Электронная библиотека » Фредерик Пол » » онлайн чтение - страница 10

Текст книги "Подводный город"


  • Текст добавлен: 28 октября 2013, 15:12


Автор книги: Фредерик Пол


Жанр: Научная фантастика, Фантастика


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Шрифт:
- 100% +

19

В КАМЕННОМ МОРЕ

Лейтенант Цуйя изо всех сил старался перекричать адский вой и грохот.

– Добавьте оборотов, Парк! Если мы хотим что-то сделать, надо достичь уровня тектонического сдвига за пятьдесят минут!

– Есть, сэр! – крикнул в ответ Гидеон и весело подмигнул мне. Несмотря ни на что, у него было приподнятое настроение. Я поневоле вспомнил тот день, когда он вытащил меня из воды в сточном коллекторе Тетиса, с чего и начались наши общие приключения. Опасность всегда добавляла бодрости этому человеку.

То же самое я мог сказать сейчас и про всех остальных. Мы как будто забыли про опасность. Главное – мы действовали, мы продолжали борьбу.

Понурым и обеспокоенным выглядел только Харли Дэнторп.

Я вспомнил, каким странным и подавленным был Харли после того, как, проводив отца Тайдсли, он вернулся на станцию. Буквально через секунду после его возвращения стену бункера проломил «подводный крот», и мне некогда было задавать ему вопросы. Но я понял, что случилось что-то неладное. Харли и сейчас был не в своей тарелке.

Постепенно приноровившись к рывкам корабля, врубавшегося в твердую, как сталь, породу, я стал посматривать на Харли. Но сейчас всем нам тоже было не до разговоров.

– Готовьте ядерные взрыватели к пуску, – прокричал мне через плечо Гидеон. – Как только мы выпустим их, нам надо будет, не тратя ни секунды, смываться!

В общем, поговорить нам не удалось. Каждый золотистый шар надо было заложить в выпускную обойму – покрытую иденитом трубу, напоминающую торпеду, которыми были вооружены старинные субмарины. Буровые агрегаты, расположенные в головной части этих обойм, позволяли им передвигаться в скальной породе. Загрузка ядерного взрывателя в обойму и подготовка ее к пуску была задачей не из простых – для этого требовались опытные специалисты, но в силу сложившихся обстоятельств все пришлось делать нам.

И мы сделали это.

Потом для нас нашлась другая работа. После того как ядерные взрыватели были установлены, и буровые агрегаты обойм подготовлены к пуску, надо было привести в боевую готовность механизм каждого взрывателя. Опоясывавшие взрыватель ленты из нержавеющей стали выполняли роль спускового крючка. Многолетнее пребывание взрывателей на дне океана не могло не сказаться на их качестве. С большими усилиями мы перемещали ленты в специальные «зарубки» на корпусе шара, благодаря чему внутри него происходило отключение блокирующего механизма. Пока хотя бы одна из лент на долю миллиметра не доходила до «зарубки», взрыватель был в безопасном состоянии. Его можно было запустить хоть в самое пекло – лишь почти невероятная случайность могла привести к взрыву. Но нам нужен был именно взрыв, и поэтому нам надо было во что бы то ни стало отключить блокирующее устройство. А при отключенной блокировке старые ядерные реакторы могли не подчиниться контролирующему их часовому механизму и сработать до того, как их выпустят из обоймы.

Преждевременный взрыв, конечно, поставил бы точку в биографии «подводного крота» и всех членов его экипажа. Мы были бы превращены в пыль.

Слава Богу, этого не случилось.

Сдвинуть ленты на двух взрывателях оказалось попросту невозможно. Заметив, что наши усилия не увенчались успехом, Гидеон озабоченно покачал головой. Два взрывателя были приведены в боевую готовность, два оказались негодными. Оставалось еще два. Если и их нельзя будет подготовить к пуску, все наши усилия окажутся напрасными…

Мы все же сумели поставить их ленты на боевую отметку.

Три взрывателя были полностью подготовлены к пуску за две минуты до того, как Гидеон, посмотрев на автосчислитель пути, сообщил, что мы находимся у центра следующего землетрясения.

Все замолчали и сосредоточились. «Крот» то и дело «вставал на дыбы», но все же прорывался через скальный монолит…

– Первая – пуск! – скомандовал Гидеон.

