Текст книги "Камень Света"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kamen-sveta-1929.jpg)
Автор книги: Дэвид Зинделл
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 11 (всего у книги 60 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]
Герцог Резу вздохнул и показал на пустующие столы.
– Пока мы вкушаем пищу в безопасности этих стен, мой старший сын, Рэмэшер, и мои рыцари патрулируют границу с Эдаром. Остается только надеяться, что кланы кармэка не готовят вторжение. Как ни печально, нас окружают враги. И что-то я не припоминаю, чтобы ишканов могло что-нибудь остановить.
– Наши враги не трусы, – согласилась Дарва, с молчаливым обвинением глядя на мужа. – Хорошее время ты выбрал, чтобы отправить сына на безнадежные поиски.
Герцог Резу глотнул пива и посмотрел на жену, высказавшуюся столь откровенно.
– Герцог Дарио и алонийцы миновали Эньо перед тем, как отправиться в Меш. Йонар, мой второй сын, решил присоединиться к поискам, так же как сделали сэр Вэлаша и его друзья. Он выехал в Трайю десять дней назад, – пояснил Резу.
Эти новости воодушевили меня, внутри стало тепло, как после глотка бренди. По крайней мере я не буду единственным рыцарем валари в Трайе.
Герцог посмотрел на Тамана, сказавшего за весь вечер не больше десяти слов.
– Как там в Суррапаме? Посланцы короля Киритана уже достигли ваших земель?
Таман вытер руки салфеткой и пригладил густую рыжую бороду.
– Да, они были у нас. Корабль прибыл в Тайлэн в конце Вайрадэра. Но немногие из моего народа отправились в Трайю. Сейчас не время для подобных поисков.
– Почему?
Гость поднял голову и, отхлебнув темного густого пива из кубка, поморщился, словно находил вкус напитка очень горьким.
– Восемнадцатого Вайрадэра по повелению Красного Дракона армии Гесперу двинулись против нас. Они захватили наши земли вплоть до реки Марон.
Все примолкли и посмотрели на Тамана. То были худшие вести, пришедшие в Утренние горы с тех пор, как пала Гальда.
– Так что сами понимаете, мы мало кого были в состоянии послать на поиски несуществующих золотых чаш.
Герцог кивнул головой.
– В таком случае как же твой король смог обойтись без тебя?
Таман прищурил глаза, словно спасаясь от порывов колючего снега. Потом выхватил меч и положил его на стол. Лезвие меча было короче и тоньше, чем лезвие кэламы, и во многих местах зазубрено.
– Я отправил к предкам пятерых воинов Гесперу! Вы подвергаете сомнению мою храбрость?
Неожиданно выхваченный из ножен меч заставил Нэвайру и Эршара взяться за оружие. Но герцог Резу остановил их одним взглядом и холодно улыбнулся Таману.
– В Утренних горах, как выяснил сэр Вэлаша, следует быть осторожным, обнажая меч. Но ты новичок в нашей стране и будешь прощен за незнание обычаев. Что до твоей храбрости, я не сомневаюсь в ней – напротив. Ты проделал путешествие через весь Эа, что не каждому под силу. Я лишь хотел спросить, почему твой король отпустил такого храброго воина в то время, когда на счету каждый меч.
– У нас и вправду на счету каждый меч, – согласился Таман. – Не знаю, сколько мы еще продержимся. Гесперийцы сражаются как демоны – говорят, клирики Красного Дракона, стоящие во главе армии, украли их души. Они творят такое, о чем язык не поворачивается рассказать. Моя жена, мои дети…
При полном молчании в комнате голос Тамана неожиданно прервался. Хотя его лицо было холодно, как камень, и он сухими глазами смотрел на лезвие своего меча, слезы выступили у меня из глаз, как только я ощутил всю глубину горя, что жгло его изнутри. Видение воинов Гесперу, опустошающих туманные земли далекого Суррапама, вспыхнуло у меня в мозгу, и я невольно потряс головой.
Герцог Резу вновь наполнил кубок Тамана, и тот осушил его единым глотком.
– Ты говоришь, что враги вокруг. Но для всех народов Эа есть лишь один истинный враг – Морйин.
При звуках этого имени я вновь ощутил боль от стрелы, пронзившей мой бок, и огонь киракса в крови. Обернувшись, я увидел, что Кейн смотрит на Тамана внимательнее, чем на жаркое в своей тарелке.
