Читать книгу "Секлетея. Восток"

Москва, январь 2005 года

В конце января в Москву пришли метели: Брюсов переулок засыпало почти по колено снегом, и немногочисленные прохожие протоптали на тротуарах узкие тропки. К подъезду Литиного дома и вовсе вели глубокие следы, так что дверь двигалась туго, приоткрывая лишь узенькую щелку. Это напомнило ей ранние 90-е годы, когда снег в Москве не чистили до весны. «Как же я тогда была счастлива. Я только сейчас это поняла: муж, сын, дом и работа учительницей в школе – вот где настоящее счастье. И никакой ответственности за коллективы людей, за сложный бизнес, за большие деньги. И никакого страха за завтрашний день». Она жалела, что не смогла вполне насладиться тогдашним семейным блаженством, а в ее суровом настоящем были и успех, и тщеславие, и власть, и деньги, да только не оказалось там места для простого человеческого счастья.

Марина ждала ее – она приготовила обед из трех блюд и накрыла стол в гостиной с белой скатертью и фарфоровой посудой. Хозяйка дома отметила сияющую чистоту во всех комнатах и сделала девушке комплимент.

– Какая же ты молодец, давно у нас не было этой «медицинской» чистоты: в последний раз такой порядок мы с Эви наводили дома перед Пасхой.

– Это я тебе благодарна: у меня теперь каждый вечер – праздник. Гуляю по улице Горького и Красной площади. Я всегда о чем-то таком мечтала!

– Я тоже иногда люблю прогуляться по переулкам старой Москвы: ведь это так напоминает детство и счастливые школьные годы.

– А я все время мечтаю о том, что однажды просто на улице встречу своего суженного, помнишь, как Маргарита встретила своего Мастера1111
  Герои произведения М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита»


[Закрыть]. У тебя так бывает?

– К сожалению, нет! Во время своих прогулок я погружаюсь в счастливые воспоминания: об отце, брате и о муже.

– Да, твой Максим был идеальным мужчиной. Я до знакомства с ним вообще думала, что таких мужчин не бывает.

– А как у тебя с Ярославом? Вы встречаетесь?

– Сейчас уже нет: у нас были вялотекущие отношения примерно в течение семи лет, которые закончились пустотой. Ничего он для меня не сделал: семью мы не создали, он даже меня на хорошую работу не устроил. Так, поматросил, да попользовал.

Лита заметила на глазах девушки слезы и решила приободрить её.

– Не горюй, все еще наладится. Прошлое изменить нельзя, а будущее нам неведомо. Надейся на лучшее, Бог милостив.

– Я уже стала подумывать, чтобы родить ребенка из пробирки – от анонимного донора.

Лита несколько напряглась: она не хотела обсуждать эту тему, но, сделав над собой усилие, приветливо улыбнулась.

– В какой клинике ты рожала? – продолжала свои расспросы Марина.

– Это частная клиника в Сестрорецке – там очень хорошие специалисты. Если надумаешь, то я тебя туда сосватаю. Но полагаю, у тебя есть еще год или два, сколько тебе лет?

– Мне в конце лета уже будет сорок! Очень жаль, что так быстро пролетела молодость.

– Марина, в сорок лет жизнь только начинается. А если ты родишь ребенка для себя, то твоя жизнь наполнится новыми яркими красками. А сейчас у тебя будет новая и интересная работа, и грустить станет некогда. Кстати, расскажи мне, пожалуйста, о моих поручениях.

– Я в «Статусе» просидела два дня: оформляла письма для акционеров и проследила за их отправкой. И еще, в пятницу поехала в «Полимед»: решила самолично отвести письмо для Михаила Грача.

– Как интересно, ну и что, передала?

– А его нет на месте. Знаешь, я представилась твоей помощницей, меня встретил Александр Солнцев: такой красивый парень. Он провел меня в кабинет, напоил кофе с шоколадными конфетами и даже налил рюмочку коньяка.

– О, да, Александр приятный мужчина. У тебя здесь в моё отсутствие началась светская жизнь, а ты грустишь! И где же Михаил?

– Александр сказал, что Михаил задерживается в Европе. У него там дела.

– Как это интересно. И когда же он вернется?

– Они его ждут после 25 января. А пока Александр его замещает.

– Хорошо. В таком случае я завтра переговорю с Александром и возьму билет до Питера. Я хотела встретиться с Михаилом, но если его нет, то и мне в Москве делать нечего. А ты пока выполни мои новые поручения. Нужно зарегистрировать в «Статусе» наш договор с Михаилом и оформить передачу мне десяти процентов акций. Ты это сможешь сделать по старой доверенности.

– Хорошо, как только провожу тебя, сразу поеду в «Статус».

– И еще. Я из Питера привезла документы. Во-первых, это твой договор с «Витафармой». Пожалуйста, подпиши его, и мы сразу же перечислим тебе аванс.

Марина взглянула на бумаги и просияла: это было документальное подтверждение её грядущего благополучия. Она, не читая, все подписала и вернула один экземпляр своей начальнице. Лита же в ответ заметила:

– Конечно, в договоре все правильно, но, Марина, тебе нужно читать и изучать такие важные документы.

– А я тебе верю во всем.

–Ну, хорошо, тогда последнее. Я привезла для Михаила Юрьевича выписку из реестра акционеров «Витафармы», согласно которой он стал владельцем двух процентов акций компании. Поработай еще раз почтальоном – передай эту выписку Михаилу лично в руки. И пусть он на копии распишется в получении. И назначь мне с ним встречу на следующую неделю, мне будет удобно в среду или четверг.

– Да хорошо, я все сделаю.

– А сейчас давай ложиться спать – я немного устала с дороги.

– Иди, ложись. Я все уберу и помою посуду.

Наутро Лита переговорила с Александром Солнцевым по телефону: он не сказал ничего нового. Сообщил, что бухгалтерия под его руководством закрывает год, и уточнил, что Михаила Юрьевича ожидают в пятницу.

«Отличный у Грача режим труда и отдыха, можно ему позавидовать. И подозреваю, что у «Полимеда» будут не очень хорошие годовые показатели!» – подумала она.

Потом она переговорила с матерью. Лидия Георгиевна собиралась на лечение в ведомственный санаторий, но к середине февраля обещала вернуться в Москву. На предложение дочери стать на год номинальным директором «Полимеда» она ответила согласием, тем более что Лита сразу сказала, что делать ничего не придется.

Она провела восхитительный вечер в компании Владимира, Барбары и маленькой Марты и во вторник утром поездом выехала в Санкт-Петербург.

Москва, февраль 2005 года

До Масленицы было еще далеко, но несмотря на это в начале февраля в обеих столицах установилась теплая весенняя погода: ярко сияло солнце и таял снег. Лита вернулась в Москву на машине: ее верный водитель Юхур на сей раз поселился в гостинице неподалеку. Марина встретила хозяйку с жирными блинами и наваристым борщем.

– Моя дорогая помощница, – с некоторой иронией отметила Лита. – Я очень ценю твои старания. Давай съедим эти блины и перейдем на здоровое питание. Овощи, фрукты, мясо и рыба – это то, что нам сейчас просто необходимо, особенно с учетом моего возраста. Да, и еще зеленые салаты с оливковым маслом и лимонным соком.

– Хорошо, с завтрашнего дня переходим на здоровое питание, а сейчас у нас борщ.

Лита отметила, что Марина с их прошлой встречи преобразилась к лучшему. Девушка постриглась, покрасила волосы в модные «перышки» и сделала французский маникюр. «Да, выплата аванса пошла ей на пользу», – подумала она.

– Ну что, ты была в «Полимеде»? Отдала документы?

– Да, была в прошлую пятницу. Михаил Юрьевич вернулся из отпуска. Документы я ему отдала, и вот, он мне подписал копию.

Марина протянула начальнице папку.

– Там еще документы из «Статуса». Они все оформили – у тебя юридически 55 процентов акций «Полимеда».

– Отлично, молодец, большое тебе спасибо.

Девушка широко улыбалась и излучала счастье.

– Я рада, что ты в хорошем настроении.

– Да, я была в салоне красоты, потом у массажиста. И еще я записалась в бассейн – он здесь недалеко, в Среднекисловском переулке.

– Отлично, а что еще слышно из «Полимеда»?

– Там меня на выходе поджидала главбух, пригласила к ним в подвал чайку попить. Так вот, с её слов в «Полимеде» задержали выплату зарплаты за декабрь. Еще она сказала, что Михаил Юрьевич платежки подписал, но денег на всех не хватит.

– Да, новости неважные. Я что-то такое подозревала, поэтому привезла с собой договор займа между «Витафармой» и фрязинской компанией «Исток» – это фабрика «Полимеда» по производству фармацевтической продукции. Там на последнем листе договора есть их контактные данные, так что утром с ними созвонись и сразу же поезжай. Это на поезде с Ярославского вокзала.

– Да, поняла, а мне договор подписывать по доверенности?

– Нет, со стороны «Витафармы» он уже подписан и скреплен печатями. Обрати внимание директора на то, что заем предоставляется без выплаты процентов и на неопределенный срок. Если у контролирующих органов будут к этим позициям вопросы, то мы все отрегулируем дополнительными соглашениями. И проверь, пожалуйста, чтобы директор подписал каждый лист и заверил печатями листы с реквизитами. И еще – отдельно укажи ему на то, что заем целевой, только на выплату заработной платы.

– А если у них будут вопросы?

– Все запиши, я их позже отработаю и по возможности отвечу. Знаешь, не хочу с ними пока встречаться: возникло слишком много претензий к бизнесу «Полимеда», и у меня еще нет определенной позиции.

– А давно они без заработной платы?

– Со слов их бухгалтера – с ноября прошлого года. Не знаю, хватит им займа, или нет – но определенное облегчение конечно у людей наступит.

– Как это грустно, когда не платят зарплату!

– Да, – Лита выдержала паузу и крепко задумалась над текущими проблемами «Полимеда». – А знаешь, я завтра встречусь с Михаилом Юрьевичем. Может быть, что-то удастся решить в позитивном ключе. Организуй мне все это.

Утром новая хозяйка «Полимеда» не стала наряжаться, а также решила обойтись на этот раз без косметики. «Мне сегодня там не на кого производить впечатление: начинаются серые будни – нужно наводить порядок в бизнесе», – с некоторой горечью подумала она.

Михаил Юрьевич выглядел великолепно: глаза ярко блестели на смуглом от загара лице, а волосы были аккуратно подстрижены и тщательно уложены. Дорогой кашемировый свитер серебристого цвета, фланелевые брюки и узкие серые ботинки из крокодиловой кожи очень подходили ему, да и весь его облик свидетельствовал о сытости, беззаботности и желании утонченных наслаждений. Он как бы хотел сказать окружающим: «Ну, вот он я, Грач Михаил Юрьевич – красивый и успешный. Я достиг вершин в бизнесе, но эти новоявленные акционеры помешали на самом подъеме компании. Оставайтесь теперь с ней, с этой Секлетеей: посмотрим, что у нее получиться. Я, по крайней мере, предпочту в этой ситуации отойти в сторону».

Лита приехала вовремя, да и Михаил уже ждал её.

– Что вы будете: чай, кофе, бокал шампанского?

– Спасибо, попросите принести мне стакан воды.

– Хорошо, а я выпью немного вискаря.

– Как вы отдохнули, как была погода в Австрии?

– Отдохнул хорошо, на лыжах покатался, попутешествовал немного. Вы были в Австрии?

– Нет, я год назад провела почти месяц в Швейцарии – мне там очень понравилось.

– Отдыхали?

– Нет, обучалась бизнесу. Ну и поездила немного по стране.

– Я в Швейцарию тоже заезжал, был в Цюрихе – красивый город.

– Да, город великолепный.

Принесли воду и виски для Михаила, и Лита решила перейти к деловой части.

– Я хочу вас поблагодарить за то, что вы подписали документы, и мы теперь можем перейти к новой стадии сотрудничества.

– Вы назначили на 24 февраля выборы директора – хотите на мое место?

