Читать книгу "Кадет Морозов"

Глава 16

Собрание Ордена Горана проходило в привычном месте, однако сегодня оно было необычно оживленным и эмоциональным.

Немолодой сутулый мужчина с невыразительным лицом, тонкой сеткой красных капилляров неприятного вида на обрюзгших щеках и явно видимой плешью, которую не скрывали редкие жидкие волоски, неожиданно жестким тоном отдавал указания.

– Роман Александрович, – через некоторое время обратился к нему крепкий немолодой человек лет шестидесяти в красивом мундире министра Носирианской империи, – мы понимаем важность этой операции, так что вам не стоит так сильно волноваться. Ситуация находится под нашим полным контролем. Могу доложить, что сделано мной.

Не дожидаясь ответа кардинала ордена, мужчина продолжил:

– Камни души заложены в специальные защитные шкатулки и выданы старшим особых боевых групп, которые уже размещены на конспиративных квартирах в разных районах города и ждут команды по их установке в нужное время и в нужных местах.

– А не рано стартанули? – нахмурился Роман Александрович. – Они так лишнее внимание имперских безопасников к себе привлекут.

– Все под контролем, – не согласился министр. – Люди проинструктированы и просто так ставить под удар операцию не станут. Я отправил самых лучших. К тому же мы проделываем подобное не первый раз, и до этого никаких проблем не было.

– Хорошо, если так, – кивнул Роман Александрович, несколько успокоившись.

– Со своей стороны скажу, что с уполномоченными представителями наших сопредельных государств тоже все уже решено, – четко доложил Алексей Цыбулькин, снимая невидимую соринку со своего дорогого смокинга. – Счета для денежных переводов открыты, схема передачи средств через подставные фирмы отработана, а силы танзинийцев и республиканцев уже перебрасываются в страну.

– Как им удалось сделать это столь быстро? – неприкрыто удивился министр, – Две недели ведь всего прошло!

– Довольно легко, – хмыкнул Цыбулькин. – Они уже давно планировали пощипать зажиревшую империю, а тут мы предоставили им разведывательную информацию об организации обороны государственной границы, переданную нашим источником. Все просто.

– Не знаю, – покачал головой министр. – И они нам так просто поверили? Не думаете, что они кинут нас в нужное время?

– Юрий Олегович, – поморщился Цыбулькин, – я же не учу вас, как правильно готовить боевые группы, набирать туда людей и проводить боевые операции! Уверен, там много подводных камней, которые мне как дилетанту не известны. Вот и вы не лезьте туда, куда не следует. Я точно не буду рассказывать о своих агентах в парламенте республиканцев и среди людей короля. Просто поверьте, что они вцепились в предоставленные сведения бульдожьей хваткой.

– Прошу прощения, – в примирительном жесте поднял руки министр. – Дипломатия действительно не мой конек.

– Демоны также готовы, – произнес четвертый мужчина, одетый в светлую водолазку, пытаясь несколько разрядить обстановку. – Отряды малефиков и их прикрытие уже на исходных позициях и готовы перенестись в любой момент.

– Это хорошо, – несколько успокоившись, произнес Роман Александрович, побарабанив пальцами по столу. – В таком случае вы все должны понимать, что наступает финальный этап нашей длительной и кропотливой работы. Пусть возможность появилась случайно, но ведь мы оказались полностью к ней готовы, и результаты деятельности ордена за столь короткое время не могут не внушать оптимизма. Однако мы должны помнить, что расслабляться рано. Сейчас главное – не допустить утечки информации и сделать все четко. Тогда получится не только отомстить, но и взять власть в стране в свои руки.

– Считаете, император все же рискнет собой? – заинтересованно спросил Цыбулькин. – Мне казалось, Изяслав всегда смотрит на несколько шагов вперед. Он крайне осторожен и просто так не бросится в пекло.

– Вы правы, – кивнул Роман Александрович. – Но в подобной ситуации он может и не сдержаться. В противном случае придется ему как-нибудь помочь.

– Придется помочь? Значит, Темников все же в деле? – предположил Юрий Олегович. – Кто еще сможет подобраться так близко к императору и устранить его?

– Куда бы он от нас делся? – довольным тоном произнес Цыбулькин. – Егор Дмитриевич крайне перспективная личность, не чурающаяся жертвоприношений, что в современном мире крайне редкое увлечение. Но посылать его на убийство императора было бы крайне расточительно и совершенно неправильно. Он на это точно не согласится.

– Но как же вы собрались его использовать? – поинтересовался мужчина.

– Есть много разных способов, – хмыкнул Цыбулькин. – Не только принуждение к убийству. Кстати, именно от Темникова мы получили ту самую информацию.

В разговор вступил Роман Александрович:

– Темникову я не доверяю от слова «совсем». Он слишком себе на уме, да к тому же боярич «золотого» рода, глава. Такие люди не любят подчиняться, особенно если их заставляют что-то делать с помощью шантажа. Предоставленные им сведения я все же перепроверил, все оказалось правдой. Но задействовать его в чем-либо серьезном? Увольте.

– Да? – задумчивым тоном произнес Цыбулькин. – Это не очень хорошие новости. Я уже начал продумывать варианты его использования в случае нашей победы. Думаю, он был бы неплохим председателем временного правительства или какой-нибудь другой важной организации.

– Из политической повестки его не стоит исключать, – произнес Роман Александрович. – Я говорю конкретно про боевые операции. Слишком многое стоит на кону…

– Каникулы пролетели как-то ну очень быстро, – произнес я, пожимая руку Пескову. – Даже не заметил как.

– Согласен, вообще ехать не хотелось, – выразил он солидарность с моим мнением, а затем с интересом добавил: – Ну как отдохнул? Слышал, все три недели ты был затворником и посещал только здание своей компании. Все работаешь и работаешь? Готовится новый крутой проект от Ивана Морозова?

– Вообще-то во время каникул я был приглашен на один бал, – усмехнулся в ответ. – А работы действительно накопилось много. Готовлю одно очень важное обновление своих программ, которое может изменить империю.

– Ого! На одном балу?! Я посетил семь. – Песков улыбнулся. – А что за обновление? О чем-то таком часто говорили на светских мероприятиях, поэтому мне очень интересно.

– Об этом часто говорили? – спросил я с легким интересом. – А каким образом ты вообще узнал, как я провел каникулы?

– Ты не представляешь, насколько пронырливыми бывают папарацци, – произнес мальчишка заговорщицким тоном. – И как могут негодовать мамы прелестных молодых дам, ожидающие, что один из самых завидных женихов империи появится на том или ином приеме. О тебе и раньше болтали разное, а после присяги разговоров стало еще больше.

– Подумаешь. – Я покачал головой. – Меня могли назначить лучшим кадетом просто по политическим мотивам, как и Витовта, который поднимал государственный флаг.

– Вообще-то, – заметил мальчишка, не согласившись со мной, – как я узнал, Витовт хорош во многих дисциплинах. Пусть некоторые преподаватели натягивают ему оценки, но он честно старается и очень требователен к себе. К тому же не забывай, что тебя оценивали главным образом не по присяге, а по тому, как проходило обучение и как ты все это время себя вел.

Я задумчиво кивал, думая над тем, как относиться к столь открыто напрашивающемуся в мою свиту мальчишке.

Подобная активность ясно говорила о том, что после расспросов детей аристократы осознали, что наследника престола на всех не хватит и необходимо сосредоточиться на налаживании связей с кем-нибудь попроще… Например, с одним из наследников «золотого» рода…

– Многие бояре желали познакомиться с тобой как можно ближе, – тем временем продолжил Песков. – А ты все не появлялся и не появлялся, что только подогревало общественный интерес, ну и…

Песков долго в подробностях описывал сплетни и пересуды, связанные с моей персоной, а также назвал несколько родов, чьи представители интересовались качеством работы моей компании и явно хотели стать ее клиентами…

После того как мальчишка поделился имеющейся у него информацией и довольный собой вышел из моей комнаты, я остался один и задумался над тем, что действительно не позволило мне полноценно отдохнуть на этих каникулах.

Да, если бы отец внезапно не оказался на пороге моего дома и не начал заниматься со мной боевой магией, я бы наверняка успел намного больше.

Беспрепятственно пройдя через охранный периметр, Егор Дмитриевич был встречен на пороге Феофаном и сразу негативно высказался о магической и технической защите дома. После чего наконец рассказал о причинах своего посещения.

– Не хочу вдаваться в ненужные подробности, но пару часов назад во время одного из родовых ритуалов я почувствовал грозящую Ивану смертельную опасность и поэтому прибыл сюда, – произнес отец.

Мы с наставником переглянулись.

– Нечто подобное недавно почувствовал и Иван, – пояснил Феофан. – Поэтому я отнесусь к твоим замечаниям по охране дома со всей ответственностью, но у меня встречное предложение. Пока Иван на каникулах, займись его магической подготовкой. Уверен, столь опытный и сильный маг сможет многому его научить.

– Идет, – серьезно произнес отец и посмотрел на меня. – Значит, ты тоже почувствовал опасность?

Я кивнул:

– Думаю, если ничего не произойдет до конца каникул, в училище меня вряд ли достанут. Все же охрана там очень хорошая.

– Ты прав, но лучше, если ты и там будешь настороже, – произнес Егор Дмитриевич и, посмотрев на часы, добавил: – Времени у нас совсем мало, и если ты действительно хочешь потренироваться в магии, то тебе придется хорошенько выкладываться. Ты готов?

Это был риторический вопрос, так как уже через десять минут мы находились на территории магического полигона.

– Покажи мне, что умеешь делать с помощью своих родовых талантов, – тут же велел отец.

– Все, что умею? – добавив в голос значительное количество «холода», спросил я, желая сбить с него спесь. Судя по тому, как непроизвольно напрягся Темников, мне это удалось.

– Интересная способность. Помнится, твой дед часто ею пользовался, когда хотел, чтобы его внимательно слушали, – произнес отец.

«А это идея! И почему я раньше не спросил у Феофана, какими родовыми заклинаниями пользовался дед! Зачем изобретать велосипед, если их просто можно повторить?»

– И не бойся для большей наглядности использовать свои заклинания на мне, – продолжил тем временем отец. – Уверен, это мне никак не повредит, а для тебя будет лишней тренировкой и практической проверкой конкретных конструктов.

– Договорились, – довольным тоном произнес я и, после того как он кивнул, бросил в него быстро крутящийся «ледяной снежок».

«С каждым разом все лучше и лучше», – удовлетворенно думал я, наблюдая за действительно внушительной скоростью летящего шара.

Кинув еще пару похожих заклинаний, я посмотрел, как они разбиваются о «щит» Темникова, а затем выпустил в него еще более стремительную усовершенствованную «сосульку» в виде самореза. Мое недавнее изобретение, на которое я возлагал некоторые надежды.

К нашему общему удивлению, ледяной снаряд при встрече с защитой отца не разлетелся, как предыдущие. Напротив, «саморез» словно бы нашел прореху в магическом «щите» и начал вкручиваться в него. Пока не вошел на треть и не был остановлен темной аурой отца.

– Поразительно, – констатировал Егор Дмитриевич, опускаясь на колени и подбирая обломки ледяного снаряда. – Первый раз вижу, чтобы настолько простое заклинание так легко пробило чей-то «щит». К тому же самое интересное, что оно в него вкручивалось, а сам «щит» не разрушался. Где ты этому научился?

– Сам придумал, – произнес я. – После того как на вводном занятии по огневой подготовке в очередной раз услышал о принципе работы автоматической винтовки и о том, за счет чего достигается пробивная сила пули. Потом решил учесть некоторые моменты при создании заклинаний. Не знаю, что тут особенного? Подозреваю, что я не первый, кто додумался использовать физические принципы при создании заклинаний. Неспроста большинство боевых конструктов нас учили закручивать.

– А грани? – указал отец на модернизированную «сосульку» с конструкцией, заимствованной у самореза по металлу, который в отличие от самореза по дереву не только обладал более плотной резьбой, но и имел дополнительную плоскость, выступающую в роли сверла.

– Подсмотрел в Моршанске, – ответил я. – Один из наших соседей как-то менял свой деревянный забор на металлопрофиль и конечно же использовал для этого похожие саморезы. Тогда я удивлялся, как легко они вкручиваются в такой материал. Поэтому мне показалось интересным использовать форму самореза на «сосульке», предварительно накачав ее изрядным количеством маны и сделав максимально плотной. Если честно, то я надеялся на пробивной эффект, но не подозревал о возможности вкручивания. Если бы твоя защита не была такой совершенной или «щит» находился ближе к телу, я бы своим «саморезом» тебя ранил.

– Все дело в том, что если ты попробуешь создать нечто подобное с помощью классической магии, то сначала потонешь в сложных расчетах, а затем удивишься большому количеству потраченной попусту энергии, так что успех «самореза» возможен в первую очередь из-за твоего родового дара. К тому же ты сказал, что вложил в заклинание немало энергии, что определенно увеличило его твердость и массу. Ну и конечно же не стоит забывать о моей слабой защите. Мой «щит» был средненьким и потреблял значительно меньше энергии, чем твое заклинание. Думаю, из-за этого «саморез» не только не разбился, но и благодаря скорости вращения и форме вкрутился внутрь.

Отец наконец откинул осколки «сосульки» в сторону, а затем произнес:

– Заклинание у тебя получилось очень интересное, и мы с ним еще обязательно поэкспериментируем, чтобы ты сам отчетливо понимал свои возможности. А сейчас нам нужно выяснить, что же еще ты умеешь.

B ходе дальнейшей проверки моих возможностей я отправил в отца пару «копий», затем их модернизированные аналоги, а потом сразу десяток ледяных «снежков» и «сосулек» одновременно.

Последний прием позволил мне отвлечь внимание и одновременно покрыть пол толстым слоем льда. Поскользнувшийся отец нелепо взмахнул руками и полетел назад. Упасть ему не дал мощный темный щуп, вышедший из спины.

– Скользко, – произнес отец, и в это мгновение лед под его рукой выстрелил «щупальцами» и прочно окутал конечность. С ногами получилось примерно то же самое, только на них слой льда с каждой секундой становился все больше и больше.

– Медленно, – произнес отец, покачивая головой. – Очень медленно. Нужно намного быстрее.

Каким-то образом он уже освободил руку и начал подниматься с помощью своего щупа, поэтому я рванул к нему и, остановившись метра за два, выставил руки ладонями вперед и ударил «заморозкой». Заклинание в виде мощной струи «холода» прошло разделяющее нас расстояние и, встретившись с защитным барьером отца, стало быстро покрывать его льдом по периметру.

– Что будет, если под это заклинание попадет человек? – заинтересованно спросил отец, освободив ноги и выбираясь из захлопывающейся ледяной ловушки, уже смыкавшейся за его спиной.

– Предполагаю, что он покроется толстой коркой льда, которая не позволит ему нормально двигаться и даст мне возможность легко его добить.

– Перспективное заклинание, – покачал головой Темников. – С ним тоже нужно будет хорошенько поработать, а пока продолжим.

Через пару минут я констатировал, что больше ничего не знаю.

Последними моими заклинаниями стали тройка ледяных «сюрикенов», довольно большая «глыба» льда и «ледяной меч».

– Все, – произнес я. – Теперь точно все.

– Не так хорошо, как могло быть, но и не так плохо, как я думал, – констатировал отец задумчивым тоном. – Мозги у тебя явно работают, но ты еще не понял, что родовая магия ограничена только твоим воображением.

В следующее мгновение он отправил в меня целый поток Тьмы, который, разделившись на несколько частей, легко обошел мой «ледяной щит» и обмотал конечности.

– Запомни, с этих пор родовая магия – это твоя пятая конечность, – произнес отец и отпустил меня.

Дождавшись, когда мой взгляд сфокусируется на нем, отец выпустил из спины два темных щупа, вошедших в потолок, и поднялся на них на несколько метров над полом, а затем добавил снизу еще два.

«Охренеть. Человек-паук, блин! – подумал я, отмечая, как ловко он передвигается с их помощью. – Или скорее доктор-осьминог? У того тоже было четыре конечности и он явно не был добряком».

– Это какой же расход маны из-за таких щупов? – спросил я, с любопытством глядя на мощные и плотные столбы Тьмы.

– Мизерный расход, – ответил Егор Дмитриевич. – Ведь это заклинание родовой магии, которое я отрабатывал ну просто очень большое количество раз.

Он еще раз осмотрел меня, а затем продолжил:

– Я хочу, чтобы после наших занятий ты осознал, что у мага из древнего рода есть очень большой бонус, а именно – его родовая магия, которая при должных тренировках почти не тратит его ману. Поэтому именно ее развитием мы и будем заниматься. Надеюсь, это даст тебе дополнительные шансы на выживание.

– Ерунда какая-то, – заметил я. – Но я, например, чувствую поток уходящей маны, когда создаю заклинания с помощью родовой магии. Он, конечно, меньше, чем при обычных заклинаниях, но все же существенный.

– Это потому, что ты всего лишь адепт, – произнес отец, поморщившись. – Станешь хотя бы бакалавром, и сам все поймешь. А сейчас давай проверим, насколько хороши твои «саморезы» и поток «холода».

Несмотря на предчувствие опасности, посещавшее и меня, и Егора Дмитриевича, со мной так ничего плохого и не случилось. Ни на каникулах, ни в самом училище ничего не происходило. Все шло спокойно, в штатном порядке. Мне даже показалось, что после курса молодого бойца наши командиры стали относиться к нам более лояльно, но это, скорее всего, обманчивое впечатление.

Очередной триместр в кадетском училище принес несколько новшеств. К примеру, теперь нам разрешили иметь мобильные телефоны, которые здесь именовались «АНСРС» – абонентскими носимыми станциями радиотелефонной связи. Конечно же у всех кадетов возник вопрос, почему бы не оставить гражданское название, но ответа на этот вопрос мы, к сожалению, так и не получили.

Но – не важно. Главное, что у меня наконец появилась возможность пусть и удаленно, но руководить работой своей компании и общаться с наставником, братьями, сестрами и немногочисленными друзьями. Пусть я и немного мог сказать по столь незащищенной связи, но это хоть что-то, раньше вообще было грустно…

Но даже в этом хорошем деле не обошлось без лишних сложностей.

Оказалось, что мобильные телефоны необходимо сдавать командиру взвода в специальный шкаф с ячейками. А пользоваться этими средствами связи разрешалось только вечером в личное время.

Ну хоть так.

Узнав про возможность иметь мобильные телефон, кадеты заранее приобрели себе по парочке дополнительных гаджетов и играли с командирами отделений в игру «найди, если сможешь».

К сожалению, не все отличались сообразительностью, поэтому нам приходилось заглаживать вину своих товарищей по отделению и взводу, бегая по несколько километров в полном обмундировании.

В общем, после каникул жить стало как-то полегче. Определенно снизилась интенсивность подъемов по тревоге, почти полностью прекратилось третирование личного состава. Но мы все так же продолжали «умирать» на зарядке, на стрельбище и магическом полигоне.

Кроме того, за короткое время я заметил, что помимо Пескова со мной пытается поближе познакомиться или сойтись бо́льшая половина нашего курса. Не только представители моего отделения, но и ребята из других взводов.

Лично я никого от себя не отталкивал, как, например, Глинов, который назвал одного из кадетов шутом из-за его родовой способности создавать иллюзии. Видимо, на каникулах родные снова промыли мальчишке мозги.

Ну ничего, такое отношение к боевому братству выгодно, это подтолкнет ко мне еще больше людей, а связи мне нужны. Очень нужны!

Помимо этого я должен был с сожалением констатировать, что мои отношения с Витовтом стали намного хуже. А все из-за оглашения так называемого рейтинга. На котором при всем курсе показали мое количество баллов, а также баллы отстающих.

На самом деле это не очень приятное мероприятие, особенно для тех, кто вошел в пятерку худших. Во взводе и на курсе, разумеется. Худшего и лучшего кадета отделения, кстати, тоже назвали. Не знаю, что чувствовали некоторые мальчишки, но мне казалось, что иногда я слышал скрежет зубов. И искренне надеялся, что эта злоба – не по отношению ко мне.

Все же быть лучшим и на голову опережать стремившегося за мной Витовта и еще парочку ребят совсем нехорошо. Так можно сразу ополчить против себя многих нейтрально настроенных мальчишек, а особенно наследника престола.

Но что самое поганое, этот парень мне нужен, действительно нужен, и не только как представителю рода Морозовых, но и как молодому бизнесмену, решившемуся играть во взрослые игры, которому не помешает прикрытие имперского рода, а значит, в скором времени, хочется мне или нет, придется налаживать отношения с наследником.

– Сегодня у нас новый предмет, – произнес идущий рядом Огнеяр и пояснил: – Продвинутая демонология. Слышал о такой?

– Только то, что она есть, – ответил я. – А что?

– Мне сказали, что ее ведет начальник училища и что предмет будет ну очень полезным, – пояснил Годимир.

– Тогда давай поторопимся, не хотелось бы опаздывать на занятия к такому строгому преподавателю, – ускоряя шаг, произнес я.