Читать книгу "Попаданка в Академию Избранных, или О наглом драконе замолвите слово"

Дарина Ромм
Попаданка в Академию Избранных, или О наглом драконе замолвите слово

Глава 1

Принц Трэвиссир Арельский, черный дракон

Как известно, мужчина, достигший определенного возраста, непременно должен жениться.

– Трэвис, у нас для тебя прекрасная новость, – произнесла мама. – Мы нашли тебе невесту.

– Спасибо, не надо! – отмахнулся я.

– Серена, дочка герцога Перловского, завершила обучение в пансионе и вернулась в столицу, – продолжила мама, словно не слыша. – Я видела ее, малышка очаровательна. Сегодня у нее день рождения, и наша семья почтит ее праздник своим присутствием.

– Я пас! У моих парней финал гонок на вивернах. – решил я по-другому донести свой отказ.

– Никаких «я пас», гонки прекрасно обойдутся без тебя, – хмуро произнес отец и сходу озвучил приговор: – Тебе пришло время жениться!

– Трэвис, быть женатым – это замечательно! Посмотри на своих братьев, как оба счастливы в браке, – поддержала отца мама.

Я ухмыльнулся: конечно, Юджин, наш старший, счастлив со своей Аделиной. Она его истинная, и между ними такой огонь, что можно только позавидовать.

Да и средний, Йорген, свою пару нашел. Братец ума небольшого, но все-же сообразил, что делать. Хотя его Лиля такая же балбеска, как он сам, в отношениях этой парочки царит полное согласие. А мне хотят подсунуть неизвестно кого.

– Отец, мама, я не готов жениться! – отрезал. Чтобы смягчить отказ с пафосом добавил:

– Я хочу дождаться свою истинную пару!

– А если не получится? Трэвис, ты давно вошел в возраст, когда мужчины женятся и обзаводятся детьми. Я хочу внуков! – воскликнула мама.

– У тебя уже трое, – напомнил ей.

– Я хочу внуков от тебя! – мама посмотрела с такой укоризной, что я едва не застыдился, что до сих пор не исполнил миссию по размножению.

– Пока я не готов связать свою жизнь ни с одной женщиной!

– Ты никогда не будешь готов, – отозвался отец недовольно.

– Посмотри, какая Серена красавица, – вкрадчиво пропела мама. Ловким жестом вынула откуда-то рамку с магопортретом и протянула мне.

С картинки смотрела сногсшибательная девица с гладкой сияющей кожей и кукольным личиком. В комплекте к ним шли пухлые губки и невинные глазки. Роскошные черные волосы водопадом стекали по точеным плечам. Да и грудь в глубоком декольте выглядела вполне достойно, если портрет не слишком врал.

Ну что же, она милашка и как раз в моем вкусе. Но жениться – нет, это не для меня. Я еще не насладился молодостью, свободой и десятками красавиц, ждущих моего пристального внимания.

– Я не собираюсь жениться, – произнес твердо. – И давайте закроем эту тему!

– Трэвис, сегодня на балу у Перловских ты будешь танцевать с именинницей и хорошенько ее рассмотришь! – строго произнесла мама, мгновенно превращаясь из любящей родительницы в Ее Величество королеву Элиану.

– Мамуля, давайте вы съездите без меня? Обещаю, попозже я нанесу Перловским визит и внимательно посмотрю на их дочку. Например, через недельку? – предложил я вкрадчиво. – А сегодня у меня финал гонок…

– Так! Хватит! – припечатал Его Величество король Рамстил Первый и хлопнул ладонью по столу. – Слушай меня внимательно, сын. Мне надоел твой беспутный образ жизни. Я устал от бесконечных жалоб мужчин, которым жены, при твоем активном участии, наставляют рога...

– Я не виноват, что нравлюсь дамам больше, чем их ленивые мужья, – вставил я быстро.

– Молчать! – рявкнул отец и посмотрел так, что стало понятно – шутки закончились. Продолжил. – Меня утомили скандалы, в которых ты регулярно оказываешься замешан, Трэвис. Своим поведением ты позоришь королевскую семью и дискредитируешь ведомство, которым управляешь. Но главное – ты подаешь дурной пример другим холостым драконам. Глядя на тебя, они начинают думать, что легкомыслие в отношении женщин – это норма.

Нахмурил густые брови и добавил ледяным тоном:

– Сын, мое решение таково: ты женишься, и больше это не обсуждается. Отказ от брака будет приравнен к государственной измене. И будь уверен, наказание для тебя будет таким же, как для любого государственного преступника – ссылка на форволевые рудники на три года. И если ты не выживешь, значит, у меня станет на одного сына меньше.