– Да, хочу сделать «Полимед» снова успешным и прибыльным.

– Ну, что же, в добрый путь, у нас с вами несколько разные понятия об успешности.

– Да, может быть. У меня есть несколько вопросов. В прошлом году проходили сделки с акциями «Полимеда» по цене примерно в десять раз выше рынка. Вы мне что-то можете об этом сказать?

– Я продал какое-то количество акций по высокой цене. Это не запрещено.

– Понятно, то есть это были ваши сделки.

– Да, по большей части, мои. Там еще знакомые продавали. А почему в 10 раз выше рынка? Это вы цены на акции уронили, а к концу года цены выросли. Знаете, биржевая цена – это та, которую инвесторы готовы заплатить.

– Да, я это понимаю. Меня как раз в Цюрихе учили, что цена определяется рынком. Спасибо за информацию, поздравляю вас с удачными сделками.

– А зря вы затеяли этот делистинг.

– Время покажет. Лично мне не нравятся мыльные пузыри. Они недолговечны и имеют обыкновение лопаться. И еще один вопрос. До меня дошли слухи, что в «Полимеде» задержка зарплаты. Это так?

– Технически да. Там бухгалтер не подписала у меня платежки в конце года, и поэтому произошла задержка. Я сейчас все подписал, и зарплата выплачена.

– А на предприятии «Исток»? Вы ведь обещали с ними рассчитаться.

– Я им перед Новым годом перевел средства, мы сейчас проверяем их – проводим аудит. Александр Солнцев как раз завершит эту работу к собранию акционеров.

– Как я понимаю, годовых балансов пока нет.

– Конечно, нет, еще рано. Да и к концу февраля ничего не будет. А что в «Витафарме» уже все посчитали?

– У меня были все цифры по «Витафарме» уже в конце декабря. Сейчас ведется техническая работа с бухгалтерским балансом, но баланс по управленческому учету у нас сводится каждый месяц не позднее трех рабочих дней.

– Как это может быть, Александр Солнцев говорил, что это невозможно.

– Я буду здесь внедрять эти технологии. Еще у меня вопрос по совету директоров. Вы согласны его возглавить?

– В принципе да, но я бы хотел до осени отдохнуть. Я с новой молодой подругой запланировал кругосветное путешествие – поедем на итальянском лайнере. Знаете, они предлагают великолепный маршрут из Венеции: Рим, Генуя, Марсель, Касабланка, Рио, Буэнос-Айрес, Антарктида, остров Пасхи. В общем, всего не перечислишь. Уеду в круиз на четыре месяца, а потом еще по Европе попутешествую. Я, видите ли, наработался уже и заслужил отдых.

– Да, понимаю. А на собрании вы будете?

– Не знаю, может быть, буду. А если нет, то оставлю Сергею Турову доверенность.

– Хорошо, большое спасибо.

Лита встала и стала откланиваться.

– Секлетея, я вам искренне желаю успеха. Если честно, я не верю в то, что вы справитесь. Там и в «Истоке», и в «Глории» все сложно.

– Я это уже поняла! Что же, благодарю вас за предостережение.

Михаил пошел её провожать, галантно подал пальто, вышел на улицу без куртки и открыл дверь машины. Лита улыбнулась уголками губ и попросила Юхура ехать домой. «Да, что-то он против меня задумал. Хорошо, что предупредил о том, что будет непросто. Ну, что-же, дорогу, как говорится, осилит идущий».

Она удивилась тому, что совсем ничего не чувствует: эта непростая встреча не вызвала в ней никаких эмоций! «Почему же я раньше так боялась проблем и неудач? Да, потому, что моя «Витафарма» – это драгоценное детище любимого брата Виталия – была в опасности! А что же сейчас? Обычный процесс слияний и поглощений: мне о нем подробно рассказывали профессора на лекциях в Швейцарии. Здесь просто бизнес и нет ничего личного!» – думала она по дороге домой.

