видела меня раздетым?

Ния ткнулась лицом в его густую шевелюру – чтобы приостановить головокружение… или, может быть, для того, чтобы быть с ним еще ближе?

– Мне вовсе не нужно видеть тебя раздетым, чтобы знать, что ты сексуален, – легонько поддразнила она его, хотя ее прерывистое дыхание свидетельствовало, что время шуток уже прошло. – У тебя… прекрасные руки… Очень сексуальные… руки…

В этот момент эти руки как раз взялись за дело по-настоящему, заставив ее разразиться идущими из горла стенаниями.

– Это там, где я тебя трогаю… там сексуально… – ухитрялся он еще при этом разговаривать. – Груди у тебя сексуальные… – Его руки охватили ее выпуклости сквозь тончайшую ткань рубашки, а пальцы мгновенно определили на ощупь чуть вздувшиеся соски и принялись их ласкать. – И бедра… тоже… – Его руки двинулись вниз, заскользив по шелку рубашки, слегка затормозили свое движение на талии, проверяя на ощупь ее упругость и стройность, и, нежно обведя ее округлые бедра, изо всех сил прижали их к своему телу.

– Это уже… из ряда вон… – воскликнула она, обнаружив вдруг, что хочет еще более интимных прикосновений и ласк.

– Ты мне верь, детка. Верь – и все тут… – Голос его звучал глухо, поскольку он уткнулся лицом в ее груди. – Мне очень нужно почувствовать, какая ты…

Ее халат соскользнул на пол, но этого никто не заметил. Она была просто заворожена легкими движениями его пальцев. Они проникли уже под ее рубашку и нежно касались обнаженного тела. Если бы не стальные бедра Дэниэла, поддерживающие ее по бокам, как две колонны, она давно бы уже упала. Но ей нравилось все, что он с ней проделывал, – и глаза ее сияли восторгом, когда он поднимал голову с немым вопросом во взоре.

Ночная рубашка соскользнула с плеч, и она стояла перед ним обнаженная до пояса, продолжая цепляться слабеющими пальцами за его плечи. Из-под полуоткрытых век она следила за тем, как он оглядывал ее тело – не прикасаясь к нему, а лишь восхищаясь. Ния прикусила губу, чтобы вновь не застонать, побуждая его к продолжению любовной игры, – ее тело жаждало его прикосновений и уже не могло без них обходиться. Но и в том, чтобы видеть его в тот момент, когда он любовался ею, тоже заключалось странное удовольствие. По его милости, она ощущала себя алебастровой статуей, которую обожествляют, но до которой боятся дотрагиваться.

– Разве ты не хочешь… – прошептала она, наконец, когда внутренний огонь опалил ее чресла.

Его голос звучал до странности прерывисто:

– Да, детка, дойдет и до этого… в свое время…

Ее груди затвердели и округлились под его пальцами. Когда же он слегка сжал ее сосок, она застонала и крепче вцепилась в его плечи, бессознательно начав двигаться в том ритме, который отбивал в ее голове невидимый тамбурин.

– Дэниэл… Дэниэл… – словно во сне повторяла она, когда ночная рубашка, повинуясь его рукам, стала сползать с ее бедер. Его пальцы обрели легкость и нежность пера, вызывая дрожь возбуждения, которая волнами прокатывалась по ее телу. Он упорно продолжал ласкать, надавливать, поглаживать, доводя ее до полного изнеможения. – О! Дэниэл! – простонала она, напуганная силой собственного дыхания. – Прошу тебя… остановись… ради меня… я не в силах…

Он рывком подтянул вверх ее ослабевшее тело, и нагота едва не ослепила его.

– Все это случилось так быстро… – прошептал он, затем прижал ее к себе с такой силой, что впившиеся в тело пуговицы его пиджака на время отрезвили ее.

– Я, честно говоря, не уверена, что мне этого хочется, – прошептала она, судорожно вдыхая воздух и отпуская руки, которые безвольно упали и задержались на его мускулистых бедрах. Она несколько опомнилась и поняла – этого ей не хотелось ни под каким видом! И в то же время хотелось до безумия! Ей хотелось видеть его обнаженным, таким же, какой в ту минуту была она. Ей хотелось познать его красоту и чувственность самым интимным образом. Но она, конечно же, этого ему не сказала бы! Боже, как это невыносимо. Кажется, в соответствии с ее собственным решением, их связь не должна была слишком ее затрагивать. А физическая близость и, более того, физическая зависимость испортили бы все дело. Душа ее металась в испуге и нерешительности.

Чувствуя ее страх и поддаваясь кое-каким из своих собственных, Дэниэл медленно отпустил ее, давая возможность натянуть на плечи ночную рубашку, которую он только что едва не снял с нее полностью. Его подбородок резко выдался вперед, наподобие тарана античной галеры – такое усилие ему потребовалось, чтобы окончательно оставить Нию, помочь ей встать на ноги и нагнуться за ее халатом, лежащим на полу. Он с таким изяществом и заботой возложил халат Ние на плечи, что со стороны могло показаться, будто он подает ей норковое манто. Потом он склонился над ней, отвел волосы, закрывающие ей шею, и прижал к этому месту свои теплые губы.

– Теперь отправляйся одеваться, детка, – пробормотал он, продолжая ласкать языком кожу у нее на шее. – Помни, что никакой особой спешки нет.

Она долго принимала душ – сначала холодный, потом горячий, потом снова холодный – и размышляла над его словами. Как обычно, она занималась поисками в них второго смысла. Что значит – «особой спешки нет»? Не следует спешить на завтрак? Или не стоит торопиться с интимным сближением? Как бы то ни было, она и в самом деле не стала торопиться. Для того чтобы успокоиться, ей требовалось некоторое время побыть наедине с собой. Когда она наконец вышла из дверей ванной комнаты, ее состояние не оставляло желать ничего лучшего, хотя, разумеется, ей было и не так хорошо, как в объятиях Дэниэла.

– Готова? – спросил он, после чего в изумлении широко раскрыл темно-карие глаза. – До чего же ты хороша! – Его голос звучал ровно, хотя он не скрывал восхищения, шедшего от самого сердца. Допив кофе, которым он угощался в ее отсутствие, Дэниэл аккуратно сложил газету и положил ее на стойку.

Все это время Ния внимательно за ним наблюдала сквозь сетку своих густых темных ресниц.

– Как тебе мой наряд? Подойдет для ресторана? А на тренировку в нем можно?

Ния потратила немало времени, выбирая вполне нейтральное, на ее взгляд, одеяние, состоящее из габардиновых брюк цвета сливы, розовой шелковой блузки и такого же цвета пуловера.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации