Читать книгу "Холодная зима в Фэрбэнксе"

Глава 4

Утром я вошла в бар, про который мне говорила Ава, и направилась прямиком к стойке. На удивление, за ночь я выспалась и чувствовала себя не так паршиво, как вчера вечером. Желание трусливо сбежать обратно в Нью-Йорк почти пропало, а ситуация больше не казалась мне кошмарной. Это всего лишь временные трудности, с которыми мне предстояло справиться. Вот и все.

Я подошла к барной стойке и широко улыбнулась молодой девушке-бармену.

– Добрый день. – Я стянула с головы шапку и попыталась пригладить торчащие в разные стороны рыжеватые волосы. – С кем я могу поговорить по поводу работы? Мне сказали, что вам требуются официантки.

Девушка перестала протирать барную стойку и окинула меня скептическим взглядом, отчего мне стало слегка не по себе. Это не было похоже на теплый прием соискателя, но и Hunter’s bar[7]7
  Hunter переводится с английского как охотник. (Прим. авт.)


[Закрыть] не походил на другие пивные бары, разбросанные по маленьким городам нашей страны.

Он вполне соответствовал своему названию. Деревянная мебель, казалось, была сколочена где-то тут же на заднем дворе. На стенах висели фотографии охотников и их добычи, а в одном из углов я заметила витрину, внутри которой находились чучела животных. Разглядывать их не было никакого желания, поэтому все мое внимание сосредоточилось на неприветливой девушке передо мной.

– Работала когда-нибудь в баре? – низким голосом спросила она и, не удосужившись даже поздороваться, склонила голову набок.

– Да, – в тон ей отозвалась я, не став упоминать, что в баре я только пела, а не разносила напитки и еду.

– Долго? – недоверчиво спросила она, скривив губы.

– Полгода. А это уже собеседование? – уточнила я, прищурившись.

– Нет, – фыркнула девушка. – Просто предыдущая официантка сбежала через неделю. А та, что была до нее, не выстояла и двух смен. Так что мне сразу хочется понять, стоит ли запоминать твое имя.

– Меня зовут Кортни Эванс, – с широкой улыбкой произнесла я. – А теперь будь добра, позови того, кто может взять меня на эту работу.

Девушка за баром приподняла брови, а затем усмехнулась. Я могла поклясться, что в ее глазах промелькнуло одобрение, словно все, что происходило до этого, было какой-то проверкой. Мне оставалось надеяться, что это не так, ведь в противном случае владелец бара был явно не в себе. Проводить краш-тест с помощью бармена вместо собеседования… Да кто вообще так делает?

– Хантер! – неожиданно громко заорала девушка, поворачивая голову в сторону двери для персонала. – Тут на работу пришли устраиваться!

Я постаралась подавить усмешку. Так вон оно что. Мне казалось, что в названии бара подразумевалось совсем другое, но, судя по всему, заведением владел парень с непомерным эго.

Крик девушки был такой громкости, что заглушил все остальные звуки в баре: смех, гомон, стук приборов по тарелкам. На мгновение все стихло, и я почувствовала, как несколько пар глаз оценивающе уставились на меня, словно пытаясь понять, подхожу я этому месту или нет. Я и сама сомневалась, что мы с баром Хантера подходим друг другу, но вариантов у меня было маловато. Утром Ава сказала, что поспрашивает, где еще нужны работники, но в преддверии зимы туристический поток на Аляске снизился, так что вряд ли где-то не хватало персонала.

Тишина, воцарившаяся в баре, нервировала, но я продолжала стоять в совершенно расслабленной позе, хотя внутреннее напряжение напоминало гитарную струну. Я перекинула волосы через плечо и очень медленно положила шапку на барную стойку, так, чтобы всем стало ясно – мне плевать на их мнение и оценки. Откуда-то донесся глухой звук, словно что-то упало на пол, и следом за этим все вернулись к своим занятиям, а в баре воцарился привычный шум. Спустя пару секунд из-за служебной двери вышел парень и вопросительно посмотрел на девушку за баром. Он выглядел моложе, чем я думала, и был довольно симпатичным.

– Вот эта, – не глядя на меня, кивнула бармен в мою сторону и вернулась к своим обязанностям.

Парень повернулся ко мне и неожиданно широко улыбнулся. После довольно прохладного приема от девушки за баром на мгновение я растерялась.

– Привет. – Он подошел ко мне и протянул руку. – Меня зовут Хантер, и нет, я не называл бар в честь себя, – посмеиваясь, с ходу произнес он, словно отвечая на мои невысказанные вслух мысли. – Hunter’s bar называется так с тех пор, как появился на этом самом месте. А это лет на двадцать больше, чем я живу.

Хантеру было не больше тридцати. Его улыбка оказалась широкой и искренней, каштановые волосы скручивались в тугие завитки, придавая его внешности образ романтического героя романов Викторианской эпохи, а темно-карие глаза смотрели так пристально, словно пытались проникнуть в самую душу.

– Кортни Эванс. – Я пожала его крепкую ладонь и прищурилась. – Вы владелец? – на всякий случай уточнила я. – Или менеджер?

Из-за бара донесся презрительный смешок, который я решительно проигнорировала.

– У нас нет менеджера, – снисходительно улыбнулся парень. – Я владелец. Правда, временами еще грузчик, разнорабочий, а бывает, что официант и бармен. Сейчас как раз такое время, – со вздохом произнес он, и я вопросительно приподняла бровь. – Сезон охоты продлится еще как минимум месяц, а персонала не хватает, – пояснил мне Хантер. – Вы до этого работали в баре?

Он выпустил мою ладонь и, кивнув, направился в сторону свободного столика в самом темном углу. Посмотрев туда, пока шла следом за Хантером, я заметила прибитую к стене шкуру медведя и мысленно взмолилась о том, чтобы она оказалась ненастоящей.

– Да, какое-то время, – уклончиво ответила я, стараясь не смотреть на голову медведя, который осуждающе смотрел на меня своим остекленевшим взглядом.

– Как вы относитесь к охоте? – Хантер уселся на стул прямо под шкурой бедного и ни в чем не повинного животного и скрестил руки на груди. Клетчатая рубашка туго натянулась на его плечах, и я поспешно отвела взгляд.

– Не охочусь, – сглатывая тугой ком, образовавшийся в горле, произнесла я, пытаясь придать голосу шутливый тон. Вышло не очень. – Но ничего не имею против, – поспешно добавила я, усаживаясь напротив, и сосредоточила все свое внимание на черных клетках его рубашки.

Не смотреть на медведя. Не смотреть на медведя…

– Это хорошо, – подаваясь вперед, произнес Хантер. – Одна из девушек, работавших у нас, после каждой смены запиралась в туалете и примерно час рыдала.

– Что ж… – стиснув руки под столом, отозвалась я. – Охота – это же всего лишь один из факторов эволюции, верно? Сильный поедает слабого и все в таком духе, – нервно рассмеялась я, понимая, что с шутками у меня сегодня явно не выходит.

– Похоже, что так, – снисходительно улыбнулся парень. – Честно говоря, нам так сильно нужен новый официант, что я сразу готов взять вас на работу. И желательно, чтобы вы сразу же вышли в зал. – Он провел ладонью по волосам, отчего завитки спутались еще больше, чем до этого. – У вас не было планов на день?

Я хотела пошутить, что планировала весь день рыдать в туалете, но вовремя прикусила язык. С таким чувством юмора дорога в стендап была мне закрыта, и стоило порадоваться, что я решила заниматься музыкой, а не юмором. А сейчас мне нужны деньги, и то, что Хантер согласился взять меня на работу, оказалось как нельзя кстати.

– Я готова приступить прямо сейчас, – кивнула я. – Где взять блокнот?

На небритом пару дней лице Хантера промелькнуло облегчение, а плечи расслабленно опустились.

– Лав тебе все тут покажет, – отбросив церемонии, он перешел со мной на «ты» и махнул рукой в сторону барной стойки. Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Лав? Ее серьезно зовут Лав? Это имя ей совершенно не подходило.

Хантер поднялся со стула, таким образом давая понять, что разговор окончен, и я могу отправляться за инструкциями к Лав.

– Спасибо. – Я поднялась следом.

Он молча кивнул и уже через пару минут скрылся за дверью, из-за которой появился до этого.

Я окинула взглядом зал, полный народу. Время было около половины одиннадцатого утра, а в зале уже сидело довольно много людей. Что же здесь начнется с наступлением вечера?

– Твои мысли движутся в правильном направлении, Кортни, – выделяя мое имя, произнесла подошедшая ко мне Лав. – Вечером здесь начнется форменное безумие. Полный зал воняющих кровью и потом мужиков, которые будут требовать пива и свиных ребрышек. Но знаешь, что главное? Главное, чтобы никто из них не решил поохотиться на тебя. Хотя… – она сделала вид, что задумалась, – ты слишком тощая, а наши охотники любят более крупную добычу.

– Странно, что ты все еще стоишь тут, а не висишь у кого-нибудь из них на стене, – не осталась я в долгу.

Щеки Лав покрылись алыми пятнами, но я продолжала с вызовом смотреть на нее. Она думала, что я простушка, которая не может постоять за себя, но Лав сильно заблуждалась на мой счет. В мире шоу-бизнеса такая бы не выжила, так что я довольно быстро отрастила клыки.

– Пошли, – спустя несколько напряженных секунд бросила она. – Твоя тощая задница уже давно должна обслуживать столики.

Я усмехнулась. Надеюсь, Лав с первого раза поняла, что со мной лучше не связываться. Не хотелось бы оставлять бар Хантера без бармена в мой первый рабочий день.

Работа в баре оказалась не самой легкой. Я носилась с подносом по всему залу, стараясь ничего не уронить и при этом не оказаться затисканной каким-нибудь подвыпившим охотником. Фэрбенкс и правда был небольшим городом, так что практически все его жители знали друг друга, а я сильно выделялась. Не только потому, что приезжая, но и тем, что говорила и выглядела не так, как они. И, судя по всему, каждый посетитель бара решил проверить меня на выдержку. Не удивлюсь, если Лав принимала от них ставки, как быстро я сбегу.

Весь день я только и делала, что старалась уворачиваться от рук, нацеленных на мой зад, и ловила на себе оценивающие взгляды заносчивой барменши. Хантер в зале так и не появился. Видимо, эта работа нравилась ему еще меньше, чем мне, и он только рад был все свалить на меня.

Когда я с Лав и второй официанткой, Эшли, без сил практически вывалилась на улицу, время перевалило за полночь.

– До завтра, Кортни, – снова делая акцент на моем имени, произнесла Лав.

Эшли же просто махнула рукой и, сгорбившись, поплелась домой.

– Угу, – неприветливо буркнула я, не чувствуя ног.

Мне хотелось лечь и не вставать желательно пару дней – так сильно я устала с непривычки. Лав отошла от меня на пару шагов, но внезапно остановилась.

– Кстати. – Она словно вспомнила о чем-то и повернулась ко мне. – Открой завтра бар.

Лав кинула мне ключи, и я едва успела поймать их до того, как они утонут в снегу.

– Во сколько? – стараясь не показывать своих истинных эмоций, спокойно уточнила я.

– В восемь мы уже подаем кофе, – подмигнула мне Лав и скрылась за поворотом.

Я вздохнула, а потом пнула стоящую у входа урну. Для сна мне оставалось не так уж много времени. Порадовавшись тому, что хостел Авы находится не слишком далеко от бара, я замоталась ей же подаренным шарфом почти по самые брови и двинулась в сторону дома. Спустя пятнадцать минут, переступая с ноги на ногу, я уже искала в кармане ключ от входной двери. Свет над крыльцом не горел, и мне пришлось подсвечивать себе телефоном, чтобы попасть в замочную скважину. В окнах тоже стояла темнота, что неудивительно. В первом часу ночи люди предпочитали спать, а не морозить свои задницы на улице, заваленной снегом.