Москва, 24 февраля 2005 года

Настал канун долгожданного дня внеочередного собрания. «Какое платье мне надеть? Как причесаться? Какие драгоценности лучше всего подойдут для этого знаменательного дня?» – размышляла Лита. Она в начале недели вернулась в Москву из Санкт-Петербурга, потому что хотела все тщательно подготовить. Вместе с ней в столицу пожаловали ее верные помощники – Екатерина Рогалина и Виктор Петрович Негурица, которым были предназначены разные роли в предстоящем гала событии.

Екатерина должна была вместе с Сергеем Туровым провести собрание и подготовить к подписанию юридические документы. То, что Секлетея предложит на должность генерального директора «Полимеда» Плетневу Лидию Георгиевну, держалось в тайне: даже Марина и Виктор Петрович были не в курсе. Планировалось, что Сергей откроет собрание, а далее она – владелица контрольного пакета акций – возьмет слово. Лита задумала кратко выступить: сообщить о текущих финансовых трудностях в компаниях, обосновать, почему она не может стать генеральным директором в сложившейся ситуации и предложить на эту должность Лидию Георгиевну Плетневу. За результаты голосования никто не волновался: пакет акций Секлетеи Красицкой в пятьдесят пять процентов был достаточен при любом кворуме. Впрочем, по слухам явка акционеров обещала стать высокой.

Потом, по мнению Литы, должна была выступить Лидия Георгиевна с тем, чтобы поблагодарить акционеров за доверие, а также сообщить о первом назначении Красицкой Секлетеи Владимировны на должность исполнительного директора «Полимеда». Далее уже Лита хотела поблагодарить Лидию Георгиевну, сообщить акционерам о необходимости проведения комплексного аудита в компаниях «Полимеда», а также предложить назначить годовое собрание акционеров на май. На этом Екатерина Рогалина должна была завершить собрание, затем оформить протокол о результатах голосования и передать бумаги в регистраторское общество «Статус» и налоговую инспекцию.

«Какой отличный план: если все пройдет хорошо, то справимся за час», – отметила Лита.

Виктор Петрович отвечал за работу с прессой. Марина за две недели уведомила «Коммерсант» и «Ведомости» о предстоящем собрании. Но Лита полагала, что могут прийти и представители других газет и журналов.

– Мы рады всем журналистам, – напутствовала она Виктора Петровича. – Собрание у нас рабочее: изменился состав акционеров и требуется некоторая оптимизация процессов «Полимеда». Никакого слияния не происходит: «Витафарма» остается независимой компанией. А до анализа результатов аудита мы ничего акционерам обещать не можем.

И так как финансовая ситуация в «Полимеде» была более чем неопределенной, не планировалось никакого дорогого фуршета. Марина отвечала за организацию чая, кофе, сока и легких бутербродов.

Лита хотела, чтобы ее и Лидию Георгиевну сопровождал Владимир. Она попросила сына надеть строгий темно-серый костюм, белую рубашку и лаконичный галстук. И больше ничего, никаких платков-паше и дорогих запонок – это просто рабочее собрание.

Уже наступил вечер среды, все планы были многократно оговорены, а Лита так и не могла решить, что ей завтра надеть. «Что я хочу? Легче сказать, чего я не хочу! Не нужно завтра выделяться, но и серой мышью выглядеть не стоит. Я уже не учительница английского языка в школе – у меня теперь иная роль. Яркие цвета – красный, королевский синий, бирюзовый завтра неуместны, а офисный серый и бежевый скучны. Скоро весна – пробуждение природы, золотое солнце и голубое небо. Нужно завтра соответствовать переменам времен года!»

Она достала из гардероба платье-футляр теплого желтого цвета, ботильоны цвета какао и клатч тоном чуть темнее платья. «Чего-то здесь не хватает!» Лита вспомнила, что очень давно, во времена СССР Анна Александровна подарила ей янтарную брошь в форме скорпиона. «А ведь это мой знак по гороскопу – будет очень символично». Она перетряхнула шкатулку с драгоценностями и достала уже ставшую раритетной брошь. «Сколько же ей лет? Мы были в Литве летом после смерти отца. Почти тридцать лет прошло». Лита с любопытством рассматривала латунные лапки и маленькую головку, которую неизвестный советский художник наклонил чуть в сторону. Тельце скорпиона было янтарным с вкраплениями доисторических растений. Она приколола брошь к платью и осталась довольной получившимся ансамблем. «Надену простые золотые серьги, которые мне подарил Максим на годовщину свадьбы, а колец и вовсе завтра не нужно». Вдруг ей захотелось выглядеть женственно – ведь она молодая мама четырехлетнего сына! «Не буду делать вдовий пучок, просто соберу распущенные волосы черепаховой заколкой. И нужно пораньше лечь спать – завтра важный день».

