Читать книгу "Сводный брат моего отца"

Глава 10. Где же ты, Ада?

Лука

Знакомая барменша выжала меня досуха. Отличный секс после тяжелого дня разрядил нервы, расслабил тело. Гребаный антидепрессант, но всегда работает исправно. А там, за стенкой, не спит моё наказание за все, что я успел и еще не успел натворить в своей жизни.

Абстрагируюсь от всего. Мне хорошо. Мысли плавно текут, раскладывая в нужном порядке события прошедшего дня.

Что я узнал?

Бомж, на которого оформлена связь, не помнит, кто дал ему бутылку дорогого вискаря и сотню баксов. Неудивительно. Если бы я столько бухал, тоже бы все забыл. Вроде как молодой парень в толстовке с глубоко спрятанным в капюшоне лицом.

Тупик. Да и не было особой надежды, что вот так легко все станет понятно. Идеально, если выйдет подобраться к Аде, прижать эту сучку и вытрясти, кто стоит за тем телефонным звонком и на хуй он меня привел именно к ней.

Хочет ткнуть носом в прошлое? Не хочу я в него, мне и тут нормально, в своем хоть и не радужном, но комфортном настоящем. Янку только отцу сдам и все вообще станет шикарно.

Если напарник парнишки из кафе вспомнит, кто на самом деле сидел у них за столиком с этим мобильником, тоже будет хорошо. В глубине души надеюсь, что я ошибся в своем предположении, и это люди Дасаева вычислили наше местоположение. Не хочется еще больше разочаровываться в жизни. Не хочу оказаться правым.

Перевернулся на живот, растянулся поперек кровати, закрыл глаза, считая до сотни. Так и уснул кверху задницей, надеясь, что Яна поняла и опять не запрется сюда без приглашения.

Моим будильником снова стала еда. Только в этот раз она походу сгорела. Подорвался как ошпаренный от запаха паленого. Вылетел на кухню. Замер. Янка прыгает с полотенцем, пытаясь выгнать дым в открытое окно. Я хз чего меня так рассмешило. То ли вид взъерошенного скачущего котенка, то ли я – дебил, пялящийся на нее в дымке сгорающего бутерброда.

– Ты плиту выключить не пробовала? – давясь от смеха и горького дыма, вытер слезящиеся глаза и сам нажал на сенсор. – А еще можно вытяжку включить! Пиздец, Яна! Тебя в лесу растили? Ты нормальной кухонной техники не видела? – швыряет меня совсем в другие эмоции, когда гарь проникает в горло, раздражая его до хрипоты. – Квартира теперь до вечера вонять будет!

– Извини, – малая перестала, наконец, скакать. Теперь пытается просто отдышаться.

– Выпороть бы тебя, чтобы сидеть не могла неделю! Кофе мне сделай. Только не спали еще и кофемашину, а то точно познакомлю твою попку ближе с тем самым ремнем, что тебе так нравится.

Яна краснеет, а мне хорошо. Моральная компенсация за причиненный ущерб. К счастью кофемашины и сожалению змеи на бляшке моего ремня, с кофе Яна справилась. С виноватым видом принесла мне чашку, со второй ушла к себе в комнату.

Через пару часов, как и обещал, привез к себе Ленку.

– Займи ее чем-нибудь, пока меня не будет. Обо мне не трепись. Ей не надо всего этого знать. Все, что нужно, я дозировано даю сам, – рассказываю в формате инструкции.

– Вали уже, Раевский. Я без тебя как-нить разберусь, – кривится блондинка, поправляя волосы, растрепавшиеся от шлема.

– Этого-то я и боюсь. Не испорти мне ее, – говорю тише. – Сам хочу, – подмигнув, сваливаю, потому что время до хера, а я еще здесь.

В кафе вошел, держа шлем в левой руке. Осмотрелся. Парень за витриной и правда другой. Чтобы не терять времени, подошел к нему с тем же вопросом, что вчера задавал его коллеге.

– Да, помню, – прокашлявшись в медицинскую маску, ответил охрипшим голосом. – Извините, выйти пришлось. Марк совсем с ног валился.

– А ты, я смотрю, крепко стоишь.

Он только махнул рукой.