Ключ туго вошел в замок, но повернуть мне его не удалось. Я вытащила его и подула, чтобы согреть, а затем снова вставила в замочную скважину, но ничего не изменилось. Ключ ни в какую не хотел поворачиваться.

– Да чтоб тебя, – зашипела я и подняла его к глазам. – Проклятье.

Ответ на вопрос, почему ключ не хотел поворачиваться в замке, оказался до очевидно прост: я достала ключ от бара.

Следующие пятнадцать минут я потратила на то, чтобы отыскать ключ от двери хостела, но так нигде его и не нашла. Впервые с того самого дня, как уехала из Нью-Йорка, мне захотелось расплакаться. Руки дрожали от холода, а ноги совсем онемели. Я, конечно, могла постучать в дверь и разбудить всех в доме, но совесть не позволила мне это сделать. Оставался всего один вариант – позвонить Аве и надеяться на то, что звонок разбудит только ее. Вот только, вытащив телефон из кармана, я обнаружила, что он не выдержал морозов Аляски и благополучно отключился. Это оказалось последней каплей. Сев прямо в сугроб, я спрятала лицо в окоченевших ладонях и всхлипнула. Что-то царапнуло мою щеку…

Я отняла руки от лица и посмотрела на ключ, который все еще сжимала в руке. Панику и слезы пришлось отложить. У меня был ключ. И пусть он не мог открыть эту дверь, но все еще отпирал дверь в бар, а там было по крайней мере тепло.

Вздохнув, я выбралась из снежного сугроба и торопливо пошла обратно в Hunter’s bar.

Глава 5

– Кортни? – мужской голос, разбудивший меня, звучал удивленно. – Что ты тут делаешь?

Я с трудом разлепила глаза и со стоном поднялась на локтях.

Мне потребовалось довольно немного времени, чтобы понять несколько вещей. Первое: я уснула, сидя на полу в подсобке бара. Второе: надо мной стоял Хантер, и его лицо выражало крайнюю степень изумления. Третье: кажется, я облажалась.

– Хантер! – воскликнула я, торопливо поднимаясь с пола, но запуталась в собственном пуховике, которым ночью пыталась отогреть озябшие ноги, и едва не рухнула обратно.

Подхватив меня под локти, Хантер помог мне выпутаться из куртки и вопросительно приподнял брови в ожидании ответа. Под его глазами залегли темные тени, недвусмысленно намекающие на то, что он сегодня тоже вряд ли выспался. Мне оставалось надеяться, что причины его недосыпа были куда приятнее, чем мои.

– Прости, – вздохнула я. – Я сейчас тебе все объясню.

– Будь добра. – Он скрестил руки на груди.

Я мысленно отметила, что сегодня на нем была футболка с коротким рукавом, которая прекрасно показала, почему вчера рубашка так туго натягивалась на его плечах. Хантер явно не пренебрегал походами в тренажерный зал.

– Черт. – Я провела рукой по лицу, смахивая остатки сна и пытаясь скрыть смущение. – Не знаю, с чего начать.

– Давай я помогу. – Хантер отступил и облокотился о стеллаж, на котором стояли бутылки с алкоголем. – Почему ты спишь в моей подсобке?

Увеличившееся между нами расстояние позволило мне начать дышать чуть глубже и немного успокоиться. Я точно не сделала ничего предосудительного, и теперь мне просто надо объяснить это Хантеру.

– Я не смогла попасть в хостел, в котором остановилась, – ответила я на его вопрос, решив начать свой рассказ именно с этого. – Вероятно, я выронила ключ, и как минимум до июля отыскать его не представляется никакой возможности.

– Почему до июля? – спросил Хантер. Уголки его губ едва заметно дернулись.

– Разве снег растает раньше? – пробормотала я, пытаясь собрать растрепавшиеся волосы в узел.

Хантер не засмеялся моей глупой шутке, и я окончательно решила, что облажалась.

– Прости, – повторила я. – Мне не следовало возвращаться в бар, но я не нашла ключ, а потом, когда уже собралась звонить Аве, мой телефон отключился. Видимо, ему тоже не нравятся морозы Аляски. Мне просто некуда было идти. Не могла же я разбудить целый дом только потому, что куда-то подевала ключ? – Я тараторила, надеясь только на то, что Хантер не выставит меня. Возвращение в Нью-Йорк все еще оставалось моим последним вариантом, но с каждым словом мой голос становился все тише. – Я сегодня же попрошу у хозяйки хостела новый ключ, но, пожалуйста, не увольняй меня. Мне нужна эта работа, так что…

К концу речи мой голос окончательно затих. Ощущение дежавю прочно поселилось внутри. Точно такой же растерянной я чувствовала себя несколько лет назад, когда только приехала покорять Нью-Йорк. И мне не нравилось это состояние. Старая Кортни была пуглива, а я нет. Так что, собрав в кулак остатки своей гордости, я выпрямилась, прямо посмотрела Хантеру в глаза и уверенно произнесла:

– Я не могу вернуться в Нью-Йорк, но на моей карте примерно сто восемьдесят баксов, и мне очень нужна эта работа, чтобы задержаться тут как можно дольше.

Хантер молчал. Я смотрела на него в ожидании вердикта, уже мысленно готовясь умолять его дать мне остаться, но спустя несколько секунд он все-таки заговорил.

– Почему ты не можешь вернуться? – Он нахмурился, и его брови сошлись на переносице.

Я ожидала чего угодно, кроме этого вопроса. Почему сейчас его интересовало именно это?

– Ничего противозаконного, – попыталась я отмахнуться, но Хантер не был настроен так просто поверить мне.

– И все же? – настойчиво произнес он. – Согласись, если ты хочешь, чтобы я оставил тебя работать в баре, то, по крайней мере, должен быть уверен, что ты не скрываешься здесь от правосудия или своего дружка-бандита.

– Не скрываюсь, – мотнула я головой. – Вернее, отчасти скрываюсь, но он не бандит. И точно не станет меня искать. И я не планирую куда-то уезжать, мне нравится Фэрбенкс, – зачем-то соврала я. – Я бы и правда хотела остаться здесь.

Хантер приподнял брови, и на его лице промелькнула тень недоверия. Ну, может, с желанием жить на Аляске я перегнула, но все остальное было чистейшей правдой. Оставалось убедить в этом его.

– Давай выпьем кофе? – со вздохом произнес Хантер, и с моих плеч словно свалился камень.

Его желание выслушать меня уже давало хороший шанс на то, что он разрешит мне остаться. Не знаю, почему я так цеплялась за эту работу. В конце концов, сто восемьдесят долларов не так уж и мало. Мне точно должно было хватить их, пока я не найду другую работу. Но попытаться уговорить Хантера не увольнять меня казалось проще, чем отправляться на поиски нового места.

Я напряженно кивнула в ответ, и Хантер направился в зал.

– Сколько сейчас времени? – поинтересовалась я, выходя следом за ним из подсобки.

– Шесть тридцать утра.

– Я думала, что бар открывается к восьми.

Я осмотрелась, боясь, что проспала и зал уже полон посетителей, но столики оказались пусты, и мы находились с Хантером здесь только вдвоем.

– Так и есть, – кивнул он, становясь за бар и подходя к кофемашине. – Но иногда я прихожу чуть раньше.

Его интонация давала понять: объяснять мне он ничего не планирует. Решив его не расспрашивать, я уселась на высокий барный стул и подперла голову руками. Мне хотелось в душ, но доспать пару часов хотелось сильнее. Вот только скоро должны были прийти остальные работники бара, а следом за ними охотники и туристы, которые привыкли завтракать в Hunter’s bar, и впереди меня ждала еще одна утомительная рабочая смена в моей новой холодной жизни.

– Молоко? – не поворачиваясь ко мне, уточнил Хантер.

– Да, спасибо.

Все то время, пока Хантер готовил кофе, я потратила на то, чтобы рассмотреть его. Он двигался неторопливо, но напряженные плечи говорили о том, что расслабленность Хантера напускная.

Через пару минут он поставил передо мной огромную чашку с кофе и, упершись ладонями в барную стойку, выразительно приподнял брови. Всем своим видом он давал понять, что мне стоит продолжить свой рассказ.

Сделав глоток довольно неплохого кофе, я поставила чашку на стойку и перевела взгляд на Хантера. Выбирая между звонком Джоуи и рассказом Хантеру о причинах своего бегства из «Большого яблока», я предпочла второй вариант.

– Мой бывший – засранец, – прищурилась я и заметила, как улыбка промелькнула на губах Хантера. – Он изменил мне, а когда я решила уйти, то сделал все, чтобы я не смогла остаться в городе.

– И ты говоришь, что он не бандит? – хмыкнул Хантер, разворачиваясь к кофемашине и наливая во вторую чашку кофе для себя.

– Нет, он бизнесмен, – не вдаваясь в подробности, отозвалась я. – Довольно влиятельный, а я… работала с ним.

– Допустим.

Хантер снова повернулся ко мне и провел пятерней по волосам, из-за чего его кудри опять превратились в подобие птичьего гнезда. Это выглядело мило. Сам Хантер казался милым, и, если честно, мне не нравилось его обманывать, но он мог понять – я не собираюсь задерживаться в Фэрбенксе надолго – и решить, что такой сотрудник ему не нужен. Ведь именно этого они все и опасались – что я скоро сбегу, а мне нужно было продержаться здесь до тех пор, пока я не найду нового продюсера, который не побоится связываться с Джоуи и его юристами.

– Я уехала сюда, – развела я руками. – А этот засранец заблокировал мне доступ к своим счетам.

– Вполне логично, – поджал губы Хантер, как мне показалось, для того, чтобы сдержать смех.

– Да, должно быть, именно так кажется со стороны, – недовольно засопела я.

– И что ты планируешь делать дальше? – не обращая внимания на мое пыхтение, продолжал расспрашивать меня Хантер.

– Работать, – пожала я плечами. – Начать новую жизнь.

– Почему именно Фэрбенкс? – Он подался вперед. – И что за бизнес?

Черт. Я не думала, что Хантер окажется таким любопытным, и поэтому мне стоило врать с осторожностью, иначе я могла только еще усложнить себе жизнь. Я задумалась, а затем медленно произнесла что-то похожее на полуправду.

– Мы работали в музыкальной индустрии. Мой бывший – продюсер, а я помогала ему. В общем, его стараниями мне было бы сложно найти работу в Нью-Йорке, поэтому я села на первый самолет. Так что это случай решил, что мне нужно на Аляску.

По лицу Хантера было сложно разобрать, о чем он думает. Я постаралась придать себе равнодушный вид, чтобы не выдать свое напряжение. Все упиралось в деньги. Я не могла купить билет на самолет и убраться отсюда. Мне некуда и незачем было ехать просто потому, что меня никто нигде не ждал. В моей голове план выглядел до смешного просто: я остаюсь в Фэрбенксе, зарабатываю деньги, записываю демку и нахожу нового продюсера. И вот тогда-то я возвращаюсь в Нью-Йорк с победой и утираю нос Джоуи. Я хотела славы, а если ради этого мне нужно начать все сначала, почему бы не сделать это в Фэрбенксе?

– Случай – забавная вещь, – улыбнулся Хантер, кажется, впервые с начала нашего разговора. – Если помощнице бизнесмена не сложно бегать по залу с подносом, то считай, что работа у тебя уже есть.

Он подмигнул мне, вышел из-за стойки и скрылся в подсобке, оставляя меня удивленно хлопать глазами. И все? Так просто? Решив, что допрос окончен, я бросила взгляд на часы и едва не застонала. Мне нужно было в душ, но бар скоро открывался, и времени, чтобы вернуться в хостел, у меня почти не оставалось. Одним глотком допив кофе, я поднялась со стула. Из-за того, в какой жутко неудобной позе я спала, тело ныло, а голова наливалась тяжестью. Я не выспалась и хотела есть, но при этом у меня была работа и место, куда я могла вернуться после нее. Пусть это и была всего лишь крохотная комната в домашнем хостеле, но, по крайней мере, моя.