Лидия Георгиевна и Владимир утром были точны – они появились в квартире в Брюсовом переулке один за другим чуть раньше десяти. Лита предложила им маленькие чашечки кофе по-турецки, сваренного в медной турке, а потом все по традиции посидели на дорожку. Александр Солнцев встречал гостей на улице и, завидя знакомый мерседес, подошел, чтобы помочь своей новой начальнице выйти из машины. К его удивлению, красивый стильно одетый молодой человек, сидевший впереди рядом с водителем, ловко открыл заднюю дверь и подал руку Лидии Георгиевне. Александр бросился на помощь, но не успел: Лита уже вышла из машины. Он поприветствовал её лучезарной улыбкой и нежно взял под локоток.

– Секлетея Владимировна, сегодня я особенно рад видеть вас.

– Доброе утро, – сдержанно ответила Лита. – Хочу познакомить вас с моими спутниками: Лидию Георгиевну, полагаю, вы знаете. А это мой старший сын Владимир.

Александр с любопытством рассматривал юношу. «Сколько же ей было лет, когда она родила своего первого ребенка? Да, какая необычная и таинственная женщина!» – подумал он.

– Сразу хочу вам сказать, что Михаил Юрьевич в начале недели вылетел в Италию и отправился в кругосветное путешествие. Так что мы вряд ли увидим его в «Полимеде» до лета. Но он оставил мне доверенность и сказал, чтобы я голосовал на собрании по своему усмотрению.

– Да, он мне говорил о своих планах во время нашей последней встречи. А где ваш юрист?

Лита не смогла произнести фамилию и имя Сергея Турова: она вдруг вспомнила Балчуг и ту их нечистоплотную попытку слияния компаний.

– А Сергей в актовом зале, там с ним ваша юрист из «Витафармы». У нас все идет по плану.

Лита и Лидия Георгиевна зарегистрировались и получили бюллетени для голосования. Тут, как из-под земли, рядом с ними появился Моисей Яковлевич Прудонский, одетый в богатый суконный костюм ручной работы. Лита заметила, что он поседел, постарел и прирос к земле со времени их последней встречи, но сшитый точно на него костюм придавал пожилому мужчине лоск и шик. Лицо Моисея Яковлевича излучало важность и значительность, он церемонно поцеловал руки женщинам, поздоровался и похлопал по плечу Владимира.

– Секлетея Владимировна, познакомьте меня с вашей спутницей.

– Это Плетнева Лидия Георгиевна. Я вас приветствую, Моисей Яковлевич.

Она нежно поцеловала старика в щеку, а свидетели этой искренней семейной сцены могли подумать: «Ну что же, власть меняется. Теперь «Полимедом» будут управлять эти достойные люди, которых связывают теплые и доверительные отношения. Может быть, все у нас с акциями и наладится!»

Подошел Виктор Петрович: он галантно взял под руку Лидию Георгиевну и повел её в зал.

– Я Виктор Петрович. А вы Лидия Георгиевна – мне Секлетея Владимировна про вас рассказывала.

Лидии Георгиевне было приятно внимание моложавого мужчины, заместителя её дочери, и она с готовностью пошла вместе с ним.

Лита проследовала под руку с Владимиром и заметила восхищенные взгляды, обращенные на них. Возле стола президиума их поджидала Екатерина Рогалина.

– Секлетея Владимировна, пока все идет по плану. Мы готовы, а никто из присутствующих ни о чем не догадывается.

– А как у вас с Сергеем?