– Армии Красного Дракона скоро будут контролировать всю южную часть Эа за исключением гор Полумесяца и некоторых частей Красной пустыни.
Глаза Кейна, словно черные угли, вспыхнули от ненависти, причину которой я не мог понять.
– Мой король, король Кайман, послал меня в эти земли, так как говорят, что валари – величайшие воины во всем Эа, – продолжал Таман, глядя на герцога Резу и на меня. – Король надеется, что вы нападете на Сакэй с востока, прежде чем Красный Дракон проглотит то, что осталось от Суррапама – а также от Эанны и Йарконы.
Я почувствовал, как Мэрэм пихнул меня под столом – это был тот самый план, который он изложил на поле лорда Харши перед тем, как меня чуть не убил Ральду.
– Однажды валари уже пересекли Вендраш, чтобы сразиться с Красным Драконом. Он сжег наших воинов при помощи огненного камня и распял выживших, – ответил герцог Резу, знавший историю не хуже любого из жителей Меша.
Таман постучал золотым обручальным кольцом по своему мечу. Тонкое пение стали разнеслось, словно удар колокола.
– Очень скоро – быстрее, чем вы думаете, – Красный Дракон совершит нечто худшее со всем вашим народом.
– Сейчас не время сражаться с Красным Драконом. Валари слишком разобщены, – печально покачал головой герцог.
– Так что же мешает вам объединиться?
– Боюсь, лишь вторжение северных сарнийцев способно объединить Эньо. Объединить же остальные королевства валари?.. Только Эрамеш смог однажды сделать это, и никто более.
Невольный прилив гордости охватил меня. Эрамеш был величайшим из моих предков, и его кровь все еще течет в моих жилах.
В этот момент словно бы кинжал вонзился мне в лоб. Я обернулся и увидел, что Кейн смотрит на меня, а глаза его темны и остры, как обсидиановые ножи.
– Не всегда требуются объединенные армии валари для того, чтобы противостоять Морйину, – проворчал он, глядя на Йошку. – Ты знаешь Песнь о Кэлькамеше и Телемеше?
– Да.
– Так спой ее нам.
Как-то странно было, что Кейн отдает приказы менестрелю герцога Резу, и Йошка вопросительно глянул на своего господина, ожидая подтверждения. Герцог Резу медленно наклонил голову.
– Мы можем послушать песню, чтобы воодушевить сегодня наши сердца. Но сначала давайте наполним кубки – если я правильно помню, песня очень длинная.
Мы передавали друг другу большие коричневые фляги с пивом, а я смотрел на яркое пламя свечей. С кухни явились слуги герцога, чтобы переменить тарелки; звон столового серебра показался неожиданно громким в наступившей тишине. Йошка запустил руки в длинные седые волосы и бормотал себе что-то под нос. Его глаза мерцали в свете свечей, когда он припоминал ключи, помогавшие восстановить в памяти множество версий этой саги.
В первой ее части, которую он пропел сильным мелодичным голосом, говорилось о великом походе по освобождению камня Света из рук Морйина и о конце эры Закона. Я знал эту историю, но все равно слушал очень внимательно. Йошка пел о союзе между Мешем, Ишкой, Эньо и Каашем и о том, как четыре королевства отправили армии через Серые Равнины, чтобы вместе с армией алонийцев осадить крепость Морйина в Аргатте. Он перечислил героические и злые деяния, совершенные в битве при Таршиде. Тогда, наперекор закону Единого, король Алонии Думакан использовал красные джелстеи против армий Морйина, а тот прибег к помощи камня Света и повернул огонь против Альянса. Некоторые огнекамни взорвались, уничтожив большую часть алонийской армии. Потом Морйин направил огонь собственных красных джелстеи на армию валари, практически испепелив ее. Выжившие были распяты вдоль дороги, ведущей в Аргатту. Празднуя победу, его клирики пили кровь из вскрытых вен несчастных, ознаменовав этим начало эры Дракона.
Слова Йошки мечами вонзались в мое сердце:
Их тысячи вели в цепях
К пути, где липкий правит страх.
И всяк на крест возложен был,
Где раньше с войском проходил.
Вдоль той дороги стон стоял,
Бил тяжко молот о металл,
Вгоняя гвозди в кость и плоть —
И всех прибрал к себе Господь.
Их жизнь текла, пятная грязь —
Кровь пили клирики, смеясь.
Из рук, из кубков золотых —
Высасывая души их.
Тут Йошка остановился, чтобы глотнуть пива. Потом он начал петь об отваге двух людей, проявленной через восемьдесят лет после этого ужасного события. Первым из них был Сартан Одинан, клирик Морйина, при помощи огнекамня до основания испепеливший город Суму. Однако, совершив это страшное преступление, он раскаялся и восстал против своего господина. Сартан заключил союз с легендарным Кэлькамешем – тем самым Кэлькамешем, что сражался бок о бок с Эрамешем в битве при Сарбэрне тысячи лет назад. Надеясь вернуть камень Света хитростью, раз огромной армии не удалось сделать это силой, они тайно проникли в Аргатту. Сартан провел Кэлькамеша темными тоннелями, что, подобно червям, источили подземный город. После многих рискованных приключений они в конце концов отыскали камень Света, запертый в одной из глубочайших крепостей Морйина. Кэлькамеш отворил железную дверь, но в тот момент, когда он уже почти держал камень Света в руках, их обнаружили.
Йошка пел о том, что случилось дальше три тысячелетия назад, зажигая огонь в глазах слушателей. Пока Кэлькамеш яростно сражался со стражей Морйина, Сартан скрылся. Он бежал из Аргатты вместе с золотой чашей в снежные горы Сакэя и исчез со страниц истории.
– Очень хорошо, – одобрил Кейн, когда Йошка снова прервался, чтобы освежить горло. – А теперь про Кэлькамеша и Телемеша.
Предыдущие строфы поэмы были чем-то вроде вступления к этой истории, истории о потрясающей доблести Кэлькамеша и Телемеша. Теперь Йошка поведал нам о том, как Морйин схватил Кэлькамеша и пытал его. Полагая, что тот должен знать, где скрывается Сартан, Морйин приказал распять пленника на скале. Он допрашивал его днем и ночью, но Кэлькамеш лишь смеялся ему в лицо. Обнаженный и прикованный к скале, каждое утро он был вынужден терпеть палящие лучи солнца. И каждое утро, как только солнечный свет касался корчащегося тела, Морйин вспарывал пленнику живот каменным ножом и вырывал его печень. Потом он использовал зеленый джелстеи для того, чтобы подкрепить таявшие жизненные силы бессмертного героя, и каждую ночь печень Кэлькамеша вырастала заново.
Великая Пытка продолжалась десять лет. Однако Морйин не сломил Кэлькамеша. Слухи о его страданиях и отваге достигли самых отдаленных уголков Эа. Высоко в Утренних горах юный Телаша Элахад, который вскоре должен был взойти на престол Лебедя и стать королем Телемешем, узнал о мучениях героя и поклялся положить им конец. Он отправился на поиски, в одиночку пересек Вендраш и в бурную грозовую ночь в темноте взобрался на гору Скартару, дабы избавить Кэлькамеша от его ужасной судьбы.
Слова Йошки серебряными колокольчиками отзывались глубоко в моем сердце:
Бил в камень молний водопад,
Принц к свету поднял ясный взгляд.
На черном склоне видит он —
То воин к камню пригвожден.
И дождь, и град его секли,
По камню желчь и кровь текли,
Там тьма и страх пожрали свет…
Но принцу в том преграды нет.
Там, где чернеют небеса,
Он воину взглянул в глаза,
А тот, как камень, жесток был —
И кость мечом своим разбил.
Был красен молнии огонь,
Но воин жив, не умер он.
Где место принцам и орлам —
Ладони он оставил там.
Они спускались вниз и вниз,
Когда восхода дождались,
Сквозь дождь, и лед, и ветра вой,
Не преклонившись пред судьбой.
И вот Скартару черный склон
Уже над ними вознесен.
И там Единого фиал
Вернул любовь и тьму прогнал.
Сквозь вспышки молний, слезы, дождь
Принц видел, сдерживая дрожь,
Как руки, что держали чашу,
Вернулись, здоровей и краше.
– Очень хорошо, – сказал Кейн, после того как Йошка закончил. – Ты хорошо пел, менестрель. И вправду хорошо.
На вид Кейн был очень крепким мужчиной. В глубине его блестящих глаз таилась глубокая проницательность, и он мог бы показаться даже слишком красивым, если бы не глубокие вертикальные морщины, прорезавшие лицо. Говорят, прорицательница с помощью хрустального шара способна заглянуть в будущее и прошлое; вот и в этом человеке было нечто вне возраста, какая-то мука, словно он прозревал далекое прошлое и переживал все его беды как свои собственные. Может быть, он, как и Таман, потерял всю свою семью из-за жестокости Красного Дракона – как еще объяснить кипевшие внутри него любовь и ненависть, что угрожали прорваться при одном упоминании имени Морйина?
– Итак, Кэлькамеш и Телемеш, а также Сартан бросили вызов Морйину. И потрясли мир, да? Похоже, он до сих пор содрогается.
Мы все согласились с этим и поблагодарили Йошку за пение. Мэрэм повернулся к мастеру Йувейну:
– А что стало с Кэлькамешем после Аргатты?
– Говорят, он сгинул в войне Камней.
– А Сартан Одинан? Должно быть, исчез вместе с камнем Света, но куда? – спросил Таман.
– В песне не сказано.
– Он, наверное, погиб. Камень Света вместе с его костями погребен в снегах Сакэя или в песках Красной пустыни.
– Нет. – Кейн покачал головой. – Если Сартану хватило сил и хитрости для того, чтобы проникнуть в Аргатту, пожалуй, он мог и выжить после своего бегства.
– Тогда почему ни в одном сказании ничего о нем не говорится?
Кейн молча потягивал подогретое пиво. Однако мастер Йувейн вмешался:
– Не все сказания молчат об этом.
Мы повернулись, с удивлением глядя на него. В первый раз за время нашего путешествия из Сильвашу наставник заговорил о судьбе камня Света.
– Есть еще песнь о Мэдаре и песнь об Элану. Первая повествует о том, как Сартан принес камень Света на острова Элиссу и основал королевство Света в самом начале эры Дракона. Вторая рассказывает, как он укрыл камень Света в горах Полумесяца и изучал его тайны. Говорят, что и Сартан достиг бессмертия и прибег к камню Света для того, чтобы создать орден тайных Мастеров, которые тысячелетиями странствуют по Эа и противостоят лорду Лжи. Есть и еще легенды, но их слишком много, чтобы перечислять.
– Тогда почему эти песни не поют в Суррапаме? – спросил Таман. Он внимательно оглядел любопытные лица собравшихся за столом. – Почему не рассказывают эти легенды?
Мастер Йувейн поскреб лысую макушку. Несмотря на уродливый вид, было в нем нечто внушающее уважение. Мэрэм смотрел на наставника с особой гордостью.
– Ты читаешь на древнем ардике? – спросил он Тамана. – Может быть, кто-нибудь из твоих соотечественников?
– У нас нет времени на эти забавы.
– Нет, – согласился мастер Йувейн. – Прошло уже более трех сотен лет с тех пор, как король Донатан закрыл последнюю из школ Братства на западе, верно?
Таман глотнул пива и стыдливо поморщился. Похоже, он был не особенно доволен тем, что мастер Йувейн так много знает о его стране. Мы с Мэрэмом гордо улыбнулись, так мастер Йувейн знал все обо всем, причем лучше, чем кто-либо другой.
– Я читаю на древнем ардике, – к всеобщему удивлению, заявил герцог Резу. – Но и я никогда не слышал этих легенд.
Торжество невежества – многие королевства валари перестали посылать своих дочерей и сыновей в школы Братства. И Эньо, кстати сказать, был не одинок в этом.
– Если хочешь, я покажу тебе несколько книг с легендами о камне Света, что захватил с собой, – сказал мастер Йувейн герцогу.
– Спасибо, буду рад.
– Книги, легенды… – проворчал Таман. – Нам не слова нужны, а мужчины с сильными руками и острыми мечами.
Мастер Йувейн сдвинул кустистые брови и указал корявым пальцем на мой бок.
– Сильные руки и мечи у нас в Утренних горах имеются в изобилии. Но без знаний того, как их правильно использовать, они хуже, чем ничего.
– Мы можем направить их против Морйина.
– Лорда Лжи никогда не удавалось повергнуть силой одного лишь оружия.
– Ты думаешь победить его, отыскав ту чашу, о которой говорят легенды?
– Разве знание не побеждает невежество? Разве правда не побеждает ложь?
– Не все легенды в твоей книге могут быть правдивы, – сказал Таман.
– Согласен, – кивнул мастер Йувейн. – Но одна из них точно правдива. Штука в том, чтобы отыскать правильную.
– А если камень Света был уничтожен?
– Камень Света сделан из золотого джелстеи самим Звездным народом. Его невозможно уничтожить.
– А если он навеки утерян?
– Мы сможем утверждать это, лишь перестав искать его и объявив, что он навсегда пропал.
Таман наконец признал поражение в словесной дуэли и уткнулся в свое пиво.
– А вы что думаете, сэр Кейн? – спросил он наконец.
– Просто Кейн, – резко ответил тот. – Я не рыцарь.
– Хорошо. Так суждено ли камню Света быть найденным?
Глаза Кейна сверкнули, напомнив мне блеск молний во время грозы жаркой летней ночью.
– Камень Света должен быть найден или же Красного Дракона не победить.
– Победить как? – продолжал Таман. – Знанием или же мечом?
– Знание опасно, – ответил Кейн с мрачной улыбкой. – Мечи тоже. Нужна ещё и мудрость, не правда ли?
– В мире довольно мудрости, – упрямо проговорил мастер Йувейн. – И довольно знания для всякого, кто готов открыть ему свой разум.
– Опасно , я сказал, – повторил Кейн, глядя на мастера Йувейна. – Давным-давно Морйин открыл свой разум знанию, подаренному камнем Света, и обрел бессмертие. И кто же во всем Эа выиграл от этого?
Слуги герцога Резу принесли новые фляги с пивом, а мастер Йувейн пил заказанный им чай. Он смотрел на Кейна большими серыми глазами, очевидно, размышляя, что ему ответить.
– Лорд Лжи есть лорд Лжи, – сказал он наконец. – Если это и вправду тот же тиран, что распял Кэлькамеша тысячи лет назад, тогда он насмеялся над бессмертием, что даруют Элийицы и Галадины.
При упоминании ангельских орденов глаза Кейна сделались пусты, как чернота космоса. Я почувствовал, что падаю в них, словно в бездонный колодец.
– Итак, ты ищешь знания ангелов, – молвил он, пронзая мастера Йувейна кинжалами глаз.
– А разве Единый создал нас не для поисков?
– Откуда, черт возьми, мне это знать! – зарычал Кейн.
Его вспышка потрясла всех нас, но голос мастера Йувейна лишь стал мягче:
– Знание – сила. Сила быть чем-то большим, чем животные или люди с мечами. Сила нести в мир великое добро.
– И поэтому ты жаждешь обрести камень Света?
Мастер Йувейн натянуто улыбнулся и посмотрел на Кейна со всей теплотой, на которую был способен.
– Говорят, камень Света принесет бесконечное знание тому, кто вкусит его золотого сияния.
– В самом деле? – Длинные острые клыки Кейна обнажились в хищной усмешке. – А разве не гласит пророчество, что камень Света принесет знание лишь о бесконечности?
На мгновение я подумал, что замешательство на лице мастера Йувейна вызвано тем, что он забыл об этом. Потом медленным и размеренным движением наставник достал из кармана робы маленькую копию «Сэганом Эли» и принялся листать потрепанные страницы.
– Ага! – воскликнул он наконец и, достав из другого кармана увеличительное стекло, направил его на раскрытую книгу. – Вот эти строчки, семьдесят седьмое из Пророчеств Трайи. И еще, в Видениях, глава пятая, стих сорок пятый. И если память меня не подводит, мы также найдем его и в Книге Звезд. Хочешь посмотреть?
– Нет, – ответил Кейн. – Я стараюсь не читать такие книги. Кейн мог с таким же успехом заявить, что старается не вдыхать аромат цветов или не наслаждаться светом солнца.
– Мне кажется, что ты неправ, – произнес мастер Йувейн, посмотрев в неподвижные глаза Кейна.
– Именно кажется.
Герцог был привычен к сражениям, но не в своем собственном замке. Подняв кубок за доблесть Кэлькамеша и Телемеша, он кивнул Кейну.
– Полагаю, вы оба согласитесь с тем, что мы должны противостоять Морйину всеми силами.
– С этим я соглашусь, – ответил Кейн. – Я буду противостоять Морйину, даже если придется собственноручно разыскать камень Света и позволить Братствам добыть из него все знание, какое только возможно.
Благородные слова согрели сердце мастера Йувейна. Но не мое. Я понял, что Кейну доверять нельзя, так же как я не стал бы доверять мурлыканью тигра, которое через мгновение может смениться голодным блеском в глазах.
– Коли зашел об этом разговор… у меня и у самого есть дела в Трайе, – сказал он мастеру Йувейну. – Хотите, поедем вместе?
Мастер Йувейн медленно покивал головой. Я почувствовал, что он рад возможности при случае повторить свои доводы.
– Почту за честь. Но решение принимаю не я один. Что ты думаешь, брат Мэрэм?
Мэрэм, все это время прилежно строивший глазки Чейтре, оторвал взгляд от прелестной женщины и посмотрел на мастера Йувейна.
– А? Что я думаю? Я думаю, что даже четверо – слишком мало для того, чтобы встретиться с опасностями, о которых я вовсе не хочу думать. Чем больше, тем лучше!
Он снова повернулся к овдовевшей племяннице герцога Резу и одарил ее ослепительной улыбкой.
Мастер Йувейн тоже улыбнулся, видимо, осознав тщетность своих попыток наставить Мэрэма на путь истинный.
– А ты, Вэль?
Я повернулся к Кейну, бесстрашно глядевшему на меня. Тяжело было смотреть на него долго, так что я перевел взгляд на кинжал, который он все ещё вертел в руках.
– А что за дело у тебя в Трайе?
– Мое дело – это мое дело, – прорычал он. – А твое дело, как мне кажется, в том, чтобы достичь Трайи и не быть убитым по дороге. Я думал, ты будешь рад возможности повысить свои шансы.
На самом деле так и было, но значило ли это, что стоит принимать в нашу компанию незнакомца?
– Мы добрались сюда сами по себе, – сказал я Кейну. – Наверное, будет лучше, если в таком составе мы и продолжим наш путь.
– А если слуги Морйина настигнут тебя в лесах Алонии, думаешь, с ними легко справиться, а?
Интересно, откуда Кейн узнал, что Морйин может преследовать меня? Или Мэрэм в своих пьяных откровениях выболтал что-то? Могла ли история о том, как Ральду чуть не убил меня, достичь этого маленького герцогства прежде нас?
– Лорду Лжи нет причин охотиться за нами.
– Думаешь, нет? Ты принц Меша, седьмой сын короля Шэмеша. Полагаешь, Морйину нужны иные причины для того, чтобы убить тебя?
Кейн произносил имя Морйина с такой ненавистью, что если бы слова были сталью, тот был бы уже мертв. Глядя на то, как Кейн стиснул зубы, я не сомневался, что передо мной – злейший враг лорда Лжи. Но враг моего врага, как часто говорил отец, не обязательно мой друг.
– Прошу прощения, и все же, вероятно, тебе следует найти другую компанию.
– Ты сказал, другую компанию? Бродяг, что живут в диких землях за Эньо? Медведей, что водятся в глухих чащах?
При упоминании о столь не любимых им медведях мой сраженный любовью друг неожиданно прервал флирт с Чейтрой.
– О Вэль, хорошо бы взять Кейна с собой. Чтобы… э-э… защитить его от медведей.
Кейн смотрел на меня, ожидая ответа. Его черные глаза сокрушали чужую волю, словно огромные камни.
– Нет, – ответил я прервавшимся голосом. – Медведи не тронут его, если он не тронет их. Наверняка он достаточно хорошо знает лес, чтобы избегать зверей.
Мастер Йувейн и Мэрэм не были согласны с моим решением, но они слишком хорошо меня знали и хранили молчание.
– Очень жаль. Может быть, мы встретимся в Трайе и еще поговорим о пророчествах? – сказал мастер Йувейн, улыбнувшись Кейну.
Тот не обратил никакого внимания на слова мастера и продолжал смотреть на меня.
– Настаиваешь на том, чтобы путешествовать в одиночку, а?
– Да, – отвечал я, стараясь не отвести взора от его сверкающих глаз.
– Да будет так, – промолвил он с обреченностью короля, выносящего смертный приговор.
После этого герцог Резу попытался вновь перевести разговор к легендам о камне Света. Но настроение уже было нарушено. Йошка извинился и ушел спать, за ним отправилась Хелениа, жаловавшаяся на головную боль и бессонницу. Мэрэм, конечно же, всю оставшуюся ночь флиртовал бы с Чейтрой, если бы она неожиданно не подмигнула ему и не объявила, что должна закончить некое вязание. Меня же сильно беспокоила рана в боку, причинявшая боль еще большую, чем муки раненой души Кейна. Кто этот человек, чьи глаза словно выкованы в адской кузнице из черного железа, упавшего со звезд? Откуда он пришел? И куда на самом деле идет? В то время, как мы все отодвинули кресла и встали из-за стола, я думал о том, что никогда не узнаю ответов на эти вопросы. Ибо завтра, с первыми лучами солнца, мастер Йувейн и Мэрэм сядут в седла вместе со мной, и мы отправимся в Трайю.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?