Я потянулась и услышала, как в спине что-то хрустнуло, а затем повернулась к небольшой сцене, которую приметила еще вчера. В сердце тоскливо заныло. Может, я и хотела стать суперзвездой, но музыку любила не как средство достижения славы. Музыка была частью меня, и сейчас я остро ощущала ее нехватку. Я скучала по своей гитаре и возможности просто перебирать пальцами струны. Мысленно, должно быть, в сотый раз прокляв Джоуи, я шагнула веред. На сцене одиноко стоял высокий деревянный стул, а к нему была прислонена акустическая гитара. Я почти протянула руку, чтобы взять ее, но в этот момент из подсобки вышел Хантер и что-то протянул мне.

– Что это? – спросила я, приглядываясь к его ладони.

– Ключ от хостела Авы, хотя, думаю, сейчас он тебе не понадобится. Ава встает довольно рано.

Я замерла, пытаясь вспомнить, говорила ли ему о том, где остановилась, но Хантер все понял по моему лицу и как-то по-ребячески улыбнулся.

– Население в Фэрбенксе едва переваливает за тридцать тысяч, ты правда думаешь, что у нас много хостелов, где знают, что в наш бар требуется официантка?

Я прикусила губу и пожала плечами. Я никогда не жила в маленьком городке, но, видимо, жизнь в Фэрбенксе будет сильно отличаться от той, к которой я привыкла в Нью-Йорке.

Протянув руку, я взяла ключ с ладони Хантера и благодарно улыбнулась.

– Спасибо.

– Думаю, что после ночевки в подсобке ты хочешь вернуться домой, так что сегодня приходи к вечерней смене. Она начинается в пять. А бар я открою сам.

Хантер говорил спокойно, словно ничего странного не было во всей этой ситуации, а я окончательно смутилась. Он и правда оказался милым парнем. Любой другой на его месте выгнал бы меня из бара в тот момент, как обнаружил в подсобке. Какое-то время я еще неловко переминалась с ноги на ногу, а затем, бросив еще один взгляд на гитару, направилась в подсобку, чтобы забрать свою куртку.

Ава встретила меня практически в дверях. По всей видимости, Хантер уже успел сообщить ей, где и в каком виде нашел меня сегодня утром, и мне не стало неловко. Я не хотела, чтобы они решили, будто у меня не все дома.

– Милая, почему же ты не разбудила меня?

Ее голос звучал встревоженно и слегка снисходительно, словно она разговаривала с неразумным ребенком. Хотя в мои двадцать три, скорее всего, именно им Ава меня и считала. Я пожала плечами, давая понять, что ничего страшного не произошло.

– Было очень поздно. И мне не хотелось будить всех ваших постояльцев.

– Глупости, – отмахнулась она. – Если такое повторится, смело можешь колотить в дверь и будить любого. Никто в Фэрбенксе не оставит человека ночью на улице. Здесь все помогают друг другу.

Ее теплая и сухая ладонь легла мне на щеку, и я почувствовала странное тепло, разливающееся внутри. Я выросла в семье, где всем было плевать на меня, поэтому искренняя забота Авы о человеке, которого она совершенно не знает, вызывала удивление и что-то еще, чему я пока не могла дать названия. Окончательно смутившись, я отступила и потупила взгляд.

– Спасибо, – произнесла я. – И, кстати, с работой у меня тоже все сложилось отлично.

– О, я знаю. Хантер сказал мне. Он очень милый мальчик, ты не находишь?

Подавив улыбку, я кивнула. Конечно, назвать мальчиком парня, которому около тридцати, у меня не повернулся бы язык, но отрицать то, что Хантер милый, я не могла. Ава все еще смотрела на меня, когда, пробормотав извинения, я проскользнула мимо нее и отправилась наверх в свою комнату. Мне нужно было принять душ и попробовать хоть немного отдохнуть, потому что уже довольно скоро мне придется вернуться в бар. Потерять эту работу было бы глупо, тем более когда Хантер так легко дал мне еще один шанс.