Текст книги "Сияние Авроры"
![](/books_files/covers/thumbs_240/siyanie-avrory-296440.jpg)
Автор книги: Джей Кристофф
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)
– Я так понимаю, вы знакомы, – замечает Аври, вытирая окровавленный нос.
– Да, – отвечает Кэл.
– Дай угадаю, – говорит Фин, оглядывается через плечо и с удвоенной силой принимается тыкать в кнопки управления трубой. – Злая бывшая подружка?
– Нет.
Я бросаю взгляд на Аври.
– Злая нынешняя подружка?
– Хуже.
– Что может быть хуже этого? – недоумевает Зила.
Кэл вздыхает. Двери трубы открываются, и он, оглядываясь, ныряет в поток.
– Она моя сестра.
4. Зила
Аврора подтверждает, что наше укрытие вполне соответствует ее представлениям: здесь глубоко и темно.
Все шесть членов нашей команды, втиснувшись в пространство между пересечением одиннадцати транспортных труб, плотно прижимаются друг к другу. Положение весьма опасное: каждая стена располагается под разным углом и вынуждает нас находиться в напряжении, лишь бы просто оставаться на месте. Стоит только на мгновение проявить невнимательность, как мы тут же провалимся в пропасть.
Прежде Финиану удавалось сдерживать наше продвижение по трубе – этого времени хватило, чтобы открыть в ней люк аварийного выхода. Выбравшись из системы труб, мы оказались в темном пространстве транзитной сети. Наше нынешнее убежище – крохотный, тесный закуток, который постоянно вибрирует и содрогается, когда местные жители, один за другим, проносятся мимо, но из-за высокой скорости никто из них не замечает наш импровизированный тайник. Мы – сплошной клубок из конечностей и рюкзаков, зато во временной безопасности.
Обо всем этом я размышляю под окружающую нас симфонию жужжания и свиста, мозг гудит со скоростью транспортной трубы. Я вдруг осознаю, что постукиваю одним пальцем по колену: ритм то меняется, то повторяется. Комбинация мне неизвестна, но она все равно откуда-то всплывает в моем сознании.
Тук.
Тук-тук.
Тук.
Тайлер первым нарушает молчание. Он вместе с сестрой забился в самый дальний угол, поджав под себя колени в попытке защитить промежность. Мне следовало бы осмотреть его недавнюю травму, однако я прикинула, что вероятность получить отказ, сопровождаемый саркастичным замечанием Финиана, составляет почти сто процентов.
Тайлер, до сих пор не оправившийся от потрясения, говорит:
– Кэл, у нас и так назревает куча проблем, еще и этот сюрприз нарисовался.
– Моя сестра славится умением появляться в самое неподходящее время, – отвечает наш Танк. На его лице по-прежнему кровь – его собственная и Несломненного.
– И откуда она взялась? – интересуется Скарлетт.
– Не знаю, – сообщает Кэл. – Я не видел Саэдии с тех пор, как отправился в Академию. Она даже не знала, что я вступил в Легион Авроры.
– Она упоминала Несломленных, с которыми мы подрались в баре на Мировом Корабле, – продолжает Тайлер. – Полагаю, это они донесли ей о тебе.
Кэл склоняет голову:
– Я же говорил: эта драка была отвлекающим маневром.
– Потому что я назвал тебя по имени, – замечает Тайлер.
Кэл задумчиво кивает:
– Наверное, стоило закрыть им рты навсегда…
Мой палец вновь непроизвольно отстукивает дробь по колену. Рука, похоже, двигается сама по себе и в следующее мгновение начинает отбивать ритм по левому предплечью.
Ох!
До меня внезапно доходит, что я повторяю движение пальца адмирала Адамса во время трансляции, в которой он осудил наши действия. Я просмотрела эту запись уже четырнадцать раз – не стала подавлять в себе это необъяснимое желание. По своему опыту могу сказать: когда мой разум цепляется за что-то, казалось бы, незначительное, чаще всего это решение проблемы, которую я еще не определила.
Отличительная особенность высокоинтеллектуальных личностей.
Тук-тук-тук.
Тук-тук.
Тук.
«Мы самым решительным образом осуждаем действия экипажа 312 Легиона Авроры на станции "Саган"»…
Аврора с нежностью кладет ладонь на руку Кэла.
