Электронная библиотека » Гэвин Лайл » » онлайн чтение - страница 2

Текст книги "Сценарий схватки"


  • Текст добавлен: 3 октября 2013, 22:38


Автор книги: Гэвин Лайл


Жанр: Приключения: прочее, Приключения


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Шрифт:
- 100% +

3

Казино в «Шератоне» представляло собой тихий ярко освещенный зал на первом этаже, где крупье с официальной лицензией время от времени позволяли отдать им ваши деньги в обмен примерно на такое количество удовольствия, которые вы могли получить, купив в супермаркете банку фасоли. И, конечно, возможности съесть фасоль вам не предоставлялось.

Это место выглядело не более завлекательно, чем любое другое в Сан-Хуане. Было время, когда тут было погорячее, это когда крутые парни, которых Кастро вышвырнул из гаванских казино, появились здесь, чтобы показать невежественным туземцам, сколько тузов бывает в колоде. Но они забыли про джокера: отделение ФБР. Некоторые заблаговременно и надежно встали на ноги с тем, чтобы не очутиться за решеткой; другие перебрались в Лас Вегас, прежде чем их успели снять с самолетных трапов.

В любом случае теперь они были здесь лишними. Казино отелей в Сан-Хуане превратились в живой и процветающий памятник решимости туристов потерять достаточное количество денег, чтобы насладиться своей порочностью, и для этого вовсе не было нужды плутовать в игре. Не было нужды даже отчислять какой-то процент в пользу заведения, так как большая часть посетителей приходила сюда в полной решимости потерять десять, двадцать или пятьдесят долларов и оставалась здесь до тех пор, пока этого не происходило – потому что уйти, находясь в выигрыше, выглядело неспортивно и выдавало бы, что они простые туристы, а не заправские игроки.

В один прекрасный день я запатентую идею уволить всех крупье и выбросить за ненадобностью все столы, а вместо этого повесить просто корзину для мусора с надписью: "Строго запрещается бросать сюда ваши деньги". И умру богатым.

В девять тридцать вечера летом, когда еще не начался настоящий сезон, казино было не слишком переполнено. Несколько человек расположились вокруг двух столов с рулеткой, другие играли в блэкджек (азартная карточная игра – прим. пер.) и как всегда шумная группа толпилась возле игроков в крепс (азартная игра в кости – прим. пер.). За вход не нужно было платить, наличные меняли на фишки прямо за столами, так что я просто шатался по залу, как поступил бы на моем месте любой турист, Эдвард Дж. Робинсон или Аль Капоне.

Чувствовал я себя совершенно нормально.

Казалось, здесь не было никого в форме ВВС республики, но ведь всегда можно было положить в кабину "вампира" небольшой чемоданчик, чтобы не выглядеть слишком уж милитаристски. Кстати, для визита доброй воли это было вообще маловероятно. Разглядывание физиономий тоже не принесло бы большой пользы. Любой пилот реактивного самолета в карибских ВВС с одинаковой степенью вероятности мог родиться в Варшаве, Чикаго или Санто-Бартоломео.

Я задумался над тем, скольких людей я успею спросить:"Извините, не вы ли, случайно, пронеслись сегодня днем на реактивном истребителе впритирку ко мне?" – прежде чем вызовут врача, когда чья-то рука неожиданно сунула мне под нос пару костей и голос произнес:

– Кейт, дружище, тебе всегда везло больше, чем ты того заслуживал. Ну-ка, сделай и их счастливыми.

Рука и голос прорвались из небольшой плотной группы людей, толпившихся возле стола, где играли в кости, и в первый момент я не мог разглядеть, кому они принадлежат. Но я знал этот австралийский акцент и знал эту руку: большую крепкую лапу, покрытую темным загаром, заросшую мягкими светлыми волосками и испещренную бесчисленными белыми шрамами, которые оставила на ней жизнь после многолетней работы с рычагами и переключателями в кабинах незнакомых самолетов.

Я простер руку над костями и нараспев произнес:

– Проклятье умирающей матери над этими игрушками дьявола.

Возмущенный американский турист изумлено посмотрел на меня.

– Послушайте, вы одновременно оскорбляете материнство и игру в кости.

Раздался довольный смех австралийца и кости упали на стол.

Крупье пропел:

– Два-а – три.

Деньги игрока пропали. Толпа заволновалась, игрок отодвинулся от стола и обернулся.

– По-прежнему бережешь удачу для себя, Кейт?

И мы взглянули друг на друга впервые за последние десять лет.

Он не слишком изменился. Широкий, крепкий, массивный, как и его рука. Квадратное лицо с курносым носом, загорелой и странно шероховатой кожей, светлые голубые глаза, коротко подстриженные курчавые волосы. Добродушное, но внимательное выражение лица, показывающее, что он искренне рад встрече, и в то же время делающее совершенно очевидным тот факт, что никакое следующее движение не ускользнет от него незамеченным.

Нэд Рафтер. Игрок из Австралии и пилот-истребитель, работающий по найму. Стоит вам оказаться участником игры или войны, и Нэд найдет вас.

– Как твои дела, дружище, все в порядке? – спросил он.

– Все в порядке. – Мы не стали пожимать друг другу руки; пилоты не часто это делают, может быть от того, что это выглядит слишком серьезным, слишком окончательным.

Я не стал его спрашивать, как дела – в этом не было необходимости. На нем был серый шелковый костюм, отливавший жемчугом, такого покроя, который вы не нашли бы на Карибах ни за тысячу миль, ни за тысячу долларов. И мне не было нужды спрашивать, что он делает.

– Мне кажется, сегодня мы встретились рановато, – сказал я. – В следующий раз труби в свой рог перед тем, как попадешь в беду.

Он лениво улыбнулся.

– Кейт, ты стал каким-то медлительным и вялым, как водитель, который ездит только по воскресеньям. – Мы прошли к концу стола и он бросил крупье двадцатидолларовую банкноту. – Фишек для моего друга.

– Только не мне, – быстро сказал я. – Я пришел сюда, чтобы снести тебе башку. Я еще могу это сделать. Но мне не нужно, чтобы при этом ты потерял свои деньги.

– Ты разговариваешь как турист. Никто ничего не теряет. – Но он забрал свои фишки и поставил две небольшие кучки на игровую часть стола. Крупье слегка улыбнулся, так как по-видимому Нэд сделал довольно умную ставку.

Я не игрок – конечно, не по принципиальным соображениям, а просто из-за того, что не получаю удовольствия от риска. Во всяком случае, игра в крепс слишком сложна для меня. Хотя правила достаточно просты: при первом броске костей вы выигрываете, если выпало 7 или 11 и проигрываете, если выпало 2, 3 или 12. Если бросаете еще раз, правила меняются: теперь вы бросаете до тех пор, пока не выиграете, выбросив один и тот же номер дважды подряд или проигрываете, выбросив 7. После первого круга все остальные цифры не учитываются.

Но столы в казино устроены так, что можно не только выигрывать или проигрывать, но еще ставить на каждую цифру, комбинировать эту цифру различными способами и делать вообще что-угодно, у вас нет только шансов ставить на ядерную войну или на желчный камень вашей бабушки.

Кости покатились. Нэд проиграл одну кучку, но выигрыш на второй кучке оказался больше, чем он потерял, так что по-видимому он действительно сделал довольно умную ставку.

– Последнее, что я о тебе слышал, – сказал я для того, чтобы просто что-то сказать, – что ты уехал из Конго. Что случилось?

– Там оказалось слишком много жуликоватых политиков. А кроме того, приходилось летать только на "Т-28" и еще там было несколько старых "В-26". И мне стало там просто скучно. – Он снова поставил на стол кучку фишек.

– А почему ты оказался не на Дальнем Востоке? Я слышал, там сейчас идет довольно приличная война.

– Да я думал об этом. Но трудность в том, что американцы хотят, чтобы она была демократической. И не принимают иностранцев.

Он проиграл свою кучку фишек и тотчас поставил другую в другое место.

– А ты не пробовал принять участие с другой стороны? Может быть, они не такие демократы?

Он покосился на меня.

– Дружище, ты думаешь, это было бы забавно?