Мама ахнула:

– Рам, милый, это слишком жестоко по отношению к мальчику…

– Этому мальчику почти три сотни лет. Пришло его время повзрослеть, и женитьба в этом поможет. Или рудники. – голос отца потяжелел еще больше, заставив маму умолкнуть.

– Свадьба ровно через месяц, в первый день месяца Двух Лун. Вечером будь готов отправиться на бал. – Отец замолчал, продолжая сверлить меня тяжелым взглядом.

– Сынок, мы заботимся о тебе и желаем добра. Серена прелестная, невинная, хорошо воспитанная девушка и станет тебе прекрасной женой. Ты женишься и будешь счастлив, – дрожащим голосом произнесла мама.

«Или сдохну со скуки», – прорычал я мысленно и поднялся.

– Ваши Величества, я вас услышал. Теперь позвольте удалиться, мне нужно… побыть одному. Проникнуться серьезностью момента, настроиться на перемены в моем будущем…

«И как следует надраться», – добавил мысленно.

Поклонился отцу, поцеловал руку матушке и вышел из отцовского кабинета, с трудом сдерживая желание от души врезать дверью об косяк.

Да уж, такого подвоха от родителей я не ожидал. Разговоры о моей женитьбе шли давно, но всегда заканчивались ничем. Мама в очередной раз грустно вздыхала, отец хмурился, но от меня отступали. Так что я продолжал жить, сочетая работу с красивыми женщинами и своими разнообразными увлечениями.

В этот раз все по-другому, отец пошел на принцип и не изменит свое решение – это не в его правилах. Поэтому дальнейших путей у меня два: жениться или отправляться на рудники…

Или…

В конце длинного дворцового коридора показалась сутулая мужская фигура в длинной серой мантии. Граф Серджин Граас, ректор Королевской Академии Магии, неспешно шел в мою сторону, подслеповато щурясь и рассеянно кивая на приветствия.

Решение пришло мгновенно.

– Господин Граас! – я рванул ему навстречу.

– Ваше Высочество! – ректор попытался поклониться, но я не дал. Подхватил его под локоть и потащил за собой.

– Господин Граас, помнится, вы предлагали мне работу в вашей академии? – произнес с чувством. – Так вот, я согласен!

– Но, Ваше Высочество… Это было три года назад… – растерянно пролепетал старик, с трудом поспевая за мной.

– Да, мне потребовалось время, чтобы осознать, в чем мое призвание. И понял, что преподавание – это то, что мне нужно для счастья! – объявил я торжественным голосом и проникновенно посмотрел графу в глаза.

– Э-э-э… Ваше Высочество, учебный год вот-вот начнется, все вакансии давно распределены. И потом... Ваша служба, как быть с ней?! – еще более растерянно проговорил ректор и попытался выдернуть свой локоть из моих пальцев.

Ну нет, не выйдет, мне нужен контракт на работу в Академии! Документ, который автоматически отменяет любые более ранние обязательства. Договоры о помолвках, судебные приговоры, даже указы короля – все теряет свою силу перед контрактом с главным учебным заведением королевства, Академией Избранных.

А значит, стоит мне заключить договор о работе, и прощай, Серена Перловская. Прощайте, рудники, после которых я, конечно, буду жив… Но вот буду ли здоров? Скорее всего, нет, и уж точно потеряю способность с прежним энтузиазмом дарить внимание прекрасным дамам…

Поэтому я сделал несчастное лицо и трагично простонал:

– Неужели все-все вакансии распределены?

– Ну-у… – замялся ректор.

– Ну?! – В этот момент мы добрались до двери моего кабинета, и я мягко, но настойчиво подтолкнул графа внутрь. Закрыл замок и начал наступать на задумавшегося Грааса. – Ну, граф, ведь что-то есть, не так ли?

– Должность декана бытового факультета. Она свободна, но…

– Я согласен! – перебил я и предложил: – Не будем откладывать дело в долгий ящик и составим контракт, а за мою службу не беспокойтесь – у меня есть отличный заместитель!

– Ваше Высочество, вы, наверное, не расслышали. Не боевого факультета, а бытового… – Совсем растерялся ректор.

– Бытовой факультет – это самая большая моя мечта! – провозгласил я, подкладывая ректору лист бумаги и магическое перо. – Поспешим составить договор, ректор Граас.

Через десять минут я, довольно посвистывая, занес секретарю отца копию договора. Передал записку со словами прощания для мамы и отправился к себе собирать вещи.