– Расскажи нам о своей сестре, – просит она, не замечая мои мысленные попытки разгадать эту загадку.
Кэл сглатывает, опускает взгляд на пальцы Авроры: они запачканы ее собственной, алеющей на фоне его фиолетовой, кровью, засохшей и отслаивающейся вокруг ногтей.
– Наш отец был воином клики Воерожденных, – начинает он. – А мать принадлежала к Путеходцам, самым одухотворенным представителям моего народа. Они изучают тайны Складки и познают самих себя. Отец учил нас убивать. Мама пыталась втолковать, насколько напрасна смерть. – Он на мгновение замолкает, и Аврора сжимает его руку. – Я хорошо усвоил ее уроки. Саэдии – нет.
Я задумываюсь о том, насколько отличаются мои родители. Мама была более практичной. Отец, напротив, мягче. Интересно, что бы он сказал о той, кем я стала. Я уже далеко не та маленькая девочка, которой была раньше.
Над этим неудобным вопросом я не размышляла уже много лет.
Поэтому сейчас прогоняю его прочь.
Тук.
Тук-тук.
Кэл продолжает:
– Мы с Саэдии выросли вместе, но с возрастом постепенно отдалились. После того как наш отец погиб в бою при Орионе, я поступил в Академию Авроры, чтобы помочь преодолеть пропасть между нашими народами. Сестра же присоединилась к Звездному Убийце, дабы сделать ее еще шире. Эти два выбора в достаточной мере характеризуют нас.
– Твой… – подает голос Скарлетт. – Твой… отец тоже погиб при Орионе?
Кэл медленно кивает. Близнецы Джонс обмениваются взглядами – очевидно, вспомнили о собственном отце, который погиб в той же самой печально известной битве. Затем Скарлетт, смягчившись, смотрит на сильдратийца.
– Мне очень жаль, Кэл, – бормочет она. – Ты никогда не…
Обычно идеально ровная осанка Кэла едва заметно оседает. Аврора вновь сжимает его руку. На миг взгляд Танка становится печальным, на лице отражается боль. Но, несмотря на открывшийся факт – все три члена нашего экипажа потеряли своих отцов в одном и том же ожесточенном конфликте, – Тайлер не забывает о текущей задаче.
– И чего теперь хочет твоя сестра? Убить тебя?
Кэл улавливает интонации в голосе Альфы и снова выпрямляет спину.
– Она жаждет, чтобы я принял зов войны в своей крови. Мое нежелание присоединяться к Несломленным – для нее позор. И она не перестанет преследовать меня, пока не добьется своего.
– У нас неплохо получается спасаться от погони, Кэл, – замечает Скарлетт. – Напрактиковались за последнее время.
Сильдратиец качает головой:
– Представители Путеходцев среди моего народа обладают телепатией. Они – эмпаты. Несмотря на то что Саэдии растили как Воерожденную, она унаследовала частичку дара нашей матери. Моя сестра… чувствует меня. И была способна на это с самого детства. Разумеется, она может чувствовать не с огромного расстояния, но точно ощущает, пока мы находимся в Изумрудном городе. – Он замолкает и вскидывает подбородок – подобная манера, насколько я поняла, часто предшествует одному из его высказываний, где благородства больше, чем смысла. – Я несу для вас всех опасность. Будет лучше, если я уйду и отвлеку огонь на себя.
Аврора начинает возражать, но ее опережает Тай: он поднимает руку – даже движение причиняет ему боль – и говорит:
– Никто никуда не уйдет.
Я слушаю их разговор вполуха. В голове громко гудит, как в окружающих нас трубах. Наблюдая за тем, как мимо проносится очередная пара тел, я вспоминаю лицо Адамса во время выступления. Ритм и интонации его слов.
Они подорвали наше доверие.
Тук.
Тук-тук-тук.
Они нарушили все принципы.
Тук-тук-тук.
Щеки мгновенно вспыхивают от смущения, потому что я так долго не могла разобраться. Но сейчас не время для слабости. Я достаю унигласс и начинаю свои подсчеты.
– А ты тоже можешь чувствовать свою сестру, Кэл? – спрашивает Аврора. – Потому что, когда я… использую свою силу… то кое-что вижу в тебе. Чувствую что-то в твоем сознании. Может быть, в тебе тоже есть часть твоей матери?