– Нормально мне. Температуры нет, остальное переживу. Деньги за меня никто домой не принесет. А мужика по телефону как раз запомнил. Давно таких аппаратов не видел, а он его в руках все время крутил. Сложно было взглядом не зацепиться. Но саму трубу не находил. Отдал бы. Мне чужого не надо. Может где в другом месте потерял? – шмыгает носом.

– Может, – выдыхаю с облегчением.

Хоть что-то хорошее. Мужик. Чертова работа заставляет быть параноиком, но Аду надо вытащить, чтобы поговорить.

– Спасибо, – протягиваю ему несколько баксов. – На лекарства. Не налей соплей в кофе клиентам.

От кафе дернул к тому месту, где в последний раз видел Андриану. Надо забрать у них кусок своего прошлого.

Нашел вход на самую удобную для обзора крышу. Тихо лег в самый ее угол. У дверей дежурит два шкафообразных неповоротливых тела. Люблю таких. Думает, если он раскачался до полутора сотен общей массы, то стал непобедимым. Ну-ну. На ринге развлекаться с ними одно удовольствие.

На втором этаже в окнах горит свет. Интересно, все это здание принадлежит им?

Скорее всего.

Уставился в окно. Тридцать минут ничего не происходит. Мужики внизу скучающе переговариваются, курят, ржут. Тишина.

Следом еще час. На улице совсем стемнело, но все, что я успел узнать: похищенного ребенка точно держат здесь. Из приоткрытой двери периодически слышен его плач.

– Ада, Ада, – урчу себе под нос. – Где же ты, сука, ходишь?!

Шурша шинами, в проулок заехала уже знакомая мне машина.

– А вот и ты, – улыбнулся, целясь в голову одному из ее охранников.

Глава 11. Я убью тебя, Терентьева

Лука

Не достану. Любимая снайперка скучает в сейфе, а этим пистолетом я отсюда только шума наведу, даже с глушителем. А мне оно не надо. Мне надо забрать Аду аккуратно, может еще и мелкого вытащить получится. Она растает и все-все мне расскажет.

Угу. Наивный.

Женщина со шрамом оглянулась. Я успел пригнуть голову, чтобы она меня взглядом не зацепила.

Цокая каблуками по асфальту, Андриана исчезла внутри здания. Минут через десять приехала еще одна тачка. В ней привезли того самого урода, что забирал ее из квартиры. С ним трое охранников. Итого у нас получается уже семь, не считая «объектов». Не думаю, что внутри сильно больше. Скорее всего, еще двое-трое, потому что охранять там некого. Младенец никуда не убежит.

Мне нужно еще пару дней наблюдения, чтобы нарисовать максимально точную картинку, составить план действий, подготовиться к атаке. Вот будет сюрприз-то. Живите пока, ребята. Я скоро обязательно вернусь.

Домой еду со страхом и предвкушением. Потому что страшно представить, что натворили в моей квартиры две запертые бабы, одна из которых на меня обижена. А предвкушаю я, что увижу эту самую обиженную… белку! Точно. Я все думал, кого она мне напоминает. Бельчонка.

Выдохнув, что у подъезда не стоит полиция, скорая или пожарные, поднялся к себе. Ввел код на новом замке. Лучше бы я этого не делал.

– Я убью тебя, Терентьева! – рыкнул, но меня, естественно, никто не услышал.

В гостиной орет тяжелый рок, повис стойкий запах сигарет и алкоголя. На моем стеклянном столике переполненная пепельница с рассыпанными вокруг окурками. Откупоренная бутылка дорогущего рома.

Пустая!

Ленка курит очередную сигарету, сидя ко мне спиной на диване и закинув ноги все на тот же несчастный столик.

Яна… Ищу глазами свою подопечную.

Судя по звукам, кто-то блюет в туалете. Хорошо, хоть добежала.

Выключил музыку. В квартире повисла звенящая тишина. Даже Яна в уборной затихла.

– Ты охуела?! – смотрю в стеклянные глаза блондинки. – Что это, твою мать! – пинаю ногой стол. Бутылка падает на пол, пепел разлетается в разные стороны.

– Привет, Раевский, – хрипло отвечает Лена. Поднимается с дивана, шатается, падает обратно. – Бля, хороший ром, – поднимается снова. – Извини, – тычет пальцем мне в грудь и ни грамма невиновато смотрит в глаза.

Я зверею.