Лейтенант Цуйя с побелевшим от напряжения лицом нажал на ручку выпускного клапана. Послышались жужжание и хруст выдвинувшихся из обоймы буров, потом резкий звук ударившегося о скалу металла – и первый ядерный взрыватель устремился к цели.

Новый экипаж «крота» удачно запустил в земную твердь первый «золотой апельсин». Оставалось еще два…


Мы быстро уходили от места взрыва.

Через четырнадцать минут, точно по графику, корабль содрогнулся от адского рева, в котором на секунду потонул даже шум буров, дробящих скальную породу. «Крот» встрепенулся, точь-в-точь как землеройка, попавшая в зубы к хорьку. Вызванные взрывом толчки с колоссальной силой сотрясали подземный пласт. Свет в рубке замигал, погас, но потом снова зажегся, правда, накал ламп стал слабее. Грохот наших буровых агрегатов на секунду смолк – отчего у нас упало сердце: без буров мы были бы заживо похоронены в земной коре. Но машины снова заработали. «Крот» выдержал испытание боем.

– А ведь рвануло совсем рядом! – воскликнул Гидеон. – Если бы у нас было побольше времени на отход… Может быть, переставим таймер?

– Это невозможно, – возразил ему лейтенант Цуйя. – Вскрывать обоймы – слишком большой риск. Теперь уже ничего не изменишь.

Увидев, что Гидеон улыбается, лейтенант тоже не сдержал улыбки.

– Я думал, что вы серьезно! – покачал головой Цуйя. И вдруг улыбка исчезла с лица Гидеона.

– Теперь, пожалуй, серьезно, – сказал он, внимательно прислушиваясь к несмолкающему грохоту буров.

Крепко державшийся за поручень Боб тоже нахмурился.

– По-моему… один из буров теряет обороты!

Я навострил уши. Да, что-то произошло. Я не мог понять, что именно. В общем грохоте и скрежете обозначился какой-то диссонирующий звук. Так ворчит карбюраторный двигатель, когда в нем барахлит один цилиндр. Вместо того чтобы двигаться равномерно и прямолинейно, «крот» стал «рыскать» из стороны в сторону.

Я посмотрел на Боба. Он только пожал плечами. В этой ситуации мы ничего не могли сделать.

Второй «апельсин» был запущен тоже по графику. Взрывная волна нагнала и встряхнула нас так же жестоко, как и в первый раз. Но мы опять выстояли, и это вызвало у нас удивление, ведь энергии взорванного ядерного заряда было достаточно для того, чтобы стереть с лица земли большой город. Но даже мощность водородной бомбы – величина поистине игрушечная по сравнению с мощностью подземного толчка. Воздействие ядерного взрыва было здорово ослаблено многокилометровой толщей земной коры, а опасность для нас представляло именно землетрясение.

Но изменить что-либо мы были бессильны.

Лейтенант Цуйя взял карандаш и, не обращая внимания на тусклое, то и дело мигающее освещение, стал производить какие-то расчеты. Вскоре он с безнадежным вздохом отложил карандаш и бумагу в сторону.

– Я думал, что, может быть, мы обойдемся двумя взрывами, – признался он. – Но похоже, что нет…

– Доверьтесь расчету доктора Коэцу, лейтенант! – перекрывая грохот буров, прокричал Гидеон. – Он сказал, что землетрясений должно быть именно восемь, не больше и не меньше!

Лейтенант с угрюмым видом покачал головой. Его круглое лицо исказила гримаса.

– Подумать только! – воскликнул он. – Если бы не городской совет, мы могли бы иметь несколько таких кораблей с подготовленными экипажами! Я не мстительный человек, но я надеюсь, что однажды они получат то, чего заслуживают!

Неожиданно в адском вое и грохоте послышался голос Харли Дэнторпа. Его интонация полностью соответствовала выражению унылого и обеспокоенного лица.

– Ваше желание исполнилось, сэр, – тихо сказал он. – Они получили по заслугам!

Лейтенант Цуйя с недоумением взглянул на Дэнторпа.

– О чем ты говоришь?

Лицо Харли стало совершенно спокойным.

– О том, чего вы желали, сэр, – произнес он так, словно сообщал, сколько сейчас времени на корабельных часах. – Они получили то, что заслуживали.

На секунду спокойствие покинуло его, он вздрогнул, но тут же взял себя в руки.

– Мой отец… – с тоской сказал Харли. – И мэр. И еще трое или четверо членов городского совета. Их больше нет, лейтенант.

Вы помните, как послали меня проводить к докам отца Тайдсли? Когда я пришел туда, я все увидел собственными глазами. Там стояла подводная яхта моего отца. Та, которая обошлась ему почти в миллион долларов и была предметом его особой гордости. Яхта уже была готова к отплытию, и я по наивности подумал, что на ней будут эвакуировать жителей Кракатау. Но все оказалось вовсе не так.

Харли заметно побледнел. Чтобы мы услышали его рассказ за непрерывным грохотом буров, ему приходилось то и дело переходить на крик.

– На борту яхты было восемь человек. Всего восемь, хотя она могла взять по крайней мере пятьдесят. Все отсеки были забиты бумагами. Сертификатами акций. Договорами на право владения недвижимостью. Наличными деньгами. То есть тем, что составляло богатство отца, с которым он ни за что не хотел расставаться. Он решил вывезти из Кракатау эти бумаги и нескольких своих друзей – но вовсе не жителей города! С ним был и мэр. Я своими глазами видел, как они задраили люк, и корабль вошел в шлюзовую камеру.

А потом я увидел, что произошло, когда открылись внешние ворота шлюза…

Харли судорожно сглотнул и в отчаянии покачал головой.

– Иденитовая оболочка не выдержала. Как только шлюз наполнился водой, давление смяло яхту, точно пустую жестянку… Все, кто был на борту, погибли, сэр.

Некоторое время никто не мог произнести ни слова.

– Извините, Дэнторп, – нарушил молчание лейтенант Цуйя. – Все-таки потерять отца…

– Не надо ничего говорить, – прервал его Харли. – Я все понимаю. Но я хочу рассказать вам еще кое-что. Помните о пропаже геозонда?

– Конечно! – утвердительно кивнул лейтенант.

– В общем, сэр… его взял я. – Харли сконфуженно опустил голову, но все-таки продолжил: – Меня попросил об этом отец. Я понимал, что нарушаю устав – и не только этой кражей, еще и тем, что рассказываю отцу то, что ему знать не положено… У меня нет никакого оправдания, сэр. Но я сделал это. Понимаете, отец решил создать собственную службу прогнозирования землетрясений и по образцу этого зонда хотел изготовить другие. Он пытался переманить к себе доктора Коэцу. Ему нужны были точные прогнозы для проведения биржевых спекуляций.

Мне показалось, что сейчас Харли не совладает с собой. Но он только тяжело вздохнул и продолжил свою исповедь:

– Я не прошу прощения и готов дать показания перед любой комиссией – если мы, конечно, выберемся отсюда. Но я все-таки надеюсь, что у меня будет еще один шанс, лейтенант.

Я не хочу больше поступать по внутреннему чутью! Если я выберусь отсюда живым и получу возможность загладить свою вину, я буду стремиться только к одному: я хочу стать нормальным курсантом Академии подводного флота!

– Курсант Дэнторп! – Лейтенант Цуйя выпрямился в полный рост. – Из академии вас пока никто не отчислял. А разговор на эту тему я считаю закрытым.

Неловкое молчание прервал крик Гидеона Парка:

– Следите за временем! Шевелитесь, мы уже на исходной, позиции! Откладывайте последнее золотое яичко – нам давно уже пора выбираться из этого курятника!


Нам едва хватило времени, чтобы уйти из опасной зоны. Мы по крутой траектории пошли вверх, выжимая всю мощь из перегруженных двигателей машины. Когда нас настигла ударная волна, почти все внутреннее освещение погасло и больше уже не зажигалось. Но иденитовый корпус корабля хотя и затрещал, а все-таки выдержал.

Да, это был момент нашего триумфа!

– Мы сумели сделать это! – закричал Боб и радостно хлопнул меня по спине. – Честное слово, я не думал, что у нас получится!

– Сделали, да не совсем! – встревоженно поправил Боба Гидеон. – Боб, живо беги сюда! Мне нужен помощник!

Из-за короткого замыкания сложный электронный пульт управления вышел из строя. Сейчас Гидеон пытался разобраться с рычагами, с помощью которых можно было вручную регулировать работу буров, но сил одного человека для этого было недостаточно. Совместными усилиями Боб и Гидеон немного изменили угол наклона буров, но жестко зафиксировать их в этом положении не удалось.

