Читать книгу "Комсорг"

Иннокентий Белов
Комсорг

Название: Комсорг

Автор(-ы): Иннокентий Белов

Глава 1

В моей комнате у бабы Таи стоит обычная полуторка, пока я сплю именно на ней.

Сам когда-то начинал пару раз серьезные отношения именно на такой кровати, стараясь все же побыстрее купить настоящую тахту. Не хватает мне здесь простора для настоящего вдохновения, то есть стало не хватать, когда вошел в тело и перестал быть худощавым парнем.

Но вскоре придется и сюда покупать такую же тахту, ибо жизнь моя меняется. Однако тут не все от меня пока зависит. Светка к полной семейной жизни пока совсем не готова, поэтому сейчас осторожно одевается на краю кровати.

Предчувствуя бдительный взгляд подруги, я сразу же закрыл глаза и ловко прикинулся спящим бревном, как подсказывает поступить мне мое взрослое сознание.

– Игорь! Пора вставать! Я в ванную, а ты кровать застилай! Срочно!

Таким явно командным тоном выдает мне девушка приказания в момент неприкрытого душевного смятения от того, что скоро может хозяйка квартиры вернуться.

И вдруг заглянет в мою комнату? А у нас тут совсем не прибрано, сразу станет понятно, что мы, оставшиеся наедине в квартире молодые совсем ребята не только невинным образом музыку слушали.

Все-таки первая красавица на своем потоке и вообще – очень ответственная по жизни девушка! Не положено ей подобным запретным делом заниматься, пока штампа в паспорте нет! Вот о чем настойчиво говорит комсомольско-девичья совесть!

Поэтому может себе позволить покомандовать от широты души, тем более я уже примерно понимаю, как у нее в семье на самом деле все устроено. Что главная там – однозначно матушка, однако мой солидный жизненный опыт подсказывает мне различные способы комфортного совместного проживания. Даже с такой серьезной и уже очень целеустремленной молодой теперь женщиной.

Как говорится – плавали, знаем! Как вести себя с ней в отношениях солидно и по-взрослому, что требуется в первую очередь начинающей новую жизнь девушке. Далеко не такой прошаренной и понимающей саму жизнь, как я собственной персоной.

И ее фигура сразу же исчезла в коридоре квартиры, шлепая разношенными тапками, потом хлопнула дверь ванной, где немедленно зашумел душ.

«Быстро вообще она в ванну забралась, – признаю я. – Явно выработанная общажной жизнью такая правильная и осмысленная привычка не терять времени при виде свободного пока душа и льющейся еще воды. Когда слишком много набирается желающих помыться на те четыре душевые кабинки на всем этаже общаги. Да еще постоянно один душ или даже парочка не работают нормально, то горячей воды нет, то холодной, то вообще никакая вода не течет.

Вот, все хочет контролировать самостоятельно в своей жизни девушка и я ее хорошо понимаю, ответственная она очень.

«Знает, наверно, по жизни в русской глубинке, что мужики обычно весьма ленивые, бестолковые и очень безынициативные существа. Мечтающие только выпить водочки по любому поводу и пожаловаться на жизнь своим собутыльникам», – улыбаюсь я.

Не зря же в бюро ВЛКСМ своего потока весьма заслуженно входит.

Да, в профессионально-техническом училище комсомол еще активно существует, пока взносы всего по две копейки собирают среди учащихся. И на собрания учащиеся правильно ходят, что-то там единогласно поддерживают и с инициативами, сверху спускаемыми, дружно выступают.

Вот уже на хлебозаводе или кондитерском комбинате с подобным делом сильно посложнее станет. Ведь никто отдавать по полтора рубля из своих, кровно заработанных, не захочет за просто так, за одну только принадлежность к самому передовому отряду советской молодежи. Когда поступать никуда больше не требуется, а впереди только рабочая жизнь!

Там уже взрослая жизнь начинается, от получки до аванса она строго заключена в рамки, становится не до всяких, в основном формальных постановок. Поэтому очень сильно, прямо катастрофически, редеют ряды передового авангарда советской молодежи.

Пока совсем полностью не заканчиваются, а зарекомендовавшие себя хорошими организаторами комсомольские вожаки не переходят на работу уже освобожденными секретарями по указанию местного райкома комсомола.