– Просто Янка сказала, что она вообще никогда не пила алкоголь. Ты прикинь! Надо же было это исправить.

– Я просил тебя не портить мне девочку! – меня несет. Схватил Терентьеву за горло, притянул к себе.

– Да кто ее портил? Мы даже о сексе не говорили. Ни-ни! И о тебе, между прочим. Пусти меня, – пытается освободиться, но алкоголь не дает ей этого сделать. – Лука, – дует губы на манер гламурных шлюх. – Я больше так не буду. Ну прости-и-и меня, – пьяно хлопает ресницами. – Но нам было весело, – улыбается.

Краем глаза замечаю движение. Янка, бледная как мел, вышла из туалета и тут же осела по стене.

– Пиздец! – швыряю на диван Ленку, подлетаю к Яне, подхватываю на руки.

Волосы перепачканы рвотой, от нее несет бухлом и… моей туалетной водой. – Вы теперь точно со мной не расплатитесь! Обе!

Тащу свою белку в ванную. Она что-то невнятно бормочет. Сажаю ее прямо в одежде в поддон. Открываю холодную воду. Визгом резануло слух. Она попыталась подняться, но соскользнула обратно. Ударилась копчиком. Сидит, ревет.

Делаю воду теплее, наслаждаясь стуком зубов этого рыжего недоразумения.

Решив, что с нее достаточно и она больше не воняет, вытащил. Сжал зубы. Раздеть ведь надо. Куда ее мокрую в кровать?

Ну Терентьева! Чтоб я еще хоть раз. Да ну его нахуй!

Снял с Янки мокрые шорты, придерживая ее одной рукой, чтобы не грохнулась. Там мои любимые трусы с котятами. Ар-р-р! Они тоже мокрые.

Хрен с ними. Потом. Облепившая стройное тело футболка шмякнулась на пол. Мысленно сказал: «Спасибо» за спортивный лифчик, обнаружившийся под ней.

Подхватил малую на руки, вынес в гостиную.

– Лена.

Тишина.

– Лена!!!

– М? – блондинка оглянулась.

– Подними свою бухую задницу и помоги мне, если хочешь уйти отсюда живой.

Посадил Яну на кровать. Ленке поставил задачу раздеть девчонку и уложить в постель. Та пару раз грохнулась, но задачу выполнила, продемонстрировав мне Яну под одеялом и ее белье у себя в руках.

– Я могу лечь здесь, – пьяно улыбается Терентьева.

– Перебьешься. Я своими женщинами не делюсь, – напоминаю подруге. – Ты спишь на диване, – вытолкал ее из спальни. – Отрабатывать все вот это, – обвел рукой бардак. – Будешь утром.

– И давно она стала твоей? – Лена укладывается на диван, сворачивается калачиком.

– Это по умолчанию, – вырубил свет, ушел к себе.

Десять минут, и я снова в спальне своей белки. Смотрю, как она сладко сопит, разметав по подушке мокрые красно-рыжие волосы. Одеяло сползло, дразня меня темным торчащим соском. Укрыл Янку по самую шею.

Сел на край кровати, погладил пальцами по щеке.

Не для меня девочка, но она взрывает меня изнутри красочными фейерверками, вызывая целый спектр желаний: мне хочется придушить ее, защитить даже от самого себя и жестко трахнуть, чтобы орала не песни знаменитых музыкантов, а моё имя, задыхаясь от оргазма. Я почему-то уверен, что она именно такая. Огненная.

Наклоняюсь к ее губам. Замираю в паре сантиметров. Одергиваю себя, убеждая, что я так ее хочу просто потому, что нельзя, может чтобы брату насолить. Представляю, в какой он будет ярости, когда узнает, что я поимел его дочь.

Так и не коснувшись ее бледных после ледяного душа губ, ушел к себе. Включил фильм на ноуте, но мысли все равно плавно перетекают туда, в соседнюю комнату. И тут мне в голову пришла отличная мысль. Надо сделать так, чтобы Яна сама ко мне пришла. Это теперь моё личное правило. Ведь если придет, значит хочет, значит можно взять и осуществить все свои совсем не тайные желания. Или наказать ее… удовольствием.

Глава 12. Что вчера было?

Яна

Меня тошнит. Сильно. Кровать подо мной ходит ходуном, укачивая еще сильнее. Голова кружится, будто я только спустилась с карусели. Пить хочется просто ужасно. Дышу носом, чтобы снять неприятный приступ, и на какое-то время помогает.

Что вчера было? Я очень плохо помню. В памяти образовалась еще одна дыра, но постепенно ее стали заполнять кусочки воспоминаний. Мы смотрели фильм, кажется, это была комедия. Много смеялись, что-то готовили.

При мыслях о еде снова стало плохо.

Я с дуру ляпнула, что никогда не пила алкоголь, и Лене захотелось это срочно исправить. Она залезла в бар, нашла там ром, сказала, что это самое дорогое, что здесь есть, и откупорила бутылку. Почему нам нужен был именно самый дорогой алкоголь из коллекции Луки, я так и не поняла, но девушка заверила, что именно так и надо начинать пить.

Яркий свет больно резанул глаза. Дверь открылась, в спальню вошел Лука с тазиком и бутылкой воды. Не знаю, за что я сейчас благодарна ему больше, но едва он поставил пластикового друга на пол, я перекинулась через край кровати, освобождая и так почти пустой желудок.

– Почему так плохо? – хрипло застонала.

– Пей, – он поднял мою голову, намотав на кулак волосы, протянул открытую бутылку. – Чем больше, тем лучше.

Послушно пью, но вода тут же просится обратно. Стыдно смотреть ему в глаза. Отвратительное зрелище для мужчины. Теперь Лука будет смотреть на меня с отвращением.

Вторая половина бутылки перестала из меня выливаться. Я с жадностью сделала несколько глотков, устало опустилась на подушку. Одеяло сползло, а под ним у меня ничего!

– Блин, – пискнув, натянула его по самый подбородок. Чувствую, как от смущения горит все тело, а этот сероглазый гад смотрит на меня так, что хочется вообще провалиться. – Я больше не буду пить, – говорю севшим напрочь голосом. – Это ужасно.

– Судя по тому, что творится в моей квартире, вчера ты думала иначе, – его тон проходит ледяными мурашками по коже.

Кутаюсь в одеяло сильнее стараясь не думать, кто меня вчера раздевал.

– За эту выходку вы обе будете наказаны. Особенно ты.

– П-почему? – запнулась от негодования.

– Потому что снова нарушила правила! – рыкнул Лука. – Поднимайся. Уборку вчерашнего пиздеца никто не отменял.

Я зажмурилась. Мне правда стыдно. За то, что напилась, за бардак, если он там есть, за то, что меня вырвало у него на глазах, и я здесь абсолютно голая. На последнее мужчине совершенно плевать.

Вспоминаю двух женщин, что видела с ним. Обе яркие, фигуристые, Большая грудь, широкие бедра, выдающаяся попа. Как говорится, есть за что ухватиться его большим сильным рукам.

А я? Худенькая, сколько не ем. Девчонки еще в старшей школе изнуряли себя диетами, а я, наоборот, всегда хотела набрать хотя бы пять килограмм. Подкладывала поролон в лифчик в восьмом классе. Помню, как было стыдно, когда после урока физкультуры он съехал. Я тогда неделю дома пряталась, папа еле уговорил вернуться на занятия.

Лука ушел, предоставив мне возможность подняться. Свое нижнее белье нашла на полу. Оно влажной кучкой лежит у кровати. Что мы вчера такого делали?

Оделась, вышла в гостиную. Помятая Лена с небрежно собранным хвостом медленно двигается по кухне. Девушка махнула мне рукой в знак приветствия. Лука сидит на диване с ноутбуком. Стараюсь быть для него незаметной разглядывая тот, как выражается мужчина, пиздец, что мы натворили. Другого слова, пожалуй, не подберу даже я, отличница по русскому и литературе.

Сначала прибралась в своей комнате. Зашла в ванную и на полу обнаружила вторую часть вчерашней одежды.

– Кто меня раздевал? – шепчу Лене.

Девушка, морщась от головной боли, кивнула в сторону Луки.

– Кошмар, – снова спряталась в ванной, чтобы запустить стирку.

– Это ты очень мягко сказала, – слышу его обманчиво спокойный голос. – Это же надо было так нажраться, что даже ледяной душ не помог.

– Был еще и душ, – шепчу себе под нос, надеясь, что Лука не услышит. – Надеюсь не с ним.

Я вернулась в гостиную и по его довольной роже прочитала ответ на свой вопрос.