Все висело на волоске. Казалось, что от грохота у нас лопнут барабанные перепонки – затупившиеся буры не могли уже, как раньше, вгрызаться в породу, они просто с неистовой силой молотили по ней. В полумраке мы едва различали лица друг друга. Я обратился к Бобу, но выяснилось, что рядом со мной стоит лейтенант Цуйя. Где был Гидеон? Где Харли Дэнторп? Я решительно ничего не мог понять! Вдобавок ко всему становилось нестерпимо жарко – дело в том, что Гидеон, направив всю энергию к бурам и иденитовой обшивке, отключил систему кондиционирования воздуха.

Так прошла несколько минут.

Судя по показаниям приборов, мы были у самой границы станции «К», недалеко от того штрека, который пробили несколько часов назад, во время предыдущего рейда «крота». Но приборам едва ли можно было верить, их показания противоречили друг другу.

И вдруг буры на носу корабля издали резкий скрежещущий звук и с ровным гудением завращались в пустоте.

– Мы прошли через скалу! – радостно закричал Гидеон.

Я торжествующе вскинул вверх руки. Прошли! Наша миссия была завершена! Мы…

Но мы слишком рано обрадовались. В рубке послышался резкий металлический щелчок. Гидеон стал напряженно вглядываться в темноту.

– Наша обшивка! – наконец упавшим голосом сказал он. – В ней трещина.

Он посмотрел на едва теплившиеся шкалы приборов, а потом повернулся к нам.

– Обшивка лопнула из-за резкого перепада температуры. Мы вошли в ледяную воду, ребята, а обшивка была раскалена… – Он замолчал. – Но это еще не самое страшное. Хуже то, что приборы не соврали. Мы попали именно туда, куда хотели попасть. Мы на станции «К». Но станция затоплена!

Мы ошарашенно смотрели друг на друга, но времени на то, чтобы обдумать создавшуюся ситуацию, не было. На станцию пришел океан!

Что стало с дядей Стюартом и доктором Коэцу? Если затопило станцию, значит, скорее всего, погиб и весь город. Выходит, все наши усилия были напрасными. Вероятнее всего, герметичность купола была нарушена и все, что было внутри, давно уже смято океанским давлением.

Нам нельзя было терять ни секунды.

– Надо выбираться отсюда! – прорычал лейтенант Цуйя. – Если в обшивке трещина…

Все поняли его с полуслова.

«Крот» с треснувшей обшивкой оказывался беззащитным заложником океана. Некоторое время нас могла спасать тонкая иденитовая пленка. Но ее надежность зависела от исправности всего корпуса судна, который она покрывала. Без ровной, герметичной, технически исправной металлической капсулы, на которую было нанесено покрытие, действие иденита могло прерваться в любую секунду.

А как только исчезнет иденитовый щит… Четырехкилометровая толща океана раздавит нас, как кувалда кузнечика.

– Послушайте меня! – настойчиво потребовал общего внимания Гидеон. – Где-то здесь, в толще породы, должен быть воздушный пузырь. Одному Богу известно где. Но если купол разрушен…

Гидеон замолчал на полуслове. «Крот» был слишком тяжел и слишком потрепан для того, чтобы снова стать полноценным подводным кораблем. А для всплытия на поверхность его двигателям просто не хватило бы энергии. Это была ничтожная надежда, но другой у нас не было.

Она теплилась всего несколько минут. Наш «подводный крот» перенес слишком много жестоких ударов.

От страшной жары кружилась голова, подкашивались ноги. Непрекращающийся вой и грохот разрегулированных буров разрывал барабанные перепонки. Мы слишком устали, для того чтобы управлять бурами с помощью рычагов ручного привода.

Первым не выдержал лейтенант Цуйя. Я увидел, как он зашатался и ничком упал на палубу. Сначала я не мог сообразить, что с ним происходит. И только потом понял: это был тепловой удар. Свою роль сыграл и отвратительный воздух, отравленный продуктами нашего дыхания и смрадом обгоревшей изоляции. Лейтенант потерял сознание. Нормальный человеческий организм не мог вынести таких условий.

Затем наступил черед Харли Дэнторпа – он выпустил из рук рычаг управления буром и мягко сполз на палубу. Я, пошатываясь, пошел к нему, споткнулся обо что-то, вгляделся в темноту – и с удивлением увидел Боба. Мне показалось странным, что он в такую минуту улегся спать прямо на палубе!