Следы наших юношеских радостей срочно пора убрать, а то придет моя хозяйка, Таисия Петровна – вот что мне сигнализирует моя подруга, немного такая наивная еще. Хозяйка ведь может в комнату постучаться, может обо всем сразу догадается! Когда увидит следы преступления – расстеленную полуторку и смятую простыню среди бела дня! И предметы туалета, разбросанные по имеющейся в наличии мебели!

Так, конечно, только Светка наивно думает, я-то уверен про себя, что моя хозяйка уже обо всем давно догадалась и только радуется за своего любимого арендатора. Что я самую приличную девушку себе сразу нашел, а не со всякими шлюндрами районными тут трусь.

Данных шлюндр она всех по именам знает хорошо и мне никогда не посоветует.

Света и точно – приличная девушка, она в подобном уверена, как всякий много поживший и повидавший человек. А то, что она живет у меня, к такому известию Таисия Петровна относится спокойно, как взрослая женщина. Когда-то такое событие все равно должно было случиться, так почему не с таким хорошим парнем, как ваш покорный слуга.

Да и я, как тоже немало повидавший разных отношений мужчина – в этом полностью уверен! Пусть в прошлой жизни как-то прошел совсем мимо таких волнительных вариантов.

Чтобы брать именно молоденькую девушку и делать ее женщиной, воспитывая именно под себя родимого. Такие знакомые парни и целые семьи у меня имелись перед глазами. И там, в большинстве случаев, все пошло совсем не так, как поначалу взрослый доминирующий самец рассчитывает. Стали со временем сами безнадежными подкаблучниками или просто беспощадно получили под зад самим течением исторического прогресса. Были отправлены искать себе новую дурочку. Раз именно такая, поначалу так доверчиво хлопавшая наивными глазками, девушка таковой не оказалась по итогу.

Все с разведенками и уже опытными в половых вопросах в основном женщинами гулял. Где все очень просто и легко в данном плане. В общем, совсем не искал трудностей с невинными девушками, а даже как-то вполне осознанно избегал их.

Как начал с курсантских времен опасаться постоянно такой засады, так всю взрослую жизнь и прошел под флагом быстро возможной любви. Были у меня и приятелей интересные такие случаи, не все смогли от скорой женитьбы уверенно увернуться.

Так останешься непреднамеренно ночевать в гостях, потом побарахтаешься разок с внезапно ставшей доступной подругой в ее комнате. Зато утром тебе уже будущий тесть с будущей тещей тапочки по-семейному выделяют и зятем ласково называют.

И ведь деваться теперь некуда совсем! Как приличному человеку – комсомольцу или уже даже кандидату в члены КПСС, состоящему на воинской службе в училище для перспективных офицеров-подводников!

Перспективных в смысле большого денежного довольствия где-нибудь на Севере или ТОФе, еще довольно быстрого продвижения по службе. Подводники и летно-подъемный состав авиации воинские звания на год быстрее остальных служивых получают.

«Когда-то все подобное было важно, да и сейчас на самом деле греет многие офицерские души», – улыбаюсь я.

А если ты решишь быстренько про дело с соблазнением позабыть, типа – подумаешь, переспал и переспал, с кем не бывает. Тогда суровая делегация из настойчивой матери и плачущей дочурки в парткоме училища так же быстро тебя до отчисления из училища доведет на самом деле.

И тогда, здравствуй, Северный флот! Крайне суровые годки радостно встречают бывшего курсанта на каком-нибудь замурзанном тральщике, а впереди прочие радости срочной службы в арктических широтах! Качка во время шторма в Северном ледовитом океане такая бывает, что девять кругов дантовского ада как-то с добрым таким юмором воспринимаются. Как бы там товарищ Алигьери не сгущал краски из своей итальянской жизни! Где всегда тепло и везде апельсины на деревьях просто так растут.

С подобными опасными моментами в прошлой жизни я уже хорошо знаком. Нечасто такое случалось, однако данный вариант с Северным флотом совсем неизбежный. Если все участвующие стороны на принцип пойдут, а не договорятся как-то тихо, мирно и благочинно.

Есть даже немного знакомые парни из других рот, которые пошли на этот самый принцип, отказались жениться наотрез на девушках сомнительных добродетелей. Поэтому как-то утром, на общем построении факультета, были вызваны из строя, отчислены из училища, после чего промаршировали в роту обеспечения.

