Читать книгу "Песня про великую Россию. Рассказ"

Черепаха
Сборник рассказов
Елена Саморядова

© Елена Саморядова, 2017

ISBN 978-5-4485-1830-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Встреча в офисе

Раньше в этом здании располагалось посольство. Посольство хорошо охранялось и было очень заметным в будние дни, когда рядом с ним толпились напряженные люди с пластиковыми папками. С лицом человека происходят прекрасные вещи, когда он любит, радуется или искренне тронут чем-то, но когда он фотографируется на паспорт или визу… Такие фотографии лучше прятать в пластиковые папки и никому без особой нужны не показывать. Потом посольство переехало, но его старое месторасположение осталось в памяти тысяч и тысяч сфотографированных граждан, которые получили визу, несмотря на фото.

Теперь в этом здании размещались офисы. На втором этаже в офисе номер 8 крутилось и вертелось ООО «Лав Дирекшн», оказывающее населению услуги по организации корпоративных праздников. Пока большая часть сотрудников ланчевала в ближайшем кафе, Лиля вернулась в офис с салатом на вынос. В офисе ее ждал голодный Миша, для него она принесла чипсы. Миша давно вырос, окреп и возмужал, но все еще предпочитал еду, которую ему запрещали есть в детстве.

Когда клиенты собирались на встречу в офис, им говорили, что он находится в здании, которое раньше занимало посольство, и этого оказывалось достаточно. Обычно все знали, куда ехать. Но в этот раз Лиле пришлось подробно объяснить, как лучше добраться, какие ориентиры были рядом и даже какого цвета здание. Этих клиентов Лиле нашла мамина сестра, тетя Инна. Лиля договорилась с ними по телефону. Голос на том конце был детский, словно бы она имела дело с совсем еще девочкой. Лиля работала менеджером проектов, получая фиксированный оклад плюс проценты с заказа. Последние полгода количество ее клиентов становилось все меньше, а не так давно они пропали вообще, поэтому Лиля не стала возражать, когда новые клиенты предложили пересечься в обед. Однако это выбило ее из колеи. Она предпочитала работать по расписанию.

У Миши на модном свитере с детским рисунком красовалось крупное влажное пятно. Он сел за стол, чтобы его было не так видно.

– Кофе пролил, – расстроено сказал Миша.

– Ты его замыл?

– Да, но все равно.., – он закрыл пятно рукой.

Лиля открыла упаковку с совершенно безобидным на вид овощным салатом, скрупулезно осмотрела его и даже понюхала:

– Они будут через 15 минут.

– Наверное, не высохнет, – покачал головой Миша.

– Что?

– Свитшот, – он потрогал пятно.

– Да, вряд ли.

Миша тяжело вздохнул. Лиля сунула ему свой салат под нос:

– Понюхай.

– Зачем?

– Мне кажется, он как-то не так пахнет…

Миша понюхал:

– Не знаю, вроде нормально.

– А если я съем и отравлюсь?

– Чипсов хочешь? – Миша протянул ей открытый пакет, над которым клубился искусственный туман ароматизаторов, идентичных натуральным.

– Нет, спасибо.

Лиля понюхала свой салат еще раз и, закрыв упаковку, вышла из кабинета, чтобы положить его в холодильник. Холодильник занимал едва ли не половину маленькой офисной кухни.

– Тебе кофе сделать? – крикнула она оттуда.

– Нет! – Миша поморщился.

Лиля вернулась, держа кофе, и, снова посмотрев на часы, села.

– Ненавижу корпоративы, – Миша захрустел чипсами, задумчиво глядя в окно. Шаги людей на улице смешивались с пением птиц, но под этими мирными звуками где-то далеко выла скорая помощь.

Было солнечно, апрель, и мысли путались оттого, что впереди еще целое лето. Лиля заметила, что у Миши под смешным свитером широкие плечи.

– Почему ненавидишь? – спросила она.

– Да много почему. Нажираются все, блюют, дерутся, трахаются друг с другом. Какой бы я им сценарий не написал, всегда одно и то же. И посмешнее еще все время просят, а знаешь, что им смешно?

– Что? – Лиля жмурилась на солнце, с удовольствием потягивая кофе.

Миша подошел и засунул ей в кофе палец.

– Ты что делаешь?!