– Возможно, бе’шмаи, – отвечает он. – Дар передается по крови.
Я провожу еще один ряд вычислений и – с интересом отмечая, что у меня вообще появляется такое желание, – позволяю себе довольно улыбнуться.
– Зила? – Скарлетт, заметив перемену в моем поведении, заглядывает в мой унигласс. – Ты ничем не хочешь поделиться с классом?
– Хочу, – говорю я, не отрывая взгляда от расчетов.
– …И?
– Адмирал Адамс не бросал нас, – заявляю я. – Его выступление содержало закодированное сообщение. – Я перевожу взгляд на Тайлера. – И я только что расшифровала его.
Тема: Галактическая торговая деятельность
► Организации
► Доминион
Тот, кто сказал, что деньги – корень всех зол, скорее всего, сам никогда их не имел, но они точно немного усложняют жизнь в галактике. В Млечном Пути нет официальной валюты, и по причинам, не совсем понятным вашему крошечному человеческому мозгу, шансы создать ее очень малы.
Войти в Доминион.
Доминион – группа торговых спекулянтов и самая крупная валютная биржа в галактике. Осознав огромную выгоду от отсутствия стандартной денежной единицы, Доминион создал свою: он предложил скупать валюту всех известных рас (за небольшую плату, разумеется) и конвертировать ее в обмениваемые доминионные креды, которые теперь принимают в большинстве торговых центров.
Конечно, такая схема очень быстро позволила Доминиону стать богаче профессора Лизы Маккарти IV, создателя самоочищающихся подгузников, и в свою очередь иметь огромное влияние на политиков в Галактическом собрании. Этот факт в полной мере объясняет, почему мы еще не скоро увидим официальную галактическую валюту.
Демократия в действии, не правда ли?
5. Кэл
Мы даже еще не целовались.
Члены моего экипажа точно назвали бы меня дураком: думать о таком в самый разгар катастрофы. Знаю, что сама Аврора сочла бы это весьма глупой мыслью. В этом, в общем-то, и заключается суть проблемы. Потому что мои чувства совсем не похожи на то, что испытывают люди. Я не чувствую симпатии, влечения или даже любви.
Я чувствую Тягу.
Сильдратийские поэты тысячелетиями пытались ее описать. Еще на Сильдре я изучал работы наших самых известных мейстеров. Иногда перекладывал их стихи на музыку и исполнял на своем сиифе под сенью лиасовых деревьев возле нашего дома. Миллиарды слов за тысячи лет. Песни и сонеты, куплеты и гимны. Все они пытались передать хотя бы малую толику этого чувства.
Но теперь, переживая его внутри себя, я знаю, что ни одно из этих произведений даже близко не подобралось к нему.
Тяга – нечто большее, нежели просто слова.
Любовь – лишь капля в океане того, что я испытываю к ней.
Любовь – одинокое солнце на небе, полном звезд.
Я знаю, что Аврора не может по-настоящему этого понять. Люди, в отличие от сильдратийцев, чувствуют иначе. И как бы я ни желал ее, мне не хочется торопить или – упаси духи – отпугнуть ее. Поэтому я, насколько возможно, держу все эти чувства в себе.
Но мы даже еще не целовались.
Духи Пустоты, какое же это мучение…
– Спустись с небес, Эльфеныш, – ворчит Финиан.
– …Что?
Бетрасканец моргает своими большими черными глазами.
– Я сказал, двигай сюда, Эльф, – повторяет он. – Нам нужно пройтись по плану.
Я с глубоким вздохом провожу ладонью по лбу. Все члены команды собрались в крохотном жилом помещении нашей так называемой квартиры. Здесь теснее, чем в логове Энлея, и пахнет в два раза хуже. Но с имеющимися средствами выбор у нас невелик, к тому же моя сестра охотится за нами по всему Изумрудному городу, поэтому нам ничего не остается, как залечь на дно среди всяких отбросов общества, которые не задают вопросов. Во всяком случае, благодаря дедуктивным способностям Зилы – поистине блестящим, должен признать, – теперь у нас есть возможность убраться с этой проклятой станции раз и навсегда.