– Вставай, Боб… – заплетающимся языком стал я будить его. – Да что это с тобой?

– Джим! – раздался из темноты голос Гидеона. – Помоги мне, я не могу удерживать рычаги…

Его голос неожиданно смолк.

Я пошел туда, откуда он только что доносился, но делать каждый новый шаг было все труднее. Тут корабль сделал крутой вираж, и я повалился на палубу. Хотя, может быть, повернулся не корабль, а я сам? Я уже ничего не мог понять.

Но в общем-то это уже не имело значения.

Я врастяжку лежал на горячей металлической палубе. Я знал, что надо обязательно подняться и что-то сделать – чтобы восстановить контроль над неуправляемыми движениями корабля.

Но для этого у меня не было сил. Горевшие вполнакала лампы аварийного освещения поплыли и погасли. Я потерял сознание.

20

ПРИЮТ ОТЦА ПРИЛИВА

– Джим! Джим, сын мой! – Маленький Санта-Клаус в черной сутане о чем-то настойчиво говорил мне. – Ты должен выпить вот это!

В мой рот полилось что-то обжигающе острое. Задыхаясь и кашляя, я приподнялся на локтях и встретил спокойный взгляд голубых глаз отца Тайдсли.

– Что… Как…

– Тебе лучше помолчать, сын мой, – своим обычным теплым голосом успокоил меня священник. – С тобой все в порядке. Ты находишься в моем батискафе, мы держим курс на Кракатау.

– Кракатау? – Я тут же все вспомнил. – Но Кракатау затоплен, отец Тайдсли! Мы были там. Станция затоплена водой, там не осталось ни единой живой души!

Он недовольно нахмурился.

– Но мы все же пойдем туда, Джим. Может быть, там кто-то и уцелел.

Тайдсли почему-то отвел глаза в сторону.

Я поднялся на ноги. Оказалось, что я нахожусь в носовом отсеке батискафа – личного батискафа отца Тайдсли. Здесь каждый квадратный сантиметр был занят сейсмологическим оборудованием или образцами породы. На этом небольшом судне отец Прилив путешествовал в океане, изучал коварные повадки землетрясений, собирал научную информацию, без которой доктор Коэцу не смог бы разработать основы своей теории. Я много слышал про этот батискаф и теперь оказался на нем..

Но самое интересное было в том, что я здесь оказался не один!

Обернувшись, я увидел Гидеона Парка, его широкое чернокожее лицо, как обычно, светилось улыбкой.

– Джим, как я рад, что с тобой все в порядке! А то мы уже беспокоились. Все остальные пришли в себя примерно час назад, но тебя что-то здорово прихватило, парень!

– Остальные? – не совсем понял я.

– Да, в общем, все мы, – объяснил Гидеон. – Мы все-таки добрались до дна в эпицентре землетрясения, а там оказался отец Тайдсли в своем батискафе. Его приборы зарегистрировали колебания, которые распространял наш «крот». Рулевое управление «крота» напрочь вышло из строя, только буры продолжали работать – они были направлены вертикально вверх и месили придонный ил. Отцу Тайдсли удалось вытащить нас оттуда…

Гидеон задумчиво покачал головой.

– Это настоящий человек. Ведь у него на борту полно научных приборов да к тому же еще и десяток беженцев из Кракатау. Ты бы посмотрел, что делается в кормовом отсеке! Но он все-таки взял нас на борт… Так что теперь, Джим, мы в безопасности. Но что касается тех, кто остался в Кракатау-Доум – я имею в виду твоего дядю и доктора Коэцу…

Гидеон замолчал. Я хорошо понял, что он хотел сказать.

Но мы все-таки достигли своей цели. В глубине души мы; сильно переживали из-за горькой участи, которая постигла дядю Стюарта, доктора Коэцу и всех жителей города. Но даже зная об их гибели, мы могли утешать себя тем, что это – последние жертвы могучей стихии. Секреты скрытых в земной коре разрушительных сил были раскрыты. Методика доктора Коэцу спасла человечество от постоянной угрозы землетрясений.

В маленькой, заставленной приборами каюте началась упорная работа. Мы анализировали данные, полученные отцом Тайдсли, – переносили результаты его зондирования на графики и карты.

– Получилось! – вдруг торжествующе воскликнул Харли Дэнторп и потряс листом бумаги со своим прогнозом. – Посмотрите, какой у меня результат: вероятная сила землетрясения – ноль. Вероятное время – бесконечность! И возможная погрешность – настолько мала, что ею можно пренебречь!

– Сходится! – подтвердил лейтенант Цуйя, и на его исхудавшем лице впервые за много дней появилась улыбка. – У меня такой же результат. Иден! Эсков! А что у вас?

Мы молча покачали головами.

Негативная гравитационная аномалия пошла вниз. Налицо был явный сброс напряжений в пластах. Что бы ни произошло с Кракатау, новая методика сработала!

В свое время ученые доказали, что землетрясения можно успешно прогнозировать. Теперь было доказано, что ими можно управлять. Судьбу Нансэй Сото не разделит ни один подводный город! Даже сухопутные города могли теперь вздохнуть свободнее. Трагедиям Лиссабона и Сан-Франциско не суждено было повториться.

Вот только жаль, что мы уже не могли помочь Кракатау-Доум!

Мы радостно пожали друг другу руки.

Целый час, пока маленький батискаф держал курс на Кракатау, мы сидели возле сейсмографов и следили, не возникают ли колебания земной коры, опровергающие наш радужный прогноз. Но таких колебаний не было. Напряжения в земной коре были сняты, и коренная порода в основании города находилась в полном покое. В кормовом отсеке терпеливо ждали решения своей судьбы беженцы. На их лицах не было улыбок, и все же чувствовалось, что они еще не расстались с надеждой… Им уже рассказали о том, что станция «К» и нижние ярусы Кракатау затоплены океаном. Они понимали, что шансы найти хотя бы кого-нибудь в живых в пострадавшем от стихии городе ничтожны. Но у этих людей была душа первооткрывателей. Если их прежнюю родину поглотил океан, они были готовы построить новый город!

Мы приближались к Кракатау-Доум. Последние минуты плавания оказались самыми волнующими.

– Приборы фиксируют наличие иденитовой оболочки, – сдавленным голосом произнес отец Тайдсли. – На экране сканера хорошо заметно электромагнитное излучение. Мне кажется… что купол остался цел!

Через секунду мы увидели его собственными глазами!

В подводной бездне возвышался огромный светящийся купол Кракатау-Доум. К его шлюзам вереницей тянулись подводные суда.

Иденитовая оболочка выдержала!

Методика доктора Коэцу оказалась пригодной не только для городов будущего – она уже сейчас спасла огромный город с сотнями тысяч жителей!

Пока наш батискаф вместе с другими судами дожидался своей очереди перед входом в шлюз, мы почти не говорили друг с другом. Время остановилось. Прошло больше часа, но вот внутренние ворота растворились, мы причалили и открыли люк.

Через несколько минут мы уже ступали по шумным, многолюдным улица Кракатау-Доум.


Мы нашли дядю Стюарта и доктора Коэцу в больнице.

– Со мной ничего серьезного, Джим! – слегка улыбнувшись, прошептал дядя. – Это просто переутомление. После того как «крот» отчалил, станцию стало затапливать. Нам пришлось срочно уходить оттуда. Все было сделано очень четко. Военно-морская база эвакуировалась на верхние ярусы, под прикрытие иденитового щита. И иденит выдержал – несмотря на ту встряску, которую организовал ему Джон!

При этих словах дядя повернул голову и посмотрел на лежавшего на другой койке доктора Коэцу.

Стоявший рядом со мной Гидеон Парк дружески похлопал меня по плечу.

– А мы, кстати, и не особенно переживали за вас. Правда, Джим?

– Конечно нет, – с притворным равнодушием подтвердил я. – Мы знали, что с вами все будет в порядке.

Я старался говорить как можно серьезнее, но засмеявшиеся Боб и Харли Дэнторп разоблачили меня.

– Теперь все позади, – улыбнулся дядя. – Мы можем спокойно возвращаться к своим делам. Море – чертовски упорный соперник, с ним едва ли можно справиться, лежа на койке… Эй, сестра!

Он отбросил одеяло и, спустив босые ноги на пол, оправил на себе длинную больничную сорочку.

– Сестра, принесите-ка мне одежду, я собираюсь покинуть ваше заведение. Ведь прилив не ждет!


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 5 Оценок: 1
Популярные книги за неделю


Рекомендации