– Все нормально. Ведь, не смотря ни на что, Сергей – профессионал. Он все понимает, хотя ситуация ему явно не симпатична.

– Хорошо, начинаем ровно в одиннадцать. Завтра мы с вами и Виктором Петровичем поедем во Фрязино на предприятие «Исток», и это нужно еще обсудить. А сразу после собрания приглашаю вас ко мне на обед: Марина приготовила нечто грандиозное. Она даже свою подругу привлекла в помощь – хлопочет сейчас там у меня на кухне.

– О, большое спасибо за приглашение. У вас всегда обед лучше, чем в дорогом ресторане.

Все шло по плану: Сергей предоставил слово Красицкой Секлетее Владимировне. Лита вышла на трибуну, Екатерина включила проектор, а Виктор Петрович раздвинул подвешенный на стене экран. Акционеры переглянулись, они никак не ожидали, что будет доклад, да еще и с иллюстрациями.

Лита поприветствовала аудиторию и начала говорить от себя и без бумажки.

– Как вы, может быть, знаете, 31 декабря мы с Грачом Михаилом Юрьевичем подписали соглашение, у меня теперь контрольный пакет акций «Полимеда» – 55 процентов. Я владею этими акциями через компанию «Витафарма», а также у меня в доверительном управлении находится 10 процентов акций «Полимеда» Плетневой Лидии Георгиевны.

По залу пронесся шепот: для многих эта новость была как разорвавшаяся бомба.

– Сегодняшнее собрание проводится по моему настоянию. Хочу вам сказать, что у меня, как и у вас, нет финансовых показателей по предприятиям «Полимеда», они появятся чуть позже: срок сдачи бухгалтерского баланса – 31 марта. Но я, как держатель большого пакета акций, посетила предприятие «Исток». К сожалению, должна сообщить акционерам не очень позитивные сведения: на предприятии допущена задержка по выплате заработной платы. Моя компания «Витафарма» предоставила заем «Истоку» и погасила задолженность. Посмотрите, на слайде я демонстрирую вам договор беспроцентного займа, а также имеющиеся в моем распоряжении пять жалоб в трудовую инспекцию. Данный вопрос мы решили, компания «Исток» заплатила штраф за задержку заработной платы.

Акционеры стали недоуменно переглядываться и загудели: было видно, что они не довольны. С мест слышались выкрики: «А где же Грач?», «Подайте нам Грача!»

– Понимаю ваше возмущение. Я тоже, как и вы, могу потерять деньги. Но в этой непростой ситуации лично я настроена позитивно. Мы завтра большой командой выезжаем во Фрязино на фабрику «Полимеда» и начнем там работы по аудиту и реструктуризации. Здесь со мной известная среди предпринимателей Санкт-Петербурга юрист Екатерина Рогалина. Так вот, она может предоставить пояснения по юридическим угрозам для потенциального руководителя: риски касаются возможной дисквалификации по решению суда на срок от одного до трех лет.

Гул в зале усилился. Лита уже явственно чувствовала на себе волну возмущения и отрицательной энергетики обманутых акционеров.

– Дорогие акционеры! Давайте будем соблюдать спокойствие! Мы здесь для того, чтобы решить возникшие проблемы и максимально хеджировать риски. Хочу также проинформировать присутствующих, что согласно обмену ценными бумагами между «Полимедом» и «Витафармой» у многих из вас имеются акции моей Санкт-Петербургской компании «Витафарма», и я, как её руководитель, имею обязательства перед вами. Заверяю вас, что в «Витафарме» все отлично – в этом году будут щедрые дивиденды. В то же время я хочу быть честной с вами: «Полимед» для меня в настоящий момент – это черный ящик. И не знаю, что нам всем с вами здесь можно ожидать и с чем мне придется столкнуться в ближайший год.

Зал был близок к отчаянью. Группа акционеров, окружавшая Моисея Яковлевича, что-то жарко обсуждала. Мужчины эмоционально жестикулировали и выглядели неважно. Сергей Туров демонстративно вышел из зала, а один из новых акционеров громко произнес: «Что здесь происходит? Когда в руководстве был Грач – все было отлично. А сейчас пришла эта женщина, и что теперь? Мы что, потеряем наши деньги?!»