– Вот это смешно.

– Ты мог просто сказать?!

Миша резко засунул палец в рот.

– Обжегся?

Миша кивнул.

У Лили зазвонил телефон. В то же время сработал сигнал домофона, который использовали в целях экономии, вместо полноценной охраны. Лиля посмотрела на экран: звонила мама. Лиля не стала отвечать, решив перезвонить позже. Миша нажал кнопку домофона, чтобы впустить пришедших.

– Может, эти наши клиенты все-таки какие-то другие.., – Лиля стряхнула чипсинку с мишиной бороды.

– Да какие другие, они все одинаковые.

Дверь в офис открылась. На встречу Лиле и Мише вошла пара инопланетян. Выглядели они, как две большие длинные сопли: желтовато-зеленые, влажные, той же консистенции. Ни рук у них не было, ни ног, ни головы, ростом под два метра, они передвигались по полу, оставляя за собой мокрые следы. На макушках пришельцев красовались миниатюрные красные круглые штуки, один в один клоунские поролоновые носы.

Инопланетяне прибыли, буквально, вчера, посадив космический корабль в самом обычном дворе, окруженном жилыми домами. Стоило им выйти, как бабушки, сканирующие двор со стратегической скамейки в центре, обозвали инопланетных гостей проститутками, а дети стали бросать в них камни, чтобы посмотреть, как камни пролетают их влажные струящиеся тела насквозь. Люди, к которым они подходили, чтобы представиться и наладить контакт, шарахались от них, как от огня, принимая за распространителей косметики и альтернативных религиозных взглядов. Пока пришельцы вот так безрезультатно ползали по микрорайону, их космический корабль забрали на свалку.

В какой-то момент гости Земли забрели в парк, где рассыпчато звучали птицы и деревья тянулись вверх, к звездам. Здесь было много детей и собак, и люди, гуляющие с ними, в целом, выглядели более внимательными. Однако даже они остались равнодушны к инопланетянам, не придав их появлению никакого значения. Этих землян волновали разве что густые мокрые следы, которые оставались от слизистых инопланетных тел. Вот за это пришельцы получили несколько замечаний от мам, испачкавших в них колеса своих колясок, и собачников, чьи питомцы с чавканьем наступали в сопливые полосы лапами. Но все-таки именно в парке инопланетянам улыбнулась удача. Тетя Инна, гулявшая одна, в мыслях которой прожитая жизнь набухала слезами, как почки на деревьях, заметила их. Она тут же забыла про мужа, с которым недавно развелась, выросших детей, живущих своей жизнью, маленькую пенсию и болезни. Пришельцы поразили тетю в самое сердце. Инна любила сирень и каждый год ждала, когда же она зацветет, но даже от красоты первой сирени у нее не перехватывало дыхание так, как в тот миг, когда она увидела желтовато-зеленые мягкие тела инопланетян. Вместе с ними, в жизнь тети вошло нечто чудесное, пролившее новый свет на все ее существование. «Я не одна! – осознала она. – Мы не одни!» На глазах Инны выступили слезы, и она не сразу смогла поприветствовать инопланетных гостей. Однако они и так ее поняли: по влажным следам на щеках.

Выслушав жалобы пришельцев, тетя Инна посоветовала им обратиться к землянам на привычном языке. И даже дала им телефон племянницы, хорошо разбирающейся в этом вопросе.

– Здравствуйте! – сказал один из инопланетян голосом девочки лет семи. Лиля узнала его. Именно с ним она разговаривала по телефону. – Мы к Лиле.

Второй пришелец промолчал.

Лиля выступила вперед.

– Здравствуйте! Это я. Пойдемте в переговорную.

На одном из столов лежал забытый пакет с потной мятой одеждой для фитнеса. Лиле стало неудобно, что гости его видят. Но убрать пакет вовремя она не сообразила, и теперь корила себя за эту оплошность. Клиенты были новые, и она горела желанием произвести на них серьезное впечатление. Если бы ее спросили сейчас, какого они цвета, Лиля бы не ответила. Она видела в инопланетянах только деньги, которых ей так не хватало и по которым она даже начала тягостно скучать, как скучают по родным, находясь в далеком краю. Из опенспейса, где размещались рабочие места сотрудников, Лиля привела гостей в переговорную.