Парень из моего взвода с интересной фамилией Есиков тоже попал в подобный переплет-дуплет в самом конце первого курса. Ходок по теткам он был в то время весьма изрядный, поэтому так получилось, что понесли от него одновременно одноклассница по школе из весьма приличной семьи и веселая, уже достаточно самостоятельная, медсестренка из Военно-морского госпиталя.

Ибо опускал он свой молодильный агрегат во все емкости на своем жизненном пути без всякого разбора.

– Не знаю, что и делать, – озадаченно лохматит он передо мной ладонью густые еще тогда, свои кучерявые волосы, – хочется, конечно, с медсестренкой остаться, если мое мятущееся сердце послушать… Только если посмотреть с другой стороны – там же моя одноклассница, нежная и ранимая девочка, родители наши опять же хорошо знакомы, скандал страшный начнется…

Выбор он сделал все же, как человек, хорошо понимающий грядущие перспективы будущего.

Выбрал одноклассницу, как местами приличный человек. Благо медсестренка особо даже не настаивала, сразу же решительно нашла другого папу своему будущему ребенку.

Папа еще у одноклассницы серьезный мужчина оказался, по военкоматам все служил и зятя хорошо на карьерный путь наставил. Тот сразу в КПСС ломанулся вступать самым-самым первым, и в ротных комсоргах свое будущее счастье нашел, стал ЗКР-ом по политической части

Ну, у него такое дело, справедливости ради надо отметить, очень хорошо пошло. По призванию и происхождению пошло, так сказать, очень пламенный трибун и оратор вырос рядом с нами. Прямо один в один, как товарищ Троцкий, в суровые годы революции и гражданской войны, только совсем наоборот.

Воспитался наш взводный двойной залетчик очень идейным товарищем и с невероятно хорошим знанием предмета жег яростным глаголом половую распущенность, приспособленчество, взяточничество, коррупцию и прочий карьеризм!

Даже мне помог съехать с одной странно скользкой темы, когда препод на «Тактике морской пехоты СССР» случайно обнаружил у меня на занятиях в тетрадке текст так называемого «Гимна американских подводников».

Ничего там такого, намекающего на как бы антипартийную позицию как бы молодого троцкиста не было в довольно примитивной незамысловатой песне. Поэтому комсомольское собрание взвода заслушало вопрос и рекомендовало мне больше читать классиков марксизма-ленинизма. А не поддаваться пропаганде западного образа жизни вероятного противника…

Ладно, я быстро поднимаюсь и застилаю кровать, не стоит по сущей ерунде нарываться на кое-какие лишние проблемы в начале почти семейной жизни. Тем более в моем достаточно уязвимом положении более младшего по возрасту парня.

Которому только три дня назад исполнилось шестнадцать лет, когда я с заметным облегчением вступил во взрослую жизнь и возраст согласия по советским законам. Подал сразу же в родном паспортном столе по месту прописки на первый свой паспорт, причем буквально на следующий день после совершеннолетия.

И Света данному моменту тоже очень порадовалась, что больше не рискует оказаться ужасной совратительницей взрослого по своим делам, но не по фактическому возрасту несовершеннолетнего мальчика.

Так что целуемся и обнимаемся мы со Светой, когда Таисья Петровна уходит гулять по своим знакомым часика на два, а Света прибегает ко мне сразу после занятий в путяге.

Вообще с четырнадцати до шестнадцати лет в СССР производится экспертиза половой зрелости по закону от 1960 года, если ловят на занятии любовью настолько молодых прелюбодеев. Так что не все так однозначно получается даже по закону.

«Ну, я-то легко докажу свою половую зрелость, могу еще всех экзаменаторов поучить, как детей умненьких и красивеньких с гарантией делать», – улыбаюсь я своим мыслям.

Да, есть у моей новой девушки и уже местами сожительницы, но только в бытовом плане, строгие домашние закладки насчет того, что можно, а что – нельзя позволять ее парню. Наверно, от мамы настолько строгое воспитание получено, тем более, что у той сразу три дочери имеются. Поэтому хорошо понятно, что повышенная строгость максимально присутствует в семье. Чтобы доченьки слишком рано не разгулялись в маленьком городке под красивым русским названием Нерехта.

И не позорили честную рабочую фамилию вариантом принесения в подоле от неизвестного солдата из стройбата.

Ладно, я своего добился в самом для меня пока главном деле, уже пару раз у меня оставалась ночевать Светлана вместо того, чтобы тащиться весьма утомительным образом в общагу на Энергетиков.

С ее яркой внешностью гораздо спокойнее с кем-то из подруг кататься на общественном транспорте и желательно, чтобы их, таких боевых подруг, оказалось вокруг побольше. А то к ней одной постоянное приставание со стороны противоположного пола происходит в переполненных вагонах метро, автобусах и троллейбусах, устало идущих по нужным маршрутам.

Мужики советские в общественном транспорте сильно воняют табачищем и перегаром, потом и прочими прелестями после трудового дня на производстве. Но чувствуют себя поголовно неотразимыми красавцами, поэтому их постоянное доминирование уже очень сильно надоело моей подруге.

Именно поэтому у нее непроизвольно появляется непреодолимое желание остаться слушать у меня в уютной комнате крутую музыку, чтобы никуда вообще не ехать уже наступившим вечером. Тем более не страдать сейчас и на следующее утро тоже в переполненном автобусе и вагоне метро ни секунды все тяжелые полтора-два часа, а просто дойти до учебного корпуса за пять минут по свежему морозцу.

Вместе со мной, конечно, если у меня машина на разгрузку в овощной магазин так рано еще не пришла.

Заранее еще договаривается по телефону с кем-то из воспитателей в общежитии от моего бывшего ПТУ, чтобы не поиметь проблем с отсутствием по месту проживания на целую ночь.

Только мои гормоны требуют еще много чего от девушки, однако, когда хозяйка находится в своей комнате, пусть и отделенной от нас кухней и ванной с туалетом, ничего мне пока особо не обламывается с близостью. Никакого такого пиршества молодой плоти и ненасытной любви.

Приходится реально мучиться и вертеться на своей половине кровати, пытаясь уснуть рядом с такой прекрасной во всех отношениях подругой. Твердые принципы у девушки есть, они мешают мне жить, но я надеюсь, рано или поздно подруга перестанет обращать свое внимание на то, как уютно шумит телевизор в комнате рядом. Когда хозяйка смотрит обязательное кино в половине десятого вечера после программы «Время».

Таисья Петровна вообще рано спать не ложится, явная она по образу жизни «сова». Или придется искать отдельную квартиру для обеспечения нормальной семейной жизни для двоих очень молодых людей.

Поэтому Света не приветствует откровенное разглядывание ее полностью созревшей фигуры. От моих жадных взглядов и сногсшибательных гормонов моего молодого тела, вырабатываемых в каком-то немыслимом количестве.

Мне самому, конечно, подобное воздержание не особенно нравится – слишком скромное поведение моей избранницы.

Ведь по сравнению с ее фигурой всякие там мадонны и примадонны отдыхают на раз-два, поэтому стесняться подруге абсолютно нечего. Но я все же хорошо понимаю своим взрослым умом, что не стоит пока серьезно напрягать Светлану. Она и так сейчас в некоторых непонятках находится насчет того, как совсем молодой паренек ее так ловко уговорил жить с собой. При ее-то твердых принципах и явном желании поделиться основным достоянием честной девушки только со своим мужем и то уже после положенной свадебки и честного пира в родном городе.

Я сам ответ на такой вопрос отлично знаю и понимаю. Все же взрослый опытный мужик в теле подростка и скажет, и сделает все именно так, как требуется девушке, чтобы запустить процесс неотразимого соблазнения.

И еще во всем остальном я веду себя именно, как самый опытный мужик во всем по жизни. Те же весьма дефицитные билеты до Таллина беру по организованному лично самим блату на Варшавском вокзале, в универмагах и магазинах сразу вижу, что нужно покупать и сколько чего брать. В тех же кафешках эстонской столицы и остальных столовых знаю, как себя уверенно вести, еще легко отбиваю разные поползновения прочего мужского населения в сторону своей подруги.

Ведь еще хорошие деньги имею всегда на подобные дела, покупаю все приглянувшееся, не глядя особенно на цену.

«Чего там смотреть, не на рынке же товар покупаешь, а в настоящем советском магазине с четкими ценниками», – хорошо понятно мне.

Ну, почти все, что шьется в самой Эстонии – можно легко перепродать даже в здорово избалованном разной заграничной фирмой, с ударением на последнем слоге, морском городе Ленинграде.

Что уже тогда говорить про весь остальной Советский Союз?

Да еще качественный шоколад с настоящей жевательной резинкой от «Калева» идет на ура, принося мне стабильный нелегальный доход. Несравнимый с моей зарплатой на полставки грузчиком, даже если особо не надрываться с опасной спекуляцией.

Пока Света шумит водой в ванной, старательно моясь после нашего петтинга, я убираю следы того, что случилось на кровати и некоторое время разглядываю ее внимательно.

Когда моя подруга выскочила из ванной с проверкой, в комнате уже все чинно и прилично, я тоже одет полностью в домашнее, негромко играют ее любимые модные итальянцы «Рикки э Повери». Ничто больше не напоминает о случившем недавно соблазнении юной красотки, заставляя ее смущаться и лишнего переживать.

В итоге создана такая расслабляющая обстановка и даже мое довольное лицо не мелькает рядом.

«Ну, как довольное? Сам бы я так не парился насчет скорого прихода хозяйки, провел бы пару успешных приступов к манящему телу Светы. И сам бы слетал в космос, и ее бы свозил туда же минимум один раз».

Однако я уже ставлю чайник на кухне и вытаскиваю из холодильника «Наполеон» фирменного «Северского» производства. Разрезаю его аккуратно и раскладываю куски по фарфоровым блюдцам. Есть теперь у меня возможности заказывать и забирать в кафе-кондитерской на Московском проспекте всякие такие изделия по блатному знакомству.

Уже продал несколько стильных вещичек девчонкам из самой кафешки и подарил пару шоколадок самым обаятельным из них. В общем, быстро стал своим, проверенным покупателем и еще необходимым снабженцем кое-какими дефицитами. Захожу с шутками и прибаутками уже с черного входа, как положено такому всем нужному в строго регламентированной советской жизни человеку.

Разложив куски торта по тарелкам, зову подругу:

– Светлана, жду вас на кухне! Кушать перед поездом, везущем вас на малую родину, подано!

– Раз вы сегодня были так нежны, вам можно и два куска тортика скушать! – это уже ей, заглянувшей в зеркало в прихожей и убедившейся, что выглядит она прилично.

Напоминание о ее страстности опять не радуют девушку, но перекусить перед началом путешествия все же необходимо. Поэтому мы увлеченно наворачиваем «наполеон» и запиваем его горячим чаем с лимоном.

Половину торта унесла с собой Таисия Петровна к подругам, она часто прихватывает то мои яблоки с мандаринами, то что-то из кондитерки эстонской. Именно то, что я ставлю в холодильник или оставляю на обеденном столе постоянно для нее и ее многочисленных подруг. Так мы с ней договорились уже давно.

Пусть порадует своих пенсионерок, тем более расплачиваться за пяток яблок «Гольдена» или кило мандаринов меня в овощном Ира с Людой уже совсем отучили.

– Ты здесь – хозяин, а не гость! Тащи с работы каждый гвоздь! Игорек, переставай нас смешить своими копейками!

Так прямо и сказали несколько раз, хотя я первое время исправно отсыпал мелочь за особенно красиво выглядящие фрукты из братской Венгрии или даже из борющегося с французским империализмом развивающегося Марокко.

Да, на дворе конец восемьдесят второго года, самое начало конца великого социального эксперимента.

В генсеках у нас теперь товарищ из КГБ Андропов, я сам лично вешал его портрет в кабинете Софьи Абрамовны вместо усопшего Леонида Ильича Брежнева. Портрет бровастого покойника отнес в свою комнату и спрятал за шкафом на будущее. Он ведь теперь уже никому не нужен. Благо он не простой, а какой-то сильно улучшенный, жаль его выбрасывать на помойку.

Когда-нибудь открою свой бар на Думской, будет там висеть над полкой с напитками и радовать народ. Если, конечно, он сохранится за двадцать очень бурных лет впереди.

Директиса моя политическим чутьем обладает в полной мере, и я уверен, что еще трех последних генсеков точно переживет на своем прибыльном посту. А потом, наверно, махнет с накопленными богатствами в землю обетованную, где по слухам настоящий рай построен. Для определенной категории граждан с правильной родословной.

Мы пьем хорошо заваренный чай с девушкой, бабы Таи все нет и потом начинаем собираться.

Куда это нас несет в морозный вечер двадцать восьмого декабря? Одна тысяча девятьсот восемьдесят второго года?

Когда в комнате так тепло и уютно, мурлыкает романтическая музыка, а на промерзшей улице суровый ветер с двадцатиградусным морозом немилосердно дерет щеки? Остались бы здесь и снова слушали музыку, снова пили чай с чудесным эстонским мармеладом, а потом так заманчиво обнимались бы на немного узковатой кровати…

Уезжает моя подруга на свою малую родину к своим родителям и сестрам встречать Новый год.

Вот сама отстояла уже какое-то время назад огромную очередь на Московском вокзале и купила билеты в плацкарт до Нерехты и обратно. Когда еще со мной не была так близко знакома. Думаю, теперь знакомые кассирши с Варшавского смогут легко решить по звонку на тот же Московский вокзал проблему с билетами для подруги.

Приеду и заберу билеты в кассе для своих по знакомству, просто приложив сверху трешку.

Сегодня утром Света занесла мне в рано открывающийся магазин чемодан со своими вещами и ушла в фазанку-путягу дальше прилежно учиться. Как-то пробилась через общественный транспорт с огромным багажом, вылезла на Техноложке и сразу навестила меня на работе.

Хорошо, что сейчас багаж не такой невероятно тяжелый чемодан, как в момент нашей первой встречи. Но проложенные вещами банки так же позвякивают время от времени внутри. Уже пустые от закруток и солений, хорошо помытые. Но все равно, как особо ценное добро, они отправляются обратно, чтобы осенью опять наполнить тот же самый большой чемодан подруги.

Такой вот типичный советский круговорот банок и пакетов происходит в природе. Ведь после каникул Светлана приедет с таким же невероятно тяжелым чемоданом. Я уже готовлюсь заказать знакомого таксиста прямо к Московскому вокзалу.

Правда, теперь есть серьезная надежда, что повезет она все варенья и соленья вообще не в общагу, а сразу ко мне. Чтобы начать нормальную семейную жизнь новой ячейки социалистического общества, а не кормить бесплатно и совершенно бесполезно разных противных подруг в своем общежитии.

Которые очень не одобряют ее связь с малолеткой, потому что сами ведь, наверняка, рассчитывали с помощью ее внешности и себе жизнь в большом городе устроить. Возвращаться в свои поселки и городки никто не собирается на самом деле. Или уже расслабится моя подруга, перестанет таскать домашние закрутки в таких объемах в Ленинград на перекладных.

Теперь уже можно, когда я показал девушке путь к кое-какому левому заработку серьезно выше среднего?

– Игорек, я не могу так много накидывать на магазинную цену! Ладно, если еще там десять-пятнадцать рублей – такую сумму мне совесть еще как-то позволяет за все хлопоты добавить! – так пока мне отвечает честная девушка.

Она продает с большим скрипом вещи у себя в общежитии и за пару наших общих поездок заработала по моим прикидкам всего шестидесяти рублей чистыми.

Чистые слезы для меня, но очень большие деньги для нее, учащейся СГПТУ из совсем небогатой семьи. Живущей и еще откладывающей деньги с одной своей повышенной стипендии. Шестьдесят рублей конечно больше, чем сорок пять, еще один повод для гордости.

Сам-то я смотрю на спрос, но стараюсь в среднем иметь на каждой женской шмотке особо повышенной модности от пятнадцати до тридцати пяти рублей прибыли. Пятнадцать на каком-нибудь симпатичном легком сарафанчике и тридцать пять на хорошо приталенном брючном или юбочном костюме. У эстонской швейной промышленности все очень хорошо с покроем, лекалами и прочими важными вещами. Чтобы их изделия смотрелись явно более выигрышно на фоне того, что продается в наших ленинградских промтоварных магазинах.

Тем более моя нынешняя клиентура сама вся поголовно из торговли и обычные вещи из-под прилавков может покупать в сильно упрощенном порядке по сравнению с остальными советскими гражданами. Настоящей фирме я со своими прибалтийскими товарами, конечно, конкуренцию составить не могу. Зато всей остальной довольно кондовой советской продукции для прекрасного пола нос могу быстро утереть фасонами, пошивом и материалом.

Наверняка, продвинутые эстонские товарищи постоянно руководствуются женской модой из шведских и немецких журналов, поэтому реально помогают мне продавать вещи с лету.

Прямо с пылу и жару все улетает, еще добавки постоянно просят.