Что же, декан бытового, самого женского факультета, – это всяко лучше, чем рудники или женитьба... В этот момент жизнь снова виделась мне полной радужных красок и удовольствий. М-да, знал бы, что меня ждет в академии, может, и на рудники бы согласился…

Глава 2

Мир под названием «Земля». Клара Соломатская

– Муй-рряу! – истошно провыло под ногами, стоило мне зайти в темный в подъезд.

Я мысленно чертыхнулась: вот лентяи-электрики, так и не заменили перегоревшую лампочку. Загляну завтра в управляющую компанию, устрою им профилактическую промывку мозгов и стимуляцию железы трудолюбия! Сегодня идти уже поздно, да и сил нет. День был тяжелый: два зачета, лекция на дневном, потом – семинар у заочников.

– Васька, это ты тут под ногами вертишься?! – ругнулась я на виновника переполоха.

– Муй-рряю, – завыла в ответ темнота.

Я нашарила в сумке телефон и включила фонарик, осветив пространство. На нижней ступеньке лестницы сидел лохматый рыжий кот, месяц назад прибившийся к нашему подъезду. Сначала соседи принялись его гнать, опасаясь, что пришелец начнёт гадить и орать по ночам. Но рыжий оказался вполне интеллигентным, чистоплотным и тихим, так что от него отстали.

Ну, как отстали... Зина со второго этажа так и продолжала выгонять животинку на мороз. Пришлось вмешаться, объяснив вздорной бабенке, что декабрь в наших широтах – это не май месяц в Сочи, животное на улице просто замерзнет. Зина еще повыступала, конечно, но куда ей против меня выстоять?

Так что кот остался. Получил от меня кличку Васька, коробку с подстилкой возле моей двери и миску для еды. В квартиру его не пустила – застарелая аллергия не позволила, да и не люблю я кошек. А весной он все равно уйдет, бродячие коты волю любят.

– Мр-ря-яниу! – еще раз провыл кот. Голодный, наверное.

– Подожди, сейчас покормлю, – пообещала я и начала подниматься на свой третий этаж. Кот рванул по ступенькам вверх, опережая меня.

– Мряу-у! – снова провыл где-то в районе второго этажа. Да что с ним такое сегодня? Никогда не орал ведь. Или весну уже чувствует?

– Чего разорался, скотина?! – На втором этаже распахнулась дверь, и на пороге нарисовалась грузная женская фигура.

– Здравствуй, Зина, – поздоровалась я, ступив на площадку.

– Орет ваш кот, Клара Никитична, – пробухтела соседка недовольно и опустила занесенную для пинка ногу. – Чтоб ему сдохнуть!

– Бога побойся, Зина, такие пожелания раздавать! – одернула я соседку.

– Бога не существует! Если бы он был, то сделал бы в моей квартире ремонт! – торжественно объявила дура и исчезла в своей неотремонтированной квартире.

– Если бы ты задницу свою ленивую подняла с дивана, был бы у тебя ремонт, – сообщила я захлопнувшейся двери.

– Мрряю! – согласился Васька, светя в темноте зелеными фосфорными глазищами.

Дома выяснилось, что кошачий корм закончился.

– Да твою же кочерыжку! – ругнулась я, прислушиваясь к кошачьим беснованиям за дверью. Явно что-то не то с котом. Не бешенство ли случайно подцепил? Читала я в газете, что много его сейчас, даже в крупных городах животные болеют. Хотя нет, там другие симптомы, Васькин диагноз «жрать хочу» называется.

Открыв холодильник, я поняла, что покормить кота нечем. На полках было голо и печально: ни молока, ни сметаны, даже в лотке для яиц пустота. Только промерзшая до стеклянного звона куриная тушка в морозилке. Но, ее пока разморозишь, уже утро настанет.

Да, в холодильнике у меня натуральная Антарктида – пусто, бело и холодно. Но я и не ем дома почти, утром кофе выпью с яблочком, да и хватит. Потом в Академии, где читаю лекции курсантам, перехвачу в буфете что-нибудь. Еще с коллегами на обед схожу, вот и вся моя еда – в моем возрасте аппетит уже не тот.

А дома я не готовлю, неохота, да и не для кого, одна живу. Ни мужа, ни детей не завела, всю жизнь себя службе отдавала. Ловила преступников, обезвреживала бандитов. До подполковника дослужилась и осталась на старости лет одна-одинешенька в громадной квартире, перешедшей по наследству от родителей.

С досадой захлопнула холодильник: чего теперь об этом горевать, такая судьба у меня значит, кукухой одинокой свой век доживать. Хотя иногда жалею, что не сложилось у меня ни с мужчинами, ни с детишками. Особенно в последнее время почему-то грусть накатывает.

– Мрря-уйй! – провыло за дверью рыжее лохматое привидение.

Вздохнув, я вышла в прихожую и начала обуваться. Хочешь-не хочешь, а придется тащиться на проспект в круглосуточный, корм Ваське покупать. Мы в ответе за тех, кого прикормили, обогрели, обобрали… А, нет, последнее, это не сюда, в моем случае «подобрали».

Оказалось, что, пока я разбиралась с холодильником, на улице пошел снег. Всего десять минут назад его и в помине не было, а сейчас – словно на небе телега с лебяжьим пухом перевернулась. Да и под ногами уже лежал толстый, пушистый белоснежный ковер.

Вот он-то и подвел меня. Или это Васька, вынырнувший из подъездной двери и кинувшийся мне под ноги… А может, все вместе, не знаю… Но правая нога вдруг поехала вперед, левая – в сторону. Меня закачало, и я с грохотом, показавшимся мне раскатом грома, приложилась затылком к асфальту.

Последнее, что услышала, перед тем как провалиться в темноту, был душераздирающий кошачий вопль:

– Мряу-китична! Деур-ржис-сь!

***

– Очнулась! Очнулась наша кнесса! Своими глазами видела, как ейная ручка пошевелилась…

Дрожащий женский голос чуть не рыдал, убеждая кого-то в своей правоте.

– Да где очнулась-то, дура бестолковая?! Как лежала бревном два месяца, так и лежит. Да она еще бледнее стала! – перебил другой голос, на этот раз мужской и очень недовольный.

– Дак ручка у ей, говорю же. Шевелилась! Ой, а еще кот рыжий невесть откуда взялся. Здоровый такой и шерсть прямо огненная. Как прыганул на кровать, да на грудь кнессе, она ручкой и пошевелила. А я к вам кинулась…

– И где он теперь, кот твой?! – рявкнул мужчина.

– Так откуда мне знать? Я же к вам побежала.

– Побежала она! Смотреть надо было за госпожой получше. Может, это у нее... судороги предсмертные были.

– Да Святая Зелла с вами, кнесс Дарг! – ахнула женщина.

– Иди, Мшана, займись своими делами, тут мы сами разберемся. – Это уже третий голос вмешался, снова женский, на этот раз молодой и очень жеманный. Шорох шагов, сопровождаемый оханьем и всхлипами. Затем хлопок закрывшейся двери, и наступила тишина.

Интересно, это мне снится? Или я пришла в кино и задремала посреди сеанса? Ничего не вижу, но слышу, что происходит на экране... Хотя какое кино, я в кинотеатре лет десять уже не была. Я же пошла Ваське корм покупать, ноги на снегу разъехались, упала и затылком об асфальт хрястнулась. Так, может, от удара у меня начались галлюцинации?

– Ну что скажешь, Лурра? Правда, что ли, ожила? Или угробил ее твой ритуал? – снова заговорил мужчина. На этот раз его голос звучал растерянно.

– Разве ритуал только мой? Мы вместе решили его провести! – огрызнулась женщина. – Я для тебя старалась, закачивая в Клариссию магию. Это ведь ты наврал семье жениха, что невеста одаренная, а я тебе просто помогала. Хотя зачем это надо, если их сын и сам пустышка!

– Так не брал ее никто без магии, – вдруг сокрушенно вздохнул мужчина. – Да и приданое у нее, сама знаешь, невелико. А я матери Клариссии пообещал, что позабочусь, чтобы девочка замуж хорошо вышла. Лисовские – древний и знатный род, у них драконы в предках были, за их сына выгодно замуж выйти.

– Драконы, драконы… Зазнайки они, твои драконы, – вдруг раздраженно воскликнула женщина. Рядом послышался шорох юбок, и на мой лоб легла прохладная ладонь.

– Да, и драконы, и богатые они. Ты же радовалась, когда они нашей девочкой заинтересовались, – снова заговорил мужчина. – Клариссия, сама знаешь, уже в возрасте – еще чуть-чуть, и даже магия не поможет замуж ее отдать.

– Да и на красоту для нее Святая Зелла не расщедрилась, – пробормотала себе под нос женщина. Убрала руку с моего лба и громко объявила:

– Жива она, можешь не беспокоиться, Освальд.

Э, это они так определяют, жив пациент или мертв – наложением рук на лоб? А пульс пощупать не вариант? Зеркало к губам поднести и проверить на предмет наличия дыхания? И вообще, что за ерунда про магию, драконов и какую-то Клариссию? Точно, у меня бред и слуховые галлюцинации!

– Ладно, пусть тогда лежит. Может, все-таки очнется к приезду Лисовских, – после паузы вынес вердикт мужчина.

Звуки удаляющихся шагов, скрип двери, и наступила тишина. Правда ненадолго: послышались мягкие крадущиеся шаги, воздух сбоку от меня колыхнулся, и на меня рухнуло что-то мягкое, но довольно увесистое. Следом раздалось тягучее и очень издевательское:

– Никитична, хорош уже мертвой царевной прикидываться. Затем в кожу в районе груди вонзилось что-то острое, иглообазное, и тот же голос сладко муркнул: – Открывай скорее глазки, Клариссия Дарг свет Никитична.

Я зашипела, дернулась от боли, и глаза сами по себе распахнулись. Взгляд уперся в знакомую рыжую кошачью морду, а по носу меня мазнул пушистый хвост.

– Апч-хи! – тут же отреагировала моя аллергия, а Васька оскалился, демонстрируя нереально длинные клыки. Мать мента и аварии! Это когда он успел такие отрастить?! И как смог ко мне в квартиру пролезть?!

– Васька, пошел прочь, а то схлопочешь сейчас за наглость, – предупредила я и попыталась столкнуть с себя паршивца. Подняла руку и зависла – ручка-то вообще не моя оказалась! Моя, простите, на свете пожила мно-ого десятков лет. И хотя была вполне ухоженной для своего возраста, но такого сияния и белизны в ней давно не наблюдалось.

– Это что?! – ахнула я и тут поняла, что и голос не мой. Такого карамельно-сахарного звучания у меня отродясь не бывало. В обалдении начала крутить головой по сторонам и поняла, что ничего не поняла. Обстановочка вокруг была вообще не моя. И темная мебель, и стены, линялыми коврами завешанные, да и кровать, на которой я лежала – все было чужое и незнакомое.

– Васька, я померла, да? – в ужасе спросила у насмешливо глядящего на меня кота. И мысленно покрутила себе у виска – совсем у меня крыша поехала, коту вопросы задаю и жду на них ответа!

– Не-а, живая ты, Никитична свет Клариссия Дарг. Тельце тебе новое судьбой подарено и жизнь еще одна, совсем новенькая, почти с чистого листа, – фыркнул кот.

– С чего бы это подарки такие щедрые? – еще больше напряглась я, во все глаза разглядывая рыжего. Я что, реально все это вижу и слышу?!

– Кто меня в твоем мире пожалел, тому и подарок. Я два месяца у вас шастал, искал достойную душу, – ответил кот.

– И что, за два месяца никого не нашел, только меня? У меня достойная, выходит? – обморочно пропищала я своим новеньким карамельным голосом.

Кот ничего не ответил, только посмотрел выразительно.

– Чем я за это расплачиваться буду? – в голове, словно бомба с часовым механизмом, затикало подозрение – в курсе мы, что это за подарочки. Тело подарят, а душу заберут. Плавали, знаем!

– Ох, и подозрительная ты особа, Никитична ака Клариссия. Ты давай, завязывай про подарки так плохо думать, – вдруг сурово заявил кот. – Лучше спасибо скажи да вставай уже – жених к тебе скоро приедет, встретить его надобно.

– Спасибо, – машинально поблагодарила я. Снова подняла руку, принялась ее разглядывать и пытаться уложить в голове сказанное рыжим.

Рука была тонкая, бледная, с длинными пальцами, про которые говорят «музыкальные». Ноготки коротко подстрижены и явно даже подобия маникюра отродясь не знавали.

– Васька… – начала я и спохватилась. – А ты Васька, или как?

– Василиссиус я. Фамильяр твой, кнесса Клариссия Дарг.

– Фамильяр… – произнесла я задумчиво. Поднесла руку к волосам и обнаружила на голове нечто тканевое, обшитое кружевами. Чепец, что ли? Ну, судя по окружающей а-ля средневековье обстановке, может быть и чепец. Поди и ночнушка на мне до пят и с длинными рукавами. И в туалет здесь ходят за ширмочкой в горшок, который потом на улицу выплескивают… Что там еще ужасного было в средневековье? Чума, холера и бесконечные войны?

Но это ерунда, конечно, по сравнению с вопросом, который волновал меня в первую очередь. Так что я сложила на своей новой груди новые ручки и спросила своим новым голосом, стараясь, чтобы он звучал не так пискляво:

– А скажи-ка мне, фамильяр Василиссиус, настоящая кнесса Клариссия Дарг куда девалась? Не придет она через недельку-другую требовать обратно свое тельце?

Васька в ответ широко зевнул и «успокоил» меня:

– Не придет, ей тело теперь без надобности, можешь пользоваться.

Ага, в нашем секонд-хенде сегодня распродажа!