Настенный дисплей в лачуге не работает, и Финиан, подключив унигласс к своему экзокостюму, проецирует в мерцающем свете план хранилища Доминиона на противоположную стену. Я сажусь на крохотный диванчик рядом с Авророй, которая смотрит на изображение. На ее рассеченную бровь наложен небольшой шов телесного цвета, синяк под правым глазом напоминает темное созвездие. Губы мягкие, в форме бантика, так и притягивают взгляд. Она нежно касается моей руки, и под кончиками ее пальцев на моей коже вспыхивает огонь.
– Ты как? – тихо интересуется она.
Я с трудом выдавливаю из себя обнадеживающую улыбку:
– В порядке.
– Может, вам уединиться, голубки? – предлагает Тайлер.
– …Что? – Я делаю сердитое лицо.
– Я сказал, что в помещение можно попасть двумя путями, – продолжает Тайлер, указывая на план. – Главный вход с юга и еще один, поменьше, на западе. Оба охраняются, но у западного на двух громил меньше. Если возникнут проблемы, уйдем через него.
– Но проблем не будет, верно? – замечает Скарлетт. – Ведь все твои идеи гениальные.
– Именно, – отвечает Тайлер, не реагируя на выпад сестры. – Итак, согласно зашифрованному посланию адмирала…
Здесь Тайлер делает паузу и награждает Зилу аплодисментами, к которым мы с членами команды тут же присоединяемся. Зила склоняет голову, темные кудряшки падают ей на глаза. Но я успеваю заметить мелькнувшую на ее губах улыбку, после чего Тайлер продолжает:
– …В комнате с депозитарными ячейками, за главным вестибюлем, нас будет ждать нечто вроде тайника. Очевидно, он запрограммирован на идентификацию ДНК Скар. Не знаю, почему Адамс решил устроить все именно так.
Скарлетт выгибает бровь:
– Наверное, потому что я великолепна?
– Да, безусловно, поэтому, – бормочет Тайлер, закатывая глаза. – Как бы то ни было, этой работой займется Скар. Мы понятия не имеем о весе находящегося там предмета, поэтому, Кэл, ты пойдешь с ней, на случай если придется нести тяжести.
Скарлетт бросает на меня взгляд:
– Только я и ты, Здоровяк. Оденься сексуально.
Она подмигивает Авроре, та ухмыляется в ответ, сжимая мою ладонь. Большинство из нас уже привыкло к тому, что Скарлетт упорно флиртует со всем, что движется. Но я замечаю, как Финиан с совершенно мрачным видом смотрит в пол.
– Фин, проведешь их по маршруту? – спрашивает Тайлер.
Наш Технарь растерянно моргает:
– Э-э-э… да, как скажешь.
– Простите. – Альфа ковыляет к креслу. – Мне нужно присесть.
Скарлетт наблюдает за тем, как ее брат опускается на заплесневелую подушку рядом с ней, держась одной рукой за промежность, и сочувственно морщится.
– Бедный малыш, – воркует она. – Эта Чертовка и правда не жалует парней.
– Что ж, я всегда могу усыновить ребенка, – хнычет он.
– Если тебя это утешит, синяк под глазом тебе даже идет. Кровоподтек подчеркивает синеву.
Тайлер пронзает Скарлетт испепеляющим взглядом. Она ухмыляется и ерошит копну его светлых волос. Брат протестующе ворчит, приглаживает пряди, но она снова взлохмачивает их.
Они настолько разные: он – воплощение порядка, она – олицетворение хаоса, – что мне иногда трудно поверить в то, что они брат с сестрой. Но при взгляде на эту парочку я понимаю, как же сильно близнецы Джонс любят друг друга. Они объединены общим горем из-за смерти Нуля. Неопределенностью, в которой мы все оказались. Кровными узами. Они – настоящая семья, неразлучная и непобедимая.
По сравнению с ними мы с сестрой – просто стыд и позор.
– У меня два черных пояса, – вздыхает Тайлер. – Десять лет обучению Системе и крав-мага. А она отмутузила меня, как мячик для джетболла.
– Не нужно стыдиться, – говорю я ему. – Саэдии – мастер по Аэн Суун.
Скарлетт, нахмурившись, уточняет:
– Путь… Волны?