– Нет, – даже головой помотала, словив очередной приступ тошноты и головокружения. – Ты не посмел.

– Почему? – улыбается. – Ты была в таком состоянии, что с тобой можно было делать все, что угодно.

– Прекрати ее пугать, – Лена закатила глаза и кинула в мужчину тряпкой. – Не трогал он тебя. В душ засунул ледяной, да потом снял мокрые шорты, а белье я снимала, он даже не смотрел.

– Весь кайф обломала, – усмехнулся Лука, не сводя взгляда с моих красных щек.

– Придурок! – обиделась.

– За языком следи, – злое в ответ. – Иначе я найду ему другое, более приятное для меня применение!

Стушевалась и активнее, насколько это возможно в моем состоянии, принялась за уборку. Спорить с ним, особенно когда виновата, не хочется. Сейчас хочется только лечь и умереть часов на двенадцать, только кто мне позволит?

Ближе к вечеру, когда вся квартира была выдраена даже там, где и так было чисто, Лука повез Лену домой, а у меня появилась возможность лечь. К неутихающей головной боли добавились гудящие ноги. Я с трудом добралась на них до душа, привела себя в порядок и рухнула на кровать поверх покрывала.

Когда мужчина вернулся, я даже не отреагировала. Свинцовое тело никак не желает шевелиться, веки слипаются, но уснуть тоже не получается.

– Завтра поедешь со мной, – он заглянул ко мне в комнату. И снова без стука! – Оставлять тебя дома опасно для моего жилья. Есть риск остаться без него.

Глава 13. Обратный отсчет

Лука

– Слушай меня очень внимательно, – застегиваю ее кожаную куртку по самое горло. – Ты делаешь все, что я скажу, как я скажу и в ту же секунду. Тебе ясно?

Молчит.

– Игры закончились, Яна. Пора взрослеть.

Взял большую спортивную сумку, запер дверь, подтолкнул девушку вперед. Мы вышли на паркинг.

Осмотрелся по сторонам, пошел к своей машине.

– Да, прикинь, такое у меня тоже есть, – усмехнувшись, помог Яне подняться на высокий борт своей тачки. – Пристегнись, – сумку закинул на заднее.

– Куда мы едем? – рассматривает меня своими любопытными глазками.

– Забрать одного нехорошего человека у других нехороших людей, – свернул с основной трассы. Дворами будет быстрее и в камеры не палиться лишний раз.

– Зачем он тебе?

– Мне нужна информация, которую на данный момент я могу получить только у нее, – поясняю.

– Женщина? – удивленный взгляд с нотками ревности.

Приятно. Самолюбие ликует.

– Да. Что-то развелось баб вокруг меня в последнее время. Пора избавляться.

Янка аж рот открыла от возмущения, но, получив предупреждающий взмах руки, захлопнула его обратно.

– Прогресс, – похвалил ее.

Тачку бросил в десяти минутах быстрой ходьбы от нужной точки. Не хочу тащить девчонку с собой, но выбора нет. В машине оставить нельзя, в квартире тоже, потому что камера, фиксирующая вход в дом, засекла пару левых парней, очень профессионально закрывающих лица от обзора. Замок у меня, конечно, навороченный, но скрутить его как нехрен делать.

У пожарной лестницы достал из кармана черную непрозрачную полоску ткани.

– Повернись, – завязал ей глаза. – Если ты нас спалишь, мы отсюда не выйдем, – шиплю ей в ухо, раздувая дыханием рыжие волосы. – Веди себя как мышка и слушай, видеть тебе не обязательно, – коснулся губами мочки. Вышло случайно, но мне понравилось, как Яна вздрогнула. – Идем, бельчонок. Наведем шороху в этом улье.

Помог своему рыжему наказанию подняться на крышу. Положил ее так, чтобы не отсвечивала и при обстреле в нее бы не попали. После второго выстрела начнут искать снайпера и палить по всей округе, ибо страшно и жить очень хочется.

– Чтобы ни случилось, не смей подниматься, пока я не скажу. Поняла?

Смелая девочка кивнула. Ее волнение выдает лишь слегка участившееся дыхание и то это скорее от дискомфорта, что ничего не видно.

– Ни звука, Яна.