Лита дала залу выговориться: на мгновение ей все это действо напомнило эпизод из знаменитого фильма «Гараж»1212
  Известный фильм Эльдара Рязанова, снятый в 1979 году о советской действительности


[Закрыть]. Она ждала, что сейчас на сцену выскочит «директор рынка» и сдержанно улыбалась. Между тем зал постепенно успокоился, и она решила продолжать.

– Уважаемые акционеры, большое спасибо, что внимательно выслушали меня. Я предлагаю избрать генеральным директором компании «Полимед» Плетневу Лидию Георгиевну, бывшего депутата Государственной думы. У неё имеется огромный опыт руководства различными коллективами, и я считаю, что её репутация и связи смогут защитить «Полимед» в ближайший год, пока я со своей командой не наведу здесь порядок.

Зал молчал, было слышно дыхание людей с последнего ряда. Согласно тщательно продуманного сценария на сцену вышла юрист «Витафармы», которая своим фирменным доброжелательным поведением успокоила волнующийся зал.

– Уважаемые акционеры, меня зовут Екатерина Рогалина. Я помогаю Сергею Турову проводить сегодняшнее собрание. Секлетея Владимировна внесла предложение, давайте голосовать. Напоминаю, что голосуем бюллетенями, которые вам выдали при регистрации.

Екатерина перелистнула слайд презентации.

– Перед вами на экране бюллетень Секлетеи Красицкой. Она уже проголосовала за Лидию Георгиевну: у нее 55 голосов и этого достаточно для избрания госпожи Плетневой Генеральным директором «Полимеда». Но для нас важны все голоса. Пожалуйста, голосуйте.

Марина бегала с урной по залу и собирала бюллетени. Между тем Екатерина продолжала собрание.

– Я хочу предоставить слово Плетневой Лидии Георгиевне, генеральному директору компании «Полимед».

Лидия Георгиевна вышла к трибуне. Женщина держалась прямо и уверенно, её глаза блестели. Она вновь почувствовала уже несколько подзабытую с момента отставки энергию обожания зала и то особенное удовольствие, которое ей всегда давала власть над людьми. Она выдержала паузу, дождалась тишины и, профессионально взглянув на первые ряды, начала свое выступление.

– Дорогие товарищи! Позвольте мне поблагодарить вас за доверие, я приложу все силы, чтобы его оправдать.

В зале раздались редкие аплодисменты. Лидия Георгиевна вновь выдержала паузу, открыла папку и достала оттуда документ. Екатерина Рогалина повторно заменила слайд.

– Позвольте мне проинформировать акционеров о моем первом назначении в компании «Полимед». Итак, приказ номер один от 24 февраля 2005 года: назначить Красицкую Секлетею Владимировну исполнительным директором компании «Полимед».

Зал молчал, и Лидия Георгиевна профессионально закончила свою речь.

– Дорогие товарищи! Вчера был день защитников отечества, позвольте мне от всей души поздравить с праздником наших дорогих мужчин.

Раздались аплодисменты и люди заулыбались. Лидия Георгиевна покинула трибуну: она была довольна сегодняшним выступлением – это напомнило ей о череде таких же собраний, да и о её безвозвратно ушедшей молодости.

Екатерина Рогалина стала завершать встречу.

– Я хочу от имени новой дирекции «Полимеда» поблагодарить всех за работу. В холле накрыты столы – чай, кофе, сок и бутерброды.

Мужчины начали сокрушаться о том, что после такого напряжения нужно бы и расслабиться, но Екатерина улыбалась и их реплики не комментировала. Потом она подошла к Моисею Яковлевичу и прошептала: «Уходим по-английски. У меня здесь вторая машина с водителем. Едем в Брюсов переулок на обед – там уже все накрыто. И урну с собой берем – бюллетени посчитаем по дороге».

Екатерина пригласила к себе в машину еще и Марину, а Виктор Петрович поехал с Литой. По дороге они пересчитали голоса: за Лидию Георгиевну проголосовало 80 процентов акционеров, и это было отличным результатом.