Шедший позади всех Миша, засмотревшийся на полностью влажные тела инопланетян, наступил в слизь, которая от них оставалась, и теперь чувствовал, что нога сильно промокла, и в обуви хлюпало. Миша старался идти так, чтобы не хлюпало, но хлюпало все равно, и он даже покраснел, сознавая, как не круто выглядит.

В переговорной пришельцы остались стоять, Лиля и Миша сели в кресла.

– Хотите чай, кофе? – спросила она.

– Нет, – ответил инопланетянин, говорящий голосом девочки. Второй снова промолчал.

– Тогда давайте начнем. Какой корпоратив вы хотите? – Лиля открыла рабочий блокнот и щелкнула ручкой.

Повисла пауза. Миша, наклонившись, посмотрел под стол на свою промокшую ногу, тайно надеясь, что она уже высохла.

– Миша! – прошипела Лиля, глядя на него с осуждением.

– Все-все, – Миша резко выпрямился.

Ночь пришельцы провели, слипшись в одну бесформенную массу, у той самой женщины из парка, а утром, стоило им только разлипиться, она посадила их на автобус, который шел к свалке. Автобус был полон, и ехали они тесно. Инопланетян окружали сонные злые пассажиры, пассажиры терлись об них, толкались, а один студент даже заснул, удобно утопив голову в мягком инопланетном теле.

На свалке их космический корабль бросили у подножья мусорной горы. Корабль походил на валун, скатившийся с вершины. Даже бомжи обходили его стороной, не интересуясь.

Пролетая на возвращенном корабле над городом – не высоко, так, чтобы можно было отыскать дорогу к бывшему посольству – пришельцы то и дело наблюдали восторженные лица людей, снимавших их корабль на видео и делавших фото. Люди думали, что это какой-то новый прикол, и спешили поделиться им в социальных сетях. Космический корабль инопланетян совсем не походил на космические корабли, которые люди выдумывали, чтобы показывать в фантастических фильмах. Внешне он напоминал кусок мрамора, такой немного загадочный фрагмент древнегреческой статуи – то ли торс плыл по небу, то ли рука – так сразу и не поймешь.

Пришельцы надеялись, что Лиля примет их так же близко к сердцу, как и женщина из парка, оценит, проникнется теплом. Однако Лиля не оправдала их надежд, и теперь инопланетные гости снова оказались один на один с проблемой непонимания, имевшего место между ними и землянами, и немного пасовали, а вдруг не удастся договориться?

– Большой корпоратив, – наконец сказал пришелец, и слышно было, что девочка в его голосе заметно волнуется.

– Насколько большой? – уточнила Лиля.

– Очень большой, – круглая красная штука на макушке инопланетянина слегка подпрыгнула. – Вы справитесь?

– Мы профессионалы. Готовы организовать мероприятие любой сложности. Мы способны предложить вам самые разные форматы. Спортивные, игровые, театрализованные составляющие вносим по запросу, исходя из ваших пожеланий. Какую цель вы преследуете, проводя корпоратив?

– Вселенная…, – начал пришелец, но вдруг осекся. Его молчаливый партнер лег на пол, свернувшись в несколько рядов вокруг цилиндрической пустоты, образовав колодец. Отвлекшись, чтобы посмотреть в него, инопланетянин продолжил: – Наша компания имеет множество подразделений. Одни подразделения – так уж вышло – оказались не знакомы с другими… Нам всем нужно познакомиться, чтобы обрести понимание, насколько наша Компания Огромная и Перспективная.

– Очень хорошо, – Лиля записала пожелание в блокнот, после чего шепнула Мише с воодушевлением: – Видишь, а ты боялся. Клиенты не такое уж и быдло, как обычно.

– У вас есть пожелания по теме корпоратива? – с интересом спросил он, обращаясь к гостям.

– Пришельцы из космоса, – сказал инопланетянин, по-прежнему стоя у колодца. Однако голос его изменился – теперь в нем звучал мальчик-подросток.

– Пришельцы из космоса? – удивился Миша.

– Одно подразделение прилетает к другому подразделению, встреча. Вот такая тема, – пояснил инопланетянин, продолжая использовать подростковый мальчишеский голос, на который ни Миша, ни Лиля не обращали внимания.

– На какой бюджет нам ориентироваться? – деловито уточнила Лиля.

– На ваше усмотрение, – инопланетянин вернулся к голосу девочки.

Лиля просветлела. Она снова наклонилась к Мише и зашептала взволновано:

– Давай, предложи им что-нибудь! Умоляю, только подороже!

Миша с коварным видом кивнул и увлеченно принялся излагать:

– Ну вот смотрите. Первое, что приходит в голову. Я не говорю, что будет именно так. Просто предлагаю, чтобы понять, в каком направлении двигаться. Итак. Пришельцы прилетают на Землю. Их встречает наша армия, медсестры. Большая-пребольшая битва. Нашим удается победить пришельцев, и они, поджав хвост, улетают обратно к себе в космос.

– Нет, – ответил инопланетянин голосом мальчика.

– Ничего. Тогда такой вариант. Прилетают пришельцы на Землю. А у нас Древняя Русь, народ ничего такого даже в кинотеатрах еще не видел. В общем, пришельцев встречают, как богов. Удовлетворяют любые капризы. Пришельцам хорошо, они решают остаться и забить на космос.

– Этот вариант получше, но все равно…, – мальчик в голосе инопланетянина был разочарован. Инопланетянин отошел от колодца и медленно приблизился к Мише, застыв рядом, как сталагмит.

– Тогда…, – едва успел сказать Миша, как Лиля ткнула его в бок, вынудив замолчать.

– Нам бы хотелось, чтобы пришельцев встретили не как богов, а как коллег. Мы же одна команда, вы не забывайте. И раз уж встреча долгожданная, небывалая… Это все нужно организовать не только с размахом, но и так, чтобы у нас была возможность познакомиться поближе и узнать друг друга получше, – инопланетянин сделал паузу, ожидая реакции Миши, но ее не последовало. – Вам понятно?

– Понятно, – на лице Миши, как труп, всплыло выражение обреченности. – В таком случае предлагаю вот что. На Землю прилетают пришельцы. Их встречают дружелюбные земляне. Ну и дальше неформальное общение.

– Отлично! – похвалил инопланетянин. Его партнер выпрямился и поднялся с пола. Их сознание было объединено любовью, и они одновременно увидели фантазию о неформальном общении, в которой на Землю спускается весь их флот, тысячи и тысячи кораблей, и инопланетяне наполняют землю, отчего на ней появляются настоящие желто-зеленые реки, втекающие в целые желто-зеленые моря и океаны, и люди ныряют в них, смеются и плещутся, отчего желто-зеленые брызги инопланетных тел разлетаются во все стороны, неся в себе послание любви, и растворяются в воздухе, образуя над планетой желто-зеленые облака.

Миша наклонился к Лиле и чуть слышно шепнул:

– Я же говорил, все они одинаковые. В общем, все как обычно: кейтеринг, концерт, танцы и фейерверк. Нечего тут придумывать. Классика. Сделаем декорации, сошьем костюмы, и реплики я стилизую под этот их космос. Без проблем.

Прощаясь, пришельцы по очереди прошли сквозь Мишу в знак своей благодарности за проявленное им понимание. Лиля проводила их к выходу. Тем временем, в офис с обеда стали возвращаться другие сотрудники. Миша же все стоял в переговорной, не двигаясь с места. Наконец, Лиля зашла за ним.

– С тобой все в порядке?

– Нет.

– Я чем-то могу помочь?

– Дай мне салфетку.

Видя состояние Миши, Лиля принесла ему сразу целую упаковку. Первым делом он поспешно вытер лицо и с облегчением открыл глаза.

– Ты заметил, что один из них все время молчал? – спросила она.

– Разве? Вроде оба говорили, – Мишу не сильно волновал этот вопрос, его больше беспокоило, что салфетки быстро кончаются, и ему не удастся привести себя в порядок.

– Нет. Говорил только один, а второй, который молчал, даже не поздоровался. Странно, да?

– Ну да.

У Лили зазвонил телефон, она отвлеклась, чтобы ответить:

– Мам… Как это забрали в психушку? Приходили, да. Ну так… В принципе, мы с ними договорились, остались детали. Да, хорошо.

Лиля положила трубку и с ошарашенным видом повернулась к Мише:

– Знаешь, что мама сказала? Моя тетя, которая этих клиентов подогнала, с ума сошла!

– В смысле?

– Она заявила, что видела инопланетян. Собралась продавать квартиру, дачу… Все-все, чтобы улететь в космос.

– Капец, – у Миши кончились чистые салфетки. – А еще салфетки есть?

– Да, сейчас принесу.

В ожидании Лили Миша посмотрел в окно, где в небо над городом плавно уплывал то ли торс, то ли рука.

– Вот придурки! – засмеялся он, подозревая чей-то удачный прикол.

Миша поспешно вытащил из кармана мобильный, чтобы снять видео.

Рассвет

Иногда накатывало, и Аня брала перышко от подушки, выглядывала в окно и бросала. Перышко медленно планировало вниз, кружась на ветру. Она смотрела, как оно летит, думала о своем, и ее отпускало. Просыпалась Аня очень рано, но еще долго лежала с закрытыми глазами, представляя, как встанет с кровати, шлепая теплыми ступнями по холодному полу, как остановится у сонного кота и пошевелит пальцами ноги прямо перед его носом, за что, конечно, получит лапой, как включит музыку и будет танцевать, готовя завтрак. Потом Аня открывала глаза, осторожно перебиралась с кровати в инвалидное кресло и ехала будить бабушку.

Они жили в двухкомнатной квартире, совсем маленькой, если сравнивать с просторами улицы, и бесконечной – если говорить о времени, которое Аня здесь провела. Звукоизоляция в квартире была не очень, поэтому было слышно, как за стенами существуют соседи, и Ане казалось, что они с бабушкой молодцы, раз стараются вести себя тихо.

Бабушка Ани, Татьяна Александровна, обычно спала, отвернувшись к стене. Ей было семьдесят четыре, она знала эту стену так хорошо, что уже не видела ее. На вид хрупкая, бабушка была необыкновенно выносливой и сильной. Платков на голову она никогда не повязывала, не горбилась и на свой возраст совсем не выглядела. Татьяна Александровна тоже просыпалась очень рано и потом притворялась спящей, чтобы Аня могла разбудить ее. Но сегодня Аня так и не появилась, и встревоженная, бабушка встала сама.

– Аня! – крикнула она, впопыхах наступив на кота. – Мы проспали! Время-то уже десятый час!

Когда бабушка вошла в комнату, Аня лежала на кровати и смотрела в потолок. Татьяна Александровна была ростом с Аню, сидящую в своем кресле. Не попав в поле зрения внучки, она наклонилась, и ее голова нависла над Аней, как непричесанная птица.

– Ты слышишь? Проспали! К врачу не попадем…

Аня перевела глаза на Татьяну Александровну, но ничего не ответила.

– Что молчишь? Ты не заболела? – бабушка дотронулась до ее лба.

– Нет, – скривилась Аня.

– А что тогда?

– Так ведь всегда будет, да? – спросила она.

– Как так?

– Вот так, – к Ане в кровать прыгнул кот и свернулся калачиком у нее на груди.

Аня въехала в кабинет Егора Семеновича, и сразу же резко притормозила. На месте заботливого старичка с ледяными руками сидела незнакомая женщина, крашеная блондинка лет сорока. Она доброжелательно улыбнулась Ане.

– А где Егор Семенович? – хмуро спросила бабушка.

– На пенсии. Меня зовут Жанна Сергеевна, я ваш новый врач. Вы проходите, не стойте на пороге.

Из открытой двери тянуло поликлиникой: томительным ожиданием, унижением, болью и казенными растениями, которые выглядели лучше, чем пациенты, потому что проявлять заботу о людях несравнимо сложнее.

Бабушка закрыла дверь. Аня подъехала поближе к Жанне Сергеевне и увидела свою медицинскую карту у нее на столе.

– Я изучила ваши документы, – она с интересом посмотрела на Аню. Аня вздрогнула, Егор Семенович с самого первого дня говорил ей ты. – У меня возникло несколько вопросов.

Аня заволновалась еще больше. Егор Семенович никогда ни о чем ее не спрашивал, на его приемах она просто сидела и слушала, как он разговаривал с бабушкой.

– Итак, Аня… – Жанна Сергеевна открыла ее медицинскую карту. – Травму вы получили три года назад…

– Там же все написано, что спрашивать-то? – удивилась Татьяна Александровна.

– Не перебивайте, пожалуйста, я не договорила.

Бабушка поджала губы и отвернулась.

– Вы проходите программу восстановления уже…

– Два с половиной года, – снова вмешалась Татьяна Александровна.

– Да, два с половиной года, – Жанна Сергеевна замолчала. Со стороны могло показаться, что она сосредоточена на своем маникюре, но, конечно, дело было в другом. Жанна Сергеевна обратилась к Ане уже без улыбки: – Обычно наши пациенты восстанавливаются за год. Начинают ходить, вести полноценную жизнь… А вы… Но только не вы. В вашем случае все еще нет никаких заметных подвижек. Деньги ваши, конечно, но…

– Но что? К чему вы ведете? – у бабушки выступили слезы.

Аня тупо уперлась глазами в горку календаря, стоящего на столе. Она почти не дышала от страха.

– Мне нужно поговорить с Аней наедине. Вы позволите? – Жанна Сергеевна встала, чтобы лично проводить Татьяну Александровну до двери.

– Мне выйти, что ли?

– Пожалуйста.

Бабушка с тревогой посмотрела на Аню. Аня несмело кивнула. Когда бабушка вышла, Жанна Сергеевна по-свойски села рядом с Аней в кресло для посетителей.

– Какие у вас планы на будущее? – спросила она.

– В смысле?

– Вам семнадцать. Вы красивая молодая девушка.

Аня покраснела. Ей вдруг стало стыдно, как будто у нее килограмм яблок, а вокруг голодные дети.

– Не знаю.

– Что вы не знаете? Что у вас вся жизнь впереди? – Жанна Сергеевна сделала паузу, заметив, что Аня отвлеклась на шум за окнами. Там у чьей-то машины сработала охранная сигнализация. – Вы в этом году закончили школу?

– Я потеряла год из-за травмы, в следующем.

– У вас есть друзья?

– Раньше были. Зачем вы это все спрашиваете?

– Ладно, давайте вы сами расскажете о себе.

– Зачем?

– Понимаете, какое дело. Мне кажется, проблема в вас. Вы не хотите вставать на ноги. О вас заботятся, как о ребенке, и требования к вам не такие, как к взрослым. Вы особенная и делать вам для этого ничего не нужно, достаточно просто сидеть.

Аню как будто ударили. И как это бывает в таких случаях в первые секунды она не почувствовала боли, только гнев.

– Вы дура?! – выпалила Аня.

– Аня… – Жанна Сергеевна растерянно улыбнулась. – Следите за выражениями. Я пытаюсь вам помочь.

– Вы что, психолог?

– Нет, но…

– Видно, что вы не психолог.

– Понятно, вы не готовы к открытому честному разговору.

Жанна Сергеевна встала и пересела к себе за стол. Аня с удовольствием отметила, что у нее толстая задница.

У Ани разболелась голова и всю дорогу в автобусе она сидела, полузакрыв глаза. Обычно ей очень нравилось смотреть в окно, но сейчас от боли ее мутило.

– Блинчики будешь? – спросила бабушка.

– Нет.

– Я варенье малиновое открою…

– Не хочу.

– Что же ты будешь есть?

– Ничего.

– Давай таблетку дам, ну что ты мучаешься?

– Я же сказала. Не надо.

Пассажиры помогли Татьяне Александровне вынести инвалидное кресло с Аней из автобуса, и идти до дома оставалось всего-ничего, как вдруг бабушка остановилась.

Бабуль? – открыла глаза Аня.

Тетю Любу, соседку с верхнего этажа, Татьяна Александровна увидела издалека и хотела бы избежать встречи с ней, но, судя по всему, это было уже невозможно. Бабушка тяжело вздохнула и обреченно двинулась навстречу судьбе.

– Ой, Татьяна Александровна! Привет, Анечка! – к ним подлетела как обычно избыточно жизнерадостная тетя Люба. – Вы заходите к нам сегодня. Саша мой приехал. Я пирог испеку.

– Да мы…. – начала бабушка, осторожно поглядывая на Аню. – Не знаю…

У них во дворе была детская площадка, несколько парковочных мест и лавочки, все старики на которых, как по команде, повернулись к разговаривающей с тетей Любой Татьяне Александровне. Слова, взгляды, жесты – старики жадно впитывали все, чтобы потом обсудить.

– Приходите-приходите. Знаете, какой он у меня стал? Покажу, – тетя Люба вся светилась. – Летнюю сессию сдал на все пятерки! А как у Светы дела? Давно мы с ней не созванивались…

– Да вроде все хорошо.

– Она думает приехать? Соскучилась я по ней.

– Пока не понятно, не говорит.

– Вы простите меня. Мне в магазин еще нужно. Побегу. Но вы ей там от меня привет передавайте и приходите сегодня, я вас жду!

Тетя Люба и мама Ани, Света, очень дружили, выросли вместе. Пять лет назад, после развода, Света уехала на заработки в столицу, деньги она высылала ежемесячно, иногда звонила, но не приезжала вот уже больше года.

Татьяна Александровна все не двигалась, провожая взглядом удаляющуюся соседку, и столько было в нем, что Аня забеспокоилась.

– Бабуля! Бабуль!

– Да?

– Я буду блинчики.

– Вот и хорошо.

Татьяна Александровна покатила Аню дальше.

Вечером Аня сидела в своей комнате. Она сочиняла стихи, пока тени от настольной лампы падали на безыскусные обои в цветочек. Бабушка за стеной смотрела телевизор. Телевизор звучал тихо, невнятно.

Саша приехал, вспомнила Аня и отложила ручку. Она вспоминала об этом на протяжении всего дня, и тут же теряла интерес к привычным занятиям. Но все же к тете Любе Аня идти отказалась.

Бабушка постучала. Потом зашла в комнату. Аня заметила, что одна из пуговиц на ее домашнем халате не застегнута. Она надела его наспех, поверх ночнушка.

– Москву показывают. Пойдем смотреть, – у Татьяны Александровны горели глаза.

Аня поехала за бабушкой. По телевизору мелькали кадры какого-то городского праздника, но их не интересовали подробности веселья. Обе в толпе искали глазами Свету.

– Ну что? – с надеждой спросила Татьяна Александровна, беспомощно щурясь.

– Красиво, – ответила Аня.

Когда сюжет о Москве закончился, она застегнула бабушке пуговицу и вернулась к себе в комнату.

На следующее утро в дверь позвонили. Когда Татьяна Александровна открыла, на пороге стоял Саша. У него в руках была большая тарелка с несколькими кусками пирога.

– Вот, мама передала, – сказал он.

Саше едва исполнилось 19, он учился в Санкт-Петербурге, в институте МЧС. В их маленьком провинциальном городке он был такой один.

Аня подъехала к двери, чтобы посмотреть на него.

– Спасибо, – бабушка взяла тарелку. – Как ты вырос… И красивый какой! Ты надолго?

– На пару недель. Потом опять только через год. Дорого так ездить, – Саша увидел Аню и замолчал.

– Зайдешь? – спросила Татьяна Александровна и, заметив, что он колеблется, стала настаивать: – Заходи, чаю попьем. Что ты, как не родной.

– В другой раз, я на улицу собрался. Могу с Аней погулять. Ну, если…

Бабушка повернулась к Ане. Аня рассматривала свою коленку, торчащую из-под юбки, и не проявляла никакого интереса к предложению Саши.

– Ей еще зарядку нужно сделать, ты иди один, наверное… – сказала Татьяна Александровна.

– Нет, я пойду, – Аня вдруг подняла голову.

– Мороженое будешь? – спросил Саша, когда они проходили мимо ларька.

Вдоль улицы росли деревья и ездили машины, одни стремились вверх, другие вперед. Солнце светило Ане прямо в глаза, но она все равно видела этот крест.

– Буду.

– Эскимо?

– Да. Ты экстрасенс?

– Есть немного, – скромно согласился Саша.

Он купил мороженое. Они зашли в сквер, Саша сел на скамейку. Он тоже взял себе эскимо, и прежде чем начать есть, дотронулся своим мороженым до мороженого Ани, как будто чокнулся.

– За встречу, – торжественно произнес он.

– Ты как маленький, – покачала головой Аня.

– А ты взрослая.

– Да, – серьезно ответила она.

Кусок шоколада оторвался от мороженого, скатился по подбородку и упал Ане на юбку. Она смущенно стряхнула его на землю. Саша тактично отвел глаза.

– Какие новости? – спросил он.

– Никаких. А у тебя?

– Под Питером торфяники горели, людей не хватало, и нас привлекли к тушению. Мы туда ночью приехали. Но было без разницы: все горит, светло. Там все серьезно было, я первый раз в таком участвовал.

– Здорово.

– Я человека спас. Вытащил его. Мужик чуть не задохнулся, гражданский, не знаю, может, волонтер.

– И какие ощущения?

– Ну… Мне понравилось.

Аня представила дым и тело, лежащее на земле. Суматоху, болтающуюся внутри ночи, как космонавт в невесомости, и несколько коротких минут, отделявших чью-то жизнь от смерти.

– Вы почему вчера не пришли? – Саша выбросил оставшуюся от мороженого палочку в урну.

Аня капнула подтаявшим мороженым на юбку.

– Ну вот, – расстроено протянула она.

– Я тебя ждал, а ты…

– У тебя влажной салфетки нет?

– Нет.

Аня со вздохом поскребла пятно пальцем, мороженое она теперь держала так, чтобы оно капало на землю.

– Почти новая…

– Что?

– Юбка почти новая, а теперь пятно останется.

– Ну вообще, трагедия.

– Да. Трагедия.

– Я тебе новую юбку куплю.

– Не надо. Ты мне уже мороженое купил.

Саша поднялся.

– Я отвезу тебя домой.

– Ты после института вернешься? – спросила она.

– Я буду приезжать, как работа позволять будет. Меня сюда вряд ли распределят. Могу вообще в Питере остаться, если и дальше оценки хорошие будут. Бабушка твоя меня ни в чем не винит?

– В смысле?

– Я же видел, как она на меня смотрит.

– В чем ей тебя винить?

– Мы же вместе на качелях были. Ты разбилась, а я нет.

– Ты скорую вызвал. Если бы не ты… Я ведь и умереть могла.

– Я тебя на качели позвал…

– Ой, вот об этом ты зря думаешь.

– Аня! – бабушка потрясла ее за плечо. – Ты заснула, что ли?

Аня сидела за столом у себя в комнате, перед ней лежал листок бумаги, ручка.

– Сколько времени? – спросила она.

– Обед. Ты что будешь?

– Пирог.

– Пирог? – удивилась бабушка.

Аня вспомнила, что они с Сашей не виделись с того дня, как она упала с качелей. И, конечно, никакого пирога он им сегодня не приносил, и гулять они вместе не ходили.

К вечеру у Ани поднялась температура. С улицы веяло летним жаром, а ее всю трясло от холода. Татьяна Александровна вызвала врача. Приехал седой сосредоточенный мужчина, на кончике его носа грациозно держались очки-половинки, придававшие ему еще более интеллигентный вид. «И почему бабушка стесняется носить очки, – в который раз подумала Аня. – Можно ведь и ей подобрать такие, чтобы шли». Выслушав жалобы Ани на температуру, слабость и ломоту в теле, доктор снял с шеи стетоскоп и буднично попросил:

– Встаньте.

– Она не может встать, – вместо Ани, встала бабушка.

– Что с ней? – спросил он.

Пространство вокруг Ани жужжало и шелестело крыльями. Чем выше поднималась ее температура, тем назойливее становился этот пчелиный рой, но вопрос доктора вызвал в ней еще большее раздражение, отозвавшись внутри бесконечным, не затихающим эхом. Аня накрылась одеялом с головой. Даже мысль о том, что ей нужно встать, была Ане отвратительна. Ее тело пылало, как в огне.

Через несколько дней Аня поправилась. Они с бабушкой собрались в больницу, где Аня как обычно должна была заниматься на специальных тренажерах. Пока Татьяна Александровна переодевалась в комнате, Аня, уже полностью готовая к выходу, сидела в прихожей и рассматривала ее туфли. У бабушки был сорок второй размер, заметная обувь.

– Зайдем потом в магазин? – спросила Татьяна Александровна, выходя из комнаты.

– А ты одна не можешь? – Аня сделала скучающее лицо.

– Тебе спортивный костюм новый нужно купить. Твой уже все, на честном слове.

Аня опустила голову, снова посмотрела на бабушкины туфли, две внушительные лодки на синем коврике.