Распаковал любимую винтовку, установил, лег в нужную позицию, замер. В прицел так шикарно все видно. Как же я скучал по этому обзору. Смотрю на часы. Стрелки ритмично отсчитывают минуты до начала «спасательной» операции. Сомневаюсь, что Андриана будет рада такому спасителю, но мне по хер.

Женщина сегодня должна вернуться одна. У ее мужика встреча, а значит, минус два охранника. Итого пять вместо семи. Радоваться пока рано.

– Цени, Яна, насколько я усложняю себе жизнь ради твоей тушки, – ухмыльнулся уголками губ.

Послушная девочка молчит, как и было велено.

– А вот и Ада, – погладил пальцами ствол, быстро сконцентрировался. – Погнали!

Первый выстрел, точный в голову, пока машина еще на подходе, но среагировать уже не успеет, только вперед. Три секунды. Второй. Охрана у входа снята.

– Снайпер! – орет мужик, выскакивая из тонированной тачки. – Крыши! – рефлекторно пригибается, оставаясь у меня на виду.

Дебил! Кто ж так прячется?

Он не успел уйти за машину. Так и осел с огромными глазами, но меня взглядом поймать успел, сука. Сказать не успел. Шикарно.

Входную дверь в здание закрыли, окна занавесили, свет выключили. Ой, как страшно. Спрятались. Ага.

Ада сидит в машине. Я надеюсь, что она сидит в машине. Второго шанса подойти сюда у меня не будет.

Два оставшихся тела неплохо спрятались, не достаю. Смотрят по сторонам. Траекторию выстрела отследить они не успели. Нервируют, сволочи. Вроде вот они, вижу, но отсюда не грохну. Мешает контейнер и тачка. Можно через стекло, но грохну Аду, тогда все было зря. Жду ошибку.

Опытные. Панику не устраивают, в пустую не стреляют. И тут я охуеваю, потому что открывается дверь тачки. Из нее выходит Андриана с поднятыми вверх руками. К ней кидаются сразу оба охранника.

Выстрел.

Охранник остался один. Он роняет женщину на землю, тащит за машину.

Выстрел. Промах.

Твою ж!!!

Ладно. Отсюда все, что смог, я сделал.

– Здесь сиди. Не смей высовываться, – кинул Яне и бегом вниз. По дороге устроил в правой руке нож. Его пока хватит.

Показался из-за угла. Пригнулся, но чуть не успел. Пуля прошла по касательной, оцарапав плечо. Херня. Это мелочи.

Стойка.

Тип осмелел, понимая, что обстрела сверху больше не будет. Выставил лопатку, проверяя. Э, нет. Мне неинтересно. Покажи глазик. Он у тебя красивый, наверное.

– Выходи! – орет он.

Побежал уже! Уж лучше вы к нам.

Мужик начал нервничать, ведь на подмогу к нему не спешат. Делаем выводы. Срать им на Аду, ребенок гораздо ценнее. А это значит, что мне особенно нужно его забрать. То ли она снова решила мне помочь, то ли ей на асфальте лежать надоело, но Андриана поднялась на ноги, шагнула вперед. Тип с отборным матом развернулся, чтобы прижать женщину к борту тачки.

Мне хватило.

Перехватив нож рукояткой вперед, метнул его чуть в сторону, понимая, что тело сейчас развернется.

Бинго!

Крутанувшись в полете, нож вошел лезвием по самую ручку в висок козла, который так не хотел убиваться. Он даже не понял, что произошло. Просто упал.

– Лука! – Ада выскочила из-за машины. – Я знаю, что это ты. Надо вытащить Итана. Пожалуйста.

Вышел из своего укрытия, постоянно озираясь по сторонам. Отсчет времени в моей голове еще не закончен.

– Зайди вон туда, – кивнул на здание, за которым прятался. – Не высовывайся больше. Где держат ребенка? Сколько людей внутри? Быстро!

– Трое. Там сегодня трое. Но скоро прибудут еще. Он знает, что за нами следят. Держат в комнате справа на втором этаже. Она третья по счету.

– Помни, чтобы узнать у тебя то, что мне нужно, мне понадобится тридцать секунд. Это время от момента, как пуля войдет в твоё тело до момента, как ты сдохнешь.

Андриана рванула с места, скрылась за углом. Я вытащил из кобуры пистолет и как любой воспитанный человек вынес с ноги дверь.