Я киваю:
– Самое смертоносное из боевых искусств Воерожденных. Еще до своей гибели отец лично обучал нас ему. С самого детства. – Мое сердце наполняется печалью при воспоминании о том, как мы втроем тренировались под лиасовыми деревьями. Я грустно улыбаюсь Тайлеру. – Саэдии не один раз ударяла меня ниже пояса. Так что я тебе сочувствую.
– Не один раз? – Тайлер, поморщившись, снова ерзает. – Дыхание Творца, как ты вообще выжил после такого?
– Я же предупреждал, говорил не подпускать ее к себе.
– Это случилось не по моей воле, уж поверь, – стонет он. – Могу лишь добавить, что отныне упомянутая юная леди будет находиться на минимальном безопасном расстоянии. В паре звездных систем.
– Боюсь, это зависит не от нас. Саэдии со своими адептами все равно будет охотиться за мной. Тому, кто с легкостью отказывается от своей добычи, не стать Темпларом Звездного убийцы.
– Тем больше причин проникнуть в хранилище и быстро выбраться из него, – замечает Аврора.
– Спасибо, что напомнила, Беглянка. – Финиан с улыбкой поворачивается к плану хранилища и делает глубокий вдох. – Итак, план предельно прост. Войти, получить доступ к тому, что оставил для нас в банковской ячейке Адамс, и выйти. Разумеется, серьезная проблема состоит, в том, что нас обвиняют в галактическом терроризме и за наши головы назначена награда.
– В предполагаемом терроризме, – поправляет Зила.
– Предполагаемом, верно. Поэтому хорошая новость – население Изумрудного города составляет более миллиона человек, так что обнаружить нас будет непросто. Плохая новость – хранилище Доминиона оборудовано системой безопасности, подключенной к веб-узлам большинства крупных галактических правительств, а их камеры оснащены первоклассным программным обеспечением для распознавания лиц. И речь идет о том, которое способно опознать тебя по одним только бровям.
Скарлетт откидывает назад короткие огненно-рыжие волосы.
– Потому что они великолепны.
– Ну да. – Финиан нажимает на большой список данных рядом с планом. – Я лишь хочу сказать, что джетболки и солнечные очки здесь не помогут. Эти системы очень быстро определят нас как разыскиваемых преступников.
– Может, снова воспользоваться формой гэрэушников? – предлагает Аврора.
Тайлер качает головой:
– После произошедшего в доках слишком рискованно. Оперативники ГРУ крайне редко удаляются настолько от Ядра, и их форма сейчас только привлечет внимание.
– Я так полагаю, у тебя есть решение? – спрашиваю я.
– Вообще-то у нас, Эльфенок, – улыбается Финиан. – Камеры хранилища засекут нас, как только мы войдем. Тут ничего не поделаешь. Однако, пока системы будут передавать данные своим филиалам, образуется задержка. Скорость света не так уж высока, даже в Складке. К тому времени как данные начнут возвращаться, я смогу активировать на спутниковом канале связи заслонку. Пока исходящий сигнал будет заблокирован, мы успеем войти и выйти.
– Впечатляюще, – говорю я.
Скарлетт улыбается:
– «Впечатляюще» – второе имя Фина.
В ответ на лесть Скарлетт на щеках Финиана расползаются пятна, подозрительно напоминающие румянец, однако тут вмешивается Тайлер:
– Н-н-н-не так уж и долго.
– Ух ты, спасибо, Золотой мальчик, – ворчит Финиан. – Умеешь ты поднять боевой дух.
– Прости. – Наш Альфа снова ерзает на кресле. – Это все мои причиндалы, они убивают меня. Но ты знаешь, что я имею в виду, Фин, – расскажи им, в чем загвоздка.
Финиан неохотно кивает, признавая свой не столь впечатляющий статус.
– Загвоздка состоит в том, что во время взлома я должен находиться внутри хранилища.
На лбу Зилы пролегает небольшая складка.
– Что-то я очень сомневаюсь, что служба охраны Доминиона позволит тебе просто так сидеть у них вестибюле и заниматься компьютерным шпионажем.
– Верно, – подтверждает Тайлер. – Поэтому здесь в игру вступаем мы с тобой, Зил.
Девушка недоуменно моргает:
– Мы… с тобой?
– Ага, – улыбается он, на его щеке образуется фирменная ямочка. – Ну так что, пойдешь со мной на свидание?