– Да, ведь жизнь сегодня просто один большой праздник. Не каждый день меня атакует парочка реактивных истребителей, которые вполне могут открыть огонь. Устройся поудобнее и постарайся разглядеть смешную сторону такой ситуации.

Он выиграл свою ставку, забрал ее и тут же поставил снова.

– Ты слишком долго был не у дел, Кейт.

– Я слишком долго был не у дел? – Я стукнул кулаком по краю стола и заметил удивленный взгляд крупье. Потом, уже более спокойным голосом продолжил: – Если бы сегодня в полдень я тебе ответил, ты до сих пор бы добирался домой пешком по воде. Твой второй номер оказался не на той стороне для такого маневра и слишком близко. Если ты собираешься с ним летать, научи его прикрывать тебе спину.

Он немного подумал, глядя на стол.

– Может быть... может быть ты и прав. Эти парни слишком гордятся тем, что умеют летать в плотном строю. Я их отучу. Просто я здесь всего месяц.

Кости покатились по столу, их собрали и они снова покатились. Крупье пропел выпавшие цифры; игрок проиграл, вперед выступил другой. Крепс – это пожалуй самая быстрая азартная игра, если не считать дремоты над ручками управления истребителя во вражеском воздушном пространстве.

Нэд продолжал ставить свои маленькие кучки, то выигрывая, то проигрывая.

– И как тебе нравится работа на чартерных рейсах? – спросил он.

– Могло быть и хуже. Здесь хорошая погода для полетов. Беда в том, что авиалинии становятся все лучше. Пройдет несколько лет и на острова пустят реактивные самолеты.

– Да, – Он задумчиво почесал подбородок. – Я думаю, тебе хотелось бы чего-нибудь более возбуждающего – после полетов на истребителях.

– Стараюсь время от времени платить по закладной за свой собственный самолет. Это тоже довольно возбуждающее занятие.

– У меня никогда не было собственного самолета. – Кости покатились – и Нэд неожиданно выиграл в три раза больше, чем поставил. Он быстро двинул свои фишки к крупье. – Хватит. Переведите мне в наличные.

– Уйти в тот момент, когда начинаешь выигрывать, – пробормотал я.

Он взглянул на меня.

– Однажды ты именно так и сделал.

Я усмехнулся. Некоторые туристы презрительно посмотрели на него, как на человека, который не может использовать свой шанс, хотя это было именно то, что он постоянно делал.

Он вернулся с на удивление большой пачкой долларов. Я и не думал, что он будет играть по маленькой, он никогда в прошлом этого не делал, да и шелковый костюм заставлял предположить, что сейчас он не нуждается, но эта пачка покрыла бы двухмесячные выплаты по закладной и текущие расходы на обслуживание моего самолета.

Он быстро просмотрел ее и сунул в карман.

– Правда, что тут в казино не выпьешь?

Я кивнул.

Он раздраженно пожал плечами.

– Боже мой, что делают власти! Если я умру по дороге в бар, то передай моей матери, что я, по крайней мере, пытался до него добраться.

– Это звучит как оскорбление одновременно и материнства, и алкоголя.

4

Мы спустились по лестнице в бар возле плавательного бассейна. Я заказал два «баккарди» с тоником и естественно, что мы начали говорить о людях, которых оба знали в Корее.

Некоторые из них уже умерли, а другие командовали эскадрильями. Двое американцев дослужились до чина полковника; один тренировался для полета на Луну, и, как считали в некоторых инстанциях, обратно.

Главным образом чтобы что-то сказать, я спросил:

– А какой чин тебе дали в республике?

– Полковника. Это самый высокий чин, которого я достиг. В Конго я был всего лишь капитаном.

Я удивленно посмотрел на него.

– Господи Боже – ты командуешь всеми ВВС? – Я-то думал, что он всего лишь руководитель полетов или, может быть, главный инструктор.

– Только "вампирами".

– Я считал, что чина майора вполне достаточно, чтобы командовать двенадцатью истребителями.

Он усмехнулся.

– Да, но эти двенадцать машин составляют всю истребительную авиацию. Так что я главнокомандующий истребительной авиацией. И убежден, что должен быть генералом.

Я быстро взглянул на него.

– Только не говори этого слишком громко, Нэд. На Карибских островах каждый хочет быть генералом.

Его лицо окаменело; потом он кивнул.

– Да, я совсем забыл. Беда в том, что я никогда не обращал особого внимания на чины.

– Ты такой же, как все австралийцы.

Он снова усмехнулся.

– Да, их всегда интересуют только деньги. А что ты скажешь насчет 750 долларов в неделю, без налогов и с оплатой всех расходов?

– Скажу, что это чертовски неплохо – пока это продолжается. Ты получаешь такие деньги?

– Нет. Я получаю больше. Но это я могу предложить тебе.

Я подсчитал. Не мог удержаться, чтобы этого не сделать. 750 долларов в неделю составляли 3000 долларов в месяц или 1000 фунтов стерлингов... даже если я продержусь три месяца, то смогу полностью выплатить закладную на свой самолет. А если это продлится шесть месяцев, то получится еще 3000 долларов. Получив такую сумму и продав самолет, я смогу купить новый "Д-8" или "Эйр Коммандер", или...

Нэд наблюдал за мной с мягкой чуть сардонической улыбкой. Цифры, должно быть, прыгали у меня в глазах, как в окошке кассового аппарата. Я осторожно сказал:

– И мы идем по длинной зеленой как ее там...

– Я получил добро взять еще одного парня со стороны – конечно, при условии, что он понимает в этом деле. Сейчас я одновременно исполняю обязанности командира эскадрильи, оружейника и главного инструктора; в день я делаю четыре или пять вылетов. Ты бы стал моим помощником и взял бы на себя половину этих дел. Что скажешь?

"Эйр Коммандер" был все еще здесь, слабо поблескивая на уходящей в даль бетонной полосе. Однако теперь он стал немного дальше и поблескивал немного меньше.

– Спасибо за заботу, Нэд. Но я скажу нет.

– Тебе следует использовать свой шанс, дружище.

Я просто покачал головой.

Он стукнул кулаком по стойке бара.

– Говорю тебе, что ты должен воспользоваться такой возможностью! Это хороший совет!

Я посмотрел на него, несколько удивленный такой страстной реакцией. А немного погодя спросил:

– Ты хочешь сказать, что после стольких лет я мог бы опять стать ассом? Хотя предположим, что вражеской авиации не будет: смогу ли я сосчитать крестьян, в которых буду стрелять? А также коз и ослов?

Он посмотрел на меня, морщась от отвращения.

– Смотри, не истеки слезами! Бедные крестьяне, черт бы их побрал. На прошлой неделе мы уничтожили трехдюймовый миномет, который держал под обстрелом железную дорогу. Эти парни знают свое дело.

– Но это не мое дело. Я не хочу быть замешанным в...

– Кто, черт возьми, говорит о политике? Ты был в Корее не потому, что не соглашался с теорией Карла Маркса. Ты был там, потому что ты – пилот-истребитель, и чертовски хороший пилот. Так что не забивай себе голову глупыми идеями из книг, которых ты не читал.

Я улыбнулся. Я просто не мог удержаться. Но потом снова покачал головой.

– В Корее была наша война. И я до сих пор совершенно уверен, что воевал на правильной стороне. В республике правильной стороны не существует; там не будет даже победившей стороны, что бы ни произошло. Здесь вообще не должно быть войны. Пусть даже что-то происходит не так, "вампиры" и трехдюймовые минометы не могут стать лекарством ни от чего.

– Ты все время говоришь о политике. А выглядишь при этом как корова, играющая на скрипке.

– Это я говорю о политике? Ты думаешь, что можешь присоединиться к чьей-то чужой войне и не будешь при этом играть в политику?

Нэд открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент кто-то совершил вынужденную посадку на его правое плечо. Он резко повернулся, замахнулся, и на миг мне показалось, что в конце концов вечер закончится довольно весело. Но когда он увидел, кто это, то просто буркнул: – Черт бы тебя подрал! – и снова повернулся к бару.

Вновь прибывший оказался высоким брюнетом, весьма симпатичным – в стиле рекламных проспектов латиноамериканских сигарет – и вполне осознавал это обстоятельство. Но первое, что обращало на себя внимание – его костюм, великолепно скроенная пара из светло-бирюзового мадрасского шелка с широкими плечами, узкой талией и весьма запоминающимся фасоном. Было совершенно ясно, что такой костюм непременно запомнится, хотя особого смысла в этом не было.

Он наклонился над плечом Нэда и продемонстрировал широкую белозубую улыбку, не предназначавшуюся никому конкретно.

– Немного выпьем, mi Coronel[1]1
  Мой полковник – исп. – прим. пер.


[Закрыть]
, – предложил он.

– От вас пахнет так, что мне кажется, пора завязывать, – буркнул Нэд. Потом вспомнил о своих светских обязанностях и, повернув голову сначала направо, а затем налево, сообщил: – Капитан Миранда. Кейт Карр.

Капитан повернулся ко мне, на его физиономии медленно расплывалось выражение удивления и удовольствия.

– Сеньор Карр? Искренне надеюсь, мы не слишком сильно напугали вас сегодня днем. – И буквально выстрелил мне между глаз своей жесткой усмешкой.

Я просто пожал плечами.

Потом он погрозил мне пальцем.

– Теперь вы будете знать, что не следует слишком приближаться к территории республики, не так ли? В следующий раз мы вас собьем.

Нэд вздрогнул, лицо и голос у него стали жесткими.

– Послушай, сынок! Никогда не ссорься с Кейтом Карром, если меня не будет поблизости, чтобы удержать твою руку. Дело в том, что он знает об этой игре куда больше, чем ты сможешь выучить за пять жизней. – Он махнул рукой. – А теперь ступай прочь и поохоться за птичками в клетке. Хотя не похоже, что в таком состоянии ты сможешь справиться даже с тряпичной куклой.

Миранда инстинктивно выпрямился и, преисполненный пьяного достоинства, заявил:

– Мы здесь с миссией доброй воли, mi Coronel. Я пил с американскими офицерами, а не с rebeldes![2]2
  Бунтовщиками (исп.) – прим. пер.


[Закрыть]
 – И я поймал его яростный твердый взгляд.

– Убирайся, пьяный хам, – сказал Нэд.

Капитан машинально встал по стойке смирно, сказал:

– Si, Coronel[3]3
  Есть, полковник (исп.) – прим. пер.


[Закрыть]
 и вышел, весь преисполненный оскорбленной мужественности и воинственности.

Наступило продолжительное молчание, прерываемое только позвякиванием льда в стакане, который хмуро разглядывал Нэд. Я вытащил из внутреннего кармана трубку, набил ее из скомканного пакета весом в одну унцию и приступил к церемонии раскуривания. Нэд, продолжая хмуриться, понаблюдал за мной и спросил:

– Зачем тебе эта трубка?

– Пытаюсь избавиться от сигарет. – Дым валил, казалось, одновременно из всех щелей как трубки, так и меня самого. Но я продолжал трудиться.

Нэд щелкнул пальцами, заказал еще два "баккарди". К тому времени, когда они прибыли, я уже поставил под контроль как трубку, так и свои мысли.

– Ну, – сказал я, – а теперь рассказывай все.

– Не стоит обращать внимание на этого плейбоя. Мы взяли его, потому что его отец – крупный латифундист. Ты должен был видеть его на...

– Все, Нэд. Рассказывай все.

Он хмуро посмотрел на свой стакан.

– Я не спрашиваю, как ты узнал, что днем на том самолете летел я. Думаю, ты знаешь всех пилотов, выполняющих чартерные рейсы. Но я считал, что атака была просто глупой ной шуткой. Теперь этот парень назвал меня бунтовщиком. Так что выкладывай все.

– Собственно, рассказывать-то и нечего. Просто соглашайся на работу, которую я тебе предлагаю.

– Я уже сказал тебе: не хочу впутываться...

– Ты и так уже впутался! Они считают, что ты выполняешь полеты для Хименеса, для повстанцев. Мне было приказано атаковать тебя сегодня днем, просто в качестве предупреждения.

Я почувствовал, как меня пробирает дрожь. Так думают в ФБР, так думают в республике. Может быть, так думают все на Карибских островах. Кроме меня.