* * *
Понятия не имею, откуда Скарлетт умудряется доставать все эти вещи.
Она обладает практически сверхъестественной способностью приманивать новые наряды, казалось бы, одним своим желанием. Она ушла всего с несколькими кредами в кармане, и ее не было в общей сложности восемьдесят семь минут, а вернулась с целым гардеробом новой, подходящей случаю одежды для каждого из нас. Вещи не краденые – она размахивала чеками перед лицами Зилы и Авроры и потчевала их рассказами о мастерстве розничной торговли, в которых фигурировали такие загадочные слова, как «два по цене одного» и «скидка по декольте». Аврора невероятно обрадовалась при виде туфель, которые Скарлетт принесла ей. Я даже испугался, что ее визг может привлечь районную охрану.
Сам при этом сделал мысленную пометку:
Она любит обувь.
Скарлетт швырнула мне в грудь пакет с покупками. Я подозрительно уставился на его содержимое, удивленно вскинув бровь:
– Ты серьезно?
Старшая близняшка Джонс только улыбнулась:
– Доверься мне.
И теперь, прежде чем приступить к выполнению задания, нам нужно переодеться, поэтому мы расходимся по разным комнатам нашей грязноватой квартирки. Аврора, Скарлетт и Зила занимают спальню, Финиан в поисках уединения отправляется в ванную. Я замечаю, как его экзокостюм шипит при ходьбе, а он всячески бережет левую ногу. Подозреваю, при переодевании ему потребуется помощь, однако он, стремясь отстоять свою независимость, отказывается от нее. Я недостаточно осведомлен о его состоянии, но все равно переживаю за него.
Поскольку нам с Тайлером некуда деваться, мы переодеваемся вместе в крошечной гостиной. Мы впервые оказываемся наедине после того пресловутого поцелуя в пресловутой серверной на Мировом Корабле. Я снимаю с себя рабочую форму и с трудом натягиваю штаны, которые дала мне Скарлетт. Тайлер вылезает из комбинезона и стаскивает майку, оказываясь в одних трусах, на шее у него болтается серебряная цепочка с отцовским кольцом на ней. Когда он тянется за брюками, купленными для него Скарлетт, я ловлю себя на том, что разглядываю его краем глаза.
Наш Альфа выглядит изрядно усталым. Плечи поникли. Синяки от побоев моей сестры полосами покрывают мышцы спины, линии корпуса. Он натягивает тунику поверх ссадин, проводит рукой по взъерошенным светлым волосам и вздыхает.
Я буквально чувствую, как его мозг работает. Ощущаю неуверенность, которую он прячет за стеной оптимизма. Его унигласс на столе тихонько пикает – напоминание личного календаря. На экране высвечиваются слова: «Мой день рождения-я-я – через 2 дня!»
– Я не знал, что у вас со Скарлетт скоро день рождения, – говорю я.
Глаза Тайлера наполняет печаль, окрашивающая ярко-голубой цвет в серо-стальной.
– Не у нас, – тихо произносит он, указывая на унигласс. – Свой я швырнул в ультразавра на Мировом Корабле. Этот принадлежит…
Я даже без имени понимаю, о ком идет речь. Должно быть, он забрал у нее устройство еще на Октавии III. В его взгляде вспыхивает боль при виде сообщения – еще одно напоминание о том, чего у нее никогда не будет.
– Я скорблю по Нулю, – мягко говорю я. – И знаю, что она значила для тебя.
Он поднимает на меня глаза. Я вижу в них отражение ее лица: чернила на коже, огонь во взгляде. А потом он смотрит в потолок, часто моргая.
– Да.
– Ты поступаешь правильно, Тайлер Джонс.
Он бросает взгляд в сторону спальни, откуда доносится приглушенный смех. Голоса тех, кто нам небезразличен. Всех нас связывают тонкие, хрупкие нити – мы оба это знаем. Возможно, даже лучше остальных. На какое-то мгновение мне удается заглянуть за выстроенные им стены. Сквозь трещины пробивается лучик неуверенности.
– Надеюсь на это, – вздыхает он.
– Против нас ополчилась вся галактика, – говорю я. – Но нам суждено быть здесь. Мы – часть чего-то великого, я чувствую это всем своим существом. Ты проведешь нас через это. И я последую за тобой, брат.
Сильдратийцы не признают прикосновений, за исключением моментов близости или во время ритуала. Но мы с Тайлером Джонсом боролись в логове терранских штурмовиков, сражались в Складке, бок о бок смотрели смерти в глаза. Он, может, и человек. Усталый, в синяках, с изъянами, как и остальные. Но в бою все одинаково истекают кровью.
Я протягиваю ему руку.
– Я знаю своих друзей – их немного. Но за тех немногих я готов отдать жизнь.
Он вновь смотрит мне в глаза. Мышцы его челюсти изгибаются, когда он хлопает ладонью по моей руке.
– Спасибо, Кэл. Для меня это многое значит – быть уверенным, что ты меня прикроешь.
– Дель’наи, – отвечаю я.
Услышав, что я говорю на родном языке, он озадаченно хмурит лоб:
– Вроде бы Скар объясняла, что это значит, но я не…
– Всегда, – перевожу я. – Отныне и навсегда.
Он с кривой усмешкой оглядывает меня с головы до ног:
– Неплохой она тебе наряд подобрала.
Я в унынии смотрю на свою новую одежду. Штаны выполнены из гладкого черного полимера, от лодыжек до бедер тянется ряд серебряных пряжек. Рубашка, тоже черная, сшита из прозрачной сетки и плотно облегает мой торс, практически не оставляя простора для воображения. При обычных обстоятельствах из всего наряда я надел бы только ботинки, если бы собирался вести затяжную войну на суше вражеской планеты.
– Ух ты, – слышу я голос.
Поднимаю глаза и вижу в дверях спальни Аврору. На ней белый брючный костюм, который другие описали бы лишь одним словом – элегантный. Для меня же она соткана из света и сияет, как солнце.
Ее взгляд поднимается от моих ботинок к лицу.
– Ты выглядишь…
– У меня хороший вкус, не правда ли? – интересуется Скарлетт из-за ее спины.
Аврора смотрит на девушку снизу вверх:
– У тебя очень хороший вкус.
Наряд Скарлетт по стилю соответствует моему. Облегающая красная ткань из полимера. Корсет, который, согласно большинству галактических конвекций, можно приравнять к пытке. Сотня пряжек, не несущих, казалось бы, никакого конструктивного смысла. Платиново-русый парик с волосами до пояса.
Я вновь смотрю на себя, вопросительно выгнув бровь:
– Не понимаю, почему эти брюки должны быть такими узкими.
Скарлетт накручивает на палец нечто, напоминающее поводок, и улыбается.
– Кэл, милый, если хочешь соответствовать своей роли, то должен выглядеть подобающе.
* * *
Во избежание подозрений мы входим через разные двери.
Вестибюль в хранилище Доминиона огромен, пластисталь имитирует черный мрамор, повсюду позолоченная отделка. Стены и полы покрыты бегущими массивами данных с различных галактических бирж. В помещении, несмотря на его размеры, людно, за стойками и в очередях – представители самых разных рас. Для осуществления нашего замысла Тайлер выбрал самый час пик.
Они с Зилой входят первыми. Наш Мозг выглядит несколько растерянной, поэтому Тайлер не отпускает ее от себя, время от времени наклоняется к ней и что-то шепчет на ухо. Они идут под ручку и выглядят, как юные влюбленные, вышедшие на полуденную прогулку.
Финиан бредет следом: на нем простая одежда, под экзокостюмом, сверкающим серебром, проглядывают темные цвета. Только войдя в здание, он сразу же делает вид, будто ему звонят на унигласс, и шаркающей походкой направляется в тихий уголок хранилища, приложив палец к уху, чтобы якобы лучше слышать разговор.
Мы со Скарлетт заходим последними – наше появление, как и задумывалось, не остается незамеченным никем из присутствующих в вестибюле. Видимо, нечасто здесь можно встретить статную блондинку в облегающем костюме из поливинилхлорида, ведущую сильдратийца на поводке. Скарлетт, всем своим видом излучая уверенность, плавно приближается к менеджеру – терранину средних лет – в деловом костюме.
Мужчина окидывает ее взглядом с головы до ног:
– Я могу вам чем-нибудь помочь?
– Разумеется, дорогуша, – отвечает Скарлетт, слишком сильно растягивая последнее слово. – Меня зовут мадам Белль, я – третья жена Риэля фон Люмьера и императрица Сумеречного двора Эльберии IV. Мой муж оставил кое-что для меня в вашем депозитарном хранилище.
Менеджер пробегает по мне взглядом.
– Ваш… муж?
– О нет, это не он. – Скарлетт заливисто смеется, дотрагиваясь до руки терранина. – Нет, Жермен – мой… личный тренер. Ну, вы понимаете. – Она тянет за поводок у меня на шее и шипит: – Не сутулься, Жермен!
Я впиваюсь в нее сердитым взглядом, горячее дюжины карликовых звезд, и только потом вспоминаю о роли, которую должен играть.
– Прошу прощения, императрица, – бормочу я, выпрямляясь во весь рост.
Скарлетт, глядя на менеджера, закатывает глаза:
– В наше время так трудно найти хорошего домашнего питомца.
– Да… понимаю.
Она одаривает мужчину улыбкой, которую кроме как обольстительной не назовешь, и вновь касается его руки, надолго задерживая ладонь.
– Я в этом даже не сомневаюсь, дорогуша.
Дорогу-у-у-у-уша.
– Что ж, – произносит менеджер, весьма взволнованный ее вниманием. – Прошу следовать за мной, императрица. Наши ячейки располагаются в этой стороне.
Скарлетт очаровательно улыбается мужчине и следует за ним, таща меня за собой.
– Поторопись, Жермен, нечего плестись!
Когда мы пробираемся по оживленному вестибюлю, я замечаю, что Финиан тихонько возится с униглассом в углу. Пока большинство персонала увлеченно наблюдает за представлением, которое устраивает Скарлетт, один из более сознательных сотрудников хранилища направляется к нашему Технарю узнать, нужна ли ему помощь.
Тогда-то и начинается второй акт нашего спектакля.
– Ах ты, УБЛЮДОК!
Скарлетт резко останавливается, все присутствующие в хранилище тоже замирают. Я оборачиваюсь и вижу Аврору с красным от гнева лицом: она стоит перед Тайлером и Зилой и, обвиняюще тыча пальцем в лицо нашего Альфы, кричит во весь голос:
– Ты же сказал, что пойдешь к маме! – Она с ненавистью смотрит на Зилу. – Опять она?
Тайлер обводит взглядом помещение и замечает, что все взоры обращены на них.
– Э-э-э, привет, Зефирка…
Аврора замахивается и с треском, от которого я вздрагиваю, бьет Тайлера по лицу, без того покрытому синяками.
– Не смей называть меня Зефиркой! – кричит Аврора.
– Ну и ну! – Скарлетт прижимает руку к корсету и смотрит на менеджера. – Я и не думала, что у вас такого рода заведение.
– Охрана с этим разберется, – заверяет ее менеджер и, щелкая пальцами, указывает на разыгравшуюся драму. – Пожалуйста, пройдите сюда, императрица.
Представители службы безопасности высыпают со всех углов, в то время как Аврора продолжает орать и сыпать проклятиями. Один из охранников трогает ее за руку и просит, чтобы она «не устраивала сцен». В ответ она тычет пальцем ему под подбородок с криками: «Не прикасайся ко мне, я знаю кунг-фу!» Тайлер пытается что-то объяснить, Аврора перекрикивает его, а Зила просто стоит с испуганным видом – ее страх, похоже, близок к настоящему.
Однако, когда менеджер ведет нас к тяжелой двери в задней части вестибюля, я замечаю, что Финиан по-прежнему тихонько стоит в углу и колдует над своим униглассом.
После сканирования сетчатки глаза менеджера тяжелая дверь открывается. Затем нас проверяют магнитом на наличие оружия и подкожных имплантов, и мы проходим в хранилище, крики Авроры продолжают звучать у нас за спиной. По сравнению с экстравагантным вестибюлем обстановка этого помещения кажется скучной. В центре комнаты находится длинный пластиновый стол. Белые стены заняты тысячами маленьких ячеек, выполненных из закаленного стеллита.
– Вы позволите, императрица? – спрашивает менеджер, держа перед собой крошечную палочку для взятия мазка.
– Разумеется, – улыбается она, выпячивая подбородок и складывая губы идеальным бантиком. Менеджер касается палочкой ее губ.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?