– Соглашайся на эту работу, – сказал Нэд, – тем самым ты докажешь, что они были неправы. И заработаешь кучу денег.

– Именно потому ты мне ее и предлагаешь, Нэд?

– Соглашайся, и все. Тебе будет неплохо.

– А ты тоже думаешь, что я летаю для Хименеса?

Он нетерпеливо покачал головой.

– Не знаю. Ты хитрый парень, Кейт. Ты не был бы хорошим истребителем, не будь ты хитрецом.

– Я больше не истребитель, Нэд.

Он выплеснул остатки выпивки себе в горло, встал и посмотрел на меня сверху вниз. Потом осторожно заметил:

– Я сделал все, что мог, только что не рисовал тебе картинки, как для новобранцев. Но если хочешь, могу сделать и это. Потому что в следующий раз мне могут приказать тебя сбить.

– Да? А кто тебе сказал, что есть гарантия, что ты куда-то попадешь?

Он лениво улыбнулся.

– А кто сказал тебе, что ты уже не истребитель?

И зашагал к себе в отель.

К этому времени моя трубка окончательно потухла. Я все еще пытался ее раскочегарить, словно в топливо попала вода или засорился карбюратор, когда кто-то скользнул на пустой стул по соседству.

Я покосился и мрачно буркнул:

– Ясно, вы не пропустите такого увлекательного зрелища. К сожалению, оно оказалось со счастливым концом.

Агент Эллис улыбнулся.

– Естественно. Складывается впечатление, что вы довольно хорошо знаете полковника Рафтера. Я могу даже предположить, что вы знали его довольно долго.

Я бросил трубку на стойку.

– Угостите меня сигаретой и я все расскажу.

Он вытащил пачку "честерфилда".

– Спасибо. Это было в Корее. Он служил в 77-й эскадрилье австралийских королевских ВВС. Они прибыли туда на восьми "метеорах" и были брошены против "мигов". Вскоре выяснилось, что "миги" опережают их в наборе высоты, быстрее пикируют, быстрее разворачиваются и обгоняют в горизонтальной плоскости. Я бы не сказал, что они были ошеломлены, но стало чертовски ясно, что развлечением для них и не пахло. После этого их перебросили на штурмовку наземных объектов. Я был прикомандирован к эскадрилье "сэйбров", которые прикрывали их сверху, и время от времени посещал их как офицер связи, я ведь англичанин и все такое. После этого я встретил Нэда пару лет спустя в Лондоне, после того, как он покинул королевские ВВС.

– Теперь он полковник в Fuerza Aerea Republicana[4]4
  Республиканских ВВС – исп. – прим. пер.


[Закрыть]
. А что он делал в промежутке?

Я наградил его взглядом, который, как я надеялся, он сможет истолковать как холодный.

– Возможно, вязал носки для дома престарелых.

Эллис обиженно взглянул на меня.

– Это же просто дружеский вопрос.

– И дружеский ответ. Если хотите внести его в один из ваших списков, то сами делайте грязную работу. Одна сигарета еще не сделала меня информатором ФБР – особенно после того, как мне предложили работу за 750 долларов в неделю.

Последовала пауза, во время которой он задумчиво смотрел на меня, а я пытался сообразить, какого черта проговорился. Должно быть, "Шератон" отпустил мне больше "баккарди", чем то, на которое я открыл кредит.

Потом он тихо спросил:

– Семьсот пятьдесят долларов, да? И вы согласились?

– Нет. Но всегда приятно знать, что кто-то на свете так высоко ценит тебя.

– Вы бы опозорили себя на все Карибское море. И вам нигде бы не нашлось места для посадки – даже после того, как игры в республике закончатся.

– Знаю. Вот именно поэтому я не работаю и на Хименеса.

– Конечно. – Он задумчиво кивнул. – Может быть, вам следовало бы написать это маленькими буквами на борту вашего самолета?

– Нет. Я не стану этого делать.

– Готов спорить, что однажды сделаете. – Он улыбнулся. – Было бы глупо совершать такую серьезную ошибку просто по забывчивости.

И ушел.


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации